На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
I. ПИСЬМА Н.Ф. ДЕПУТАТОВОЙ ::: Шиллер Ф.П. - Письма из мертвого дома ::: Шиллер Франц Петрович ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Шиллер Франц Петрович

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Музея
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]
 
Шиллер Ф. П. Письма из мертвого дома / сост., пер. с нем., примеч., послесл. Дизендорфа В. Ф.; Общест. акад. наук рос. немцев. – М., 2002. – 1009 с. : ил.

Следующий блок >>
 
- 9 -

1. Н.Ф. Депутатовой1

 

Милая Нина,

Твое письмо от 28/XI получил. Не можешь себе представить, сколько радостей ты мне доставила этим письмом! Когда я еще переписывался со своей бывшей семьей, я в каждом письме спрашивал, жива ли ты и где находишься. Но ни разу ответа на этот вопрос не получил. Теперь мне понятно, что это было сделано с целью, чтоб я тебе не писал.

Ты совершенно правильно пишешь, что мы с тобою не старые знакомые, а друзья. Начиная с 1923 года, с тех пор, как мы с тобою познакомились во 2 МГУ, ты вошла в мою жизнь как самый близкий человек, как любимая родная сестра. Были времена, когда жизнь у нас могла сложиться иначе; но что прошло, то прошло. Я истинно был рад, как хорошо и дружно ты прожила свою молодость сперва в браке с Иннокентием Лаврентиевичем, а потом особенно счастливо с Василием. Нам навряд ли удастся еще раз увидеться с тобою в жизни, но помни старую пословицу: Alte Liebe rostet nicht.

Я давно уже разыскал бы твой адрес и написал бы тебе, если бы я мог подумать, что ты в Москве. Я почему-то был уверен, что ты эвакуировалась вместе с институтами (твоим и Василия) куда-нибудь в Среднюю Азию и там осталась, и что обратно в Москву нельзя было ехать, как напр., и было с Ольгой Федоровной. То, что ты мне пишешь о судьбе папы и мамы, меня глубоко потрясло. Не потому только, что мне самому это приходилось переживать два раза: в 1921 году с родителями, а в 1941-43 гг. с братьями и их семьями. Но твое описание смерти папы и мамы потрясло меня еще и потому, что я их хорошо знал и любил, потому что они были люди очень доброжелательные и многострадальные.

То, что ты мне писала о смерти Василия, для меня было совершенно неожиданно. Ведь он же раньше не болел какой-нибудь опасной или хронической болезнью? Что же тогда

 


1 Депутатова (урожд. Дреземейер) Нина Федоровна (Фридриховна) (р. 1899) - однокурсница Ф.П. Шиллера по 2-му МГУ, преподаватель немецкого языка в московских вузах. Письма Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой хранились у адресата, затем - у A.A. Аникста (оба - г. Москва), после его смерти - у В.Д. Шмунка, в настоящее время хранятся у вдовы последнего - Т.Б. Иоганзен (оба - г. Томск).

С. 9. Когда я еще переписывался со своей бывшей семьей... - Семья автора: жена - Инна Васильевна (приемные родители дали ей не только свою фамилию - Нагорнова, но и новые имя и отчество, ранее - Нина Андреевна Воробьева), дочь - Флора, тетя жены по отцу - Полина Андреевна Нагорнова (1879-1955), удочерила с мужем племянницу, оставшуюся без родителей, пенсионерка, в письмах Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой "бабушка". Автор переписывался с семьей с 1939 г., переписка прервалась в середине 1948 г.

...я в каждом письме спрашивал, жива ли ты и где находишься. - В сохранившихся письмах Ф.П. Шиллера его семье Н.Ф. Депутатова упомянута всего 3 раза - в 1954-1955 г. (см. наст, изд., с. 617, 643,647).

...в браке с Иннокентием Лаврентиевичем, а потом... с Василием. - Попов-Ленский Иннокентий Лаврентьевич - первый муж Н.Ф. Депутатовой, проф. истории Ин-та Маркса и Энгельса в Москве, умер в 1930 г.; Депутатов Василий Никитич (1893-1947) - второй муж Н.Ф. Депутатовой, д-р техн. наук, проф. Московского электротехнического ин-та, полковник.

Alte Liebe rostet nicht. - Старая любовь не ржавеет (нем.).

...обратно в Москву нельзя было ехать, как напр., и было с Ольгой Федоровной. - К моменту отправки данного письма вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26.11.1948 г. "Об уголовной ответственности за побеги из мест обязательного и постоянного поселения лиц, выселенных в отдаленные районы Советского Союза в период Отечественной войны", запрещавший под угрозой наказания в 20 лет каторжных работ возвращаться к прежним местам жительства лицам, депортированным в 1941-1945 гг., в т.ч. российским немцам. Однако и до этого их возвращение, как правило, не допускалось. Этот запрет затронул и Ольгу Федоровну - сестру Н.Ф. Депутатовой, как депортированную немку (немцы были выселены из Москвы в сентябре 1941 г.). С помощью В.Н. Депутатова она в 1946 г. вернулась из Казахстана, однако в Москве ее не прописали, и она была вынуждена жить в г. Коломне Московской обл. (за пределами 100-километровой зоны вокруг Москвы, где бывших ссыльных обычно не прописывали), устроившись преподавателем англ. языка в местный филиал Московского обл. пединститута. Сама Нина Федоровна не подверглась депортации, т.к. была замужем за русским - В.Н. Депутатовым.

...мне самому это приходилось переживать... в 1921 году с родителями, а в 1941-43 гг. с братьями и их семьями. - В 1921 г. умерла только мать Ф.П. Шиллера, его отец умер еще в 1919 г. Что касается братьев Ф.П. Шиллера и членов их семей, то в указанный период, насколько известно, никто из них не умер. Однако Шиллер, узнав в 1944 г. о смерти брата Петра (ум. 1939), учителя и журналиста в Мариентале, стал считать, что умер и брат Яков, особенно после того, как поиски последнего (с 1946 г.) не дали результатов (см. наст, изд., с. 562,599).

С. 10. Он умер, наверно, от... кровоизлияния в мозг? - В.Н. Депутатов умер от склероза аорты (от греч. aortd) - главной артерии кровеносной системы. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 4.2.1949 г. (наст, изд., с. 13).

...Максима Владимировича. - Сергиевский Максим Владимирович (1892-1946) - языковед, проф. МГУ (с 1925 г.). Ф.П. Шиллер прослушал во 2-м МГУ курс М.В. Сергиевского по исторической грамматике немецкого языка.

"Иностранные языки в школе" - ежемесячный пед. журнал (Москва, с 1936 г.).

Она изменяет мне и предает меня с 1941 г. ... - Ни один из известных документов Ф.П. Шиллера, включая письма семье, не подтверждает этого его подозрения в отношении своей жены.

...я все эти годы посылал разные ходатайства, чтобы она направила их по назначению... - она же, конечно, бросила все в печку... - Насколько известно, из всех ходатайств, направленных Ф.П. Шиллером в различные инстанции через свою жену, не были доведены до адресатов лишь несколько обращений, датированных 9.7.1947 г. (см. наст, изд., с. 803-806), причем в этом случае Шиллер предоставил жене самой решать, отправлять ли их по назначению или нет. См. письмо Ф.П. Шиллера И.В. Шиллер от 9.7.1947 г. (наст, изд., с. 575).

...я в последние 5-8 лет зарабатывал много... - Имеется в виду период до ареста Ф.П. Шиллера, т.е. 1930-1938 гг.

С. 11. ...когда я прошлою осенью просил прислать мне одну очень нужную книгу, она мне ее не прислала. - Видимо, имеется в виду фотокопия книги Skerlich I. "La poesie franc.aise dans la opinion publique de 1830-1840", о высылке которой Ф.П. Шиллер просил жену в письме от 8.10.1947 г. (см. наст, изд., с. 579). Судя по тому, что просьба найти эту книгу повторяется в его письме И.В. Шиллер от 15.11.1954 г. (см. наст, изд., с. 639), она ему выслана не была, однако он не выразил по этому поводу жене ни недоумения, ни претензий.

...я попросил ее подписаться на... "Литературную газету"... для меня здесь, она даже не ответила. - Ф.П. Шиллер обращался

по этому поводу не к И.В. Шиллер, а к П.А. Нагорновой. См. наст, изд., с. 592,596.

...в последней стадии чахотки. - Чахотка - устар. назв. прогрессирующего истощения организма при хронич. заболеваниях, нреим. туберкулезе легких.

Я много раз уже здесь находился при смерти, но моя бывшая не считала нужным даже телеграфировать или написать. - Судя по письмам Ф.П. Шиллера семье, во время его пребывания в с. Красноярка И.В. Шиллер писала ему, хотя и очень редко. См. наст, изд., с. 585, 593,601.

...влияния на Флорочку. - Шиллер Флора Францевна (р. 1936) -дочь Ф.П. Шиллера и И.В. Шиллер (1913-1993), канд. физ.-мат. наук, живет в Москве.

Когда-то девочка мне писала, потом перестала. - Судя по письмам Ф.П. Шиллера, последнее письмо от дочери перед прекращением переписки с семьей он получил 1.5.1948 г. (см. наст, изд., с. 607).

воспаление легких - пневмония, группа заболеваний легких, характеризуются воспалит, процессом в альвеолах, в межуточной ткани легкого и бронхиолах, вызываются вирусами, пневмо- и стафилококками и другими микроорганизмами.

С. 12. Ляля наверно дочь Ольги Федоровны... - Ляля (Елена Владимировна), дочь Ольги Федоровны - сестры Н.Ф. Депутатовой.

Очень хорошо, если вы сдружитесь! - Учась в МГУ, Елена жила со своей тетей и, по сообщению В.Д. Шмунка, прожила с ней до самой смерти Н.Ф. Депутатовой.

От Нины Ильиничны... - Непомнящая Нина Ильинична (1894-1976), сотрудница Ф.П. Шиллера по Ин-ту Маркса и Энгельса в Москве, проработала в ин-те почти до самой смерти, вместе с Шиллером занималась расшифровкой и подготовкой к печати рукописей К. Маркса и Ф. Энгельса. Переводила с англ. языка стихи для книги Ф.П. Шиллера "Очерки по истории чартистской поэзии" (М.-Л., 1933). Готовила к печати и рецензировала три последние книги Шиллера, написанные им в домах инвалидов.

...что стало с Катей Ефимкиной, Ниной Головиной, Щелковым? - Общие знакомые Ф.П. Шиллера и Н.Ф. Депутатовой по 2-му МГУ. Ефимкина-Маджугинская Екатерина Николаевна (р. 1901) училась с ними на одном курсе, в 1924 г. перевелась в 1-й МГУ. Щелков - видимо, С.А. Шенков. См. прим. к с. 26.

- 10 -

привело его к такому быстрому и неожиданному концу? Он умер, наверно, от моей болезни - от высокого кровяного давления и кровоизлияния в мозг? Для него эта болезнь была особенно опасна, потому что он [2] был полный. Если тебе не тяжело, то напиши мне подробнее о его болезни и смерти.

Искренне и сердечно жалею о ранней смерти Василия. Ты знаешь, что я не умею выражать своих чувств человеку в лицо. Тебе, может быть, раньше показалось, что я несколько суховато относился к Василию. На самом же деле я его очень и очень уважал, во-первых, потому, что он своими собственными силами выбился в люди, во-вторых, что он так хорошо относился к тебе, и во-третьих, за то, что он всегда помогал твоим родителям в их беде. Хороший был человек Василий, с добрым сердцем и человеческой совестью. Низко склоняю голову над его прахом!

Не меньшей неожиданностью для меня было и известие о смерти Максима Владимировича. Я только недавно читал его статью в журнале "Иностранные языки в школе" за 1948 г., и там не было никакого примечания о его смерти. Хорошие знакомые и друзья уходят один за другим. Ведь Максим Владимирович был одним из самых старых наших друзей еще по 2 МГУ.

Ты думаешь, что откровенные известия о моей бывшей жене могут меня еще волновать. Ничуть нет. Она изменяет мне и предает меня с 1941 г. - какие тут могут быть еще чувства? Но ведь самое неприличное и нечестное не в этом, а в обмане, в скрывательстве всего этого до лета 1948 г. Честная женщина так не поступает; она хоть сообщает мужу, что чувства ея изменились. А то я все эти годы посылал разные ходатайства, чтобы она направила их по назначению и следила бы за их результатами, - она же, конечно, бросила все в печку, ибо была заинтересована не в моем возвращении, а наоборот. Вела она себя неприлично и в мелких хозяйственных делах. Ты знаешь, что я в последние 5-8 лет зарабатывал много, и все же ведь осталось им. У меня была узко специальная библиотека по всеобщей литературе в [3] пять тысяч томов. И

 

- 11 -

когда я прошлою осенью просил прислать мне одну очень нужную книгу, она мне ее не прислала. В прошлом же году я попросил ее подписаться на газету ("Литературную газету") для меня здесь, она даже не ответила. Ведь можно разлюбить человека и, тем не менее, относиться к нему по-человечески. Вот, напр., в прошлом году вместе со мною в Омск приехал бывший московский инженер в последней стадии чахотки. Он десять лет не видел жены и 15-летней дочки. Он дал им телеграмму, что ему осталось жить несколько дней, и очень хотел бы их видеть перед смертью. Жена и дочь сразу же прилетели на самолете, но не застали его уже в живых: он умер за 2 часа до их приезда. Эта женщина, простая русская женщина, стенографистка, с дочерью плакали душераздирающе целый день у трупа. Может быть, эта женщина за эти 10 лет и имела других мужчин, но она сохранила человеческие чувства к мужу как к человеку и как к отцу своей дочери. Я много раз уже здесь находился при смерти, но моя бывшая не считала нужным даже телеграфировать или написать. Она сама, будучи здоровой, не считала нужным приехать во время отпуска на 5-6 дней с дочерью, чтобы хоть лично сообщить, что ее "чувства" ко мне изменились. Когда же я сам хотел повидать после 10 лет свою дочь, она мне в свидании с ней отказала. Какие после всего этого у меня к ней могут быть чувства?

Поэтому, дорогая Нина, я просил бы тебя выяснить, если сможешь, с кем она сейчас живет. Не то, чтоб это меня интриговало; мне это безразлично. Но меня это интересует с точки зрения окружения и влияния на Флорочку. Когда-то девочка мне писала, потом перестала. Наверно ее уверяют, что отец умер и что у него было свиное рыло и ослиные уши.

Но хватит этих неприятностей.

Со мною судьба неумолима: только что перенес воспаление легких. Три дня тому назад был кризис. Сейчас очень большая слабость. Когда тут в начале месяца наступили [4] крепкие сибирские морозы, то я захватил эту гадость. Хорошо, что воспаление захватило только левое легкое, иначе бы я ни за что не выжил.

 

- 12 -

Хорошо, что ты живешь не одна! Хуже полного одиночества нет ничего. Ляля наверно дочь Ольги Федоровны от первого мужа? Очень хорошо, если вы сдружитесь!

От Нины Ильиничны получил открытку от 30/XI, в которой она обещает мне большое письмо. Передай ей сердечный привет! Буду ждать письмо.

Нина, милая, чем больше писем ты мне напишешь, тем лучше. Я же совершенно одинок и болен. Ты сама можешь себе представить радость, какую для меня составляет каждый раз письмо от тебя!

Пиши что-нибудь о судьбе старых университетских знакомых: что стало с Катей Ефимкиной, Ниной Головиной, Щелковым?

С сердечным приветом

Франц.

17 декабря 1948


2. Н.Ф. Депутатовой2

 

Милая, дорогая Нина,

Пишу в постели, после тяжелой болезни, и поэтому сегодня ограничиваюсь несколькими строками. 29/XII и 2/I подряд у меня были такие тяжелые мозговые припадки, за которыми последовало воспаление кровеносных сосудов мозга с t свыше 40°, что невыносимые боли напоминали менингит. Температура прекратилась 11/I. Сейчас все прошло, но я страшно ослаб и похудел.

Твое милое письмо от 22/XII и телеграмму с новогодними пожеланиями я давно уже получил. Сердечное тебе и Нине Ильиничне спасибо! Я отправил тебе 17/ХII подробное письмо и сейчас жду обещанное мне обстоятельное письмо о последних годах твоей жизни и смерти Василия.

Очень тебе благодарен, милая Нина, за сообщения о Флорочке. Хоть я в этом отношении могу быть спокоен, что она здорова, хорошо учится и материально не нуждается. Хотелось бы мне как-нибудь узнать, с кем И.В. сейчас живет,

 


2 С. 12. менингит - воспаление оболочек головного и спинного мозга (от греч. meninx - мозговая оболочка).

Я отправил тебе 17/XI1 подробное письмо... - См. наст, изд., письмо №1.

С. 13. ...привык жить спартанцем, как Робинзон Крузо... -Спартанец - человек, воспитанный в духе гос. системы воспитания древнегреч. полиса Спарта (VIII-IV вв. до н.э.), которая формировала выносливость, привычку к лишениям. Робинзон Крузо - герой одноим. романа (1719 г.) англ. писателя Даниеля Дефо (ок. 1660 -1731).

миолъ - экстракт, обладающий сосудорасширяющим действием.

- 13 -

чтобы получить представление о влиянии окружающих на дочку. (...)

Милая, на твой вопрос, в чем я тут остро нуждаюсь, я отвечаю тебе так, как ответил бы самой любимой родной сестре. Видишь ли, Нина, я все эти годы привык жить спартанцем, как Робинзон Крузо, и никаких претензий к жизни не имею. Эту свою суровую привычку, без которой, ты сама понимаешь, я не мог бы жить, я не хочу нарушить и теперь. Все самое необходимое для жизни у меня тут есть и ничего не нужно. Единственное, что я приобрел бы иногда, это капли, которые несколько облегчают боли при припадках. Но они довольно дорогие. Поэтому я тебе тоже с откровенностью брата пишу: если у тебя в будущем будут [2] свободными рублей 30-40, пришли мне по почте, и я здесь в Омске куплю себе капли (миоль).

Нине Ильиничне я отправил подробное письмо 27/XII. Но что-то долго нет ответа ни от тебя, ни от Нины Ильиничны. Конечно, письма идут долго - в один конец дней 11-15. Так что для оборота в два конца требуется около месяца. Это ждать долго. Я просил бы, Нина, иногда написать несколько строк и без ответа от меня. Ведь скучно тут.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко жму руку Франц.

15 января 1949


3. Н.Ф. Депутатовой3

 

Милая Нина,

[Письмо твое] от 13 января получил. Я до сих пор не могу его [перечесть], чтобы не волноваться до глубины души. Ведь сколько ты переживала за последние годы жизни с Василием, и еще больше с внезапной его смертью. Так переживать судьбу близкого человека могут только такие чистые души, как ты! Описанная тобою болезнь Василия мне хорошо известна: я много читал о ней и видал немало смертей от нея. Склероз аорты имеет очень много общего с моей болезнью - склеро-

 


3 Письмо повреждено - оторван верхний угол листа.

С. 13-14. Склероз аорты имеет очень много общего с... склерозом мозговых сосудов. - Речь идет о разновидностях атеросклероза, при котором уплотняется артериальная стенка сосудов за счет разрастания соединит, ткани, сужается просвет сосудов, ухудшается кровоснабжение органов.

С. 14. ...Василий умер в твоем отсутствии. - В.Н. Депутатов умер 7 ноября 1947 г., когда Н.Ф. Депутатовой пришлось участвовать в демонстрации по случаю 30-й годовщины Октябрьской революции.

С. 15. ...пришли мне рублей 40 на медикаменты, - как я тебе писал в последнем письме. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 15.1.1949 г. (наст, изд., с. 13).

...трудовая книжка с записями о моей трудовой деятельности с 1 акт. 1918 - 23 окт. 1938 г. - Как следует из "Краткой автобиографии" Ф.П. Шиллера, он начал учительствовать в с. Мариенталь осенью 1917 г., но в трудовой книжке, видимо, нашла отражение лишь его работа в советской школе с 1918 г. 23.10.1938 г. - день ареста Шиллера.

Мало-Пироговская ул. - ныне ул. Малая Пироговская.

...я работал профессором и зав. кафедрой всеобщей литературы с 1 окт. 1929... - См. прим. к с. 3.

- 14 -

зом мозговых сосудов. Смерть у меня будет такая же внезапная, как у Василия. Напрасно ты, дорогая Нина, придавала такое большое значение тому, что Василий не смог бросить курить. Все новейшие специалисты по этим болезням придают этому очень второстепенное значение, особенно если человек курил всю жизнь. Я ведь никогда не курил и не пил - а болезнь моя прогрессирует так же быстро, как у людей, которые курят и пьют. Советовал бы тебе также не придавать такого серьезного значения тому обстоятельству, что Василий умер в твоем отсутствии. Конечно, я понимаю, что субъективно это тяжело, что ты ушла, не простившись и не присутствовав при его смерти. Но из опыта наблюдения за многочисленными смертными случаями такого рода видно, что смерть при таких заболеваниях наступает моментально. У меня лично было уже (за последние 2 года) одиннадцать мозговых припадков и могу только сказать, что сознание теряется тут же, с момента приступа. Несомненно, что Василий умер также моментально. Я могу только уважать, глубоко уважать, твой искренний траур по Василию. Но мне кажется, ты несколько незаслуженно укоряешь себя в вещах, в которых ты вовсе не повинна.

Очень тебе благодарен за подробное описание жизненной судьбы наших бывших университетских товарищей. Рад, что они в основном устроили свою жизнь благополучно.

Нина дорогая, ты просишь, чтоб я подробнее писал о своей жизни. Если ты сможешь себе представить Василия последних лет на чужбине, без тебя и твоего ухода - вот таково мое положение. Я вечно болею, и это кратенькое письмо я пишу в постели утром, когда у меня нет температуры. Я уже больше [2] месяца нахожусь в постели с температурой 39°-4[...] а после 12 часов она начинается. Никто не знает [...] Относительно питания и одежды: питание неп[...] рассчитано на здорового человека. Одежда у меня есть, [...] в прошлом году, когда работал. Сахар дают. 25 гр. в сутки [- для] меня достаточно. Книги тоже есть, ежемесячно меняют их. Газеты Дом также получает. Так что, Нина милая, я прошу тебя, не присылай мне ничего. Тем паче, что аппетит у меня очень плохой. Если

 

- 15 -

хочешь мне немного помочь, то пришли мне рублей 40 на медикаменты, - как я тебе писал в последнем письме.

Кроме того, Нина, у меня к тебе следующая просьба: мне для Облсобеса нужна моя трудовая книжка с записями о моей трудовой деятельности с 1 окт. 1918 - 23 окт. 1938 г. Она осенью 1938 г. осталась в Моск. Госуд. Педагогич. Институте им. В.И. Ленина (бывш. 2 МГУ, Мало-Пироговская ул. 1). Облсобес написал в декабре 1948 г. в Институт с просьбой выслать мою трудкнижку. Но никакого ответа нет. Моя убедительная просьба к тебе, если ты сможешь выкроить свободный час, съездить в Институт (обратиться, наверно, нужно к зав. кадрами) и лично узнать, почему они не высылают моей трудкнижки по просьбе Омского Облсобеса. Если они ее почему-либо не могут найти, то пусть высылают справку о работе в Институте (я работал профессором и зав. кафедрой всеобщей литературы с 1 окт. 1929 по 23 окт. 1938 г., т.е. 9 с лишним лет).

Ну, вот я уже и устал. Передай Нине Ильиничне сердечный привет и скажи, что письмо ее я получил. Напишу ей на днях.

Каждое письмо от тебя огромная для меня радость. Я с таким нетерпением жду день почты! Нина милая, хорошая, пиши почаще. Ведь в моем одиночестве это лучшее лекарство.

Франц.

4 февраля 49


4. Н.Ф. Депутатовой4

 

Милая Нина,

Вчера получил твое письмо от 1/II и 50 руб. денег. Хочу тебя благодарить за все и не нахожу слов. У меня нервы так расшатаны, что как только малейшее волнение, и сразу слезы. Вчера, когда мне вручили деньги и письмо, я до того растрогался, что опять не выдержал: ты первый и единственный человек в моей жизни, который пришел мне на помощь и не забыл меня. Ты мне напоминаешь белую девочку-ангела в "Хижине дяди Тома". Ты, наверно, для того только и родилась,

 


4 С. 15. ...в "Хижине дяди Тома". - "Хижина дяди Тома" (1852 г.), роман Гарриет Бичер-Стоу (1811-1896), амер. писательницы.

С. 16. Es waren zwei Königskinder, l Die hatten einander so lieb, l Sie konnten zusammen nicht kommen, l Das Wasser war gar zu tief (y Гейне: ...Sie konnten beisammen nicht kommen, / Das Wasser war viel zu tief). - Их было двое на свете, / Была их любовь велика, / Они не могли повстречаться, / Их разделяла вода (пер. с нем. В. Зоргенфрея), стихи из очерка Г. Гейне "Путевые картины. Италия I. Путешествие от Мюнхена до Генуи" (1829 г.). Строфа принадлежит не Гейне, а является неточной цитатой из сборника нар. песен "Волшебный рог мальчика" (1806-1808 гг.), изданного нем. писателями-романтиками Клеменсом Брентано (1778-1842) и Людвигом Ахимом фон Арнимом (1781-1831).

Мне исполнилось 50 лет 11 ноября 1948 г. - Дата рождения Ф.П. Шиллера по новому стилю, как он впоследствии признал сам, -10 ноября. См. его письмо Н.Ф. Депутатовой от 16.11.1951 г. (наст, изд., с. 211).

Меня... обрадовало, что администрация и общественные организации Твоего института так тепло относятся к тебе. - Речь идет о поздравлениях Н.Ф. Депутатовой по случаю ее 50-летия.

...симптомы гипертонической болезни. - Гипертоническая болезнь - заболевание сердечно-сосудистой системы, характеризуется повышением артериального давления.

...в самом конце 1938 г., после нескольких месяцев тяжелых психических переживаний. - Переживания были вызваны арестом Ф.П. Шиллера.

...капиллярные кровеносные сосуды... - Капилляры - мельчайшие сосуды (диам. 2,5-30 мкм), пронизывающие органы и ткани. Через кровеносные капилляры происходит обмен веществ между кровью и тканями.

С. 17. ...у тебя стаж работы уже 23 года; еще 2 года... поработаешь, а там уже имеешь право перейти на пенсию. - В СССР наличие определенного стажа работы было необходимым условием выплаты государственной пенсии по старости, но позволяло выйти на пенсию лишь по достижении пенсионного возраста. В данный период пенсии по старости выплачивались женщинам с 55 лет при наличии трудового стажа в 20 лет.

В последнем письме я тебя просил... относительно моей трудкнижки. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 4.2.1949 г. (наст, изд., с. 15).

С. 18. ...не надо послать мне посылки. При твоей усталости будешь еще ездить куда-то за город! - В то время было запрещено отправлять из Москвы посылки с дефицитными продуктами, поэтому для их отправки приходилось выезжать за город.

Относительно газеты... - Речь идет о подписке на "Литературную газету". См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 17.12.1948 г. (наст. изд., с. 11).

- 16 -

чтоб людям делать добро. Чего бы я только не дал, чтоб хоть несколько часов быть вместе с тобою и поговорить. Но великий поэт Гейне, по-видимому, про нас с тобою пел:

Es waren zwei Königskinder,

Die hatten einander so lieb.

Sie konnten zusammen nicht kommen,

Das Wasser war gar zu tief.

Задним числом поздравляю тебя сердечно с днем рождения! Мне исполнилось 50 лет 11 ноября 1948 г. Меня очень и очень обрадовало, что администрация и общественные организации Твоего института так тепло относятся к тебе. Это большая моральная поддержка и для тебя и для памяти о Василии.

Я сегодня вынужден опять написать тебе кратко: с 2 - 10 февр. опять тяжело болел - невыносимые головные боли и температура 39°-40°. Температура меня месяцами так истощила, что хотя сегодня я и поднялся с постели (боли прекратились вчера), но чувствую себя таким слабым, что много писать не могу.

Меня чрезвычайно встревожило в твоем письме, что у тебя начинаются первые, хотя еще и очень незначительные симптомы гипертонической болезни. Так у меня точь-в-точь началось 10 лет тому назад, в самом конце 1938 г., после нескольких месяцев тяжелых психических переживаний. Несомненно, что у тебя эти первые слабые признаки связаны с длительными глубокими психическими переживаниями по поводу смерти Василия. Я изучил эту болезнь с начала до конца: она берет свое начало только в психических, нервных травмах, когда маленькие, капиллярные кровеносные сосуды нашего организма автоматически (нервно) закрываются и не пропускают кровь. На этой почве возникает повышенный тонус кровяного давления. В самой первоначальной стадии, как у тебя сейчас, беспокоиться нечего: при покое повышенное давление так же быстро исчезает, как оно появилось. Опасность начинается тогда, когда повышенное давление становится постоянным, стойким. В твоих условиях жизни этого легко можно избегнуть. Был бы я 10 лет тому назад в других условиях, я бы

 

- 17 -

никогда не дошел до теперешнего состояния. Но все же надо тебе меньше умственно работать, не волноваться, а главное, не выдумывать излишней вины по поводу смерти Василия. Я убежден, что ты устроишь свою жизнь и ее режим таким образом, чтобы не дать этой отвратительной болезни развернуться. [2]

Итак, Нина дорогая, нам с тобою исполнилось уже полсотни лет! Жизнь как-то промелькнула и в основном прошла. У меня точно такое чувство, как будто кто-то украл её у меня: так много хотелось творчески поработать; так много было задумано и начато!-

Беспокоиться тебе о материальной стороне в случае какой-нибудь инвалидности и по старости не нужно: насколько мне помнится, у тебя стаж работы уже 23 года; еще 2 года как-нибудь поработаешь, а там уже имеешь право перейти на пенсию. У меня положение в этом отношении катастрофическое: из-за 8 лет перерыва пропал и мой 20-летний стаж с 1918 -1938 г. Если бы я имел право на пенсию, я не поехал бы в инвалидный дом. Но ничего не поделаешь. - Но инвалидность и старость страшны не только с точки зрения материальной; не менее страшно чувство, что ты уже не можешь работать, что ты никому не нужен, всем в тягость. Но самое страшное - это одиночество, без единой родной души, которая тебя понимает. Вот против этого скучного, серого, тупого бесчеловечного одиночества я хочу тебя предупредить: кто его не испытал, тот и не может знать его. Устрой свою жизнь так, чтобы ты на старости не была бы одинока, чтобы около тебя были бы родственники, вообще какая-нибудь близкая душа.

В последнем письме я тебя просил сходить в свободный час в Моск. Госуд. Педагог. Ин-т им. Ленина относительно моей трудкнижки. Если ты себя чувствуешь еще плохо, не ходи до тех пор, пока окончательно не выздоровеешь. Насчет И.В. тоже не старайся. После всех ея отвратительных поступков она стала мне до того противной, что мне все равно, живет она с дьяволом или с кем хочет. Девочки мне только жаль. Но, понятно, что она воспитывает ее во враждебном ко мне духе.

 

- 18 -

Нина милая, я тебе уже писал, что не надо послать мне посылки. При твоей усталости будешь еще ездить куда-то за город! Не нужно. То же, Нина, относительно денег: мне сейчас больше не нужно. А когда нужны будут, я тебе опять напишу. Говорю тебе искренно, что сейчас не нужны. Относительно газеты: меня уверяют, что наш дом выписал ее с 1 марта. Так что не нужно подписаться.

На сегодня кончаю, милая. Разреши мне крепко тебя поцеловать как сестру. Ведь это можно?

Франц.

11 февр. 1949


5. Н.Ф. Депутатовой

 

Милая Нина,

Письмо твое от 12/II я получил уже неделю тому назад, но не мог раньше ответить, потому что очередной приступ моей болезни помешал этому. С вчерашнего дня у меня нет температуры и головной боли; надо надеяться, что до следующего очередного приступа пройдет дней 5-6.

Милая, как я тебе благодарен за твои теплые хорошие письма! Ты не можешь себе представить, какая радость для меня эти письма! Я только и живу ожиданием известий от тебя. Еще большую благодарность за фотокарточку! Я уже давно хотел тебя просить об этом, но как-то все стеснялся. Напрасно только ты пишешь, что ты себя чувствуешь "старой". Конечно, и ты за эти десять лет, что мы не виделись, изменилась, но мало: вся твоя сущность, вся твоя душа - вечная юность, чистота, ласковость и задушевность, и я в жизни своей не встречал человека, в котором все эти качества были бы так ярко воплощены, как в тебе. Я только просил бы, если будешь сниматься на карточке большего размера, прислать мне новую фотокарточку, так как присланная - маленькая.

Нина дорогая, ты меня спрашиваешь, кто ухаживает за мною во время приступов, и есть ли тут человек, с которым можно говорить и т.д. В этом отношении тут плохо. Ухажи-

 

- 19 -

ваю я пока еще сам за собою, т.е. хожу еще на ногах и при 40° температуре. Опираюсь при ходьбе на кровати и стены. Когда температуры нет, хожу еще нормально, но страшно слабый. Еду приносят няни, лекарство - медсестра. В общем, пока еще держусь кое-как на ногах, ибо попасть в палату "неходящих" при моей тяжелой головной и нервной болезни было бы концом: я не выношу крики припадочных и полусумасшедших. [2]

Что же касается вопроса о человеке, с которым можно было бы поговорить, то у меня здесь никого нет. Люди все старые, одинокие, судьбою обиженные, сплетники и сплетницы. Так что я совершенно одинок. Когда приступа нет, я в меру читаю, а в остальном живу ожиданием писем от тебя и Нины Ильиничны.

Надеюсь, что тебе удалось получить трудкнижку или справку о моей работе в Моск. Госуд. Педаг. Ин-те. Лучше всего, конечно, было бы, если они нашли мою трудкнижку в архиве, так как в ней записан весь мой трудстаж за 1918-1938 гг. Если же трудкнижки моей и в архиве нет, то мне придется собрать справки о работе во всех учреждениях в отдельности. А некоторые из них, особенно за 1918-22 гг., сейчас уже и не существуют. Но ничего не поделаешь; если трудкнижки в архиве нет, то пусть МГПИ присылает мне хоть справку о работе в нем в 1929-1938 гг. Документы о моем трудстаже мне нужны потому, что я здесь нахожусь в доме, собственно говоря, на честном слове, так как осенью при поступлении у меня никаких справок не было, и я им обещал достать их позднее.

В связи с этим я сегодня пишу Нине Ильиничне, чтобы она сходила на мою старую квартиру; может быть, там еще сохранились какие-нибудь справки о моей прежней работе, особенно до 1923 г. Особенно мне хочется, чтобы Нина Ильинична посмотрела бы на мою милую дочку, как она выглядит, как живет, как учится. Нина, милая, если бы ты знала, как тяжело я переживаю отказ со стороны ее матери увидеть в прошлом году свою единственную родную дочку! Ведь прошлым летом мне давали и месячный отпуск и разрешение [3] поехать к ней.

 

- 20 -

И в ответ на все мои хлопоты и на опасность поездки ввиду моей тяжелой болезни я получил от этой жестокой женщины телеграмму, что она завтра с дочерью уедет в Ригу на взморье и не может мне разрешить свидания с девочкой, "так как это могло бы дурно повлиять на ее нервы". А на самом деле они никуда не поехали, а все лето жили на даче.

Я очень глубоко могу тебе сочувствовать в твоем горе, что у тебя не было ребенка. Ведь, откровенно говоря, я в 1935 г., когда мне было уже 36 лет, главным образом и женился для того, чтобы иметь ребенка. Ты ведь помнишь, каким монахом от науки я жил и с каким трудом я решился на этот шаг. Мне именно хотелось иметь девочку, ласковую, хорошую, талантливую. И Флорочка родилась точь-в-точь такой. Я сам превратился опять в ребенка и играл с ней эти два года, как между собою играют маленькие дети; и она меня так любила и была так привязана ко мне, что в доме серьезно все ревновали. Конечно, если бы я в 1935 г. мог предвидеть, что мне придется жить семейной жизнью только три года, я бы не женился, и никакого бы ребенка у меня бы не было. Сегодня я легче переживал бы свою тяжелую трагедию, если у меня бы не было Флорочки. Потому что на нет и суда нет. А если есть ребенок, и ты не можешь жить с ним, это в сто раз тяжелее.

Судя по сообщению радио, у вас в Москве уже весна, снег на улицах уже растаял, солнышко уже хорошо греет. У нас пока еще сибирская зима. Вчера было 29° мороза, снегу страшно много. Но все же в марте [4] и здесь солнышко поднимается выше и начинает греть. Я люблю весну, когда вся природа вокруг тебя и на твоих глазах оживает. Хорошо было бы, если бы моя болезнь оставила бы весною меня на месяц в покое, чтоб я хоть немного мог бы наслаждаться природою.

На сегодня достаточно. На днях, надеюсь, получу письмо от тебя.

Целую Франц.

28/II 49

 

- 21 -

6. Н.Ф. Депутатовой6

 

Милая Нина,

3-го марта получил твою посылку, посланную 19/II, а 4-го марта прибыло твое письмо от 23/II.

Нина миленькая, тебе наверно какой-нибудь инстинкт подсказал, что посылка мне очень кстати. Дело в том, что я ввиду своей постоянной высокой температуры совершенно не могу есть общей грубой пищи из мяса и разных круп. Поэтому я страшно ослаб. Сахар, какао, печенье и др. продукты, присланные тобою, очень вкусные, и я второй день наслаждаюсь ими. Сахар мне хватит на целых три месяца.

Не могу, милая, словами выразить свою благодарность за все. Конечно, в "нормальных" условиях течения моей болезни ничего не надо присылать; когда есть хоть немного аппетита, здесь можно существовать. Но при такой крайней слабости я ничего не мог кушать из общей пищи.

Не могу словами выразить и свои чувства, которые охватили меня, когда я открывал посылку. Тебе эти чувства непонятны, потому что их может понять только человек, который столько лет, как я, жил в совершенном одиночестве, больным, заклейменным и оставленным всеми. Посылка же твоя вызвала во мне чувства чего-то родного, милого, заботливого, и мне стало так радостно на душе, как в давнишние времена, когда, бывало, учишься в городе и получаешь посылку из дому, от мамы. Целую тебя, милую, крепко, крепко за то, что не забываешь меня!

Очень опечален твоим новым несчастьем! Нельзя тебе так много работать после первого приступа гипертонии. Ведь если ты хочешь не дать развиваться этой тяжелой головной болезни, то первым и неумолимым условием является абсолютный покой, регулярный сон и не перегружаться ни физической, а тем более умственной работой. А ты сидела с сослуживцами и работала [2] до 12 часов ночи. Если бы ты легла в 10 часов, этого не случилось. Советую тебе, как друг, сократить свои общественные и педагогические работы и установить себе

 


6 С. 21. ...учишься в городе... - Саратове, где Ф.П. Шиллер учился в приготовительном училище при католической семинарии.

С. 22. ...я работал в Ин-те ст. научным сотрудником с акт. 1923 до лета 1933 г. - Согласно автобиографиям, сохранившимся в личном деле Ф.П. Шиллера в МПГУ, он находился на штатной работе в Ин-те Маркса-Энгельса-Ленина в 1923-1932 гг., занимая различные должности: библиотекаря, зав. архивом рукописей, зам. зав. кабинетом социализма, старшего научного сотрудника.

...на малярию... - Малярия (итал. malaria, от raala aria - дурной запах) - заболевание человека, вызываемое простейшими - плазмодиями, которые переносятся малярийными комарами.

Исследовали... спинно-мозговую жидкость... - Спинномозговая жидкость заполняет полости спинного и головного мозга. Ее исследование имеет диагностич. значение при нек-рых заболеваниях.

- 22 -

строгий и ненарушимый режим (сна, работы, питания, прогулки и т.п.), иначе тебе трудно будет с дальнейшим развитием этой отвратительной болезни. Самый ответственный период борьбы с нею - это в начале; если его опустить, потом будет поздно и бесполезно. Думаю, что руководители общественных организаций в твоем институте это поймут и разгрузят тебя от работы. Ты прости меня, Нина, что я так настойчиво об этом прошу. Но, во-первых, я слишком хорошо знаю коварность этой болезни из собственного опыта, а, во-вторых, я тебя очень люблю, и не хотел бы, чтобы ты потом так бесчеловечно страдала от этой болезни, как я страдаю.

Справку о моей работе в пединституте ты, наверно, уже получила. Хотя мне и очень совестно обратиться к тебе, при твоем болезненном состоянии, еще с одной просьбой подобного рода, но ничего не поделаешь. Я прилагаю здесь заявление, и с ним надо пойти к зав. кадрами Ин-та Маркса-Энгельса-Ленина и попросить его, чтобы он дал тебе мою старую трудкнижку, а если ее нет, то справку о том, что я работал в Ин-те ст. научным сотрудником с окт. 1923 до лета 1933 г. Лучше всего было бы получить трудкнижку, т.к. в ней записаны и все места работы до 1923 г., т.е. с 1918 г. Но если она и тут пропала, нужно тоже взять справку. Прости, Нина, но кроме тебя не к кому обращаться. Хотел попросить Нину Ильин., но она пойдет к моей Флорочке, - а это очень трудное поручение. Но ты не спеши, это дело не спешное. [3] Когда совсем выздоровеешь, и у тебя будет свободный час, прошу тебя как-нибудь зайти в ИМЭЛ.

Здоровье мое почти в таком же состоянии, в каком оно было неделю тому назад. Очень плохо то, что здесь в Доме нет врача, и за всем нужно обращаться в город (25 км, сообщение на лошадях). Исследование крови на малярию делали уже несколько раз: нет ее, да и протекает она не так, как у меня. Исследовали недавно спинномозговую жидкость: уверяют, что повышение температуры происходит от нея (в конечном счете, понятно, причиной является повышенное давление крови у меня 200/120). Взяли 200 гр. спинномозговой жидкости, не-

 

- 23 -

сколько уменьшили давление. Уверяют, что на некоторое время температура не будет подниматься. Было бы хорошо, я бы немного поправился, а то уже совсем пришел к концу.

Вообще же, милая Нина, ты сама можешь себе представить, обстановка в Доме для таких больных, как я, совершенно не приспособленная и не подходящая. Мне обязательно надо бы сидеть только на молочно-овощной диете, а тут - только общее мясное-крупяное питание; мне необходимо бы ежедневно иметь физиотерапию (кварц, ванны и т.д.), а тут даже врача нет. Обстановка, кроме того, нервная, вечные мелочные сплетни, придирки, - а мне надо бы иметь спокойную обстановку. Но ничего не поделаешь: облегчить и в какой-то степени лечить можно было бы мою болезнь в домашней обстановке, в семье, с диетой и т.д. А так приходится мириться с тем, что есть.

Пиши, милая, как только выздоровеешь. Буду ждать с нетерпением письма от тебя. Целую тебя крепко

7 марта 1949

Франц.


7. Н.Ф. Депутатовой7

 

Милая Нина,

Твое письмо от 26/II получил. Посылку я еще получил 3/III. Сразу же об этом тебе написал, думаю, что письмо теперь уже дошло.

9/III я сразу же, как получил твое письмо от 26/II, отправил заявление в Управление Делами Пединститута (архивариусу), чтобы они выслали справку. Не хотят выслать, - не надо. То же самое относительно ИМЭЛ: ты только раз сходи к ним и отдай мое заявление: хотят прислать, пусть присылают, не хотят, так чорт с ними. Пока пробьёшь все эти бюрократические заслоны, мой срок (годичный) в Доме тут кончится, и все эти справки мне больше не нужны. Ведь прямо зло берет: я еще в декабре месяце послал в Пединститут аналогичное заявление вместе с официальным запросом Облсобеса. Облсобес же повторил свой запрос еще раз в начале февраля. И тут им

 


7 С. 23. Сразу же об этом тебе написал... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 7.3.1949 г. (наст, изд., с. 21).

- 24 -

еще понадобилось мое заявление. Проклятые бюрократические крысы. Прошу тебя, Нина, больше не ходи к ним и не звони.

Уже больше 2-х недель у меня не было приступа моей болезни с температурой. Начинаю уже кушать и общую пищу. Начинаю понемножку физически поправляться. Возможно, что передышка будет довольно длительная, и тогда я хоть физически опять встану на ноги; хотя это к моей болезни как таковой не имеет отношения, но все же легче переносить все эти головные боли и спазмы, если ты не такой слабый, каким я был в последние три месяца.

Нина милая, сахар и другие продукты, которые ты прислала мне в посылке, хватят мне надолго как добавление к общему питанию. Лекарством (миоль) я обеспечен на март, а на апрель у меня еще осталась половина денег, которые ты прислала мне в феврале. Так что я пока обеспечен всем необходимым, и мне ничего не нужно присылать, пока я сам тебя об этом не прошу. Единственного, чего мне на лето не достает, это кое-что из верхней одежды: 1) какой-нибудь старой кепки и 2) какого-нибудь поношенного плаща или старого легкого пальто. В связи с этим я хотел тебя по-дружески спросить: не осталось [2] ли каких-нибудь поношенных вещей (головной убор или плащ) от Василия? Если остались, то я был бы тебе очень благодарен, если смогла мне прислать что-нибудь к маю месяцу. Только я очень прошу тебя, если от Василия ничего старого, поношенного не осталось, не покупать ничего нового. Надеть на себя в моем положении и среде новое пальто или что-нибудь в этом роде так же смешно, как Робинзону надеть фрак и цилиндр. Если нет у тебя старых вещей, обойдусь и так. Костюм, верхние рубашки и сапоги у меня на лето есть.

Нина милая, напрасно ты в своем последнем письме стараешься заподозрить себя в эгоизме и отрицать те неповторимые в каждом человеке качества характера. Видишь Нина, я знаю тебя с юных лет, и знаю не только тебя, но и родителей покойных, Олю и покойного братишку. И от всей вашей семьи всегда веяло этой моральной чистотой, благородством в по-

 

- 25 -

ступках, состраданием и ласковостью, - все качества, которые присущи и тебе. Не думай, что я этим хочу тебе льстить. Это говорю не только я, но все мои знакомые, которые когда-либо соприкасались с тобою. Но оставим это: в письме трудно выражать свои чувства.

Надеюсь, что здоровье твое сейчас лучше. Ты уже подумала о том, где будешь проводить лето? На юг не советовал бы тебе поехать, особенно в самую жару: для людей с повышенным кровяным давлением жара очень вредная. Может быть, ты поехала бы в санаторий, чтобы ни о чем не заботиться и отдохнуть хорошо после всех твоих волнений и переживаний за последние 2 года? Организуй свой летний отдых хорошо, чтобы набраться сил для нового учебного года.

У нас тут в Сибири еще крепкая зима. Каждый день слушаю по радио температуру в Москве, чтобы получить представление, как ты там живешь. Сейчас, в марте, по ночам ходят стаи волков вокруг нашего дома (кругом ведь сплошной лес). Днем они исчезают. Летом они, говорят, тоже уходят подальше от селений. Как я иногда скучаю по Москве! Но хватит, а то я впадаю в сентиментальные воспоминания...

14 марта [1949]

Франц.

От Нины Ильиничны я получил вчера очень веселое, жизнерадостное письмо от 4/III, которое меня очень забавляло. Какой она замечательный человек!


8. Н.Ф. Депутатовой8

 

Милая Нина,

Пишу тебе сегодня только несколько строк. Во-первых, я с нетерпением жду твои описания (и Нины Ильин.) посещения Флорочки, а, во-вторых, я уже пятый день болею тяжелой формой гриппа, так что чувствую себя очень слабым.

Нина, милая, дорогая девочка! Твое письмо от 11 марта меня так растрогало, что я расцеловал бы тебя до слез, если бы мог тебя увидеть хоть на 10 минут. Да, Нина, ты права: мы удивительно мало говорили в жизни друг с другом, и это не-

 


8 С. 26. ...нашей встречи в университете... - Речь идет о 2-м МГУ (с 1930 г. -МГПИ).

Симой - По мнению В.Д. Шмунка, имеется в виду Серафим Александрович Шенков.

С. 27. ...я в последнем письме написал тебе о старой летней верхней одежде. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 14.3.1949 г. (наст, изд., с. 24).

- 26 -

смотря на то, что у меня с первого дня нашей встречи в университете к тебе были самые теплые чувства, нежность и благоговение, на которые способно только человеческое любящее сердце. Но я был воспитан в суровой крестьянской семье, где не было принято высказывать свои чувства. И эта неуклюжая скрытность и неуменье высказывать свои чувства, а также прирожденная чрезмерная стыдливость и романтическая идеализация любви и семейной жизни, были теми тормозами, которые помешали мне в те годы высказывать свои чувства. Ибо я был убежден, что твое сердце было занято другим (Симой, потом Ин. Лавр., опять Симой, и окончательно Василием). А разбить любовь других мне запрещало моральное понятие любви и брака.

Ниночка, милая, ты меня прости, что я сегодня в этом кратеньком письме наконец так ясно и прозаически высказал всю суть моих чувств и отношений к тебе. Но я хотел ответить тебе на твой вопрос: нужна ли ты мне хоть немного? Да, Нина, ты мне очень и очень нужна. Мне стоит только подумать, что у меня никого больше нет на свете, что не стоит мучиться и страдать, а чем скорее умереть, тем лучше, как у меня сейчас же последние жизненные силы и стимулы исчезают. Я сейчас живу главным образом [2] надеждой, что может быть, мне еще удастся в жизни увидеть свою дочку и тебя. Конечно, надежд мало, но ведь человек все надеется. Если бы этой надежды не было, мой организм не выдержав бы всех этих отчаянных приступов болезни за эту зиму.

Я очень смеялся, что ты еще запомнила мое презрительное отношение к природе в 1926 г. Хорошо помню этот разговор. Но разве ты не помнишь, каким фанатиком и монахом от науки я был тогда? Ведь природой я наслаждался до этого вдоволь на Волге от первых шагов жизни. А теперь я дорвался наконец до науки и больше ничего не хотел видеть. Но реакция пришла уже через несколько лет. И сейчас нет более высокого ценителя природы, чем я.

Очень жалко мне вашей Оли! Она как-то обижена судьбой. Ведь она такая симпатичная, прилежная, скромная жен-

 

- 27 -

щина, а с семейной жизнью ей как-то не везет. Если не ошибаюсь, то ее теперешний муж - ее третий муж. А Ляля, которая живет у тебя, кажется, от первого мужа, которого я еще шал. Здоровье Оли всегда было слабое. Каково оно сейчас? В общем - ты теперь в вашей семье старшая (после смерти родителей и Василия), и тебе нечего и думать о смерти, а, наоборот, должна заботиться и об Оле и о Ляле, а немного и обо мне. Но это не значит, что ты должна много работать: наоборот, тебе необходимо на будущий учебный год до минимума сократить количество часов и общественную работу, а летом хорошо организовать свой отдых.

Нина, я в последнем письме написал тебе о старой летней верхней одежде. Если у тебя от Василия ничего не осталось, то - если не хочешь меня обидеть - не покупай ничего. Я и так похожу. В тайге люди ходят в том, что у них есть. Я уже каюсь, что вообще написал тебе об этом. Скажи Нине Ильин., что я с нетерпением жду ее письмо о посещении Флорочки. И особенно фотокарточку Флорочки.

Погода у нас все еще зимняя: 12-13° мороза ежедневно.

Целую тебя, милую, крепко, крепко

27 марта [1949]

Франц.


9. Н.Ф. Депутатовой9

 

Милая Нина,

Письмо твое от 27/III получил. Напрасно все эти дни ждал письмо от Нины Ильиничны. Из твоего же краткого сообщения мне так и непонятно, что с моей Флорочкой. То есть, я понимаю, что существует какая-то важная причина, почему вы не могли к ней поехать. Но неужели это такое неприятное событие, что нельзя было писать об этом? Может быть, дочка моя умерла? Или, скорее всего, что эта (...) внушила моей девочке, что папа ее помер, и поэтому никого к ней не допускает, чтоб дочка не могла узнать истину? Или уж новый муж такой страшный, чтобы не напоминали о моем существовании? Я передумывал все возможные случаи, и так и не мог приду-

 


9 С. 28. ...по терапии... - Терапия (от греч. therapeia - лечение) -область медицины, изучающая внутр. болезни.

С. 29. местком - местный комитет профсоюза.

С. 30. Петергоф - ныне г. Петродворец Ленинградской обл. (с 1944 г.).

- 28 -

мать ничего. Уж лучше было бы мне открыто написать, в чем дело, а то я так больше буду нервничать, чем если бы мне сообщили самое страшное известие. Буду ждать еще письмо Нины Ильин., может быть, оно разъяснит мне дело.

Справку из МГПИ я получил. Спасибо тебе, дорогая, за все твои хлопоты! Справка или трудкнижка из ИМЭЛ не срочна, так что отдай мое заявление, когда у тебя будет удобный случай. Вообще, Нина милая, ты не слишком спеши в работе, потому что нервозность, переутомление, вечная нервная спешка, раздражительность, пессимистическое настроение - все это относится к основным признакам гипертонической болезни. Меня пугает, что у тебя уже кровяное давление 165/100. Если оно было только временное, а теперь опять нормальное, то это ничего. Но если давление сделалось на таком уровне уже стойким, постоянным, то это признак нехороший. До 180/115 давление считается средним, не угрожающим непосредственными плохими последствиями, но, тем не менее, и даже на таком сравнительно невысоком уровне оно разрушает мозговые и сердечные сосуды. Так что ты пиши мне, является ли 165/100 у тебя уже постоянным давлением или пока только временным? Советовал бы тебе обратиться к какому-нибудь крупному специалисту именно по гипертонической болезни, а не только по терапии вообще. [2]

Начиная с последней войны, эта болезнь очень модная и чрезвычайно распространенная. О ней в последние годы очень много пишут книг и статей. В Москве имеется специальная клиника гипертоников, где работают (уже больше 20 лет) крупные специалисты. Я читал всю эту литературу. И хотя врачи-специалисты еще очень мало знают об этой болезни, я все же советовал бы тебе обратиться к лучшим специалистам, чтобы принять все меры для предотвращения дальнейшего развития этой отвратительной болезни.

Теперь, дорогая Нина, давай говорить откровенно, как брат с родной сестрой, о - посылках. Во-первых, условимся, что ты никаких вещей покупать не будешь, а будешь мне высылать только старые вещи Васи. Конечно, мне пригодятся и

 

- 29 -

летнее и осеннее пальто, и ботинки, и тужурка и какая-нибудь из фуражек. Но сейчас пришли мне только часть вещей, а остальные осенью, когда я буду уже не здесь, а буду жить на частной квартире. Фуражку пришли мне одну, пожалуй, лучше будет черная. Носки у меня есть. Нижнее белье пока ношу казенное, а осенью, когда выпишусь, у меня две пары белья есть. Если ты вещевую посылку еще не выслала, ты высылай ее не раньше конца апреля, так как во второй половине апреля и в начале мая тут будет весенняя распутица, и мы со своими лошадьми и быками будем отрезаны от города. Посылка будет лежать долгое время - и за это нужно платить штраф, и даже могут ее отправить обратно.

Что же касается продуктов, милая девочка, я же тебя просил не покупать ничего. Молоко здесь можно покупать на месте, у рабочих и служащих Дома, у которых есть свои коровы. Единственное, чего я не могу тут доставать, это сахар. Пока присланный тобою сахар мне хватит еще на апрель и май. Если сможешь мне в конце мая выслать килограмма три сахара (но больше ничего!), я [3] буду тебе очень благодарен. Вот и все. Итак, Ниночка, не огорчай меня и будь разумной сестрой! Не нужно мне ни какао, ни сгущенного молока, ни крупы, ни печенья, ни шоколада! У меня сейчас температуры нет, аппетит у меня несколько поправился; кушаю общее питание, состояние моего общего физического здоровья стало лучше. На улицу (ради свежего воздуха) я раз вышел гулять, но сразу же схватил гадкий грипп. У меня полностью отсутствует сопротивляемость организма, и поэтому я так же, как Вася в последние годы своей жизни, вечно болею гриппом (достаточно маленького сквозняка!). Еще о деньгах. Я еще не получал 50 руб., но если ты мне до осени еще будешь высылать деньги, то я очень на тебя обижусь. Этих денег мне хватит, чтобы иногда купить литр молока. До осени, Нина, смотри, больше не высылай денег!

Очень меня беспокоит такая неопределенность относительно твоего летнего отдыха. Лучше всего было бы, если бы ты могла через местком Института получить путевку в сана-

 

- 30 -

торий под Москвою или под Ленинградом (Петергоф). В Крым или на Кавказ тебе летом нельзя. Если с деньгами будет туго, займи в кассе взаимопомощи: ведь хороший отдых летом так же необходим для тебя, как хлеб насущный! Если и летом будешь нервничать и не отдыхать, то какой же ты будешь работник в новом учебном году? А поправить свое здоровье тебе необходимо: ты же ведь знаешь, скольким дорогим сердцам ты нужна! Если Ляля ваша пошла в Олю, то я представляю ее себе и внешне и духовно, конечно с учетом, как ты пишешь, проблемы отцов и детей. [4]

Не доставало бы еще, милая девочка, чтобы ты стеснялась писать о своей грусти, о своих думах и печалях. Кому же еще писать об этом, если мы друг другу не будем писать? Ты для меня самый родной человек на свете, и я буду тебе писать обо всем, о чем я думаю. То же самое ожидаю всегда от тебя.

Передай Нине Ильиничне от меня сердечный привет! Если она еще не написала, то очень прошу ее написать мне.

Как скупо все-таки перо выражает мои чувства. Я променял бы дюжину писем на возможность видеть и говорить с тобою хоть на 10 минут.

Нина, милая девочка, целую тебя крепко, крепко.

4 апреля [1949]

Франц.


10. Н.Ф. Депутатовой10

 

Милая Нина,

Письмо твое от 8-го и письмо Нины Ильиничны от 3-го апреля я вчера получил. Сейчас мы из-за весенней распутицы отрезаны от города, и редко кто-нибудь верхом отвозит почту отсюда. Сегодня как раз есть такой случай, и я спешу ответить тебе, хотя я опять уже пятый день лежу с гриппом. (Грипп этот не эпидемический, а инфлюэнция, - от простуды и отсутствия сопротивляемости организма).

Девочка милая, я с тобою вполне согласен, что тебе нечего жалеть о том, что волей судеб мы с тобою в жизни aneinander vorbeigingen. Я в последние десять лет думал о тебе

 


10 С. 30. ...инфлюэнция... - Здесь: инфлюэнца (итал. influenza) - то же, что грипп.

aneinander vorbeigingen - прошли мимо друг друга (нем.).

С. 31. ...поздравления по поводу большого выигрыша. - Речь идет о выигрыше по облигациям Государственного займа.

С. 32. Милице Александровне передай... - Милица Александровна Сергиевская, урожд. Дунаева, вдова М.В. Сергиевского, соученица Ф.П. Шиллера и Н.Ф. Депутатовой по 2-му МГУ, затем - аспирантка Шиллера.

С. 33. schwach - слабые (нем.).

..."Aufgeschoben ist nicht aufgehoben". - "Отсрочить - не значит отменить" (нем.).

...в селе на Иртыше... - в с. Красноярка.

- 31 -

больше, чем о ком-нибудь на свете. И всегда я приходил к выводу: все-таки лучше так, что ничего не вышло, иначе Нина была бы вовлечена в мою горькую личную трагедию, а она бы ее не пережила. Человеку, - и то очень немногим, - дается только раз в жизни большая, настоящая любовь. Это огромное счастье, - без которого жизнь остается пустой, неполноценной, - тебе досталось. И я очень рад за тебя. Мне оно не досталось. Мне 50 лет, и я считаю свою жизнь в основном законченной, как в общем так и в личном плане. За всю свою жизнь я прожил лишь 3 года семейной жизнью, но она не была для меня большой любовью, которую каждый человек ожидает с юных лет, а была основана на романтическом воображении. Поэтому мне как-то кажется, будто жизнь и не прожита оттого, что ее кто-то украл, не дал ей развернуться, что она обманута, что ей обещали большое счастье и его не дали. Но такова, по-видимому, была моя судьба. Ведь дело не в длительности семейной жизни или любви. Ведь Оля всю жизнь замужем, а я убежден, что твоя милая сестра, которая так достойна большой любви и счастья, тоже обманута жизнью не меньше, чем я, что и она не нашла в жизни той большой любви, о которой мы все мечтаем в юности. [2]

Но то обстоятельство, что мы с тобою по воле судеб в жизни прошли мимо друг друга, оставило чувство близкого, родного, незаменимо дорогого. Мы с тобою знакомы уже 26 лет. И то первоначальное чувство, которому не суждено было реализоваться, постепенно перерождалось в любовь как к любимой родной сестре, к самому близкому другу. Вся Ваша семья у меня в памяти как родная семья.

Нине Ильиничне я сегодня писать не успею. Я ей напишу к следующей почте. Передай ей сердечный привет и радостные поздравления по поводу большого выигрыша. Очень рад за нее; хоть иногда и хорошим людям везет. Из ее, а также из твоих писем, я все-таки никак не могу понять, почему мне нельзя было писать причины, из-за которой нельзя было поехать к Флорочке. Я тщательно проанализировал ваши письма и установил следующее: 1) вы обе в один вечер хотели уже по-

 

- 32 -

ехать, но предварительно решили узнать, по каким вечерним часам она занята в техникуме; 2) тут как раз у Нины Ильин., нашелся хороший знакомый, который вместе с ней работает в техникуме, который сообщил ту важную личную, но временную причину, по которой вам на определенное время нельзя ехать к ней; 3) какая эта может быть причина? Смерть, тяжелая болезнь, отпуск, отъезд из Москвы и т.п. Обо всех этих причинах вы бы без всякого считали возможным сообщить мне. Значит, какая остается причина, о которой, по вашему мнению, мне нельзя писать? (...)

Только эта причина меня больше не расстраивает, потому что я об этом событии догадался еще почти год тому назад, когда они мне прислали последнее письмо, на которое последовал полный разрыв с моей стороны. Конечно, это будет означать, что девочка отныне уже [3] действительно будет жить и воспитываться в чужой семье, т.е. что Флорочку у меня совсем отняли. Пока я беспомощен, придется свыкнуться с этой мыслью. На самом же деле, моя личная драма не была бы полной трагедией пока, если бы у меня осталась любимая девочка.

50 рублей денег я по почте получил. Мне их хватит до осени. Смотри, милая Нина, за лето мне никаких денег больше не высылай! Я это пишу тебе, как родной сестре, без стеснения, и если будешь присылать, я их верну через почту. Вещевую посылку ты могла бы без ящика просто зашить, для нее, кажется, и предельный вес другой. Милице Александровне передай сердечную благодарность за плащ.

Нина дорогая, не знаю уже, какими словами благодарить тебя за все твои хлопоты и заботы обо мне! Ты только не делай ничего себе в ущерб. И так у тебя забот достаточно без меня! Я сейчас еще слаб, но все же не нуждаюсь остро, пока я в Доме.

А теперь, милая девочка, о самом главном: о твоем плане приехать на несколько дней. Когда я читал твое письмо, у меня от радости и безграничной твоей любви голова буквально закружилась, и я боялся упасть. Это я в первый момент так

 

- 33 -

же, как и ты, подошел к этому вопросу со стороны чувства. В этом отношении мы с тобою оба - schwach. (У Нины Ильин, больше преобладает логика и разум.) Что и говорить, Ниночка, видеться и говорить с тобою - составляет самое интимное мое желание с тех пор, как я получил первое письмо от тебя. Но, милая, на этот вопрос нужно смотреть и с другой стороны. Самое главное, краеугольный камень для всех нас (тебя, Оли, Ляли и меня) - это чтобы ты за лето укрепила свое здоровье так, чтобы могла бы проработать учебный год без тяжелых заболеваний. А поездка сюда - вещь тяжелая для тебя и испортит [4] тебе весь отпуск: 1) летать тебе обратно на аэроплане нельзя, раз у тебя повышенное кровяное давление; на вокзале же взять билет - прошлым летом некоторые знакомые ждали свыше 2-х недель; 2) из Омска до нашего Дома 25 км., а связи никакой нет. Продукты возят два раза в неделю на лошади или быке, так что ехать не на чем. Люди ходят пешком. Деревня - Пушкино - от нас 8 км. Из родственников редко кто приезжает к своим старикам, и то только такие, которые имеют возможность по воскресеньям использовать служебные легковые машины.

Нина милая, я очень высоко ценю твое намерение, которое еще больше свидетельствует о твоем неограниченном самопожертвовании и героической дружбе, но его нельзя исполнить, пока я нахожусь в Доме. Я никогда бы не простил себе, если бы в угоду своих чувств дал бы согласие на твою поездку. Но "Aufgeschoben ist nicht aufgehoben". Поездку придется отложить на будущее лето, т.е. через год. Тогда, по-видимому, я буду жить в селе на Иртыше, с удобным автобусным и речным сообщением. И тогда это будет осуществить легче.

Очень рад, что Институт твой идет тебе навстречу. Используй отпуск всеми силами и средствами так, чтобы восстановить свое здоровье. Что-то у вас теперь в Москве строго стало относительно количества часов: в мое время каждый мог брать, сколько хотел. Вот хорошо было бы, если ты летом так подкрепила свои нервы, чтобы больше не спешить и расстраиваться: это самое главное в работе.

 

- 34 -

Надеюсь, что Оля оправилась от гриппа.

Здесь сейчас весна, но весна сибирская: недружная, с холодами, снегом. Но все же скворцы прилетели: для них специально устроили скворечники. Они очень деликатные: если пара заняла скворечник, другие прилетают, смотрят и когда видят, что домик занят, без всякого улетают.

Целую тебя, милую, крепко, крепко

21 апреля [1949]

Франц.


11. Н.Ф. Депутатовой11

 

Милая Нина,

Твое письмо от 15/IV получил. И хотя я и написал тебе недавно, но напишу тебе сегодня, потому что как раз сегодня отправляется подвода в город. Дорога уже высохла.

Нина милая, с тех пор, как ты сообщила мне о твоем плане приехать на несколько дней ко мне, я все время в таком радостно возбужденном настроении, как никогда. Я все от тебя ожидал, но такого героического поступка все же не ожидал. Я часто делаю вид и обманываю себя, будто я тебе не писал, что не надо приехать в этом году, и тогда у меня такая радость, что скоро встретимся и поговорим. И все же, когда начинаешь обдумывать твое положение, то приходишь к единственному возможному выводу, что при теперешнем твоем состоянии здоровья и при крайней необходимости использования всего летнего отпуска для восстановления твоего здоровья было бы чрезвычайно эгоистично и неблагоразумно с моей стороны дать согласие на эту поездку. Меня особенно обеспокоило твое сообщение в последнем письме, что здоровье опять стало хуже, что страшно устаешь и жаждешь отдыха. А такая поездка очень и очень изнурительна даже для совершенно здорового молодого человека, несмотря на то, что между Москвой и Омском действительно курсирует специальный поезд (№ 75-76). Тут у нас есть одна служащая, муж которой учится в Москве, и он на зимние каникулы приезжал, - и проклинал все на свете: из Москвы на этом поезде легко уехать, а отсюда -

 


11 С. 34. ...хотя я и написал тебе недавно... - Речь идет о письме Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 21.4.1949 г. (№ 10).

...писал, что не надо приехать в этом году... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 21.4.1949 г. (наст, изд., с. 32-33).

...между Москвой и Омском... курсирует специальный поезд (№ 75-76). - Речь идет о 2-х поездах - Омск-Москва (№ 75) и Москва-Омск (№ 76). В СССР поезда, курсирующие с востока на запад, имели нечетные номера, а с запада на восток - четные.

С. 35. ...решил принять предложение моей бывшей хозяйки... -Терезы Михайловны Вольгемут, учительницы нач. классов в школе с. Красноярка.

С. 36. ...муж ее мобилизован... - Видимо, он, как немец, находился в т.н. рабочих колоннах ("трудармии"). Расформирование трудармии, организованной в 1942 г., происходило с 1946 г., однако некоторые российские немцы продолжали находиться в трудармии и в описываемый период.

...Дом наш осенью объединят с другим и переведут на 150 км. дальше... - Это намерение не было осуществлено.

В Омске я жить не буду, так как работать еще не смогу. -МВД запретило Ф.П. Шиллеру жить и работать в Омске, как областном "режимном" городе.

- 35 -

страшно трудно. Эти 25 км. от города к нам и обратно он шел пешком, потому что связи, кроме случайных быков или лошади, никакой нет. Подвергнуть тебя таким лишениям и страданиям в твоем болезненном состоянии и испортить тебе весь летний отдых, который только и может тебе вернуть силы для работы в будущем учебном году - я не имею на это никакого права.

Надеюсь, что в будущем году мы устроим дело так, чтобы ты могла бы приехать ко мне и отдыхать у меня весь отпуск. Путевка в Доме у меня кончается 1-го сентября. Если я пойду на врач.-экспертн. комиссию, мне продлят пребывание здесь. [2] Но я этого не хочу. Остаться опять на год на общем мясном питании, без лечения, - я не рискую, ибо не уверен, что переживу этот год. Мне обязательно нужно исключительно молочно-овощное питание и жить в местности, где есть больница с врачами. Поэтому я решил принять предложение моей бывшей хозяйки, у которой я жил на квартире в 1947/48 уч. году, когда я преподавал в школе. Эта семья живет в селе Красноярка, 40 км. к северу от Омска, на реке Иртыш. Сообщение с городом хорошее: 2 раза в день автобус и 1 раз моторная лодка. Место это с огромным сосновым бором (заповедник), с рекой и лугами является главным курортным местом для Омской области: летом тут санатории, дома отдыха, пионерские лагеря, детские сады и т.д. Ежедневно небольшой базар, на котором можно покупать продукты. И вот месяц тому назад моя старая хозяйка написала мне, что, если я хочу, я могу жить у них в течение будущего года, и заниматься немного ее двумя девочками и днем сторожить квартиру, потому что они все уходят на работу. У хозяйки две девочки (одной 13 лет, учится в 5 классе, - другой 9 лет, учится во 2-ом), которым я в прошлом году немного помогал в учебе. В настоящем учебном году, как пишет мне хозяйка, девочки учатся плохо, потому что некому с ними заниматься. Девочки обе, особенно меньшая, Валя, до того привязались ко мне, что приглашают меня без конца приехать к ним. Единственное только неприятное, это то, что у хозяйки живет еще старшая дочь с малень-

 

- 36 -

ким ребенком (муж ее мобилизован), и я боюсь, что он со своими криками будет действовать на нервы и не даст мне спать. Но как бы там ни было, я думаю, что приму это предложение и осенью перееду в Красноярку. Это еще необходимо и потому, что Дом наш осенью объединят с другим и переведут на 150 км. дальше, на 100 км. от железной дороги. Там, пожалуй, забудешь и азбуку; а Красноярка все же районный центр нашего района, с радио, неплохой библиотекой и т.д. Все это, конечно, не то, что нужно, но если приходится выбирать из 2-х зол, то нужно выбрать меньшее. В Омске я жить не буду, так как работать еще не смогу. - Вот пришли за письмом, подвода уходит. Здоровье мое несколько улучшается. Погода установилась теплая. Всего хорошего!

Крепко тебя целую Франц.

29 апреля [1949]

P.S. Семья в Красноярке, куда я собираюсь переехать, материально живет не плохо: много молока, творога и т.д., и я там буду жить, конечно, на всем готовом на год.


12. Н.Ф. Депутатовой12

 

Милая Нина,

Твои письма от 20/IV и 1/V я вчера получил одновременно. Теперь дорога в Омск окончательно высохла, и почта будет приходить опять регулярно.

Сперва о некоторых мелочах, чтобы их не забыть:

ИМЭЛ нагло обманул тебя, он мне никакой справки не выслал. Если они не знают, какую должность мне вписать в справку, скажи им, чтобы они просто писали "научный сотрудник" (никаких там старых чинов мне не нужно); если они сами не хотят мне ее выслать, пусть они передают ее тебе, и ты сама мне вышлешь.

Одно слово о деньгах: милая, ты не поняла меня. Дело тут вовсе не в мужской гордости, а в том, что после получения твоих последних 50 руб. мне действительно денег до самой осени не нужно. Питания здесь хватает, а что касается молока

 


12 С. 37. ...глюкозы (т.е. виноградного сока)... - Глюкоза (от греч. glykys - сладкий) - виноградный сахар.

родной сын Василия - сын В.Н. Депутатова от первого брака.

В последнем письме... я не успел закончить своего плана относительно переезда... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 29.4.1949 г. (наст, изд., с. 35-36).

С. 37-38. "Свобода, друг мой Санчо..." - Изложение фрагмента романа йен. писателя Мигеля де Сервантеса Сааведры (1547-1616) "Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчскнй" (1605-1615 гг.): "Свобода, Санчо, есть одна из самых драгоценных щедрот... Блажен тот, кому небо посылает кусок хлеба, за который он никого не обязан благодарить, кроме самого неба!" (пер с исп. Н.М. Любимова).

С. 38. ...моя болезнь... вступила в третью стадию... - Речь идет о гипертонической болезни.

...поехал бы на Канатчикову дачу... - в Московскую психиатрическую больницу № 1 (до 1994 г. - им. П.П. Кащенко, ныне - им. H.A. Алексеева). Н.Ф. Депутатова последовала этому совету. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 31.3.1950 г. (наст, изд., с. 113).

С. 39. Cytrol - Видимо, имеется в виду цитраль (Citralum) - капли, применяемые при гипертонической болезни.

Papaverin'a - Папаверин - успокаивающее средство, уменьшает спазмы.

Salsolidin - сальсолидив, вызывает снижение кровяного давления и улучшение общего состояния на первых стадиях гипертонической болезни.

Я об этом написал тебе в первом же письме. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 17.12.1948 г. (наст, изд., с. 9).

- 37 -

и творога, то я это наверстаю с лихвой осенью, когда перееду в Красноярку. Единственное, чего мне не хватает, это сахар. При мозговых заболеваниях организм специально нуждается в сахаре (лучше было бы - мед или вливание глюкозы (т.е. виноградного сока), но в моих условиях этого нет; заменить их может сахар). Уверяю тебя, милая, что если бы я нуждался в деньгах, я бы тебе откровенно написал.

О вещевых посылках: Нина, какой может быть разговор об осеннем пальто, если родной сын Василия нуждается в нем. Я тебе очень благодарен за всякую помощь, но только в том случае, если эти вещи у тебя действительно лишние. В противном случае ты меня просто смущаешь. Ведь пойми, в каких примитивных условиях я живу, и если есть хоть что-нибудь, чем прикрывать свое тело, и хорошо.

В последнем письме, ввиду отъезда подводы, я не успел закончить своего плана относительно переезда с 1 сентября в Красноярку. Своей бывшей хозяйке я пока ответил на ее приглашение дипломатически: написал ей, что если за лето мое [2] здоровье настолько поправится, чтобы не лежать постоянно в постели, то я приеду. Люди они очень добрые, и если я не приеду, то они вынуждены осенью взять какую-нибудь старушку, чтобы сторожить дом, так как они все служат, а девочки ходят в школу. Правда, я очень люблю обеих девочек, и они ко мне души не чают. Правда, я немножко и в хозяйстве помогал (кормить и поить корову, убрать двор и т.п.) и с девочками по вечерам час полтора занимался (готовить уроки), - но псе это было хорошо, когда я служил, был человеком независимым и платил им за стол 300 руб. в месяц. Я знаю, что они будут рады, если я приеду, и буду жить у них без этой платы. Но все же, признаюсь тебе откровенно, я немножко стесняюсь, и буду чувствовать себя не в своей тарелке. Не буду себя чувствовать у них так свободно, как в прошлом году, а буду чувствовать себя зависимым. Может быть, ты помнишь слова, которые Дон-Кихот сказал своему оруженосцу, когда он выезжал из дворца герцогини? "Свобода, друг мой Санчо, одно из самых драгоценных достояний человека, и счастлив тот, кому

 

- 38 -

небо даровало кусок хлеба, кому не нужно быть за него обязанным другому!" И тем не менее, из всех возможностей, которые имеются у меня, это приглашение является наиболее приемлемым. Конечно, я мог бы остаться здесь в Доме еще на год. Но если я в этом году обращаю все мое внимание на смягчение и возможную ликвидацию своих тяжелых мозговых припадков (спазм мозговых сосудов с потерей сознания, судорогами и постоянной угрозой нового паралича), то я в будущем году хочу все свое внимание обратить на снижение кровяного давления до среднего уровня (сейчас у меня еще высокое). А для этого мне нужна диета и больница под боком. Вот почему я все-таки решил про себя принять это приглашение. Какое твое мнение? Я очень дорожу твоим мнением, милая, и поэтому напиши мне об этом. Хотя моя болезнь очень запущена и давно уже вступила в третью стадию с патологическими изменениями сердца, мозга и общих сосудов, хотя [3] ее излечить уже нельзя, но ее все же можно облегчить, улучшить, в какой-то степени приостановить. Над этим я работаю уже весь год с пунктуальностью и свойственным мне упорством. Мне кажется, что некоторое улучшение есть. - Кроме того, мой переезд в Красноярку имеет тот большой плюс, что ты могла бы в будущем году приехать ко мне на весь отпуск. А это самое главное.

Девочка милая, после твоих последних писем я еще раз десяток раз обдумывал твой план приезда ко мне. Он такой заманчивый, романтический и героический. А вместе с тем меня пугает состояние твоего здоровья: то у тебя головные боли, то фурункул. Я бы на твоем месте поехал бы на Канатчикову дачу: если твой знакомый психиатр уверяет, что ты можешь поправиться, то это, наверно, правда. Ведь уже много значит, что тебе не нужно спешить на работу, не нужно варить и т.д. Кстати! обязательно сделай себе почаще вливание глюкозы (виноградного сока), это прямо прелесть, как она хорошо влияет на сердце, мозг, сосуды и вообще на весь организм. Судя по твоему описанию лечения, твои врачи лечат тебя правильно. Ты пишешь, что у тебя уже 140 мм кровяного давления.

 

- 39 -

Это очень хорошо, даже нормально. А что это за капли Суirol? Их дают для снижения давления? Это для меня новость. Я до сих пор кроме Papaverin'a применял специально для лечения и снижения высокого давления Salsolidin. Узнай про Суirol, лучше ли он?

Нина дорогая, мне как-то даже совестно, что твой план приезда в Омск нарушается. У меня большое искушение сказать тебе: приезжай! Ведь все те мысли, которые ты так мило развиваешь в последнем письме, постоянно мучают и меня. Но, тем не менее, я очень боюсь за тебя, что эта поездка испортит тебе не только весь отпуск, но и весь год. Идти тебе 25 км. пешком - невозможно, а связи никакой нет: все ходят пешком. Лошадь или [4] бык до того нагружаются, что даже возчик ходит пешком. Приют на несколько дней можно было бы найти у сестры-хозяйки, но тут администрация такая идиотски-формалистическая, что прием гостей допускается только в определенные часы и т.п. Еще больше меня страшит перспектива, что тебе придется сидеть 2 недели на вокзале на обратном пути. Когда я все это обдумываю, то уже сейчас начинаю нервничать. Все же, по-видимому, лучше, если мы отложим нашу встречу до будущего лета в Красноярке. Туда ты приедешь на нее лето, и мы поговорим обо всем.

Нина милая, напрасно ты думаешь, что в твоем письме что-нибудь могло меня отталкивать или сделать больно. Наоборот, я тебе очень благодарен за твою откровенность, - полную, честную, - ты права, отношения наши только и могут быть такими. Что ты пишешь о себе и Ин. Лавр, и Василии, я приблизительно знал, и твои отношения, как к первому, так и ко второму не только при их жизни, но и после их смерти, делают тебе большую честь. Другого отношения к ним я от тебя и не ожидал. Ты сейчас для меня самый близкий человек на свете. И об этом написал тебе в первом же письме. Мы с тобою не виделись 11 лет. Если чувства за такой длительный период не исчезли, то они должны быть, во всяком случае, не меньше, чем чувства брата к самой любимой родной сестре. Но кто безошибочно может определить характер своих чувств после

 

- 40 -

11 лет? Ты права, милая, нам нужно встретиться в будущем году, и бесконечно жаль, что этого не удается сделать в этом году. За эти все годы я пережил бесчеловечно много, да и ты пережила немало. К следующему году я обязательно хочу добиться, чтобы у меня не было тяжелых припадков, а то, если бы ты приехала в этом году, они оставили бы у тебя тяжелое воспоминание.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко, крепко целую тебя!

8 мая [1949]

Франц.


13. Н.Ф. Депутатовой13

 

Милая Нина,

Пишу тебе сегодня немного, потому что очень расстроен. У меня почти целый месяц не было приступа моей болезни, и я начинал потихоненько поправляться. И вдруг 13 мая опять приступ, причем такой тяжелый, как не было уже 2 года. С 13 - 18 мая я мучился бесчеловечно; наконец, вчера боли в голове и высокая температура утихли. После этого я в своей борьбе с болезнью отброшен опять на исходные позиции.

Вещевую посылку от 4/V я получил 16/V. Все было в порядке. Летнее пальто и плащ, как я и ожидал, несколько коротки, но здесь это не играет роли. Фуражки как раз в меру. Очень хорошо, что ты положила три флакона "Миоль", а то у меня он был на исходе. Сердечную тебе благодарность, милая, за все твои хлопоты и расходы! Передай большое спасибо Милице Александровне за плащ!

Посмотрел я на эти вещи и подумал: почему Василий и Максим Владимирович померли, а не я? Ведь у них была и захватывающая работа, была и любящая семья! А у меня нет ни той, ни другой. Ведь я уже столько лет влачу существование живого трупа. Никому я не нужен, только лишний балласт. Все равно, что высосанный лимон, брошенный в помойную яму. И притом все эти жуткие боли с этими приступами и припадками. И думать нельзя об этом, иначе совсем с ума сой-

 


13 С. 41. ...пессимизма и депрессии... - Пессимизм (от лат. pessimus - наихудший) - настроение безысходности, неверия в будущее и т.п. Депрессия (от лат. depressio - подавление) - тоскливое, подавленное настроение.

...зайти в Гослитиздат и выяснить вопрос о рукописях 2-х моих ненапечатанных в 1938 г. книг. - Имеются в виду рукописи о Байроне и "Молодой Германии". Гослитиздат (до 1934 г. ГИХЛ -Гос. изд-во худ. лит-ры, с 1963 г. - изд-во "Худ. лит-ра") - основное изд-во худ. лит-ры в СССР. В Гослитиздате вышло в свет большинство книг Ф.П. Шиллера.

То, что ИМЭЛ не выслал мне никакой справки, я тебе сообщил в письме от 8/V. - См. наст, изд., с. 36.

...академиков: Деборина, А.Д. Удалъцова и Косминского. - Деборин (Иоффе) Абрам Моисеевич (1881-1963) - философ, историк, акад. АН СССР (с 1929 г.); Удальцов Александр Дмитриевич (1883-1958) - историк-медиевист, член-корр. АН СССР (с 1939 г.); Косминский Евгений Алексеевич (1886-1959) - историк-медиевист, акад. АН СССР (с 1946 г.).

...не запускай этой гадкой болезни... - Имеется в виду гипертоническая болезнь.

- 41 -

дешь. Да, как хорошо было бы, если на моем месте в живых остался бы Василий, а я прекратил бы вместо него свое существование.

Но это, конечно, все напрасные и бесполезные рассуждения. Пока ты жив, необходимо и бороться за жизнь. Я никогда не был сторонником пессимизма и депрессии, и поэтому, несмотря на все неудачи, я упорно и фанатично буду продолжать бороться со своей болезнью. [2]

От Нины Ильиничны получил письмо от 4/V. Я ей за это время отправил письмо с просьбой зайти в Гослитиздат и выяснить вопрос о рукописях 2-х моих ненапечатанных в 1938 г. книг. Передай ей сердечный привет и скажи, как она только узнает что-нибудь в Гослитиздате, чтобы она мне написала.

То, что ИМЭЛ не выслал мне никакой справки, я тебе сообщил в письме от 8/V. Будет у тебя свободная минута, позвони им или зайди. Если они не верят, что я там работал с октября 1923 г., пусть они спросят у трех своих академиков: Деборина, А.Д. Удальцова и Косминского.

У меня почему-то такое предчувствие, что ты опять заболела. Нина милая, не запускай этой гадкой болезни, борись с ней на первой ее стадии и сделай все, чтоб ее ликвидировать. Мотом уже трудно будет с ней бороться, а то и бесполезно. Поэтому употребляй весь свой отпуск на восстановление своего здоровья. Как ты устроилась с санаторием под Москвой? Пиши мне обо всем, как ты думаешь провести лето. Целую тебя крепко, крепко

18 мая [1949]

Франц.

P.S. Нина Ильин. перепугала весь мой адрес, и я удивляюсь, как ее письмо дошло. Она, наверно, потеряла его, так что будь добра и сообщи ей правильный адрес.


14 Н.Ф. Депутатовой14

 

Милая Нина,

Твое письмо от 11/V я давно получил. Но я только отправил тебе письмо 18/V, а на другой же день опять лег в постель

 


14 С. 42. ...в Щелыково... будет... культурный контингент отдыхающих. - В Щелыково (Костромская обл.), бывшей усадьбе драматурга А.Н. Островского, находился дом отдыха, путевки в который распространялись через московский Малый театр.

- 42 -

с температурой и пролежал до 29/V, т.е. до вчерашнего дня. На этот раз совершенно неизвестно, от чего была температура: ничего не болело, а температура стояла как какая-то таинственная, неведомая сила, которая исподтишка подтачивает последние силы сердца. В это время к нам приезжала врачебная экспертная комиссия из 3-х врачей специалистов по разным болезням, но никто ничего не мог определить, отчего моя температура. Сегодня я чувствую себя лучше, температура небольшая еще есть, но сердце до того ослабло, что еле-еле работает. Чувствую постоянную физическую боль в области сердца и затруднения в дыхании, происходящие оттого, что сердце не успевает перекачивать кровь из легких.

В начале мая у нас тут стояла очень теплая погода; температура доходила до + 30°. Теперь же уже три недели стоит холодная погода, с ночными заморозками и сильными ветрами с Северного Ледовитого океана. Не могу тебе передать, как плохо на меня влияет эта гадкая сибирская погода. Раньше я как-то меньше [2] обращал внимание на эти вещи. Но теперь я настолько чувствителен к этим явлениям, что прямо от них страдаю.

Меня очень интересует, как ты, милая, окончательно решила относительно своего летнего отдыха. Что ты выбрала из двух возможностей? Карелию или Щелыково? Насколько я могу судить об этих двух вариантах, я дал бы предпочтение последнему, хотя они, в сущности оба хороши. Но в Щелыково природа должна быть лучше и, кроме того, здесь будет постоянный и культурный контингент отдыхающих. Но ты теперь уже выбрала себе один из этих вариантов, и теперь нужно сделать все, чтобы ты поправила за лето свое здоровье как следует. Не забывай, что предстоит опять долгий, долгий и напряженный год работы! Было бы хорошо, если бы ты могла отбросить, или лучше совсем выбросить из головы все нервирующие тебя мысли, все воспоминания о прошлом, забыться и жить эти два месяца так, как живут птички божьи: одной лишь заботой, одной лишь мыслью о своем здоровье. Уверяю тебя, ты бы осенью себя не узнала!

 

- 43 -

Напиши мне, когда ты уедешь из Москвы. Напиши [3] мне также, как мы устроимся с перепиской во время твоего отсутствия из Москвы. Ты можешь мне писать из любого места твоего отдыха, а также с дороги. Конечно, если долгое время придется тебе сидеть на одном месте, я смогу тебе писать, а если будешь путешествовать, то не знаю. Тогда писать тебе по московскому адресу? В общем, напиши мне об этом. Да - советовал бы тебе не вернуться в середине августа в Москву, а только в конце. Ведь за две недели ты успеешь опять изнервничаться до начала занятий.

Если поедешь вместе с Лялей, то, по-видимому, вы раньше конца июня не уедете из Москвы. Ведь у девушки экзамены до 25 июня.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Дорогая Нина, целую тебя крепко, крепко

Франц.

30 мая 1949

P.S. Если сможешь ускорить высылку мне справки из ИМЭЛ, то очень прошу тебя об этом. Она мне все-таки нужна.


15. Н.Ф. Депутатовой15

 

10 июня [1949]

Милая Нина,

Письмо от 26/V получил. Очень сочувствую тебе, милая, что в последние дни мая у тебя была такая нечеловеческая нагрузка. Я помню всю эту изнуряющую работу по собственному опыту в прежние годы. Зато я надеюсь, что ты с 1/VI в санатории и сможешь теперь отдохнуть. Там, наверно, есть и библиотека, и ты читай понемножку, много гуляй и старайся ни о чем не думать. Во время учебного года ты навряд имела досуг читать. Воспользуйся случаем, чтобы читать какие-нибудь классические вещи, которые всегда очень успокаивают нервы.

 


15 С. 44. Salsolin - сальсолин, обладает общим успокаивающим действием, применяется при гипертонической болезни и головных болях на почве спазмов сосудов мозга.

адонис - травы семейства лютиковых. Весенний адонис (горицвет) оказывает регулирующее влияние на сердечно-сосудистую систему, успокаивает центральную нервную систему.

ИМЭЛ так u не прислал мне справки. - Имеется в виду справка о работе Ф.П. Шиллера в Ин-те Маркса-Энгельса-Ленина в 1923-1932 гг.

С. 45. ...сходить на Ленингр. шоссе... - В последние годы пребывания в Москве Ф.П. Шиллер проживал по адресу: Ленинградское шоссе, д. 40, кв. 61 (впоследствии Ленинградский просп., д. 28). После ареста Шиллера эта квартира была сохранена за его семьей.

- 44 -

Если тебе после санатория удастся поехать в б. имение Островского на 11/2 месяца, то это будет замечательно. Самое главное, что там природа замечательна, что будет постоянный состав культурных людей, и что ты будешь одна. Ибо если ты поедешь в своего рода экскурсию с Лялей, то ты вечно будешь заботиться о других, а сама не будешь отдыхать. К воспоминаниям о прошлом, связанным у тебя с этим местом, теперь нужно отнестись уже спокойнее. Я не хочу, чтобы ты меня ложно поняла: естественно, что тебе [2] будет в первое время больно вновь увидеть те места, где ты с Василием Никитичем проводили два счастливых лета. Но эти воспоминания не должны итти тебе во вред, еще больше расстроить твое здоровье. Наоборот, они должны тебя успокоить, облагораживать память о Василии. Если тебе удастся провести свой план отдыха в жизнь, то не сомневаюсь, что за лето отдохнешь и поправишься.

Здесь у нас уже целый месяц стоят холода, с ночными заморозками. 4-го июня выпал снег. Не знаю, когда в этой Сибири настанет лето. Но, тем не менее, лес кругом очень хороший (березовый). Ягоды уже цветут, и через месяц земляника поспеет, а за ней пойдут и другие. За эти десять дней, что прошли после моего письма от 30/V, я не болел. Аппетит стал немного лучше. На днях я проверил свой вес: до нормы недостает 14 кгр. Так меня измотала эта вечная температура за зиму и весну. Думаю за лето наверстать кгр. 8-10, - конечно, если моя болезнь не причинит мне неожиданных неприятностей. Сейчас я лечусь так: месяц принимаю миоль, затем 2 недели Salsolin, дальше 2 недели Papaverin, затем опять миоль и т.д. Кроме того, от поры до времени йод, адонис. Но самое главное - режим: покой, мало читать, поболь-[3]ше гулять в лесу. К сожалению, режим питания не от меня зависит. Хотелось бы хоть в какой-то степени восстановить свое здоровье. Удастся ли? Во всяком случае, что в данных условиях зависит от меня, я делаю.

ИМЭЛ так и не прислал мне справки. Странно, неужели они не умеют правильно переписать адрес?

 

- 45 -

От Нины Ильиничны пока ответа нет. Если ей трудно или неприятно сходить на Ленингр. шоссе, то лучше не надо. Если же Гослитиздат ей по пути, то хорошо было бы зайти и спросить относительно рукописей.

Надеюсь, Ниночка, тебе нравится в санатории. Больные тебя не беспокоят? Или ты с ними не соприкасаешься? Есть у тебя там какие-нибудь знакомые? Не предавайся полному одиночеству. Это ведь тоже болезнь, причем жуткая. Если бы у меня не было других крепких устоев, это беспощадное одиночество давным-давно свело бы с ума. Хорошо, Нина, что мы можем друг другу писать письма! Ты не представляешь себе, как много ты мне даешь... Крепко, крепко, милая, я тебя целую

Франц.


16. Н.Ф. Депутатовой16

 

Милая Ниночка,

Вчера получил твое письмо от 4/VI. Как я рад за тебя, что ты, наконец, вырвалась из всех этих институтов и можешь теперь отдохнуть! Как это характерно для начальной стадии гипертонии (она то и появляется в результате болезни сосудов), что у тебя перед отъездом было давление 175, а после приезда 140! Это очень хороший признак, это доказывает, что у тебя еще не устойчивое, а неустойчивое давление, которое можно четко устранить. Еще больше рад я за тебя, что тебе удалось достать путевку в Щелыково до 20 августа. Это прямо чудесно! Я все немножко боялся, что ты, может быть, поедешь на Карельскую туристскую базу. Это было бы совсем не то. Используй все эти прекрасные возможности и за лето сделайся молодчиной, здоровой, бодрой, жизнерадостной, трудоспособной, и прибавь веса не меньше пуда! А бедную Олю действительно нужно жалеть. Какой-то странный у нее должен быть муж.

О себе, к сожалению, не могу сообщить ничего [2] хорошего. Не успел я отправить тебе письмо 10-го июня, как я в

 


16 С. 45. ...не меньше пуда! - Пуд - рус. мера массы (веса), равен 16,38 кг.

С. 46. цитролъ - См. прим. к с. 39.

- 46 -

тот же день лег с высокой температурой, и вот только сегодня первый раз поднялся. Каждый такой приступ температуры отбрасывает меня назад к самым тяжелым стадиям моего состояния: ослабеваю до невозможности, тяжелые боли в области сердца, затруднения в дыхании. Сейчас у меня головные боли, давление, припадки (спазмы мозговых сосудов) - все это отошло на третий план по сравнению с разрушительными действиями температурных приступов. И главное, ведь никто не знает, откуда температура. Вчера я подал нашей администрации заявление, чтобы мне разрешили съездить на 3 дня в Омск на консультацию к профессорам-специалистам. Хотя я и сомневаюсь, но, может быть, все-таки кто-нибудь из них скажет какое-нибудь новое слово по поводу моей вечной таинственной температуры. Администрация дала мне разрешение, и на днях я поеду. [3]

Представь себе, Нина, ИМЭЛ так и не посылает мне справки. Они водят меня, по-видимому, просто за нос. Не могу же я, как маленький ребенок, поверить, что в ИМЭЛ'е не умеют правильно переписать адрес. Очень прошу тебя, милая, когда будешь с 1 - 3/VII в Москве, позвони им и спроси их окончательно, хотят они или не хотят выслать мне справку.

Милая, ты пишешь, что хочешь мне 1-3/VII выслать посылочку с лекарствами. Сейчас, Нина, этого делать не надо: я полностью обеспечен миолем, папаверином и сальсолином до сентября. Ты оставь миоль и цитроль (если ты их уже купила) до своего возвращения из Щелыково; тогда, осенью мне их и пришлешь. Погода у нас все время весьма прохладная. Когда у меня температура, я все время лежу один в палате, в постели. Такая скука, такое отвращение ко всему. Единственная радость - твои письма и мысли о тебе. Целую тебя, милую, крепко

16 июня [1949]

Франц.

 

- 47 -

17. Н.Ф. Депутатовой17

 

26 июня [1949]

Милая Нина,

Пишу тебе наспех на постоялом дворе в Омске. Я уже 10 дней в городе на консультации у врачей. Погода здесь очень жаркая, все дни около 35°. Исхудал и устал я жутко. Завтра, наконец, мои страдания окончатся, и так как завтра должны приехать за хлебом, то, наверно, завтра же и вернусь.

Был я на консультации у 4-х врачей: невропатолога, сердечника, терапевта и по уху, горлу и носу. Задерживали меня здесь рентген и анализ крови. Очереди огромные на анализ, и я только вчера получил последний анализ. Сегодня воскресенье, а завтра утром пойду со всеми анализами к врачу. - Все четыре врача нашли у меня еще (кроме основного заболевания) десяток других болезней, но главного, из-за чего я и приехал, а именно причины высокой температурной реакции уже и течение целого года, пока никто из врачей не установил. Может быть, результаты анализов дадут завтра что-нибудь для врача.

В эти дни приезжала в Омск на 1 день и моя бывшая Красноярская хозяйка с младшей дочерью на рентген (заболевание легких). Я говорил-с ней. Она меня очень приглашает осенью приехать к ним. Я пока ничего определенного обещать не мог, но 2-м причинам: 1) Я в среднем больше половины времени нахожусь с температурой в постели. В таких условиях, при таком состоянии здоровья, мне неловко использовать гостеприимство людей, когда я ничего не могу работать. 2) Маленький внук хозяйки ребенок очень нервный и много плачет и кричит, и я боюсь, что это обстоятельство мне очень повредило бы. Так что мы договорились с хозяйкой, что мы будем и дальше переписываться, и если к осени мое здоровье улучшится, то я к ним перееду, если же нет, то я останусь пока в доме инвал. до зимы, когда к нам приедет опять [2] врачебно-экспертная комиссия, и тогда видно будет.

