На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
Два вечера ::: Александров А.А. - Чудная планета ::: Александров Анатолий Александрович ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Александров Анатолий Александрович

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Музея
[на главную] [список] [поиск]
 
Александров А. А. Чудная планета : Стихи. - Магадан : МАОБТИ, 2000. - 221 с. - (Архивы памяти ; вып. 4).

 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
- 132 -

Два вечера

(быль)

По бульварам-чарам Магадана

Я бродил однажды вечерком

И вошел негаданно-нежданно

В дом, который не был мне знаком.

 

Совершилось маленькое чудо:

Я увидел общество цыган

За большим столом. "Ты кто, откуда?'

Хрипнул бородатый старикан.

 

"Он — зэка, — раздался женский голос.

Проходи, да будь как друг семьи".

Я прошел, немножко беспокоясь,

И присел на краешек скамьи.

 

Женщина здесь выглядела главной,

Поднесла мне чарку и балык.

"Я расконвоирован недавно", —

Обронил невольно мой язык.

 

"Знаю, видел в лагере Местпрома,

Как ты ловко старосту обвел, —

Паренек с улыбкою знакомой

Протянул мне руку через стол. —

 

- 133 -

Я уж срок отбыл, зовут Кондратом,

А сегодня вот гульнуть решил".

Ободренный дружеским пожатьем,

Я бокальчик свой опустошил.

 

"За здоровье наше — в горло ваше!"—

Женщина шутя произнесла.

Бородач нахмурился:

"Наташа, Ты как не с цыганами росла!

 

Если бы в своем мы жили доме,

Я б тебе, пожалуй..." — И умолк.

А Наташа — брови на изломе,

Губки — бантик, деда в губы — чмок!

 

"Милый, не серчай на хулиганку,

Помни, что тебе внушала мать:

Коли полюбил полуцыганку,

Должен полурусскую прощать".

 

Со стены сняла она гитару

И Кондрату властно поднесла.

Песня "Соколовский хор у Яра",

Как река, волнуясь, потекла.

 

У седой старушки засверкали

Слезы на глазах, а бородач

В радостно-улыбчивом оскале

Колыхнулся: "Бабушка, не плачь.

 

Ты сама однажды мне сказала:

"Жизнь летит, лови веселый миг!"

Выскочив на середину зала,

Превратился в юношу старик.

 

Струны уж "Цыганочку" бренчали,

Сапоги мелькали тут и там

И ладони хлопали-стучали

По груди, коленям, каблукам.

 

- 134 -

И тоски моей как не бывало,

Светом счастья вспыхнула душа!

Вдруг Наташа, вся сияя, встала

И пошла по кругу не спеша,

 

Поплыла, едва касаясь пола,

Полетела, руки — два крыла,

И меня улыбкою веселой,

Кажется, манила и звала.

 

Я стоял и вместе с ней, парящей,

Невесомым чувствовал себя,

Словно в мир ушел ненастоящий,

За предел земного бытия.

 

А потом она со мною рядом

За столом сидела в поздний час,

И робел я под лучистым взглядом

Нецыганских голубенных глаз.

 

Светлый голос в сердце мне струился:

"Милый мальчик, помнишь, как зимой

В женской зоне ты у нас трудился,

Печь топил, да бегал за водой?

 

А когда была я уж на воле,

Ты под сопкой мерзлоту долбил;

В ямке той похоронил мой Коля

Томочку, которую любил.

 

Горькую судьба дала нам чашу.

А меня ты помнишь хоть чуток?"

Все во мне воскресло, а Наташу

Силился припомнить, но не мог.

 

Мог ли я ее тогда приметить,

Если каждый день рычал конвой:

"Не попробуй бабу близко встретить,

Тут же враз ответишь головой!"

 

- 135 -

И теперь за вечер своевольный,

Если до начальства слух дойдет,

Будут бить на вахте долго, больно

И конвой усиленный прижмет.

 

И сквозь эту мрачную тревогу

Я сказал: "Не помню я тебя...

Извините, мне пора в дорогу,

От души спасибо вам, друзья".

 

Пьяная гулюшка сонно млела,

Бородач кивнул мне належу.

А Наташа высказалась смело:

"Я тебя немножко провожу".

 

На бульвары-чары Магадана

Наплывал туманец от реки.

