На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
Автор о себе ::: Александров А.А. - Чудная планета ::: Александров Анатолий Александрович ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Александров Анатолий Александрович

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Музея
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]
 
Александров А. А. Чудная планета : Стихи. - Магадан : МАОБТИ, 2000. - 221 с. - (Архивы памяти ; вып. 4).

 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
- 5 -

АВТОР О СЕБЕ

Я родился 25 апреля 1927 года в Маньчжурии. Каким обра­зом оказались мои родители в этой местности, я не знаю, это они мне не объяснили, не желая, наверное, чтобы через меня кто-либо из посторонних был посвящен в дела нашего семейства, или даже, быть может, опасаясь этого: время было смутное, тяжелое, время провокаций, клеветы, массовых аре­стов по политическим мотивам.

Отец мой, Александр Алексеевич Александров, родился в 1899 году в семье врача в городе Тобольске. Окончил духовную семинарию, служил регентом, но, когда при Сталине храмы закрыли, вынужден был зарабатывать музицированием, ди­рижировал духовным оркестром, играл на скрипке по Читин­скому радио (в Читу мы выехали в 1929 году, в период советско-китайского конфликта), а в Томске, куда переехали в 1933 году, он руководил хором в драмтеатре. 10 октября 1937 года его аре­стовали и осудили как врага советской власти - эту скупую справку мне зачитали в 1945 году во время моего пребывания в следственной тюрьме, но я уже знал более подробно из рас­сказа человека, который находился с моим отцом в одном конц­лагере где-то на Печоре: осудили на 7 лет лишения свободы без права переписки (по более поздним сведениям, он, отбыв этот срок, был задержан еще на два года "до особого распоря­жения", как тогда принято было говорить). Что было с ним потом, лишь Богу ведомо.

Репрессирован был и мой дядя (старший брат матери), Георгий Николаевич Петров, которого замучили в одном из лагерей под городом Чибъю в 1940 году.

Не раз я слышал в семье такое: "Напрасно мы приехали в Россию, многие "кавэжэдинцы" предпочли заграницу, живут теперь, горя не знают".

Дед, отец матери, Николай Федорович Петров, происхо­дил из казаков (родился в 1880 году в станице Урюпинской Царицынской губернии, ныне — город Урюпинск Волгоградской области), имел до революции крупное состояние.

Бабушка, Мария Казимировна Жевток-Миткевич (фами­лия — в ее произношении), родилась в 1890 году в семье польского пана, имение которого находилось под Киевом, в местечке, именуемое, кажется, и поныне — " Пидъягодное". Когда в 1954 году я вернулся с Колымы, бабушка сказала мне, что в 1949 году посетила родное свое место, входила под кров бывшего отчего поместья, которое хорошо сохранилось и в котором распола­галась контора колхоза.

Родителей отца я не знаю, так как он потерял их бу­дучи ребенком и находился на воспитании своего отчима,

 

- 6 -

Сергея Александровича Грюнера, который тоже вскоре скон­чался, после чего отца взял к себе в семью учитель гимназии.

Возрастая в обстановке постоянных тревог и утрат, я рано начал понимать политическую обстановку в стране. Учась в школе, стал выкладывать на бумагу свои соображе­ния, в возрасте девяти лет сочинил первое стихотворение далеко не детского содержания и потом все - в нелояльном духе. Мать не раз сжигала мои записки, даже наказывала меня за них, но я не оставлял своего занятия.

В 1944 году, оставив школу на девятом классе, я перешел в ТЭМИИТ (Томский электромеханический институт ин­женеров железнодорожного транспорта) на курсы ускоренно­го обучения и, получив в том же году аттестат о среднем образовании, подал заявление во ВГИК (Всесоюзный государ­ственный институт кинематографии) на сценарный факуль­тет и был допущен к вступительным экзаменам. Но 30 авгу­ста 1945 года получил "приглашение" в НКГБ, где после трех суток допроса мне предъявили ордер на арест.

При обыске ничего не нашли, так как предусмотритель­ная, много потерпевшая бабушка спрятала мои бумаги, и я обнаружил их лишь после ее кончины в 1965 году. Не веря даже хрущевскому времени, вообще не веря в постоянство со­ветских законов, она из боязни потерять меня вторично, хра­нила свою тайну, уверяя, что все уничтожила. Хотя обыск ничего не дал, свидетели по моему делу дали показания, до­статочные для обвинения меня как "врага народа": возводил злобную клевету на главу правительства Сталина, намере­вался мстить Советской власти за репрессированного отца, высказывал пораженческие настроения в пользу англо-амери­канской системы государственного строя, пророчил крах ста­линского режима и многое, многое другое.

После изнурительных допросов, 24 ноября 1945 года. Том­ский областной суд приговорил меня к шести годам лишения свободы и трем годам поражения в правах, в то время как прокурор требовал десять лет. Мать потом рассказала мне, что друг нашей семьи, влиятельный человек, был знаком с работниками суда и ходатайствовал за меня.

Срок наказания отбывал на Колыме. По отбытии был освобожден, но лишен права выезда за пределы Магадан­ской области "до особого распоряжения", которое неизвестно сколько бы длилось, если бы не был схвачен в 1953 году Берия, после чего всем нам, бывшим каторжанам, разрешили выехать на "материк". Однако это была лишь полусвобода: жить мне было позволено только в провинции, я поселился в сельской местности на Тамбовщине, где женился, заимел троих детей. В 1986 году овдовел.

 

- 7 -

В какое-то время мне удалось опубликовать много своих стихотворений, большей частью лирических, но ни одного из тех, которые содержат мои политические убеждения, ибо даже в период "оттепели" многие мои строки звучали, да и теперь звучат слишком дерзко, не укладываются в рамки нашей де­мократии.

Меня спрашивают: почему я, в отличие от большинства своих сверстников, пошел по пути многотрудному и опасно­му, наперекор изуверским законам, выражая в стихах то, что лишь спустя многие годы было частично принято самой вла­стью советской. Ответ прост: Господь поставил меня на этот путь! Один из следователей назвал меня пророком. Если это так, то истинно и другое: пророк не принимается в своем Отечестве.

 

 

 
 
 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Музеем и общественным центром "Мир, прогресс, права человека" имени Андрея Сахарова при поддержке Агентства США по международному развитию (USAID), Фонда Джексона (США), Фонда Сахарова (США). Адрес Музея и центра: 105120, г. Москва, Земляной вал, 57/6.Тел.: (495) 623 4115;факс: (495) 917 2653; e-mail: secretary@sakharov-center.ru  http://www.sakharov-center.ru