 


17 С. 48. Нина Ильинична, по-видимому, еще не ходила в Гослитиздат. - Ф.П. Шиллер просил Н.И. Непомнящую выяснить судьбу двух его рукописей, оставшихся в Гослитиздате после ареста. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 18.5.1949 г. (наст, изд., с. 41).

- 48 -

Нина дорогая, я очень рад за тебя, что тебе так нравится в санатории, и что хорошо отдыхаешь. Самый лучший подарок, который ты мне к осени сможешь сделать, если ты за лето восстановишь свое здоровье и при начале учебного года сможешь опять работать как раньше. Пришли мне точный адрес Щелыково. Я буду тебе писать туда непосредственно.

Вчера мне из дома инвал. прислали твое письмо от 13-го июня. Нина Ильинична, по-видимому, еще не ходила в Гослитиздат. ИМЭЛ мне так и не прислал справки.

Надеюсь, что это мое письмо застанет тебя еще в Москве. Ведь ты будешь с 1 - 3 июля там? Если найдешь свободную минуту, позвони в ИМЭЛ насчет справки. Повтори им правильный адрес. Впрочем, там сейчас, наверно, все в отпуску.

Нина милая, ты долго не задерживайся в Москве и скорее выезжай в Щелыково. Жара и духота в городе сейчас очень изматывают человека. Желаю тебе хороший и приятный отдых на Волге и поправить к 20/VIII свое здоровье!

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко тебя целую

Франц.


18. Н.Ф. Депутатовой18

 

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе из Омской больницы. Когда я тебе писал 26/VI, то я думал, что на следующий день поеду в дом инвалидов. Но вышло неожиданно по-иному: когда я утром 27/VI пришел к врачу с анализами, то сразу же меня положили в больницу для выяснения причины температуры. Стали внимательно просвечивать легкие и взять мокроту на палочку Коха. И вот теперь выяснилось, что у меня туберкулез легких. В левом легком разрушен участок ткани наверху и кусок внизу. Палочку Коха нашли.

Теперь мне понятна вся эта постоянная температура от 37,5 - 37-8 и частыми скачками до 40° уже в течение всего года. Теперь мне понятно и мое похудение за год на 16 кгр.

 


18 Письмо написано карандашом.

С. 48. Когда я тебе писал 26/VI, то я думал, что на следующий день поеду в дом инвалидов. - См. наст, изд., с. 47.

...на палочку Коха. - Кох Роберт (1843-1910) - нем. микробиолог, один из основоположников совр. бактериологии и эпидемиологии. Открыл (1882 г.) возбудителя туберкулеза ("палочка Коха").

туберкулез - инф. заболевание (от лат. tuberculum - бугорок), вызываемое разновидностями туберкулезной микобактерии (устар. назв. - "палочка Коха").

С. 50. 20 августа - день окончания сезона в доме отдыха в Щелыково, где отдыхала Н.Ф. Депутатова.

- 49 -

Конечно, я не маленький ребенок и понимаю, чем это все в скором времени закончится. Но все же до этого конца надо мучиться. Не знаю, что будет. В этой больнице (Областной клинической) меня держать не могут, т.к. нет туберкулезного [2] отделения. Сегодня или завтра меня должны перевести в специальную туберкулезную больницу. Можешь себе представить там обстановку. Но ничего не поделаешь. Такими болезнями можно болеть только у близких родных, в семье. Нужны: постоянно свежий воздух и усиленное питание. Гипертония, оказывается, отошла совершенно на задний план. Туберкулез более хищный зверь для разрушения организма и своей постоянной температурой понизил кровяное давление.

В ближайшее время я, повидимому, буду лежать в туберкулезной больнице. Что будет потом, не знаю. О поездке к своей Красноярской хозяйке и думать больше нечего: нельзя же с такой болезнью к чужим людям проситься. Допустят ли меня дальше в Пушкинский дом инвалидов, сомнительно. Кажется, у Облсобеса где-то в чертовой тайге есть специальный дом для легочно-больных. Все равно. Не думай только [3] Нина, что я особенно волнуюсь: ведь все равно не так уж долго ждать, лишь бы все скорее кончилось.

Твои письма мне сюда переправляют из Пушкинского дома. Так что я прошу тебя, пока у меня все так неопределенно и нет твердого адреса, пиши мне и впредь по адресу Пушкинского дома. Письмо с печатью ИМЭЛ пришло. Наверно, наконец, правка. Я просил ее оставить там.

Милая, ты меня прости, что я тебя расстраиваю сегодняшним письмом. Но скрывать от тебя ничего не хотел. Ты только смотри, не расстраивайся так, чтобы это не отразилось на твоем отдыхе. Ничего, милая девочка, не сделаешь. Конечно, эта болезнь попала ко мне чисто бытовым образом, когда на нарах приходилось спать друг на друге, чтобы было теплее, и приходилось спать и есть из одной банки или миски с туберкул, больными.

Очень хорошо, что тебе так понравилось в санатории. Надеюсь, что в Щелыково не [4] хуже. Самую большую радость

 

- 50 -

ты мне доставишь, если 20 августа напишешь мне, что полностью восстановила свое здоровье.

Нина милая, все отвернулись от меня. Осталась ты одна, которой я могу писать, с которой могу делиться. Не покидай меня до конца. Письма от тебя все, что еще осталось в жизни.

Целую тебя крепко

Франц.

Омск, 6 июля 1949


19. Н.Ф. Депутатовой19

 

15 июля [1949]

Милая Нина,

Пишу тебе по московскому адресу, надеясь на то, что Оля перешлет тебе мои письма. А если нет, то, может быть, даже лучше, если они полежат до твоего возвращения из Щелыково, чтобы тебе не испортить отдыха. Я сперва не хотел тебе написать о своем положении, но потом решил, что если молчать, то это еще хуже. Я только очень прошу тебя не расстраиваться и использовать свой отпуск для восстановления своего здоровья. Восстановление твоего здоровья - самое большое утешение для меня, самая большая радость.

6 июля меня перевели из Омской областной больницы в Омскую городскую туберкулезную больницу (адрес: гор. Омск, Войсковая ул. 7). Детальное обследование легких рентгеном показало, что туберкулез я захватил еще несколько лет тому назад, но он до весны 1948 г. находился в латентном, скрытом состоянии. Весною 1948 г. начался активный процесс, но местные врачи лечили меня от малярии, гриппа, воспаления легких, - и когда постоянная высокая температура не прошла, связывали ее с гипертонией (спинномозговой жидкостью). Рентген тогда также дал отрицательные результаты на туберкулез. Так я мучился больше года с этой высокой температурой, которая довела меня до скелета. Когда я в июне приехал сюда в клинику для выяснения причин пожирающей меня температуры, то сперва ничего не могли [2] найти.

 


19 Письмо написано карандашом.

С. 50. ...когда постоянная высокая температура не прошла, связывали ее с гипертонией (спинно-мозговой жидкостью). - Имеется в виду, что исследование спинномозговой жидкости выявило у Ф.П. Шиллера заболевание гипертонией.

С. 51. каверна - полость, возникающая в легких при разрушении их тканей туберкулезом.

...искусственного пневматоркса... - Пневмоторакс (искусственный) - введение воздуха или газа в полость плевры специальной иглой, вызывающее сдавливание больного легкого и спадение каверны, применяется для лечения туберкулеза.

- 51 -

Когда, наконец, догадались взять на анализ мокроту, то нашли в обилии бациллу Коха. Дальнейшие рентгеновские исследования дали следующую картину: за 15 месяцев активного процесса туберкулез изнутри разрушил левое легкое. Сейчас на нем имеется сплошная каверна на всю длину легкого, которая уже не поддается лечению, так как на такую большую площадь поражения нельзя уже накладывать искусственного пневматоркса (вдувание воздуха). Если могли бы год тому назад установить у меня активный процесс, когда были еще только очаги или небольшая каверна, тогда можно было бы лечить легкое, чтоб оно зарубцевалось. Сейчас поздно; левое легкое пропало. Конечно, что можно ожидать от жизни в тайге? Я воспринял все это спокойно, без всякого нервничания; что мне предназначено, того не миновать. Насколько у меня затронуто правое легкое этим процессом, еще не говорят; по-видимому, еще до конца не исследовали.

Больница, в которой я сейчас нахожусь, небольшая - на 30 коек туберкулезников первоначальной стадии заболевания. Она является филиалом основной городской туберкулезной больницы, где лежат безнадежные, доживающие свои последние дни. Если болезнь у меня не ухудшится, то я буду находиться в своей маленькой больнице минимум 2 месяца, пока не ликвидируют высокую температуру и открытое выделение палочки Коха. Лишь в таком случае я могу вернуться в дом инвалидов.

Конечно, в связи со своею болезнью мне придется оставить все планы о переезде в Красноярку. Ведь с такою болезнью нельзя жить у чужих людей. Кроме того, забота о ликвидации гипертонии отпала, потому что по сравнению с разрушающей силой туберкулеза она теперь отступила совершенно на задний план.

Я достал себе книги из Областной библиотеки и много читаю. Думаю и впредь заняться исключительно книгами. Это отвлекает.

Пиши в дальнейшем, как хочешь: или по адресу Пушкинского дома инвалидов (это более верный адрес - мне доставят

 

- 52 -

твои письма, хотя и с опозданием) или по адресу больницы. Надеюсь, что ты хорошо отдыхаешь в Щелыково. Не знаешь, Нина Ильинична уехала куда-нибудь в отпуск, или она в Москве? - Мне сообщили из дома инвалидов, что конверт с штампом ИМЭЛ прибыл (наверно - справка). Напиши мне подробно о себе. Целую тебя крепко, крепко

Франц.

г. Омск

Войсковая ул. 7

Городск. туберкул, больница.


20. Н.Ф. Депутатовой20

 

19 июля [1949]

Милая Нина,

Сегодня мне привезли из Дома инвалидов твои письма от 4/VII, 6/VII и 11/VII. Справка из ИМЭЛ тоже есть, а также письмо от Нины Ильиничны от 3/VII. Посылку выслали за несколько дней до этого. Извещения пока еще нет. Ее получат в Доме инвалидов по моей доверенности, потом привезут ее, если нужно.

Нина Ильинична очень печалится, что ей не удалось выполнить поручения на Ленинградском шоссе. Но теперь я даже рад, что она не съездила: моя "бывшая" позволила себе недавно такую гадость по отношению ко мне, что мне не хочется, чтобы кто-либо пришел к ней от моего имени. Поставим на этом крест.

Я отправил тебе 6/VII и 15/VII письма еще по московскому адресу. Если тебе Оля отправила их в Щелыково, тогда тебе понятно, что я пишу тебе сегодня из Омской городской туберкулезной больницы. В общем, все анализы показали, что у меня уже больше года активный процесс туберкулеза легких, и что левое легкое безнадежно погибло. Июль и август, по всей вероятности, я буду лежать здесь и пытаться ликвидировать высокую температуру и открытое выделение палочки Коха. Иначе я не могу вернуться в дом инвалидов.

 


20 Письмо написано карандашом.

С. 52. ...моя "бывшая" позволила себе недавно такую гадость... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 14.8.1949 г. (наст, изд., с. 58).

С. 53. Я... написал своей бывшей хозяйке в Красноярке, чтобы она ликвидировала кое-что из моего старого барахла... - Проживая у Т.М. Вольгемут, Ф.П. Шиллер оказывал ей помощь по хозяйству, и она отдала ему часть одежды своего мужа, погибшего в трудармии.

- 53 -

С питанием здесь слабовато. Но ты не беспокойся об этом. Я сразу же написал своей бывшей хозяйке в Красноярке, чтобы она ликви-[2]дировала кое-что из моего старого барахла и купила мне продукты. Она вчера была уже у меня и привезла сливочное масло, мед и вообще все, что нужно. В начале августа она еще раз приедет и привезет все, что необходимо. Хозяйка очень жалеет, что я теперь с этой болезнью не могу к ним приехать на зиму. Была и маленькая девочка Валя - хоть хорошо, что у нея еще все в порядке с легкими, иначе я мог бы подумать, что она заразилась от меня, когда я был у них на квартире. Это такая хорошая семья, что трудно найти вторую.

Я очень рад, что тебе так нравится в Щелыково. Какая ты счастливая, что ты вновь увидела Волгу! Где бы я ни находился в жизни, я всегда вспоминал Волгу, - реку, на которой я вырос и где проводил свои единственно счастливые беззаботные годы своего детства. Отдыхай хорошо и всегда знай, что ты должна быть здоровой и сильной, если хочешь поддерживать меня морально и материально при моем тяжелом состоянии.

Земляника теперь и у нас в лесу (дом инвалидов). Я весь год так ожидал эту ягоду, а теперь вышло так, что, как она поспела, [3] я вынужден лежать в душном, пыльном городе, в больнице. Столько пыли, сколько в Омске, по-моему, ни в одном городе России нет. Пиши мне, милая, по-прежнему по адресу дома инвалидов, хотя временно можно писать и по адресу больницы. Но это, конечно, менее надежно, так как могут перевести.

Нина дорогая, ты не расстраивайся и поправляй свое здоровье. От своей судьбы не уйдешь. То, что предназначено, то и будет. Я совершенно спокоен и прилежно читаю научные книги. Мне хочется с осени еще что-нибудь написать. Увидим, каково будет здоровье.

Целую тебя крепко, крепко

Франц.

адрес: г. Омск

Войсковая ул. 7

Городская туберкулезная

больница

 

- 54 -

21. Н.Ф. Депутатовой21

 

Милая Нина,

Пишу тебе опять несколько строк в примитивной больничной обстановке. Писем от тебя после 11/VII не получал. Наверно мои первые два июльских письма, адресованных еще в Москву, не дошли до тебя.

Посылка продуктовая дошла; ее получили без меня в доме инвалидов. Я попросил вскрыть ее и прислать мне часть сахара и сгущенное молоко. Спасибо тебе, милая, за все твои хлопоты и заботы обо мне.

Болезнь моя в прежнем состоянии. Лечить ее уже нельзя. Разве только организм сам по себе со временем выработает сопротивляемость. Единственное, что стало лучше, это температура; она еще есть, но не выше 37,5. Хоть она меня больше так не выматывает.

Конечно, я мог бы выписаться из больницы, но не спешу: здесь все же хорошие светлые, сухие комнаты, а в доме инвалидов - комнаты сырые, темные, холодные. Кроме того, питание здесь, в больнице, лучше. Во всяком случае, я думаю, что до начала или середины сентября я смогу здесь пробыть.

Чтобы не было так скучно и серо, я выписал себе литературу о Байроне, и сейчас по 2-3 часа в день усердно занимаюсь. Знаешь, Нина, если моя болезнь даст мне еще годика два жизни, я хочу написать большую книгу о Байроне. Когда я опять перееду в дом инвалидов, я себе и туда выпишу необходимую литературу и, по мере сил, буду работать. [2] Нина, милая, я все-таки каюсь, что написал тебе о своей болезни: ты наверно расстроилась и теперь плохо отдыхаешь. Но не писать я не мог.

Ты только не думай обо мне. То, чего мне не достает в питании, мне моя бывшая хозяйка из Красноярки все привозит. На днях она опять приедет. Не без добрых людей на свете.

Присылать мне сейчас ничего не нужно. Когда ты после 20/VIII вернешься в Москву, а я в дом инвалидов, мы договоримся, что нужно прислать.

 


21 Письмо написано карандашом.

С. 54. Наверно мои первые два июльских письма... не дошли до тебя. - Письма Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 6.7.1949 г. и 15.7.1949 г. дошли до адресата (см. наст, изд., письма № 18 и 19).

- 55 -

Отдыхай, милая, хорошо, поправляй свое здоровье!

Крепко, крепко тебя целую

29 июля [1949]

Франц.


22. Н.Ф. Депутатовой22

 

5 августа [1949].

Милая Нина,

Письмо твое от 18 июля мне вчера прислали из дома инвалидов. Теперь мои письма, наверно, дошли до тебя по новому адресу. А прежние, от начала июля, залежались, значит, в Москве.

Нина дорогая, я прямо боюсь писать тебе. Ты сама подумай, в этой больнице я ничего не вижу, а все окружающие только и говорят об одной теме, о чахотке. Невольно и сам стягиваешься в это болото. Вот я тебе в последнем письме от 29/VII написал, что температура у меня теперь уже не выше 37,5°. Я только отправил письмо, а к вечеру того же дня у меня было уже 40°. Стояла эта высокая температура у меня 5 /щей и ослабила меня так, что я уже и на тень не похож. Эти температурные вспышки у меня бывают регулярно приблизительно через 2-3 недели. Врачи мне объяснили, что это полное отравление организма (интоксикация) гноем и бациллами Коха от легких, которые от поры до времени через кровообращение попадают в организм. Эта интоксикация чрезвычайно вредна и обессиливает организм до невозможности (организм "чахнет" - отсюда и "чахотка"). Вот таких интоксикаций я за сод своего активного процесса перенес 32. Можешь себе представить, что после этого от меня осталось. Когда эта интоксикация из периодической превращается в постоянную, чахотка называется скоротечной, и тогда конец.

Лечения нет никакого. Уверяют, что болезнь слишком запущена и не поддается уже лечению. Я пока еще остаюсь в больнице, потому что все еще до конца не установили некоторых явлений. Думаю, что буду здесь до начала сентября. Тогда можно перейти или в основную туберкулезную больницу,

 


22 С. 56. ...посещения Гослитиздата (относительно рукописи о Байроне). - Рукопись Ф.П. Шиллера, посвященная 150-летию со дня рождения Дж. Байрона, была сдана в Гослитиздат в 1938 г.

...моей "Поэзии герм. революции 1848 г."... - Речь идет о книге: Шиллер Ф.П. Поэзия германской революции 1848 года. Историко-литературный очерк. М, 1934.

- 56 -

или же уехать обратно в дом инвалидов. Я думаю сделать последнее. Там я все же могу себе ежедневно покупать молоко и свежие овощи, чего нельзя делать в больнице. А все остальное тут надоело, аппетит плохой.

Часть твоей продуктовой посылки мне прислали сюда (сахар и сгущенное молоко). Милая, я вспоминаю тебя каждый день. От Нины Ильиничны ответа пока нет. Я очень жду результат посещения Гослитиздата (относительно рукописи о Байроне). [2] Ты ей, пожалуйста, ничего не говори, но мне кажется, что Нина Ильинична стала до болезненности боязливая, робкая. Эта черта и раньше была в ней, а теперь, по-видимому, она приняла какие-то болезненные формы. Если бы раньше знал об этом, я бы ей, конечно, никаких поручений не давал.

Если судить по твоим письмам, то ты хорошо отдыхаешь в Щелыково. Ну, а если ваша Ляля еще приехала, то, по-видимому, еще веселее будет. Как хорошо, что у вас там много ягод! Я их очень люблю, но в Сибири они не такие, как там, в России. Я иногда покупаю тут через санитарок на базаре ягоду, она совсем не такая.

Я рассчитываю, что ты выезжаешь 19-го или 20 августа из "Щелыково" в Москву. Поэтому я дальнейшие письма буду писать по московскому адресу.

Странно - я даже рассмеялся - как мог экземпляр моей "Поэзии герм, революции 1848 г." попасть в такой заброшенный угол? И главное, как ты напала на эту книгу. Тут, в Сибири, я тоже нахожу свои книги везде. По моему курсу литературы до сих пор в вузах готовятся и сдают экзамены. Как будто я до сих пор живу в Москве и заведую кафедрой. Странно как-то, чтобы не сказать большее.

Пиши мне, как ты себя чувствуешь, как отдохнула. Авось уже соскучилась по Москве и по работе. Кстати, напиши мне, в каком же именно Институте ты сейчас работаешь? В Моск. ин-те жел.-дорожн. транспорта? Я так и не знаю точно. Здесь в одной палате со мною лежит студент подшефного Вашего института машиностроения в Омске. Институт новый (с 1942 г.) и еще маломощный.

 

- 57 -

Ну, милая Нина, желаю тебе вернуться в Москву бодрой и здоровой!

Крепко, крепко тебя целую

Франц.


23. Н.Ф. Депутатовой23

 

14 августа [1949]

Милая Нина,

Твои письма от 30/VII и оба от 4/VIII я получил почти одновременно. Самое страшное - это подозрения на туберкулез легких у тебя. Симптомы, которые ты перечисляешь, действительно подозрительны. И тем не менее, как-то не верится, что это так. В нашем возрасте вообще эта болезнь очень редкая. Но во всяком случае, сразу же по приезду в Москву сделай очень тщательное просвечивание (рентгенологи часто ошибаются) и в случае чего, немедленно нужно лечиться. В начальной стадии туберкулез в нашем возрасте довольно легко излечивается (искусственный пневмоторакс, т.н. "поддувание"). Обратите внимание и на Лялю. Если она такая бледная, то тоже не мешало бы проверить легкие: здесь у нас в больнице лежат несколько человек студентов с такой бледностью и перенапряжением организма в учебе.

У меня положение с туберкулезом прежнее: через определенный промежуток времени регулярно появляется высокая температура на 4-5 дней (интоксикация), которая меня до изнемогания изматывает. Если врачи мне говорят правду, то правое легкое пока еще здоровое. Но, как общее правило, если одно легкое болеет, то оно со временем поражает и второе. Конечно, пока туберкулез имеется лишь в фиброзно-кавернозной форме, как сейчас у меня, непосредственной опасности и ближайшее время не существует. Самые опасные формы - скоротечная, диссеминированная (разбросанная везде) и абсцесс легких. Фиброзно-кавернозная форма легко может перейти в одну из этих форм. Но не это важно. Неприятнее всего то, что с открытой формой, как у меня, нельзя жить в какой-нибудь чужой семье или в общежитии. Инвалиды-тубер-

 


23 С. 57. ...в фиброзно-кавернозной форме... - Фиброзный - состоящий из плотной волокнистой соединит, ткани; при фиброзно-кавернозной форме туберкулеза легких происходит их разрушение за счет разрастания соединит, ткани и образования каверн (полостей).

...диссеминированная... - Диссеминация - распространение возбудителя болезни (в данном случае туберкулеза) из первичного очага по кровеносным или лимфатич. путям, плевре и др.

абцесс - Здесь: абсцесс (лат. abscessus - гнойник, нарыв) - ограниченное скопление гноя в тканях или органах вследствие их воспаления с расплавлением тканей и образованием полости.

С. 58. Красноярской средней школы - школы с. Красноярка.

...от каких-то Михеевой и Короткова... - Михеева Екатерина - одна из довоенных нянь Флоры Шиллер, Короткое - муж Е. Михеевой, юрист. Летом 1949 г. жили на даче у семьи Ф.П. Шиллера.

С. 59. ...я после приезда в Омск в 1947 г. просил прислать мне экземпляр моей истории зап.-европ. литературы... - Речь идет об издании: Шиллер Ф.П. История западно-европейской литературы нового времени. Т. 1-3 (1-е изд. - М, 1935-1937; 2-е изд. - М., 1937-1938). См. письмо Ф.П. Шиллера И.В. Шиллер и Ф.Ф. Шиллер от 8.10.1947 г. (наст, изд., с. 579).

О чем я ни просил из мелочей - никакого ответа не последовало. У меня была специальная библиотека... – по-видимому, она вся разбазарована. - Письма Ф.П. Шиллера семье не подтверждают этих высказываний.

С. 60. Ново-Басманная ул. - ныне ул. Новая Басманная.

Если рукопись в Гослитиздате... была уничтожена осенью 1941 г., то придется... выудить экземпляр рукописи с моей старой квартиры... - Рукопись Ф.П. Шиллера о Байроне в Гослитиздате не сохранилась - видимо, она действительно была уничтожена осенью 1941 г., при эвакуации столичных учреждений в условиях угрозы оккупации Москвы. Рукопись была выслана Ф.П. Шиллеру Н.Ф. Депутатовой, получившей ее, судя по всему, на его квартире, хотя и после длительной проволочки. См. письма Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 16.9.1949 г., 27.11.1949 г. и 18.12.1949 г. (наст, изд., с. 66, 83, 88).

Я очень скучаю по Москве... Там же прошли лучшие годы моей работы и жизни. - Ф.П. Шиллер жил в Москве в 1922-1938 гг.

- 58 -

кулезники, находящиеся на иждивении органов Собеса и живущие в домах инвалидов, по инструкции Министерства Собеса все должны направляться в специальные дома для туберкулезников-инвалидов в Башкирии. Но я слышал, что сейчас там нет свободных мест, и когда я в сентябре (по-видимому) выпишусь из больницы, то мне отведут в Пушкинском доме какую-нибудь комнатушку-клетушку. Но это, по-видимому, будет временно, так как каждая дирекция дома инвалидов, понятно, заинтересована поскорее избавиться от таких инвалидов. [2]

Ты спрашиваешь, что И.В. опять сделала. Это смешно и грустно. Летом этого года к директору Красноярской средней школы, где я в прошлом году преподавал, пришло письмо от каких-то Михеевой и Короткова (Большой Тишинский пер. в Москве) приблизительно такого содержания: ввиду того, что от ... (меня) уже больше года нет никаких известий, то надо полагать, что меня нет уже в живых. А поэтому они, Михеева и Короткое, просят по поручению И.В. прислать справку о моей смерти. - Что это все означает, мне конечно трудно знать. Но (...) все соседи и вообще весь дом знает, что я жив. Зачем ей нужна эта внешняя мещанская респектабельность (...)? Во всяком случае, ясно для меня одно: она уже много лет ждет и не может дожидаться моего конца. Что я ей сделал плохого и чем я перед ней виноват, не знаю. И я ведь не мешаю ей жить, с кем ей хочется. А теперь я уже больше года их вообще не трогаю и не пишу. Но какая пакость, узнавать о моей смерти через каких-то третьих лиц! (Пусть это останется между нами). Но как печально, что я в свое время мог жениться на такой женщине, и что она является матерью моей любимой дочки! Я раньше как-то по своей наивной романтической натуре не обращал внимания на некоторые вещи, но теперь мне совершенно ясно, что они давно уже были твердо уверены, что я никогда больше не вернусь с Дальнего Востока. Я не говорю ни слова, что они продали все личные мои ценные вещи (дорогие пальто, костюмы, отрезы, часы, иностр. пишущ. машинку и т.д. и т.д.) ибо я понимаю, что во время войны им нужны были добавочные средства. Я сам

 

- 59 -

тогда писал им, чтобы они в этом отношении не стеснялись. Ну а зачем же надо было разбазарить все другие мои личные вещи, которые мне были [3] крайне дороги по разным причинам, но никакой материальной ценности не представлявшие? Дело дошло до того, что когда я после приезда в Омск в 1947 г. просил прислать мне экземпляр моей истории зап.-европ. литературы, - они купили экземпляр в лавке букинистов. А сколько экземпляров (не менее 20) я им оставил! И так со всем. О чем я ни просил из мелочей - никакого ответа не последовало. У меня была специальная библиотека, личная, из 5 тыс. книг, - по-видимому, она вся разбазарована. Но Бог с ними и с вещами!

Я сейчас тут, в больнице, работаю по 2-3 часа в день над собиранием материала для книги о Байроне. Больше работать врачи не разрешают. Здесь, в Омской библиотеке, литературы о Байроне очень мало; приходится выписывать через них из Москвы. Работники идут мне навстречу во всем. Когда я буду в Пушкине, библиотека пришлет мне необходимые книги туда. Я рассчитываю так: если не будет тяжелых осложнений с болезнями, то я до весны закончу подготовительную работу для книги; для писания книги мне нужен приблизительно год. Задумал я капитальную монографию о Байроне (жизнь и творчество) с постановкой целого ряда больших эстетически-философских и литературно-теоретических вопросов. Кроме того, сама тема сейчас очень актуальна, ибо Байрон был выдающийся революционер в политике и литературе. Несмотря на это, я не надеюсь на то, что книгу сразу напечатают из-за моей фамилии. Но это для меня не главное: я никогда не пишу на несколько лет, а на долгие годы. Не сейчас, так позднее напечатают. Мне самое важное сейчас, чтобы я мог работать, заниматься чем-нибудь интересующим меня. Это в личном плане. Кроме того, нужно до конца жизни быть полезным членом общества, а не сидеть, хотя ты и больной, и сложить руки.

Позвони Нине Ильиничне, ходила ли она в Гослитиздат за рукописью о Байроне. Я в 1938 г., в связи с 150-летием рождения англ. поэта, написал небольшую книжку о Байроне объ-

 

- 60 -

емом около 6-7 печ. листов. Сейчас я думаю написать монографию прибли-[4]зительно на 25-30 печ. листов. Мне было бы приятно получить рукопись 1938 г., т.к. она написана очень живо и с использованием ряда источников, которые мне сейчас тут недоступны. Гослитиздат помещается: Ново-Басманная ул. 19. Если рукопись в Гослитиздате также была уничтожена осенью 1941 г., то придется каким-то образом выудить экземпляр рукописи с моей старой квартиры по Ленингр. шоссе.

Видишь, Нина, какой я эгоист: я заполнил все письмо только о себе. Надеюсь, что ты 20 или 21 авг. вернешься в Москву. Пиши мне сразу же еще по адресу больницы. Меня очень интересует, как ты провела остаток своего отпуска в "Щелыково", как поправилась. Как только окончательно выяснишь дело с легкими, сейчас же сообщи мне. Ты находишь странным, что у нас так совпадают болезни. Мы оба с тобою какие-то непрактичные несчастные романтики, неприспособленные к жизни. Тяжелые и долгие психологические переживания привели к гипертонии. А раз организм уже ослаблен этой болезнью, то неудивительно, что туберкулез сразу тут как тут и пригнездился где-нибудь в слабом месте. Но я почему-то все же уверен, что у тебя с легкими все будет в порядке.

Немножко я тебе завидую, что ты вернулась в Москву. Я очень скучаю по Москве, очень привык к ней, полюбил ее. Там же прошли лучшие годы моей работы и жизни. Пока мне ничего посылать не надо, ни денег, ни посылки. Когда я выпишусь из больницы, я напишу тебе об этом.

Ну, Нина, желаю тебе много бодрости и здоровья для наступающей работы в новом учебном году! Целую тебя крепко

Франц.


24. Н.Ф. Депутатовой24

 

Милая Нина,

Оба твои письма из Щелыково получил. Самая большая радость для меня, что твое опасение относительно туберкуле-

 


24 С. 61. ...разрушающееся левое легкое сопровождается... -Здесь: разрушение левого легкого сопровождается...

...приобретенных мною в богоугодном заведении... - т.е. в заключении (1938-1946 гг.).

Кардиосклероз - разрастание в мышце сердца соединит, ткани на местах гибели мышечных волокон, при котором наблюдаются сердечная недостаточность, аритмия сердца.

С. 62. ...от цынги... - Цинга (скорбут) - распространенное на Севере заболевание, вызванное недостатком в организме витаминов С и Р: слабость, мышечно-суставные боли, кровоточивость, выпадение зубов и др. Ф.П. Шиллер болел цингой в местах заключения.

...над шаманизмом. - Шаманство (шаманизм) - ранняя форма религии (от эвенкийск. шаман, саман - возбужденный, исступленный человек). Основывается на представлении об общении шамана с духами во время камлания (ритуал, приводящий в экстатич. состояние; сопровождается пением и ударами в бубен). Основная функция шаманства - "лечение" больных.

...к рыбьему жиру... - Рыбий жир - жидкий жир из печени рыб (гл. обр. тресковых), содержит витамины А и D. Применяется для профилактики и лечения авитаминоза А и др.

С. 63. Стрептомицин - антибиотик, применяется при туберкулезе.

..."Иностр. язык в школе"... - Имеется в виду журнал "Иностранные языки в школе". См. прим. к с. 10.

- 61 -

за легких оказалось, по-видимому, напрасным. Все же, я советую тебе проверить легкие обязательно на рентгене. Ведь туберкулез очень коварная болезнь, которая долго маскируется. Я боюсь, что ты после своего возвращения в Москву сразу же займешься работой, и не будешь постоянно думать о том, что у тебя слабое здоровье, что если сегодня у тебя туберкулеза еще пот, то он может быть завтра. Знай, что сейчас очень многие болеют этой болезнью. Кроме того, начало твоей гипертонии можно ликвидировать или хотя бы не давать ей развиваться при бережливом отношении к себе. Но хоть хорошо и то, что ты все-таки отдохнула, и что нет туберкулеза.

У меня положение прежнее, неважное. Дело не в том, что можно жить и одним легким и что туберкулез не такой разрушительный после 30 лет. Дело в том, что разрушающееся левое легкое сопровождается постоянной температурой от интоксикации (отравления) и тем самым до конца разрушает организм: исхудаешь как скелет и зачахнешь. Чувство такое, что сгораешь и с каждым днем все слабеешь и слабеешь. Кроме того, беда еще в том, что у меня (как теперь выявили эти бесконечные рентгеноскопии и анализы крови и т.д.) имеется еще десяток болезней, приобретенных мною в богоугодном заведении: 1) Кардиосклероз (сердца); сердце расширено на два пальца за счет обоих желудочков, особенно левого, которое почти что исчезло. Отсюда аритмия (пропуски ударов), общая слабость, одышка, усталость, головокружения и т.д. Туберкулез со своим токсином (от палочек) еще больше разрушает мышцы сердца. 2) Расширение (от склероза) и искривление грудной аорты, - затрудняет правильность кровообращения. [2] 3) Склероз (в высшей степени) всей сосудистой системы. Все жилы на руках и ногах образуют связь "узлов" от разрушения внутренних оболочек сосудов. Если принять во внимание еще и гипертоническую болезнь с сильным разрушением кровеносных сосудов мозга, то имеется постоянная опасность мозгового кровоизлияния. 4) Хроническое воспаление ушей: на левом я совершенно оглох, на правом сохранил пока слышимость 40%. 5) Хроническое воспаление горла (неизлечи-

 

- 62 -

мое, как и уши) с большой опасностью перенесения туберкулеза из легкого в гортань. И т.д. и т.д. Всех болезней не перечислишь. Излишне добавить, что я от цинги уже 8 лет без зубов, что очень затрудняет работу желудка и кишечника. Одним словом, ты видишь, что от меня остались одни развалины. Врачи все удивляются, как я еще живу и во время каждой интоксикации с высокой температурой боятся, что я ее не переживу. По-видимому, до сих пор эту развалину поддерживала только сильная внутренняя воля, действие которой врачи, конечно, не могут установить. Кроме того, в компетенцию врачей не входит действие судьбы, которая независимо от них управляет человеком. Но как бы там ни было, я, конечно, чувствую, что сил становится все меньше и меньше. Уж слишком все расшатано.

Выписываться я буду, по-видимому, в первой половине сентября. Народу много прибывает, а мест нет. Меня здесь ведь не лечат; единственное - находишься постоянно под наблюдением врача, в то время, как в Пушкине опять целый год не увидишь врача. Люди, туберкулез которых, как у меня, уже не поддается лечению, принимают всякие народные средства: собачье сало, смесь из водки, масла, меда и всякой всячины, и еще целый десяток средств, иногда явно шарлатанских и абсурдных, но о которых твердо уверяют, [3] что они помогают (и некоторым на самом деле помогают). Конечно, я, как культурный человек, к этим средствам прибегать не буду и не могу. Да они мне все равно бесполезны, потому что внутри себя я бы над ними смеялся, как над шаманизмом. Но после приезда в дом отдыха я думаю прибегнуть к другому средству, а именно к рыбьему жиру: выпью в течение осени и зимы несколько килограмм, может быть, он благотворно будет влиять.

Беда еще в том, что Омск, несмотря на то, что это большой и промышленный город, в лечебном отношении - захолустье. В других больших центрах, не говоря уже о Москве, при моей форме запущенного туберкулеза применяют хирургическое вмешательство, и не без успеха: удаляют из каверны разлагающуюся ткань, на некоторое время для очищения встав-

 

- 63 -

ляют трубочку, и после ее удаления каверна сжимается и заживает. Но для этой операции тут в Омске ... нет приспособлений (кабинета, инструмента, специалиста). Кроме того, в некоторых больших центрах уже несколько лет с успехом применяют совершенно новое средство для лечения туберкулеза - "Стрептомицин" (он очень дорогой и его очень трудно достать), но в Омске тут, конечно, ничего этого нет. Или и взять, напр., мое дело с ушами: в другом большом городе, напр., в Москве, такая операция уха считается пустяком. Здесь же ее сделать не могут. Но ничего не поделаешь: приходится мириться и с этим.

В дальнейшем, может быть, лучше, если ты направишь письма в Пушкино. Потому что не знаю, может быть, меня выпишут еще раньше, как я думаю. Ни денег, ни посылки мне пока посылать не нужно: когда я отсюда уеду "домой", я тебе напишу, что мне нужно. [4]

Нина, я не надеюсь на то, что Нина Ильин, ходила в Гослитиздат. Может быть, если у тебя есть время и настроение, ты бы в эти последние дни перед началом учебного года сходила бы? Мне все же очень важно знать, сохранились ли у них мои рукописи, или они их уничтожили осенью 1941 г.

На днях у тебя опять начнется усиленная работа. Ты опять так втянешься в нее, что не заметишь, как быстро время проктит. И это с одной стороны хорошо. Всю прелесть увлечения работой (интересной, конечно) чувствуешь только тогда, когда ты ее лишен. Я уже думал о том, почему бы тебе не писать иногда статьи по грамматике, синтаксису, лексике, методике и т.п. для журнала "Иностр. язык в школе"? Ты уж слишком скромная в оценке своих способностей. Когда пересматриваешь страницы этого журнала, то нередко мне приходит мысль в голову: "А ведь Нина могла бы написать об этом гораздо лучше".

У нас тут уже около месяца стоит очень сухая и жаркая погода. В городе очень пыльно и душно. Судя по радио, у вас в Москве погода лучше. Принимаясь за работу, ты всегда думай о своем здоровье. Ты уже вышла из того возраста, когда ко

 

- 64 -

всему можно было относиться наплевательски. За вашей Ля-лей ты и Оля особенно тщательно следите: она в самом опасном для туберкулеза возрасте.

Целую тебя крепко, крепко

Франц.

25 августа [1949]


25. Н.Ф. Депутатовой

 

Милая Нина,

Твое последнее письмо от 22/VIII с берега Волги я получил. Очень тебе благодарен, что ты типичным волжским песком напомнила мне юношеские годы, когда я так часто купался в Волге. Дальнейшие письма из Москвы ты, наверно, уже отправила по адресу дома инвалидов.

Неделю тому назад я условился с врачом отделения, что меня выпишут сегодня, 4 сентября, и я временно отправлюсь в Пушкино. Даже заказал подводу на сегодня оттуда. Но анализ крови, сделанный на этой неделе, показал наличие большого количества токсина (яда) от палочек Коха в крови. А это означает, что вероятно вернется опять высокая температура. В связи с этим обстоятельством главный врач больницы не разрешил мне выписаться и сказал, что он может разрешить мою выписку только в том случае, если у меня в течение 3-х недель не будет температуры. Это означает, что весь сентябрь я еще буду находиться в больнице.

В связи с этим у меня следующая просьба к тебе: если ты сможешь сейчас послать мне (по адресу больницы) 100 руб. денег, я был бы тебе очень благодарен. На эти деньги я купил бы себе здесь в аптеке рыбий жир, который очень полезен для меня. Летом, во время жары, врачи не разрешали пить его; а теперь тут наступили уже холода, и сейчас пить его уже разрешают. Вторая моя просьба к тебе следующая: не спеша, по мере возможности и свободного времени, я просил бы тебя собирать небольшую вещевую посылочку из следующих вещей: 1) письменные принадлежности (общие или простые школьн.

 

- 65 -

тетради, или простая плохая бумага для черновиков моей работы о Байроне; несколько перьев и флакон чернил); [2] 2) какие-нибудь старые настольные часы (старый будильник или дешевые настольные часы с деревянным корпусом на рублей 40, не больше). Дело в том, что у нас в Пушкине во всем корпусе (бараке) нет часов. А жить, особенно зимою, без часов очень трудно. Но это, конечно, не обязательно. Я прошу об этом лишь в том случае, если у тебя есть какой-нибудь старый будильник (лишний) или что-нибудь в этом роде. 3) простые теплые шерстяные рукавицы (варежки) и шерстяные чулки (пара) на зиму. - Конечно, если это не дорого и легко можно достать в Москве. 4) шпульку ниток, иголку и, если лишние есть, старые ножницы. - Повторяю, все это не так остро мне нужно, я могу жить и без этого. Но если у тебя что-нибудь из этих вещей есть или нетрудно достать, я прошу тебя собирать их, и когда я тебе напишу, что я вернулся в Пушкино, выслать мне эту посылочку. Тогда я уже до Нового года ничего не буду просить.

С нетерпением жду первое твое письмо из Москвы относительно твоего здоровья. Я все время утешаю себя тем, что у тебя с легкими все в порядке. Было бы слишком жестоко, если это было бы не так. Напиши мне, какая у тебя нагрузка на первый семестр. Боюсь, что ты опять не будешь знать меры в работе. Помни, что если сейчас у тебя даже все в порядке с легкими, то это все же предупреждение, урок. Последнего остатка сил в организме не надо расходовать. - Как ты устроишь свою жизнь на зиму? Ляля будет жить с тобою? Как квартира твоя? Ремонт ты наверно не [3] успела сделать. Центральное отопление у тебя наверно есть? А остальное обойдется и без ремонта. У тебя большая библиотека (вместе с книгами Василия)? Комнат у тебя, кажется, две? Я все время стараюсь себе представить тебя в домашней обстановке.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Напиши, милая; о своем здоровье, как себя чувствуешь после возвращения в Москву и начала работы.

 

- 66 -

Целую тебя крепко, крепко Франц.

4 сентября [1949]

г. Омск, Войсковая ул. 7. Городск. туберкул, больница.


26. Н.Ф. Депутатовой

 

Милая Нина,

Сердечное спасибо тебе за письмо от 9/IX! Деньги я еще не получил, но думаю, что на днях мне дадут извещение.

Относительно вещей я прошу тебя пока воздержаться от покупки часов. Еще ведь определенно неизвестно, в каких условиях я буду жить. В одном из бараков имеются часы в красном уголке. Что касается шерстяных теплых чулков, то купи их только в том случае, если их легко достать и если они не очень дорогие. Я боюсь, что эти длинные спортивные чулки очень дорогие, а длина их совершенно излишняя для меня. Мне теплые чулки нужны не для носки (днем я зимою ношу валенки), а чтобы надеть их на ночь. В бараках зимою холодно, на стенах (в углах) и под кроватью снег и лед. При гипертонической болезни, а еще больше при туберкулезе легких, конечности (руки и ноги) постоянно холодные, как лед, и тут никакие одеяла не помогают. Вот почему были бы кстати шерстяные чулки. Но, повторяю, если их трудно достать или они дорогие, я обойдусь и так.

Меня немного беспокоит, что ты отложила просвечивание своих легких. Ведь самое главное при туберкулезе, чтобы сразу же, после заболевания, его обнаружить. Если бы у меня год тому назад могли бы установить эту болезнь, она была бы еще излечима.

Что ты пишешь о своей работе в институте и у себя дома - напряженно, но пока еще сносно. Сон для тебя при начинающихся симптомах гипертонии - самое главное. Так что старайся ложиться и вставать всегда в определенное время, что бы там ни было. От поры до времени измеряй кровяное давление.

Очень жаль, что моей рукописи не оказалось в [2] Гослитиздате: я так надеялся на это. Но ничего не поделаешь. Они,

 

- 67 -

конечно, рады были выбросить ее, наверно, еще в 1938 году. Посмотрю, что Нина Ильинична мне еще напишет об этом.

По-прежнему лежу тут в туберкулезной больнице. Еще неизвестно, когда выпишут. Погода тут уже в течение целого месяца отвратительная: холод, дожди и сильный ветер. Как раз погода очень неблагоприятная для туберкулеза легких. Это, конечно, чувствительно отражается на болезни - сильный кашель, вечная простуда и т.п. Все же надеются, что и тут будут еще солнечные дни. Я лично сомневаюсь в этом. Здесь такой резкий континентальный климат, что знают только две крайности - сильная жара или сильный холод.

Сердечный привет Нине Ильиничне! Желаю ей, наконец, хорошенько отдохнуть после праведных трудов все лето в Москве. Попроси ее, чтобы она мне подробно написала, что ей сказали в Гослитиздате.

А ты, Нина, бережнее относись к своему здоровью.

Целую тебя крепко Франц.

16 сентября [1949].


27. Н.Ф. Депутатовой27

 

26 сентября [1949]

Милая Нина,

Письмо от 19/IX и 100 р. денег благополучно получил. Сердечную мою благодарность! Надеюсь, что мое письмо от 4/IX за это время дошло.

Не могу тебя обрадовать хорошими известиями о моей болезни: с 16 сентября крепко лежу в постели с высокой температурой. С 18 - 23/IX все время было около 40°. С 24 она пошла на снижение; сегодня утром первый раз нормальная. Как следствие этой очередной сильной интоксикации (отравления всего организма) специальным ядом, выделяемым палочками Коха, у меня все еще сильная головная боль (в лобовой части - в отличие от гипертонической боли), отсутствие всякого аппетита, истощение, расстройство желудка и кишечника, боль в суставах и т.п. Каждое такое обострение актив-

 


27 С. 67. ...мое письмо от 4/IX... - См. письмо № 25.

- 68 -

ного туберкулезного процесса отнимает у человека год жизни. А у меня таких обострений за полтора года заболевания было 28. Вся остающаяся часть моей жизни будет состоять из постоянных смен обострения и затухания процесса. Никаких надежд на улучшение моего состояния в омских условиях нет; форма моего туберкулеза (фиброзно-кавернозная, запущенная) не поддается лечению в здешних условиях. Я чувствую себя таким слабым, что навряд ли переживу предстоящую зиму. При этом я не впадаю в панику, но и иллюзий никаких нет. Если все же приличные больничные условия, под постоянным наблюдением врачей-специалистов, не могли мне в течение 3-х месяцев принести облегченье, а скорее ухудшение во всех отношениях, то что же мне ожидать от сырых комнат, без врача, в условиях дома инвалидов? Но все на свете имеет конец, а конец бесцельной жизни для меня не будет ни неожиданным, ни нежеланным.

Если ты купила уже шерстяные носки, то это как раз то, что мне нужно. Никаких длинных чулок мне не нужно. Я ведь буду надевать только ночью. Часы не покупай. Не нужно тратить деньги на дорогие вещи, которые понадобятся мне, может быть, на несколько месяцев. С другой стороны, я просил бы тебя приобрести для меня несколько мелочей, которые мне трудно или невозможно найти тут и без которых трудно обойтись. Это - грубое полотенце, пара носовых платков, резиновая губка (банная) и кусок мыла (туалетное). [2] Если будешь случайно в большой аптеке или в магазине санитарии и гигиены, спроси, нет ли "карманной плевательницы" (это - бутылочка в 100 гр. с крышкой-винтиком - для туберкулезных больных). Кроме того, было бы хорошо достать флакончик простого тройного парикмахерского одеколона (для грудных втираний против изнуряющего обильного пота).

Полуботинки сейчас мне, к зиме, не нужны. Пока ничего не высылай. Высылай мне посылочку лишь тогда, когда я тебе специально об этом напишу, перед выпиской из больницы и отъездом в дом инвалидов. Когда это будет, еще не могу сказать, но думаю, что не раньше середины октября.

 

- 69 -

Очень рад за Нину Ильиничну, что она, наконец, пошла в отпуск и достала себе путевку в такой хороший дом отдыха, как в Болшеве. Письма она мне еще не прислала.

То обстоятельство, что ты пока укладываешься с работой и нормальный рабочий день, меня очень радует. Знаешь, Нина, ты не очень прислушивайся к этим санаторным врачам относительно всяких там возрастных болезней женщины и т.п. Эти врачи большею частью болтуны, а не люди науки. Все же мне не нравится, что ты по приезду в Москву не пошла к серьезному терапевту и не сделала просвечивания легких. Нина милая, просрочить болезнь (начало ее) так легко, а потом и врачи, и больной, рады были бы лечить и лечиться, но уже поздно. Я вовсе не хочу делать тебе упрека, думаю, что если было бы что-нибудь действительно серьезное с легкими, ты бы это дело не отложила в долгий ящик. Но иметь полную уверенность в этих вопросах лучше, чем откладывать.

Твоя идея заниматься гимнастикой в Доме ученых - очень хорошая и заманчивая. Но это возможно только в том случае, гели у тебя 1) все в абсолютном порядке с легкими, 2) если тебе не помешает повышенное кровяное давление. В этих случаях гимнастика принесет тебе большой вред.

Я понимаю, дорогая, что ты ежедневно очень устаешь, и что у тебя миллион всяких служебных и домашних забот. Поэтому, хотя я буквально и живу только надеждами на твои письма, но все же, пиши только тогда, когда у тебя есть свободное время. Я никогда не обижаюсь, если письма от тебя запаздывают, потому что я вхожу в твои заботы и работу. Целую тебя, милую девочку, тысячу раз

Франц.


28. Н.Ф. Депутатовой28

 

Милая Нина,

Пишу тебе в постели, на тумбочке. Ты уж извини меня, если письма иногда не будут приходить во время: когда высокая температура и всеобщее отравление токсином, нет никакой

 


28 С. 70. инфильтрат - местное уплотнение и увеличение объема тканей вследствие скопления в них крови (при воспалении).

С. 71. Гипертония далеко не такая прогрессивная... - Здесь: не такая быстротекущая болезнь.

...мои родители упрашивали меня, чтоб я выбрал себе более "практическую" специальность... - Когда Ф.П. Шиллер в 1922 г. поступал в московский вуз, его родителей уже не было в живых. Очевидно, речь идет о советах родителей относительно будущего выбора им профессии.

...этой "профанацией"... - Профанация (от позднелат. profanatio - осквернение святыни) - здесь: непочтительное отношение (к литературе).

С. 72. ...вернулась из Болшево. - Из подмосковного дома отдыха в Болшево.

- 70 -

возможности писать. А болезнь моя сейчас так быстро прогрессирует, что интервал, или т.н. "холодный период" между вспышками или обострениями процесса, становится все короче и короче. Предпоследнее обострение было с 16 - 26 сентября, а последнее, от которого я и сейчас ещё не освободился, началось уже 4 октября. Я прочел здесь в больнице все три наиболее серьезные имеющиеся у нас в России книги о туберкулезе легких (достал я их, конечно, помимо врачей, на стороне), так что я теперь полностью ориентируюсь в этой гадкой болезни. Эти очередные вспышки с высокой температурой являются лучшими показателями того, что туберкулезные бугорки (инфильтрат, каверны) захватывают все новые участки (здоровые) легкого, а после полного захвата одного легкого, переходят на второе. Чем меньше становятся интервалы, тем быстрее развивается процесс, а еще дальше, к концу, интервалов совсем не будет.

Твое милое письмо от 2 октября я вчера получил. Ты советуешь мне остаться здесь, в больнице, и не уехать в дом инвалидов. Я тоже думал уже об этом. Но препятствие в том, что в том отделении, где я нахожусь сейчас (легкие больные, в начальной стадии), меня держать не могут, потому что здесь только лечат (искусственный пневмоторакс или т.н. "поддувание"), а меня нельзя уже лечить. Здесь держат только до 2-х месяцев, а я нахожусь тут уже четвертый. Я могу только перевестись в основное отделение больницы, где лежат очень тяжелые, доживающие последние месяцы и дни. Дело не в том, что я боюсь тяжелых больных (одни скелеты), но там очень тяжелый воздух, постоянный кашель, - и вообще, эта картина для моих нервов не из приятных. Большим плюсом для меня был бы постоянный врачебный надзор. Он необходим для меня не в том отношении, что мне могли бы помочь, а для постоянных побочных заболеваний, [2] которыми сопровождаются явления туберкулеза. Так что, не знаю еще, на что я решусь в конце октября или в начале ноября. Придется перейти в дом инвалидов, или же перевестись в основное отделение больницы. Как в данном случае завидуешь самым бедным людям из

 

- 71 -

ссыльных, которые могут отсюда итти "домой", потому что у них есть еще родные!

Ты пишешь о том, чтобы прислать сюда вещевую посылку. Этого делать не нужно. Ведь в больничной обстановке своего ничего нельзя держать, да и негде держать. Своей одежды одевать тоже нельзя. Так что, если я только решусь переехать в дом инвалидов, я тебе напишу, и только тогда прошу тебя выслать посылочку.

То, что ты пишешь о себе, милая, меня очень радует. Очень хорошо, что здоровье твое пока вне опасности, а то я все это время, после твоего первого же письма из Щелыково, боялся, что у тебя скрытый туберкулез. Гипертония далеко не такая прогрессивная, с ней можно жить долго. Только, чтоб не работать сверх сил. В этом отношении у тебя, конечно, слишком мягкий характер, и ты не можешь или не умеешь отказываться, когда другие, бессовестные люди, все ходят с бюллетенем и наваливают свою нагрузку на тебя. Но тебе нужно набраться хоть немного настойчивости и отклонить эти попытки.

Судя по твоим отзывам о вашей Ляле - она прекрасная девушка. Я читал в "Правде" о выдаче золотых медалей в московских школах. Их не так уж много, - и честь и слава вашей девочке, что она завоевала ее и теперь учится на хорошем факультете. Молодежь сейчас более практичная, чем мы, старые романтики, были в ее годы! Я сейчас часто вспоминаю, как мои родители упрашивали меня, чтоб я выбрал себе более "практическую" специальность, вроде инженера или врача. Я да возмущался этой "профанацией" моей излюбленной литературы. Конечно, я и сегодня не каюсь в выборе своей [3] специальности, но с жизненной, практической стороны мои родители были правы: если бы я последовал их совету, я бы в любых условиях работал по своей специальности и сохранил свое здоровье до настоящего дня. Но что прошло, то прошло.

От Нины Ильиничны я, наконец, на днях, получил письмо, которое она отправила еще 8 сентября. Но по рассеянности она забыла на конверте поставить название улицы, и письмо

 

- 72 -

путешествовало по всем омским больницам, пока, оно, наконец, почти через месяц, дошло до нашей больницы. Письмо очень хорошее. Я уже ответил Нине Ильиничне, которая, наверно, уже давно вернулась из Болшево.

Вот, Нина милая, я уже и устал. Удивительно, как сам не замечаешь, что силы день за днем уходят и уходят. В этих условиях я, к сожалению, могу уж очень редко, и то только на полчаса, заниматься Байроном. Я так влюбился в эту работу, и я и днем и ночью, когда не могу спать, думаю о плане книги, об отдельных разделах ее и т.п. Но слишком мало уже физических сил, чтоб собирать все необходимые фактические материалы. Но пока могу подниматься, я понемногу буду работать.

Нина дорогая, милая, береги себя, свое здоровье. Если письма от меня иногда опаздывают, не сердись! Это только значит, что у меня такое состояние, когда не могу писать.

Целую тебя крепко, крепко Франц.

10 октября [1949]


29. Н.Ф. Депутатовой29

 

Милая Нина,

Прошло уже две недели, как я тебе отправил последнее письмо. За это время я много страдал от очередной вспышки процесса с высокой температурой, а 16/Х у меня было первое кровотечение из легких. Интервалы между вспышками все уменьшаются; а каждая вспышка означает, что старая и новые каверны, эти "пороховые бочки", заражают в шахматном порядке все новые и новые части легких. Кровотечение же ясно показывает, что распад ткани дошел уже до того, что разрушаются крупные кровеносные сосуды легких. Так как я сейчас, после ознакомления с основной научной литературой по туберкулезу, достаточно разбираюсь в этих вопросах, то я после кровотечения попросил, чтобы мне сделали новую рентгеноскопию. 21/Х я ходил на рентген. Случайно получилось так, что через день ее прислали не к лечащему врачу, а мне. И тут

 


29 С. 72. Прошло уже две недели, как я тебе отправил последнее письмо. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 10.10.1949 г. (№ 28).

С. 73. ...из своей глупой психотерапии... - Психотерапия (от психо... и терапия) - психич. воздействие (словом, поступком, обстановкой) на больного с леч. целью.

...для снижения температуры... - Из контекста следует, что речь идет о снижении давления.

Я лично скептик как по отношению к алопатии, так и к гомеопатии... - Гомеопатия - система лечения очень малыми дозами лекарств; аллопатия - негомеопатические методы лечения.

С. 74. .. уже ровно 11 лет... не был ни одной минуты один... -Письмо написано в 11-ю годовщину ареста Ф.П. Шиллера 23 октября 1938 г.

...скоро выйдет из печати словарь, составленный тобою в сотрудничестве с еще двумя преподавательницами. - Имеется в виду издание: Немецко-русский словарь по металлообработке. Сост. Н.Ф. Депутатова, И.М. Огаросельская и А.Г. Ширман. Под ред. проф. Б.Л. Богуславского. М.-Л., 1949 (2-е изд. - 1957, 3-е изд. -1969).

С. 75. Если бы пропорция была бы равномерная... - Здесь: если бы упадок сил соответствовал разрушительному действию туберкулезного процесса.

- 73 -

я увидел, что врачи меня до сих пор, исходя из своей глупой психотерапии, - обманывали. У меня не просто каверна на левом легком, а все первое поле (одна треть легкого сверху) больше не существует, а остальная часть (т.н. 2-е и 3-е поля) сражена новыми очагами и кавернами. На правом легком верху также видны темные точки. - Конечно, всю эту картину я мог себе приблизительно представить и без рентгена. Но я все же не думал, что процесс так быстро прогрессирует, и должен сознаться, что такая рентгеноскопия, а особенно кровотечение, когда совершенно беспомощно наблюдаешь, как уходит живая кровь, все же, несмотря на всю храбрость, неприятно действует на нервы.

Твое письмо от 14/Х я на днях получил. Хоть одна радость, что у тебя легкие в порядке. Кто не болеет туберкулезом, не может себе представить, какая это нудная, тяжелая и неизлечимая болезнь. Ведь болеют не одни легкие, а инфицирован и отравлен постоянно весь организм. Люди тебя все боятся, избегают, и ты ходишь как прокаженный...

Травы, которые ты купила в аптеке, действительно применяются для снижения температуры, но присылать их не нужно. У меня сейчас гипертония совершенно отошла на задний план: почти постоянная высокая температура, особенно же постельный режим, снизили кровяное давление почти до нор-ми. Оно повышается лишь тогда, [2] когда я несколько дней не лежу в постели, или же, когда я нервничаю. Но это бывает, но так часто, и поэтому, повторяю, гипертония перестала меня занимать. Мне очень интересно, поможет ли тебе гомеопатика. Несомненно, что гипертония у тебя пока носит не стойкий, а временный характер, т.е. еще излечима. Но мне думается, что при сегодняшнем состоянии медицинской науки, основное лечение в данном случае - все же правильный, т.н. "щадящий" режим жизни. Я лично скептик как по отношению к аллопатии, так и к гомеопатии (за исключением хирургии). Но, тем не менее, я одобряю, что ты лечишься у гомеопата, раз ты этому лечению доверяешь. Ведь доверие в этих делах - половина лечения.

 

- 74 -

Ты спрашиваешь, как я живу в больнице, можно ли вставать и т.п. Отделение больницы, в котором я пока лежу, предназначено исключительно для легких больных. Так что, режим здесь не больничный в узком смысле, а скорее он подходит к санаторному (с прогулками в садике и т.д.). Когда у меня нет высокой температуры, я весь день (за исключением "мертвого часа") на ногах. Над Байроном я в такие дни работаю 2-3 часа. Но это - исключительно подготовительная работа (собирание материалов, выписки, чтение книг). Эту работу можно еще, - и то с большим трудом, - проделать в этих условиях, но о творческой работе тут, конечно, и думать нечего. В нашей палате 11 человек. Тумбочка, на которой приходится писать, - на двоих. То соседу хочется на ней в шахматы играть, то второму хочется радио включить, третьему хочется громко разговаривать, четвертому - громко читать, пятому - поделиться своими жизненными приключениями, шестому - ругаться с соседом из-за пустяков и т.д. и т.д. Ты была, наверно, в таких больничных палатах и можешь себе представить эту обстановку. Конечно, к работе она не располагает. Та же самая обстановка у меня и в доме инвалидов. Все-таки, Нина милая, какая у меня жизненная трагедия, если глубже вдуматься: ведь я уже ровно 11 лет (сегодня юбилей) не был ни одной минуты один, один с самим собою в комнате!

Меня очень обрадовало твое сообщение, что скоро выйдет из печати словарь, составленный тобою в сотрудничестве с еще двумя [3] преподавательницами. Такие события - огромная радость в жизни человека. Я сам помню, с каким волнением, с какой великой радостью я всегда ожидал контрольного экземпляра своих книг!

Сердечную тебе благодарность за все твои хлопоты по составлению посылки. Будильник купить не нужно, - ведь еще ничего не известно, останусь ли уже навсегда в основной туберкулезной больнице, или же уеду еще на время в дом инвалидов. Шерстяные перчатки - если есть, возьми. Для меня же ведь совершенно безразлично - рукавицы или перчатки, - лишь бы были бы теплые. Денег мне пока не нужно; я их по-

 

- 75 -

прошу ближе к новому году, когда уже будет известно, где я буду находиться в ближайшие месяцы. Ведь беда с моей крестьянской конституцией: организм пока все еще сопротивляется и по упадку сил отстает в сравнении к разрушительному действию процесса. Если бы пропорция была бы равномерная, меня бы без всякого перевели бы в основную больницу для тяжелых.

Посылочку, Нина, я просил бы тебя, если у тебя будет время, выслать после праздников по адресу дома инвалидов (Омск, обл., Каганович, р-н, Пушкин, с/совет, Пушк. дом инв.). Мне главным образом нужны чулки и перчатки, т.к. здесь уже зима. По адресу больницы послать ее неудобно, потому что вещи тут держать трудно. Я сговорился со знакомым в доме инвалидов, который будет получать посылку по моей доверенности и оттуда пришлет мне необходимые вещи.

Письмо Нины Ильиничны из Болшево я получил уже давно и сразу же ей и ответил. Передай ей самые сердечные пожелания к предстоящим праздникам!

Теперь остается, милая Нина, пожелать тебе к праздникам хорошее здоровье, большое удовлетворение работой, прекрасное настроение в эти дни и много, много счастья во всем!

Целую Франц.

23 октября [1949]


30. Н.Ф. Депутатовой30

 

Милая Нина,

Меня выписывают из больницы. Сегодня я заказал подводу на 1-ое ноября: на ней я поеду обратно в дом инвалидов.

В связи с этим я прошу тебя, а также Нину Ильиничну (сообщи ей, пожалуйста, об этом), в дальнейшем посылать письма по адресу дома инвалидов.

Температура и интоксикация у меня почти ежедневно. Но поскольку это состояние считают "неизбежным" и в омских условиях "неустранимым", то мое пребывание здесь признано ненужным.

 


30 С. 75. интоксикация - болезненное состояние, обусловленное действием на организм токсинов (соединений, способных вызвать заболевание или гибель).

С. 76. Отправил тебе письмо 23/Х. - См. письмо № 29.

- 76 -

В такие моменты особенно остро и болезненно чувствуешь себя излишним балластом и бездомной бродягой.

Отправил тебе письмо 23/Х. Сегодня еще раз желаю тебе счастливые праздники!

Целую Франц.

Омск, 25 октября [1949]


31. Н.Ф. Депутатовой31

 

Милая Нина,

Письмо с фотокарточками я уже давно получил. Но эта неожиданная радость меня так взволновала, что я все эти дни не мог спать. Благодарю тебя и Нину Ильиничну, что взяли на себя такую неблагодарную миссию. Я даже не ожидал, что вы когда-нибудь пойдете. У каждого человека своего горя достаточно. Тем больше я должен быть признателен вам обеим.

Флорочка очень, очень мила. Правда, в раннем детстве она была вся моя копия. Сейчас у нее, безусловно, мой высокий прямой лоб, нос, верхняя губа. Но общий облик изменился, перемешался. Но ведь дело не в этом, а в характере, во внутреннем человеке. Напиши мне, как она на внешний вид: не отстала ли по росту, по объему. Здоровый ли у нее цвет лица? Как у них домашняя обстановка? Старая? Не видела ли ты, сохранилось ли что-нибудь от моей библиотеки? Жива ли еще бабушка? Не заметила ли ты, что они от Флорочки скрывают, что я еще жив?

Я все еще пишу тебе из больницы; 1-го ноября здесь был сильный снег, 2-го - ураган. Так что в эти два дня не могли приехать за мною. Ожидаю подводу сегодня или завтра, т.к. наступил мороз. Немного я боюсь этой поездки: ветры тут очень сильные и холодные, продувают тебя до мозга костей. А ехать на волах придется целый день. Надеюсь, что все обойдется благополучно.

Нина милая, я подумал относительно денег. В условиях жизни в доме инвалидов я за них все равно ничего не могу достать. Единственное, что мне тут доступно, это масло и рыбий

 


31 С. 77. ...если молочница… возьмется это устроить... - Очевидно, молочница проживала за городом, а потому могла отправлять посылки с дефицитными продуктами. См. прим. к с. 18.

...решил я еще раз, - в последний в жизни - сфотографироваться. Посылаю... карточку для Флорочки. - Последняя прижизненная фотография Ф.П. Шиллера относится к марту 1954 г. (помещена на титульном листе настоящего издания). Упомянутая фотография, посланная Ф.Ф. Шиллер, сохранилась, публикуется в наст. издании.

- 77 -

жир. Поэтому я прошу тебя, мне денег не высылать, а, - если молочница Нины Ильиничны возьмется это устроить, - прислать мне в декабре, ближе к новому году, продуктовую посылочку. Если у тебя будут деньги (без ущерба для себя и вашей Ляли), то я просил бы купить следующее: 2 кг сахара, банка меду, банка варенья (лучше вишневое), баночка красной икры, 1 кг чайной или ливерной колбасы (другие сорта я не могу кушать из-за отсутствия зубов) и 250 гр. какого-нибудь ликера (принимают по чайной ложечке для аппетита).

Милая, я знаю, что у тебя работы по горло, и что организовать опять эту посылочку - новая тяжелая для тебя нагрузка. Но у меня такой [2] плохой аппетит, а эти вечные - хлеб да картошка - мне до того надоели, что хочется немного перемены.

С болезнью у меня все так же, как я тебе написал в недавнем письме. Распад левого легкого идет очень быстро, дошел до 4-го ребра. Я уже рад, когда нет кровохарканья и высокой температуры. Моя цель в доме инвалидов - добиться, чтобы интервалы между вспышками стали больше и более устойчивые, другими словами - уменьшить скорость распада. Уж очень хотелось бы закончить монографию о Байроне до неизбежного конца от этой болезни.

Своими подготовительными работами, которыми я тут занимался в больнице, я доволен: удалось собрать хороший материал. С собою я захвачу ворох книг. Буду стараться использовать каждую свободную от температуры минуту, чтобы продвинуть работу. Конечно, в доме инвалидов условия для работы еще хуже, чем в больнице.

Нина милая, решил я еще раз, - в последний в жизни - сфотографироваться. Посылаю тебе при сем: карточку для тебя и карточку для Флорочки. Когда ты ей передашь - зависит исключительно от тебя: в этом ли году или через несколько лет, когда она уже будет взрослой. Одним словом, предоставляю это целиком и полностью тебе.

Сфотографировали меня прямо на больничной койке, в палате, в больничной одежде.

 

- 78 -

Желаю тебе, милая, еще раз счастливые праздники!

Целую тебя крепко, крепко

Франц.

4 ноября[1949]

P.S. Нине Ильиничне я одновременно высылаю карточку.


32. Н.Ф. Депутатовой32

 

Милая Нина,

Только что получил твое письмо от 4/XI. Теперь, с моим переездом в Пушкино, письма опять идут долго. Спасибо тебе, милая, за твои сердечные пожелания и искренние слова. Конечно, я знаю, что мне помочь уже никак нельзя, ни в каком отношении. Самым большим утешением для меня то, что мне в конце своей жизненной трагедии удалось в прошлом году установить переписку с тобою. Мне было бы невыносимо тяжелее, если бы не было писем от тебя.

В Пушкино я переехал 5/XI. Как я ожидал, то и вышло: в дороге ветер как следует продул, я простудил оба легкие (ведь там сплошная рана) и 6/XI уже началась преждевременно вспышка. 7 и 8/XI я лежал с температурой 39,8. С 11/XI температура идет на снижение, и сегодня у меня 37,3. Ниже она уже не спустится, т.к. у меня уже давно такая субфебрильная температура считается "нормальной".

То, что я тебе написал в письме от 23/Х о чрезвычайно быстром прогрессировании моего легочного процесса, полностью подтвердилось официальной справкой, которую мне выдали при выписке из больницы. 16/VII, в начале моего пребывания в больнице, рентгеноскопия показывала: ... т.е. большая каверна на верхушке левого легкого с небольшим полем очагов ниже нея. Правое легкое тогда было еще совсем чистое. Последняя же рентгеноскопия перед отъездом (1/XI) гласит: … , т.е. половины левого легкого совсем уже нет, нижняя же половина вся в очагах и кавернах. Кроме того, инфекция перешла и на правое легкое и своими очагами заняла все второе поле (середину). Так быстро

 


32 Рисунки с рентгеноскопии легких, помещенные на с. 78, принадлежат Ф.П. Шиллеру.

С. 78. ...субфебрилъная температура... - Субфебрилитет, от лат. sub- (под-) + febris (лихорадка), постоянное повышение температуры тела в пределах от 37,1° до 38,0°.

С. 79. ...расширении до 4-х томов моей "Истории литературы"... - Речь идет о 3-томной "Истории западноевропейской литературы нового времени".

...о написании (или скорее окончании)... монографий о Байроне, Шиллере и Теккерее. - Шиллер Иоганн Фридрих (1759-1805) - нем. поэт, драматург и теоретик иск-ва Просвещения, один из основоположников нем. классич. лит-ры. Монографии о Байроне и Шиллере, написанные Ф.П. Шиллером в домах инвалидов, явились своего рода

завершением его рукописи "Байрон" (1938 г.) и книги "Творческий путь Фридриха Шиллера в связи с его эстетикой" (М.-Л., 1933). Рукопись Ф.П. Шиллера "Реализм Теккерея" (1938 г.) продолжения не получила и хранилась у его биографа В.К. Эккерта.

С. 80. Эсхил (ок. 525 - 456 до н.э.) - др.-греч. поэт-драматург, "отец трагедии".

...Данте грезил о Беатриче. - Данте Алигьери (1265-1321) -итал. поэт, создатель итал. лит. языка. Беатриче - возлюбленная Данте, воспетая им в сонетах.

С. 81. 4/XI я выслал тебе... мою карточку... - См. наст, изд., с. 77.

- 79 -

прогрессировала болезнь в больничных условиях за 3 1/2 месяца! При таком быстром течении болезни легочной ткани не хватит у меня и до весны. Хотя в официальной справке мою форму туберкулеза и называют фиброзно-кавернозной, но по быстроте распада и по температуре она скорее напоминает скоротечную форму.

Нет слов, в больнице условия были значительно лучше, особенно в бытовом отношении. Я здесь живу еще с двумя легочными больными в сырой комнатушке. Воздух до того сырой, что, если положить в тумбочку кусок сахара, он через час превратится в бесформенную массу. Форточки нет. Но ничего не поделаешь. Спасибо, что хоть [2] это есть. А то куда мне деваться? С такой болезнью нельзя жить в чужой семье.

Последние мои письма были, наверно, очень далеки от личного для меня спокойствия. Объясняется это, во-первых, тем, что вся эта возня и ожидание подводы для переезда меня чрезвычайно нервировали. А, во-вторых, туберкулез своей постоянной интоксикацией всего организма особенно пагубно отзывается на деятельности центральной нервной системы. В этом отношении он еще хуже гипертонической болезни. Я целыми неделями иногда не могу спать и чрезвычайно рад, если мне удается заснуть на полчаса.

Тут, в Пушкине, я понемногу успокаиваюсь: необходимо привести свою психику в соответствие с течением моей болезни. Дело, конечно, не в том, что я цепляюсь за жизнь. Нет. Но после того, как навсегда рушились мои грандиозные научные планы прежних лет, после того, как навсегда рушились все мысли о совместной жизни с дочкой, я с отчаянным упорством цепился за мысль о том, что мне все же, может быть, несмотря на безнадежные болезни, которые десятками напали на меня, удастся осуществить некоторые работы. Я думал, прежде всего, о переработке и расширении до 4-х томов моей "Истории литературы", а также о написании (или скорее окончании) трех крупных научных монографий о Байроне, Шиллере и Теккерее. Это - мои любимые писатели, и я в свое время про-

 

- 80 -

делал очень большую подготовительную работу о них. Эта работа была бы для меня под силу даже в моих условиях без книг и подходящих бытовых предпосылок. Но когда выяснили, что у меня неизлечимый уже туберкулез легких, я сократил эту программу до одной монографии о Байроне. Сейчас я понимаю, что при постоянной моей температуре и при таком быстром течении болезни мне необходимо психологически приготовиться к тому, что я не успею закончить и эту работу. Ну что же - против неумолимой трагедии рока не попрешь, это знал уже древний греческий трагик Эсхил.

Но вот, Нина дорогая, я уже наплакал тебе опять две страницы. Ты уж меня прости, ведь кроме тебя у меня нет никого на свете. Ведь Флорочка для меня совершенно не реальная; она - только мечта о любимой дочке, такая же мечта, как Данте грезил о Беатриче. [3] Какая она на самом деле, я ведь не знаю. То, что они воспитали ее в враждебном ко мне духе, нет никакого сомнения. Ей уже скоро исполнится 14 лет. Несомненно, что ее держат в полном неведении относительно действительного отношения старших ко мне. Иначе бы она даже против воли матери писала бы мне. Но ведь я же в ее представлениях тоже какой-то иллюзорный отец, которого она не помнит и не знает. Одним словом, я хочу сказать, что Флорочка не является для меня реальным человеком, с которым я мог бы беседовать, как с тобою.

Милая, я в своих предыдущих письмах нарочно не упомянул о годовщине смерти Василия Никитича. Я как-то притаился и думал, что, может быть, ты в этом году уже не будешь принимать все это так близко к сердцу. Но ты не была бы милой Ниночкой, если это было бы так. Я понимаю, что смерть Василия до конца дней твоих будет самым тяжелым переживанием во всей твоей жизни. Главное - она ведь была такая нелепая и преждевременная. Но смерть - самое неумолимое и беспощадное явление нашего бытия. Кто ушел от нас, больше не вернется. А жизнь требует своих прав. Пока человек жив, он обязан выполнять свой долг как перед обществом, так и перед самим собою и перед своими родными. Все это, я пони-

 

- 81 -

маю, тебе так же хорошо известно, как и мне. Это сознание не может устранить страданий и горя по умершему, самому близкому человеку. Но это сознание должно доминировать в человеке, иначе нельзя жить...

4/XI я выслал тебе и Нине Ильиничне заказными письмами мою карточку, - последнюю в моей жизни. Надеюсь, что вы ее получили. Передай сердечный привет Нине Ильиничне! Насчет писем - она большая лентяйка.

Надо бы тебе почаще пользоваться бюллетенем, когда ты очень устаешь и голова болит. Надо немного думать о себе. Ведь такое состояние - самая подходящая почва для кровоизлияния в мозг. Не перегружайся слишком работой!

Целую тебя, милую, крепко, крепко

Франц.

13 ноября [1949]


33. Н.Ф. Депутатовой33

 

Милая Нина,

Не успел я 13/XI отправить тебе письмо, как вечером температура поднялась до 40,7° и простояла с 39 - 40° целых десять дней, до 22/XI. Все это - последствия моего переезда из больницы сюда. Эта, 31-ая по счету вспышка, повредила мне больше, чем все предыдущие 30 вспышек вместе взятые. Я превратился в скелет и чувствую себя так плохо, как никогда. Если бы врачи в больнице были бы люди, они бы меня не выписали в такую погоду, а перевели бы меня на зиму в основную больницу. Поехать же теперь опять обратно я боюсь, не переживу новой простуды. Здесь же в этой сырости и духоте псе как будто сделано для того, чтобы с каждым днем ухудшить мое положение. По ночам я совершенно задыхаюсь, сердце отказывается работать. Не знаю, как будет дальше. Но чувствую, что последние жизненные корни подорваны; в груди все время какая то ноющая боль, которой я до этого не знал.

В этой безотрадной жизни в постели единственной радостью являются вести о тебе. Не знаю, как я жил бы и мог бы

 


33 С. 81. Не успел я 13/XI отправить тебе письмо... - См. письмо №32.

С. 82. помпадуры и помпадурши - бюрократы, гротескно-сатирич. образы которых создал Салтыков (Салтыков-Щедрин) Михаил Евграфович (1826-1889) - рус. писатель-сатирик, публицист ("Помпадуры и помпадурши", 1863-1874 гг.).

...мой дедушка погиб 93 лет... - В "Краткой автобиографии" Ф.П. Шиллер указал, что в 93 года умер его прапрадед - Губерт Шиллер.

С. 83. Скорее всего они выбросили мои рукописи... - Это предположение не подтвердилось. См. письмо Ф.П. Шиллера П.А. На-горновой от 5.4.1954 г. (наст, изд., с. 622).

- 82 -

жить без вестей о тебе. Письмо твое от 11-го ноября я получил. Вчера привезли мне и посылку. Особенную радость всем доставили часы. Нет ничего скучнее, когда не знаешь времени. Боюсь только, что они дорогие. Куртка Василия Никит, очень теплая и хорошая. Не знаю только, когда смогу встать. Буду его вспоминать каждый раз, когда одеваю куртку. В общем, все вещи в посылке были в порядке. Я лежу в постели и перебираю все вещи десятки раз, любуюсь ими, потому что они присланы тобою, ты их купила и упаковала для меня. Девочка милая, ты единственный человек из всех, который не отвернулся от меня! Знаешь, милая, когда вот так, как я сейчас, лежишь беспомощным, совершенно безнадежным больным, с жуткими страданиями, то как бы превращаешься обратно в ребенка. Хочется, чтобы тебя ласкали, любили, сочувствовали, как это делала мать в детстве. Как-то стыдно признаться в этом, но это так. И прямо-таки страшно, когда тебя в это время окружают совершенно равнодушные, - а то и хуже - существа. Чувствуешь себя совершенно заброшенным, одиноким, как бы в тайге, а кругом бурые медведи и серые волки. В больнице в этом отношении было несколько лучше. Правда, врачи были неважные, формалисты, [2] помпадуры и помпадурши. Зато сестры и няни были очень хорошие, и они меня все очень любили. Но я тебе опять наплакал. Ты, милая, не сердись! Кому же мне об этом говорить, если не тебе? Но я понимаю, что у тебя и без меня хлопот и страданий достаточно. Достается же тебе со всех сторон!

Наговорила же ты мне комплиментов по поводу фотокарточки! Правда, у меня перед отъездом был нормальный вес (70 кгр.). Но все же печать смертельной болезни и тогда лежала на всем моем облике. (Насчет молодости лица - это у меня фамильная порода: мой дедушка погиб 93 лет от шальной пули, а лицо у него было молодое.) Сейчас же, после этой продолжительной высокой температуры, я изменился за 3 недели до неузнаваемости.

Что же касается передачи фотокарточки Флорочке, то я целиком полагаюсь на твой такт. Думаю, что лучше будет

 

- 83 -

передать ей ее позднее, уже после моей смерти, когда она будет более самостоятельная. По-видимому, у нея - характер матери. В ее возрасте я был уже самостоятельным, принципиальным и настойчивым подростком. Но не все люди одинаковы. - Между прочим, интересно, они позвонили тебе, почему же не принесли рукописи? Я то с самого начала не надеялся ил нее. Скорее всего, они выбросили мои рукописи уже давным-давно, а если нет, то выбросили ее сейчас, чтобы она не попала ко мне. (...)

Сели Нина Ильинична согласится через молочницу отправить продуктовую посылочку ближе к новому году, то я прошу колбасы или вообще чего-либо мясного не покупать. Мяса, крупы, картофеля и хлеба тут больше, чем нужно. Аппетит у меня плохой. Мне, право, стыдно, что я только что получил посылочку и опять пишу о новой. Бумагу ты мне прислала больше, чем нужно. Мыла мне тоже хватает до бесконечности. Ножниц, пожалуй, и не нужно: тут у одного человека они есть. Обмундирования у меня теперь тоже больше, чем надо. Спасибо тебе, милая, за все твои хлопоты и заботы "<< мне! [3]

Зима у нас стоит уже настоящая, сибирская: мороз доходит до 40°. Окна замерзли, и через них не видать уже леса. Я любим хоть через окно смотреть на лес и зимнюю природу: она такая спокойная, чистая. На улицу мне теперь выходить нельзя, сразу же простуживаю свои легкие, которые все в открытых ранах (от распада ткани).

Лежу я и все думаю, что ты в данное время делаешь, чем занята. Разница во времени между Омском и Москвою ровно три часа. Вот я и прикидываю: сейчас Нина еще спит, вот она встает, ставит чай, убирает комнату, будит Лялю, затем завтракает и уходит на работу. И так я издали слежу за тобою весь день, как даешь урок, сидишь на собраниях, готовишь новые уроки и т.д. Так мне не так скучно.

Устал я на сегодня. Писал я на тумбочке.

Целую тебя крепко

Франц.

27 ноября [1949]

 

- 84 -

34. Н.Ф. Депутатовой34

 

Милая Нина,

Пишу тебе сегодня только несколько строк. Беспокоюсь, что так долго нет письма: последнее письмо твое было датировано 11/XI, а сегодня 11/ХII. Боюсь, что ты заболела, или же во всем почта виновата. Сейчас у нас такое плохое сообщение с городом, что письма могут или здесь или там лежать неделями, пока их получишь. Наверно и письма от тебя залежались где-нибудь.

Нина милая, ты больше ничего не писала о твоем лечении у врача-гомеопата. Помогло тебе его лекарство? Я такого пренебрежительного мнения о врачах аллопатах; а у врачей-гомеопатов я никогда не был. Может быть, они лучше? Во всяком случае, меня очень интересует, как у тебя сейчас протекает гипертония. Все же думаю, что лучшее ее лечение - режим жизни.

У меня сейчас интервал между вспышками: уже 2 недели до обеда температура нормальная, а после обеда субфебрильная (37,2-37,5). Набросился, как лев, опять на Байрона; каждый день с 10 - 1 часа работаю, собираю материал для книги. Омская областная библиотека снабжает меня по почте всеми необходимыми книгами. Работа доставляет мне, - несмотря на все неприятные бытовые условия, - огромную радость. Ночью мне хуже: всегда потею, не хватает воздуха. Зато до обеда я чувствую себя орлом, сижу за столиком перед замерзшим окном и пишу, - выписываю из книг. В эти часы я живу не здесь, а как в волшебной сказке, где-то далеко, за полтораста лет назад, в эпохе Байрона. Мне даже трудно верится тогда, что я тут, где-то в Сибири. [2] Но когда я устаю (а я всегда через часа два очень устаю), я смотрю через светлые пятна в окошко и вижу перед собою не Шервудский лес Байрона, а реальный березовый сибирский лес. И тогда я отдыхаю на этом виде спокойного, одетого белым снегом, леса. В нескольких шагах от окошка стоят маленькие, совсем молоденькие березки; они такие чистенькие и как бы прячутся между большими деревья-

 


34 С. 85. октябрьские праздники - праздники в честь годовщины Октябрьской революции, отмечались в СССР ежегодно 7-8 ноября.

- 85 -

ми. Во время обхода своих владений около моего окна иногда останавливается Пират, - старая (13 лет) собака, которая сторожит дом и совершенно не боится волков, даже несколько раз принимал бой с ними и уцелел. У него длинная серая шерсть (см. 25), большие уши и очень умные глаза. Он командует всеми собаками в хозяйстве и распределяет всю еду между ними. Когда я еще мог ходить на улицу, мы с Пиратом были большие друзья. Когда я приехал из больницы, он встретил меня с величайшей радостью и сопровождал меня в барак. А теперь, видя, что я больше не являюсь на улице, он подходит к окошку, смотрит на меня и виляет хвостом. Какие все-таки бывают умные животные и как они привязываются к людям...

Нина милая, я так рад, что ты прислала мне часы. Весь барак теперь живет по определенному распорядку.

Ты мне как-то писала, что Нина Ильинична на октябрьские праздники написала мне письмо. Что-то оно долго где-то странствует: уже больше месяца, а его нет. Может быть, рассеянная Н.И. опять перепутала адрес? Передай ей сердечный привет!

А тебя, милую, целую крепко. Лишь бы ты только не болела! Франц.

11 декабря 1949


35. Н.Ф. Депутатовой35

 

Милая Нина,

Большую тебе благодарность за обстоятельное письмо от 4/XII. Как мне приятно, что ты отправила мне по случайному совпадению письма: 11/XI в день моего рождения, а 4/XII в день моих именин. Эти дни у меня очень близки друг от друга, и они всегда вызывают воспоминания о счастливом детстве в семье родителей (у Флорочки эти дни еще ближе: 4 июля - именины, а 10 июля - рождение).

Одновременно с письмом от 4/XII получил и письмо от Нины Ильиничны той же даты. Я тебе, милая Нина, очень благодарен, что описала так подробно посещение тебя Инной

 


35 С. 86. Когда весною 1947 г. со мною случилось кровоизлияние в мозг... - Кровоизлияние в мозг произошло у Ф.П. Шиллера 8 января 1947 г. См. "Историю болезни Ф.П. Шиллера" (наст, изд., с. 806).

...надежда у меня была при условии, если бы моя семья дала обязательство взять меня на иждивение и предоставить жилплощадь. - Даже полная поддержка семьи едва ли могла помочь Ф.П. Шиллеру возвратиться в Москву. В тот период прописка немецких граждан (не считая женщин, мужья которых не были немцами) в местах, откуда немцы выселялись во время войны, особенно в Москве, была практически исключена (в т.ч. если соответствующее лицо, подобно Ф.П. Шиллеру, в свое время выселению не подвергалось).

...обратился к ней с просьбой прислать мне справку. Я ее не мог получить... - В письме автора И.В. Шиллер и Ф.Ф. Шиллер от 16.6.1947 г. (см. наст, изд., с. 571) речь шла о нескольких подобных документах - справках о составе семьи, о месте работы И.В. Шиллер, вызове от какого-либо учреждения. Судя по письму Ф.П. Шиллера П.А. Нагорновой от 18.7.1947 г. (см. наст, изд., с. 575), справки он из дома получил. Что касается вызова, то Ф.П. Шиллер отправил вместе с письмом И.В. Шиллер от 9.7.1947 г. несколько соответствующих ходатайств (см. наст, изд., с. 803-806), но они, очевидно, адресатам переданы не были.

С. 87. Отсюда я... пытался уже ходатайством от лично себя... получить это разрешение переехать в семью; но ничего из этого не могло выйти, потому что самой то семьи не оказалось... - В письме Ф.П. Шиллера П.А. Нагорновой от 2.4.1948 г. (см. наст, изд., с. 604) отказ ему в прописке в Москве объясняется тем, что учреждения, в которые он обращался, его ходатайств не поддержали.

...я то не собирался помешать ей устроить свою личную жизнь, как ей нравится. Я ей все эти годы писал об этом неоднократно. - Из сохранившихся писем Ф.П. Шиллера И.В. Шиллер нечто подобное содержится лишь в его письме от 20.10.1946 г. (см. наст, изд., с. 568).

...от поры до времени... - Здесь: время от времени (в письмах Ф.П. Шиллера нередко смешиваются выражения "до поры до времени" и "время от времени").

удар 1938 г. - арест Ф.П. Шиллера.

С. 88. ...в рецепте написано "можно коньяк", но и всякий другой ликер годится... - Ф.П. Шиллер, равнодушный к алкогольным напиткам, не обращает внимания на то, что коньяк не относится к ликерам.

Мытищи - город в Московской обл.

С. 89. ...статуетка Пушкина... - Пушкин Александр Сергеевич (1799-1837) - рус. поэт, родоначальник новой рус. лит-ры, создатель совр. рус. лит. языка.

"Onkel Гети" и "Onkel Силли" - "дядя Гете" и "дядя Шиллер". Onkel - дядя (нем.).

...сочинений Белинского. - Белинский Виссарион Григорьевич (1811-1848) - рус. лит. критик.

...наступает опять новый... год, а за ним и твой день рождения... - День рождения Н.Ф. Депутатовой приходился на 26 января. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 2.2.1953 г. (наст, изд., с. 305).

...мы с тобою кончали университет и нам было по 25 лет... -В момент окончания 2-го МГУ (1925 г.) Ф.П. Шиллеру и Н.Ф. Депутатовой было по 26 лет.

- 86 -

Вас. Меня эти данные интересуют исключительно ради Флорочки. Вместе с тем, я рад, что у тебя, как и у Нины Ил., создались возможности дальнейшей связи с ней, иметь хотя бы отдаленный контакт с ней из-за девочки. Должен тебя очень похвалить, Нина, что ты вела себя в этих переговорах молодчиной и очень тактичной и умной. Что касается твоей характеристики Инны Вас., то ты, наверно, права, хотя раньше я не замечал в ней особенно сильной воли. Но возможно, что время и обстоятельства изменили ее характер. И ты, и Нина Ил. пишете, что у нее были тяжелые моменты в жизни и т.п. Наверно. У кого их не было? Женщины в этих вопросах скорее понимают друг друга, и я, повторяю, очень рад, что вы обе нашли некоторое взаимопонимание. Это обстоятельство облегчает мне через тебя хоть иногда, хотя бы раз в полгода, получать достоверные сведения о жизни Флорочки, добытые хотя бы по телефону. А это для меня много значит. Доченька остается для меня до могилы самым больным местом.

У меня против Инны Вас. никакой личной злобы нет, и никакого зла ей не желаю. Конечно, не такой конец я ожидал; да и трудно было предвидеть такой. Но, по-видимому, за время моего отсутствия она развивалась постепенно в женщину, стоящую по ту сторону добра и зла. Я ей не судья. Одна только сторона ее характера является для меня психологической загадкой: это ее совершенно излишняя, почти патологическая жестокость в обращении со мною. Когда весною 1947 г. со мною случилось кровоизлияние в мозг, и меня разбил паралич, единственным моим спасением было для меня - возвращение в Москву, где я мог бы восстановить свое совершенно разрушенное здоровье и наладить свою работу по специальности. При моем положении получить право на прописку в Москве [2] не легко. Но когда врачебная комиссия признала меня 100% инвалидом, надежда у меня была при условии, если бы моя семья дала обязательство взять меня на иждивение и предоставить жилплощадь. Я тогда, не зная еще истинного положения в семье, обратился к ней с просьбой прислать мне справку. Я ее не мог получить, и мне пришлось на свой риск

 

- 87 -

уехать в Омск. Отсюда я еще два раза пытался уже ходатайством от лично себя, при поддержке местных организаций, получить это разрешение переехать в семью; но ничего из этого не могло выйти, потому что самой то семьи не оказалось (об этом сообщила мне организация, которая поддерживала мое ходатайство). Тогда я (весной 1948) решил в отпуск поехать на месяц, чтобы хоть увидеть Флорочку. На это последовал телеграфный ответ от Инны Вас., что она с девочкой уезжает на рижское взморье и не может мне разрешить свидание с дочерью, потому что это может дурно повлиять на ее нервную систему... Последовавшее за телеграммой последнее письмо И.В. разъяснило мне, что "прежних", т.е. супружеских отношений у нас больше не может быть и что я, "как благородный человек, должен был бы ей давно предоставить свободу".

Теперь, Нина, пред мною и встала эта неразрешимая для меня, совершенно непонятная психологическая загадка: почему она пуще всего так боялась возможности моего возвращения в Москву? (...) ведь я то не собирался помешать ей устроить свою личную жизнь, как ей нравится. Я ей все эти годы писал об этом неоднократно. Ведь я от нее не требовал никаких "прежних" отношений: "супружеские" отношения мне нужны были, как собаке пятая нога; мне нужны были человеческие отношения, а такие я в праве был ожидать от нее. В случае приезда в Москву я ее ничем не стеснял бы, никакой материальной помощи не требовал, даже квартиру я нашел бы помимо нее. А для меня этот переезд был бы сущим спасением тогда, в полном смысле слова: я бы поправил свое здоровье, мог бы работать и от поры до времени видеться с дочкой. Могла Инна Вас. помочь мне в этом? Конечно, могла. Сделала она это? Наоборот, полностью саботировала, только и старалась, чтоб из этого ничего не вышло. "Благородно" это было с ее стороны? Считаю, что совсем наоборот. Фактически мот второй удар, который она нанесла мне весною 1948 г., вызвал у меня не менее сильную психическую травму, чем удар 1938 г. Говорят: "лежачего не бьют". Я уже тогда по состоянию здоровья, будучи связанным по рукам и ногам, был

 

- 88 -

лежачим в полном смысле слова. [3] Был бы я здоровым и мог бы распоряжаться собою, такая жестокость была бы еще понятной: мы тогда были бы на равной ноге. А так - добить лежачего хладнокровно, без всякой надобности, это - сколько бы у нее не было извиняющих ее причин, о которых я знать не могу, - все равно жестоко и никак не свидетельствует о "благородности".

Нина милая, ты не сердись, что я еще раз пишу тебе обо всей этой гадости. Может быть, там, в Москве, все это выглядит не так. Но твое описание свидания с ней так взволновало меня, что я для облегчения должен был еще раз пережить все эти ужасные, адские для меня моменты. Но, повторяю, все это теперь позади, я некоторым образом примирился с неизбежностью своей судьбы и никакой злобы против нее, а тем больше против бабушки, которая всегда хорошо ко мне относилась, не имею. И мое пожелание было бы, если бы ты сохраняла и впредь, и после того, как меня не будет, связь с ними из-за моей любимой Флорочки.

После этого - о бытовых делах. Ты теперь, наверно, уже послала продуктовую посылку. Стеклян. банки прекрасно переносят пересылку, и с этой стороны бояться нечего. Относительно ликера в рецепте написано "можно коньяк", но и всякий другой ликер годится, это не играет роли. То, что тебе придется поехать для отправки в Мытищи, меня несколько беспокоит. Я думал, что послать можно через молочницу, - а это выходит большая лишняя нагрузка для тебя. Прости уж, мне даже неудобно, что причинил тебе эту лишнюю непредвиденную заботу.

Свою рукопись о Байроне я благополучно получил вместе с письмом от 4/ХII. Большое спасибо! Она мне, во-первых, дорога тем, что сокращает чтение книг (биограф, материалы), и, во-вторых, она мне еще дороже тем, что она напоминает самые счастливые дни моей жизни. Я написал эту работу весной 1938 г. за большим письменным столом в своем кабинете, а Флорочка, которой тогда не было и 2-х лет, большей частью сидела у меня на коленях. На столе стояли: передо мною брон-

 

- 89 -

зовая статуэтка Пушкина, а по правой и левой сторонам мраморные статуэтки Гете и Шиллера. Милая Флорочка, которая уже по-детски говорила, строго могла уже различать писателей и говорила: "дядя Пускин" и "Onkel Гети" и "Onkel Силли". Много воспоминаний у меня связано с этой рукописью, но это in.v немного сентиментально, а поэтому лучше не вспоминать.

Уже больше 3-х недель у меня не было высокой температуры (только небольшая по вечерам), и я все это время с величайшим удовольствием работал над подготовкой материалов о Байроне. Кроме нескольких специальных [4] книг о нем, я за это время проработал полное собрание сочинений Белинского. Это - удивительно умный человек с широчайшим кругозором. Во всей мировой литературе нет второго критика, которого можно было бы поставить рядом с ним. Вообще, как это все странно устроено на свете: я бы теперь совершенно иначе написал бы многое в своих книгах. Но когда человек становится мудрым и ему по-настоящему открываются мины науки, ему уже нет возможности, претворить их в жизнь. Так случилось и со мною. Тебе трудно себе представить, сколько я за эти 11 лет передумывал и переделывал все эти написанные и ненаписанные работы, и сколько я за это время прочитал книг!

Нина милая, наступает опять новый, 1950-й год, а за ним и мой день рождения, 51-й год. Как быстро все-таки и несмотря ни на что время летит! Давно ли это было, когда мы с тобою кончали университет, и нам было по 25 лет? А за это время прошла четверть века и вся наша основная, продуктивная часть нашей жизни. Ах, если бы я мог провести этот день вместе с тобою! Не знаю даже, милая, что тебе особенного пожелать к этому дню кроме общих пожеланий, обычных по такому случаю. Я часто думаю о том, что тебе одной будет одиноко и трудно к старости лет. Было бы неплохо, если бы ты могла встретить хорошего друга для остатка жизненного пути. Были у меня до моей последней, безнадежной болезни моменты, когда я, хотя и очень несмело, мечтал о сказочном счастье, если бы судьбе было угодно одарить меня этим счас-

 

- 90 -

тьем. Но туберкулез разрушил безжалостно и эту мечту. Но я по собственному опыту знаю, какая унылая, ненужная становится жизнь, когда ты совершенно один. И поэтому, - ты уж прости меня, милая, мне очень тяжело, - я тебе советую, подумать об этом и в своих жизненных встречах иметь это в виду. Так лучше будет для тебя.

Интервал между вспышками у меня вот-вот кончается. На днях, если не завтра, жду опять повышения температуры. Я это почти всегда чувствую вперед. Поэтому я сегодня весь день пишу тебе и Нине Ильиничне письма; а то опять крепко заболею, и письма не успеют к новому году. Кстати - с фотокарточкой вы правы: ее ни в коем случае нельзя передавать И.В.; она сразу же ее порвет. Ее нужно при удобном случае - когда-нибудь - передать Флорочке в руки. Только так.

Милая, благодарю тебя сердечно за все твои заботы обо мне и о девочке. Желаю тебе все блага, - хорошего здоровья и много счастья в оставшейся жизни - к новому году и ко дню рождения!

Целую тебя крепко, крепко Франц.

18 декабря 1949


36. Н.Ф. Депутатовой36

 

Милая Нина,

Письмо твое от 14/ХII давно пришло, но я не мог тебе раньше написать, потому что с 19 – 28/XII лежал крепко в постели с очередной высокой температурой. Сейчас она снизилась по утрам, после обеда же и вечером у меня, как ежедневно уже несколько месяцев - 37,3-37,7. Вчера и сегодня я до обеда встал на 2 часа, но я не только очень слаб, но вдобавок ко всему у меня назревают 2 больших фурункула (на колене и на животе), которые не дают мне спать. Если человек уж заболел, то все гадости присоединяются, чтобы его совсем доконать.

Извещение на прибытие в Омск обеих посылок я получил уже 26/ХII (вещи, наверно, не поместились в один ящик, и ты

 


36 С. 90. ...2 больших фурункула,.. - Фурункул (лат. furunculus) -гнойное воспаление волосяного мешочка и связанной с ним сальной железы.

С. 91. ...моей Umgebung. - Umgebung - окружение (нем.). В нем. языке слово "Umgebung" женского рода.

...все виды тифа... - Тиф (от греч. typhos - дым, помрачение сознания) - общее назв. нек-рых острых инфекций, сопровождающихся лихорадкой и расстройствами сознания (напр., брюшной тиф, сыпной тиф).

...передвижник поедет с книгами. - В Пушкинском доме инвалидов функционировала передвижная библиотечка, литература для которой доставлялась из Омска.

С. 92. ...до инсульта... - Инсульт (от лат. insulto - скачу, впрыгиваю) - "мозговой удар", острое нарушение мозгового кровообращения (кровоизлияние и др.).

Wir wünschen ein glückseliges Neues Jahr, Gesundheit, langes Leben, Friede und Einigkeit und die ewige Glückseligkeit! - Мы желаем счастливого Нового года, здоровья, долгой жизни, мира и согласия и вечного блаженства! (нем.).

- 91 -

и взяла второй? - так я полагаю). Сегодня пойдет подвода в город за продуктами, и завтра, как раз к новому году, должны мне привезти посылку. Это будет самая большая радость для меня; в этот вечер все люди получают поздравления от родных и знакомых, и я так благодарен тебе, что ты меня не забыла и не оставила!

Нина родненькая, ты спрашиваешь, кто мои соседи в комнате и могут ли они мне помочь, когда я лежу в постели. Видишь, милая, мне трудно дать тебе представление о примитивизме моей Umgebung. Кроме меня, в комнате находятся еще дна больных: 70-летний колхозник с туберкулезом легких приблизительно в моей стадии, с температурой без конца; второй - 55-летний колхозник с параличом левой стороны; кое-как двигается, но все опрокидывает и роняет. Так что на помощь с их стороны рассчитывать не приходится. Я пока даже с 40° температурой всегда поднимаюсь и сам хожу в уборную, которая, к счастью, находится в конце барака, под одной крышей. Так что на улицу выходить не нужно. Спасибо тебе, милая, за твои заботы, но пока утки не надо. Я в жизни часто болел (все виды тифа) и т.д., но даже при самой высокой температуре обходился без чужой помощи. Но это, конечно, все до поры, до времени. Но очень, очень боюсь наступления этого периода в моей болезни, потому что прибегать к чужой помощи (чужих людей) в этих случаях для меня будет психологически очень тяжело.

Нина, ты мне давно ничего не писала о твоем лечении у гомеопата. Помогает тебе его лекарство? Какое у тебя сейчас кровяное давление? Боюсь, что ты опять так увлечешься педагогической работой, что и не заметишь, как к весне голова опять пойдет кругом. [2]

Подготовительная работа о Байроне, понятно, все эти 2 недели лежала без движения. Собрал все книги и упаковал их для отправки в город после нового года, когда наш передвижник поедет с книгами. Написал новый (последний) большой заказ на книги. Надеюсь, что болезнь в первые 2 недели января даст мне возможность поработать по 2 часа до обеда. Толь-

 

- 92 -

ко и живу подсчитыванием дней, когда смогу немножко работать, и когда могут быть письма от тебя. Недавно в коридоре барака поставили старый радиоприемник: слушаю постоянно последние известия и ежедневно погоду в Москве, чтобы я мог знать, не мерзнешь ли ты, когда отправляешься утром на работу.

Одеколона мне пока не нужно. Если случайно на почте увидишь отрывной небольшой календарь, купи мне и позднее, при случае, пришли. Может быть, иногда в киосках увидишь "Литер. газету" - купи мне иногда номер и когда позднее, ближе к весне, пришлешь мне посылочку, завернешь вещи в эти газеты. Я здесь кроме моек. "Правды" и местной омской газеты ничего не вижу.

Когда у тебя будет перерыв в занятиях? Наверно в феврале? Как бы тебе устроить так, чтобы в этом году, к концу занятий, не так устать как в прошлом году? Ведь с этой гипертонией шутить нельзя, а если дело дойдет до инсульта, то уже поздно: кто не умирает при первом ударе, тот все равно уже не работник. Поэтому самое главное, не допустить до этого. Поэтому меня так интересуют результаты от лекарства гомеопата.

Ну, Нина милая, кончаю. Еще раз желаю тебе много, много счастья к новому году! Когда я был маленьким, мы ходили в день нового года к ближайшим родственникам и поздравляли их словами (мать научила): Wir wiinschen ein gliickseliges Neues Jahr, Gesundheit, langes Leben, Friede und Einigkeit und die ewige Gluckseligkeit! С чем поздравляю и тебя!

Целую тебя крепко Франц.

30 декабря 1949


37. Н.Ф. Депутатовой37

 

6 января 1950 Милая Нина,

Письма твои от 20 и 26 декабря получил. Обе посылки прибыли вечером 31/ХII - как раз к сроку. Я был очень тро-

 


37 С. 93. Я болел этой гадостью с 1934 -1944 годов. - В "Истории болезни Ф.П. Шиллера" он указал, что болел холециститом в 1935-1945 гг. (наст, изд., с. 806).

холецистит - острое или хронич. воспаление желчного пузыря.

...отвратительной желтухой. - Желтуха - болезненное состояние, характеризующееся накоплением билирубина в крови и отложением его в тканях с окрашиванием в желтый цвет кожи, слизистых оболочек, склер глаз.

С. 94. ...придать фамилии этой при национальности И.В. и ее дочери серьезное значение. - И.В. Шиллер носила фамилию мужа, будучи русской. Ф.Ф. Шиллер в то время еще не имела паспорта, и определенно говорить о ее национальности не было оснований.

...могла бы до 1946 года... - т.е. до выхода Ф.П. Шиллера из заключения.

С. 95. ...что ей стоило приехать ко мне в 1947 году на неделю в Омск с дочерью... Ведь они сами... неоднократно писали мне об этом... - Как вытекает из писем Ф.П. Шиллера семье, он планировал встретиться с ними летом 1948 г. Осенью 1947 г. он писал жене, что врачи не разрешили бы им встретиться в данный момент, т.к. ему противопоказано сильное волнение. Судя по его письмам, изо всех членов семьи к нему в 1947 г. намеревалась приехать только П.А. Нагорнова. См. письмо Ф.П. Шиллера И.В. Шиллер от 28.10.1947 г. (наст, изд., с. 586).

...не хочу повторить того, о нем я писал тебе в письме от 18/ХII... - См. наст, изд., с. 86-88.

Фамилия моего знаменитого предка... - Речь идет о Фридрихе Шиллере. Помимо данного письма и писем Ф.П. Шиллера И.В. Шиллер от 25.4.1940 г. и 13.6.1940 г. (см. наст, изд., с. 478, 487), он, насколько известно, никогда больше не писал о родстве с Фридрихом Шиллером. Наряду с некоторым внешним сходством, единственным известным основанием в пользу утверждения о их родстве является то обстоятельство, что предки Ф.П. Шиллера, по его данным, происходили из Южного Пфальца, расположенного неподалеку от Марбаха, родного города Фридриха Шиллера.

С. 96. ...от Жуковского, Герцена... - Жуковский Василий Андреевич (1783-1852) - рус. поэт, переводил И.Ф. Шиллера; Герцен Александр Иванович (1812-1870) - рос. революционер, писатель, философ.

...до... сцены Малого театра... - Малый театр России - старейший драм, т-р в Москве, открылся в 1824 г. В театре были поставлены многие произведения Фридриха Шиллера: "Разбойники", "Коварство и любовь" (оба - в 1-й пол. XIX в.), "Орлеанская дева" (1884 г.), "Мария Стюарт" (1886 г.), "Заговор Фиеско в Генуе" (1977 г.) и др.

- 93 -

yут, когда распаковал ящики и везде видел твою заботливую и нежную руку: все вещи носили на себе печать домашнего уюта, заботливой любви. Все продукты пришли в полном порядке. Особенно тронуло меня печенье, которое ты сама пекла... Хорошо ты сделала, что купила вино, а не коньяк: оно прекрасное для аппетита. Сахару и меду мне теперь хватит, по крайней мере, до мая месяца! Огромную тебе благодарность, милая, за все!

У меня фурункулы идут на убыль, но открылась новая беда: уже третью неделю меня мучает очень неприятное расстройство кишечника. Оно временами меня беспокоило уже в больнице. По-видимому, туберкулез перешел уже на кишечник. Ведь сколько ни оберегайся, все же при еде и питье мокрота с бациллами попадает в пищевод: это при туберкулезе легких рано или поздно неизбежно. Следовало бы, конечно, поехать в город на лабораторное исследование, но до мая-июня это невозможно из-за холодной погоды. Досадно это потому, что не могу работать. Только до окончания работы еще очень далеко - я только к марту закончу подготовительную стадию, а писать - это минимум год-полтора.

Нина милая, очень меня расстроило твое сообщение о новой твоей болезни: воспаление желчного пузыря. Я болел этой гадостью с 1934 - 1944 годов. У меня бывало по 5-6 приступов и году. Боли были такие невыносимые, что буквально (особенно по ночам) лез на стены. Первые годы приступы (холецистит) бывают резкие, но не такие долгие по времени. Потом они становятся все затяжнее и сопровождаются отвратительной [2] желтухой. Болезнь становится опасной для жизни только в самой старости. Но она вообще очень неприятная и очень сильно влияет на нервную систему. Я настрадался этой болезнью вдоволь; прошла она от долголетнего безжирового питания. В твоем положении - самое верное средство специальное курортное лечение. Так что советую тебе при первой же возможности советоваться с врачами и поехать на курорт и специальный для этой болезни).

 

- 94 -

Конечно, очень неприятно, что ты, как выражаешься, "подводишь" своих студентов. Но в институте, наверно, нашли на время твоей болезни какую-нибудь замену. Ведь ты же не виновата в этом; это может случиться с каждым человеком.

Очень рад я за Нину Ильиничну, что у нее есть перевод. Передай ей сердечный привет. Только посылки сейчас не нужно высылать. Ближе к весне - в марте - я, может быть, попрошу кило сала (свиного), которое очень рекомендуют при туберкулезе. Остальных продуктов мне хватит до мая. Ты спрашиваешь, можно ли тут достать молоко, яйца, творог. К сожалению - нет. Сейчас молока здесь нигде нет. Оно появится через месяц, в начале февраля, когда у здешних служащих отелятся первые коровы. Тогда я буду брать хотя бы пол-литра молока в день.

Теперь о твоем письме от 26/ХII относительно предложения И.В. Оно меня не волновало, потому что для меня это вопрос даже не существует. Плохо знает меня И.В. Может быть, она меня никогда не понимала, скорее всего, она меня за эти 12 лет так забыла, что даже не может уже понять элементарных принципов моего характера. Когда я женился, я от нее не скрывал своих взглядов на семью и брак. Если она была не согласна с ними, не надо было выйти замуж. Я ее не заставлял принять мою фамилию. Впрочем, я не такой дурак, чтоб всерьез придать фамилии этой при национальности И.В. и ее дочери серьезное значение. Если она в прошедшие годы не играла для [3] нее роли, то теперь тем более. По твоим слова она сама говорит, что этот вопрос для ее личной жизни сейчас беспредметен. И я считаю так. Она сама разрушила семью уже давным-давно, много лет тому назад, своим поведением. Если бы она тогда придавала значение фамилии, - она могла бы до 1946 года свободно, не спрашивая меня, развестись и изменить фамилию. Она этого не сделала, хотя этот поступок в те годы, с чисто внешней стороны, имел бы какое-то оправдание.

Сейчас она ставит вопрос исключительно с точки зрения девочки. Для меня этот вопрос даже не может служить пред-

 

- 95 -

метом дискуссии. У меня отняли все: любимую работу, имя, честь, семью и дочь. Ведь фактически И.В. разрушила не только семью, но отняла у меня Флорочку целиком и полностью: что ей стоило приехать ко мне в 1947 году на неделю в Омск с дочерью, чтобы я мог бы увидеть свою деточку? Ведь они сами, И.В. и сама Флора, неоднократно писали мне об этом, а потом воды набрали в рот. Почему И.В. весною 1948 г., когда я хотел уже поехать на месяц к ним на свидание, не разрешила мне приехать? Ты сама пишешь, что многое можно обсуждать в таких делах только при личном контакте, а не в письмах. Почему же тогда И.В. избегала этого свидания и боялась его как чорт ладана? Она тогда не допустила, чтоб я видел свою единственную дочку, она помешала, противилась этому. Я уже не хочу повторить того, о чем я писал тебе в письме от 18/ХII, с какой бесчеловечностью и хладнокровием она в 1947/48 гг. добила меня окончательно. Повторяю только, что она фактически отняла у меня девочку, не дала свидания, не хочет, чтоб девочка составила себе на всю жизнь сознательное представление о своем отце, - и в этом духе сознательно воспитывает ребенка (полное замалчивание о существовании отца и т.д.). Теперь же она требует последнего: чтобы я не только фактически не существовал бы в качестве отца для Флорочки, но чтоб я добровольно отказался от отцовства перед законом. И.В. хочет, чтобы я ни по закону, ни фактически [4] не существовал больше для своей дочки. Пока я жив - этого не будет. У меня могли отнять все - в этом я был бессилен. И.В. могла разрушить все - в этом я тоже был бессилен. Но когда от меня требуют, чтобы я отказался от самого себя, чтоб я добровольно согласился отречься от своей родной плоти и крови, добровольно согласился дать девочке чужую фамилию и подсунуть ей чужого отца - только для того, чтоб и формально из биографии дочери совершенно изгнать родного отца - это для моих принципов и характера совершенно неделимо. И.В., Нина Ильин., и ты думаете, что я могу своей фамилией повредить будущей карьере девочки. Сомнительно, фамилия моего знаменитого предка, как поэта и драматурга с

 

- 96 -

мировым именем, играла в русской литературе и общественной жизни, в истории русского театра неоценимую роль (начиная от Жуковского, Герцена, Белинского и т.д. вплоть до советской сцены Малого театра). Я успел сделать ничтожно мало, но какую-то каплю и я добавил к великому потоку русской науки. Моя фамилия ничем не опозорена, и я отказался бы от самого себя, если бы добровольно, из-за какой-то временной мещанской расчетливости, позволил бы отнять у своей дочери самое последнее - фамилию отца.

Мне осталось жить уже считанное время - год-два. Что будет с дочерью после моей смерти - в этом я не повинен. Но при моей жизни совершенно бесполезно поднять этот вопрос. Странно, что И.В. этого не хочет понять, и еще более странно, что она до того забыла мой характер, что считала возможным поднять этот вопрос.

Нина милая, я знаю, что И.В. после этого еще ярче будет вытравлять из сознания девочки всякие мысли обо мне; она может в качестве репрессии уничтожить мои рукописи. Пусть. Я много страдал и перенес - перенесу и это. От всего могу отказаться, перенести всякие лишения, но одного не могу: отказаться от самого себя. Таковы мои принципы, таков мой характер. Таким родился, таким жил, таким и помру.

Надеюсь, Нина, что ты не сердишься на это мое письмо. Но я иначе не могу.

Целую тебя крепко Франц.


38. Н.Ф. Депутатовой38

 

Нина милая, родная,

Пишу тебе с большим трудом; уже 2 недели не встаю с постели. Самая последняя, самая тяжелая стадия чахотки, по-видимому, наступила на целый год раньше предполагаемого срока. Вот уже с 8 января тяжелая интоксикация, температура уже не спускается ниже 38°, а то все время 39-40°, а 14 и 15/I стояла двое суток 41,5°. Вспышки активного процесса уже не сменяются относительно спокойными интервалами, а следуют

 


38 С. 97. ...несколько уколов камфары. - Камфора (камфара) - лекарств, вещ-во из группы стимуляторов нервной деятельности.

...повесть Л.Н. Толстого "Смерть Ивана Ильича"... - Толстой Лев Николаевич (1828-1910) - рус. писатель. "Смерть Ивана Ильича" (1884-1886 гг.) относится к поздним произведениям Толстого, которые отличаются вниманием к темам смерти, греха, покаяния и нравств. возрождения.

С. 98. ...из-за письма от 6/1. - См. письмо N° 37.

С. 99. ...когда я осенью 1947 г. приехал сюда голым и босым... и я просил ее прислать что-нибудь из моих старых, личных вещей, она даже не считала нужным ответить мне. - Как следует из сохранившихся писем Ф.П. Шиллера семье, он обращался по этому поводу не к И.В. Шиллер, а к П.А. Нагорновой, а также к дочери Флоре. В 1947-1948 гг. П.А. Нагорнова неоднократно отправляла ему посылки, в т.ч. вещевые.

тарантул - крупный ядовитый паук.

- 97 -

одна за другой. Левая сторона уже не участвует в дыхании, но очень затрудняет его тем, что заполняет все бронхи. Распад легочной ткани идет очень быстрыми темпами, так что в сутки откашливаю свыше 200 грамм мокроты. Скверны дела, Нина, очень скверны. Только и есть что температура, пот, жуткая слабость, кашель, мокрота, боли в легких, полное отсутствие аппетита. За эти 2 недели только и живу теми продуктами, которые ты прислала мне на новый год: то ложечку меду, то варенья, то портвейна. Все противно кругом, противно и самому себе, - особенно пот, кашель и мокрота. Две ночи, когда была очень высокая температура, мне сделали несколько уколов камфары. Никто не думал, что я при своем отработанном сердце переживу эту температуру. Теперь мне можно пожелать только одно: чтоб не долго мучиться, а скорее помереть. Здесь умер муж одной из наших работниц от чахотки: у него эта последняя стадия длилась целых 11 месяцев. Хотелось бы, чтобы я меньше мучился.

Когда я раньше читал повесть Л.Н. Толстого "Смерть Ивана Ильича" я всегда сомневался, чтобы даже при самой безнадежной болезни человек может радоваться наступлению смерти. Теперь я в этом сам убедился: смерть является освободительницей и спасительницей, и я ее этот раз искренне желал. До сих пор я мог хотя бы еще читать книги, а иногда и немного поработать над Байроном. Теперь и эта маленькая радость отпадает. Зачем же тогда жить? И себе и другим в тягость? Ведь это отвратительно и совершенно бесполезно. (Кстати, если ты давно не перечитывала повести Толстого, советую ее читать: она очень правдива и по глубине общечеловеческих чувств относится к самым ярким документам мировой литературы).

Судя по твоему последнему письму от 6/I ты, бедняжка, все еще [2] страдаешь от припадков желчного пузыря. Сочувствую тебе, родная, всей душой, ибо сам испытал все прелести этой болезни. Надеюсь, однако, что она теперь отпустила тебя приблизительно на полгода. Очень прошу тебя, милую, иметь эту болезнь в виду летом, при выборе курорта на отпуск. У те-

 

- 98 -

бя этих болезней тоже накапливается уже полдюжины... Держи их покамест на приличном расстоянии от себя и не давай им завладеть собою, как это случилось у меня.

Нина милая, я все еще боюсь, что ты рассердилась на меня из-за письма от 6Л. Поверь мне, что если бы ты сама не присоединилась к предложению И.В., я бы на него и не ответил. Конечно, другой бы на моем месте данным давно проучил бы ее этим разводом! Я этого не делал до сих пор только из за девочки: такие семейные скандалы глубоко, на всю жизнь, как травма врезаются в психологию детей, а я бы этого не хотел для Флорочки. Ты сама, Нина, подумай: ведь так идиллически оформить развод, как это со своим (...) умом представляет себе И.В., можно только по обоюдному согласию. А откуда оно у нас может быть? Если я подам заявление на развод, то буду мотивировать его совсем не теми мотивами, которые подсказывает мне И.В.. Я буду мотивировать (...) ее отказом уже в течение 3-х лет выехать на местожительство мужа. Как там ни вертись, а виновной стороной будет признана она, и девочка останется с моей фамилией. Кроме того, я предъявил бы ей имущественный иск, и всё разделили бы по суду поровну. Теперь представь себе, какое впечатление оставил бы весь этот скандал на девочке! Нет, уж лучше помру так, без этого семейного скандала. Я никогда не был сторонником мелодраматических сцен, да и отомщения, - насколько оно в данном случае ни необходимо, - никогда не искал. Только ради девочки я все эти годы оставил все по-старому, и так и помру, если она оставит меня в покое.

Конечно, тяжело видеть кругом, как к знакомым с Дальнего Востока, приехавшим со мною, со всех концов России съехались их простые, скромные жены с детьми, как они все устроились на работе и теперь [3] живут как все люди. А моя (...) "интеллигентная" дама (...) не могла даже приехать на неделю в Омск. Москва навряд ли что-нибудь потеряла от ее выезда, а тут в пединституте нет ни одного человека, кроме серых преподавателей средней школы (в качестве преподавателей вуза). В Омске она была бы уже давно профессором. Но

 

- 99 -

Бог с ней! Мне только не хочется никаких воспоминаний о ней, ни от нее непосредственно, ни от других. Помню, что когда я осенью 1947 г. приехал сюда голым и босым, в тряпках, и я просил ее прислать что-нибудь из моих старых, личных вещей, она даже не считала нужным ответить мне. Каждая мысль, которая воскрешает в памяти такие моменты, становятся похожими на прикосновение к чему-то гадкому, становятся похожими на то, что у тебя по голой спине бегает тарантул. Пусть она (...) выжидает мою смерть, но пусть она не отравляет моих последних месяцев своими назойливыми напоминаниями о себе; пусть она оставит меня в покое, больше ничего не хочу от нее.

Серо, очень серо стало около меня. Хоть если бы мог читать! Может быть со временем слабость и температура позволят мне хоть иногда на полчасика читать. Хотя сомнительно, так как время приближается к весне, очень нехорошей для чахоточных. Но что поделаешь! Существование нужно взять таким, каким оно тебе дается. Все, что зависело от меня, я сделал. А дальнейшее сверх моих сил.

Единственное мое пожелание, милая, что ты выздоровела и приступила к работе. Прости, я очень устал, на тумбочке писать очень неудобно. Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Целую тебя крепко, крепко

Франц.

22 января 1950


39. Н.Ф. Депутатовой39

 

Милая, родная Нина,

Положение мое очень тяжелое. Уже четвертую неделю интоксикация непрерывная, температура постоянно высокая (не ниже 38°, а временами до 41,5°), аппетита никакого нет. Постоянные сильные боли в лобной части головы и во всем организме (от токсина), особенно же в обоих легких. С постели я давно уже не могу вставать; пишу тебе, прислоняясь к по-

 


39 Письмо написано карандашом.

- 100 -

душкам, на тумбочке. И то мне тяжело, потому что я ослаб до невозможного.

Думал я переехать в основную городскую туберкулезную больницу, чтобы там закончить свой жизненный путь. Но ведь все равно, где умереть - тут или там. Правда, в больнице было бы лучше с уходом за тяжело больным (здесь в этом отношении очень плохо), но я боюсь простуды при переезде зимою.

Знаешь Нина, о чем я хочу тебя просить: здесь у служащих с 10-15-го февраля будет свежее молоко (правда, оно зимою дорогое - 5 р. литр), и если у тебя есть материальная возможность, вышли мне 100 р. на молоко. Это - единственный продукт питания, который мне никогда не надоедает. Если я уеду в больницу или меня не будет, то перешлют деньги обратно.

Хотелось бы мне еще многое писать, милая [2] Нина, - ибо кроме тебя у меня больше ничего нет, - но я слишком слаб, голова кружится. Надеюсь, что ты выздоровела от печени.

Целую тебя крепко, крепко

29 января 1950

Франц.


40. Н.Ф. Депутатовой40

 

2 февраля 1950

Милая Нина,

Так как я с каждым днем все больше и больше слабею и боюсь, что скоро я уже не смогу держать ручку, то я эти дни использую, чтобы тебе и Нине Ильиничне написать, может быть, последние обстоятельные письма.

Письмо твое от 18 января получил. Что И.В. все же подала в суд на развод (...). Дело не во мне. Я перенес и не такие вещи. Но дело в девочке. Считаясь с близостью моей смерти, я во что бы то ни было хотел избавить мою любимую деточку от этой психологической травмы на всю жизнь. Я не хотел умереть с сознанием, что я оставляю ребенка от разведенных родителей. Как бы там (...) голова И.В. не рассуждала, но если Флорочка унаследовала от меня хоть искру ума, она будет страдать от этого всю жизнь.

 


40 С. 101. ...отвечу суду в том духе, в котором я тебе написал в письме от 23 января. - Речь идет о письме Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 22.1.1950 г. (см. наст, изд., с. 98).

...девочка едет на Рижское взморье с матерью. ей было

12 лет... - Речь идет о поездке И.В. Шиллер и Ф.Ф. Шиллер летом 1947 г., когда дочери было 11 лет. См. письмо автора И.В. Шиллер и Ф.Ф. Шиллер от 8.10.1947 г. (наст, изд., с. 580). В 1948 г. Ф.Ф. Шиллер с матерью на взморье не ездили.

С. 102. ...в третьей песне "Чайльд-Гарольда"... - "Паломничество Чайльд Гарольда" (1812-1818 гг.) - поэма Дж. Байрона.

С. 103. ...в архиве 2 МГУ... лежит моя метрическая выпись 1913 года. - Метрическая выписка № 40, выданная в Тонкошуровке 15.8.1913 г., подписанная католическим священником Петером Вейгелем и скрепленная церковной печатью, свидетельствует, что в метрической книге о крещенных Тонкошуровской римско-католической церкви за 1898 г. под № 8 содержится запись о днях рождения и крещения Ф.П. Шиллера, крестившем его священнике, родителях и восприемниках. Выписка была выдана, видимо, для поступления Шиллера в приготовительное училище при Саратовской католической семинарии.

- 101 -

Нина, я только прошу тебя после этого порвать с И.В. всякие отношения. Во-первых, тебе как добропорядочной женщине не подобает быть знакомой с такой (...) особой, а, во-вторых, она ведь считает меня и тебя за наше происхождение людьми третьего сорта, и тебе надо иметь гордость отклонить знакомство с такой (...). Поэтому я прошу тебя ни в коем случае не звонить к ней и не просить, чтобы она в связи с ухудшением и безнадежностью моей болезни не подала в суд или взяла бы заявление обратно. Не нужно этого делать. Если извещение от суда застанет меня еще в живых и я смогу еще держать ручку, то я отвечу суду в том духе, в котором я тебе написал в письме от 23 января. Если же нет, то пусть все пойдет своей дорогой, я тут больше ни причем.

В сегодняшнем письме я хочу тебя особенно просить следить в дальнейшем за судьбой Флорочки и в случае нужды (мало что бьюает в жизни) помогать ей всегда советом. Ведь ясно, что девочка воспитывается не так, как надо. Ты вот сама подумай: девочка едет на Рижское взморье с матерью; она знает (так как тогда Флорочка мне еще писала), что родной отец живет больной в Омске. Мать же тут на все флиртует на глазax дочери (ей было 12 лет) с чужим женатым мужчиной (...). После приезда домой мать переселяет бабушку из ее изолированной комнаты в столовую и кабинет, а сама переезжает в комнату бабушки (...). Неужели ты думаешь, что девушка всего этого не понимает? Даже дети 5-6-летнего возраста это прекрасно понимают, не то что в возрасте Флорочки. Какие после этого у девочки могут сложиться понятия о безнравственности или нравственности? Бедная дочка! [2] Не так я мечтал воспитывать свою дочь. Я хотел ей дать крепкие моральные устои, цельное мировоззрение, принципиальное отношение ко всем важнейшим вопросам жизни, а в нравственном отношении чтобы она выросла незапятнанной как чистая лилия. Только в таком случае она могла бы противостоять всяким, неизбежным в жизни пакостям. Ведь человек в своей жизни не может избегать в потоке ежедневного множества грязи: это неминуемо. Но вопрос в том, как

 

- 102 -

относиться к этой грязи: одни с великим удовольствием купаются в ней, ищут ее где поглубже, другие стараются по возможности обходить эти лужи. Если же их обходить никак нельзя, то порядочный человек поднимет подол своего платья, чтобы поменьше пачкаться грязью; другие, наоборот, плавают в этом потоке и радуются. Так вот, я и хотел, чтоб моя дочка была бы воспитана в высшей степени нравственно, чисто, порядочной во всех отношениях. К сожалению, И.В. этого сделать не может и не хочет - у нее на уме совсем другие мысли. Вы никогда не верьте ее словам, она всегда носит маску.

Единственная моя надежда на Флорочку, - надежда на то, что она, может быть, все же унаследовала в какой-то мере мой характер. Если это так, то она рано или поздно эманципируется от матери, пойдет своей дорогой и в своих понятиях придет к отцу. В этом отношении хорошим примером может послужить дочь Байрона, Ада. Байрон был насильно оторван от своей дочки, когда ей было всего несколько месяцев, и больше ее не увидел. Разведенная мать воспитывала Аду против отца. И тем не менее, когда Ада выросла и стала самостоятельной, она почитала отца выше всего и по ее желанию даже похоронена рядом с ним. Байрон как бы предвидел это развитие дочери, когда он в третьей песне "Чайльд-Гарольда" обращается к ней (конец III песни):

Тебя не видеть - осужден судьбою,

Но всех других сильней любовь отца.

…………………………………………

Вражду ко мне пусть в долг тебе вменяют,

Любить меня тебе предрешено;

Пусть, как проклятье, имя устраняют,

Как тени прав, утраченных давно,

Могила разлучит нас - все равно!

Хотя б всю кровь мою извлечь хотели

Из жил твоих и удалось оно,

Они и тут бы не достигли цели:

Отнять бы .жизнь твою, но не любовь успели. [3]

Дитя любви, ты рождено в страданье

 

- 103 -

И вскормлено в борьбе; мои черты,

Их от меня наследуешь и ты,

Но только будут все твои мечтанья

Возвышенней, и чище - блеск огня.

Это завещание Байрона своей Аде пусть будет и моим завещанием моей любимой деточке Флоре. И пусть она будет такой же верной дочерью своего отца, какой Ада была для Байрона (пусть великий поэт простит меня, но я хочу только подчеркнуть, что в отношении личной нравственности он был 100% противоположностью по отношению ко мне).

3 февраля

Изнервничался я вчера и устал. Сегодня дописываю твое письмо и письмо Нине Ильиничне, т.к. сегодня отходит (вечером) подвода в город.

Документы о работе я все упакую, вместе с выписками для работы о Байроне, и скажу, когда время наступит, чтобы их послали тебе по почте. Может быть, когда-нибудь в жизни дочке понадобится, кто был ее родной отец. Имей еще в виду, Нина, что в архиве 2 МГУ, педфак, выпуск 1925 г. лежит моя метрическая выпись 1913 года.

Так, это, кажется, относительно Флорочки пока все.

—————

Положение мое пока прежнее. Вот уже скоро месяц, как эта непрерывная вспышка неистовствует в груди. Страдания жуткие; что-то оборвалось в легких. В городскую больницу, наверно, не поеду. Бесполезно. Еще больше будет страданий от поездки, простуды.

Нина милая, буду тебе посылать еженедельно краткие письма с отчетом о моем состоянии. Время для меня наступает нехорошее - весна. Особенно нехорошие для туберкулезников март и апрель.

Очень рад, что у тебя со здоровьем несколько лучше. Желаю тебе много, много счастья! Целую тебя крепко, крепко

Франц.

 

- 104 -

41. Н.Ф. Депутатовой41

 

10 февр. 1950

Милая Нина,

Письмо твое от 30/I вчера получил. Состояние мое все еще тяжелое. Шум в груди такой, как будто там сильная буря на Черном море при девятом вале. Уже больше месяца стоит высокая температура, и я ослаб до невозможности. Вчера и сегодня у меня 37,7 - может быть, в дальнейшем температура на некоторое время пойдет на некоторое снижение. Так, судя по ходу болезни, я предполагаю, что будет передышка в температуре на 2-3 недели.

Аппетита по-прежнему нет. Черный хлеб, овсяную кашу и картошку я и видеть не могу. 7/II у одного рабочего тут отелилась корова; с завтрашнего дня буду брать у него молоко.

Январские номера "Лит. газеты" жду с нетерпением: ведь так скучно все время лежать в постели, а читать нечего. Ты пишешь относительно книг. Высылать мне их не надо, но если тебе нетрудно, узнай, вышел ли, наконец, курс новой зап.-европ. литературы, который еще в 1948 г. должны были издать ленинградские профессора В.М. Жирмунский, A.A. Смирнов, Алексеев и Мокульский. (Курс средних веков и эпохи Возрождения этих же авторов вышел в 1947 г., я его читал; но меня интересует именно курс 17-20 веков, который должен был заменить мой курс. Ведь до сих пор студенты все сдают экзамены по моему курсу, - как это ни кажется парадоксальным!)

Очень я жалею тебя, бедняжку, что тебе приходится конспектировать книги Мещанинова. Это такая сухая, бездушная писанина, такая сухая схоластика, что право не знаю, что из нее остается в голове. Гегель когда-то говорил, что только один из его учеников его понял, и то ... неправильно. То же мог бы сказать Марр о своем ученике. Но ничего не поделаешь, раз это вам надо изучить, так надо.

Очень тронут воспоминанием о Милице, Нине Голов, и Катуше. Передай им при случае мой привет. Кстати, от чего умер Максим Владимирович? Я так и не знаю до сих пор.

 


41 С. 104. ...при девятом вале. - Девятый вал, по старинному нар. поверью, самая сильная и опасная волна во время морской бури.

...вышел ли... курс новой зап.-европ. литературы, который... должны были издать ленинградские профессора В.М. Жирмунский, A.A. Смирнов, Алексеев и Мокульский. - Жирмунский Виктор Максимович (1891-1971) - языковед, литературовед, филолог, акад. АН СССР (с 1966 г.; чл.-корр. АН с 1939 г.); Смирнов Александр Александрович (1883-1962) - литературовед-медиевист, переводчик, проф.; Алексеев Михаил Павлович (1896-1981) - литературовед, акад. АН СССР (с 1958 г.; чл.-корр. АН с 1946 г.); Мокульский Стефан Стефанович (1896-1960) - театровед, литературовед, критик, проф. (с 1937 г.). Упомянутое издание из печати не выходило.

Курс средних веков и эпохи Возрождения этих же авторов... -Речь идет о книге: История западно-европейской литературы. Раннее Средневековье и Возрождение. Под общ. ред. В.М. Жирмунского. М., 1947.

...тебе приходится конспектировать книги Мещанинова. -Мещанинов Иван Иванович (1883-1967) - языковед, археолог, этнограф, акад. АН СССР (с 1932 г.), ученик Н.Я. Марра. Н.Ф. Депутатова конспектировала Мещанинова, видимо, в связи с широкомасштабной идеологической кампанией - "дискуссией о языкознании" 1950 года, в которой он был одним из основных действующих лиц.

Гегель Георг Вильгельм Фридрих (1770-1831) - нем. философ.

Марр Николай Яковлевич (1864/65-1934) - востоковед и лингвист, акад. АН СССР (с 1925 г.; акад. Петербург. АН с 1909 г.; акад. РАН с 1917 г.), вице-президент АН СССР (1930-1934 гг.).

...о Милице, Нине Голов. и Катуше. - Имеются в виду М. Сергиевская, Н. Головина и, видимо, Е. Ефимкина - товарищи автора и Н.Ф. Депутатовой по 2-му МГУ.

...от чего умер Максим Владимирович? - М.В. Сергиевский умер от кровоизлияния в мозг. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 10.3.1950 г. (наст. изд., с. 108).

- 105 -

Желаю тебе много успеха у гомеопата!

Целую тебя крепко

Франц.


42. Н.Ф. Депутатовой42

 

17 февр. 1950 Нина милая, родная,

Получил твое хорошее письмо от 2/II. Очень тебе благодарен, а также Нине Ильин, (ее письмо от 5/II тоже пришло) за искреннее сочувствие в моей беде. Когда знаешь, что на свете есть дорогие друзья, которые помнят о тебе, то психологически это очень много значит для больного человека.

Начиная с 9/II, температура у меня в среднем: утром 37,1, а вечером 37,7. Боли в груди такие же, но общее самочувствие несколько лучше. С аппетитом все еще плохо, да его, собственно говоря, уже больше года нет. Посылать мне сейчас ничего не надо. Сахар у меня еще есть, а, начиная с 11/II, я ежедневно покупаю литр молока. Больше мне ничего не надо. Если у тебя, Нина, есть немного свободных денег в будущем, то мне ведь на одно молоко нужно в месяц около 100 рублей. Спасибо тебе, если ты сможешь мне обеспечить молоко. Это для меня - основное для питания, остальное все не важно.

Очень трогательно, что ты пишешь об уходе за мною. Но пока никакой женщины не нужно, да это тут и не разрешается, так как моя болезнь ведь инфекционная. Я хоть лежу еще крепко в постели из-за крайней слабости, но как только температура понизилась, я уже опять самостоятельный больной.

Больше всего угнетает эта невозможность заниматься чем-нибудь. Настроение, конечно, подавленное. Лермонтов как будто предвидел мое положение, когда он писал:

Без сожаленья, без печали

Смотреть на землю станешь ты,

Где нет ни истинного счастья,

Где нет ни вечной красоты.

 


42 С. 105. Лермонтов Михаил Юрьевич (1814-1841), рус. поэт.

Без сожаленья... - Неточная цитата из поэмы "Демон" (закончена в 1839 г.): "Без сожаленья, без участья / Смотреть на землю станешь ты, / Где нет ни истинного счастья, / Ни долговечной красоты..."

- 106 -

Какое то вечное безразличие ко всему, по-видимому, вообще характерно для чахоточных больных. Эта болезнь еще меньше мне по духу, чем гипертоническая. Но ничего не поделаешь.

Целую тебя крепко, милую Нину

Твой Франц.


43. Н.Ф. Депутатовой43

 

24 февр. 1950

Нина, родная, милая,

Получил я уже несколько дней тому назад экземпляры "Литературной газеты" и календарь. Пришло также извещение на 100 рублей денег, но когда их дадут, неизвестно. Пушкинская почта очень маленькая, и у них никогда нет денег. Когда будешь следующий раз посылать, спроси на почте, нельзя ли деньги посылать денежным письмом (т.е. просто вложить деньги и на конверте объявить сумму; это было бы для меня удобнее. Но если сейчас этого нет, то придется посылать переводом). Сердечную тебе благодарность, милая, за все!

Здоровье мое по-прежнему плохое, да лучшего, конечно, и ожидать нечего. Состояние до 8/1 уже больше не вернется. Температура все стоит еще средняя. Но кашель и боли в груди невыносимые. Характерно, что сразу же, когда высокая температура у меня упала, повысилось кровяное давление. И сейчас ко всему прибавились еще и головные боли. Тем не менее, я в последние дни до обеда встаю на час и хожу немного по комнате. В остальное время я с большими перерывами читаю в постели. С ужасом думаю, что наверно скоро опять повысится температура.

У нас тут за последнюю неделю умерло два человека от гипертонии (кровоизлияние в мозг). В школе, где я работал в 1947 [2] умерла учительница от чахотки, а другой учитель заболел ей. Когда я там был, оба были еще вполне здоровы. Странная и ничтожная все-таки вещь - наша жизнь.

 


43 Письмо написано карандашом.

С. 106. ...нельзя ли деньги посылать денежным письмом... - Такой формы денежных переводов в СССР не существовало.

Состояние да 8/1... - 8.1.1950 г. состояние Ф.П. Шиллера резко ухудшилось. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 22.1.1950 г. (наст. изд., с. 96-97).

- 107 -

Боюсь, что тебе будет плохо во II семестре. Слишком переоцениваешь свои силы. Ведь я же помню, организм у тебя слабый, а тут еще все эти переживания с Василием. Побольше оставайся дома на бюллетене. Как твои успехи с гомеопатом?

Ляля ваша, по-видимому, молодчина, раз она так хорошо учится. Честь ей и слава! Жаль только, она наверно унаследовала от Оли слабую конституцию.

Нине Ильиничне передай сердечный привет!

Целую тебя крепко

Франц.


44 Н.Ф. Депутатовой44

 

3 марта 1950

Милая Нина,

Третий день лежу опять крепко. Температура пока до 38,8°. В последние дни я до обеда вставал и ходил по комнате час-два. Все слабею и слабею. Аппетита совершенно нет. Я живу исключительно на добавочном питании: 3 ложки рыбьего жира (50 гр.), 3 кружки молока (всего литр) и 60 гр. сахару в день. Из общего питания я кушаю иногда только ложку-две каши.

Сто рублей я на днях после скандала с почтой получил. Заплатил за молоко. Нужно заказать в городе рыбий жир, да никому нет охоты возиться с бутылками. Придется обождать, когда поедет кто-нибудь из знакомых.

Нина родная, милая, то что ты в письме от 13/II пишешь о жизни и смерти, меня очень и очень обрадовало. Я всю жизнь был твердо в этом убежден и, откровенно говоря, [2] о тебе был такого же мнения. Да и было бы странно, если бы мы с тобою не одинаково думали об этом. Самый мучительный вопрос для меня, что дочка моя будет совсем другая. Но я тут ничего не могу делать.

Наконец сильные сибирские морозы немного стихли. Сейчас стоит теплая погода. Но сырость действует на меня не лучше, чем мороз.

 


44 Письмо написано карандашом.

С. 107. Сто рублей... после скандала с почтой получил. -См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 24.2.1950 г. (наст.  изд., с. 106).

- 108 -

От Нины Ильиничны получил открытку, от 19/II. Очень был тронут ее вниманием. Передай ей благодарность и сердечный привет.

Пиши о своем здоровье, о своих заботах и жизни. Как живет Оля? Где сейчас работает Милица Александровна? Меня интересует, может быть? она преподает в МГУ, и тогда я мог бы узнать через нее о некоторых знакомых.

Крепко тебя целую

Франц.


45. Н.Ф. Депутатовой45

 

10 марта 1950

Нина милая, родная

Пишу тебе сегодня только несколько строк, - что я еще жив. Температура очень высокая, страдания такие, что слов нет для описания. Да ты сама можешь себе представить мое положение. Не знаю, только ли еще температура будет такая высокая. Сейчас болезнь уже не придерживается никаких законов. Уже 10 дней я пью только несколько глотков молока в день. Есть решительно ничего не могу. Это уже характерная черта для этой болезни.

Глубоко я переживал твое описание смерти Максима Владим. в твоем последнем письме. Хоть одно хорошо, - что он мало страдал. Когда у меня в 1947 г. было кровоизлияние в мозг, я даже не почувствовал, как смерть подступала. [2]

Жаль, что я тогда не умер; мне не пришлось бы переносить все эти кошмарные физические и моральные страдания. Но ничего не сделаешь. Это от нас не зависит.

Из всех моек, знакомых профессоров М. Вл. был мне ближе всех. Нам ведь много лет приходилось совместно работать в разных ученых комитетах и комиссиях. Шли мы всегда вместе, ни одного разногласия между нами не было. Он был очень доброжелательный, умный, справедливый, очень работоспособный и прекрасный человек. Мне в жизни приходилось мало встречать таких людей, как он. Очень рад, что его смерть

 


45 Письмо написано карандашом.

С. 108. только ли - долго ли.

- 109 -

устранила ту преграду, которая стояла между его первой и второй семьями.

Ты прости меня, Нина, что пишу карандашом. Мне в постели трудно писать ручкой. Надеюсь, что у тебя с здоровьем пока еще сносно. Часто думаю о том, что к концу учебного года не выдержишь и заболеешь. Через силы не работай!

Сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко, крепко тебя целую, родную

Франц.


46. Н.Ф. Депутатовой46

 

17 марта 1950 Милая Нина,

Все лежу крепко в постели. Температура держится в пределах 38°-39°; навряд ли она будет снижаться. Сегодня уже 7-й день сильного кровохарканья, с неприятными физическими болями в груди, особенно под лопатками. Аппетит до того абсолютно исчез, что с большим напряжением, насильно выпиваю немного молока. Туберкулез очень противная болезнь: жизнь изо дня в день уходит по граммам. До чего я завидую Василию Никитичу и Максиму Влад., что им посчастливилось так быстро разделаться со смертью! У меня же уже 12 лет сплошной кошмар мучений и страданий.

Нина родная, получил я извещение на 100 руб. и февральские №№ "Лит. газеты". Сердечное тебе спасибо! Я сейчас уже не читаю книг, а газеты понемногу просматриваю с удовольствием. С рыбьим жиром у меня получилась неудача: заказал кгр. в аптеке за 35 р., а мне привезли вместо чистого жира какую-то мутную грязь, которая даже не годится для смазки обуви. Беда, когда сам уже не можешь двигаться; на других нельзя полагаться.

Мне кажется, что давно не было письма от тебя. А, может быть, и было, но у меня уже такая плохая память, что все забываю. Особенно страшны ночи. Не хватает воздуха, всегда »сильные боли в легких. Интоксикация уже постоянная, а от

 


46 Письмо написано карандашом.

С. 110. Нина родная... - Вместо "Нина" Ф.П. Шиллер ошибочно написал "Инна" - имя своей бывшей жены.

- 110 -

нея весь организм [2] болит, как отравленный ядом. Нина, ты постоянно, два раза в году, контролируй через рентген свои легкие, а также вашей Ляли. Не дай Бог вам заболеть этой гадостью! А в начале заболевания можно еще помочь.

Сейчас, наверно, у тебя самый разгар занятий в Институте. У тебя есть уже предположение относительно лета? Ляля ваша, судя по ее специальности, поедет, по-видимому, в геологическую экскурсию или экспедицию. А ты остановилась уже на выборе санатория? Кроме того, тебе же ведь нужно сделать ремонт квартиры. Но сделай это так, чтоб он не помешал твоему летнему отдыху, в котором ты, наверно, нуждаешься больше, чем когда-либо.

В Москве теперь, полагаю, очень тепло. Здесь мороз еще стоит, но все же уже значительно меньше, чем в январе-феврале. А днем солнышко уже подогревает окошко. Весна опять медленно надвигается...

Передай сердечный привет Нине Ильиничне.

Нина родная, миленькая, целую тебя крепко, крепко

Франц.


47. Н.Ф. Депутатовой47

 

24 марта 1950

Милая, родная Нина,

Письмо твое от 7/III получил. Бедняжка, представляю себе, сколько переживаний у тебя вызвала опять внезапная смерть академика Лузина. Я хорошо помню, что он был большим другом Василия Никитича. Я еще до получения твоего письма читал объявление о его смерти в "Известиях" ("Правду" мы сейчас не получаем). Ты не можешь мне объяснить, почему о Лузине поместили только такую сухую, чисто канцелярскую заметку - объявление в газете? Ведь он был, насколько мне помнится, видным математиком. Или его в Академии недолюбливали?

Состояние мое по-прежнему плачевное, да другим оно уже и не может быть. Десять дней подряд шло сильное кровохар-

 


47 С. 110. ...академика Лузина. - Лузин Николай Николаевич (1883-1950) - математик, акад. АН СССР (с 1929 г.; член-корр. АН с 1927 г.).

...почему о Лузине поместили только такую сухую... заметку... - Советские власти считали H.H. Лузина политически неблагонадежным.

Ведь он был... видным математиком. - H.H. Лузин был одним из крупнейших советских математиков, основателем науч. школы по теории функций.

С. 111. ...шпику (свиного сала). - Шпик (шпиг) (польск. szpik) -подкожное свиное сало, равномерно просоленное в кусках.

...в большой академической библиотеке (Ленинской, или бывш. Ком. академии и т.п.). - Ныне соответственно Рос. гос. биб-ка (в 1925-1992 гг. - Гос. биб-ка СССР им. В.И. Ленина) и биб-ка ИНИОН (Институт научной информации по общественным наукам).

С. 112. ...как зовут Вашу Лялю по-настоящему? - Имя племянницы Н.Ф. Депутатовой - Елена.

- 111 -

канье, дня три тому назад оно прекратилось. Потерял много крови. От постоянной повышенной температуры, выделения обильного пота и потери крови тело до того изнурилось, что лицо, и вообще общий облик человека деформируется. Сам становишься противным самому себе. Но ведь ничего нельзя сделать, болезнь эта имеет свои законы и порядки, и нам приходится только подчиняться и ждать конец.

Деньги (100 рубл.), высланные тобою 3/III, я уже получил на руки. После скандала теперь, по-видимому, будут платить более аккуратно на почте. Нина милая, у меня опять просьба к тебе, которая даст тебе новое обременение. Беда в том, что у меня кончается сахар, а я тут при своей стопроцентной неподвижности не могу его достать. Это надо ехать в город и там ждать случая. Так что, если тебе в ближайшие 2-3 недели будет свободный день, чтобы съездить в Мытищи, [2] я очень просил бы тебя, заготовить небольшую посылку со следующим содержанием: 3 кгр. сахару (рафинад, как ты всегда посылала) и 1 кгр. шпику (свиного сала). Дело в том, что у меня сейчас никаких жиров нет, а они необходимы. С рыбьим жиром вышла неудача, да скоро его и нельзя будет пить из-за расстройства (его дают больным только зимою). И больше ничего не надо. Нина родная, ты не сердись, я прекрасно знаю, как это тяжело при твоей перегруженности отправить мне эту посылочку, но ведь ты у меня одна, больше нет ни души всем этом холодном свете. Не спеши и выбери такой день, когда это будет возможно.

У нас тут в Сибири в этом году что-то рано потеплело. Сегодня днем уже + 5°. Но ужасная сырость. Все болеют гриппом. Кажется, только я не болею, потому что температура постоянно гриппозная и ее нельзя различать. Ты видишь, что сегодня даже расхрабрился и написал письмо чернилами. Будет время, позвони Нине Ильиничне и передай ей сердечный привет! Скажи, или лучше спроси ее, нет ли у нее хорошей знакомой, работающей в большой академической библиотеке (Ленинской, или бывш. Ком. академии и т.п.). Если есть, то я напишу ей относительно одной литературной справки (т.е. напишу то я Нине Ильиничне).

 

- 112 -

Нина, сестренка ты моя родная, думаю я о тебе днем и ночью. Я только и живу мыслями о тебе. Целую я тебя крепко, крепко Франц.

P.S. Что это за выражение "Ляля"? Здесь оно совершенно неизвестно. Ведь не имя же это? Я подразумеваю, что это какое-нибудь московское сезонное выражение для девочки или девушки (дочки) вообще. Так ли это? Но тогда - как зовут вашу Лялю по-настоящему?


48. Н.Ф. Депутатовой48

 

31 марта 1950

Милая, родная Нина,

Много раз сегодня перечитывал твое милое и грустное письмо от 18 марта. Конечно, ты права, с одной стороны огромное несчастье для нас, что мы в жизни прошли мимо друг друга; но я убежден, что это произошло только потому, чтобы тебе не пришлось так бесчеловечно много страдать, как мне. А это было бы неизбежно. Так хоть есть та относительная радость, что ты в основном прожила свою жизнь спокойно и счастливо.

Спасибо за деньги. Впредь посылай только сто рублей в месяц по почте. Теперь они стали аккуратнее выплачивать. Посылку, милая, ты пришли мне только ту, о которой я тебе писал в последнем письме (сахар). Икра, варенье мне не нужно, когда есть молоко. Теперь и курочки начали нести.

Последнюю неделю я прожил относительно спокойнее. Температура еще немного снизилась. Появился небольшой аппетит. До обеда встаю на час-два и прохаживаюсь по комнате. Распаковал опять уложенные тетради с Байроном. Хочу немного думать о любимом поэте, и когда в голову лезет какая-нибудь мысль, записываю карандашом в черновые тетради. Уж очень хотелось бы Флорочке и тебе на память оставить несколько глав о Байроне...

Не проходит ни один час, милая, чтобы я не думал о тебе. [2] Откровенно говоря, я боюсь, что опять скоро свалишься

 


48 С. 113. вербное воскресенье - один из осн. христианских праздников (день входа Христа в Иерусалим), отмечается за неделю до Пасхи.

...приобрел... яиц - буду их кушать на Пасху... - Пасха (греч. päscha, от древнеевр. песах - происхождение) - в христианстве праздник Воскресения Христа, отмечается в первое воскресенье после весеннего равноденствия и полнолуния. На Пасху принято есть крашеные яйца.

- 113 -

под тяжестью непосильной нагрузки. Я прямо ежедневно больно переживаю этот страх. Милая, не надо бы допустить этого. Если станет плохо, возьми опять на месяц отпуск и поезжай в санаторий к душевнобольным, как в прошлом году. Потому что, если совсем свалишься, еще хуже для твоих студентов, чем если ты выбываешь только на месяц.

Я никогда в жизни так не радовался теплому весеннему солнышку, как в этом году: оно целый день обогревает нашу комнату. Погода какая-то странная: как будто началась весна, начало таять, а теперь опять несколько похолодало. Весна, по-видимому, будет затяжная. Но солнышко через окошко греет, и это самое главное для меня.

Послезавтра уже вербное воскресенье. Я уже приобрел полдесятка яиц - буду их кушать на Пасху и вспоминать тебя и свое детство...

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Милая, не расстраивайся, против судьбы ничего не сделаешь. Целую тебя крепко, крепко

Франц.


49. Н.Ф. Депутатовой

 

7 апреля 1950

Милая, родная Нина,

Пишу тебе сегодня, но письмо наверно получишь с большим опозданием. У нас тут уже третий день весенняя распутица, и на дней 10 прекращено всякое движение транспорта. Но я все-таки опущу письмо в ящик, авось кто-нибудь поедет верхом по делам посевной кампании в Пушкино.

Эта неделя у меня прошла спокойно. Температура еще несколько понизилась, появился аппетит. Подкупил себе, - кроме ежедневного литра молока, - немного сливочного масла и десяток яиц. Не знаю, долго ли будет длиться этот интервал, но я использую каждый день, чтобы до нового сильного приступа набрать немного сил. Не могу тебе передать, до чего чувствуешь себя приятно, когда после 4-х месяцев понизилась высокая температура!

 

- 114 -

До обеда я встаю с постели. Вытащил опять все тетради и бумаги о Байроне и начинаю по часу-два работать над ним. В эти дни, с низкой температурой, аппетитом и с рабочими тетрадями я чувствую себя самым счастливым человеком в мире! До чего же все-таки все относительно. Здоровый работающий человек психологически не в состоянии оценить [2] все свое счастье, и он может понять его только тогда, когда уже поздно.

Очень плохо, что я из-за этой распутицы две недели остаюсь без писем от тебя. С каким нетерпением я ожидаю каждое из них! Но зато я тогда сразу получу несколько. Скучаю и по номерам "Лит. газеты" за март.

В деревенских, лесных условиях гораздо больше переживаешь пробуждение природы, как кустарнички, веточки, травка постепенно освобождаются от снежного покрова и начинают зеленеть. Утки, куры, гуси, которые были спрятаны всю зиму под крышей - все появились теперь под солнечком, греются, роют, разбрасывают мусор и землю. А на дворе у нас на деревьях приделаны скворечники, и вот уже прилетели их веселые жители и с треском выбрасывают оттуда нахальных воробьев. Все это я наблюдаю через окошко и радуюсь вместе с птицами и всей природой.

Бедная, милая Нина, а ты вынуждена изо дня в день спешить на работу в шумной сутолоке города! Но скоро и ты поедешь в какой-нибудь дом отдыха, и будешь отдыхать.

Передай привет Нине Ильиничне.

Целую тебя крепко, крепко

Франц.


50. Н.Ф. Депутатовой50

 

12 апреля 1950

Милая Нина, родная,

Сегодня пришло твое письмо от 28/III, извещение на 175 р. и открытка от Нины Ильиничны. Извещение на посылку еще не пришло, потому что ее получить надо не в Пушкине, а в

 


50 С. 115. мозговая гипертония - повышенное давление в сосудах головного мозга.

...я очень жалею, что написал тебе о посылке. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 24.3.1950 г. (наст.  изд., с. 111).

С. 116. Я постараюсь позвонить тебе с межгородской телефонной станции в Омске. - Позвонить в Москву Ф.П. Шиллеру не удалось ни тогда, ни впоследствии. См. его письмо Н.Ф. Депутатовой от 22.5.1950 г. (наст.  изд., с. 122).

...№ я... забыл... - См. "Доверенность И.В. Шиллер" (наст.  изд., с. 802)

- 115 -

Омске; а сейчас самая распутица, и никто не может добраться до города.

Нина милая, ты высылаешь слишком много. Денег теперь мне не нужно до июня м-ца, до твоего отъезда в отпуск. Очень прошу тебя, раньше этого срока ничего не высылай. Я не хочу делать запасов - в случае внезапной кончины все это пропадет. Ведь у меня не только туберкулез легких в безнадежной стадии, но ведь и резкий кардиосклероз и мозговая гипертония; в любую минуту может случиться катастрофа, и я не хочу, чтобы заработанные тобою с таким трудом средства пропали бы. Кроме того, я очень жалею, что написал тебе о посылке. Если будешь благоразумной девочкой, то, раз ты уже 23 марта выслала другую посылку, то не будешь высылать второй. И не нужно. Я теперь на деньги могу доставать себе сливочное масло, и тогда сало мне не нужно. Сахару я тоже через знакомых как-нибудь достану. Знаешь Нина, давай уславливаться так, что впредь не будешь высылать посылки, пока я не буду об этом писать. У меня уже совесть не спокойна, что у тебя столько дел и тяжелых работ и без заботы обо мне. Спасибо тебе, милая, за всю твою помощь, за твое истинно человеческое, сердечное отношение к мне. Трудно на свете найти такую родственную мне душу, и не встречал я в своей жизни человека, который был бы мне таким [2] родным и любимым, как ты.

Состояние мое после последнего письма немного ухудшилось (поднялась температура, усилились боли в груди), но пока я все еще держусь и до обеда встаю на 2-3 часа и работаю над Байроном. В городскую больницу меня не примут, потому что лечить нечего. Поступить же на специально отведенный нижний этаж для бездомных, доживающих последние дни туберкулезников, мне очень не хочется. Я насмотрелся на них в прошлом году - там очень плохо, душно, кроме узкого хозяйственного двора из всего белого света ничего не увидишь. Ежедневные смертные случаи в палате очень нехорошо действуют на нервы. Кроме того, там такое же питание, как и у нас, я же без молока и недели не проживу, а там мне доставать

 

- 116 -

молока нельзя, т.к. молочницам запрещается ходить из-за инфекции. Так что у нас все-таки кругом лес и зелень, молоко и т.д. Когда температура воздуха на улице сравняется с комнатной (приблизительно с середины мая), я днем буду выходить в сад или лес рядом с бараком и буду дышать свежим воздухом. (Конечно, когда не будет высокой температуры). Всего этого нет в туб. больнице.

Предполагаю в начале июня поехать на несколько дней в областной туб. диспансер на рентген. Пора установить, насколько продвинулись дальнейшие разрушения в легких, особенно в правом, т.к. левое уже пропало. Кроме того, надо сделать опять все исследования на вторичные заболевания (горла, почек, кишечника). И знаешь, что мне пришло в голову? Я постараюсь позвонить тебе с межгородской телефонной станции в Омске. Конечно, для меня это будет не легко, т.к. я уже 200-300 метров ходить не могу, [3] но меня, наверно, кто-нибудь будет сопровождать, и я его попрошу, чтобы он меня как-нибудь доставил на почтамт. Уж очень хочется хоть 5-7 минут говорить с тобой, хоть по телефону, хоть услыхать твой голос. Для этого я прошу тебя: 1) в ближайшем письме сообщить мне точный квартирн. телефон; 2) сообщить, когда ты утром уходишь на работу (наверно с 8 час.?); 3) когда вечером всегда безусловно бываешь дома (после 12 час.?). Разница между омским и московским временем 3 часа. В зависимости от работы телефонной станции и от того, когда ты безусловно бываешь дома, я постараюсь дозвониться. Это будет стоить рублей 50-70, но Бог с ними, с деньгами! У меня есть большое искушение позвонить и Флорочке, но из этого ничего не выйдет, потому что 1) она к тому времени будет жить на даче, 2) неудобно ее испугать, если ее держат в полном неведении относительно моего существования; 3) если к телефону (№ я, кстати, забыл) подошла бы вместо Флорочки ее мать, то станция оштрафовала бы меня за нецензурные ругательства. Так что мысль эту я оставлю. Тебе же я обязательно постараюсь позвонить, сообщи только свой номер.

Нина милая, не доводи себя до полного упадка сил, лучше возьми раньше отпуск или хотя бы бюллетень на недели две.

 

- 117 -

Работа не волк, в лес не убежит. А если совсем измучишься, тогда ведь окончательно ляжешь, а студентам от этого еще хуже. Со злой старушкой-психичкой я бы на твоем месте не церемонился: с такими типами надо грубо обращаться, иначе она тебя заест.

Нине Ильиничне я сегодня тоже напишу.

Целую тебя крепко, крепко

Франц.


51. Н.Ф. Депутатовой51

 

18 апреля 1950

Милая, родная сестренка,

Пишу тебе опять, хотя и не уверен, что это письмо будешь получать в мае. Дело в том, что отвратительная распутица в этой проклятой Сибири в этом году длится не 10-14 дней, а по крайней мере месяц. Началась весна рано. Но неделю тому назад теплая погода + 10° вдруг сменилась холодной -16°. Дороги все испорчены, вода стоит по колено. Она не настолько крепко замерзла, чтобы можно было ехать телегой или на санях. Сегодня опять начинает таять. Барак наш окружен со всех сторон огромным озером, так что питание нам доставляют с трудом. Говорят, что вода будет стоять около нас до 1 мая. Понятно, что в этих условиях ни о каком-то ни было транспорте в город или в Пушкино на почту не может быть и речи. Наш Дом два раза ездил (человек) верхом на лошади в Пушкино за почтой.

Оказывается, почта перепутала в извещении: когда по нему спросили 175 р. денег, то оказалось, что пришли не деньги, а ценная посылка на 175 р. Омский почтамт, наверно не надеясь на то, что я буду платить штраф 30 руб. за "простой" во время распутицы, каким-то путем отправил посылку в Пушкино. Там она лежит и будет лежать, по-видимому, до 1-го мая, когда можно будет ехать за ней на подводе. Верхом на лошади отказываются ее привезти, т.к. она весит 8 кгр.

Нина милая, лежал я опять пять дней крепко в постели, с высокой температурой, кровохарканьем и т.д. Но температура

 


51 С. 118. Я тебе... написал, что к нам прилетела... стая скворцов. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 7.4.1950 г. (наст.  изд., с. 114).

- 118 -

этот раз не поднималась выше 39°. Аппетит сохранился, кушаю я сейчас неплохо - молоко, сливочное масло, яйца, кашу. Сегодня я - хотя я еще слаб - но все же поднялся до обеда на час, чтобы написать тебе письмо. Думаю, что вспышка и проклятая интоксикация прошли, и я получу опять небольшую передышку. [2]

Я тебе уже написал, что к нам прилетела целая стая скворцов. Им сделали 20 скворечников и прибили их к деревьям вокруг бараков. Но бедные птицы не посчитались с сибирским календарем и прилетели несколько раньше срока. Эти дни, когда выпал снег и стоял мороз, птичкам нечего было кушать: тогда они сели на выступы наших окон, смотрели на нас в окошко, хлопали крыльями. Наши старушки спешно собрали все остатки и крошки хлеба, вынесли и накормили их. Тогда они были довольны, ушли в свои домики и вечером запели. Старый мохнатый пес тоже опять часто появляется у нас в бараке. Весной ему отбили переднюю лапу, и теперь он сильно хромает. Сейчас он все-таки опять свободно бегает, и когда он голодный, он прямо стучит в окно или в дверь, его впускают в сени, где постоянно стоит его большая миска с остатками мяса и каши. Он это очень любит. Старики и старухи ухаживают за ним лучше, чем за человеком. Но он очень умный и приветливый пес.

Пишу тебе об этом, чтобы немножко отвлечься от Байрона, который меня занимает день и ночь. Когда я в июне поеду в город, я хочу тебе послать часть книги заказной бандеролью, чтобы ты и Нина Ильин, могли ее прочесть за летние месяцы. А осенью я постараюсь Вам выслать опять несколько глав. Если я доживу до октября-ноября, я постараюсь ее закончить. И тогда встанет вопрос, что с ней дальше делать. Но пока рано об этом говорить.

Милая, жду с нетерпением письмо от тебя! Я так злюсь на эту проклятую распутицу, что она мешает получать от тебя письма. Каждый день тревожусь, родненькая, что и как с твоим здоровьем, все боюсь, что не выдержишь и свалишься до конца учебного года. Возьми раньше отпуск!

 

- 119 -

Привет Нине Ильин.

А тебя крепко, крепко целую

Франц.


52. Н.Ф. Депутатовой

 

Милая, родная Нина,

Вчера верхом на лошади привезли почту из Пушкино. Ни письма, ни газет от тебя не было. Посылка все лежит на почте, за нее надо платить рубль штрафа в сутки; верхом на лошади отказываются ее привезти, а на подводе можно поехать разве в середине мая. В оврагах и низинах столько воды и грязи, что не то, что подвода, а лошади тонут. Дороги тут такие, как их создала матушка-природа много тысяч лет тому назад. А дожди идут каждый день.

Нина милая, меня беспокоит, что от тебя нет письма. Сегодня ровно месяц, что я получил последнее известие от тебя. Я боюсь, что ты свалилась и лежишь в больнице. А может быть, твои письма залежались где-нибудь на почте в связи с этой проклятой распутицей.

Неделя у меня прошла относительно спокойно. Работаю над Байроном. Если ты не заболела, то я просил бы тебя выслать мне как-нибудь с газетами штук 5 маленьких общих тетрадей в 50 листов в линию "под карандаш", - помнишь, как ты мне прислала в прошлом году. Если маленьких тетрадей нет, тогда пришли 2-3 штуки больших общих в 100 листов. Работа поглощает страшно [2] много бумаги - ведь нужно сделать массу выписок, черновых записей и т.п. А тетради у меня на исходе.

Напиши мне о своих планах на лето.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне.

Целую тебя крепко, крепко

Франц.

27 апреля 1950

 

- 120 -

53. Н.Ф. Депутатовой53

 

8 мая 1950

Ниночка, родная,

Пишу тебе только несколько строк.

Уже десять суток мне очень, очень плохо. Даже хуже, чем было в январе.

Маленькая искра надежды, которая у меня появилась в апреле во время некоторого улучшения, исчезла навсегда. Она оказалась блуждающим огоньком, который только обманывает несчастного путника. Все мои планы о Байроне и о поездке в город рушились. Температура от 39 - 41°. Весь день 1-го мая я лежал в бреду с 141,4.

Твои письма от 13 и 16/IV, а также посылку я получил 29/IV. Все в целости, ничего не испортилось. Штрафа почта ввиду распутицы не взяла. Очень тебе благодарен за твои сердечные заботы! Беда только, что аппетита нет ни к чему на йоту. Вчера пришло извещение на посылку от Нины Ильинишны. Она шла от 19/IV до сих пор из-за распутицы. Мне только очень неловко, что Нина Ильинична истратила столько денег, когда ей и так трудно содержать такую большую семью на свою зарплату.

Твой план летнего отдыха в Киевской области очень одобряю. Запасайся только деньгами. Мне до самой осени больше ничего не нужно посылать. Только "Литер. газету" - если тебе не трудно, - высылай мне каждый [2] месяц после прочтения.

Передай сердечную благодарность и привет Нине Ильин. Когда получу посылку, напишу ей.

Тебя целую крепко, крепко

Франц.


54. Н.Ф. Депутатовой54

 

15 мая 1950

Милая Нина,

Все лежу в постели, пишу на тумбочке.

 


53 Письмо написано карандашом.

54 С. 121. Я год жил на Украине... - В 1921-1922 гг. Ф.П. Шиллер проживал на территории Тираспольского уезда Одесского округа, которая до 1940 г. относилась к Украине, а затем вошла в состав Молдавской ССР.

- 121 -

Последняя неделя была самая мучительная из всех за время этой болезни. У меня все время такие страшные боли в груди, что каждый вдох и каждое выдыхание сопряжены с невыносимыми физическими болями. Лежать нельзя ни на левом, ни на правом боку, ни на спине. Просто не знаешь, куда деваться. Все предыдущие страдания от этой проклятой чахотки теперь мне кажутся детскими по сравнению со страданиями последних двух недель.

Сегодня пришло извещение из Пушкино на 100 рублей. У них весь этот месяц, наверно, не было денег, поэтому они меня раньше и не известили. Спасибо тебе, родная! Еще раз повторяю, что теперь мне ничего не нужно до твоего приезда из отпуска. Сегодня же я получил и посылку Нины Ильиничны и ее письмо от 1 мая. Письмо очень милое и остроумное. Я ей сегодня же и напишу. Какая все-таки жалость, что такая умная и хорошая женщина, как Нина Ильинична, вынуждена сидеть на такой неблагодарной подсобной работе, когда она гораздо умнее и талантливее многих "умных" женщин [2] с профессорскими званиями и докторскими степенями!

Последнее письмо от тебя было от 16/IV. Ты сейчас, конечно, очень занята работой. Часто тебе не нужно писать, но в среднем пиши несколько строк раз в две недели, а то я всегда начинаю беспокоиться, что с тобой что-нибудь случилось. Ведь здоровье-то у тебя тоже не важное.

Я еще раз подумал о твоем плане летнего отдыха: очень и очень его одобряю. Я год жил на Украине, и меня до сих пор тянет туда. Жители Украины, Волги, Кубани вообще не знают, до чего они счастливы, что они живут там, а не в Сибири. Здесь и весны-то нет, а какая-то грязная, дождливая и холодная собачья погода у них называется "весной". Я уверен, что Украина тебе очень понравится своим климатом, фруктами и всем прочим.

Я уже устал. После обеда напишу краткое письмо Нине Ильиничне.

Целую тебя крепко, крепко родненькую

Франц.

 

- 122 -

55. Н.Ф. Депутатовой55

 

22 мая 1950

Милая Нина,

Получил твое письмо от 7/V. Мне кажется, что ты сама не замечаешь, до чего ты устала и ослабла. По всему тону письма чувствуется, что ты еле держишься на ногах. Скорее бы наступили каникулы, чтобы ты могла уехать отдохнуть.

Мое положение очень нехорошее. Вот уже месяц, что крепко лежу, а дыхание становится все тяжелее. О поездке в город и думать нечего. Очень возможно, что меня отправят в июне в больницу, чтобы избавиться от меня, как от тяжелого и безнадежного больного. Но и в этом случае звонить не смогу, т.к. ходить уже не в состоянии. Так что, милая, ты езжай на дачу к Милице Алекс, и не жди звонка. Хотел я было услышать хоть твой голос, но и этому не суждено осуществиться.

Очень был тронут веточкой черемухи, присланной тобой в последнем письме: она напомнила мне опять молодость, Волгу и Москву. Я уже в апреле очень был удивлен, до чего я чувствителен [2] в этом году к пробуждению природы. Это, милая, наверно потому, что это моя последняя весна. Я помню все детали своей жизни, начиная с двухлетнего возраста. И не помню, чтобы я после первых лет жизни так живо чувствовал в природе жизнь и смерть, как в настоящую весну.

Сейчас очень скучно лежать один круглые сутки в постели, когда на улице тепло и солнце. Все наши старики утром уходят в лес, на луг, в сад и т.д. и только в 10 час. вечера возвращаются в комнату спать. А я вынужден весь день лежать один и мучиться с дыханием и болями. А самое противное - это кашель и мокрота, в которой уходят последние остатки легких.

Единственное мое развлечение - это из постели через окошко наблюдать за жизнью в скворечниках, смотреть на кур и гусей, на березовую рощу, которая сейчас нарядная - зеленая и в цвету.

Деньги, которые ты выслала 16/IV, пришли. Спасибо!

 


55 Письмо написано карандашом.

- 123 -

А ты, милая, скорее кончай работу и отдохни, а то я боюсь, что гипертония твоя натворит что-нибудь нехорошее. Целую тебя, родную, крепко

Твой Франц.


56. Н.Ф. Депутатовой56

 

29 мая 1950

Нина милая, родненькая,

Получил я твое письмо от 14/15 мая, а также бандероль с газетами и тетрадями. Сердечную тебе благодарность! Только бандероль уж очень дорого обходится: целых 11 рублей! Больше стоимости газет и бумаги. Может быть, не заклеивать, а послать открытой, тогда она не такая дорогая?

Милая, чувствую себя по-прежнему очень плохо. Температура снизилась, появился небольшой аппетит. Ем сухарики и запиваю вином. Но боли в груди невыносимые; а главное, непрерывное кровохарканье; а вчера открылось такое кровотечение, что в течение 15 минут вышел почти стакан крови. Все это очень неприятно действует на нервы и ослабляет и без того совершенно обессиленный организм. К тому же несколько дней тому назад, на почве гипертонии и склероза, у меня лопнул сосуд на левой ноге, и теперь там образовались большие пятна подкожных кровоотеков. Все тело от долголетних мучений превратилось в какую-то развалину.

Ниночка любимая! Не надо себя упрекать, что не можешь приехать ко мне. Ведь такая поездка очень сложная для тебя и совершенно сломила бы твое слабенькое здоровье, ослабила бы тебя так, что не смогла бы работать в будущем учебном году. Я и в могиле не простил бы себе, если дал бы сейчас согла-[2]сие на твой приезд. Если бы я находился в самом городе, дело было бы гораздо проще. Но по-видимому меня не скоро повезут туда, потому что при кровотечениях возить больного нельзя, т.к. необходим абсолютный покой. На самое большое, на что я способен, это прислоняться с подушкой к кровати и писать эти строки на тумбочке.

 


56 С. 123. ...на почве... склероза... - Склероз (от греч. skleiösis - затвердевание) - уплотнение ткани или органа за счет разрастания соединит, ткани.

С. 124. Если знаешь уже свой киевский адрес... - Летом 1950 г. Н.Ф. Депутатова отдыхала в г. Коростышеве Житомирской обл.

Pechvogel - неудачник, неудачница (нем.).

- 124 -

Ниночка, ты не представляешь себе, как я благодарен, что мы можем переписываться: ведь единственная мысль, все мои думы обращены только к тебе одной. Ты единственное существо, которое своей любовью и трогательными заботами окрашивает бледные сумерки моей жизни. Мыслим ли образ Данте без его любви к Беатриче? Моя любовь к тебе не имеет чувственных желаний; но она целиком и полностью наполняет все мое существо, дает мне силу без ропота переносить все эти страшные мучения и тяжелое чувство полного одиночества, ибо я знаю, что мысленно ты рядом со мною, что часто думаешь обо мне...

Пиши мне, миленькая, до какого числа июля ты будешь в Москве, чтоб я мог сообразить относительно писем. Если знаешь уже свой киевский адрес, пришли его, чтобы не было перерыва в нашей переписке. Не представляю себе, как ты доведешь свои занятия до конца! Ведь из каждой строки твоих писем я чувствую твою ужасную усталость. В июне почаще отдыхай на даче у Милицы Алекс, (передай ей привет от меня).

Бедная Оля ваша в личной жизни тоже Pechvogel. Она слишком хороша, чтоб ее чувствительную душу могли бы понять и ценить. Таким людям "не везет" в жизни.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне.

Целую тебя крепко, крепко

Франц.


57. Н.Ф. Депутатовой57

 

5 июня 1950

Нина милая, родная,

Пишу тебе все из моей "матрацной могилы". Наш столяр сделал мне доску, я ее кладу на тумбочку, и так мне несколько удобнее писать (крышка тумбочки слишком маленькая). Перевели нас всех в другой барак. Причем одновременно в бараке идет большой ремонт: замена пола, перекладка печей и т.д. Вечно стук, шум, грязь, пыль. Кто может ходить, уходит в лес гулять. Мы, лежащие, лежим. Окно палаты выходит в лес. Тут

 


57 С. 124. ...моей "матрацной могилы". - Выражение, которое использовал применительно к себе Г. Гейне, в последние годы жизни неизлечимо болевший прогрессивным параличом.

С. 125. ...как жестокость! - Очевидно, "как жестоко" или "какая жестокость".

- 125 -

прибито 20 скворечников. Везде уже птенцы. Я через окно наблюдаю, как родители заботятся и кормят молодых. Я всегда думал, что скворцы очень благовоспитанные и скромные создания, но оказывается нет. На днях я наблюдал, как два скворца не поделили какую-то добычу. Оба дрались долго как настоящие хулиганы, перья так и летали. Вдруг один одолел другого; он стал ногами на поваленного и долбил его клювом беспощадно. Видя, что побежденный на краю гибели, победитель начал его катать по земле и тащил его в находящую недалеко лужу воды, чтобы его утопить. Наши старики отобрали у него полуживого скворца, положили его на солнышко, и через некоторое время он пришел в себя. Смотри, как жестокость! Я это впервые увидел у птиц. [2]

Температура у меня в эти дни невысокая, есть небольшой аппетит. А в общем я живу почти исключительно молоком, кровохарканье не прекращается; часто кровотечения. В больницу не хочу, потому что там нет молока, а я без него не могу. Ведь безразлично, помочь мне теперь уже никто не может. Здесь хоть свежий воздух и молоко. А в городе - пыльный воздух больницы, ежедневные смерти - даже не могу думать о больнице.

Бедняжка, как ты доводишь учебный год до конца? Езжай почаще на дачу к Миле. Когда у тебя ремонт? Еще до отъезда на Украину, или после возвращения? Сколько все-таки у тебя хлопот! Я всегда удивляюсь твоей исключительной выносливости, и тайно восхищаюсь твоей храбростью и работоспособностью. Милая, ты просто для меня идеал.

Целую тебя крепко, крепко

Франц.


58. Н.Ф. Депутатовой58

 

12 июня 1950 Нина милая, родненькая,

Получил я твое письмо от 28/V. Надеюсь, милая, что печень не свалила тебя с ног. Скорее бы кончились все эти экзамены!

 


58 Письмо написано карандашом.

С. 126. ...сборник "Немецкая поэзия революции 1848 г." - Речь идет о книге: Немецкая поэзия Революции 1848 года. Ред., предисл. и коммент. И. Миримского. М., 1948. Миримский - ученик Ф.П. Шиллера по МГПИ. См. прим. к с. 704.

...все эти 12 лет... - со времени ареста Ф.П. Шиллера.

...с дискуссией о языкознании. - "Дискуссия о языкознании", развязанная Сталиным в 1950 г., преследовала целью полностью подчинить эту пауку партийному диктату, как это уже было сделано с рядом других наук.

...Марр большой ученый как кавказовед... - Н.Я. Марр был автором трудов по кавказским языкам, истории, археологии, этнографии Кавказа.

...Переверзев... Коган в литературоведении, или Покровский по истории. - Переверзев Валерьян Федорович (1882-1968) - литературовед, проф. 2-го МГУ (МГПИ), пытался применить социологический метод к анализу лит-ры; Коган Петр Семенович (1872-1932) - историк лит-ры, лит. критик, проф.; Покровский Михаил Николаевич (1868-1932) - историк, акад. АН СССР (с 1929 г.).

- 126 -

Пишу тебе сегодня только несколько строк. Положение мое тяжелое. За прошедшую неделю у меня было три сильных кровотечения. За ночь уходит от 300 - 400 гр. крови. Совсем обессилился. Хотят меня во что бы то ни стало отправить в город в больницу. Но мне не хочется. Уж очень там противно, одна среда морально убивает. Кроме того, боюсь поездки, т.к. малейшее движение усиливает кровотечение. И что они в городе в сущности могут сделать, чем помочь? Продлить жизнь уколами на месяц? Не стоит и труда и возни. Но самое главное, что я здесь ежедневно могу покупать литр молока, а в городе нет. А все остальное я кушать не могу.

Случайно прочел в журнале, что в прошлом году [2] вышел сборник "Немецкая поэзия революции 1848 г." Боже мой, до чего нахально они обворовывают мои труды, не упоминая моего имени. Бог с ними, перед смертью уже не стоит поднять скандал. Я вообще поражен, до чего бесстыдно все эти 12 лет списывают из моих книг все эти предисловия к изданиям западных классиков, статьи в историях литературы, в лекциях и т.д. Люди потеряли всякую научную совесть. Но, в конце концов, пусть мои мысли и оценки доходят до читательских масс и без моего имени.

Мне достали все номера "Правды" с дискуссией о языкознании. Уже в 30-ые годы мне было совершенно ясно, что Марр большой ученый как кавказовед, но такой же вульгарный социолог в общем языкознании, какими были Переверзев, Фриче, Коган в литературоведении, или Покровский по истории. Мещанинов только слабый ученик Марра, трус, который осторожно всегда обходит принципиальные вопросы, потому что он по философии марксизма и конкретного ее приложения к языкознанию не сильнее его учителя.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Целую тебя крепко, крепко, милая моя девочка

Франц.

P.S. Посылаю тебе локон волос.

 

- 127 -

59. Н.Ф. Депутатовой59

 

19 июня 50

Нина милая, родная,

Я в таком состоянии, что не знаю, доживу ли до завтра. Кровотечение все расширяется, температура 40-41°. Боли такие, что ни один дикий зверь не выдержит. Как не хочется, но как температура несколько снизится, придется ехать в проклятую больницу. Там хоть могут мне сделать вспрыскивания пантапона и вообще, может быть, несколько смягчат мои невыносимые страдания.

Письмо твое от 5/VI получил. Прости меня, милая, я настолько слаб, что с трудом написал эти строки. Что бы ни случилось, помни, родная, изречение, которое, может быть, тебе с детства знакомо:

Selig sind die Toten, die in dem Herrn sterben.

А все остальное преходяще, и неважно, прекратится ли наше существование на год раньше или позже. Когда перееду в больницу, напишу тебе.

Целую тебя крепко, крепко, миленькая Нина, единственная, которая осталась мне верна

Франц.


60. Н.Ф. Депутатовой60

 

25 июня 1950

Нина милая, родненькая,

Все же решил не ехать в больницу. При такой допотопной дороге и на такой повозке я живым не доеду, ибо малейшее передвижение тела усиливает кровотечение. Буду лежать спокойно в постели - пусть будет, что будет. Температура несколько снизилась, кровотечение превратилось в кровохарканье.

Получил я вчера письмо от Нины Ильиничны. Она очень хорошая женщина, но жизнь ее, по-видимому, тоже не легкая. Когда будет какой-нибудь день, когда смогу писать, отвечу ей.

 


59 Письмо написано карандашом.

С. 127. ...вспрыскивания пантопона... - Пантопон - болеутоляющее средство.

Selig sind die Toten, die in dem Herrn sterben. - Блаженны мертвые, умирающие в Господе (нем.), неточная цитата из немецкого текста Библии (Откр 14 13).

60 Письмо написано карандашом.

С. 128. Волшебство исчезло... - строфа из 6-го стиха цикла "Стихотворения, написанные во время первого путешествия на Восток" (1809-1811 гг.) Дж. Байрона.

- 128 -

Ты, бедняжка, закружилась, наверно, больше всех. Теперь экзамены в основном уже прошли. Хорошо было бы несколько отдохнуть на даче у Милицы Алекс.

Поездка на Украину у тебя окончательно решена? Я думаю, что ты числа 10 июля уедешь, так, кажется, ты мне писала. Сообщи мне свой новый адрес, если он тебе заранее известен.

Нина, родненькая, все эти тяжелые дни я ис-[2]ключительно думаю только о тебе. Все, которые мне в жизни были когда-то дороги, отодвинулись куда-то далеко в прошлое, и осталась только ты, единственная. До чего несчастна моя жизнь, как бедно в смысле радости она прошла! Если бы в моем воспоминании был бы хоть месяц счастливой жизни с тобой - я был бы богач! Вот что значит действительная любовь!

Да, милая, на мою долю выпали одни страдания. По-видимому, отчасти мой характер виноват - непреклонный, мудрый, принципиальный. А таким людям достаются одни страдания. Это еще Байрон знал, когда он писал:

Волшебство исчезло; улетели грезы.

Жизнь - лишь трепет страсти, приступ лихорадки;

Кто живет как мудрый, тот живет страдая,

Так, как умирали на кострах святые.

Я никогда не мог согласиться с пониманием жизни, как трепет страсти или приступ лихорадки - и отсюда мне досталась жизнь страданий...

Целую тебя крепко, крепко, милая Ниночка

Франц.


61. Н.Ф. Депутатовой61

 

3 июля 1950

Милая, родная Нина,

Великую радость доставила мне твоя искренняя и прочувственная телеграмма от 26/VI. Не могу выразить моей благодарности за твою искреннюю любовь и сострадание к моей несчастной судьбе.

 


61 Письмо написано карандашом.

- 129 -

Состояние мое по-прежнему плохое; кровохарканье не прекращается, слабость ужасная. Нудно и тяжело лежать месяцами без движения в постели. Но ничего не поделаешь, приходится терпеть. Трудно сказать, сколько все это продлится, потому что организм богатырский и трудно поддается, пока не уничтожатся последние остатки легких, и нечем будет дышать.

Пишу тебе сегодня только эти несколько строк, потому что почти уверен, что письмо уже не застанет тебя в Москве, а украинского адреса пока еще нет.

Целую тебя крепко, крепко, милую Ниночку, и огромное спасибо тебе за все заботы и сочувствие

Твой Франц.


62. Н.Ф. Депутатовой62

 

12 июля 1950

Милая, родная Нина,

Сегодня только получил твое письмо от 28/VI. Долго от тебя не было письма, и я уже нервничал, не заболела ли ты? Очень рад, что ты закончила ремонт квартиры, и теперь можешь спокойно отдохнуть. Представляю себе, сколько у тебя перед отъездом в отпуск было хлопот и забот! Спасибо тебе за прочувственную телеграмму от 26/VI! Я еще больше тебя жалею о том, милая Нина, что мы с тобой раньше при встречах так мало говорили о серьезных вещах. Ведь в жизни так мало людей, с которыми можно говорить от всей души! Мне бы так хотелось с тобой без устали говорить целый месяц, и то мы, наверно, еще не наговорились бы! Может, ты помнишь некоторые новеллы Мопассана об одиночестве? Я всю жизнь был таким несчастным одиноким, и даже три года семейной жизни не могли мне помочь в этом отношении. Я думаю, что я вполне мог бы быть душа в душу с моей дочкой или с тобой. Но так и придется умереть в одиночестве.

Положение мое все такое же тяжелое, да оно уже и не может улучшаться. Но температуры меньше. Я приспособился в постели иногда, когда меньше боли, работать: кладу подушки

 


62 С. 129. ...новеллы Мопассана... - Мопассан Ги де (1850-1893) -франц. писатель, мастер короткого рассказа.

С. 130. ...привет Милице Александр.! - Н.Ф. Депутатова отдыхала на Украине вместе с М.А. Сергиевской.

- 130 -

к головной стенке кровати, полусидя кладу [2] фанерку на колени и пишу. Так я пишу тебе это письмо, так порою вытаскиваю тетради о Байроне и работаю немного. Не могу сидеть или лежать без работы. Аппетит у меня неважный; но ежедневно беру литр молока, на котором, собственно говоря, и живу все лето. Кроме того, сейчас у нас в лесу много грибов и ягод; ежедневно покупаю у деревенских детей стакан земляники за рубль (дети приносят ягоды к нам). Лето у нас очень дождливое, без дождя не проходит ни один день. Зато хлеба очень хорошие, а также овощи и ягоды; а от грибов и спасения нет.

Надеюсь, милая Ниночка, что ты благополучно прибыла на место отдыха. Не думай ни о чем и отдыхай как следует до осени! Мне только жаль Вашей бедной Оли, которая вынуждена сидеть все лето в Москве. Напиши мне подробно, как ты там устроилась, удобно ли, какая погода, как проводишь время. Поправляйся, родная, как следует, и думай о том, что предстоит опять целый год работы. Пришли мне подробный адрес - этот что-то не внушает мне доверия. Передай сердечный привет Милице Александр.!

Целую тебя крепко, крепко, родную Ниночку

Твой Франц.


63. Н.Ф. Депутатовой63

 

17 июля 1950

Милая, родная Нина,

Получил твое письмо от 3/VII. Значит, с 9/VII ты уже должна быть в доме отдыха. Как я рад за тебя, что ты опять немного рассеиваешься, видишь новые города, новых людей, новые места! Тут у нас есть одна старушка из Коростышева - она не может нахвалиться, до того, она говорит, местность и природа там красивые. Надеюсь, что это так, и ты хорошо отдохнешь и успокоишь свои нервы. Ведь ваша Ляля не одна осталась в Москве; ведь Оля тоже там, и если Боже упаси с

 


63 С. 130. ...ведь Оля тоже там... - Сестра Н.Ф. Депутатовой Ольга Федоровна, не имея права жить в Москве, в то время проживала в Подмосковье, но периодически бывала в столице.

С. 131. Ноев Ковчег - Согласно Библии, во время Всемирного потопа праведник Ной с семьей и по паре "от всякой плоти" спаслись в ковчеге (Быт 6-8).

Нина Алексеева - соученица Ф.П. Шиллера и Н.Ф. Депутатовой по 2-му МГУ.

- 131 -

ней что-нибудь неладно, так Оля о ней заботится. Тебе надо обо всем на свете забыть, иначе ты не отдохнешь, как следует.

Я сижу в постели и смотрю через окошко в лес и на двор. Сейчас и тут погода летняя, жаркая, с частыми грозами. Мои друзья - две наседки с цыплятами, 17 штук гусей (причем маленькие за 2 месяца ростом догнали старых), два петуха, которые постоянно дерутся, два десятка кур, мохнатый пес, 10 телят и 11 свиней - весь этот Ноев Ковчег постоянно пасется в переднем лесу, и я наблюдаю за ним через окно. В доме у нас 3 котенка, которые очень смешные и часто приходят ко мне в постель и просят немного молочка. Ты видишь, насколько я измельчался и довольствуюсь малым и незначительным.

Боли у меня в груди не перестают; они особенно усиливаются, когда сырая погода... Ведь у меня оба легкие в сплошных ранах (кавернах). Ты говоришь, что Нина Алексеева и Мария Георгиевна болели без болей. Я обеих очень хорошо помню; как они болели и умерли, так [2] болеют и умирают 90% всех чахоточных. Это - обычная форма чахотки. Но ведь существует семь разновидностей туберкулеза легких. А мне, конечно, обязательно досталась та разновидность, при которой больше всех мучений и болей. Ничего не поделаешь, милая Нина, это от нас не зависит. Кроме того, многое еще зависит от того, что мой крестьянский здоровый организм мало поддается разрушению и сопротивляется. Ведь если бы не эти долголетние мучения, мой организм был рассчитан на 100 лет. Ведь я ни разу в жизни не был пьян, ни до, ни после 3-х лет семейной жизни не знал ни одной женщины. Поэтому организм отчаянно сопротивляется разрушению и, наверно, не поддастся до тех пор, пока не будет разрушен последний кусок легочной ткани. Отсюда и все эти мучения - другой организм давным давно не выдержал бы.

Извещение на деньги еще не пришло; Пушкинская почта, наверно, хитрит опять. В последние дни понемногу работал на своей фанерке над Байроном. Я очень увлекаюсь этой работой, и книга уже давно у меня готова в голове, но не могу ее

 

- 132 -

зафиксировать - редко, когда я могу писать. Не знаю, что бы я делал, если у меня не было бы этой работы!

Пиши мне, милая, сколько времени ты пробудешь в Коростышеве - на месяц или полтора? Пиши мне почаще - конечно, когда есть настроение. Бандероль с литгазетами получил. Большое тебе спасибо!

Передай привет Милице Александровне!

Целую тебя крепко, крепко

Франц.


64 Н.Ф. Депутатовой64

 

23 июля 1950

Милая, родная Нина,

Получил твое первое письмо из Коростышева от 9/VII. Одновременно пришло извещение на 100 рублей. Спасибо тебе, милая! Это уже третье письмо, которое я тебе адресую в Коростышев; но на первых двух адрес был не точный, и поэтому не знаю, дошли ли они?

Рад за тебя, что ты благополучно доехала и теперь спокойно отдыхаешь. Неприятно, конечно, что там засуха; от нее природа приобретает измученный, печальный вид. Надеюсь, что это не отразится на твоем настроении и поправке. Если живешь вместе с Милицей Алекс, и ее сыном, то и соседи у тебя хорошие; питание, надеюсь, тоже хорошее.

Как тебе могло притти в голову, что я могу рассматривать твой отъезд как своего рода бегство? Милая, я только и ломаю себе голову, как бы лучше тебе провести отпуск, лучше поправиться и отдохнуть к предстоящему учебному году. Если ты еще ляжешь, что же тогда будет с Лялей, со мною?

Второй день у меня опять повысилась температура, усилился кашель, а также боли в груди. Это состояние [2] особенно пагубно влияет на настроение. Погода здесь также очень капризная, и каждое похолодание сразу же отзывается очень вредно на моей чахотке. Ух, какая противная болезнь!

 


64 С. 133. ...как в прошлом году? - В 1949 г. Н.Ф. Депутатова отдыхала в Щелыково Костромской обл.

- 133 -

Как ты проводишь время? В речке можно купаться? Есть у Вас там библиотека? А как врач? Не такой дурак, как в прошлом году? Как отдыхающие? Прогулки в лесу хорошие? Но жаль, что ягод мало. Тут у нас возами собирают ежедневно грибы и ягоды, из Омска приезжают десятки машин каждый день и набирают их полные; старики не помнят, чтобы было так много ягод и грибов, как в этом году. Да вот видишь, - их много, а я ходить не могу, вынужден лежать в постели. Всегда так: когда ложка есть, каши нет; когда каша есть, ложки нет. Урожай тут очень хороший.

Милая, напиши, когда уедешь в Москву, чтоб я знал, куда писать.

Передай сердечный привет Милице Александровне!

Целую тебя крепко, крепко

Франц.


65. Н.Ф. Депутатовой65

 

Милая, родная Нина,

Последние 10 дней я так болел, переносил такие неописуемые боли, что и Данте был бы не в состоянии их описать. Не стоит тебя расстроить; сегодня состояние чуть лучше, но вообще с каждым приступом становится все страшнее. Милая, я получил твое письмо от 16/VII. Я написал тебе три письма в Коростышев; но, по-видимому, это такое пошехонское захолустье, куда письма приходят лишь через год. К сожалению, я не знаю, и ты об этом не пишешь, когда ты отца уедешь: по-видимому, путевка была на месяц, и ты 9/VIII едешь в Москву? На всякий случай, я решил, что письмо уже не застанет тебя в Коростышеве, и поэтому адресую его в Москву.

Ты, милая Нина, спрашиваешь меня о продуктах. Если ты до 1 сентября, пока ты в отпуску, сможешь мне составить небольшую посылку, я был бы тебе благодарен. Прислать мне надо: 1) 3 кгр. сахару; 2) полкило меда (баночка, как прошлый раз); 3) кусочек туалетного мыла. И больше ничего. Икры

 


65 С. 133. ...Данте был бы не в состоянии их описать. - Данте - автор "Божественной комедии" (1307-1321 гг.), одна из частей которой называется "Ад".

Я написал тебе три письма в Коростышев... - См. письма № 62,63,64.

- 134 -

особенно не высылай: [2] она всегда высыхает в дороге и портится. Конфет тоже не нужно, потому что я их никогда не кушал и не кушаю.

Деньги 100 р. я давно получил. По-прежнему покупаю себе литр молока и стакан ягод - это и есть мое питание. Печенье - вообще все мучное - тоже не могу кушать. Может быть баночку рыбных консервов? Сыр тоже не могу кушать - зубов нет. Но в 30-ые годы был финский сыр (помнишь: круглые коробки, по 5 штук треугольничков мягкого сыра) - если случайно есть в Москве, вложи немного.

Боюсь, родная, что ты неважно отдохнула. Если там вся природа высохла, то это подействовало нехорошо на твое настроение. Ты бы устроилась еще до 1 сент. на даче у Милицы Алекс.

Прости, милая, я еще очень слаб и устал.

Целую тебя крепко! Думаю каждый час о тебе!

Твой Франц.

2 августа 1950


66. Н.Ф. Депутатовой66

 

7 августа 1950

Нина милая, родная,

Получил твое письмо от 21/VII. Я все в затруднении, куда тебе писать? Ведь я же не знаю, когда ты поедешь обратно в Москву, была ли у тебя путевка на месяц или больше? Чтобы не ошибиться, придется послать письма по московскому адресу.

Милая, последние 10 дней - настоящий ад. Сейчас температура спала, стало немного легче, хотя страшный кашель, пот и затруднения с дыханием мучат меня по-прежнему. Но хоть температуры меньше - и то спасибо.

Ты спрашиваешь, кто за мною ухаживает. Питание приносят нам в палату, в остальном я еще сам обслуживаюсь. Не дай Бог дойти до такого состояния, что нуждаешься в чужой помощи! Нас всего трое в палате (без форточки, даже летом):

 


66 С. 135. ...прогрессирующий паралич... - Видимо, прогрессивный паралич - поражение головного мозга, возникающее после заболевания сифилисом.

Помидоры здесь не созревают. - В тот период на юге Западной Сибири, в т.ч. в Омской обл., помидоры уже довольно широко культивировались. Если они не успевали созревать в грунте из-за ранних заморозков, их срывали и давали им дозреть в темном месте в помещении.

- 135 -

один 80-летний слепой старик, за ним ухаживает его старушка жена; второй парализованный - жалкое состояние, он уже не может подниматься в постели (прогрессирующий паралич). Когда я тебе писал, что совсем не встаю с постели, то это, понятно, относится только к приступам с высокой температурой. В остальные дни мне ходить тоже нельзя (чтобы не обострять кровотечения из легких), но все же в уборную я, конечно, хожу. С врачебной помощью и уходом здесь плохо. Врача у нас нет, а медсестра почти все время занята своими ухажорами и мало заботится о больных. Ничего не сделаешь: тайга. [2]

Земляника приходит к концу. Лесной малины тут нет. Есть кислая ягода - костяника - ее не могу кушать. Зато теперь подрастут огурцы и другие овощи. Яблок, груш, вишни - вообще никаких фруктов здесь нет. Сибирь. Зато я буду покупать морковь, которую очень люблю. Помидоры здесь не созревают. Лето в этом году очень дождливое - сена и хлеба выросло так много, что трудно будет убрать. То же самое с овощами, особенно картофель.

Ниночка родная, я очень рад за тебя, что тебе нравится в Коростышеве, что хорошо отдыхаешь. Это известие меня успокаивает больше всего; я боялся, что у тебя нервы так расшатаны, что не можешь успокоиться. Очень хорошо, что Ми-лица Алекс, с тобою. Надеюсь, что вернешься в Москву отдохнувшей и успокоенной. Не знаешь, как и где Нина Ильин. проводит свой отпуск? Что-то давно от нее нет никаких известий - может быть, она, бедняжка, все еще в Москве?

Ты спрашиваешь относительно денег: их хватит у меня до середины сентября.

Нина родненькая, как только приедешь в Москву, напиши мне. Вся моя жизнь состоит в ожидании писем и известий от тебя. Скучно, милая, так жить, как я живу, и если бы не было тебя, я даже не могу себе представить жизнь без тебя. Целую тебя крепко, крепко Франц.

 

- 136 -

67. Н.Ф. Депутатовой67

 

14 августа 1950

Нина милая, родная,

Получил я твое письмо от 28/VII. Надеюсь, что это мое письмо застанет тебя уже в Москве.

Положение мое плохое. Бесконечные боли в груди; вся грудная клетка - сплошной гнойник, и ежеминутно приходится отхаркиваться, до того много мокроты. Особенно же тяжелые мучения вызывает кашель, всю ночь; нельзя ни спать, ни отдохнуть. Пот не дает мне покоя ни одного часа, и малейший сквозняк вызывает осложнения и усиливает кашель. Вся обстановка здесь благоприятствует этим осложнениям; месяцами не могу себе достать лекарств для облегчения болей, потому что наша медсестра интересуется только здоровыми мужчинами, но не больными. Я подал заявление, чтобы меня перевели в туберкулезную больницу; надеюсь, что меня там оставят хоть недели две. Не дай Бог, Ниночка, остаться на свете одним, больным, беспомощным. Каждая собака на тебя лает, обругает, а то и ударит. Только очень трудно с транспортом, так что еще не могу сказать, когда меня повезут в город, да повезут ли вообще. Так что ты пиши по-старому адресу, ибо даже если меня увезут, то я оставлю тут доверенности, и за меня все получат.

Нудная и неприглядная у меня сложилась жизнь с этой последней болезнью. Было бы гораздо лучше, если бы я умер от кровоизлияния в мозг. Я очень и очень терпелив, но эти боли своим упорством так изнуряют меня, до такой степени разрушают центральную нервную систему, что я иногда даже сомневаюсь, нормальный я еще человек? Кровохарканье, пот, кашель, высокая температура, вечные грудные боли - все это можно с трудом переносить месяц, полгода, но ведь не годами... Если организм еще борется со слабостью, то нервы не в состоянии переносить все это до бесконечности. [2]

Ты меня уж прости, Ниночка родная, что я тебе опять нажаловался. Но ведь кому же мне говорить об этом? Серым волкам? - они меня не поймут. Недаром я живу в тайге. Рань-

 


67 С. 137. ...для тебя было бы интересней и выгодней побольше времени уделить работе над созданием... словарей... - Впоследствии при участии Н.Ф. Депутатовой был издан еще один словарь: Немецко-русский словарь по технологии машиностроения. Под ред. В.В. Шварца. М., 1978 (2-е изд. -1982).

...после устранения "нового учения" Марра... - "Новое учение о языке" ("яфетическая теория") Н.Я. Марра не было научно обоснованным и подверглось уничтожающей критике в ходе "дискуссии о языкознании" 1950 г.

- 137 -

ше я еще мог иногда писать, работать; в последние недели я и этого делать не могу, - одолели меня боли.

Ниночка, если ты еще не послала посылочки, подожди немного, пока у меня выяснится вопрос с больницей. Конечно, если она уже послана, тоже не беда, так как ее получат по доверенности.

Надеюсь, милая, что ты поправилась немного в Коростышеве, и вернулась в Москву отдохнувшей. И опять у тебя пойдут дни по-прежнему - работа и работа. Нагрузка у тебя в будущем учебном году такая же, как в прошлом? Между нами говоря, для тебя было бы интересней и выгодней побольше времени уделить работе над созданием учебника или словарей, чем педагогич. работе. Можно совмещать и ту и другую работу, но совсем бросить исследов.-литературную работу я бы тебе не советовал. Вечные уроки и уроки - слишком утомительно; работа же над учебником, словарем или над статьей для журнала - дает разнообразие, своего рода отдых и увеличивает заработок. Напрасно ты не пишешь статей для специальных журналов по иностр. языкам. Ты могла бы писать и по грамматике, по синтаксису и по методике - у тебя уже большой опыт по этим вопросам. Теперь, после устранения "нового учения" Марра - гораздо легче и интереснее писать по этим вопросам.

Милая, будь осторожна с простудой в связи с наступлением осени! Одевайся всегда хорошо. Не ложись вечером слишком поздно - сон важнее всего.

От Нины Ильин, получил открытку от 30/VII. Она собиралась в подмосковный дом отдыха. Сегодня ей пишу письмо. Сердечный привет Мил. Алекс, и Оле!

Крепко, крепко тебя целую Франц.


68. Н.Ф. Депутатовой68

 

22 августа 1950

Милая, родная Нина,

Письмо твое от 4/VIII получил. Очень рад, что твой отдых прошел благополучно, и ты хоть немного отдохнула, рассея-

 


68 С. 138. В последнем письме я тебе писал относительно моей отправки в больницу... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 14.8.1950 г. (наст.  изд., с. 136).

С. 139. Лурия Роман Альбертович (1874-1944) - терапевт, проф (с 1922 г.), засл. деят. науки РСФСР (с 1935 г.). С 1930 г. жил в Москве.

- 138 -

лась и поправилась. Надеюсь, что обратная дорога в Москву также прошла хорошо.

Последняя неделя у меня прошла относительно спокойно. Температура небольшая; хотя боли не унимаются, но когда нет высокой температуры, их легче переносить. Я всю неделю работал над Байроном, который теперь уже значительно продвинулся вперед.

В последнем письме я тебе писал относительно моей отправки в больницу на 2 недели. Но сейчас такая горячая пора с уборкой, что весь транспорт занят; даже неизвестно, когда меня смогут отвезти в больницу. Боюсь только, что скоро опять повысится температура, во время которой я не могу ехать.

Сейчас у нас стоит хорошая летняя погода, хотя часто бывают дожди. Когда у меня нет высокой температуры и на дворе хорошая теплая солнечная погода, я иногда по 2-3 часа днем сижу на дворе под березками. Воздух очень чистый и хороший. Но когда пасмурно, или когда дует ветерок, или утром и вечером, когда воздух сырой, я не могу выходить, а то сразу же осложняется процесс в легких и повышается температура. Я сейчас пользуюсь каждой минутой, когда хороший день, чтобы подышать свежим воздухом; скоро наступит опять время, когда уже нельзя и носа высовывать из комнаты. [2]

Нина милая, у тебя, наверно, сегодня или завтра начнутся занятия в институте. Я переживаю вместе с тобой все радостные волнения, которые всегда связаны с началом учебного года! Пиши мне, какая у тебя в этом году нагрузка. Боюсь, что она опять такая напряженная, что через месяц и следа не будет от твоей поправки. Ты только ради Бога отнесись строже к своему здоровью, и если тебе плохо, не ходи на работу, а всегда бери бюллетень. Имей в виду, что когда свалишься, ты больше никому не нужна! Кстати, если мне память не изменяет, у тебя в прошлом году исполнилось 25 лет научно-педагогической работы, и в случае какой-нибудь катастрофы с твоим здоровьем ты могла бы перейти на пенсию. Но лучше всего не допускать дела до этого. Не нравится мне, что даже во время отпуска у тебя печень опухла. По-видимому, твой про-

 

- 139 -

шлогодний врач мало тебе помог. Не знаю, жив ли еще профессор Лурия, крупный специалист по печени (я в 30-ые годы у него лечился); может быть, ты обратилась бы лучше к нему? Известно ли что-нибудь о Нине Ильиничне? Как поправилась Ваша Ляля? Целую тебя крепко, крепко Твой Франц.


69. Н.Ф. Депутатовой69

 

28 августа 1950 Милая, родная Нина,

С радостью получил твое письмо авиапочтой от 22/VIII; получил его на третий день, 25/VIII. Самое главное, что ты невредимо и относительно отдохнувшей вернулась домой. Я втайне все время тревожился, не случится ли что-нибудь в дороге вроде того, как этот несчастный случай со старушкой. На печальные мысли, милая, наводит только твоя печень. Если она сейчас уже болеет, то что же ожидать к новому году при твоей нечеловеческой педагогической и др. нагрузке? Видишь, родная, я тут немного не согласен с твоими установками относительно работы. Я понимаю, что тебе одной, без протекции и научного руководства невозможно заниматься более выгодной, во всех отношениях литературной работой по составлению учебников, словарей, статей для журналов и т.д. Повторяю, вполне понимаю тебя и согласен с твоими доводами. Но педагогическую работу нужно было, тем не менее, урезать до нормальной нагрузки. Но эти лишние часы тебя больше выматывают, чем они дадут тебе материально. Кроме того, откуда ты знаешь, что у тебя в этом году здоровье лучше, чем в прошлом, и поэтому тебе придется заниматься в кружке по первоисточникам. Насколько я могу судить по твоим письмам, так у 1 тебя здоровье [2] в этом году ничуть не лучше, а скорее хуже, чем в прошлом, и я очень советовал бы тебе, если ты к новому году не хочешь окончательно губить себя, заниматься в кружке с более низкими требованиями. Мало кто там требует дру-

 


69 С. 139. ...тебе придется заниматься в кружке по первоисточникам, - В то время все вузовские преподаватели, независимо от специальности, должны были изучать в кружках политического образования первоисточники, т.е. работы "классиков марксизма-ленинизма" (Маркс, Энгельс, Ленив, Сталин) и партийные документы.

С. 140. ...какой бес напутал нас с тобой поступить на этот несчастный факультет иноязыков? - Ф.П. Шиллер и Н.Ф. Депутатова учились на литературно-лингвистическом отделении педагогического факультета 2-го МГУ.

- 140 -

того - нужно думать и о себе и своем здоровье. Уверяю тебя, свалишься, так никто и знать тебя не будет.

У меня прошедшая неделя прошла относительно спокойно, температура не повышалась, а это самое главное. О поездке в больницу пока и речи нет, так как весь транспорт до последнего быка на уборке. Погода сейчас установилась хорошая, жаркая, без дождей. Урожай такой в этом году, что здешние 80-летние старики не помнят такого. Всю неделю усиленно работаю над Байроном, очень увлекаюсь работой, хотя не могу подряд писать больше часа, потом делать перерыв на 2 часа, потом опять час писать и т.д. Обязательно по 2-3 часа в день сижу под березами в роще. Воздух очень хороший. Беда моя вот только в том, что когда у меня нет высокой температуры, то сразу же повышается кровяное давление, так что голова постоянно болит, шум в голове и ушах. Беда с этим большим каталогом болезней - одна отпускает тебя на неделю, другая уже ждет своей очереди. Но гипертония все же легче туберкулеза. [3]

Нина родненькая, милая, я долго думал о мысли, высказанной тобой в последнем письме; на самом деле: какой бес напутал нас с тобой поступить на этот несчастный факультет иноязыков? Ведь мои покойные родители так хотели, чтоб я поступил на медицинский. Если бы я последовал их желаниям, вся моя жизнь сложилась бы по-иному, и куда бы я ни попал, я бы всегда работал по специальности и сохранил бы свое здоровье. Но теперь уже поздно жалеть об этом. Разве можно все предвидеть? Век такой. Ничего не поделаешь.

Милая, если бы ты знала, как мне иногда тяжело в обстановке дома инвалидов. Боюсь, что если не скоро умру, то с ума сойду. Столько сплетен, ссор, что нормальный человек не может себе представить, как это все разрушает последние нервы. Спасаюсь все терпеньем, а там посмотришь и не выдержишь очередной склоки. Беда, когда нет своего угла и своих близких людей, с которыми можно прожить остаток жизни после потери работоспособности.

 

- 141 -

Нина дорогая, самое главное, береги свое здоровье! Передай привет Нине Ильиничне!

Целую тебя крепко, сто раз

Твой Франц.


70. Н.Ф. Депутатовой70

 

4 сентября 1950

Милая, родная Нина,

Получил вчера извещение почты на сто рублей. Спасибо тебе! Еще раньше поступили "Лит. газеты". С удовольствием прочел их и передал их другим читать. Газеты каждый раз обходят всех читающих в поселке, и приход их всегда вызывает большую радость у всех.

Второй день у меня опять кровохарканье и повышается температура. Думаю, что усиленные страдания продлятся минимум 3-4 недели. Потом, может быть, недели 2-3 наступит облегчение. Таков ход болезни за весь прошедший год.

Последние 2-3 недели очень усиленно работал над Байроном. Работа близится к концу. Думаю, что в октябре смогу тебе выслать рукопись. Если была бы хоть малейшая возможность издания книги, так это украсило бы конец моей многострадальной жизни, и было бы большим делом не только для меня и моего имени как ученого в будущем, но это было бы очень важно и для дочки. Но думаю, что навряд ли мне предстоит еще такая радость. Я в этом отношении пессимист. Во всяком случае, когда вышлю тебе рукопись, я одновременно напишу тебе письмо к моему старому знакомому, Н.К. Гудзию; ты старайся ему лично вручить это письмо, и он скажет тебе, есть ли вообще смысл тратить деньги на покупку бумаги и на переписку рукописи на машинке. Если ровно никаких шансов на издание книги нет (об этом скажет тебе Н.К.), то будешь пока хранить рукопись у себя, а позднее, [2] когда Флора будет самостоятельная, передашь ее ей на память от меня. Если же Н.К. найдет, что есть какие-нибудь шансы на издание, то придется тебе и Нине Ильиничне сперва читать

 


70 С. 141. ...старому знакомому, Н.К. Гудзию... - Гудзий Николай Каллиникович (1887-1965) - литературовед, акад. АН Украины (с 1945 г.), проф. Московского ун-та (с 1922 г.). Ф.П. Шиллер слушал во 2-м МГУ курс Н.К. Гудзия по истории русской литературы.

С. 142. ...покойным Максимом Владим.... - М.В. Сергиевским.

- 142 -

рукопись и сделать необходимые стилистические поправки (я никогда сам не могу исправлять своих рукописей; как я их по настроению набрасываю, так они всегда и остаются). Мне думается, что ты должна помнить Николая Калинниковича Гудзия: мы с тобой еще в 1924 году во II МГУ сдавали ему зачеты по русск. лит. Потом я с ним и покойным Максимом Владим. очень подружился. Сейчас он занимает важное и влиятельное место в университете, Акад. наук и вообще в литературоведении. Если тебе трудно будет добиться с ним свидания для передачи моего письма, попроси Милицу Алекс., она должна быть с ним ближе знакома с времен Максима Влад.

Погода у нас опять испортилась: все дожди и дожди. О переезде в туберкулезную больницу пока нечего и думать. Да я, откровенно говоря, и не спешу. Пока чувствую себя тут, в лесу, лучше, чем в городе. А главное - молоко. Не представляю себе, как я буду жить без него. А в больницу, наверно, поеду только тогда, когда вся уборка закончится и освободится транспорт. Тогда уже и молока больше не будет, и я смогу с спокойной совестью поехать на некоторое время в больницу.

Что-то Нина Ильинична пропала. Она наверно где-нибудь в санатории проводит отпуск? Передай ей привет, если сможешь по телефону ее достать.

А ты, милая, вся уже по горло в работе? Ляля Ваша вернулась и здоровая? Оля бедная так и не отдохнула?

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


71. Н.Ф. Депутатовой

 

14 сентября 1950

Милая, родная Нина,

Сообщая тебе только в нескольких строках, что я еще жив. Как я страдаю уже две недели, не могу тебе писать, потому что в человеческой речи для этого нет слов и понятий. Температура все время от 40 - 41,5°.

Беспокоюсь, что так долго нет письма от тебя: последнее было от 22/VIII (авиапочтой). Боюсь, что ты тоже заболела.

 

- 143 -

Или у тебя с началом занятий столько работы, что сама не знаешь, за что взяться.

Здесь уже полная осень - дожди, заморозки. Для туберкулезника погода отвратительная. Опять поговаривают о том, чтобы отправить меня в больницу. Мне уже все безразлично. И там хорошо, и тут хорошо, а где лучше, неизвестно.

Целую тебя, милую, крепко, крепко

Твой Франц.


72. Н.Ф. Депутатовой72

 

18 сентября 1950

Милая, родная Нина,

Буря в груди у меня не затихает, но температура несколько снизилась. Послали запрос в туберкулезную больницу, и если прибудет положительный ответ, то меня отвезут на недели три в город. В общем положение скверное, но оно иначе и не может быть.

Одновременно с настоящим письмом посылаю тебе в этом конверте письмо к Николаю Калинниковичу и отдельно казной бандеролью рукопись книги о Байроне в девяти тетрадях (Байрон I-IX). Хотел я еще написать отдельное предисловие от автора, но теперь пришел к выводу, что оно после общего введения к книге - излишнее. Поэтому и высылаю рукопись раньше обещанного срока. Письмо к Н.К. положи в  конверт и заклей, но ничего на конверте не пиши. Скажи ему, что я послал это письмо совместно с рукописью. Надеюсь, что тебе удастся без труда поймать его на работе или на квартире (было бы лучше на квартире), вручить ему письмо и получить ответ для себя.

Мне кажется, что если бы удалось напечатать рукопись, то преодолел бы все свои болезни, наперекор всему и всем. Потому что моя "бывшая" драгоценная не может найти себе покоя, пока я не буду в могиле. Представь себе, она все лето рыщет через народный суд I участка Ленинградского района гор. Москвы по всей Омской области, чтобы через все врачебные комиссии, через которые я проходил, узнать "о состоянии здо-

 


72 С. 143. ...посылаю тебе... письмо к Николаю Калинниковичу... -См. письмо Ф.П. Шиллера Н.К. Гудзию от 18.9.1950 г. (№ 530).

- 144 -

ровья мужа", [2] чтобы таким образом односторонне, без моего согласия, расторгнуть брак со мною через суд на основании хронического неизлечимого туберкулеза. Мне суд даже не считает нужно сообщить о том, что она подала на развод. Я все это знаю только от знакомых врачей.

Да, Нина, этот злобный бес только и существует на свете, чтобы отравить каждую минуту моего и так уже отравленного и невыносимого положения. Надо же мне было жениться (...)! Как ты думаешь, Нина, знает Флора об этом разводе или нет? Если это сделано с ее согласия, то с этого момента у меня нет больше дочери. Я сперва думал написать в суд относительно раздела имущества и о сохранении моей фамилии за дочерью. Но потом я подумал: насилу мил не будешь, даже родной дочери. Ей сейчас идет уже 15-й год, она учится в 8-м классе, и раз она сама идет на такие вещи (а этот дьявол не мог и не может ей иначе объяснить перемену фамилии), то я ничем помочь не могу, и у меня больше нет дочери. Я только прошу тебя никогда им не говорить ни единого слова обо мне, как я живу, или что я закончил книгу о Байроне - Боже упаси сказать им об этом. Посвящение дочери в книге теперь уже отпадает.

Прошу тебя, Нина, написать мне твое мнение о следующем: мне после всего случившегося не хотелось бы, чтобы на [3] моей старой квартире на Ленинградском шоссе оставалось бы что-либо, напоминающее обо мне. Если бы ты не отказалась, то я хотел бы, чтобы мой рукописный архив хранился бы у тебя, а не у них. 9/10 рукописей (напечатанных работ) можно уничтожить, а из ненапечатанных остается совсем мало. Кроме того, надо бы забрать все мои сохранившиеся фотографии. Остается последний большой вопрос - о моей личной библиотеке. Самые необходимые книги и журналы (в которых я сотрудничал) можно было бы пока сохранить (их будет сотня) у тебя, остальную библиотеку продать букинисту (книги около 3-4000). Одним словом, Нина, ты пойми меня, я хотел бы, что бы мое "дома" было бы у тебя, а не у этих (...) на старой квартире. Пиши мне свои соображения по этому вопросу, это дело не срочное. Да я и понимаю, что сейчас у тебя нет времени этим заняться; это можно только во время отпуска.

 

- 145 -

А сейчас, родная, сделай с Ниной Ильиничной все, что только возможно, для выяснения вопроса относительно рукописи о Байроне.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


73. Н.Ф. Депутатовой73

 

22 сент. 1950

Милая Нина,

Сегодня ровно месяц, что получил последнее известие от тебя. Уже две недели я нервничаю и волнуюсь, что ты, наверно, серьезно заболела, ибо иначе я не могу себе представить причину твоего полного молчания. А может быть, с тобой случилось большое несчастье, попала под трамвай или т.п. Очень прошу тебя, если ты сама не в состоянии писать, пусть Оля или Ляля напишут несколько строк о твоем состоянии. В крайнем случае, попроси их позвонить Нине Ильиничне, и она мне сообщит.

18/IX отправил тебе рукопись и письмо к Н.К. заказной бандеролью и письмом. Но 18/IX не сумели сдать их на почтамте, и поэтому рукопись и заказное письмо уйдут из Омска только сегодня, совместно с настоящим письмом. 20/IX я послал письмо Нине Ильиничне, чтобы она выяснила, что случилось с тобою.

У меня совершенно нет настроения писать о чем бы то ни было, пока не получу известия о твоем состоянии. В больницу меня не отправят. Температура несколько снизилась.

Крепко целую Франц.


74. Н.Ф. Депутатовой

 

29 сент. 1950

Милая, родная Нина,

Получил твою телеграмму от 19/IX и извещение на посылку. Сердечно благодарю. Точно камень с плеч свалился. Я в

 


73 С. 145. Сегодня ровно месяц, что получил последнее известие от тебя. - Речь идет о письме Н.Ф. Депутатовой от 22.8.1950 г., полученном Ф.П. Шиллером 25 августа. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 28.8.1950 г. (наст.  изд., с. 139).

- 146 -

последние две недели очень нервничал и был почти убежден, что с тобою случилось какое-нибудь большое несчастье.

Рукопись и письма ты теперь наверно уже получила. Если время тебе позволяет, извести меня о получении рукописи, а то с этими бандеролями иногда бывают неожиданности.

Обещали меня отвезти на некоторое время в туберкулезную больницу, но так и не довели дела до конца и не согласовали этого вопроса с больницей. А так, на авось, я не могу поехать. Придется мне действовать на свой страх и риск и самому списаться с больницей. Если главный врач прошлогодний, то он мне ответит.

С наступлением гадкой осенней погоды боли у меня в груди усиливаются. К тому же нас часто переводят из палаты в палату. Сейчас меня поместили с очень тяжелыми нервными больными, и это [2] все весьма пагубно отзывается на мне.

По-прежнему живу исключительно молоком, которое мне тут одна хозяйка доставляет каждое утро в палату. Хлеб, мясо, суп, картофель я месяцами не могу брать в рот. По-видимому, все это связано с моей болезнью.

Сейчас начали применять несколько новых лекарств при лечении туберкулеза (стрептомицин, новый препарат и др.), но мне эти средства недоступны; кроме того, они, как пишут, не помогают (или мало помогают) в лечении моей болезни на последней стадии. Но тем не менее я постараюсь списаться с больницей и поехать на некоторое время, пусть даже зимою.

Ты, бедняжка, наверно вертишься как белка в колесе и не справляешься с неимоверной нагрузкой. Нельзя работать сверх сил. Это можно еще делать в молодости, в полном здоровье, но не в твоем болезненном состоянии.

Как Нина Ильинична? Вернулась она с отпуска?

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.

 

- 147 -

75. Н.Ф. Депутатовой75

 

2 октября 1950

Милая, родная Нина,

Хотя я тебе отправил только 29 сент. письмо, но вчера получил одновременно оба письма (от 19/IX и 24/IX) и посылку, и поэтому пишу тебе сегодня опять. Все вещи в посылке были в полной исправности. Очень тебе благодарен. Сахар мне хватит месяца на три.

Я отлично понимаю, что ты настолько перегружена работой, что, когда приходишь усталой домой, то нет никакого настроения писать письма. Я бы советовал тебе следующее: чтобы больше не было такого длительного перерыва в переписке, пиши хоть раз в две недели маленькое письмецо в несколько строк о том, что у тебя все по-старому. Это для того, чтобы я тут не нервничал излишне и не придумывал всяких ужасных несчастий. Более же подробное письмо откладывай до какого-нибудь перерыва в занятиях, до праздника и т.п. Мне только получать от тебя не реже одного раза в 2 недели хоть какое-нибудь известие, чтобы я был спокоен. Было бы нехорошо с моей стороны, если бы я требовал от тебя писем при такой напряженной работе.

Облегченный период в моей болезни опять заканчивается. В ближайшие дни надо ожидать повышение температуры. Второй день идет кровь в небольшом количестве. Я отправил письмо главн. врачу туберкулезной больницы и жду ответ с дня на день. Так что, возможно, что в следующую неделю отправлюсь в город; думаю, не [2] надолго. Я тебя сразу же об этом извещу.

Ты спрашиваешь относительно пантопона для утоления болей. Врачи мне не советуют принимать пантопон или морфий, потому что организм очень быстро привыкает к ним, и тогда необходимо их чаще и чаще принимать, а это в общем очень вредно. Так что я решил пока что терпеть. Я в прошлом году видел таких наркотиков в больнице - это еще хуже.

Надеюсь, за это время рукопись о Байроне прибыла. Если Н.К. найдет, что имеет смысл переписать ее на машинке, то я

 


75 С. 147. ...я тебе отправил... 29 сент. письмо... - См. письмо № 74.

морфий - здесь: морфин - болеутоляющее средство.

...видел таких наркотиков... - очевидно, наркоманов.

- 148 -

просил бы тебя и Нину Ильиничну прочесть рукопись до переписания на машинке. Вам обеим предоставляю полное право изменить, исправить, дополнить рукопись, как вы находите нужным. "Введение" ко всей книге находится в конце, в IX тетради, и при переписке его нужно перенести в начало. Но думаю, что не придется переписать работу, ибо навряд ли существует надежда на издание.

Ты уж прости меня, родная, что я этим Байроном вклиниваюсь в твой и так уже перегруженный до отказа рабочий день. Но встречу с Н.К. я все же просил бы не откладывать, а организовать ее по возможности в одно из ближайших воскресений.

Так это выходит, что Нина Ильинична только теперь отдыхает в доме отдыха? Я же был убежден, что она уже вернулась оттуда. Насчет писем она - с ленцой. Но это в шутку. Ведь она тоже перегружена работой.

Целую тебя крепко

Твой Франц.


76. Н.Ф. Депутатовой

 

10 окт. 1950

Милая, родная Нина,

Пишу тебе только несколько строк, потому что мне уже давно плохо. Эта отвратительная переходная погода от осени к сибирской зиме, да плюс еще эти несуразные бытовые (жилищные) условия совсем доконают меня. Тут, кроме обычных приступов болезни, по-видимому, присоединился еще грипп, и от длительной высокой температуры и отсутствия всякого аппетита я страшно ослаб. В больницу меня не принимают; ответили, что это совершенно бесполезно. Жду, что, может быть, с наступлением зимы будет немного лучше. Но опять ведь комната, в которой живу с 2-мя 80-летними стариками, без форточки, так что воздух жуткий.

Так как уже больше месяца не встаю с постели, то было бы хорошо читать "Лит. газету". Если у тебя накопилось, вышли их как-нибудь.

 

- 149 -

Ты уж прости, милая, настроение очень плохое, а слабость еще хуже. От Нины Ильиничны получил письмо из дома отдыха. Напишу ей несколько строк.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


77. Н.Ф. Депутатовой77

 

16 октября 1950

Нина милая, родная,

Получил я твое письмо от 6/Х и газеты. Благодарю тебя. Могу тебе сегодня написать лишь несколько строк. У меня все время опять такие же ужасные боли в груди, как прошлой зимой. Я буквально - особенно по ночам - не знаю, куда деваться от болей. Это не жизнь, а сплошные страдания.

Я виноват перед тобой, что отослал тебе письмо от 18/IX, написанное в момент сильного раздражения. Конечно, нелепо подозревать меня в том, что я по каким-то причинам стараюсь сохранить "формальную связь" с этой женщиной. Как раз наоборот: мне обидно, что она так долго носила мою фамилию. Но ведь не в этом суть развода. Ведь вопрос в дочери. Эта женщина мне весною 1948 в своем последнем письме писала, что ей нужен развод, чтобы избавить дочь от "нехорошей" фамилии и дать ей хорошую. Вот почему вся эта мышиная 2-х летняя возня вокруг этого развода имеет для меня крайне оскорбительный характер. Моя фамилия оказалась для моей родной дочери позорной, а фамилия какого-то Иванова или Сидорова будет для нее счастьем. Для тебя и Нины Ильиничны это чувство оскорбления простого человеческого достоинства, - не говоря [2] уже о достоинстве отца, - совершенно неизвестно и непонятно, и поэтому нет смысла возвращаться к эму вопросу.

Судя по сообщениям газет, за последние годы открыто ряд новых препаратов для лечения туберкулеза ("препарат А", "Паск" и др.). Конечно, вылечить меня от болезни невозможно, но если бы я мог пройти такой курс лечения в московских

 


77 С. 149. Я виноват... что отослал тебе письмо от 18/IX... - См. письмо № 72.

"Паск" - ПАСК (пара-амино-салицилат натрия), препарат, применяемый для лечения туберкулеза.

- 150 -

или др. крупных туб. больницах, он дал бы мне огромное облегчение, т.к. эти препараты убивают бациллы Коха и освобождают больного от температуры, пота, кашля. Но Омская туб. больница в этом отношении хуже сельской у вас: ничего нет, и ничего не делается. Бог с ними. Но страдания ужасные. Мне кругом везет: надо же было попасть в эту дыру.

Нина Ильин, наверно теперь вернулась в Москву. Она мне тоже писала, что недовольна с домом отдыха. Она все же молодчина; но работу ее не ценят по настоящему в Институте. Отчасти тут виновата и ее чрезмерная скромность.

Милая, ты, не сомневаюсь, уже давно устала от чрезмерной нагрузки. До облегчения тебе остался один месяц. Если нет времени писать, посылай раз в 2 недели кратенькую телеграмму. Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


78. Н.Ф. Депутатовой78

 

23 октября 1950

Милая, родная Нина,

Получил я твое трогательное письмо от 14/Х, а также деньги, высланные тобою 8/Х. Нет слов, милая, которыми можно было бы выразить благодарность за твою самоотверженную и искреннюю заботу обо мне.

Твое описание посещения Ник. Кал. до того растрогало меня, что я весь день не мог удержаться от слез. У меня нервы страшно развинчены, и это исключительно трогательное и искреннее участие Н.К. в моем несчастье вывело меня совершенно из равновесия. Прошу тебя при встрече с ним передать ему мою благодарность за все в таких теплых выражениях, на которые ты только способна.

Относительно рукописи. Думаю, что лучше всего будет так: Нина Ильин, возьмет на себя редактирование, найдет машинистку, следит за перепиской и сверяет переписанные экземпляры с рукописью. На твою долю падет финансовая сторона: 300 руб. от Н.К. пойдут на оплату труда машинистки. Но

 


78 С. 151. ...о "Дон-Жуане"... - "Дон-Жуан" - стихотворный роман Дж. Байрона (1819-1824 гг., не закончен).

- 151 -

так как этой суммы недостаточно, то тебе придется, если сможешь, прибавить еще рублей 200. Причем за ноябрь и декабрь мне никаких денег присылать не нужно, т.к. в это время не будет молока. С первым снегом здесь молоко кончается, а первые коровы отелятся в середине января. Посылки мне также не надо так скоро высылать: сахар мне хватит до нового года, а к этому времени Нина Ильин, (она сама предложила) сможет мне сделать небольшую посылочку с сахаром. От денежных расходов Нину Ильин. (в отношении переписки рукописи) нужно избавить. Трудно наверно [2] будет достать дешевую бумагу для машинки. Не знаю, продается ли она свободно в магазинах, или ее можно только получить в издательствах и учреждениях. Может быть Нина Ильин, в курсе дела. Перепишите, как Н.К. сказал, рукопись в 3-х экз. Причем мне не нужно выслать экземпляра: два экз. оставляй у себя - если понадобится - для издательства (там требуется обязательно 2 экз.), а один экз. вложи в папку и передай Н.К., чтобы он мог бы передать его для чтения, кому он считает целесообразно. Если сейчас трудно надеяться на скорое издание книги - я это прекрасно понимаю и учитываю все мешающие этому обстоятельства, - то пока, может быть, можно было бы в каком-нибудь журнале опубликовать отдельные главы (например 3 главы о "Дон-Жуане"). Но мне отсюда трудно советовать, я  убежден, что Н.К. сам сделает все, что возможно.

Относительно Флорочки ты и Нина Ильин., конечно, правы. В более спокойном состоянии я сам пришел к такому же выводу, что она сама не виновата, что ее исковеркала мать. Не могу думать о дочери, чтобы сразу непроизвольно не навертывались слезы. Уж очень все это коварно и нечеловечно со стороны ее матери.

О себе, милая, могу сообщить только о бесконечных страданиях. Не знаю, виновата ли переходящая погода или само развитие болезни, но я напрасно все жду облегчения, которое не всегда следовало после тяжелых приступов. [3] Снег у нас еще не выпал, но мороз уже доходит до 9-10°. Все время лежу в постели. Сон почти что отсутствует. Приспособился писать на фанерке в постели.

 

- 152 -

Я все время высчитываю, сколько тебе дней остается до 15 ноября, когда у тебя уменьшится нагрузка. До обеда, когда у меня температура более низкая, я час-два читаю, сидя в постели, и делаю себе заметки. Не могу жить без работы.

Еще раз, Нина родная, благодарю тебя за все твои заботы и любовь к вечному страдальцу.

Передай сердечный привет Нине Ильин.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


79. Н.Ф. Депутатовой79

 

30 октября 1950

Милая, родная Нина,

Получил я твое письмо от 22/Х. То, о чем мне советует Ник. Кал., я думал уже с момента, когда начал писать книгу. Но видишь, я уже до того научен горьким опытом, что не ожидаю положительного результата от этого. Такие вещи имеют успех тогда, когда они поддерживаются ходатайством, формальным или фактическим, какого-нибудь научного учреждения или влиятельного лица. Ни на первое, ни на второго мне, судя по всему, рассчитывать не придется. Конечно, я сделаю, что ты и Н.К. мне советуете; может быть, что-нибудь и выйдет. Я только прошу тебя ничего не говорить Ник. Кал., что я не ожидаю положительного результата от этого; скажи ему, что я очень благодарен за совет и буду писать.

Но практически придется дело устроить таким образом: экземпляра рукописи сюда мне высылать не нужно, потому что мне отсюда отправить пакет почти что невозможно. У нас почты нет, а сам я не могу поехать в Пушкино или Омск. Письма приходится отправлять случайно с людьми, которые едут в город. Один держит письмо 3-4 недели в кармане, другой его сдаст сразу. Вот поэтому и получается, что ты могла получить письмо от 10/Х раньше, чем от 29/IX. А такой пакет я тем паче не могу отправить с чужими людьми. Кроме того, прислать мне рукопись и отсюда ее отправить обратно - задер-

 


79 С. 152. То, о чем мне советует Ник. Кал.... - Н.К. Гудзий посоветовал Ф.П. Шиллеру обратиться с просьбой об издании книги о

Дж. Байроне, а также о реабилитации и снятии политических ограничений лично к Сталину.

...ты могла получить письмо от 10/Х раньше, чем от 29/IX. -См. письма № 76 и 74.

С. 153. ...отправь его по почте прямо в Москве. - Ф.П. Шиллер не хотел отправлять письмо Сталину сам, т.к. опасался, что оно будет изъято Омским УМГБ. В Москве пакет на почте не приняли, и Н.Ф. Депутатова сдала его под расписку на кремлевской проходной.

Как написать адрес (и мой обратный адрес) я тебе напишу. -См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 2.11.1950 г. (наст.  изд., с. 154).

Относительно моих книг и т.д. ... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 18.9.1950 г. (наст.  изд., с. 144).

...пришли мне... маленьких общих тетрадей, как последний раз. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 29.5.1950 г. (наст.  изд., с. 123).

- 153 -

жит все дело на два месяца. Придется сделать так: я на этой неделе напишу краткую автобиографию и письмо и вышлю их тебе. Когда рукопись будет переписана и выверена после машинистки, положи один экземпляр вместе с моим письмом и автобиографией в большой конверт и отправь его по почте прямо в Москве. Как написать адрес (и мой обратный адрес) я тебе напишу. Другого способа я не вижу. Рассчитываю, что приблизительно к концу ноября рукопись книги может быть готова. Конечно, это зависит от того, насколько свободного времени будет у Нины Ильиничны. [2]

Пока все это дело с рукописью не будет закончено, мне не хочется думать ни о чем. Относительно моих книг и т.д. ты права; пусть то, что еще осталось от моей библиотеки, достанется Флорочке. Только возможно, что мне в течение зимы нужны будут несколько книг оттуда, и я не знаю, как их опять выцарапать оттуда.

Нина милая, я совершенно остался без бумаги, а достать тут негде. Даже письмо написать уже не на чем. Если тебе не трудно, пришли мне опять с очередной пачкой газет штук пять маленьких общих тетрадей, как последний раз.

От Нины Ильиничны я получил письмо от 18/Х. Но я буквально за день до его получения отослал ей письмо. Скажи ей сердечное спасибо за ее умное письмо и скажи, что писать буду позднее, когда эта горячка с рукописью пройдет.

Сегодня у нас выпал первый снег. Здоровье мое все время напряженное; нахожусь уже почти два месяца в постели. Температура за последние два дня снизилась почти до нормальной, но боли в груди упорно удерживаются. Надеюсь, что может быть удастся выкроить хотя бы неделю облегчения.

Аппетит у меня плохой. Твоя последняя посылка стоит пока еще почти нетронутая. Думаю, что и к новому году не будет надобности прислать новую посылку.

Установилась прошлогодняя монотонная зимняя картина: за окошком белая березовая роща, окутанная снегом; куры, гуси, телята, овечки и т.д. все спрятались по теплым помещениям. Один мой старый мохнатый пес волкодав угрюмо ходит

 

- 154 -

вокруг барака и стережет нас от серых волков. У него такая длинная шерсть на голове, что еле заметны его умные глаза. Он по-прежнему дружит со мною и каждый день приветствует меня через окошко. Таковы страдания и радости моей никчемной жизни.

Целую тебя крепко Франц.


80. Н.Ф. Депутатовой80

 

2 ноября 1950

Милая Нина,

Очень спешу с отправкой прилагаемых материалов, а потому буду кратким.

После переписки рукописи книги на машинке необходимо тщательно выверить переписанный текст с рукописью, чтобы не вкрались крупные ошибки, пропуски или искажения. Если у тебя нет времени, может быть Нина Ильин, могла бы это сделать? Затем надо разложить переписанное на 3 экземпляра и дать им сквозную нумерацию (а не нумерацию машинистки) чернилами сверху. Посвящение дочери пока не вкладывайте. Следите, чтобы "Введение" было в начале, сразу после титульного листа, а не в конце, как в тетрадях. Когда все это будет готово, возьми один экземпляр, мою краткую автобиографию и письмо (в последнем поставь дату перед ... Ноября 1950) - вложи все это в большой конверт и сдай его заказным письмом на почту. Адрес напиши так:

Москва. Кремль

Председателю Совета Министров Союза ССР

тов. Сталину Иосифу Виссарионовичу

—————————————————

Отправит.: Омская обл., Кагановичский район, Пушкинский дом инвалидов.

Ф.П. Шиллер

Думаю, что за ноябрь вы успеете переписать рукопись и отправить ее по назначению. Конечно, если ни ты, ни Нина Ильин, не заболеете. Если у Нины Ильин. [2] очень много ра-

 


80 С. 154. Посвящение дочери пока не вкладывайте. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 18.9.1950 г. (наст.  изд., с. 144).

...поставь дату перед ... Ноября 1950... - В окончательном варианте письмо датировано июнем 1951 г., т.к. его отправка задержалась из-за переписки рукописи "Байрона".

...Председателю Совета Министров Союза ССР тов. Сталину... - Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович (1878-1953) -ген. секр. ЦК партии (с 1922 г.), пред. Совнаркома (Совета Министров) СССР (с 1941 г.). Ф.П. Шиллер обратился к Сталину как к главе правительства, т.к. в то время этот пост считался более высоким, чем должность генсека. Текст письма см.: наст.  изд., с. 808-810.

С. 155. ...веселых праздников... - Речь идет о праздновании годовщины Октябрьской революции.

- 155 -

боты, пусть она лишь бегло просмотрит, чтобы только не было грубых стилистических ошибок. Если в дальнейшем понадобится, она сможет еще исправить остальное.

У нас зима ударила сразу со всей силой: уже 20° мороза. Эти резкие переходы в погоде очень пагубно отражаются на моих болях в груди. Но ты видишь, что я быстро написал все необходимое, несмотря на фанерку, кашель и вечный пот.

Представляю себе, сколько забот и хлопот у тебя сейчас, да еще и заботы о моей рукописи. С нетерпением жду 15 ноября, когда у тебя будет меньше нагрузок. А как, милая, у тебя печень и гипертония? Ты что-то давно мне не писала об этом; хочется думать, что это хорошая примета.

Сердечный привет Нине Ильин, и Ник. Кал.! Всем Вам желаю веселых праздников и доброго здоровья! А ты, родная, не очень расстраивайся в несчастную дату смерти Василия Никит.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


81. Н.Ф. Депутатовой81

 

8 ноября 1950

Милая, родная Нина,

Надеюсь, что письмо мое от 2/XI прибыло. Я только забыл тебе написать, что автобиографию и письмо никому не надо показывать, за исключением Ник. Кал., если он сам, от себя, выразит на это пожелание. Напиши мне приблизительно срок, когда рукопись будет готова и может быть отослана.

У нас уже полная зима; мороз все эти дни около 20°. Зиму мне в этих условиях гораздо тяжелее переносить, чем лето. Ко всем постоянным болям - от сырости, холода и сквозняков происходят вечные обострения горловых и бронхиальных заболеваний. А это означает, что у меня не будет, как это было летом, облегчений на 1-2 недели, а что пот, средняя темпера- тура и мучительнейший кашель будут меня мучить без перерыва. Аппетит у меня полностью отсутствует, и твоя посылка

 


81 С. 155. Надеюсь, что письмо мое от 2/XI прибыло. - См. письмо №80.

С. 156.... Чехов... выезжал на южный берег Крыма. - Чехов Антон Павлович (1860-1904) - рус. писатель. Болея туберкулезом, последние годы жил в Ялте.

несчастья 1947 года - смерть В.Н. Депутатова - мужа Н.Ф. Депутатовой.

- 156 -

так и стоит нетронутая. Даже сахар мне стал противен. Уж болезнь такая отвратительная! Теперь мне понятно, что Чехов, который ведь тоже умер от чахотки, не мог зимою жить в Москве, а всегда выезжал на южный берег Крыма. Теперь [2] мне понятны и постоянные жалобы (в письмах) Белинского и Шиллера, - которые оба страдали и умерли от моей формы чахотки, - на простуды и невыносимые боли, и их стремления на зиму переезжать в южный климат. Сколько этот несчастный туберкулез унес раньше срока людей в могилу!

Как ты, милая, провела праздники? Я все боюсь, что ты напрасно опять переживала несчастья 1947 года. Ты встретилась со своими старыми знакомыми? Напиши мне, ведь это правда, что с 15/XI нагрузка у тебя уменьшится? Может быть, ты опять согласилась на дополнительные часы? Знаешь, милая, мне очень не нравится, что ты сама все варишь и ведешь маленькое хозяйство. Надо бы все-таки устроить так, чтобы была приходящая работница, которая могла бы варить и убирать помещение. Боюсь, что ты этого не можешь сделать из-за того, что помогаешь мне.

Передай Нине Ильиничне сердечный привет!

Целую тебя крепко

Франц.


82. Н.Ф. Депутатовой82

 

15 ноября 1950

Милая, родная Нина,

Могу тебе написать лишь коротко, т.к. у меня с 9/XI t 40-41° и совершенно нечеловеческие боли в груди. От сырости у меня вся грудь воспалилась, и я дышу с таким трудом и напряжением, как рыба, выброшенная на берег.

Спасибо тебе за поздравления к моему 52 дню рождения! Но я весь день 11/XI провел в полусознательном состоянии и мучительных страданиях.

Очень жалею, что не получаешь моих писем. По-видимому, пьяные наши возчики теряют их и не опускают в ящик. Боль-

 


82 С. 156. день lim - См. прим. к с. 16.

С. 157. СЮ- 29/Х я послал тебе 3 письма... - Имеются в виду письма от 10,16 и 23 октября 1950 г. (№ 76,77,78).

...письма: 29/Х... - Письмо датировано 30.10.1950 г. (№ 79).

...затем 2/XI... наконец 8/XI. - См. письма № 80,81.

...вынужден отложить ответ на другое время. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.К. Гудзию от 18.12.1950 г. (№ 531).

Совету его... я последую... - См. прим. к с. 152.

...расширила одну главу, где говорится об армянском вопросе. -Дж. Байрон интересовался этим вопросом и даже занимался армянским языком.

"Es hofft der Mensch, solang er lebt" - "Человек надеется, пока он жив" (нем.).

- 157 -

ше не буду посылать с ними; лучше буду писать реже, но посылать с надежными людьми.