Как-то ненавязчиво и странно

Развязались наши языки.

 

"Бородач - твой муле?" — "Гуляка грешный,

На счету девятая стою".

"А тебя-то любит он?" - "Конечно".

"А тебе-то мил?" — "И я люблю".

 

"Староват, пожалуй". - "Это с виду,

Только пятьдесят за бородой".

"Вдруг изменит?" - "За другого выйду,

Вон Кондрат, красивый, молодой".

 

"О, я тоже знаю, кто на свете

Самый красотенный человек.

Я его случайно нынче встретил —

В памяти останется на век.

 

У него, как небо, сини очи,

На щеках — румяный свет зари,

Волосы темнее темной ночи.

Может, знаешь имя — назови".

 

- 136 -

Поняла Наташа, засмеялась,

Смех ее ~ журчанье вешних струй,

Трепетно ко мне она прижалась,

Неясный подарила поцелуй.

 

Несколько восторженных мгновений

Я держал головку у груди,

А она шептала: "Будет время,

Не стесняйся, в гости приходи".

 

Я пришел... спустя четыре года.

Все же тот веселый вечерок

Подарил мне новую невзгоду:

Увезли в тайгу, добавив срок.

 

И весной, изведав муки ада,

Для свободы чудом уцелев,

Я пришел туда, где быть мне надо,

И... остановился, обомлев.

 

Вместо дома предо мною яма

С синевато-мутною водой,

Грязь и мусор. А за кучей хлама

Новый дом, красивый и большой.

 

Ни души поблизости не видно,

Плотно дверь закрыта на крыльцо,

Только из окошка любопытно

Смотрит чье-то смуглое лицо.

 

Неторопко подхожу поближе,

И тепло становится в груди:

«Добрый день, Кондрат! Тебя ли вижу?»

Парень улыбается: "Входи".

 

Смутное предчувствие явилось,

Лишь пустынный зал увидел я,

И само собою напросилось:

"Где же все товарищи-друзья?"

 

- 137 -

"Ай, дружок, недаром мать сказала:

"Жизнь у нас - то радуйся, то плачь".

Что дала, за то и наказала,

А всему начало - бородач".

 

"Что же с ним?" - "Решетка, да параша,

За язык воткнули десять лет..."

"А Наташа, где его Наташа?"

"И Наташи тоже больше нет.

 

Как ушел Колян на "новоселье",

Шибко запечалилась она:

Ведь любовь, известно, не в веселье –

В горе по-серьезному видна.

 

Николай-бедняга умер вскоре,

В лагере, сам знаешь, каково.

А она, бывало, в разговоре

Плачет: "Свет не мил мне без него".

 

Превратилась в белую цыганку,

Вся седая, бледная лицом.

Ну и вот... с моста да в Магаданку...

Далеко нашли ее потом".

 

Тяжело вздохнул Кондрат, и слезы

В сдержанных рыданьях потекли.

В тот же вечер мы купили розы

И вдвоем на кладбище пошли.

 

Вспоминал я тот далекий вечер

И один терзал меня вопрос:

Для того ль имел я радость встречи,

Чтоб испить за это горечь слез?

 

Неужели в этом мудрость жизни?

Неужели в этом нам урок:

Ищем блага в грешной дешевизне,

А итог — могильный холодок.

 

- 138 -

Душу надпись обожгла, как пламя:

"Спи спокойно, все к тебе придем".

Бугорок под алыми цветами

Поминальным запылал огнем.

 

Крест, как человек, стоял склоненно.

Словно безутешно горевал;

Этим скорбным видом сокрушенный,

Я его, обняв, поцеловал.

 

Сердцу показалось на мгновенье,

Что не крест - Наташа у груди,

Льнет и шепчет кротко:

"Будет время Не стесняйся, в гости приходи".

 

20-22 марта 1952 г.

Галимый, пос. ГЭС

 

 
 
 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 

Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Музеем и общественным центром "Мир, прогресс, права человека" имени Андрея Сахарова при поддержке Агентства США по международному развитию (USAID), Фонда Джексона (США), Фонда Сахарова (США). Адрес Музея и центра: 105120, г. Москва, Земляной вал, 57/6.Тел.: (495) 623 4115;факс: (495) 917 2653; e-mail: secretary@sakharov-center.ru  http://www.sakharov-center.ru

http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=page&num=10314

На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен