На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
И тут и там ::: Сац Н.И. - Жизнь - явление полосатое ::: Сац Наталия Ильинична ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Сац Наталия Ильинична

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Музея
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]
 
Сац Н. И. Жизнь - явление полосатое. - М. : Новости, 1991. - 588 с. - (Время. События. Люди).

 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
- 444 -

И тут и там 

 

Большое счастье — ощущение руки помощи. День и ночь теперь мало отличались друг от друга. «Фонтаны идей» били из ранее замурованных скважин в самые разные стороны. Ритм жизни уподобился танцу с синкопами. То бежала в библиотеку, требуя новые детские пьесы, то думала о будущем занавесе, то вполнамека заговаривала с людьми, которые смогут... В твердость руки того, с кем говорила, поверила, но что-то уже давно никто не зовет... Напоминать или молчать? Ворох мыслей — на случай, «если все будет в порядке», ворох не посланных писем, смет на самые разные ассигнования: новое — всегда задача со многими неизвестными.

Главное — свое помещение. Ношусь вприпрыжку, избегала весь город — ничего мало-мальски подходящего даже на триста мест. Но вот, кажется, лучший вариант: кино "Ала-Тау"! Здание — прямо против Оперы, чудесный зал,

 

- 445 -

фойе, фасад, но надо срочно переселять оттуда жителей: они словно мстят за теснотищу — портят стены, ломают резьбу, стулья и топят, чем попало.

В общежитии на меня посматривают подозрительно — чего это она зачастила? Втихомолку определяю на глаз высоту треснувших закопченных стен, уже не замечаю всех снующих и галдящих в этом муравейнике и прикидываю, где повесим люстру... Напрасны угрюмые взгляды в мою сторону: мало надежд, что желаемое сбудется, ну а сбудется — при выселении вы же получите нормальные условия жизни, и вам, и вашим детям будет лучше. Во мне звучат эти диалоги, а кругом слышны плач, смех, пререкания.

Выхожу на воздух. Наверно, не удастся это "переселение народов". Но нет другого выхода. Только бы нас не подключили к уже действующему театру для взрослых сбоку припека, не обрезали крылья!

Не помню уже как — внедряю мысль о спасении "красавца кино «Ала-Тау», о передаче его здания Детскому театру. Обращаю внимание на необходимость срочного ремонта, на бедственное положение живущих там. Действую короткими фразами-ударами.

И вот в один поистине прекрасный день — 6 сентября 1944 года — выходит постановление об организации в городе Алма-Ате театра юных зрителей.

Ура! Не совсем ура... Оказывается, превращение здания кино в театр подлежит согласованию с Главным фотокиноуправлением, а оно заявляет решительный протест.

— Со своей точки зрения они правы. Сокращение сети кинотеатров... — осторожно увещевают меня в Управлении по делам искусств Казахстана.

— Ничего они не правы! Посмотрели бы они, что в этом здании сейчас делается. Можно подумать, что они сберегли его для киносеансов!

Созерцательные взоры и плавно разведенные в стороны руки вызывают у меня бешенство.

После многих бросков в разные стороны получаю командировку в Москву. "Храпченко, конечно, заинтересован в развитии сети театров, особенно детских", — убеждаю себя и других.

 

Снова Москва, кабинет председателя Комитета по делам искусств. Михаил Борисович приветливо говорит о нашей "Чио-Сан", удовлетворен, что я оправдала доверие, но, как

 

- 446 -

мне кажется, снова хочет увести меня от мысли о детском театре Казахстана:

— К чему вам брать на себя непосильные задачи? Создавать новое сейчас несвоевременно. Война. Кроме того, скажу откровенно, глава Киноуправления Большаков сильнее меня. Начинать с ним спор нецелесообразно, я потерплю поражение...  Позиция Михаила Борисовича убийственно ясна, спорить с ним незачем.

— А если обращусь в ЦК?

— Этого права никто у вас не может отнять. — Он слегка пожимает плечами, усмехается и добавляет: — А вы все такая же...

Да, без трещин. Верю. Спасибо, что не запрещает, смотрит добрыми глазами.

— Михаил Борисович! Я в Алма-Ате больше года и, верьте, детский театр там даже нужнее, чем думала прежде. Спасибо за прием.

— Благодарить вам меня пока не за что, попробуйте. Если найдете поддержку там, мы, конечно... Желаю успеха!

Диван со сломанной пружиной в квартире Сулержицких — прекрасное место, где можно отдохнуть, выпить подобие кофе, поесть хлеб с маргарином, а главное, подумать, к кому и как обратиться!

Когда Митя приходит с работы и хочет прилечь на диван, устраиваюсь со своей писаниной в ванной, на подоконнике. Пишу Александру Сергеевичу Щербакову. Наверное, он знал меня по прежней работе, однажды в письме к нему обо мне упоминал Алексей Максимович Горький. Пишу уже пятнадцатый или двадцатый вариант. Сулержицкие давно спят. Надо очень кратко.

Скупо солнце светит. Часов пять утра. Посплю немного и к десяти — в ЦК.

Прошусь к помощнику А.С. Щербакова: нужно лично передать письмо, сейчас. Моя командировка на пять дней. Принимает, выслушивает внимательно. Велит позвонить за ответом послезавтра.

Он приходит, этот день. Помощник у телефона:

— Александр Сергеевич сказал, что русский ТЮЗ в Казахстане нужен, он присоединяется к решению Совнаркома и ЦК КП (б) Казахстана, протест Большакова не получит силы. Желает вам успеха.

 

- 447 -

Несусь в Алма-Ату в тот же вечер. Бывает же такое счастье!

 

 
 
 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Сахаровским центром.
Тел.: (495) 623 4115;; e-mail: secretary@sakharov-center.ru
Политика конфиденциальности


Региональная общественная организация «Общественная комиссия по сохранению наследия академика Сахарова» (Сахаровский центр) решением Минюста РФ от 25.12.2014 года №1990-р внесена в реестр организаций, выполняющих функцию иностранного агента.
Это решение мы обжалуем в суде.