На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
ДОПРОС СВИДЕТЕЛЕЙ ::: Горбаневская Н.Е. - Полдень ::: Горбаневская Наталья Евгеньевна ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Горбаневская Наталья Евгеньевна

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Музея
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]
 
Горбаневская Н. Е. Полдень : Дело о демонстрации 25 августа 1968 года на Красной площади. - Frankfurt/M.: Посев, 1970. - 497 с.

 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
- 198 -

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЕЙ

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ СТРЕБКОВА

ИВАНА ВАСИЛЬЕВИЧА

 

Стребков: Это было 25 августа с. г. Я нес службу на Красной площади, на патрульной машине. Около 1200 получил команду в срочном порядке подъехать к Лобной части Красной площади. Когда подъехал, увидел очень много народу, толпу. Я не понял, что случилось. Открыл дверку, вышел из машины, только остановился, подходят трое граждан: двое по бокам, один в середине. Ведут его под руки. Дали указание доставить срочно гражданина в 50 отделение милиции. В милиции передал гражданина дежурному на руки, доложил обстановку дежурному по городу, и вернулся на Красную площадь.

Судья: Можете вы опознать среди подсудимых, кого именно вы доставили в отделение милиции?

Стребков: Пожалуй, нет. Кажется, в белой рубашке и очках. Кажется, он (показывает на Бабицкого).

Прокурор: Как вы сможете охарактеризовать движение в том месте?

Стребков: Не понял.

Прокурор (поясняет): Проезжали ли там машины?

Стребков: Нет, там движение запрещено, в это время был допуск в мавзолей.

 

- 199 -

Прокурор: А из Спасских ворот? Им надо было проезжать мимо Лобного места?

Стребков: Нет, машины идут напрямую из Кремля по ул. Куйбышева. Мимо Лобной части, но в стороне.

Прокурор: Как вел себя этот гражданин?

Стребков: Вел себя спокойно, ни слова.

Прокурор: А те лица, которые сажали его в машину?

Стребков: Не видел. Посадили и сказали доставить.

Прокурор: Подсудимый Бабицкий, этот свидетель доставил вас в отделение милиции?

Бабицкий: Я полагаю, что этим гражданином я был доставлен в милицию.

(Бабицкий к свидетелю вопросов не имеет.)

Богораз: Кто отдал приказ подъехать к Лобному месту?

Стребков: Я получил команду от старшего по наряду.

Богораз: А доставить в отделение милиции?

Стребков: Эту команду мне дали неизвестные граждане.

Богораз: В деле есть два ваших рапорта. Там сказано, что в отделении милиции вы видели плакат в руках сотрудника КГБ. Расскажите об этом подробнее.

Стребков: Пока я звонил по телефону в соседней комнате, зашел гражданин. Потом оказался сотрудником КГБ. Он принес лозунг: «Руки прочь от Чехословакии!»

 

- 200 -

Адвокат Каминская: Видели ли вы машины, идущие из Спасских ворот?

Стребков: Каждую минуту шныряют туда и обратно правительственные машины.

Каминская: Но толпа была в стороне?

Стребков: Да.

Каминская: Значит, она не мешала движению?

Стребков: Нет, не мешала. Там постовой стоит.

Каминская: Сколько времени вы пробыли у Лобного места?

Стребков: 1-2 минуты, машина оперативная.

Каминская: Сколько машин за это время вышло из Спасских ворот?

Стребков: Не знаю, не обращал внимания.

Адвокат Каллистратова: От кого вы узнали, что плакат принес именно сотрудник КГБ?

Стребков: Он назвал себя.

Каллистратова: Что  он  сказал  при  этом?

Стребков: Что он при обыске отобрал плакат.

Каллистратова: Вам дали команду отвезти их в 50 отделение милиции. Какие граждане дали вам эту команду?

Стребков: Какие-то граждане.

Каллистратова: И вы исполнили команду каких-то граждан?

Стребков: Да.

Судья (одновременно с ответом Стребкова): Ответ на этот вопрос уже получен.

Адвокат Поздеев: Оказывал ли задержанный гражданин сопротивление?

Стребков: Нет, не сопротивлялся.

Адвокат Монахов: С какой целью вы находились на Красной площади?

 

- 201 -

Стребков: Следил за порядком.

Монахов: Останавливались ли машины?

Стребков: Не обращал внимания.

Каминская: В ваших предварительных показаниях сказано, что вы взяли последнего. Уточните.

Стребков: Не знаю, оставался ли там кто-нибудь. Да, по-моему, я отвез последнего. Я думаю так, потому что других машин не было.

Бабицкий: Если завтра к вам подойдут двое, ведущие третьего, и прикажут отвезти его, вы исполните их приказание?

Судья: Вопрос предположительный и поэтому снимается.

Бабицкий: Граждан вы не знали?

Стребков: Нет.

Бабицкий: Что заставило вас выполнить приказание людей, которых вы не знаете?

Стребков: Я, как работник милиции, обязан задержать по требованию любого.

Дремлюга: Предъявляли  ли   они  документы?

Стребков: Нет, не предъявляли.

Дремлюга: На каком расстоянии от Лобного места проходят машины?

Стребков: Не могу сказать.

Дремлюга: Вы сказали, что ОРУД перекрыл движение на Красной площади в связи с очередью в мавзолей. С какой стороны была толпа?

Стребков: Со стороны собора.

Дремлюга: С какой стороны от Лобного места проходят машины?

Стребков: Не могу сказать.

Прокурор (Дремлюге): С какой стороны Лобного места вы сидели?

 

- 202 -

Дремлюга: Лицом к Историческому музею.

Судья спрашивает поименно мнение участников суда, разрешить ли Стребкову не присутствовать далее на судебном следствии в связи с тем, что ему надо идти на похороны.

Прокурор не возражает против того, чтобы отпустить Стребкова.

Адвокаты и подсудимые не возражают, но просят суд обязать Стребкова вернуться на судебное следствие после похорон: «Стребков должен быть при допросе других свидетелей, так как есть расхождения его показаний с показаниями других свидетелей на предварительном следствии».

Суд, совещаясь на месте, определяет: Стребкова с судебного следствия отпустить.

 

ДОПОЛНЕНИЕ БОГОРАЗ

 

После того, как выступили остальные подсудимые, я считаю возможным сообщить, какой именно плакат я держала, так как это все равно явствует методом исключения: «Руки прочь от ЧССР!» Плакат был выполнен черной краской на белом полотне. Я еще раз подтверждаю, что несу ответственность за все плакаты.

В дополнение к показаниям Дремлюги: я вспомнила, что тоже слышала слова, обращенные к Литвинову: «Наконец-то ты мне попался, жидовская морда».

В ответ на слова прокурора о сговоре, к вопросу о случайности или договоренности: как указал Лит-

 

- 203 -

винов, есть еще и третья возможность - информация от каких-то третьих лиц.

Судья: Прошу вас уточнить этот момент.

Богораз: Я ни от кого не скрывала своих намерений, хотя и не утверждаю, что говорила о них именно подсудимым. Уточняю: я избрала именно эту форму протеста, так как я и по-другому протестовала, например, подавала заявление на работе, но не получала ответа. А такая форма протеста, как демонстрация, также является законной и гарантируется конституцией.

Прокурор (Дремлюге): Говорили ли вы на предварительном следствии об этой фразе, обращенной к Литвинову?

Дремлюга (гордо): На предварительном следствии я вообще никаких показаний не давал.

Литвинов (дополняет): Я сейчас тоже вспомнил эту фразу и вспомнил, кем и когда она была сказана. Ее произнес человек, сидевший за рулем машины, когда нас везли в милицию, и ее могли слышать Дремлюга, Богораз и другие.

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ

ЯСТРЕБА ЕВГЕНИИ НИКОЛАЕВНЫ

 

Ястреба: 25 августа этого года без десяти двенадцать я пришла к Лобному месту для встречи со знакомыми девушками.

Я увидела, как мимо меня прошла женщина с коляской. В этот момент с противоположной стороны

 

- 204 -

к ней подошли женщина (Богораз) и трое мужчин — Литвинов, Делоне и, кажется, Файнберг. Несколько минут поговорили. Женщина с ребенком села у Лобного места, за ней все остальные. Тут же подняли вверх руки: в руках они держали плакаты. Женщина с ребенком подняла флажок — она сказала, что это чешский национальный флаг. Я постаралась прочесть лозунги, но не смогла. Прочла только лозунг: «За вашу и нашу свободу!» — его держал Литвинов. В это время подбежали трое мужчин, вырвали лозунги, один сломал древко флажка. Собралась большая толпа. Реплики: «Нехорошо так вести себя», требовали милиции. Потом подогнали машину. Туда посадили людей больше, чем я видела раньше (пятерых). Файнберг крикнул: «Долой агрессию!» Литвинов и Делоне шли спокойно.

Прокурор: В ходе предварительного следствия вы кого-нибудь опознали?

Ястреба: Да, я опознала Файнберга, Литвинова, Делоне, и Богораз. Дремлюгу и Бабицкого не узнала.

Прокурор: Как отнеслись собравшиеся граждане к происходящему?

Ястреба: Очень возмущались. Кто-то сказал: «Мой отец за Чехословакию погиб, а вы тут такое вытворяете», «Пригрелись, едите наш хлеб».

Прокурор: Как отвечали сидевшие?

Ястреба: Отвечали тихо, я не слышала, кажется, что-то о конституции. Из толпы ответили: «Конституцию знаете, а такое устраиваете».

Прокурор: Чем вы занимаетесь? Работаете, учитесь?

Ястреба: Я студентка 5 курса Челябинского Политехнического института.

 

- 205 -

Прокурор:   Вы член ВЛКСМ?

Ястреба: Да, я комсомолка.

Богораз: Допустили ли грубые нарушения люди из толпы?

Ястреба: Допускали. Один мужчина ударил два раза Делоне портфелем по голове и по плечу, только поцарапал.

Богораз: Били ли Файнберга?

Ястреба: Я не видела, но слышала, кто-то в толпе сказал, что его ударили. Ему ответили, также из толпы: «Он сам себя кулаком ударил».

Богораз: Проезжали ли машины из Спасских ворот, наблюдали ли вы заторы?

Ястреба: Я не следила за машинами. Они ехали в сторону Спасских ворот, но заторов не было.

Богораз: Принимали ли вы участие в нашем задержании?

Ястреба: Сама не задерживала.

Адвокат Каллистратова: Кто ударил Делоне?

Ястреба: Мужчина подбежал, сгоряча ударил Делоне, следующий бежавший крикнул: «Прекратите бить». После этого первый опять ударил.

Каллистратова: Ударил тот, кто вырвал лозунг?

Ястреба: Да.

Каллистратова: Когда задерживали Делоне, и вели его, он сопротивлялся?

Ястреба: Я не видела, чтобы он сопротивлялся, но между мной и ими стояла колонна людей в одну шеренгу.

Каллистратова: Что делали подсудимые, когда их били и вырывали у них плакаты, и после этого?

Ястреба: Сидели спокойно и не пытались сопротивляться, может, что и говорили, я не слышала.

 

- 206 -

Только женщина с ребенком сказала: «Что вы делаете! Не трогайте, это же национальный чешский флаг».

Адвокат Монахов: Как Делоне реагировал на то, что его два раза ударили?

Ястреба: Делоне даже не поднимался и никаких действий не производил. В ответ на то, что его били, никакой физической силы не применял.

Богораз: Уточните, где мы сидели.

Ястреба: Там есть тротуарчик, вы сидели на нем лицом к Историческому музею.

Литвинов: В каких наших действиях вы заметили нарушение общественного порядка?

Судья: Суд снимает этот вопрос.

Литвинов: Как вы показали, женщина с ребенком шла одна, а потом подошли мы. Где это произошло?

Ястреба: Встретились в нескольких метрах от меня.

Бабицкий: Видели ли вы около Лобного места представителей милиции?

Ястреба: По-моему, у Лобного места работников милиции не было.

Делоне: Что успели крикнуть подбежавшие к нам люди, прежде чем начали бить и вырывать лозунги?

Ястреба: Что-то крикнули: «Что вы себе позволяете?», «Что вы здесь делаете?»

Делоне: Правильно я вас понял, что мужчина ударил меня после того, как вырвал лозунг?

Ястреба: Не помню, кажется, после.

Дремлюга: Вы смотрели на нас сзади?

Ястреба: Да.

 

- 207 -

Делоне (поясняет): Ястреба стояла сзади и приняла один плакат за два.

Богораз: Я еще раз обращаю внимание суда на то, что в зал не допущены наши друзья и некоторые родственники. Это является нарушением принципа гласности судопроизводства.

Судья: Суд не занимается этим вопросом. Это находится в компетенции коменданта суда.

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ ДОЛГОВА Н. И.

 

Долгов: 25 августа я договорился встретиться с детьми возле мавзолея Ленина. Смотрел, как шли и сменялись часовые. Оглянулся и на фоне церкви на Лобном месте увидел группу лиц — 5 мужчин и женщину с коляской. У женщины с коляской — чешский национальный флажок. У остальных над головами — сплошная полоса плакатов, не меньше четырех. Почувствовал, что что-то неладно, затевается какая-то провокация. Быстро приблизился и изъял два плаката. Двусторонний плакат у Дремлюги, на одной стороне — «Свободу Дубчеку!», на другой — что-то еще, кажется, «Долой оккупантов!», у рядом сидящего — «За вашу и нашу свободу!». Собралась толпа, я оказался в кольце. Публика стояла, говорила отвести в милицию. Прошло 2-3 минуты, подъехали машины. Их стали сажать в машины. Плакаты хотел отдать милиционеру. Он сказал, чтобы я написал заявление в 50 отделение милиции. Я написал и отдал. Вылез из толпы.

Прокурор: Уточните, что представляли собой эти

 

- 208 -

плакаты. Только полотнища или еще что-нибудь?

Долгов: Плакаты написаны не как государственные: от руки, небрежно. Небольшие, у Дремлюги плакат подлиннее, «За вашу и нашу свободу!» на палочках. Когда я схватил плакат, эти ветки сломались.

Прокурор: Как окружающие граждане отнеслись к происходящему?

Долгов: Очень возмущено. Были выкрики из толпы: «Тунеядцы», «Как вам не стыдно?».

Прокурор: А как отвечали сидящие?

Долгов: Женщина с ребенком что-то говорила, резко так. Но я не расслышал.

Богораз: Свидетель показал, что он долго был на Красной площади. Много ли было людей у Лобного места до этого?

Долгов: Я там находился не очень длительное время. Скоплений до этого не видел. Публика гуляла, смотрела.

Богораз: Видели ли вы в толпе своих знакомых или сотрудников?

Долгов: Нет.

Адвокат Каминская: Где вы работаете?                 

Долгов: В воинской части.                                      

Каминская: В какой?

Судья: Номер не обязательно говорить, в деле он записан правильно.

Каминская: Сколько человек одновременно с вами подбежало?

Долгов: Я, кажется, подбежал первым. После меня
через секунду и другие. Публика очень скоро стала
подходить. Шли от мавзолея Ленина и повернули
лицом к Лобному месту.                

 

- 209 -

Каминская: Сколько времени прошло до того, как подошли машины?

Долгов: Мне показалось, минуты 2-3.

Адвокат Каллистратова: Каким способом вы изъяли плакаты?

Долгов: Первый — за древко, второй за полотнище.

Каллистратова:  Кому вы передали плакаты?

Долгов: Передал старшине милиции в форме.

Каллистратова: Знаете ли вы свидетелей Богатырева, Веселова, Иванова и Васильева?

Долгов: Нет, не знаю.

Каллистратова: Как, совсем не знаете?

Долгов: Лично не знаком, может, видел где на партконференции.

Каллистратова: Видели ли вы, чтобы в вашем присутствии наносились какие-нибудь удары?

Долгов: Нет, не видел.

Каллистратова: А сами вы не наносили удары?

Долгов: Сам участия не принимал.

Каллистратова: Предъявляли ли вы удостоверение сидевшим?

Долгов: Нет.

Каллистратова: Предлагали ли вы сидящим свернуть или отдать плакаты?

Долгов: Нет.

Адвокат Поздеев: Оказывали ли сопротивление подсудимые?

Долгов: Мне — нет.

Поздеев: Других машин, кроме увозящих, не было?

Долгов: Нет, другого транспорта не видел.

Адвокат Монахов: А заявление вы как передали? По почте?

 

- 210 -

Долгов: Нет. Написал и передал в комнате у Спасской башни.

Делоне: Было ли у вас что-либо в руках?

Долгов: Нет, ничего не было.                         

Делоне: Меня в лицо не помните?                 

Долгов: Кажется, нет.                                     

Делоне: Вы утверждаете, что ни вы, ни кто другой нас не били?

Долгов: Я к вам и пальцем не прикасался и не заметил, чтобы кто другой тронул.

Бабицкий: Уточните, где вы находились в 12 часов.

Долгое: У ГУМа, ближе к Историческому музею.

Бабицкий: В тот момент вы прочли лозунги?

Долгов: Прочел лозунг на чешском языке. Я его не понимаю, но в памяти он у меня остался. Другой прочел уже вблизи.

Дремлюга: Как велика ваша организация?

(Смех в зале.)

Судья: Вопрос снимается.                                     

Дремлюга: Многих ли своих сотрудников вы знаете?             

Долгов: Да.

Дремлюга: И вы не видели там ни одного из них?

Долгов: Нет, ни одного.

Делоне: Почему вы решили вырвать лозунги, не обращаясь к нам и не предъявив документы?

Долгов: Возмутился. Я много видел, сам воевал,
газеты читаю. Сразу понял, что какая-то провокация.  

 

- 211 -

Делоне: Почему вы действовали самолично?

Долгов: Так велит моя совесть.

Делоне: Почему вы не обратились к представителям власти, к милиции?

Долгов: Вы хотите сказать: если кто ножик занес, я должен в милицию обращаться?

Дремлюга: Вы на большом расстоянии, не видя содержания лозунгов, решили, что затевается провокация?

Судья: Свидетель Долгов, уточните, на каком расстоянии вы прочли лозунги?

Долгов: Лозунг «Свободу Дубчеку!» я прочел метров за 30.

Дремлюга: Почему вы решили, что лозунг «Свободу Дубчеку!» — провокация, и сочли нужным его вырвать?

Судья: Суд снимает этот вопрос.

Богораз: Лозунг «Свободу Дубчеку!» вы увидели. Чем он исполнен?

Долгов: Карандашом.

Богораз: А лозунги, выполненные краской, не прочли?

Долгов: Нет.

Богораз: Значит, за 30-50 метров вы прочли лозунг, написанный карандашом, и не прочли лозунги, написанные краской?

Долгов: Да.

Литвинов: Вы подошли или подбежали к Лобному месту?

Долгов: Подошел ускоренным шагом.

 

- 212 -

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ

САВЕЛЬЕВА ПЛАТОНА ПАВЛОВИЧА

 

Савельев: 25 августа я приехал с семьей на Красную площадь в мавзолей. Поставил машину и пошел по направлению к ГУМу. Иду — вижу: у Лобного места сидит народ полукольцом с транспарантами. Вдруг один товарищ с портфелем побежал туда и выхватил транспарант. Я тоже побежал туда. Там сидели трое, один стоял, еще женщины стояли. Транспарантов, когда я подошел, уже не было. Один стоял и выкрикивал: «Советские танки на улицах Чехословакии», «Свободу Дубчеку». Еще кто-то крикнул: «Красные сволочи». Кто кричал — не слышал.

Прокурор: Заметили ли вы содержание транспарантов?

Савельев: Я не видел, что там было написано.

Прокурор: Сколько людей собралось вокруг?

Савельев: Трудно определить, человек под пятьдесят.

Прокурор: Видели ли вы там женщин с детьми?

Савельев: Видел женщину. Ее в машину посадили. Она крикнула: «Да здравствует свободная и независимая Чехословакия».

Прокурор: Кто вы по специальности?

Савельев: Я шофер.

Богораз: Видел ли свидетель меня на Красной площади? Выкрикивала ли я что-нибудь?

Савельев: Нет, но что-то похожее есть. Видел женщину с ребенком — она кричала.

Богораз: В деле имеются два показания свидетеля Савельева, первое — что он слышал, как жен-

 

- 213 -

щина что-то кричала; второе — что он никаких выкриков не слышал. (Указывает том и лист дела.)

Судья   проверяет.

Богораз: Чем объяснить разницу в ваших показаниях?

Савельев   молчит.

Судья: Второе показание свидетеля Савельева дано на очной ставке с Дремлюгой и касается только Дремлюги.

Адвокат Каминская: Вы лично участвовали в задержании?

Савельев: Нет.

Каминская: В отделение милиции поехали?

Савельев: Нет.

Каминская: Каким образом вас позвали на следствие?

Савельев: Мою фамилию там же и записали. Вызвали как свидетеля.

Каминская: Сколько времени все происходило?

Савельев: Минут 15-20.

Каминская: Долго ли вы после этого там находились?

Савельев: Долго.

Каминская: В протоколе допроса сказано, что свидетель приехал на машине, чтобы дети пошли в мавзолей. Но в мавзолей они не попали. Почему?

Савельев: К мавзолею была очередь.

Каминская: В деле есть ваше показание, что мавзолей был закрыт.

Савельев: Нет, он был открыт, но была очередь.

Адвокат Каллистратова: Вы видели, кто первым подбежал к сидевшим?

 

- 214 -

Савельев:  Видел. Первым  подбежал  мужчина  с портфелем. До этого около них никого не было. (По просьбе Каллистратовой повторно вызывается свидетель Долгов.)

Каллистратова    (Долгову):   Вы  уверены,  что  вы первый подбежали к Лобному месту?

Долгов (неуверенно): Да.

Каллистратова: Было ли у вас что-нибудь в руках?

Долгов: Нет.

Каллистратова (Савельеву): Вы узнаете этого человека? У него был портфель?

Савельев (неуверенно): Вроде тот выше был.

Каллистратова: От кого-нибудь еще, кроме женщины, вы слышали какие-либо выкрики?

Савельев: От сидящих здесь выкриков не слышал. Слышал от одного, которого здесь нет.

Адвокат Поздеев: Видели ли вы на площади какие-нибудь машины?

Савельев:  Были машины,  которые  приехали за ними, других не было.

Судья: Вы это точно видели или не можете утверждать?

Савельев: Не могу утверждать точно.

Адвокат Монахов:    Не заметили ли вы заторов машин?

Савельев:    Народу было много, затор мог получиться.

Монахов: Вы затор видели или не видели?

Савельев: Не видел.

Богораз: Сами вы изымали лозунги?

Савельев: Нет.

 

- 215 -

Литвинов: Вы меня узнаете?

Савельев: Нет.

Литвинов: Вы меня на площади видели?

Савельев: Нет, не видел. На опознании я обознался.

Бабицкий: На каком расстоянии от плакатов вы находились, когда их увидели?

Савельев: Метров 25-30.

Делоне: Узнаете меня?

Савельев: Нет.

Делоне: Тот человек с портфелем, который подбежал к нам первый, вырвал лозунг или не вырвал?

Савельев: Дернул.

Делоне: Какие-нибудь другие его действия вы видели?

Савельев: Нет, не видел, народ мешал.

Богораз: С какой целью вы побежали?

Савельев: Узнать, что к чему, из любопытства.

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ ИВАНОВА И. Г.

 

Иванов: 25 августа этого года я гулял перед работой на Красной площади. Была смена караула. Я был на углу ГУМа. И вдруг я услышал шум у Лобного места. Я подбежал ускоренным шагом. Там стояла милиция. Я помог Дремлюгу посадить в машину. Из машины я услышал выкрики: «Свободу Дубчеку!», «Свободу Чехословакии!»

Судья: Он сопротивлялся?

Иванов: Да.

 

- 216 -

Судья:   Вы применяли к нему силу?

Иванов: Нет.

Прокурор: Кроме Дремлюги, вы никого не узнали?

Иванов: Никого.

Прокурор: Много ли людей собралось?

Иванов: Народу собралось очень много.

Прокурор: Как граждане реагировали на происходящее?

Иванов: Свидетели были страшно возмущены. Тех уже не было.

Богораз: В ваших показаниях оценено количество народу. Сколько там было людей?

Иванов: Не могу точно сказать. Человек 250-300.

Богораз: Прошу суд зачитать соответствующее показание Иванова на предварительном следствии.

(Судья зачитывает. Выясняется, что на предварительном следствии Иванов оценивал количество народу приблизительно человек в 25-30.)

Судья (Иванову): Человек 30 — это вы имели в виду до того, как их увезли?

Иванов: Да.

Богораз: Вы лично изымали плакаты при задержании?

Иванов: Нет.

Богораз: Где работает свидетель Иванов?

Иванов: В воинской части 1164.

Богораз: Свидетеля Долгова вы знаете?

Иванов: Ну, как же, мы с ним вместе работаем.

Богораз: Была ли у вас с ним договоренность о встрече?

Иванов: Нет.

 

- 217 -

Богораз: Видели ли вы его 25-го на Красной площади?

Иванов: Нет.

Богораз: Других своих сотрудников не видели?

Иванов: Нет.

Литвинов: С какой целью вы пришли на Красную площадь?

Иванов: Шел на работу.

Литвинов: Васильева знаете?

Иванов: Да.

Литвинов: Богатырева?

Иванов: Может быть.

Литвинов: Долгова?

Иванов: Да.

Литвинов: Веселова?

Иванов: Нет.

Делоне: Долгов вас знает?

Иванов (с улыбкой): Да.

Делоне: На каком основании вы стали сажать Дремлюгу в машину?

Иванов: Увидел, что сажают в машину, и помог.

Делоне: Вас попросили об этом?

Иванов: Нет, помог товарищам по собственной инициативе. Помог, потому что товарищи очень возмущались. Мне сказали, что этот гражданин из этой группы.

Дремлюга: Кто конкретно меня вел?

Иванов: Не знаю.

Дремлюга: Какое сопротивление я оказывал?

Иванов: Не хотели идти. Упирались.

Дремлюга: Как упирался?

Судья   снимает вопрос.

 

- 218 -

Дремлюга: А вы ко мне применяли физическую силу?

Иванов: Да, применял.

Дремлюга: Каким образом?

Иванов: Рукой в спинку, когда сажал в машину.

Дремлюга: С какой силой? Иванов: Усиленно помог есть.

(Смех в зале.)

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ ФЕДОСЕЕВА Б. И.

 

Федосеев: 25 августа я выходил на Красную площадь по улице Куйбышева. У углового дома я сверил часы — было ровно двенадцать. Вижу, мужчины бегут к Лобному месту. Смотрю, сидят двое мужчин и женщина с коляской. Сидящие говорили, обращаясь к окружающим: «Нам стыдно за наше правительство. Вы еще не поняли обстановки, когда поймете, вам тоже будет стыдно». Подъехала машина, их повели в машину. Я увидел третьего мужчину, лицо у него было в крови. Он кричал: «Долой правительство тиранов». Его посадили в машину. Осталась женщина с коляской. Из толпы ей говорят: «Что ты сидишь? Уходи отсюда, а то и тебя заберут». Она сказала: «Мы объявили сидячую забастовку, никуда я отсюда не уйду, меня могут увезти только силой». И действительно, подъехали машины, женщину с ребенком погрузили в машину и увезли, а в другой машине коляску.

Судья: Видели вы плакаты?

 

- 219 -

Федосеев: Когда я был еще далеко, на углу улицы Куйбышева, я видел, что из рук у них вырвали что-то белое. Подойдя, увидел в руках у одного человека свернутое полотно.

Прокурор: Вы москвич?

Федосеев: Иногородний, из города Дзержинска Горьковской области.

Прокурор: Ваша специальность?

Федосеев: Механик.

Прокурор: Образование?

Федосеев:   Средне-техническое.

Прокурор: Узнаёте вы кого-нибудь из подсудимых?

Федосеев: Да (указывает на Литвинова).

Прокурор: Вам кого-нибудь предъявляли для опознания?

Федосеев: Да.

Прокурор: Опознали вы кого-нибудь?

Федосеев: Да. Узнал мужчину, изо рта которого текла кровь.

Прокурор: Сколько людей было вокруг?

Федосеев: Очень много, человек 50, может, больше.

Прокурор: Как относились собравшиеся к происходившему?

Федосеев: Мой сосед обращался к сидящим, говорил: «Мой отец погиб на чехословацкой земле, а вы тут митингуете».

Прокурор: Отвечали ли они что-нибудь?

Федосеев: Нет, не отвечали.

Прокурор: Что еще говорили?

Федосеев: Или вот: «Морду наели...» (Судья останавливает свидетеля).

Прокурор: Они отвечали?

 

- 220 -

Федосеев: Они опускали лица и ничего не отвечали.

Богораз: Вы сами изымали плакаты, помогали задерживать?

Федосеев: Нет.

Богораз: Было ли у вас желание задержать?

Федосеев: Нет, не было.

Богораз: Почему вы направились к Лобному месту?

Федосеев: Увидел, что туда идут.

Богораз: Проходили ли машины из Кремля?

Федосеев: Да, проходили.

Богораз: Был ли затор?

Федосеев: Нет, милиция освобождала проезд.

Адвокат Каминская: Где вы были, когда сверяли часы?

Федосеев: В 12 часов на углу.

Каминская: Сколько времени вы шли до Лобного места?

Федосеев: Шел я одну минуту, пока подошел, лозунгов уже не было.

Каминская: Сколько времени после этого они сидели?

Федосеев: Меньше пяти минут.

Адвокат Каллистратова: Можете вы назвать конкретнее какие-либо действия подсудимых?

Федосеев: Они только сидели, говорили, что им стыдно за наше правительство. Больше никаких их действий я не видел.

Адвокат Поздеев: Кого вы имеете в виду, говоря «они»?

Федосеев: Трех мужчин и женщину.

Поздеев: Бабицкого узнаете?

Федосеев: Нет.

 

- 221 -

Адвокат Монахов: Подходили ли к сидящим гражданам работники милиции в форме?

Федосеев: Милиция освобождала проезд с территории Кремля. Других милиционеров в форме не было.

Литвинов: Вы меня опознали. Что вы можете конкретно сказать о моих действиях?

Федосеев: Вы сидели и тоже говорили, что вам «стыдно за наше правительство».

Делоне: Могли бы вы охарактеризовать возгласы из толпы как чрезмерно возмущенные, оскорбительные или почти нецензурные?

Федосеев: Нет, ничего такого не замечал.

Делоне: Вы приводили некоторые слова, которые председательствующий прервал. Были ли другие оскорбительные возгласы со стороны толпы?

Федосеев: Кроме этих слов, ничего оскорбительного не было.

