На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
Белоглинка ::: Викторенко И.С. - Страшные годы ::: Викторенко Иван Силантьевич ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Викторенко Иван Силантьевич

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Музея
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]
 
Викторенко И. С. Страшные годы // Эхо массовых политических репрессий : Судьбы людские / сост.: В. М. Гринев, Т. В. Гринева. – Астана, 2005. - С. 116–227 : ил.

 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
- 173 -

Белоглинка

 

Это село двумя дугообразными улицами обогнуло небольшую часть озера Торангул.

Окраины этого села были пусты, как и большинство сел того времени. Крестьяне покидали родные места и ехали искать счастья, а те, кто оставался, переезжали ближе к центру.

Переселенцев расселили по окраинам. Наша семья и семьи двух маминых братьев заняли пятистенный дом с кухней и комнатой. О тесноте и удобствах никто не думал. 15 человек без всяких условностей расселились: кто на печке, кто на двух кроватях, а большинство спали на полу, днем не надо было много места.

Примерно через неделю из лесозаготовок отпустили подростков. Пришел мой брат Максим и два маминых племянника. Нас стало 18. Мужчин и взрослых парней отправили копать ямы под телеграфные столбы. К новому райцентру Володаровке подводились телеграфные линии. Близилась глубокая осень. Переселенцы в селе оставались без работы и без всяких надежд на пропитание. Пытались идти в поле и собирать колоски, но комендант, под властью которого мы находились, заявил: "Если кого поймаем на колхозном поле, посадим в тюрьму, будь он мужчина, подросток или женщина". Есть было нечего.

Колхозники убирали картофель. Ничейные огороды были переданы колхозу, но убирать их силами одних колхозников было не под силу и тогда комендант объявил, что переселенцы могут идти убирать картофель, оплата - натурой. Все, кто мог, пошли на заработки. На второй день уборки Максим сказал мне: "Вон в том углу огорода я выкопал яму, ты, когда будешь нести картошку до кучи, сбрасывай понемногу в эту яму. Только смотри, чтобы никто не видел".

Ночью мы отправились к своему кладу и принесли домой полных два ведра. Уборка длилась неделю и за это время у нас оказалось три мешка картошки.

В конце сентября всех переселенцев из Белоглинки вывезли в село Александровку, что рядом со станцией Джаман-Туз. Снова посадили нас на брички, в которые были впряжены быки, и повезли медленным шагом через Володаровку, Зирин-

 

- 174 -

ду, Челкар на станцию Джаман-Туз. Быки нуждались в корме, приходилось днем делать длительные остановки. Ночевали в каком-нибудь селе. Мучили осенние холода и голод. Особенно страдали матери с грудными детьми. Ни распеленать, ни высушить пеленки. Утром завернут младенца, а поздно вечером развернут. Вот он и мучится целый день в собственных мокротах.

Каждая семья молила Бога, чтобы на ночлег попасть к хорошим людям. И добрые встречались чаще, чем злые. Особенно запомнились две семьи. Первая остановка была в селе Восточном (кажется так называлось село).

Просторные, с высокими потолками, кухня и комнаты, сараи, крытые соломой, вместили три подводы, а это шесть семей.

Старуха затопила печь, согрела воды, помогла женщинам вымыть маленьких. Сварила огромный чугун пшенной, на молоке, каши, такой же чугун картошки и вскипятила чай. Накормила всех и уложила спать. И вот когда в комнате стало тихо, старики зажгли в углу, где висели иконы, лампаду и стали молиться. В своих молитвах они просили Бога и всех святых помочь страдающим. А когда утром все встали, то на столе стояли большие миски с едой.

За многие дни голодной жизни мы впервые плотно ужинали и еще плотнее позавтракали. Маме старуха дала для Гриши (ему не было и года) несколько холщовых тряпок, бараньего топленого жира, бутылку свежего молока и несколько кусочков сахара. Маруся и Настушка получили по куску хлеба. В этот день Гриша не плакал: во рту у него была тряпичная соска из сухарей, замоченных в молоке.

Через несколько дней мы ночевали в Сухой Речке, так называлась деревня. В небольшой дворик поместили только одну подводу, две семьи. С нами ехали старик Ляпота Семен со своей старухой.

Небольшая кухонька и чуть больше комната. Хозяева совсем молодые. Их ребенок бегал по комнате, играл, смеялся. Наши Маруся и Настенька отвыкли от смеха.

В комнату мы зашли робко, примостились у порога. Гриша, как только почувствовал комнатное тепло, замолчал. Мама его распеленала, вытерла и стала кормить грудью.

 

- 175 -

Маруся и Настушка тихо сидели на полу возле самой печки. На кухню вышел хозяин, поздоровался и позвал жену в комнату - она что-то делала возле печки.

Примерно через час хозяйка зашла в комнату и сказала, обращаясь к маме:

— Тетя, вы берите своих девочек и маленького и идите в баню. Мы уже все помылись, а я нагрела воды.

Какое это было блаженство помыться в теплой бане! Такого удовольствия мы не имели уже больше месяца. А дорога? Холодные ветры сменялись дождями. Одежда старенькая, все, кто только мог, шли пешком, согревались, а старики и женщины с маленькими детьми были вынуждены сидеть в бричках, мерзнуть.

Пока мама мылась с ребятишками в бане, хозяйка разбирала постель на кровати, что стояла на кухне у самого порога.

В этот вечер вымылись все, а после бани получили хороший ужин. Утром хозяева, поднявшись очень рано, приготовили нам завтрак, и на дорогу мы получили узелки с хлебом и вареной картошкой.

Когда вышли садиться на бричку, там лежала свежая солома и большая кошма. Ее хозяин отдал маме, чтобы она смогла укрывать своих детей от холода.

Встречались и такие люди, которые дальше порога нас не пускали, но их было меньше.

В Александровку приехали поздно вечером. Утром нас расселили по пустым домам. Мама и две семьи ее братьев разместились на окраине села в небольшом домике. Кухня, комната. Ни сенок, ни двора, половина окон без стекол. Конец октября.

О жизни в Александровке расскажу немного позже, а теперь о дедушке Ефиме, который остался один в доме.

 

 
 
 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Сахаровским центром.
Тел.: (495) 623 4115;; e-mail: secretary@sakharov-center.ru
Политика конфиденциальности


Региональная общественная организация «Общественная комиссия по сохранению наследия академика Сахарова» (Сахаровский центр) решением Минюста РФ от 25.12.2014 года №1990-р внесена в реестр организаций, выполняющих функцию иностранного агента.
Это решение мы обжалуем в суде.
 

https://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=page&num=2442

На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен