Колтыпина. Здравствуйте. Начинаем нашу беседу. Тема была уже названа: "Великие люди 20 века. Ганди, Лев Толстой, Мартин Лютер Кинг".
В этом ряду названы очень разные и жившие в разное время люди: великий русский писатель Лев Николаевич Толстой, лидер национально-освободительного движения Индии Мохандас Ганди и политический деятель Соединенных Штатов Америки Мартин Лютер Кинг. Названы они не случайно, потому что я хочу рассказать Вам об их жизни и деятельности с точки зрения одной чрезвычайно важной для ХХ века идеи - идеи ненасилия. Именно Ганди, Кинг и Толстой в полной мере могут быть названы "апостолами ненасилия". Эти люди своей деятельностью, своей жизнью сумели превратить в принцип практической жизни достаточно абстрактный, культурный принцип ненасилия, который существовал во всех религиях, о котором говорили все великие учителя человечества, и Христос, и Лао-Цзы, и Будда, и Магомет, и Заратустра. Эти люди сумели сделать этот религиозный нравственный принцип фактом истории ХХ века, ненасилие было формой их политической борьбы.
Итак, ненасилие. Мне очень интересно, ребята, есть ли среди вас кто-то, кто в первый раз слышит само слово "ненасилие", или оно всем известно, оно у всех на слуху?

Голос из зала. Допустим, я не слышал.

Колтыпина. Поднимите руки, просто интересно. Все остальные слышали. Очень хорошо. Когда я читала такую лекцию еще года 3-4 назад, причем в самых разных аудиториях, в том числе в студенческих и гуманитарных, то я сталкивалась с тем, что это слово просто незнакомо, это непонятно что. Мы будем сегодня говорить о том, что стоит за этим словом.
Итак, наша цивилизация устроена таким образом, что насилие привычно для нее. Насилие для нашей цивилизации так же необходимо, как власть, государство. Культура XIX и XX века постепенно принимает идею насилия и начинает ее оправдывать. Насилие оправдывается философией, так маркиз де Сад, живший в XVIII - в начале XIX, но ставший особенно популярным в XX веке, говорил о принципе удовольствия, рядом с удовольствием ставил идею насилия, удовольствие любой ценой, а через насилие еще лучше. Карл Маркс говорил о необходимости социалистической революции и обосновывал ее идеей насилия. Революция есть насильственное переустройство общества.
Происходит достаточно страшная вещь. Насилие, которое существует в истории как факт, впитывается культурой, культура начинает описывать и оправдывать насилие и тем самым распространяет его еще больше в нашем мире. Прекрасный французский писатель и философ Альбер Камю написал в одной из своих книг: " С того момента, когда насилие прибегает к помощи философской доктрины, когда оно начинает само себя обосновывать, оно распространяется так же быстро, как сама мысль. Поэтому если злодеяния раньше были одинокими, словно крик, то в современном мире оно столь же универсально, как наука". В конце XIX-начале XX века культура столкнулась с тем, что распространение насилия в истории, обоснование его в культуре увеличивает его присутствие, его существование в мире. И наш мир сталкивается с тем, что мы просто погибнем от того количества насилия, которое в нем есть, мы убиваем сами себя. И начало XX века было тем периодом, когда люди начали активно искать идею, которая противостояла бы насилию, альтернативную ему идею. И эти интеллектуальные поиски привели к тому, что культура еще раз обратилась к вечной религиозной истине ненасилия, идее, которая запрещала применение физической силы во зло человеку.
Я уже сказала, что она существовала во всех религиях, все великие учителя человечества говорили о ней. Но конец XIX -начало XX века - это тот период, когда к ней еще раз активно обратились, причем не только сама религия, но и литература, философия, и знаменем XX века стало то, что идея ненасилия из религиозного и морального принципа превращается в идею практическую, в идею политической борьбы. Я второй раз это подчеркиваю, потому что это основное. Это основная тема нашей с вами сегодняшней беседы. И начать ее я хочу с фигуры очень хорошо знакомой - Льва Николаевича Толстого, великого русского писателя. Его произведения изучают в школе, его биография хорошо известна, он гордость нашей культуры. Но наша с вами уникальная или печальная российская культура сыграла одну шутку с этим мыслителем. Конечно, Лев Николаевич Толстой великий писатель, но он не менее знаменит во всем мире, как прекрасный мыслитель, как оригинальный русский философ. Дело в том, что философские произведения Толстого в послереволюционной России XX века ни разу не издавались. Такие замечательные его работы как "В чем моя вера", "Царство Божие внутри нас", начиная с 20-х годов, весь XX век были практически неизвестны. Один раз, когда издавалось полное академическое собрание сочинений Толстого, их издали, но это издание было малодоступным. И Толстой, которого изучали в школе, как философ практически в России не существовал. Как, впрочем, и вся русская философия тоже. Только в 1982 году философское произведение Толстого "В чем моя вера" выходит тиражом, доступным читателю, и сейчас Толстой возвращается к нам не только как великий писатель, но и как великий мыслитель.
Жизнь Толстого можно условно разделить на две части. В первой из них то, что нам хорошо известно. Учеба или по крайней мере, начало учебы в Казанском университете, служба на Кавказе, путешествие по Европе, первые опыты в литературе, становление Толстого как писателя, его широкое признание.
Первую часть своей жизни, где-то лет до 50, Толстой прожил очень бурно, в ней было все: война, литературная слава, любовь, семья, дети. И жизнь его была очень разнообразна не только духовно, но и светски. Кто-нибудь был в Ясной Поляне?
Голос из зала. Многие из нас были.
Колтыпина. Замечательное место, одно из лучших мест, доступных нам по расстоянию. Я очень советую туда съездить. Интересный музей, интересное место.
Ребята, а когда вы в первый раз увидели в Ясной Поляне дом, где жил Толстой, ничего вас не удивило? Толстой, человек богатый, с хорошей родословной, приходим в это огромное имение, в Ясную Поляну, ходим по аллеям и вдруг видим дом, где жил Толстой с семьей, с 12 детьми. Я, когда первый раз подошла к Ясной Поляне и увидела этот дом, то подумала: "Я что-то, наверное, в жизни не понимаю". Не было такого с теми, кто посетил Ясную Поляну? Как граф мог жить в таком доме? А мне объяснили, что был нормальный графский дом, но уже имея семью и детей, Толстой играл в карты и проиграл дом, его вынесли из Ясной Поляны и в оставшемся флигеле он расселил всю свою семью. Вот такая очень разнообразная и бурная жизнь.
А в 50 лет происходит резкий перелом. Основным вопросом жизни Толстого становится вопрос: "В чем смысл жизни?" Вопрос для него вопрос для него болезненный, мучительный. Оказалось, что все что было (а было очень много чего), все уже не имеет значения, все потеряло свой смысл. Главное - понять смысл жизни, зачем все это.
И с этого момента начинаются интенсивные духовные поиски писателя и в этот момент рождается Толстой как мыслитель, Толстой, как философ. Толстой обращается к религии с этим вопросом, к христианству, и он, будучи Толстым, позволяет себе самостоятельно прочитать Библию. И то отношение Церкви к Толстому, о котором вы знаете, во многом обусловлено этой его смелой и гордой попыткой самому прочитать Библию.
Толстой пишет свои основные философское произведения, в частности, "В чем моя вера" и "Царство Божие внутри нас", в которых он пытается показать читателю то, как он прочитал Святое писание, как он понял христианство, и Толстой в своих работах говорит, что главное, с его точки зрения в христианстве - это заповедь любви. Он достаточно резко разделяет, чего не позволяет себе православное богословие, Ветхий завет и Новый завет и говорит, что основной моральный закон Ветхого завета - это "око за око, зуб за зуб" по отношению к своим соплеменникам. Основное отличие Нового завета в том, что в нем Христос впервые лично призвал людей к всеобщей любви, там впервые была сформулирована заповедь любви и в произведениях Толстого очень часто цитируются слова из Нагорной проповеди: "Вам сказано, око за око, а я вам говорю, не противьтесь злу". И если закон любви, считает Толстой, это основной смысл, основное содержание Святого писания, то что противоположно этому, что мешает человеку жить по закону любви? И Толстой дает ответ: насилие. Насилие противоположно любви.
Следующий вывод. Раз насилие противоположно любви, насилие является основным злом человеческой жизни. Поэтому тем, кто решил выбрать путь Христа, путь любви, необходимо бороться против насилия.
И в этот момент рождается теория Толстого, которую он назвал "непротивление злу насилием". Очень важно, ребята, и я хочу, чтобы вы сейчас это услышали. Непротивление злу насилием - реализация основных христианских заповедей и, я подчеркиваю, основной путь борьбы со злом. Непротивление злу насилием - это путь борьбы. Это - главное. Это подчеркните у себя в сознании.
Бороться со злом необходимо, в этом задача человека, но бороться со злом можно разными путями. Бороться со злом можно его же методами, методами насилия. Но если мы будем бороться со злом методами насилия, то мы просто увеличиваем количество зла в мире и все. Где-то локально мы, может быть, побеждаем, но тем самым мы увеличиваем в мире количество зла. Если же мы хотим действительно бороться со злом, то мы должны в первую очередь отказаться от применения насилия. Если я отказываюсь от применения насилия в жизни, то тем самым я сокращаю сферу зла в мире. По крайней мере, я отказываюсь ее увеличивать. И если так поступлю я, ты, второй, третий, четвертый, пятый, то постепенно зло будет уходить из мира. Зло будет сужаться, это будет действительно очень эффективная форма борьбы со злом.
Толстой не был бы русским мыслителем, русским философом, если в этой своей теории он не добавил бы, что, конечно же, этот процесс борьбы со злом путем непротивления начнется в России. Одной из особенностей русской мысли, русской философии было то, что все лучшее в этом мире должно было начаться именно здесь, в России. Толстой был убежден, что идея непротивления в мир придет из России.
Он попытался это прописать в литературе. Правда, это было еще не очень явно. Например, образ Платона Каратаева в "Войне и мире", за который его очень критиковали. Когда Пьер Безухов попадает в плен, его обвиняют в поджоге Москвы, этот русский барин испытывает мучения и тем не менее, он чувствует единение с русским народом. Выходя из плена, он встречает странного солдатика, бывшего крестьянина Платона Каратаева. И в образе Платона Каратаева, в той истории, которую он рассказывает и о себе, и о купце, который страдал невинно, Толстой впервые попытался прописать идею ненасилия. Готовясь к этой лекции, я просмотрела эпизоды с Платоном Каратаевым в "Войне и мире". Я прочитала фразу, что Пьер, когда закончилась война и наступил мир, все, что было связано с войной, вспоминал очень смутно, единственный яркий образ у Пьера был образ Платона Каратаева, потому что он ассоциировался у него со всем русским, это был образ русского человека. И Платон Каратаев, одна из первых попыток у Толстого прописать идею непротивления, ассоциировалась у Толстого с идеей русского человека. Еще раз. Толстой был уверен, что идея непротивления злу насилием придет в мир из России. У него были основания, потому что русская культура была готова к этому утверждению, и очень часто в пример приводились Жития святых. Кто были первые русские святые, канонизированные в России? На Руси? Знаете? Православие пришло в Россию из Византии. Естественно, Россия приняла всех греческих святых. А первые русские святые, которые были канонизированы здесь, совершенно верно, Борис и Глеб. За что? Совершено верно. Посмотрите, ребята. Россия принимает греческих святых. Это были люди, которые с мячом в руках боролись за веру. Обладатели высокого сана, люди, которые посвятили себя церкви. И вот новокрещенная Россия первыми святыми делает князей, весь подвиг которых в том, что они не подняли руку на брата. И в каких условиях? Умирает отец, делится наследство, и один из братьев, Святополк, как было принято, захватил все себе, и власть и деньги. И он решил убить для этого родных братьев. И он посылает дружину, и Борис, и Глеб, причем они были не вместе, а отдельно, зная все это, не подняли руку на брата, не стали сопротивляться. И их назвали первыми страстотерпцами. Вот начало русской святости. Флоровский о ней писал, что первыми святыми стали люди-страстотерпцы, те, кто не стали отвечать насилием на насилие, те, кто не стали убивать брата за то, что он хотел отнять у них все, в том числе жизнь.
И Толстой говорит, что это все живо в народе, что идея непротивления - это не наша идея, и мы покажем миру, как надо. И наша Российская история, как вы знаете, еще одну шутку сыграла с Толстым. Здесь, в России, идеи Толстого были абсолютно не приняты, его критиковали все, он был предан анафеме русской православной церковью, его критиковали крупнейшие русские мыслители, философы. Иван Ильин, которого сейчас очень много цитируют, особенно Никита Михалков любит Ивана Ильина цитировать, написал огромный труд о непротивлении злу насилием, в котором философски и религиозно раскритиковал эту идею. Я не говорю уже о русских революционерах. У Ленина есть статьи, которые, не знаю, как сейчас, а раньше в школе проходили и читали более внимательно, чем самого Толстого. "Лев Толстой как зеркало русской революции", в которой было написано: "Боже мой, что позволил себе это граф Толстой. Он хочет привнести в политику какие-то нравственные критерии. Какое безобразие, он совсем ничего не понимает". И мои ровесники подтвердят, что когда мы читали "Войну и мир", мы наизусть знали статьи Ленина, где говорилось, что Толстой не прав и никаких моральных критериев в политике быть не может. Есть классовый интерес и все.
Казалось бы, Толстой остался гениальным писателем и неизвестным в России мыслителем, потому что его идея о непротивлении злу насилием в лучшем случае критиковалась, а в худшем уже и не вспоминалась у нас в России. И происходит одно из чудес, которые происходят в истории и в культуре достаточно часто. Идеи Толстого были восприняты, были пробуждены совершенно в другой части света еще при жизни Толстого.
И вот воскрешение, принятие и развитие идей Толстого связано с именем индийского политического деятеля Мохандаса Ганди. Часто его называют махатмой Ганди. "Махатма" в переводе с санскрита означает "великая душа".
Ганди родился в 1869 году в Индии, в достаточно религиозной семье. Он рано потерял отца и воспитывался в семье своего дяди. Он, в соответствии с традициями, которые существовали в то время в Индии, очень рано женился. Мне даже страшно в вашей аудитории называть возраст, в 13 лет женили тогда, и он решил получить образование в Англии. Индия в то время была английской колонией, поэтому это было вполне возможно. Правда, Индия - это страна, где была очень жесткая кастовая система, и члены касты должна была разрешить молодому Ганди поехать в Англию. Ему не разрешили. Он первый, и может быть, единственный, раз в жизни поступил наперекор этой индийской традиции, он уехал в Англию самостоятельно, лишившись всякой поддержки семьи.
Ганди был очень умным, талантливым человеком. Он поступает в университет и окончив его, получает диплом юриста. Встает проблема работы. Ганди не имел возможности работать в Англии и в тот момент, когда он уже получил диплом, ему предложили место юриста в Южной Африке. Дело в том, что Южная Африка тоже была частью Английской империи, тоже была Британской колонией, и в самом конце прошлого века в Южной Африке нашли месторождения алмазов. Эта совершеннейшая провинция, никому не нужная, куда для работы загоняли людей всяческими посулами, в частности, индийцев. Им говорили: "Если вы поедете в Южную Африку, вы получите надел земли". И действительно давали, потому что земля эта была никому не нужна.
И в конце прошлого века там открыли месторождения алмазов. Туда хлынул поток населения, туда стали приезжать англичане. Там жили буры - южноафриканское белое население. Эта часть империи быстро развивалась, и было достаточно много рабочих мест. Ганди предложили место юриста, он согласился и поехал в Южную Африку. И здесь я хочу вам рассказать, я надеюсь, что вам удастся его посмотреть, об одном замечательном художественном фильме режиссера Аттенборо. Фильм называется "Ганди". К сожалению, мы перед лекцией это обсуждали, здесь его судьба достаточно печальна. Его достаточно трудно посмотреть. Когда в Англии 5 лет назад разговаривали с Аттенборо, он очень хотел показать его у нас по телевидению, но шли совсем другие фильмы. Он идет в кинотеатрах очень редко. Я сама его посмотрела здесь недалеко от вас в индийском посольстве. Фильм замечательный. Он замечателен тем, что, с моей точки зрения, это один из немногих опытов в кинематографе, где актер, играющий Ганди, сыграл гения. Очень часто, есть фильмы о Бетховене, о Паганини, о Горьком, где говорят их слова, мы понимаем, что актер говорит слова этого человека и все. А в этом фильме, с моей точки зрения, действительно была сыграна гениальность. Я много читала о Ганди, его самого и о нем, и я верила всему, что было показано на экране. Не потому, что я знала, что это правда, а потому, что было очень правдоподобно все показано. Я вспомнила сейчас этот фильм вот почему. Я хочу вам рассказать о его первых кадрах. Вот, представьте себе, молодой Мохандас Ганди. Человек с прямой спиной изначально, от рождения. Благородный человек, образованный человек, у него диплом юриста, он прекрасно одет, черный костюм. Черные кожаные чемоданы. Он приплывает в Южно-Африканскую республику, и чтобы добраться до место своей работы, ему нужно часть пути проехать на поезде. Он с той же своей гордой осанкой садится в поезд. Поезд трогается, он открывает занавеску, все красиво, что-то его там ждет, и вдруг в его купе входит кондуктор. Кондуктор хочет что-то спросить, открывает рот и возникает какая-то пауза, кондуктор не понимает, что происходит. Кондуктор говорит: "Как Вы сюда попали?" - Ганди говорит: "Я еду, называет место назначения, открывает свой шикарный кожаный бумажник, пытается достать билет, кондуктор говорит: "Как вы сюда попали?" -
Он достает билет, пытается объяснять, дверь закрывается, Ганди пожимает плечами, опять смотрит на этот замечательный пейзаж, вдруг опять открывается дверь и кондуктор входит уже с начальником поезда. Начальник поезда ему объясняет, что это вагон первого класса и Ганди, как цветной, не может ехать в вагоне первого класса. Он говорит: "Как, я купил билет, я буду на такой-то должности, я еду оттуда-то, я гражданин и так далее". Ему говорят: "Это невозможно, немедленно покиньте вагон первого класса". Ганди не понимает, зачем это нужно. И следующий кадр - его, поезд чуть-чуть на повороте притормозил, и его в шикарном черном костюме, с дорогим чемоданом, просто выкидывают из поезда. Он не может ехать в вагоне первого класса.
И так начинается деятельность Ганди в Южно-Африканской республике. Оказывается, что это страна с очень суровой расовой дискриминацией. Поскольку хлынуло население на алмазные разработки, индийцев достаточно много. Но все-таки это не такая большая часть населения, и они лишены всяких прав. Но поскольку они приехали в эту часть империи достаточно давно, они достаточно богатые люди, они торговцы, землевладельцы, у них есть свои банки, свои юридические службы и даже школы. Но у них нет никаких прав. И более того, там есть специальные тротуары вдоль дороги, по которым цветной человек ходить не может. Кто бы ты ни был, если полицейский увидел, что ты идешь по тротуару, тебя просто избивают.
И Ганди во все это окунается. Сначала он в шоке, а потом (он начинает свою работу в Южно-Африканской республике в 1891 году), через 7 лет в 1896 году выходит так называемый "черный закон", по которому все небелые жители Южно-Африканской республики должны регистрироваться и все время иметь с собой эту регистрационную карточку. Потому что в любой момент могут остановить. И если ее нет, последствия могут быть самые плачевные.
Ганди за время своей работы стал достаточно авторитетным человеком. Он действительно был грамотным юристом, он был образованным человеком, и тогда он решает, что необходимо бороться с этой дискриминацией, с этой социальной несправедливостью. Как бороться? И в этот момент происходит это культурное чудо - Ганди читает Толстого. Он прочитал его книгу "Царство Божие внутри нас" и вдруг он понимает, что единственной формой борьбы с социальной несправедливостью может стать идея Толстого о непротивлении злу насилием. Ганди даже пишет письмо Толстому и тот ему отвечает. Толстой умер в 1910 году, и эти несколько лет после прочтения книги Толстого была переписка, если можно назвать перепиской письмо и ответ.
Ганди организует ферму Толстого, где он пытается применить его идеи. Представляете, это самое начало XX века, в России пинают Толстого, его отлучают от Церкви, его критикуют все, кто только может, а под Иоханнесбургом в ЮАР Ганди организует ферму Толстого, где он борется и со своей индийской традицией, в частности, с жесткой кастовой системой, и где он пытается сформулировать идеи борьбы с социальной несправедливостью. Ему многое удается в этой борьбе. С ним начинают считаться и постепенно Ганди укрепляется в идее, что непротивление - это основное, если не единственно возможное средство борьбы с социальным злом. И надо сказать, что Ганди первым вводит в культуру это слово ненасилие, о котором мы с вами говорим. На санскрите "химса" - это насилие. Ганди добавляет частичку "а" - отрицание. И создает этот термин - "ненасилие". Этот термин во всех европейских языках есть просто калька понятия Ганди "ахимса" - ненасилие. Мы говорим по-русски - ненасилие, это искусственное образование. Калька этого слова "ахимса". Английское "nonviolence" - тоже ненасилие. "Violence" - насилие, "nonviolence" - ненасилие.
В 1915 году Ганди возвращается в Индию и разрабатывает стратегию и тактику ненасильственной политической борьбы. Я хочу сейчас это подчеркнуть. Для Толстого, которого очень часто не понимали с идеей сопротивления, непротивление имело смысл только как идея борьбы со злом. Для Толстого это идея борьбы внутри меня. Каждый должен начать с себя и тогда это распространится по миру. Ганди сказал: "Ненасилие - это форма политической борьбы с социальным злом, которое существует в мире".
Он в 1915 году переезжает в Индию. В 1920 году он уже возглавляет политическую партию "Индийский национальный конгресс" и разрабатывает платформу этой политической партии, в основе которой лежит идея ненасильственной борьбы с колонизаторами. Причем Индия - это страна, которая была в совершенно неравных условиях в отношениях с Англией, вы помните хорошо из художественной литературы эти попытки борьбы с колонизаторами - жюльверновского капитана Немо. Повстанцы брали оружие в руки, пытались завоевать независимость, и англичане, обладающие гораздо большей военной мощью, просто их расстреливали. Единственное, что мог сделать капитан Немо - уйти под воду, чтобы помогать своему народу.
В 1920 году Ганди разрабатывает тактику ненасильственной борьбы, и, что очень важно, разрабатывает политические методы ненасильственной борьбы. Это уже не просто слова, не просто призывы, это конкретные политические методы ненасильственной борьбы. Первый из них - несотрудничество, второй, очень важный, ставший одним из основных - это гражданское неповиновение. Несотрудничество и гражданское неповиновение.
Один из первых примеров несотрудничества, которое выглядело как форма политической борьбы. В 1921 году в Индию прибыл принц Уэльский, будущий король Эдуард. Это было событие. Представляете, наследник английского престола приезжает в одну из своих колоний. Встреча должна быть торжественна, официальна, радостна, это огромный праздник. И тогда Ганди говорит: "Мы сейчас попробуем один из первых приемов этой ненасильственной борьбы. Это событие для англичан, приезд принца Уэльского. Но индийцы это событие не поддержат. Никак. И вот праздник. Убранные улицы, цветы, войска и не один житель города не выходит навстречу принцу Уэльскому. Все остаются дома. Это была такая пощечина короне. Невероятно. И в то же время, Англия - это очень законопослушная страна. За что можно наказывать человека, если он просто в определенный день, а это был выходной день, не вышел на улицу? Пустые улицы, молчание. Никаких приветствий, это была пощечина, это был просто шок для властей. И дальше ненасильственные действия развивались по этому принципу. Ганди сказал: "Мы не будем на своей земле сотрудничать с колонизаторами. Мы не будем своих детей отдавать в английские школы, мы не будем вкладывать свои деньги в английские банки, мы не будем никак участвовать в английских судах". Неучастие, несотрудничество. Постепенно это начинает расходиться по стране, развиваться.
Дальше Ганди говорит: "Экономика англичан здесь, в моей стране, держится на том, что они имеют монополию на очень многие товары. В частности, они продают ткани. Так вот, все индийцы отказываются покупать английские товары. Отказываются покупать английские ткани. Если вы видели портрет Ганди последних лет его жизни, он в такой домотканой индийской одежде, хотя я вам рассказывала, начинал он с вполне английской юности. Он призывал. На год все студенты ушли из всех учебных заведений. Были найдены на чердаках ручные прялки. И вся страна, по призыву Ганди, занялась ручным ткачеством. Пропагандировалось ручное ткачество, демонстративно лидеры движения переоделись в одежду из домотканой ткани и постепенно экономика Англии начала просто-напросто разоряться. Люди не покупали товары, люди не учились в школах, люди не вкладывали деньги в английские банки. Не подавали свои дела в английские суды, а основное население - это индийцы. Все начинает просто разрушаться. Эта борьба не была очень легкой. Очень часто индийцев провоцировали на столкновения. Для Ганди это были очень болезненные моменты. Он всегда призывал людей не поддаваться на провокации, это было очень сложно. В этой своей ненасильственной борьбе Ганди сумел сделать то, что не удавалось ни до, ни после него в Индии - он сумел объединить индуистов и мусульман, они объединились в ненасильственной борьбе против англичан, причем Ганди всегда говорил, это было очень важно в его мировоззрении: " Я не воюю, я не хочу бороться против конкретных людей, даже англичан. Я борюсь с социальным злом, с захватом моей земли".
И вы знаете, это была просто гениальная находка. Когда Англия вступила в борьбу с Германией, Ганди призывал все население Индии отказаться от борьбы с англичанами. Сейчас англичане воюют с фашизмом, и мы прекращаем на время войны свою борьбу с англичанами. На это время они прекратили свою борьбу с англичанами.
Для Ганди было очень важно, и это было важно для всех, кто принимает участие в борьбе ненасильственными действиями, что основа ненасильственного сопротивления, ненасильственной борьбы - религиозна, она коренится в религии, но для Ганди все религии были одинаково уважаемы и одинаково почитаемы. Он считал, что истина и Бог - это одно и то же. И истина присутствует в каждом человеке на этой земле. Если мы будем физически уничтожать своих оппонентов, мы просто убиваем частичку истины. Это значит, что мы никогда ее не постигнем, что она никогда не будет нашей. Мы боремся не с людьми, мы боремся с социальным злом. Мы пытаемся встать на сторону противника, почувствовать его. И Ганди сказал еще одну очень важную вещь, которая действительно стала истиной ненасильственной борьбы. Ненасильственная борьба - это гораздо более суровая и требующая гораздо большего мужества борьба, чем борьба с оружием в руках. Я вижу противника, я беру оружие в руки, я знаю, что я должен его убить, я должен от него защититься. Когда я вступаю в ненасильственную борьбу, я знаю, что я никогда не возьму оружие в руки в борьбе против противника и что я в любой момент могу стать жертвой этой борьбы, я сознательно иду на то, что я могу стать жертвой этой борьбы, но за мной пойдет второй, третий, четвертый, пятый ряд, которые повторят все это и которые смогут добиться успеха.
Итак, Ганди начал с бойкота английских товаров, а затем в ход пошла идея гражданского неповиновения. Ганди был уже на заметке у английских властей, было понятно, что он возглавил серьезную борьбу с англичанами, ему запретили печататься где бы то ни было. Он, это был один из первых актов гражданского неповиновения, пишет несколько своих статей, обращенных к соплеменникам, печатает в небольшой частной типографии огромным тиражом и начинает сам продавать свою книгу. Здесь уже столкновение с правом - был запрет Ганди печататься, его сажают в тюрьму, но эту книгу Ганди покупают все. И у англичан просто-напросто физически нет такого количества тюрем и такого количества помещений, куда можно было бы посадить каждого, кто купил книгу Ганди. И гражданское неповиновение выявляет то, что бороться с ними просто-напросто невозможно. Ну что сделать с человеком, который пришел и купил книгу? Ну, он купил книгу, которая не разрешена, но купили-то ее все. Народ невозможно посадить в тюрьму. Хотя активистов, первый ряд, конечно, сажали в тюрьму. Ганди долгое время провел за решеткой.
Последней, самой существенной и самой крупной акцией гражданского неповиновения, которую провел Ганди, стал так называемый "соляной поход". Символический поход через всю страну на берег океана, символическое выпаривание соли и затем призыв Ганди: "Индийцы не покупают больше английскую соль". А это монополия. Представьте, вдруг в нашей стране кто-то скажет: "Мы не покупаем больше спиртные напитки в магазине". Сколько продержится любой режим в нашей стране? Примерно то же самое произошло тогда. Ганди сказал: "Мы не покупаем соль, никто не покупает соль. " И английская экономика просто-напросто начинает разрушаться и дальше происходит такая вещь.
В 1948 году Индия становится независимым государством. Англичане уходят из Индии. Великобритания, одна из стран-победительниц во второй мировой войне, в войне с фашизмом, в 1948 году уходит из Индии, Индия обретает независимость. Это одна из первых ярких страниц истории ХХ века, когда идея ненасилия, непротивления злу насилием практически применяется в истории ХХ века.
Все не было очень гладко. Я рассказываю канву событий, я рассказываю об идее. Было очень много отступлений, срывов, было много провокаций. Но, тем не менее, факт остается фактом. И я уже говорила, что Ганди говорил, что эта борьба очень суровая и сложная, она непростая, и каждый, вступивший в нее, должен понимать, что он выступил против колонизаторов, для того чтобы освободить свою родную страну.
Но в 1948 году он умирает от рук террористов. После того, как Индия получила независимость, страна опять распадается, мусульмане и индуисты - они не могут жить вместе. Эти проблемы, проблема Пакистана, до сих пор стоят перед Индией. И тем не менее, не сумев сделать всего, он сделал очень многое. Я еще раз возвращаюсь к этому фильму Ричарда Аттенборо "Ганди" и к великолепным кадрам этого фильма. Индия получила независимость, англичане ушли, создается первое национальное правительство, этот самый момент, когда создается первое национальное правительство, возникают первые стычки между мусульманами и индуистами. Что делать? Врага прогнали, а организовывать свою собственную страну не получается. Она разделяется по национальному признаку.
Появляются зачатки гражданской войны, поджоги. Погромы, столкновения. И тогда Ганди объявляет: "Пока не прекратятся столкновения, пока не прекратится межконфессиональное противоборство, я объявляю сухую голодовку". И здесь очень важный момент. Ненасильственная борьба бывает успешной только в том случае, когда ее возглавляет харизматический лидер. Без уважаемого харизматического лидера ненасильственная борьба невозможна. Ганди был таким харизматическим лидером. Он объявил всей стране: "Пока не прекратятся столкновения, я не прекращу голодовку".
Это уже не молодой человек, человек, просидевший долгое время в застенках, его здоровье подорвано и в фильме Ричарда Аттенборо показано, что газеты каждый день печатают бюллетень его здоровья, к нему приходят депутаты парламента, говорят: "Ты сейчас так нужен нации, ты убиваешь сам себя. Эти беспорядки сами собой прекратятся". Он говорит: "Нет". И действительно, он слабеет, он уже лежит в постели, уже каждый час печатают сводки о его здоровье, и постепенно в стране прекращаются столкновения, гаснет пожар гражданской войны и Ганди сумел своим личным примером, своей убежденностью в правоте своего дела смог тогда прекратить гражданскую войну.
Ненасильственное движение в Индии столкнулось с массой проблем и сейчас оно сталкивается с массой проблем. Тем не менее, то дело, которое начал махатма Ганди было продолжено в другой части света, было продолжено как дело политической борьбы в Америке и следующим апостолом ненасилия, человеком, который сумел в практике воплотить эту идею ненасилия, становится Мартин Лютер Кинг, один из политических деятелей, которые возглавили борьбу негритянского населения Америки за свои права. Имя это все-таки известно и не так сложно в произношении и написании.
Мартин Лютер Кинг родился в 1929 году. Это чернокожий гражданин Америки. Но родился он на Севере. Сумел получить очень хорошее образование, хотя с детства он видел все прелести расовой дискриминации. Он очень хорошо знал, что такое Ку-клукс-клан, что такое расовая сегрегация, но Америка в 50-х годах была очень сильно разделена на Юг и Север. Юг Америки - это место, где просто страшная расовая дискриминация. На Севере было немножко свободнее.
Мартин Лютер Кинг получает прекрасное образование, он в университете занимается философией. Происходит его знакомство с Ганди. А, кстати говоря, я этого не сказала, сейчас скажу, на русский язык переведена великолепная книга Ганди. Она называется "Моя жизнь". Она есть на русском языке. Вообще его работ не так много. Они переводятся только сейчас и издаются небольшими тиражами. Но "Моя жизнь" была переведена и издана. Это книга, где он описывает всю свою жизнь, всю свою биографию, через что он проходит. Поэтому, если будет возможность, я советую посмотреть, это очень интересная книга.
Так вот, учась в университете, Мартин Лютер Кинг знакомится с работами Ганди, с его биографией, это производит на него совершенно колоссальное впечатление, он читает Толстого, он хорошо знает философию, одно время увлекается Марксом, все эти идеи в нем борются, бурлят, он защищает докторскую диссертацию, он доктор философии, и одновременно это человек церкви и баптистский священник.
Так вот, после окончания университета, после того, как он получил докторскую степень, становится доктором философии, церковь направляет Кинга на Юг, в штат Алабама, в город Мантгомери священником баптистской церкви. Алабама и Мантгомери были центрами расовой дискриминации. Неграм и собакам вход запрещен - одни из самых популярных табличек в то время. Сегрегированы школы, сегрегировано все: транспорт, магазины, все общественные заведения, закусочные, притом, что негры составляют 75% населения Мантгомери.
И вот в это место приезжает молодой доктор философских наук, баптистский священник. Баптистская церковь - это церковь чернокожих, да и церковь была в то время сегрегирована, что в принципе не может быть сегрегировано. Этот молодой священник приезжает в Мантгомери и сталкивается со всей этой несправедливостью. Негритянское население постоянно находится на грани бунта, на грани сопротивления. Очень сильное унижение, его просто невозможно терпеть. Естественно, все свои чаяния выплескивают в церковь, где собираются все равные. И у Кинга постепенно возникает убеждение, что он должен организовать это сопротивление, потому что если оно не будет организовано, это будет кровавая бойня, очередная кровавая бойня. И, более того, Кинг приходит к выводу, что единственным путем борьбы против расовой дискриминации может быть идея ненасилия. "Non violence", по-английски. То есть то, что делал и о чем говорил махатма Ганди. У него тоже есть замечательная книга на английском языке, одна из лучших его книг, называется "Паломничество к ненасилию". То есть всю свою жизнь он сам воспринимал как паломничество к ненасилию.
И вот однажды, часто бывает достаточно одной капли, которая переполняет чашу негодования, это был 1955 год, уже 5 лет Кинг в Мантгомери, происходит такой случай.
Общественный транспорт в Мантгомери жестко сегрегирован. Передние места - это жестко для белых, задние места - на которые может сесть чернокожий, но в том случае, если в автобус войдет белый, он должен тут же встать и уступить ему место.
И вот этот известный случай. Роза Паркс едет с работы, по-моему, с ткацкой фабрики. Она ждет ребенка, она страшно устала, она едет после работы. И она садится на то место, на заднее сиденье автобуса. А часто было так, для того чтобы купить билет, негры должны были войти в переднюю дверь, а для того, чтобы сесть в автобус, потом выйти из нее и сзади сесть на свои места. Если автобус закроет дверь и уедет, ничего страшного. Это было в порядке вещей. И вот она едет с работы, по дороге белые и она взяла и не встала. В конце концов, приходит конец любому терпению. Случай почти такой же, как с Ганди. Водитель останавливается, ее просто выкидывают, и автобус едет дальше.
Это событие разнеслось по всему городку. И поздно вечером люди пришли к церкви, причем они кипели, были возмущены. Это было начало "бунта бессмысленного и беспощадного". Бунт не только в России бессмыслен. И тогда Кинг говорит: "Мы не пойдем по этому пути, мы поступим иначе. С завтрашнего дня, а чернокожее население Монтгомери составляло 70%, мы бойкотируем весь общественный транспорт. У кого есть свой транспорт, подвозит своих соседей на работу, у кого нет - запрягают буйволов, пользуются велосипедами. В конце концов, идут пешком, но никто из нас не сядет больше на общественный транспорт".
Преимущество Кинга, а может быть, и его проблема, его сложность, состояла в том, что он жил в своей родной стране. Ему нельзя было воевать против белых. У Ганди - понятно. Есть Индия, и есть колонизаторы. Он воевал с колонизаторами. У Кинга этого не было. И белые, и черные - это население. Я не могу произнести слово "граждане", потому что черные практически не были гражданами, но были жителями той же страны, и борьба черных и белых - бесперспективна, они все граждане одной страны.
И гениальность Кинга состояла в том, что он сумел превратить ненасильственную борьбу чернокожего населения Америки за свои права в борьбу за гражданские права черного населения. Он сказал: "И белые, и черные, мы - граждане Америки". Я не борюсь против белых и не призываю бороться. Я борюсь за то, чтобы основные американские принципы, а принцип свободы действительно большая ценность, действительно принцип американской жизни уважаемый и почитаемый, идея прав она действительно очень важная идея в национальном сознании, и я борюсь за то, чтобы гражданские права распространялись на всех граждан Америки.
И Кинг сделал сразу прекрасную вещь. Он призвал бороться за это, за то, чтобы американские политические принципы стали принципами всей страны, не только чернокожих, но и белое население Америки. И надо сказать, он в этом преуспел. Он победил только благодаря этому.
Так вот, на следующий день начался бойкот общественного транспорта. Это было трудно, но люди объединились. Вообще-то, общественный транспорт везде должен получать деньги за свою работу.
Проходит день, проходят три, люди просто не пользуются общественным транспортом. Компания разоряется. И ровно через год (случай с Розой Паркс произошел в декабре 1955 года), 20 декабря 1956 годы во всем штате был десегрегирован общественный транспорт. Была отменена сегрегация в общественном транспорте. Эта борьба была успешна. Надо сказать, что за это время Мартину Лютеру Кингу угрожали. В его дом была брошена бомба. Ему пришлось семью, а у него тогда был маленький ребенок, прятать, отвозить к родителям на Север. Он не мог жить дома, ему угрожали, его пытались спровоцировать, арестовать, но тем не менее ровно через год общественный транспорт в Америке был десегрегирован.
Борьба продолжалась. Мартин Лютер Кинг возглавляет борьбу чернокожего населения за свои права.
20 мая 1963 года Верховный суд США признал сегрегацию незаконный. В том же 1963 году президент США направил в конгресс законопроект, осуждающий сегрегацию и разрабатывающий меры против сегрегации. В 1964 году Мартину Лютеру Кингу была присуждена Нобелевская премия мира. Это движение из Южных Штатов вылилось в Северные штаты. Организовывались огромные акции протеста, пропагандистские кампании. И самое главное, что удалось Мартину Лютеру Кингу - это привлечь и белое население Америки на свою сторону.
В своей книге "Паломничество к ненасилию" Мартин Лютер Кинг пишет, как он понимает, что такое ненасилие. Я зачитаю вам строчки из его книги "Ненасилие есть борьба (это главное для него), путь сильных людей. Ненасилие апеллирует к разуму и совести противника. Ненасилие направлено против зла, а не людей, которые сотворили зло. Ненасилие обязывает принимать страдания без возмездия. Необходимо избегать не только внешнего насилия, но и внутреннего насилия духа, чтобы побеждать противника. Ненасилие исходит из веры в справедливость мироздания".
Если вы немного знаете историю, то знаете, что в 1968 году Мартин Лютер Кинг погибает. Погибает от руки террориста, ку-клукс-клановца.
Тем не менее, я закончить рассказ о Мартине Лютере Кинге хочу одним примером. Здесь сидят мои ровесники. В детстве, когда я только начинала читать, одной из самых любимых моих книг была "Хижина дяди Тома". Я чуть ли не плакала, когда читала, как унижают негров, как им плохо. Потом недавно я съездила в Америку, познакомилась со своими коллегами там. И одна из моих коллег буквально 2 года назад приезжала в Москву, и я пригласила ее к себе в институт, прочитать лекцию студентам по теме, которая была им очень близка. Эта моя коллега возглавляет кафедру социальной работы, а социальная работа сейчас у нас очень распространена, как новое образование. Я попросила ее придти и рассказать, что такое социальная работа, как она это преподает. Для того, чтобы переводить эту лекцию, мы пригласили преподавателя с кафедры английского языка. Когда коллега начинает рассказывать о тех проблемах, с которыми сталкиваются люди, посвятившие себя социальной работе, она одним из аспектов выделила аспект межэтнический. И она употребила слово, которое сейчас очень распространено в Америке - "Afro-Americans". И моя коллега, которая переводит, преподаватель английского языка, хорошо знает английский язык, у нее вообще нет проблем с языком, не может это перевести, она вдруг не поняла, о чем идет речь. Пришлось объяснить. Проблема вот в чем. В современной Америке люди очень разные, ее не надо идеализировать. Но, по крайней мере, в университетских кругах, среди интеллигенции, в принципе невозможно сказать, black, color, черный, негр", это недопустимо внутри сообщества, и поэтому в последние годы родилось это слово "Afro-American" - американец африканского происхождения. Когда надо обсуждать проблему, даже на теоретическом уровне, люди не позволяют себе говорить негр, цветной. И в современной Москве, я не хочу говорить о России, в современной Москве моя коллега не может этого перевести, у нас нет этого языка. В нашей стране сказать, человек такой-то национальности, черный, белый, красный, зеленый - это запросто, это можно в любой газете. Потому что идеи Толстого, идеи ненасилия никому не нужны, всегда говорили о каком-то братстве народов, и сейчас каждый это может сказать в обществе. В Америке, которая прошла через путь ненасильственный борьбы за свои права, появился новый термин - "Afro-Americans" и уважающий себя человек никогда не подчеркнет национальность другого человека. Хотя Америка разная, она не состоит только из университетов и университетских преподавателей, там есть очень многое.
Естественно, что практика ненасильственных действий не ограничивается только этими тремя примерами, хотя они самые яркие. Много пишется о борьбе с фашизмом в скандинавских странах путем ненасилия. Есть опыт ненасильственной борьбы у нас в лагерях. В книге, которую мы принесли в библиотеку к вам, описан, собран этот опыт. Но я надеюсь, что в ходе нашей сегодняшней беседы, а я специально оставляю время для ваших вопросов, мне бы хотелось услышать в них, по крайней мере, что идея ненасилия станет вам более знакомой, более понятной. И, по крайней мере, я буду убеждена, что слово "ненасилие" слышал каждый. На этом я хочу закончить, а теперь - вопросы. И в связи с идеей, и в связи с практикой ненасилия. Пожалуйста.
Голос из зала. Вы сказали в самом начале лекции, что наш ХХ век стал апогеем насилия и апогеем жестокости. Я хочу спросить, неужели на самом деле так? Ведь известно много случаев в истории, борьба с ересью в Средние века и те ужасы, которые происходили, и те же самые крестовые походы, этот фанатизм людей, который уничтожал все и вся. Да, в ХХ веке изобрели атомную бомбу, атомное оружие, но ведь это просто позволили технологии и если рассматривать не с той позиции, сколько это оружие может уничтожить, а как это сказывается на развитии человечества, то, может быть, то, что происходило раньше, было таким же по масштабам жесткости явлением?
Колтыпина. Спасибо большое. Вы в своем вопросе почти на него ответили. Совершенно верно, насилие существует всегда в человеческом обществе. Но развитие техники и технологии в ХХ веке привели к тому, что насилие может стать причиной смерти человечества. Оно настолько распространилось, настолько увеличилось и человечество с ним настолько смирилось, что сейчас стоит вопрос фактически пограничной ситуации - жизни и смерти. Если все будет продолжаться так, мы просто уничтожим себя. Человечество себя уничтожит. В этом смысле ХХ век уникален - либо мы что-то меняем, либо мы просто можем погибнуть.
А есть еще вопросы по поводу ненасилия? Такая хорошая идея, правда, ребята? Можно, тогда я сама задам вам вопрос, который мне часто задают ваши сверстники?
Я специально все заострила и попыталась его спровоцировать. Очень часто задают такой вопрос. Вот вы нам рассказали про ненасилие. У нас время было ограниченное. Я, может быть, не очень подробно рассказывала о Толстом, который говорил, что ненасилие - это абсолютный принцип, в любом случае, что бы ни случилось, ты не должен применять насилие. И очень часто в таких аудиториях мне задают вопрос, который я сейчас задам Вам. Вот, представьте себе, ненасилие, это великолепная идея. Я ее очень люблю. Я считаю ее важной, я считаю ее спасительной. В такой ситуации меня часто спрашивают мои студенты. Вот, представьте себе, преступник заносит руку с ножом, с оружием, над головой Вашего ребенка. Вопрос к вам. Ненасилие - великолепная идея. Что вы делаете в такой ситуации?
Голосиз зала. Я точно не помню, кажется, Толстой говорил, что точно не известно, опустит ли он свою руку, убьет ли он этого ребенка, еще неизвестно.
Колтыпина. Вопрос не про Толстого, про вас лично. Я понимаю, что не про детей, про очень близкого человека.
Голос из зала. Не знаю.
Другой голос из зала. Заранее известно, что он опустит нож на ребенка?
Если ответить насилием и убить преступника, то, может быть, он и не хотел убивать ребенка. Получится, так сказать, может быть, испугать. Будет, может быть, неравная борьба.
Колтыпина. Спасибо. Будут еще какие-то ответы на этот вопрос? Мне очень интересно это услышать.
Голос из зала. Вот молодые люди сказали, что может быть, нож и не опустит. Но мне кажется, если это ребенок, любая мать топориком прямо там.
Колтыпина. Я думаю, что и отец. Через одного уж точно.
Голос из зала. Собственный ребенок, собственное чадо, частичка тебя. Я думаю, что нереально каким-то ненасилием все это решить.
Колтыпина. Спасибо. Вы еще хотели что-то ответить.
Голос из зала. Я хотел сказать, вы говорили, что идея ненасилия базируется на религиозных принципах, что в любой религии за проступки, за нарушение заповедей и основ полагается возмездие, наказание, и, естественно, невозможен мир без каких-либо правовых наказаний. Наказаний разумных и реально возмещающих то, что человек совершил. Потому что всегда найдутся те, кто переступил и всегда необходимы какие-то карательные меры.
Колтыпина. Вопрос про вас лично. Понятно, что есть преступление и наказание. Про вас лично. Мне очень часто задают этот вопрос, когда я рассказываю про ненасилие. Я специально задала этот вопрос. Я могла его обойти, может быть, мне бы его никто и не задал. Я его задаю как бы вам обратно.
Голос из зала. Я не могу представить, как я себя поведу в такой ситуации. Я думаю, что мое поведение будет неконтролируемо.
Колтыпина. Спасибо. Еще, пожалуйста.
Голос из зала. Мне кажется, что идея ненасилия для нас достаточно нова, и что 99% людей поднимут руку на этого преступника на подсознательном уровне, потому что если бы они подумали, у них было время подумать, они нашли бы какие-нибудь другие пути, но когда надо принимать быстрое решение, мы все принимаем единственно возможное, как нам кажется.
Голос из зала. В реальной ситуации можно оказать психологическое давление, но надо уметь, не каждый сможет.
Голос из зала. Мне кажется, в любом случае родительница ребенка даст отпор преступнику. Здесь действует рефлекс, инстинкт самосохранения. Никаких мыслей здесь нет и быть не может.
Голос из зала. Мне кажется, что это рефлексы и инстинкты. Но рефлексы и инстинкты тоже можно победить, и в процессе эволюции это как-то развивается, и можно это победить, однако чтобы не зарубить топориком преступника, чтобы не применить к нему насилие, у человека должна быть очень большая духовная база, то есть человек должен быть на таком уровне, который практически, к сожалению, в нашем обществе просто недостижим. Однако это возможно для человеческого потенциала.
Колтыпина. Спасибо.
Литинский. Можно уточнить вопрос? А вообще идея ненасильственного социального поведения - она совместима с идеей государства? Государства как формы общежития людей. Люди как-то разбиты по загончикам, Америка, Франция, Англия. Государство, по-видимому, обязано осуществлять в тех или иных формах насилие? Мой вопрос понятен?
Колтыпина. Спасибо большое. Закончим на этом вопросе. Отлично, эти все разные вопросы высветили проблему теми гранями, которыми в самом конце я хотела бы ее высветить. Естественно, когда к вам обращается этот вопрос, это будущие дети, а когда студенты обращаются ко мне, что бы вы делали с вашим ребенком, я защищала бы своего собственного ребенка любыми средствами, никаких проблем нет, я мать и на этом земля держится. Они говорят, как, а что вы нам сейчас рассказывали на протяжении полутора часов про ненасилие? Я специально сейчас на этом заостряю внимание, чтобы осталось вот что. Ненасилие - великолепная идея. Практика ненасилия заслуживает глубочайшего уважения. Я прочитала эту лекцию и рассказала о ненасилии, для того чтобы вы понимали - наверное, в нашей реальной практической жизни, как совершенно верно мне сказали, абсолютно принцип ненасилия выполнять невозможно. Может быть, только святые подвижники могут. Но я сейчас вам рассказывала о ненасилии для того(к сожалению, для нас эта идея новая) чтобы вы поняли, что когда есть конфликтная ситуация, на личном психологическом, на социальном уровне, конфликтную ситуацию всегда можно разрешать разными, по крайней мере, двумя путями. Есть путь насилия, иногда действительно он становится единственным и с этим мы должны согласиться, но вы должны знать, что есть и другой путь - путь ненасилия. К сожалению, мы живем в стране с нашей идеологией, где долгое время считалось, что любой конфликт решается только одним путем - путем насилия. Государство - это насилие, школа, к сожалению, очень часто - это насилие. И вертикальное, и горизонтальное. И так далее, и так далее. И вот эту первую ознакомительную лекцию, первую лекцию из общего ознакомительного цикла я прочитала вам для того, чтобы вы знали, что в любых ситуациях, в разного рода конфликтах есть разные способы разрешения. И прежде чем вступать в разрешение конфликта, нужно подумать, возможно ли здесь ненасильственное разрешение конфликта. Очень часто мы отказываемся и не применяем ненасильственные методы разрешения конфликтов только потому, что мы не знаем, что это такое и как это возможно. Опыт этот описан, есть методы ненасильственной борьбы, которые также прописаны достаточно подробно и я призываю познакомиться с этим опытом. А что касается последнего вопроса, конечно, в реальной жизни есть государство, есть насилие, но мы должны знать и с этим приходится мириться, что есть не только насилие, что есть иные способы разрешение конфликтов как внутри государства, так и между гражданином и государством, своим собственным государством и другим государством. И если мы действительно хотим стать гражданами, мы должны знать еще и это.
И один такой последний нюанс. Есть очень много проблем, с моей точки зрения, которые делают гражданина гражданином. Как мы становимся гражданами? Мы становимся гражданами, участвуя в практической жизни нашего государства, участвуя в обсуждении тех проблем, которые актуальны для государства. Есть одна очень важная проблема, с которой я тоже сталкиваюсь по роду своей специальности - проблема смертной казни. Всегда (с маленькими перерывами) в нашем законодательстве существовала смертная казнь. Потом очень быстро, для того чтобы вступить в Европейское сообщество, сверху было сказано "наложен мораторий на смертную казнь". Эта проблема должна обсуждаться, она должна дискутироваться, она должна быть понята. Я очень часто прихожу в студенческие аудитории и говорю: "Ребята, вот проблема смертной казни. Как вы считаете, смертная казнь должна быть или не должна быть в нашем государстве?" Ребята мне пишут ответы. Студенческая, самая свободная аудитория, и, как правило, 80% считают, что должна быть. И вот, ненасилие, помимо того, что это метод разрешения конфликтов, это еще и очень большая ценность. Ценность духовной жизни человека и ценность гражданская. Если вы будете об этом знать, то при ответе на вопрос, нужна ли смертная казнь, по крайней мере, подумаете, что это делается государством, которое ее применяет.
Время истекло, я хотела бы закончить. Если есть вопросы, я готова ответить.
Щекотова. Спасибо Вам большое.