Дремлюга: К какому министерству относится организация, в которой вы работаете?

Судья: Суд снимает этот вопрос.

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ

ДАВИДОВИЧА ОЛЕГА КОНСТАНТИНОВИЧА

 

Давидович: Всех подсудимых я видел 25 августа на Красной площади. Они имели при себе антисоветские плакаты: «Свободу социалистической Чехословакии!», «Руки прочь от Чехословакии!» и произносили речи антисоветского содержания, осуж-

 

- 222 -

дающие правительство и партию по отношению к Чехословакии, выкрикивали фразы.

Судья: У кого были плакаты?

Давидович: Точно не помню.

Судья: Кто выкрикивал эти фразы?

Давидович: Гражданка справа (Богораз), Литвинов и Дремлюга.

Прокурор: Вы москвич или иногородний?

Давидович: Постоянно проживаю вне Москвы.

Прокурор: Когда вы находились на Красной площади?

Давидович: В 12.30 примерно.

Прокурор: Вы точно это помните?

Давидович: Может быть, я ошибаюсь минут на 15-20.

Прокурор: Какие события прежде всего привлекли ваше внимание?

Давидович: Граждане сели и развернули плакаты.

Прокурор: Откуда они появились?

Давидович: Я шел от ГУМа, а они шли навстречу мне.

Прокурор: Кого вы запомнили?

Давидович: В группе было 7-8 человек, мужчин и женщин.

Прокурор: Обратили ли вы внимание на коляску?

Давидович: Коляска была у Горбаневской, она доставала оттуда плакаты.

Прокурор: Что она сделала с этими плакатами?

Давидович: Один оставила у себя, другой отдала мужчине, кажется, Дремлюге.

Прокурор: Вы точно видели?

Давидович: Кажется, точно.

Прокурор: Вы прочли содержание плакатов?

 

- 223 -

Давидович: На одном плакате — «Свободу социалистической Чехословакии!» на чехословацком языке. На другом — «Руки прочь от Чехословакии!».

Прокурор: Вы знаете чешский?

Давидович: Языка не знаю, но догадался по смыслу. Прошло приблизительно 5 минут до появления других людей. Я находился совсем рядом с ними, метрах в трех.

Прокурор: Сколько было людей вокруг?

Давидович: Приблизительно 40 человек.

Прокурор: Как относились граждане к этой группе?

Давидович: Окружающие были возмущены, требовали убраться с Красной площади, пригласили работников милиции. Были возмущенные крики с требованием задержать.

Прокурор: Помогали ли вы задерживать кого-нибудь?

Давидович: Да, по просьбе работников милиции.

Прокурор: Кого?

Давидович: Помог задержать гражданина слева (показывает на Делоне).

Делоне: Так это вы мне руки заломили?

Прокурор: Как он себя вел?

Давидович: Он пассивно сопротивлялся — не подчинялся требованиям работников милиции, отказывался сесть в машину.

Прокурор: Он что-нибудь говорил при этом?

Давидович: Не помню.

Прокурор: Говорили ли что-нибудь остальные?

Давидович: Остальные доказывали несправедливость ввода войск в Чехословакию, говорили, что это агрессия.

 

- 224 -

Прокурор: Вы были в форме?

Давидович: Нет, в штатском.

Богораз: Охарактеризуйте мои действия. Что я говорила, сопротивлялась ли я и т. д.?

Давидович: Плакат вы не держали. Оказывали ли сопротивление — не знаю, не видел. Обращались к толпе с речью. Говорили, просьба группы членов ЦК КПЧ о вводе войск — вымысел, фальсификация, так как не были опубликованы фамилии; что была совершена несправедливость, агрессия.

Богораз: Вы утверждаете, что я не держала плакат?

Давидович: Кажется, не держали.

Богораз: В ваших показаниях на предварительном следствии говорится, что демонстрантов задерживали мужчины в штатском при помощи работников милиции. На очной ставке вы утверждали, что не знаете, была милиция или нет. Чем вы объясняете это противоречие?

Давидович: Наоборот, задерживала милиция с помощью граждан в штатском.

Богораз: Это еще более сильное утверждение.

Судья зачитывает оба показания, их взаимное противоречие соответствует утверждению Богораз.

Адвокат Каминская: Вы говорили, что находились метрах в трех от сидящих. Вы были там еще до того, как были подняты лозунги. Вы лозунги отнимали?

Давидович: Нет, но лозунги отбирали в моем присутствии. Я не был в непосредственной близости к сидящим.

Адвокат Каллистратова: Сколько времени прош-

 

- 225 -

ло от момента, когда они сели у Лобного места, до того момента, когда их посадили в машину?

Давидович: Очень мало — минуты три.

Каллистратова: Вы уверены, что вы пришли на площадь именно в 12 часов 30 минут?

Давидович: Да, в 12.30. Может быть, в 12.40.

Каллистратова: Вы утверждаете, что подсудимые произносили речи. Какова была продолжительность этих речей? Какой характер они носили? Как громко они произносились?

Давидович: Речи были митингового типа, продолжались 2-3 минуты. Произносили одновременно несколько человек и достаточно громко.

Каллистратова: Вы говорите, что Делоне пассивно сопротивлялся. В машину вы его одного сажали или нескольких человек?

Давидович: Нескольких.

Каллистратова: Остальные тоже сопротивлялись?

Давидович: Сопротивлялись.

Каллистратова: Сопротивление Делоне приходилось преодолевать с помощью физической силы?

Давидович: Да.

Каллистратова: В чем выражалось применение физической силы?

Давидович: В том, что он, несмотря на сопротивление, оказался в конце концов в машине.

Каллистратова просит суд о том, чтобы вызвали Ястреба.

Суд удовлетворяет ее просьбу.

Каллистратова (Ястреба): Вы видели, как вели Делоне к машине. В ваших показаниях вы сказали, что он шел спокойно и не сопротивлялся. Вы подтверждаете ваши показания?

 

- 226 -

Ястреба: Насколько я видела, да.

Каллистратова (Делоне): Вы опознаете Давидовича?

Делоне: Не опознаю этого человека. Точно утверждать не могу, но, насколько я помню, он ко мне не подходил.

Адвокат Поздеев: Уточните, откуда появился плакат на чешском языке?

Давидович: Оба плаката Горбаневская достала из коляски.

Поздеев: Бабицкого помните?

Давидович: Да.

Поздеев: Укажите конкретно его действия.

Давидович: Не могу сказать.

Поздеев: Плакат ему передала Горбаневская?

Давидович: Да.

Поздеев (Бабицкому): Бабицкий, вы подтверждаете это?

Бабицкий: Я отказываюсь отвечать на этот вопрос.

Адвокат Монахов: Вы явились на суд в форме. К какому роду войск вы принадлежите?

Судья: Суд снимает этот вопрос.

Монахов: У меня есть заявление к суду. Я прошу суд удостоверить, что форма свидетеля Давидовича является либо формой КГБ, либо формой войск МООП.

Судья: Суд не может ответить на этот вопрос. Суд не разбирается в формах.

Каллистратова: Откуда вам известна фамилия Горбаневской?

Давидович: Из опознания во время следствия.

Монахов просит суд вызвать Ястреба. (Обращаясь к ней): Были ли митинговые речи?

 

- 227 -

Ястреба: Я не слышала. Между мною и сидящими стоял ряд людей, и был шум, и я не могла разобрать.

Монахов: На каком расстоянии от сидящих вы находились?

Ястреба: Около метра.

Монахов: И на расстоянии одного метра вы не могли разобрать, были ли речи?

Ястреба: Нет, не смогла.

Монахов: Подтверждаете ли вы ваше показание о том, что в форме милиции никто к Лобному месту не подходил?

Ястреба: Точно не утверждаю, но, кажется, нет.

Монахов просит суд вызвать свидетеля Федосеева. (Федосееву): Вы подтверждаете ваши показания, что в ответ на оскорбления и выкрики, в частности, на слова: «Мой отец за Чехословакию погиб, а вы тут...», подсудимые опускали лица и не отвечали?

Федосеев подтверждает.

Литвинов (Давидовичу): Свидетель Давидович, с какой целью вы пришли на Красную площадь?

Давидович: Без цели.

Литвинов: Вы нас впервые увидели у Лобного места или раньше?

Давидович: Видел раньше, но внимания не обратил, а потом вспомнил. Вы были все вместе.

Литвинов: Где?

Давидович: Слева от ГУМа.

Литвинов: И Горбаневская была с нами?

Давидович: Да.

Литвинов просит суд вызвать Ястреба. (К Ястреба): Вы подтверждаете, что мы встретились с Горбаневской только у Лобного места?

Ястреба: По-моему, да.

 

- 228 -

Литвинов (к Давидовичу): На предварительном следствии вы говорили, что вышли из ГУМа, а ГУМ в воскресенье закрыт. Чем вы это объясните?

Давидович (вызывающе): Это не имеет значения. Я рассказываю о том, что я видел.

Литвинов: Горбаневская держала плакат или флажок?

Давидович: Флажок.

Литвинов: На предварительном следствии вы утверждали, что она держала плакат. Кто вы по образованию?

Давидович: Юрист.

Бабицкий: Где находились работники милиции в форме?

Давидович: Там же.

Бабицкий: Среди тех, кто вел задержанных, были работники милиции?

Давидович: Да, они принимали участие в задержании.

Бабицкий: Те, что вели, были в форме?

Давидович: Да.

Бабицкий: Вы это видели?

Давидович: Да.

Бабицкий: Вы видели, как отнимали плакаты?

Давидович: Нет, не видел.

Бабицкий: Где находились вы в это время?

Давидович: Ближе к Спасским воротам.

Бабицкий: Видели, как ударили Файнберга?

Давидович: Нет.

Делоне: Вы опознали меня. Перечислите мои действия.

Давидович: Вы произносили речи политического содержания.

 

- 229 -

Делоне: Какой был общий смысл этих «речей»?

Давидович: Ну, вы разделяли точку зрения вашей группы. Вы спорили с гражданами и говорили, что действия правительства по вводу войск являются неправильными.

Делоне: Другие мои конкретные действия?

Давидович: Других не видел.

Делоне: Вы уверены, что вы принимали участие в моем задержании?

Давидович: Да.

Делоне: Вы предъявили удостоверение при этом?

Давидович: Нет, удостоверение предъявил работник опергруппы.

Делоне (удивленно): Какой работник?

Давидович: В штатском.

Делоне: Что я делал, когда меня вели к машине?

Давидович: Сопротивлялись, упирались, пытались вырваться.

Делоне: Руки мне заламывали?

Давидович: Кажется, нет.

Делоне: Когда я шел от Лобного места к машине, я говорил что-либо?

Давидович: Что-то говорил, кажется, «позор», но я не помню.

Делоне: Мои дальнейшие действия?

Давидович: Не знаю, я ехал не с вами.

Делоне: Вы видели потом того человека, который якобы предъявил документы?

Давидович: Да, в милиции.

Адвокат Каминская: Видели ли вы у кого-нибудь телесные повреждения?

Давидович: Да, видел у Файнберга во время очной ставки.

 

- 230 -

Каминская: Видели, как кто-нибудь наносил удары?

Давидович: Нет, не видел.

Каминская: Писал ли человек, предъявивший документ при задержании Делоне, объяснение в милиции?

Давидович: Я об этом ничего не знаю.

Каминская: Что-нибудь об этом человеке вам известно?

Давидович: Нет, ничего не известно.

Богораз: Насчет милиции, это только к Делоне относится или ко всем?

Давидович: Нет, не ко всем. Толпа была большая. Все были очень возмущены. Задерживали и люди в штатском.

Богораз: Сколько примерно было милиции в форме?

Давидович: Примерно человек 5-6.

Богораз: Они не допрошены. Куда они делись?

Давидович: Не знаю.

Богораз: Все происходило в течение пяти минут. По показаниям свидетеля Давидовича речи продолжались 2-3 минуты, значит, мы могли говорить только одновременно. Как же свидетель мог различить, кто что говорил?

Давидович: Вот, различил.

Богораз: Всех?

Давидович: Всех.

Адвокат Каллистратова: Вас допрашивали в этот же день?

Давидович: Да.

Каллистратова: Тогда вы показали, что вышли из ГУМа. Чем вы объясните это утверждение?

 

- 231 -

Давидович: Я уверен, что не говорил этого следователю.

Дремлюга просит вызвать свидетеля Долгова. (Долгову): Вы видели Давидовича?

Долгов: Нет.

Дремлюга (Давидовичу): Вы видели первого, кто подбежал к Лобному месту?

Давидович: Нет, я больше внимания обратил на демонстрантов.

Литвинов: Вы можете сказать, в каком порядке мы сидели?

Давидович: Я стоял лицом к демонстрантам. Крайняя справа была Горбаневская, затем Богораз, Файнберг, Бабицкий.

Литвинов: Сразу всех увезли?

Давидович: Нет, позже всех увезли Горбаневскую.

Делоне: Только двое меня вели, вы и гражданин в штатском, предъявивший удостоверение?

Давидович: Да.

Делоне: На каком основании вы решили меня задержать?

Давидович: По просьбе второго товарища.

Делоне: Слышали ли вы в толпе выкрики, обращенные к демонстрантам?

Давидович: Да, возмущенные выкрики.

 

19 часов 25 минут

 

Конец первого дня

 

- 232 -

10 ОКТЯБРЯ 1968 г. 10.00

 

Богораз (делает заявление): Я не вижу в зале суда двух своих родственников: Алексееву и Бураса.

Судья: Всех родственников пустить нельзя — зал переполнен.

Литвинов: Я не вижу в зале своей жены и ее отца. Имею ходатайство по существу.

Дремлюга: Можно ли нам разговаривать между собой?

Судья: Нет. Допускается разговор только с адвокатом.

Дремлюга: Так как у меня нет родственников в Москве, прошу допустить двух-трех друзей.

Судья: Назовите фамилии ваших друзей коменданту суда, он решит этот вопрос.

Дремлюга: Якир Петр Ионович, Юлий Ким и Илья Габай.

Делоне: Так как мы дали свои показания, прошу разрешить в перерывах переговоры между подсудимыми.

Судья: Нет, следствие не закончено, поэтому разговоры не разрешаю. Какие есть ходатайства по существу?

 

- 233 -

Литвинов: Прошу направить дело на доследование, так как следствие не захотело выявить непосредственных участников — лиц, разгонявших демонстрацию, хотя у него была для этого полная возможность: по показанию Стребкова можно установить личность сотрудника КГБ, на действия другого сотрудника и милиционеров-указывал свидетель Давидович. Свидетели Панова и Баева должны быть вызваны, тем более, что Баеву неоднократно вызывали на допросы во время предварительного следствия, и только через три недели было прекращено дело против нее.

Делоне: Полностью поддерживаю ходатайство Литвинова.

Адвокат Каминская: Поддерживаю ходатайство Литвинова. Защита собиралась ходатайствовать о допросе сотрудников 50 отделения милиции: кто из сотрудников КГБ и работников милиции задерживал и доставлял подсудимых? Считаю, что это можно сделать без доследования, в ходе судебного следствия.

Адвокат Каллистратова: Поддерживаю ходатайство Каминской. Тем более, что работники милиции всегда составляют рапорт о задержании, в котором указано, кто доставлял нарушителей в отделение милиции. Например, в отношении Делоне свидетель Давидович заявил, что Делоне оказывал сопротивление. Это противоречит показаниям его самого и других свидетелей. Поэтому считаю, что необходимо вызвать официальных лиц: сотрудников КГБ и милиции, участвовавших в задержании.

Адвокаты Поздеев и Монахов поддерживают ходатайство.

 

- 234 -

Богораз: Поддерживаю ходатайства адвокатов и Литвинова, которые касаются и лично меня. Один из плакатов, который был в моих руках, потом видели в милиции, в руках сотрудников КГБ. Неизвестно, кто доставил плакаты и флажок в милицию. Неизвестно, кто сломал флажок, тем более, что надругательство над государственным флагом, во всяком случае в отношении нашего флага, осуждается ст. 1902.

Бабицкий: Полностью поддерживаю.

Делоне: Настаиваю на выявлении сотрудника КГБ, о котором говорит Давидович, так как я не сопротивлялся при задержании и никто мне не предъявлял удостоверения.

Прокурор: Считаю ходатайство Литвинова о направлении дела на доследование неосновательным, так как суд имеет в уголовном деле все необходимые материалы, по которым он может полностью разобраться. Ходатайство о дополнительных свидетелях частично удовлетворено: дополнительно вызваны три свидетеля — они еще не допрошены. Ходатайство Каминской не подлежит удовлетворению, так как Каминская неправильно сослалась на показания Стребкова. Он не говорил, что сотрудник КГБ участвовал в задержании, его показания касались только плаката, который сотрудник КГБ держал в руках в отделении милиции. В отношении запроса в У ООП о лицах, которые задерживали: все фамилии есть в деле. В отношении ходатайства Каллистратовой о противоречиях в показаниях свидетеля Давидовича с другими свидетелями — можно допросить

 

- 235 -

дополнительно Давидовича. Суд учтет все противоречия при вынесении приговора.

Суд отклоняет все ходатайства, ссылаясь на статьи 331 и 276 УПК.

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ УДАРЦЕВА

ВЛАДИМИРА АЛЕКСАНДРОВИЧА

 

Судья: В каких вы отношениях с подсудимыми?

Ударцев: Я никого из них не знаю. Я приезжий из Ростова, работаю слесарем.

Судья: Расскажите кратко, что вы знаете об этом деле.

Ударцев: 25 августа около 12 часов я ходил в мавзолей Ленина и затем прошел в собор Василия Блаженного, около Лобного места. Увидел много народа. Я подумал, что кому-нибудь стало плохо. Подошел. Около Лобного места сидели 6-7 человек, я заметил среди них женщину с ребенком. Они выкрикивали лозунги: «Долой советскую агрессию», «Долой советские танки» и т. д. Точно не запомнил. Народ возмущался, конечно.

Судья: Во сколько часов это было?

Ударцев: Около 12-ти.

Судья: Сколько было народу вокруг?

Ударцев: Около 30-40 человек.

Судья: Вы видели подсудимых? (Показывает.)

Ударцев: Я видел их со спины. Заметил только женщину с ребенком.

Судья: Что было у них в руках?

 

- 236 -

Ударцев: Видел в руках древко, с чем-то оборванным.

Судья: Что они делали?

Ударцев:  Выкрикивали лозунги:  «Долой эскалацию в Чехословакии».

Прокурор:  Не можете ли вы уточнить,  сколько сидело мужчин и женщин?

Ударцев: Кажется, 5 мужчин и 2 женщины.

Прокурор: Что держали в руках?

Ударцев: Обрывки плакатов.

Прокурор: Сколько?

Ударцев: Несколько, точно не помню.

Прокурор: Как вели себя окружающие граждане?

Ударцев: Сильно возмущались.

Судья: Значит, граждане сильно возмущались.

Прокурор: Вы видели, как их задерживали?

Ударцев: Видел. Забрали сначала всех, осталась женщина с ребенком. Потом забрали и ее.

Прокурор: Как вели себя подсудимые?

Ударцев: Они противились, вырывались из рук.

Прокурор: Видели ли вы, как наносили кому-нибудь побои?

Ударцев: Не видел.

Прокурор: На предварительном следствии вы говорили другое.

Ударцев: Да. Когда забирали женщину, она выбила очки молодому человеку.

Прокурор   напоминает   Ударцеву   его   показания, касающиеся того, что Файнберг сам себя ударил.

Ударцев:  Люди говорили,  что один ударил себя кулаком или древком по носу, пошла кровь.

Судья: Вы сами это видели? Нет, люди говорили.

 

- 237 -

Прокурор: Как вела себя женщина с ребенком?

Ударцев: Когда ее сажали в машину, она кричала лозунги и прижимала к себе ребенка.

Прокурор: С целью нанести повреждения?

Ударцев: Нет, хотела его прижать.

Богораз: Вы видели меня на площади?

Ударцев: Да.

Богораз: Я сопротивлялась?

Ударцев: Нет.

Богораз: 26 августа вы в своих показаниях утверждали, что трое из мужчин были в очках. Вы подтверждаете это? Уверен ли свидетель, что именно мы выкрикивали, а может быть, речь идет о других людях?

Ударцев: Возгласы слышал от сидящих. Один мужчина кричал: «Долой агрессию». Кто, не помню.

Богораз: Где мы сидели?

Ударцев: На тротуаре, прислонившись к барьеру Лобного места.

