На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
ГЛАВА 13 БОЛЬНИЧНЫЕ УЖАСЫ ::: Мальсагов С.А. - Адские острова ::: Мальсагов Созерко Артаганович ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Мальсагов Созерко Артаганович

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Сахаровского центра
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]
 
Мальсагов С. А. Адские острова : Советская  тюрьма на Дальнем Севере / пер. с англ. Ш. Яндиева ; предисл. В. Г. Танкиева ; вступ. ст. М. Абсаметова. - Нальчик : Издат. центр "Эль-фа", 1996. - 127 с. - В прил.: Бессонов. Дневник: с. 108-110; Мальсагов С.А. Письма: с. 112-126.

 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
- 84 -

ГЛАВА 13

БОЛЬНИЧНЫЕ УЖАСЫ

 

Больница без лекарств — «Заключенные не должны болеть» — В руководстве сумасшедшая — Смертность    арестантов поощряется — Добрый чекист.

 

«Медпомощь» на Соловках является фактически медицинской беспомощностью. Частично из-за нехватки средств, частично из-за безучастности лагерной администрации, а также вследствие секретных предписаний Московского ГПУ. Единственно эффективным лекарством является смерть.

Санитарные условия лагерей ужасны. Дико загажены бараки, кухни, отхожие места и прочее, но и сами соловецкие «больницы» справедливо могут быть названы рассадниками эпидемий. Влажность, болотистая местность, отвратительная вода, миллионы комаров и вшей — все это очень способствует возникновению и распространению заболеваний. У заключенных нет сменного белья, мыла, надлежащей одежды и обуви. Их организмы, ослабленные постоянным недоеданием и тяжелой работой, не могут сопротивляться недугам.

«Больница» расположена в Кремле Соловецкого монастыря. Слово это должно быть взято в кавычки, т. к. больница не отвечает своему назначению. В ней нет никаких лекарств, постели ужасно грязны, пациентам      выдается обычный голодный паек, а само помещение почти все время стоит неотопленным.

Врач, ответственный за больницу, — сам из заключенных — неоднократно пытался убедить начУСЛОНа в том, что отсутствие лекарств, постельного белья (больные лежат на голых досках), мыла, съедобной пищи и уборной в самом больничном помещении — пациенты вынуждены выходить на улицу при любой температуре, даже зимой, — равносильно умышленному убийству арестантов. Но соловецкая администрация всегда отказывала в такого рода просьбах. На Соловки прибывают новые тысячи заключенных, и нужно очищать бараки

 

- 85 -

от «лишних элементов». Однажды Ногтев и вправду заявил: «Болеть — вовсе не дело заключенных».

Другим, совершенно точным образчиком соловецкой медицинской помощи, является «больница» на Поповом острове. Ее возглавляет женщина — Львова Мария Николаевна. Это опытный врач. До своей ссылки она служила в Красном Кресте и побывала буквально на всех фронтах империалистической и Гражданской войн. Впоследствии Львова стала «сексоткой» (секретным агентом ГПУ), но было установлено, что Мария Николаевна «неосторожно высказалась о секретных делах ГПУ», и ее выслали на Соловки на пять лет. Это женщина, возможно, и неплохая по натуре была совершенно изуродована работой на ГПУ и соловецкой жизнью. Она утратила всякий самоконтроль. Никто на Соловках, даже из развращенных уголовников не ругался с таким мастерством, как больничная начальница, адресующая людям и даже самому Богу наигрязнейшую брань. Часто уголовники ходят в больницу, чтобы просто послушать ругань Львовой и ввести в собственный обиход некоторые из ее самых последних непристойных «шерлов». Никто на Соловках, ни из мужчин ни из женщин, не пьет так много и не доводит себя до такого скотского состояния, как Мария Николаевна. Она опустилась до самого низкого уровня нравственной деградации. Ее забота о больных была именно такой, какой и следовало ожидать от подобного существа. Для Львовой человеческая жизнь утратила всякую ценность. Уже сами по себе соловецкие больницы являются твердой гарантией того, что оказавшиеся в них пациенты будут умирать массами. Львова же своей грубостью, полным равнодушием к страданиям, свойственным полусумасшедшим людям, ускоряет смерть больных. Когда пациенты жалуются на ужасные условия в ее больнице, она всегда отвечает: «Чем хуже, тем лучше. Большинство из вас еще попляшет». И далее следуют совершенно непечатные выражения.

Но у меня не поднимается рука бросить камень в эту женщину. Сумасшедшие условия жизни сделали ее сумасшедшей. Но неужели у Ногтева и прочих соловецких «начальников» нет ушей и глаз? Почему они поручили руководство медслужбой Попова острова психически неполноценной женщине?!

 

- 86 -

В начале главы я уже ответил на данный вопрос Центральное руководство ГПУ, а вслед за ним соловецкие чекисты умышленно повышают смертность в лагерях. Еще одним подтверждением является факт, что заключенный может быть послан на осмотр к кемскому врачу только за собственный счет. Доктор из города посещает регулярно только соловецких чекистов, но не арестантов.

Контрреволюционеры и политические боятся больницы, как чумы. Если заключенные из двух категорий заболевают и не могут лечиться домашними средствами, они умирают в бараках, умоляя не переносить их в больницу. И только шпана, которая, как Львова, не ценит ни собственную, ни чужую жизнь, добровольно идет туда. В результате уголовники мрут десятками и в основном от цинги.

Вода на Соловецких островах обладает свойством разрушать зубы с последующим появлением боли, которая усугубляется холодом и сквозняками, свирепствующими в бараках. В лагерях обязательно необходимы зубные врачи, но их нет. Правда, в Кремле Соловецкого монастыря имеется дантист — уже известный читателю участник американской благотворительной акции в поддержку голодающих — Малеванов, наказанный большевиками в благодарность за служение людям. Но у него нет ни лекарств, ни инструментов.

На Поповом острове этот вопрос разрешен радикальным образом. В лагере есть человек по фамилии Брусиловский. До революции он был фельдшером, а после стал чекистом в Елизаветградском ГПУ (ныне относится к Одесской губернии, а первоначально—к Херсонской). Его прислали на Соловки по 76-5 статье УК (вооруженный бандитизм). Несмотря на свою службу в ЧК, Брусиловский — очень приятный, симпатичный человек. Он решил сделать все возможное для страдающих от зубной боли и каким-то образом приспособил для удаления зубов обычные кузнечные клещи,

Безусловно, нельзя излечить зубы, если они портятся и нет никаких лекарств и инструментов. Единственный способ — выдернуть больной зуб, и пациенты всегда на это соглашаются. За свои услуги Брусиловский никогда не берет денег. Он имеет огромную практику, особенно среди шпаны, у которой выдергивает зубы сразу целыми

 

- 87 -

рядами. В первое время Брусиловский удалял даже здоровые зубы, вероятно, набивая руку.

Этот сострадательный чекист лечит еще и сифилис. Его метод борьбы с отвратительным недугом — тоже «последнее слово» соловецкой науки. Смесь из травяного настоя, спирта и еще чего-то впрыскивается вовнутрь обычным шприцем. Но в этой области ему, очевидно, нужно набраться побольше опыта, поскольку количество заболевших сифилисом в лагерях неуклонно растет, да и случаи со смертельным исходом все чаще и чаще.

 

 
 
 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Сахаровским центром.
Тел.: (495) 623 4115;; e-mail: secretary@sakharov-center.ru
Политика конфиденциальности


Региональная общественная организация «Общественная комиссия по сохранению наследия академика Сахарова» (Сахаровский центр) решением Минюста РФ от 25.12.2014 года №1990-р внесена в реестр организаций, выполняющих функцию иностранного агента.
Это решение мы обжалуем в суде.