|
Памяти Ларисы Богораз
Ее уже успели назвать "легендой правозащитного движения" - для этого достаточно перечислить сделанное ею в шестидесятых.
В 1965 году арестовали ее мужа, писателя Юлия Даниэля. Тогда Лариса Богораз много сделала, чтобы поднять кампанию солидарности с ним и с его "подельником" Андреем Синявским - апеллировали тогда еще к советской власти.
Усилиями ее, других родственников и друзей осужденных, московская интеллигенция осознала, что совсем рядом, в Мордовии по-прежнему существуют политические лагеря. Подружившийся с Даниэлем в заключении Анатолий Марченко вышел "на волю" с идеей написать книгу о лагере - соавтором этой книги "Мои показания" вполне
можно назвать Ларису Иосифовну.
Но вскоре в Мордовию вскоре отправились и Александр Гинзбург с Юрием Галансковым, составившие "Белую книгу" по делу Синявского и Даниэля. Суд превратился в фарс, и тогда Лариса Багораз с Павлом Литвиновым впервые адресовали свой протест не власти, а "мировой общественности". Это обращение вызвало вал индивидуальных
и коллективных писем протеста - то, что назвали "эпистолярной революцией" весны 1968-го, из чего потом родилась "Хроника текущих событий".
Весна длилась не долго. 26 августа, после повторного осуждения Марченко, после ввода советских войск в Чехословакию, Лариса Богораз вместе с еще семью друзьями вышла на демонстрацию на Красную Площадь. За это она была приговорена к ссылке в Сибири.
Все это было "впервые" - солидарность, книга, письма, демонстрация, и уже за это можно было бы назвать "легендой". Можно было бы продолжить, но...
Но Лариса Иосифовна была начисто лишена «блеска бронзовго величия». Не было восторга, "восклицательного знака" - наоборот, удивление, "знак вопросительный". Пример - неожиданная, казалось бы, "смена жанра". В 1974-м, после высылки Солженицына, она подписывает "Московское обращение" с призывом к открытию архивов о
ГУЛаге, стоит у истоков издания самодеятельных исторических сборников "Память".
В ней не чувствовался пафос, в рассказах все было просто. Про ссылку: "шпалу сосновую легко было таскать, другое дело - из лиственницы..." Или с юмором - про то, как частными уроками зарабатывали на жизнь, когда государство работы не давало. Или с убийственным сарказмом…
И не было в ней ригоризма «канона диссидентского морального кодекса» - она сама, вечно задаваясь вопросами, была его живым воплощением.
Кажется, этот дух Лариса Богораз привнесла и в "Мемориал" в конце 1980-х.
Именно это неуловимое, ускользающее ощущение удивления и свободы мы постараемся сохранить.
Общество "Мемориал"
<<Вернуться назад
|