Адвокат Каминская: Вы видели сами транспаранты, известно ли вам, какие были надписи?

Ударцев: Нет, когда я подошел, их уже не было.

Адвокат Поздеев: Кого вы опознали?

Ударцев: Женщину с ребенком.

Поздеев: Сколько вы видели мужчин? На допросе вы говорили, что лозунги: «Долой эскалацию» и еще что-то выкрикивала только женщина с ребенком? А как вели себя другие?

Ударцев: О других сказать ничего не могу.

Адвокат Монахов: Были ли заторы транспорта? Видели ли вы машины?

Ударцев: Не видел.

Богораз: Вы участвовали в задержании?

 

- 238 -

Ударцев: Нет.

Богораз: Видели, кто нас задерживал?

Ударцев: Нет.

Делоне: Что нам кричали?

Ударцев: «Вы антисоветские люди».

Адвокат Каллистратова: Непосредственно в момент задержания был ли кто-нибудь в форме?

Ударцев: Нет, в милицейской форме я никого не видел.

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ САВИЛОВА А. Т.

 

Савилов: Я работаю на заводе Лихачева, старшим инженером-технологом. 24 августа ко мне приехал брат с экскурсией из Липецка. Автобус приехал на Красную площадь. Остановились около Спасской башни. Экскурсовод рассказывал. Проходила смена караула. Недалеко товарищ с камерой снимал. Мы увидели толпу людей, подумали, что драка. Люди побежали. Раздались свистки. Через 2-3 минуты из Спасской башни выехала машина. Одна, две или три. Я увидел, что в них сидят люди. Много. Человек 8. Одна женщина выкрикивала: «Свободу Дубчеку!», другая ей зажимала рот.

Прокурор: Большая была толпа?

Савилов: Около 100 человек. Многие возмущены.

Богораз: Вы пытались принять участие в задержании?

Савилов: А зачем? Они уже сидели в машине.

Богораз: Именно в эти машины, которые вышли из Кремля, сажали людей?

 

- 239 -

Савилов: Я номеров не помню. Но сажали именно в эти «Волги».

Адвокат Поздеев: Когда вы видели толпу людей?

Савилов: Скопление людей было, когда люди уже сидели в машинах.

Литвинов: Каким образом вы стали свидетелем?

Савилов:   Гражданин   с   кинокамерой   записывал свидетелей, я записался.

(Следующим вызывают свидетеля Васильева, но его по неизвестным причинам нет.)

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ КУКЛИНА Е. Е.

 

Куклин: 25 августа я работал на посту, перекресток улицы Куйбышева и проезда Сапунова. Около 12 часов я заметил группу людей у Лобного места. У них были плакаты. Люди стали стекаться и мешали движению транспорта. Я обратился к ним: «Граждане, освободите дорогу для движения транспорта». И здесь я услышал выкрики: «Вывести войска из Чехословакии», «Свободу Дубчеку». Люди возмущались. Обратились ко мне, чтобы отобрать плакаты. Сотрудник, стоящий на перекрестке с Красной площадью, отошел к телефону. Поэтому я пошел туда. Пришлось освободить такси, чтобы посадить туда людей. Граждане стали сажать этих людей в машины. Стали сажать в машину, некоторые сопротивлялись. Я обращался к толпе: «Граждане, освободите дорогу, разойдитесь, не мешайте транспорту».

Судья: Кто выкрикивал лозунги?

 

- 240 -

Куклин: Те, у кого были плакаты, и сидящие в машине. Они даже из машины выкрикивали.

Судья: Где находились эти люди? Сидели или стояли?

Куклин: Они сидели, обратившись в сторону Исторического музея, человек шесть. Остальные стояли. Граждане подбегавшие отнимали лозунги. Взяли их за руки, и, когда их сажали, они кричали: «Свободу Дубчеку», «Вывесть войска из Чехословакии». Кричал Дремлюга.

Прокурор: Где находится ваш пост? Вы говорите: улица Куйбышева и проезд Сапунова. А на предварительном следствии вы говорили: улица Куйбышева и Красная площадь.

Куклин: Это тот же самый пост.

Прокурор: Уточните, в каком месте вы стояли.

Куклин: Это перекресток поблизости. Сотрудник подошел к телефону, и я не мог покинуть пост.

Прокурор: Кого из подсудимых вы запомнили?

Куклин: Подсудимых Дремлюгу и Литвинова.

Прокурор: Как вел себя Дремлюга?

Куклин: В машину он не шел. Его взяли за руку и повели. Дальше я не видел.

Прокурор: Вы на предварительном следствии показали, что он кричал: «Свободу Дубчеку», «Вывести войска из Чехословакии».

Куклин: Когда его сажали, то он кричал.

Прокурор: Были ли среди машин, куда сажали людей, машины, выехавшие из Кремля?

Куклин: Нет, не было. Были посторонние машины.

Богораз: На предварительном следствии вы показали, что, находясь на своем посту, вы увидели труппу граждан, идущих к Лобному месту, и побе-

 

- 241 -

жали туда. Что, вы предполагали, что группа в 6-8 человек создаст помехи транспорту?

Куклин: Там милиционера Розанова не было, а пост оставлять без присмотра нельзя. Туда начали стекаться люди. Ежели бы они, как все граждане Советского Союза, шли, — бывают группы экскурсантов и гораздо больше, и никаких сомнений быть не может. А когда эта группа из шести человек шла, вокруг них стали собираться люди.

Богораз: Когда вы обращались с требованием разойтись, к кому вы обращались?

Куклин: Ко всем. Я просил толпу разойтись.

Адвокат Каминская: Вы написали 25 августа рапорт. После чего?

Куклин: После сдачи смены.

Каминская: Чем объяснить, что рапорт датирован 3 сентября? (Указывает лист дела.)

Куклин (после паузы): Я писал рапорт по окончании рабочего дня, но опустил сам факт о нарушении движения транспорта.

Каминская: Почему вы написали второй рапорт? Первый вы написали кому? На имя своего руководителя?

Куклин: Да.

Каминская: Вы знаете, где он?

Куклин: Нет.

Каминская: Что вы упустили в первом рапорте?

Куклин: Что главная помеха в нашем деле, затор транспорта.

Каминская: Когда вы подошли к посту Розанова, пост был пустой?

Куклин: Да.

 

- 242 -

Каминская: Вы Розанову говорили, чтобы он пошел и позвонил?

Куклин: Нет.

Адвокат Каминская: На предварительном следствии вы показали, что вы близко к Лобному месту не подходили и лозунгов не видели. Подтверждаете ли вы это?

Куклин: Да. Не видал ничего.

Адвокат Каллистратова: Кто не подчинялся требованиям уйти с проезжей части?

Куклин: Некоторые проходили, а некоторые не уходили.

Каллистратова: С вашего поста вам было видно Лобное место?

Куклин: Да, та часть, которая обращена к Историческому проезду.

Каллистратова: Где вы заметили группу?

Куклин: Группу увидел на пешеходной дорожке от ГУМа к Лобному месту.

Каллистратова: Кто вас попросил предоставить транспорт? Граждане?

Куклин: Да.

Каллистратова: На предварительном следствии вы показали, что к вам обратился мужчина.

Куклин: Мужчина-то тоже был гражданин.

Каллистратова: Мужчина подошел до или после того, как вернулся Розанов?

Куклин: Сказать точно не могу.

Каллистратова: Вы лично кого-либо задерживали?

Куклин: Нет.

Каллистратова: Вы видели работников милиции?

Куклин: Кроме Розанова на посту, не видел.

 

- 243 -

Каллистратова: Задерживала кого-нибудь милиция?

Куклин: Нет.

Адвокат Монахов: На предварительном следствии вы говорили, что близко не были, выкриков не слышали. (Зачитывает показания: «Розанов пошел звонить, а я его заменил на посту. После этого подошел человек и стал требовать, чтобы я дал машину. Выкриков не слышал».) Вы давали эти показания?

Судья: Уточните, когда вы слышали и когда не слышали.

Куклин: Когда в машину садили, они выкрикивали.

Литвинов: Вы 25-го, по окончании смены, написали рапорт?

Куклин: Да.

Литвинов: А 3 сентября решили дополнить?

Куклин: Да.

Литвинов: Между этими моментами вас вызывали на допрос?

Куклин: Не помню.

Литвинов: А почему именно третьего вы решили дополнить рапорт?

Куклин: Мне начальник сказал, что нужно дополнить рапорт.

Литвинов: А чем дополнить, сказал?

Куклин: Я и сам знаю, чем дополнить.

Литвинов: Почему вы решили, что Розанов пошел звонить?

Куклин: Кто первый день работает, тот, может, и не знает.

 

- 244 -

Делоне: Как вы могли обращаться к гражданам, если вы близко к Лобному месту не подходили?

Судья: Уточните расстояние?

Куклин: Около 10 метров.

Делоне: С одной стороны, вы близко не подходили, а с другой стороны, вы обращались к гражданам. Значит, к сидящим гражданам вы не могли обращаться?

Куклин: Нет. К тем лицам, которые сидели, я с предложением разойтись не обращался. Эти 6 человек, которые сидели, они не мешали транспорту.

Дремлюга: Если люди сидят на тротуаре, будут они мешать движению транспорта?

Куклин: Нет, не будут, пешеходам мешают.

Богораз: Прошу суд удостоверить, что в промежутке между двумя рапортами у свидетеля Куклина был допрос. В первом рапорте ничего не было о заторах транспорта.

(Судья смотрит в деле и удостоверяет.)

Богораз: Почему вы, работник ОРУДа, основной обязанностью которого было регулировать движение транспорта, не отметили в первом рапорте заторы?

Куклин: День был воскресный, я спешил и, наверно, опустил то, что нужно было записать.

Прокурор делает замечание адвокату Монахову: Вы смеетесь, а смеяться в суде неэтично.

Монахов: Вы ошибаетесь: я улыбаюсь, а не смеюсь. А выражать свои эмоции не возбраняется и адвокатам.

Судья (Монахову): Суд вас просит быть внимательным.

 

- 245 -

Делоне: Что вы имеете в виду, говоря о заторе? Остановились какие-либо машины? Вы видели конкретно машины? Сколько их было? Номера машин записали?

Куклин: Нет необходимости отмечать.

Литвинов: Были ли помехи машинам, идущим от Москворецкого моста к улице Куйбышева?

Куклин: Были.

Литвинов: Какое расстояние от Лобного места до проезжей части этой трассы?

Куклин: Метров 20.

Адвокат Каминская: На чье имя был подан ваш первый рапорт?

Куклин: Начальнику 4 отделения ОРУДа.

Прокурор: Что, этот рапорт был внутреннего пользования?

Куклин: А я не знаю, нам не докладывают.

Каминская ходатайствует о представлении в распоряжение суда первого рапорта свидетеля Куклина.

Адвокат Каллистратова: Считаю чрезвычайно важным для данного судебного разбирательства приобщение этого первоначального документа к делу.

(Все адвокаты и подсудимые поддерживают это ходатайство.)

Прокурор: Считаю нецелесообразным затребование этого документа, так как свидетель дал исчерпывающие показания о содержании этого рапорта.

Определение суда: ходатайство Каминской удовлетворению не подлежит, так как необходимости в нем по делу нет.

 

- 246 -

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ БЕСЕДИНА

ЭДУАРДА МИХАЙЛОВИЧА

 

Беседин: 25 августа я прогуливался по Красной площади. Мое внимание привлекла толпа. Отъехало две машины. Из одной машины женщина в голубом платье кричала: «Свободу Чехословакии». В толпе был мужчина, который привлек мое внимание тем, что бурно действовал и что-то говорил толпе. Его задержали и посадили во вторую машину люди в гражданском. За 2-3 метра до машины его передали в руки милиции.

Прокурор: Как относились окружающие люди?

Беседин: Люди в толпе были очень возмущены: «Живут у нас, едят наш хлеб, а такие вещи вытворяют».

Прокурор: Могли бы вы опознать мужчину, который развил бурную деятельность? Как он выглядел?

Беседин: Я видел его лицо из машины, одежды не видел.

Прокурор: На предварительном следствии вам предъявляли его для опознания?

Беседин: Да, предъявляли. Это был гражданин Бабицкий. Но он говорит, что он сидел, а тот стоял.

Прокурор: Вас это смущает?

Беседин: Да.

Прокурор: Где вы работаете?

Беседин: Я студент Московского энергетического института.

Адвокат Поздеев: Вы показывали, что мужчина, о котором вы говорили, был одет в рубашку грязно-розового цвета и коричневые брюки, а здесь говорите, что одежды не помните, а только лицо.

 

- 247 -

Беседин: Я говорю о двух разных людях. Бабицкого я увидел впервые в машине. Развил бурную деятельность другой.

Литвинов: Вы меня видели на площади?

Беседин: Нет.

Делоне: А меня видели?

Беседин: Нет.

Дремлюга: А меня?

Беседин: Нет.

Дремлюга: Как объяснить, что вы во время опознания оказались за стеклянной дверью?

Судья: Суд снимает этот вопрос.

Дремлюга: Почему?

Судья: Суд не дает объяснений.

Литвинов ходатайствует о том, чтобы впустили его жену Майю Русаковскую и друзей его и других подсудимых: На основании ст. 18 УПК суд должен следить за гласностью судопроизводства. В то же время в суде присутствует масса посторонних людей, пришедших по неизвестным пропускам. Прошу занести это в протокол и рассмотреть это ходатайство.

Судья: Ваше заявление будет занесено в протокол. Еще не было перерыва, и ваше заявление мы рассмотрим.

Делоне: Я поддерживаю ходатайство Литвинова и обращаюсь к суду с жалобой на коменданта. Второй день в зал раньше всех других проходят посторонние лица, и в то же время не пускают моих друзей.

Судья не принимает заявления по поводу коменданта и разрешает делать заявления, подобные заявлению Литвинова.

 

- 248 -

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ РОЗАНОВА

ИВАНА ТИМОФЕЕВИЧА

 

Розанов: 25 августа я работал регулировщиком на перекрестке с 8 утра до 9.30 вечера. Я заметил группу в 5-6 человек. Сначала не обратил на нее внимания, так как они транспорту не мешали. Думал, это — экскурсия. Прошло минут 5. Я увидел: народ от мавзолея побежал к Лобному месту. Я увидел: люди сели, и над ними полотнища, а пока я подбежал, граждане полотнища уже отобрали. Я побежал, позвонил дежурному — из Спасских ворот вышли машины. Освобождал дорогу для машин, а затем пошел на свой пост.

Прокурор: Сколько было людей у Лобного места?

Розанов: Около трехсот.

Прокурор: Какое было содержание плакатов?

Розанов: Не видел.

Прокурор: Принимали ли вы участие в задержании?

Розанов: Никак не мог, я докладывал дежурному.

Прокурор: Как относились окружающие граждане?

Розанов: Не могу сказать, не видел.

Богораз: Произошло ли фактическое нарушение работы транспорта?

Розанов: Да, произошло. Мне пришлось расчищать дорогу.

Богораз: Сидевшие люди сами по себе мешали транспорту?

Розанов: Сами не мешали, но вокруг собралось много народу.

Богораз: Вы надолго уходили звонить?

 

- 249 -

Розанов: Нет, на секундочку.

Богораз: Человек, который вас сменил, подошел после того, как подняли плакаты?

Розанов: Сменивший человек подбежал после того, как отняли плакаты.

Адвокат Каминская: Вырывал ли кто-нибудь плакаты?

Розанов: Да, граждане вырывали.

Адвокат Каллистратова: Вы видели, как задерживали подсудимых?

Розанов: Нет.

Каллистратова: У Лобного места милиция была?

Розанов: Нет. Работники милиции стояли цепочкой и обеспечивали запуск людей в Мавзолей.

Делоне: Останавливались ли машины, идущие из Спасских ворот, у Лобного места?

Розанов: Ни одна не останавливалась.

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ КОРХОВОЙ

ИННЫ ВЛАДИМИРОВНЫ

 

Корхова: 24 августа вечером мне позвонил Павел Литвинов, спросил, свободна ли я 25-го. Мы договорились встретиться у метро «Проспект Маркса». Павел предложил пройти до Красной площади. Там я увидела Богораз и несколько незнакомых людей. Затем я увидела Наташу Горбаневскую. Павел просил: «Ты ни во что не вмешивайся, только смотри». Затем они сели около Лобного места и развернули плакаты. Они сидели спокойно, криков я не слышала. Через минуту я увидела людей, бегущих со всех

 

- 250 -

концов, и услышала милицейские свистки. За мужчинами в штатском бежали люди, образовалась толпа. Некоторое время я ничего за этой толпой не видела. Когда я подошла ближе, я увидела, что подгоняют «Волгу». В нее затолкали Литвинова. Видела человека с окровавленным лицом. Видела, как он держал в руках зубы. В отделении милиции я узнала, что это Файнберг. На площади некоторое время еще оставалась Горбаневская. Затем забрали ее и коляску. Некоторое время после этого я оставалась на площади. Я слышала, как, разгоняя толпу, милиционер говорил: «Ну, что, вы не видели пьяных, сумасшедших не видели?» Ко мне подошел человек и потребовал, чтобы я пошла с ним в милицию. Там меня продержали до десяти тридцати вечера.

Судья: С кем из подсудимых вы знакомы и в каких вы с ними отношениях?

Корхова: С Литвиновым знакома один-два года, отношения — товарищеские, с Ларисой Богораз тоже знакома, но не очень близко. Горбаневскую знаю давно, но не близко. Остальных не знаю совсем.

Прокурор: В период вашего знакомства с Литвиновым были ли случаи, чтобы он вам в городе назначал свидание?

Корхова: Возможно и были, но я не помню.

Прокурор: Кто предложил вам пойти на Красную площадь?

Корхова: Литвинов.

Прокурор: Вас не удивило приглашение Литвинова?

Корхова: Удивило.

Прокурор: О чем вы разговаривали, когда встретились?

 

- 251 -

Корхова: Он ничего особенного не сказал, сказал: «Сама увидишь».

Прокурор: Были ли у вас 25-го встречи с другими лицами?

Корхова: Нет. 25 августа, подойдя к Красной площади без десяти двенадцать, около проезда Куйбышева я увидела Богораз, стоящую с несколькими мужчинами. Мы поздоровались, они разговаривали между собой, но о чем, я не прислушивалась.

Прокурор: Как был одет Литвинов?

Корхова: В белой рубашке и серых брюках.

Прокурор: Какие-нибудь предметы у него были?

Корхова: Нет, руки у него были свободны, из карманов ничего не торчало.

Прокурор: Вы с кем-нибудь говорили по поводу встречи с Литвиновым?

Корхова: Я говорила вечером 24-го со своей подругой Ириной Жолковской, сказала, что звонил Павел и просил встретиться.

Прокурор: Не припомните разговора между Богораз и Литвиновым?

Корхова: Не помню.

Прокурор просит удостоверить, что на очной ставке с Литвиновым она дала показания, что Богораз и Литвинов обменялись короткими фразами, среди которых была «пойдемте».

Корхова: Да, я давала эти показания, но кто именно сказал эту фразу — не знаю.

Прокурор: На каком расстоянии вы находились от Лобного места?

Корхова: Вначале на расстоянии около 40 метров. Потом прошла по направлению к Лобному месту.

 

- 252 -

Прокурор: Слышали ли вы какие-нибудь разговоры или выкрики?

Корхова: Разговоры между сидящими и толпой не слышала.

Прокурор: Где вы работаете?

Корхова: В Институте мировой экономики и международных отношений, младшим научным сотрудником.

Адвокат Каминская: Вы подтверждаете показания, данные на очной ставке, что подсудимые сидели тихо?

Корхова: Да, подтверждаю.

Адвокат Монахов: С очками ничего не произошло?

Корхова: Ничего.

Монахов: Были ли остановки транспорта?

Корхова: Вообще не было никакого транспорта.

Литвинов: Как вели себя граждане, вырывали ли плакаты?

Корхова: Видела, что группа подбежала, видела как очень грубо запихивали в машину. В милиции слышала, что задержанные просили произвести медицинскую экспертизу по поводу выбитых зубов у Файнберга.

Литвинов: Считаете ли вы, что, как говорится в обвинительном заключении, были действия, грубо нарушающие общественный порядок?

Корхова: Нет, не считаю.

Делоне: Знаете ли вы кого-либо из свидетелей?

Корхова: В отделении милиции я познакомилась со свидетелем Леманом. В свидетельской комнате я познакомилась с Великановой. Зато другие свидетели между собой знакомы. В свидетельской комнате я слышала, как один свидетель, войдя, спросил:

 

- 253 -

«Наших здесь много?», а другой ответил: «Человек восемь».

Дремлюга: Когда вас задержали, вам предъявили какие-либо документы?

Корхова: Человек, посадивший меня в машину, не показывал мне документов, и в милиции — тоже. При задержании подсудимых работников милиции не было.

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ ВЕЛИКАНОВОЙ

ТАТЬЯНЫ МИХАЙЛОВНЫ

 

Великанова: Я узнала о демонстрации утром 25 августа в 11 часов. Муж сказал мне, что будет протестовать против ввода войск в Чехословакию. И ушел. Я очень беспокоилась. Позвонила знакомым и договорилась встретиться. Когда мы пришли на Красную площадь, я увидела мужа, рядом сидел Файнберг и женщина с коляской. Остальных не заметила. К ним бросились люди. Я услышала свисток. Начали отнимать лозунги, бить ногами. Того, кто бил Файнберга, я очень хорошо заметила. Другой бил мужа ногами в бедро. Затем слева я увидела Ларису Богораз. Слышала реплики подбегавших людей в штатском, которые действовали очень активно и организованно. Хорошо запомнила реплику избивающего, который бил и помогал засадить в машину: «Хулиганы, зачем вы здесь сидите?» Слышала ответ Горбаневской: «Лет через двадцать вы тоже поймете, и вам будет стыдно». Слышала реплику мужа: «Мы теряем своих лучших друзей — чехов и

 

- 254 -

словаков». После демонстрации я видела, как кому-то засвечивали пленку. Не видела, как засовывали в машину остальных, все время смотрела на мужа и сидящих рядом с ним. Я хочу сообщить суду, что моя знакомая Панова, которая была со мной на Красной площади, вчера около здания суда опознала среди сотрудников в штатском, окружающих здание суда, того, который бил Файнберга. Когда она подошла к нему близко, он быстро скрылся...

Судья прерывает.

Адвокат Поздеев: Известно ли вам, что ваш муж договаривался с кем-нибудь?

Великанова: Нет, неизвестно.

Поздеев: В чем был одет ваш муж?

Великанова: Он был одет в зеленые брюки и белую рубашку. Мы собирались на именины к бабушке. Дети уехали утром. Он просил их взять гитару. В руках у него ничего не было.

Поздеев: Известно ли вам что-нибудь о изготовлении плакатов?

Великанова: Во время обыска я видела доску, на которой было что-то написано.

Поздеев: Выходили ли машины из Кремля?

Великанова: Нет, машины из Кремля проехали много позже. Я была там еще минут двадцать.

Поздеев: Сколько лет вы состоите в браке?

Великанова: 18 лет. У нас трое детей: 10, 12 и 15 лет.

Адвокат Каминская: Ставился ли на предварительном следствии вопрос, как реагировали ваш муж и другие подсудимые на действия задерживающих их лиц?

Великанова: Меня потрясло, что они не сопротив-

 

- 255 -

лялись: их били ногами — они не реагировали, как будто они не на этом свете.

Прокурор: Не пытались ли вы отговорить вашего мужа?

Великанова: Я не считала себя вправе его отговаривать, если это его убеждение и он действовал по велению совести. Кроме того, на следствии я сказала, что отговаривать было бы бесполезно, так как он очень упрям.

Адвокат Монахов: Кто-либо опознал человека, который избивал Файнберга?

Великанова: Панова опознала его вчера около суда, но он очень быстро скрылся.

Прокурор: Уточните содержание разговора с мужем 25 августа утром.

Великанова: Муж сказал, что он собирается протестовать в районе Василия Блаженного. Я спросила, один ли он будет. Он сказал, что, возможно, будут другие люди.

Прокурор: На предварительном следствии вы показали, что «муж сказал, что он не может молчать», и что он идет на Красную площадь, где «они будут протестовать».

Великанова: Это моя неточность. Я пошла на Красную площадь, где, по словам мужа, он собирался протестовать. Я просто предполагала, что он будет не один, поэтому и сказала «они». Я пошла туда, потому что я должна была видеть, как все это будет. Я позвонила своей подруге Медведовской и позвала ее с собой. В это время мне позвонила другая подруга, Панова. Она сама захотела меня видеть, и я ее тоже пригласила на Красную площадь. С

 

- 256 -

Медведовской я встретилась у метро, а Панову увидела уже на Красной площади.

Прокурор: Что было написано на доске, найденной при обыске?

Великанова: На доске можно было разобрать: «Долой интервенцию из ЧССР».

 

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ МЕДВЕДОВСКОЙ

ИРИНЫ ТЕОДОРОВНЫ

 

Медведовская: Я знакома только с Бабицким — он муж моей соученицы и сослуживицы, я работаю вместе с Великановой в Вычислительном центре Главмосавтотранса. Остальных подсудимых не знаю. 25 августа я вместе с Татьяной Великановой была на Красной площади и видела, как группа лиц выражала свой протест относительно событий в Чехословакии. Они сели спиной к Лобному месту. Развернули лозунги. Почти сразу раздался свисток и к ним бросились две группы мужчин и стали их бить. Они не вставали и не реагировали. Я видела одного милиционера, который сначала побежал в сторону демонстрантов, но тут же побежал обратно к Спасским воротам и стал нажимать кнопку.

Адвокат Поздеев: Какой разговор состоялся у вас с Великановой?

Медведовская: Она сказала мне, что ее муж собирается выразить протест против ввода войск в Чехословакию.

 

- 257 -

Поздеев: Говорила ли она о том, что там будет кто-то еще?

Медведовская: Нет, только о нем.

Поздеев: Оказывали ли подсудимые сопротивление, слышали ли вы с их стороны выкрики?

Медведовская: Никто сопротивления не оказывал, выкрики не слышала.

Адвокат Поздеев: Сколько народу было около Лобного места?

Медведовская: Не очень много.

Адвокат Монахов: Не было ли остановок транспорта?

Медведовская: Остановок транспорта не было, транспорта вообще не было.

Бабицкий: Как близко к нам подбежал милиционер?

Медведовская: Милиционер только направился в сторону демонстрантов и тут же, не задерживаясь, повернул к Спасским воротам. Как близко подбежал, затрудняюсь ответить.

Прокурор: Какова была цель вашей поездки, не показалась ли вам странной ее просьба?

Медведовская: Меня попросила поехать моя подруга, видимо, ей было трудно одной. Просьба странной не показалась.

Прокурор: Действия мужа вашей знакомой не показались вам странными?

Медведовская: Странными — нет, необычными — да.

 

- 258 -

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЯ ЛЕМАНА

МИХАИЛА ВЛАДИМИРОВИЧА

 

Леман: Лично никого из подсудимых не знаю. Я вышел из дома и пошел через Красную площадь. Примерно в 12.03-04. Около Лобного места увидел толпу. Я заинтересовался, подошел ближе. Я увидел какую-то возню. Хотел позвать милиционеров, но милиционера близко не было. Увидел две машины — служебные «Волги». Мимо меня к машине протащили человека в белой рубашке. Я решил, что мне здесь делать нечего, и решил уйти. Сделал два шага в сторону. В это время меня схватили, заломили руку назад, ударили два раза по шее. В это время я слышал диалог: — Этот? — Нет, не этот. — Нет, этот. После чего меня затолкали в машину и отвезли в милицию.

Адвокат Монахов: Вас ударили по шее каким-то приемом?

Леман: Не знаю, ударили ребром ладони.

Монахов: Почему вы решили, что машины служебные?

Леман: Я живу около Красной площади и знаю, что движения там нет, разрешен проезд только служебным машинам.

Богораз: Припомните, с какой просьбой я обратилась к вам в отделении милиции.

Леман: «Позвоните Якиру и скажите, чтобы сын не волновался».

Богораз: Вы знакомы с Якиром?

Леман: Никогда раньше фамилию Якира не слышал.

Богораз: Как я была одета?

 

- 259 -

Леман: В брюках, сверху не помню.

Литвинов: О чем мы все просили в милиции?

Леман: О судебно-медицинской экспертизе для Файнберга. Меня вызвали на допрос, и я не знаю, удовлетворили ли эту просьбу.

Литвинов: Где вы живете?

Леман: Я живу на улице Куйбышева.

Делоне: Подтверждаете ли вы свои показания, что кто-то ударил человека в зеленой рубашке?

Леман: Я видел, как замахнулись и ударили со всей силы, затем увидел окровавленное лицо.

Дремлюга: Ударили Файнберга рукой?

Леман: Ударили рукой, а били ли ногой — я не видел.

Прокурор: Уточните, когда вы вышли на Красную площадь, вы на предварительном следствии сказали, что в 12.15.

Леман: Я вышел из дома с боем часов, а свою длительность пути я специально потом проверил — это примерно 2-3 минуты.

Прокурор: Придя вечером к Якиру, увидели ли вы кого-нибудь из лиц, которых вы видели на площади?

Леман: Никого. На улице шел дождь. Я пришел, минуты 2 протирал очки, передал просьбу и вышел.

Прокурор: На предварительном следствии вы показали, что в коридоре промелькнула Татьяна Баева.

Леман: Я сказал, что возможно, что это была Баева.

Прокурор (Богораз): Почему вы обратились с просьбой именно к Леману?

Богораз: Потому что Леман был человек случай-

 

- 260 -

ный, а в отношении других я не была уверена, что их отпустят.

Прокурор: Почему вы просили сообщить Якиру, а не кому-нибудь из родственников?

Богораз: Никого из родных в это время не было в Москве.

Прокурор: Почему вы на допросе 25 августа не сказали о данном вам поручении?

Леман: Я не придал этому значения.

Судья ставит в известность стороны, что свидетель Веселов выехал из Москвы в командировку, свидетель Кузнецов находится в больнице, свидетель Богатырев выехал из Москвы, свидетель Васильев отсутствует по неизвестным причинам.

 

 
 
 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Сахаровским центром.
Тел.: (495) 623 4115;; e-mail: secretary@sakharov-center.ru
Политика конфиденциальности


Региональная общественная организация «Общественная комиссия по сохранению наследия академика Сахарова» (Сахаровский центр) решением Минюста РФ от 25.12.2014 года №1990-р внесена в реестр организаций, выполняющих функцию иностранного агента.
Это решение мы обжалуем в суде.