А я ведь писал тебе много. С 10 - 29/Х я послал тебе 3 письма, в которых подробно ответил тебе на посещение Н.Кал., писал, чтобы 300 рубл. израсходовать только на переписку рукописи, чтобы ты прибавила к ним еще рублей 200. Писал, что в ноябре-дек. тут молока нет, а поэтому нет надобности высылать мне в эти два месяца по 100 рублей. Писал также, что уже 2 месяца у меня абсолютно нет аппетита, и поэтому мне к новому году не нужно высылать посылки, т.к. твоя все еще стоит [2] нетронутая. После этих 3-х писем я тебе еще послал письма: 29/Х, затем 2/XI (заказное, с авто-биогр.), наконец 8/XI. Так что 6 писем, и ты, по-видимому, ни одного не получила. Если заказное от 2/XI не пришло, сообщи мне, и я по квитанции подам заявление на почту.

Письмо Ник. Кал. от 30/Х получил. Передай ему сердечную благодарность за сочувственное письмо и проси за меня извинение перед ним, что я сейчас так слаб, что вынужден отложить ответ на другое время. Совету его, - скажи ему, - я последую и уже выслал тебе необходимые бумаги. Я в последнем письме к Нине Ильин. написал ей, чтобы на расширила одну главу, где говорится об армянском вопросе. Передай Нине Ильин., что этого делать не надо, что надо ограничиться грубыми стилистическими ляпсусами, иначе, боюсь, не доживу до окончания переписки рукописи. В общем это, конечно, не важно, т.к. ничего не ожидаю от этого, но, как Шиллер говорит "Es hofft der Mensch, solang er lebt", так и в этом случае.

Нина милая, прости, я ослаб до невозможности. Ты не можешь себе представить, как мне тяжело и трудно.

Передай сердечный привет Нине Ильин. Целую тебя крепко

Твой Франц.

 

- 158 -

83. Н.Ф. Депутатовой83

 

19 ноября 1950

Нина милая, родная,

Меня так огорчает, что ты не получаешь моих писем. Последнее письмо, которое ты упоминаешь, было от 10 октября. А я уже и счет потерял, сколько я тебе за этот промежуток времени отправил писем!

Милая, эта зима страшно тяжелая для меня. Дело тут, наверно, не в зиме, а во мне самом: последние силы тают, туберкулезные вспышки становятся все страшнее и длиннее, а интервалы между ними почти что исчезают. Когда наступит сплошная цепь вспышек, человек может прожить не более 3-6 месяцев.

В связи с общим ухудшением болезни особенно больно ощущается полное отсутствие аппетита. Я сейчас кушаю не больше воробья или цыпленка. Решительно ни к чему нет аппетита, даже к сахару, который я раньше охотно употреблял. В связи с этим я очень ослабел, даже руку держать и писать доставляет мне большие трудности. Больше всего я страдаю по ночам: всю ночь не сплю, все время [2] потею (меняю рубашки по 3-4 раза за ночь), а кашель доводит меня до хрипоты и слез. Ко всему этому, начиная после обеда и до утра - средняя температура (37,7°-38,50). Это - картина моего состояния в "нормальное время", т.е. когда нет приступа. А страдания во все время вспышки я тебе не в состоянии описать. Хотелось бы, чтобы болезнь приблизила бы конец, т.к. такая жизнь - одно мучение и никому не нужна. Но ведь все это не зависит от нас.

Надеюсь, что после 15 ноября у тебя нагрузка несколько уменьшилась, и ты сможешь подышать несколько свободнее. Мне очень неудобно, что своею рукописью сделал тебе и Нине Ильин, добавочные хлопоты, когда вы сами не знаете, как справиться со своими собственными работами. Я иногда думаю, что это было лишним капризом со стороны больного человека. Ведь, в сущности говоря, в моем положении для человека должно быть уже все безразлично.

 


83 С. 158. Последнее письмо... было от 10 октября. - См. письмо №76.

С. 159. ...Нина Ильин, через своего знакомого в техникуме узнала бы, здорова ли Флорочка... - Н.И. Непомнящая была близко знакома с коллегой И.В. Шиллер по преподавательской работе в Московском энергетическом техникуме.

- 159 -

Было бы хорошо, если бы Нина Ильин, через своего знакомого в техникуме узнала бы, здорова ли Флорочка, - не называя, конечно, моего имени. Или, может быть, ты это сможешь узнать через других лиц? У меня в последнее время такие кошмарные сны, и я прямо дрожу за свою дочку.

Передай сердечный привет Нине Ильин.!

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


84 Н.Ф. Депутатовой

 

27 ноября 1950

Милая, родная Нина,

Получил я твою телеграмму, в которой ты сообщаешь, что все хорошо. Из этого я заключаю, что письма мои, наконец, дошли. С этой таежной почтой одно горе, только портишь свои нервы.

Положение мое все такое же скорбное, каким оно является уже третий месяц. Просвета не видать: температура и пот с кашлем мучают меня ежедневно. Сибирская зима, да еще в моих бытовых и жилищных условиях, по-видимому, не очень дружит с чахоткой, особенно если больной по рождению из более теплых мест.

Пиши, на самом ли деле ты после 15 ноября более свободная, или это было только мечтой? Ты в этом году ничего не пишешь о состоянии своей печени и гипертонии. Можно из этого заключить, что тебе лучше, или ты просто героически переносишь все и работаешь?

Жду бандероль с последними номерами "Литер. газеты" до 5 ноября. Приложи, пожалуйста, если тебе не трудно, штук 5 тоненьких общих тетрадок, у меня давно [2] уже нет ни клочка бумаги. Очень просил бы тебя, не забыть своевременно подписаться на "Литер. газету" на 1951 год. Она ведь тебе тоже в какой-то степени нужна, а мне она доставляет большое удовольствие.

 

- 160 -

Ну, вот, и устал уже. Передай Нине Ильиничне сердечный привет.

Целую тебя крепко, крепко Франц.


85. Н.Ф. Депутатовой85

 

9 декабря 1950

Милая, родная Нина,

Хотя я тебе послал лишь 6/ХII письмо, но так как я сегодня получил твое долгожданное письмо от 28/XI, то пишу тебе опять.

С моей стороны было совершенно непростительно, что я возложил все хлопоты по переписке рукописи моей книги на плечи таких бесчеловечно перегруженных собственной работой, как Нина Ильин, и ты. Из твоего совершенно сумбурного письма от 28/XI я заключаю, что вы обе до того устали и закружились, что было бы преступлением с моей стороны требовать от вас, чтобы вы уделяли еще время и на меня. Причем мы, по-видимому, не поняли друг друга. Я представлял себе просмотр тетрадей-рукописи таким образом, чтобы ты или Нина Ильин. прочитали тетради так, как культурный читатель читает книгу, и попутно исправляли бы [2] бросающиеся в глаза стилистические неровности. На такой просмотр одной тетради требуется не больше 3 часов. Из твоего письма же я заключаю, что за время больше месяца не просмотрена ни одна тетрадь. При таких темпах переписка рукописи займет не меньше года!

Теперь, Нина милая, сама соображай: я написал всю книгу в постели, в промежутках между приступами болезни, в течение полугода. На переписку же требуется год. Прости меня, милая, но я тут ничего не понимаю. Нина Ильин. или больна или до того перегружена работой и так устала, что за месяц не может выкроить 3-х часов для рукописи. Нина родная, ты не обижайся и ни одного слова об этом не говори Нине Ильин. Я понимаю, что она не в состоянии или по болезни или по пере-

 


85 С. 160. ...послал... 6/ХП письмо... - Среди писем Ф.П. Шиллера, сохраненных Н.Ф. Депутатовой, нет письма от 6.12.1950 г. Видимо, речь идет о письме от 27.11.1950 г. (№ 84), отправленном лишь 6 декабря.

...я написал всю книгу... в течение полугода. - Судя по своим письмам Н.Ф. Депутатовой, Ф.П. Шиллер работал над книгой о Байроне с августа 1949 г. по сентябрь 1950 г. (с перерывами).

С. 161. ...отправки рукописи по назначению. - Сталину.

- 161 -

груженности эту работу сделать. Я чувствую себя крайне виноватым перед ней, что сам не догадался и все же просил ее просмотреть рукопись. Я очень прошу тебя под тем или другим предлогом взять у нее срочно тетради [3] и без всякого просмотра передать их машинистке для переписки. Ведь там нет ни одного слова для перевода, а ту или иную стилистическую неровность можно выправить и потом, если это вообще потребуется для дела. Мне вся эта история до того неприятна, что лучше было бы, если бы я вообще не написал бы эту книгу. Я знаю ведь бедную Нину Ильин., и если она не может уделить время для просмотра, то она на самом деле не может. А я, дурак, все лезу со своими просьбами и хлопотами и не соображаю, что людям и без меня до горла хватает своих хлопот и работ. Надо было с самого начала, в середине октября, отдать тетради без просмотра машинистке, и сегодня рукопись, может быть, была бы почти переписана. Ведь все это дело с рукописью полностью теряет свой смысл, если его оттягивать на многие месяцы.

Вообще же, мне тут трудно судить, сделай так, Нина, как ты сама считаешь нужным. [4]

Ник. Кал. я напишу попозже, когда уже что-нибудь будет известно относительно отправки рукописи по назначению. А что я ему сейчас могу сообщить, когда вообще не видать, когда рукопись может быть отправлена?

Относительно посылки, милая, ты не торопись. Сейчас мне сахара совершенно не надо. Я тебе позднее, после нового года, напишу относительно тетрадей и некоторых мелочей, которые можно упаковать в маленький ящик.

У меня все по-прежнему.

Крепко тебя целую

Твой Франц.

P.S. Газеты с бумагой получил. Сердечное спасибо!

 

- 162 -

86. Н.Ф. Депутатовой86

 

12 декабря 1950

Милая Нина,

Сегодня едет знакомый инвалид в город, и так как я не знаю, будет ли у меня еще такой удачный случай до Нового года, то я решил написать тебе, хотя я и послал только 6 и 9 декабря письма.

Вчера я получил неожиданно от Омского Облсобеса официальное отношение, в котором меня уведомляют о следующем: ввиду того, что у меня туберкулез легких в открытой форме, то я по положению не могу находиться в доме инвалидов общего типа; поэтому Облсобес подал ходатайство отправить меня в дом инвалидов специально для туберкулезно больных.

Дом этот находится где-то далеко, в другой области, на Северном Урале. Можешь себе представить, какая там будет среда и какая жизнь. Я только ни за что не соглашусь ехать в такую даль зимою, потому что я бы и не пережил и ста км. пути. Но весною меня, по-видимому, туда от-[2]правят. Раз я бездомная бродячая собака, то нечего и обижаться, если перекидывают туда, куда считают нужным.

Я все эти дни считаю себя страшно виноватым перед Ниной Ильиничной, что осенью сам не догадался, что при ее перегруженности собственной работой (она ведь кончает только в 6 1/2 час.!) она физически не в состоянии прочесть мою рукопись. И я, идиот, все же обратился к ней с этой просьбой, которую она, естественно, из-за вежливости только не отклонила. Но ведь у меня своя голова есть, и я должен был сам догадаться! Очень прошу тебя, уладь этот вопрос как-нибудь. Ведь тетради можно свободно переписать на машинке и без просмотра.

У меня состояние все то же. Надоедает все это.

Так как я до Нового года навряд ли сумею отправить тебе еще письмо, то я желаю тебе, Нине Ильиничне и Ник. Кал.

 


86 С. 162. ...я... послал... 6 и 9 декабря письма. - См. письма № 84 (предположительно) и № 85.

...в другой области... - в Молотовской (ныне Пермской) обл. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 12.1.1951 г. (наст.  изд., с. 166).

...весною меня, по-видимому, туда отправят. - Ф.П. Шиллер не был отправлен в дом инвалидов на Северном Урале.

...я до Нового года навряд ли сумею отправить тебе еще письмо... - Ф.П. Шиллер отправил следующее письмо Н.Ф. Депутатовой 28.12.1950 г. (№87).

- 163 -

много счастья, [3] хорошего здоровья и много, много радостей в Новом, 1951 году! Кроме того, тебе родной, желаю в добром здоровье встретить свой день рождения! Когда у тебя в этот день соберутся опять наши старые друзья нашей молодости, передай им всем от меня сердечный привет и наилучшие пожелания в новом году!

Целую тебя крепко Франц.


87. Н.Ф. Депутатовой87

 

28 декабря 1950

Милая Нина,

Твои последние два письма (от 28/XI и 15/ХII) дают наилучшее представление о твоей усталости: думаю, если бы я их вернул тебе обратно, ты сама не разобралась в них как следует. Твоему характеру недостает двух качеств: 1) уменье отказываться от излишней работы и 2) рациональная организация своей работы. В счет их твой характер зато сверхкомпенсирован добротой, вежливостью и прилежанием. Но ничего не поделаешь: теперь уже поздно исправиться в ту или другую сторону.

Напрасно ты отправила мне посылку. Если еще не отправила, то ни в коем случае не надо. С тетрадями можно подождать; мое состояние не дает мне возможности даже читать в настоящее время. Было бы лучше, если бы ты деньги, истраченные на посылку, послала мне по почте. Тут уже есть молоко. Зимою (до 1/V) оно стоит 3 руб. литр, а у меня нет ни копейки денег. Молоко - единственное, что я могу с аппетитом пить, все остальное не идет. На сахар я даже и смотреть не могу - он почему-то даже в малейшей дозе вызывает расстройство. По-видимому, я его слишком много кушал в прошлом году.

Не могу скрывать от тебя, милая, что у меня временами бывает жутко подавленное настроение. Сплошной мрак и ни одного луча надежды ни в настоящем, ни в будущем. Болезнь

 


87 С. 163. С тетрадями можно подождать... - О присылке общих тетрадей Ф.П. Шиллер просил Н.Ф. Депутатову в письмах от 30.10.1950 г. и 27.11.1950 г. (см. наст.  изд., с. 153,159).

С. 164. 18 декабря отправил письмо Николаю Калинниковичу. -См. письмо № 531.

Не знаю, дошло ли мое письмо от 12/ХII... - См. письмо № 86.

- 164 -

неумолимо идет своей дорогой постепенного ухудшения. Уже больше 10 лет одни лишь страдания и страдания. Другой человек на моем месте [2] давно-давно прервал бы эту бесконечную тяжелую цепь страданий добровольной смертью. Но мне этого делать нельзя. Придется выстрадать свою неумолимую судьбу до естественного конца. Особенно меня беспокоит это весеннее далекое путешествие в этот неведомый Дом для туберкулезно больных инвалидов. В моем тяжелом состоянии уже не хотелось бы трогаться с места до конца.

18 декабря отправил письмо Николаю Калинниковичу.

Не знаю, дошло ли мое письмо от 12/ХII с пожеланиями к Новому году и ко Дню рождения. На всякий случай повторяю их еще раз и желаю особенно тебе, родная, долгой и счастливой жизни к твоему дню рождения!

Сердечный привет Нине Ильин.!

Целую тебя крепко

Твой Франц.


88. Н.Ф. Депутатовой88

 

6 января 1951

Нина милая, родненькая,

Получил я вчера одновременно: 1) телеграмму 2) письмо от 26/ХII и 3) извещение на посылку. Все это доставило мне хотя и запоздалую, но большую радость к Новому году. Сердечное тебе спасибо за все! Но особенно меня радовало, что ты собралась с духом и выехала на несколько дней в Ленинград. Я не сомневаюсь, что поездка тебя освежит и ободрит. А то в последнее время ты совсем уже закисла под тяжестью нагрузок.

Вот только относительно посылки ты напрасно меня не послушала. Ты не можешь себе представить, какое отвращение у меня ко всему съестному, кроме молока. Какой смысл раздаривать мне продукты (сахар и проч.) детям и инвалидам, раз я их не могу кушать? Продавать же или менять их - у меня нет никаких способностей, и сроду их у меня и не было.

 


88 С. 164. ...относительно посылки ты напрасно меня не послушала. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 9.12.1950 г. (наст.  изд., с. 161).

С. 165. ...у меня уже никого нет из близких родных. - Брат автора Яков проживал в то время на Алтае, но Ф.П. Шиллеру удалось разыскать его лишь в 1953 г.

- 165 -

Если ты в дальнейшем сможешь хоть иногда что-нибудь уделитъ из своего скудного семейного бюджета, то я еще раз убедительно тебя прошу, сделать это только не в виде посылки, а только деньгами, чтобы купить молоко. Одеколона и мыла теперь хватит мне до окончания веков. Молоко теперь [2] тут уже есть; правда, до весны (т.е. пока люди кормят коров дома) оно - дорогое, 3 р. литр.

Нина милая, ты мне никогда не говорила, что у тебя в Ленинграде есть еще родная тетя, младшая сестра твоего отца. Помню, ты мне как-то рассказывала о своей бабушке. Должно быть приятно видеться с близкими родными! К сожалению, у меня уже никого нет из близких родных. Где же находятся дальние родственники, я до сих пор не смог установить, хотя и писал уже всем справочным организациям.

Со здоровьем у меня все по-старому. Сейчас тут сильные морозы, и окна палаты покрыты таким толстым слоем льда, что и леса не видать.

Милая, родная, спасибо тебе за все твои хорошие пожелания! Лишь бы ты только не заболела! Передай сердечный привет Нине Ильиничне и Н.К.

Ты, милая, моя единственная радость!

Целую тебя крепко

Твой Франц.


89. Н.Ф. Депутатовой89

 

12 января 1951

Милая, родная Нина,

Вчера привезли мне посылку. Все в ней было в порядке. Одновременно пришло и извещение на деньги. Я сегодня же заказал одной хозяйке молоко. Она будет мне носить ежедневно литр.

Милая, ты не можешь себе представить, как я рад, что опять есть молоко! Даже если бы ничего не было на свете, кроме молока, я чувствовал себя бы хорошо. Спасибо тебе, родная, за все твои заботы и средства, которые ты в ущерб да-

 


89 С. 166. По-видимому, письмо, в котором я писал тебе о моей поездке... в дом инвалидов для туберкулезников, не дошло до тебя. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 12.12.1950 г. (наст.  изд., с. 162).

...в Молотовской области (бывш. Пермская). - Город Пермь носил название Молотов (в честь сов. гос. деятеля В.М. Молотова) в 1940-1957 гг.

- 166 -

же для себя предоставляешь мне! Если можно было бы хоть несколько глав из рукописи напечатать в журнале, чтоб у меня было бы немного своих денег. Но я, конечно, знаю, что на это рассчитывать не придется.

По-видимому, письмо, в котором я писал тебе о моей поездке - переводе - весною в дом инвалидов для туберкулезников, не дошло до тебя. Дело в том, что мне в начале декабря прислали из Омского Облсобеса официальное уведомление, что, ввиду того, что у меня туберкулез легких в открытой [2] форме, то они не могут по положению меня больше оставлять в доме инвалидов обычного типа, а вынуждены меня перевести в специализированный дом инвалидов для туберкулезно больных инвалидов. Дом этот находится на северном Урале, в Молотовской области (бывш. Пермская). Облсобес отправил ходатайство в министерство, чтобы на меня выслали путевку в этот дом, и когда извещение придет, они меня туда отправят. Я мог только возразить, что зимою, при холоде, я никуда из комнаты не могу уехать. Но когда придет весна, меня, по-видимому, туда отправят. Что собою представляет этот дом, где он более подробно находится, никто не знает. Я лично ничего хорошего не ожидаю от этого перевода. Да еще и эта далекая и утомительная поездка туда!

Надеюсь, милая, что ты немного рассеялась в Ленинграде. Я по прежнему опыту знаю, насколько такие поездки оживляют и успокаивают. Самое главное - на несколько дней оторваться от ежедневной обычной рутины работы.

У нас тут целая неделя стояла с морозом до 48°. У вас в Москве и Ленинграде гораздо теплее. Этот мороз крайне неблагоприятно отразился на моей болезни. Кашель и воспалительный процесс в бронхах не дают мне покоя и повышают температуру.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко тебя целую

Твой Франц.

 

- 167 -

90. Н.Ф. Депутатовой90

 

22 января 1951

Милая, родная Нина,

Получил твое письмо, написанное 4/I в поезде. Очень рад за тебя, что ты в Ленинграде у родных и знакомых немного рассеялась. Боюсь только, что ты опять - даже в январе, когда нет занятий - окунешься без ума в работу и бесконечные излишние заботы и хлопоты. Но как бы там ни было, важно то, что ты хоть на несколько дней отдохнула от всего этого. Такие, даже самые короткие, перерывы в обыденщине всегда благоприятно влияют на нервы.

Деньги я также получил. Уже с 11/I хозяйка носит мне ежедневно литр молока. Я его разбиваю на три кружки: одну утром, вторую в обед, третью в ужин. Это, в сущности, мое питание, мой хлеб насущный. Черствый хлеб, картошка, капуста и каша, которые мы получаем изо дня в день, хороши для здорового и физически работающего человека, но только не для тяжелых больных, которые годами лежат в постели и не имеют аппетита. Я надеюсь, [2] что с молоком наберу немного силы, необходимой хотя бы для весенней дальней поездки.

Здесь уже больше месяца стоит отвратительная холодная сибирская зима. Барак так продувает ветер, что прямо нет спасения - ведь я все время лежу в постели с температурой, безобразно обильным потом и кашлем. Когда более мягкая погода, все таки кашель не так сильно мучает меня. Сибирь есть Сибирь.

От Нины Ильиничны получил письмо от 6/I. Отвечаю ей сегодня же, так как пользуюсь случаем, что сегодня утром у меня температура немного понизилась.

Будешь у Ник. Кал. - передай ему сердечный привет. Он, по-видимому, долго был на сессиях в Киеве и Ленинграде. Я очень рад за Н.К., что он пользуется заслуженным почетом и авторитетом.

 


90 С. 167. ...для весенней дальней поездки. - Имеется в виду предполагаемый перевод Ф.П. Шиллера в другой дом инвалидов.

...на сессиях в Киеве и Ленинграде. - Видимо, речь идет о сессиях Академий наук Украины и СССР.

- 168 -

Пиши, как ты в этом году праздновала свой день рождения. Кто был у тебя из старых знакомых?

Целую тебя крепко

Твой Франц.


91. Н.Ф. Депутатовой91

 

3 февраля 1951

Нина милая, родная,

Мне трудно написать даже несколько строк. Уже 10 дней переношу такие адские мучения, что нет больше никаких сил терпеть. Эта проклятая болезнь обнаруживает все больше инфернальные свои качества, о которых я и в литературе не нахожу упоминания. Отвращение мое ко всякой пище (кроме молока) достигло таких размеров, что меня тошнит и вырывает, когда я вижу, как другие люди кушают. Когда же будет конец всему этому?

Получил твое письмо от 21/I. Сейчас ты, наверно, уже занимаешься со студентами с полной нагрузкой. Сомневаюсь, что тебе удалось отдохнуть в январе.

Видишь, милая, я очень устал и больше не могу писать. Целую тебя крепко, крепко

Твой вечный страдалец

Франц.


92. Н.Ф. Депутатовой

 

12 февраля 1951

Милая Нина,

Вчера получил твое письмо от 1/II. Спасибо тебе, родная что не забываешь! Я так измучился в январе и начале февраля, что тебе трудно представить себе, как я ослаб. С 8/II температура пошла на понижение. Надолго ли? Но хуже всего с аппетитом. Можешь себе представить, что я за весь день с трудом кушаю с молоком ... одну плиточку печенья! Живу исключительно на молоке. Причем больше литра в день мне

 


91 С. 168. инфернальные - адские, невыносимые (от лат. infernum -преисподняя).

- 169 -

пить нельзя; это крайний предел жидкости, который организм при слабости сердца в состоянии переработать. Пить больше - было бы мне во вред.

"Литературную газету" мне пока не высылай. Наш дом получает ее в этом году. Другое дело, если меня переведут в другой дом, тогда я напишу тебе.

А так, милая, все по-прежнему. Три туберкулезника, которые (кроме меня) были тут, все уже умерли в прошлом и в этом году. Причем [2] они заболели гораздо позднее меня и не имели таких больших разрушений в легких. Пока ответа нет на ходатайство о моем переводе в дом для туберкулезно больных. Дождусь ли его? Да мне все это в высшей степени безразлично. Если до путешествия в вечный приют придется еще путешествовать на Урал, я этого не боюсь. Но только летом, а не сейчас.

Очень рад за тебя, милая, что во время каникул хоть несколько отдохнула. А Ваша Ляля, по-видимому, молодчина в учебе, раз она так хорошо все сдала и теперь с Олей поехала в Ленинград. Но как это сын Василия Ник. мог так опуститься в учебе? Как-то невероятно, что у такого отца может быть такой сын.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


93. Н.Ф. Депутатовой

 

25 февраля 1951

Милая, родная Нина,

Мне уже две недели очень плохо; даже трудно нацарапать , тебе эти несколько строк. Хотел попросить знакомого написать, но потом раздумал, не хотел тебя потревожить чужим почерком.

С 12/II по сегодняшний день у нас здесь стоят страшные морозы (от 45 - 50°). В палате 8°, 6°, 3° и 0° температуры. От этого я простудил свои легкие до мозга костей. Когда затапли-

 

- 170 -

вают полуразрушенную печку, то получается такой адский угар, который мне труднее переносить, чем 5 припадков моей болезни подряд. Ко всему этому я от простуды захватил злокачественную ангину с осложнением - гнойным нарывом в горле. Причем все эти страшные мучения приходится переносить без врача (ты пишешь о врачебных справках и новых лекарствах - да я уже полтора года не видал врача). Вчера ночью, наконец, гнойный нарыв в горле прорвался (к счастью, гной вышел через рот), и сейчас мне чуть легче.

Все эти две недели я находился постоянно на грани между жизнью и смертью. Трудно тебе передать, до чего я ослаб и на что я стал [2] похож. Не знаю, что будет дальше, но хорошего ожидать нечего. Сейчас, когда пишу эти строки, на дворе 45°.

Деньги на молоко (100 р.), которые ты прислала мне в январе, кончились 14/II. Хозяйка мне пока носит молоко в кредит, в счет денег (100 р.), которые ты обещала выслать мне в феврале. Извещения еще нет, но я его жду изо дня на день. Прежнего аппетита к молоку у меня сейчас тоже нет уже, но я себя насилую и выпиваю утром, в обед и вечером по кружке как насильно принимают лекарство. Другого ничего не могу кушать, даже насильно - сейчас же вырвет.

Твое письмо от 12/II получил. Нина милая, ты понимаешь, что в таком состоянии, в котором я сейчас нахожусь, ничто на свете не интересует. "Лит. газеты" тоже прибыли. Спасибо тебе! Но я сейчас читать ничего не могу. Лит. газету больше не высылай, ее тут получают в этом году.

Нина родная, спасибо тебе, что одна из всех не оставляешь меня до конца! Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


94. Н.Ф. Депутатовой94

 

5 марта 1951

Милая, родная Нина,

27 февраля у нас сильные морозы спали, и сейчас у нас относительно мягкая погода. Иногда днем мартовское солнышко

 


94 С. 171. Я сегодня отправляю Ник. Кал. небольшое письмецо... -См. письмо Ф.П. Шиллера Н.К. Гудзию от 5.3.1951 г. (№ 532).

...одолжить мне... книгу "Разговоры Гете с Эккерманом"... -Эккерман Иоганн Петер (1792-1854) - личн. секретарь И.В. Гете, автор мемуаров "Разговоры с Гете..." (1837-1848 гг.). Речь идет об издании: Эккерман И.П. Разговоры с Гёте в последние годы его жизни. М, 1934. "Разговоры..." широко использовались Ф.П. Шиллером при работе над книгой о Фридрихе Шиллере.

- 171 -

проглядывает через окошко и несколько смягчает суровую обстановку. Эта перемена погоды благоприятно отразилась на моем состоянии; в эти дни мне было несколько легче.

Молоко я уже с 14/II беру в долг. Извещения о деньгах пока еще нет. По-видимому, тебе трудно выкроить из своего и так уже скудного ежемесячного бюджета сто рублей. Меня это обстоятельство очень тяготит, и я думаю, что нам с тобою нужно всегда говорить правду. Думаю, что надо будет сократить молоко до 1/2 литра в день (это обойдется в 45 руб. в месяц), а то, если нужно, и совсем прекратить. Я представляю себе твою усталость и вечную беготню как белка в колесе, и будет недобросовестно с моей стороны использовать твою прирожденную доброту, когда тебе и так уже очень трудно. В прошлом году было другое дело; тогда у тебя был приработок - гонорар за словарь. В этом же году ты сидишь сама на [2] одной зарплате. Прости, милая, что я тебе так откровенно пишу об этом деле. Но я надеюсь, что ты ответишь мне с такой же откровенностью.

Удивительно, как эти первые веяния весны даже в сибирской тайге хорошо влияют даже на такую развалину, как я. Боюсь я только, что сырая погода - когда будет таять снег - опять погубит меня.

Я сегодня отправляю Ник. Кал. небольшое письмецо с просьбой одолжить мне на недели 2-3 книгу "Разговоры Гете с Эккерманом" (М. 1934), - если она у него (или у его близких знакомых) есть. Если она у него найдется, то он тебе позвонит, и ты будь добра и пришли мне ее по почте заказной бандеролью на 2-3 недели. Я ее сейчас же по прочтении верну.

От Нины Ильиничны получил открытку от 18/II. Она пишет, что сейчас она на бюллетене и работает над тетрадями. Передай ей сердечный привет.

Твое письмо от 22/II я получил. Бедная, я так и знал, что опять не отдохнула в январе и все занималась посторонними благотворительными вещами. Горбатого только могила исправит. Так и тебя. Все думаешь о других, а о себе в последнюю очередь. Как будут отдыхать в будущем, нам неизвестно.

 

- 172 -

Но все же тебе следовало бы быть хоть немного эгоисткой и подумать о себе. Не сердись на меня, как я только немного оттаиваю от оцепенения болями, я сразу начинаю читать проповеди другим. А сам то я в свое время был таким же дураком.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


95. Н.Ф. Депутатовой

 

10 марта 1951

Милая Нина,

Извещение на деньги, высланные тобою 24/II, прибыло 7/III. Я перешел на 1/2 литра молока в день, и этого вполне достаточно. Появился небольшой аппетит - кушаю иногда несколько ложек каши. После уплаты долга хозяйке, - этих денег мне, таким образом, хватит до 1/IV. Больше 50 р. в месяц на молоко мне не нужно. Посылай их, как тебе удобно, или по 50 р. в месяц ежемесячно, или 100 р. на 2 месяца. Мне сейчас немного легче, но я устал, измучен и ослаб до самых крайних пределов. Не знаю, что мне принесет грядущая весна, когда начнет таять и наступит сырая погода.

Но боюсь, милая, затронуть вопрос о рукописи. Боюсь тому, что может быть ты и Нина Ильин, обидитесь. Ведь дело Нина, не в том, что я будто кого-то виню в бесконечном откладывании и т.п. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что и Нина Ильин. бесчеловечно много перегружены и не в состоянии быстрее сделать эту работу. Но с другой стороны весь смысл, из-за которого мы начали по совету Ник. Кал. всю работу, теряется, и все наши с вами труды будут напрасны, т.е. для Прусского короля. Если рукопись не будет закончена отправлена по назначению к концу апреля, то я советовал не тратить денег на переписку, а поставить крест над всем. Ведь если рукопись до 1 мая не попадет в назначенную инстанцию, [2] то она после прохождения первой инстанции в случае положительного ответа попадет в отпускное время, т.е. ее некому будет посылать на отзыв, она не попадет опять в издательский план на 1952 год, - одним словом, я считаю, что

 

- 173 -

крайней датой направления рукописи по назначению является конец апреля, иначе нет никакого смысла дальше делать на нее издержки.

Я очень прошу тебя, милая, не сердиться на меня (прошу также и Нину Ильиничну простить меня), и хладнокровно взвешивать вопрос: если есть возможность закончить работу до конца апреля, продолжить ее переписку, если же нет возможности, то прекратить переписку. Ничего не поделаешь, я никого не виню, но, как говорится, на нет и суда нет.

Относительно моего переезда в другой Дом нет еще ответа. Да пока и рано. Надо сперва еще пережить тяжелую предстоящую весну, а уж потом, если переживу ее, переехать - если дадут путевку.

Нина милая, я боюсь, что раздражаю тебя своими частыми письмами. Сейчас самый разгар преподавательской работы, и ты наверно сама уже не знаешь, где у тебя голова. Прошу тебя, милая, относись к моим письмам, как к капризам очень тяжело больного человека и не придавай им значения. Я иногда до того измучен и подавлен, что не знаю, нормальный я еще человек или нет.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне.

Крепко, крепко целую тебя

Твой Франц.

P.S. Не сердись, милая, на меня!


96. Н.Ф. Депутатовой96

 

19 марта 1951

Милая, родная Нина,

Получил твое письмо от 7/III. Я очень рад, что рукопись будет переписана и отправлена по назначению до 1 мая. Таким образом, отпадает моя тревога, высказанная в последнем моем письме. Я прошу тебя при упаковке экземпляра для отправки: 1) не вкладывать посвящения дочери; 2) в самом конце в заглавии "список использованной литературы" вычеркнуть слово "использованной" и оставить только "список литературы"; 3) в "краткой автобиографии" можно оставить старую дату

 


96 С. 173. ...тревога, высказанная в последнем моем письме. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 10.3.1951 г. (наст.  изд., с. 172-173).

С. 174. ...в письме необходимо зачеркнуть старую дату и поставить новую "апрель 1951". - См. прим. к с. 154.

В средних школах есть небольшие весенние каникулы, а в вузах я уже не помню. - В вузах весенних каникул нет.

- 174 -

"ноябрь 1950", но в письме необходимо зачеркнуть старую дату и поставить новую "апрель 1951".

Если Ник. Кал. тебе до сих пор не позвонил относительно книги "Разговоров Гёте с Эккерманом", то как-нибудь позвони ему и спроси его, есть ли она у него или нет.

Очень меня печалит, что ты все болеешь и болеешь. В прошлом году летом ты ничего не сделала для лечения своей печени. Надо бы тебе уже серьезно подумать о том, чтобы летом куда-[2]нибудь поехать на специальное лечение (кажется на курорт на Кавказе). Ведь это очень нудная и мучительная болезнь, и чем больше ты ее запустишь, тем хуже ее лечить. Подумай серьезно об этом деле и посоветуйся своевременно с врачом-специалистом.

Пока мое небольшое облегчение еще держится. Но при моей болезни все время сидишь как на вулкане - не сегодня, так завтра произойдет взрыв (вспышка).

Я уже забыл - у вас будет еще небольшой перерыв в занятиях до лета? В средних школах есть небольшие весенние каникулы, а в вузах я уже не помню.

По-видимому, Нина Ильин, болеет. Если увидишь ее, передай ей сердечный привет.

Целую тебя крепко, крепко, милая

Твой Франц.


97. Н.Ф. Депутатовой

 

8 апреля 1951

Нина милая, родная,

Получил я твое печальное письмо от 28/Ш. Я и так уже был убежден, что ты свалилась с ног, да иначе и быть не могло. Твой грипп, конечно, обострил и осложнил дело, но суть заключается в чрезмерной переутомленности. Небольшое кровоизлияние в глаз, два раза потеря сознания, головные боли - все эти симптомы слишком типичны для гипертонической болезни, и тебе во что бы то ни стало необходим продолжительный покой и отдых от работы. Не понимаю, почему ле-

 

- 175 -

чащие тебя врачи не посылают тебя в какой-нибудь санаторий. Я понимаю, что тебе нужно работать, но при таких симптомах гипертонии нельзя шутить. Надеюсь, милая, что сейчас тебе лучше. Недаром я весь март так нервничал и беспокоился за тебя.

У меня приступ болезни еще продолжается, но все же мне гораздо легче, чем в янв.-феврале. Весна у нас в этом году какая-то странная, - ранняя, но затяжная. Настоящего тепла [2] еще нет. Скворцы вчера прилетели, но они пока тоже какие-то вялые, полусонные.

Мартовские деньги я давно получил. Теперь не высылай мне ничего до мая. Причем имей в виду, что мне теперь в месяц нужно не 90, а только 60 р., так как с 1 мая литр молока будет стоить 2 рубля. Видишь, милая, я все же убежден, что тебе не легко посылать эти деньги. Раньше у тебя была приходящая работница, которой ты платила 100 рублей. Если бы ты могла не посылать мне этих денег, ты и теперь могла бы держать работницу. А это было бы большое облегчение для тебя. Я это прекрасно понимаю, и поэтому мне так сильно хотелось бы что-нибудь напечатать, чтобы иметь свои деньги хотя бы на молоко.

Нина родная, конечно, страшно лежать больным одному, без единой родной души вокруг себя. Но я уже немного свыкся с этим проклятым одиночеством за 13 лет. Я теперь только по-настоящему понимаю Мопассана, который так ужасающе описывает это одиночество.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


98. Н.Ф. Депутатовой98

 

20 апреля 1951

Милая, родная Нина,

Получил твое письмо от 6/1V, а также извещение на деньги. Сердечное тебе спасибо за все!

 


98 С. 176. Дату поставь "май 1951". - См. прим. к с. 154.

- 176 -

Твое состояние здоровья внушает мне большие опасения. С гипертонической болезнью нельзя шутить, и если ты так будешь продолжать работать, то катастрофа будет неминуема если не в этом, то в будущем году. Скорее всего, в виде паралича. Чтобы не допустить этого несчастья, тебе нужно серьезно подумать, 1) о летнем отдыхе, 2) о нагрузке на следующий учебный год. Твой план на лето не плохой. Достань себе обязательно путевку на лето в подмосковный Дом отдыха на июль, а на август поезжай на Рижское взморье. Балтийское побережье очень хорошее для гипертоников, я сам это испытал на себе несколько лет в Петергофе.

Что же касается работы на будущий год, то необходимо сделать коренной перелом. У тебя уже есть 25-летний стаж научно-педагогической деятельности, и тебе полагается немалая пожизненная пенсия. Узнай об этом в своем Райсобесе, сколько тебе будут платить. Советую тебе с осени перейти на пенсию. Это не мешает тебе брать некоторое, сколько тебе под силу, количество часов в институте. Только таким образом, полагаю, ты сможешь надолго отсрочить катастрофу. Продолжать же работать так, как ты работала до сих пор, было бы безумием и верной гибелью. Я прошу тебя подумать об этом хорошо и не поддаваться опять иллюзиям от летнего отдыха.

"Разговоры Гете" с Эккерманом я читаю с величайшим удовольствием. Это кладезь мудрости старого Гете. Сейчас я все это воспринимаю совершенно иначе, как в молодости. Кончаю книгу, и на днях [2] вышлю ее обратно.

Когда ты покажешь Ник. Кал. письмо и автобиографию, то я советую сделать следующее. Если Ник. Кал. найдет, нужно кое-что иначе сформулировать, сократить или добавить, то средактируйте оба документа так, как он считает нужным. После этого ты перепиши их на машинке (через машинистку) и сама поставь пером мою подпись. Это ведь безразлично. Ведь если их послать сюда, то это задерживает опять все минимум на месяц. Дату поставь "май 1951".

Ты догадалась, что я занят подготовительной работой (собиранием материала) для большой новой монографии, только

 

- 177 -

не о Гете, а о Шиллере. В 1955 г. будет 150 лет со дня его смерти, а в 1959 г. 200 лет со дня рождения. Но независимо от этого, Шиллер с детства является моим любимейшим поэтом (он имеет много общего с Байроном), я знал его почти всего наизусть в оригинале. Это, пожалуй, один из самых свободолюбивых и благороднейших поэтов в мировой литературе, и если моя болезнь даст мне время и возможность, я хотел бы закончить свою жизнь такой же теплой работой о Шиллере, какую я написал о Байроне, даже еще теплее, потому что Шиллер мне роднее по духу и характеру.

В Сибири в этом году установилась теплая весна (до 20° тепла) на целый месяц раньше, чем полагается. Не знаю, что из этого выйдет. Путевки для перевода в туберкулезный Дом пока еще нет. Не знаю, будет ли она и когда. Во всяком случае, горевать не буду, если придется переехать.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


99. Н.Ф. Депутатовой99

 

2 мая 1951

Нина милая, родная,

Пишу тебе несколько строк с большим трудом. 22 апреля у меня начался приступ болезни и причем такой сильный, что с ним может сравниться только приступ в мае прошлого года. Три дня у меня как из крана шла мокрота - сплошная гнилая легочная ткань, смешанная с комками крови. Удивляюсь, как я еще дышу, и много ли там еще осталось этой больной ткани, ибо здоровой у меня давно уже нет ни одного сантиметра. У меня смерть, наверно, так же наступит, как у поэта Шиллера: он сразу умер после того, как вся ткань была разрушена и голый остов легких рухнул.

Весь этот приступ вызвал опять такие сильные физические боли в легких, что хоть на стену лезь. Я так ослаб, что на себя больше не похож. Сегодня температура несколько снизи-

 


99 С. 178. "Крокодил" - самый популярный в СССР сатирический журнал.

Серьезно подумай о пенсии, о чем я тебе писал в последнем письме... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 20.4.1951 г. (наст.  изд., с. 176).

Это общий государственный закон для работников школы. -См. прим, к с. 17.

- 178 -

лась и кровохарканье пошло на убыль. В такие тяжелые дни лежишь и думаешь: Боже, когда же придет конец? Я раньше никогда бы не поверил, что человек способен перенести столько болей и страданий.

Милая, лежу я и думаю о тебе. Ведь ты тоже все время одна лежишь. Трудно это. Но все же лучше быть один, чем с неприятными субъектами. Я всю эту зиму месяцами ни с кем не разговариваю, все лежу и смотрю через окошко на капризную сибирскую природу, а если станет немного лучше, то что-нибудь читаю. Я такое удовольствие получил от чтения книги "Разговоры с Гёте"! На днях я послал ее через нашу контору обратно в Москву. Кстати, если ты хочешь получить представление о наших таежных нравах здесь в Сибири: за пересылку книги сюда московская почта взяла 4 р. 25 коп. За пересылку обратно - Пушкинская контора связи (в той же точь-в-точь упаковке, в той же бумаге и веревочке) взяла с меня ... 9 р. 13 коп. Это похоже на дешевый анекдот, и если мне было бы лучше, стоило бы об этом [2] написать в "Крокодил".

Жду от тебя изо дня в день письмо. Я все еще беспокоюсь, выздоровела ли ты окончательно. Серьезно подумай о пенсии, о чем я тебе писал в последнем письме от 20/IV. Здесь я знаю учителя, который после 25 лет работы в школе и библиотеке получает пожизненную пенсию 485 р. в месяц. Это общий государственный закон для работников школы. Для преподавателей высшей школы, меня уверяют, пенсия выше (я не говорю о профессорах, а о преподавателях, к которым относишься ты). Ты хорошенько узнай об этом в своем Райсобесе. Beдь самое главное, чтобы ты имела определенную приличную cyмму, а прирабатывать ты смогла бы в зависимости от здоровья. Конечно, сейчас ты зарабатываешь больше. Но ведь при твоем состоянии здоровья так продолжать немыслимо. Не обманывай себя летними иллюзиями, внешним видом и т.д. Все обманчиво. Вот возьми, например, меня: все обманчиво. Внешне я выгляжу, пожалуй, таким же, как я от вас уехал: 40-45, не полный и не худой, классическая гармония и пропорциональность всех членов тела, как у греческой статуи. Таким

 

- 179 -

я родился, и таким я помру. Единственно только глаза и нервный тон голоса выдают то море страданий, которое я пережил. Но повторяю, все это обманчиво: смерть уже давно сидит в моем теле и последовательно разрушает последние остатки моих легких. Несмотря на всю внушительность моей внешности, внутренние корни жизни все подточены: я слаб, как воробей и еле держусь на ногах. - Я знаю, что ты сильнее меня, но ведь внутренние жизненные корни и у тебя подточены отчасти болезнями, отчасти тяжелыми переживаниями. Поэтому не прозевай момента и прими своевременно меры к предотвращению катастрофы.

И вот, милая, немножко поболтал с тобою, и боли как будто от этого немного утихли...

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко тебя целую

Твой Франц.


100. Н.Ф. Депутатовой100

 

14 мая 1951

Милая Нина,

Сегодня уже 14 мая, а твое последнее письмо было от начала апреля. Не заболела ли ты окончательно? Или после болезни опять так горячо взялась за работу, что не было свободной минуты, чтоб написать несколько строк? Что бы там ни было, но я нервничаю и беспокоюсь, когда так долго нет известий о тебе.

Живу по-старому: уныло, беспросветно и без всякой пользы для общества. Когда у нас в апреле было тепло, я выходил несколько раз посидеть на солнце, да простудился, и с тех пор у меня опять сильные физические боли в груди и высокая температура. Печально, когда приходится все время сидеть в постели как под колпаком. У нас тут в этом году какая-то странная весна: в апреле стояла летняя погода, а в мае вернулась зима; вчера даже выпал опять снег.

Милая, желаю тебе от всей души, чтоб ты никогда не попала в такую среду, как я здесь. Люди старые, инвалиды, а все

 


100 Постскриптум к письму написан карандашом.

- 180 -

пьянствуют, скандалят, сплетничают, устраивают дебоши в общежитии и нам, слабым больным, целыми [2] сутками не дают покоя. А если скажешь им хоть слово об их безобразиях, они все набросятся с бранью и угрозами на тебя. Я был бы уже рад, если прислали мне разрешение переехать в дом инвалидов для туберкулезников. Может быть, там больше порядка.

Папа милая, какая безотрадная у меня жизнь, и кому она нужна?

Что-то долго нет никаких известий и от Нины Ильин. Она, наверно, много работает, как и ты, и поэтому ей некогда писать.

Целую тебя крепко

Франц.

P.S. Милая Нина! Только что принесли мне твою телеграмму от 9/V. Хорошо, что ты здорова. Надо бы написать другое письмо, но у меня такая высокая температура, что я весь горю и не в состоянии писать.

Целую

Франц.


101. Н.Ф. Депутатовой101

 

21 мая 1951

Милая, родная Нина,

Получил я все, что ты выслала мне с 7 - 9 мая. Сердечное тебе спасибо за все! Телеграмму от 9/V я получил 14/V, деньги от 9/V - 16/V, а письмо от 7/V "авиапочтой" как в насмешку пришло только 20/V! Оно шло 1 сутки от Москвы до Омска, а из Омска к нам, т.е. в Пушкино (12 км от Омска!) оно шло 12 суток! Я хотел тебе уже давно писать, милая, что совершенно бесполезно посылать мне телеграммы или письма авиапочтой, потому что они тут странствуют по всему району от колхоза до колхоза, а иногда и совсем пропадают. Так, например, пишешь, что выслала мне телеграмму 26/IV, а я ничего не лучил. Прошу тебя впредь посылать мне исключительно заказные письма, потому что с ними все же обращаются иначе, так как почта за них отвечает.

 


101 С. 181. В прошлом году это счастье имела Нина Ильин. ... -Судя по письмам Ф.П. Шиллера, П.И. Непомнящая выигрывала по облигациям Гос. займа в 1949 г. См. его письмо Н.Ф. Депутатовой от 21.4.1949 г. (наст.  изд., с. 31).

Гипертоническая болезнь... дает инвалидность II группы. -Эта группа инвалидности давала в СССР право на получение пенсии до достижения пенсионного возраста.

...я тебе подробно написал о просмотре документов к Байрону... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 20.4.1951 г. (наст.  изд., с. 176).

- 181 -

Я очень рад за тебя, милая, что ты выиграла тысячу рублей. В прошлом году это счастье имела Нина Ильин., в этом году ты. Если тебе удастся свой отпуск устроить на рижском взморье, было бы очень хорошо. Для гипертоников это очень хорошее место.

Что касается пенсии, то ты неправа в том отношении, что не инвалидка. Гипертоническая болезнь даже в твоей стадии, да плюс еще полдюжины других заболеваний, дает инвалидность II группы. Но 400 руб., конечно, мало для существования с Лялей. Надо бы подумать о том, чтобы написать и защитить кандидатскую диссертацию. Ты не смогла бы сговориться с кем-нибудь из руководящих работников по иноязыкам относительно темы для диссертации? Нельзя ли тебе диссертацию на литературную или полулитературную тему, тогда я бы тебе быстро помог ее написать. Подумай об этом хорошенько! [2]

Температура у меня за последние два дня несколько снизилась. Болезнь в общем играет со мною уже три года как кошка с мышкой: крепко держит меня, потом немного отпускает, чтобы еще крепче наложить лапу и т.д. все время. После холодов теперь опять наступили солнечные дни, и я надеюсь, что летние месяцы все же будут несколько легче для меня, зимние и весенние. Сегодня думаю погулять в садике на часок-два.

Не знаю, получила ли ты мое письмо от 20/IV. В нем я тебе подробно написал о просмотре документов к Байрону с Ник. Кал., когда пошлешь рукопись. Пусть Ник. Кал. отредактирует письмо и биографию, а ты затем перепиши на машинке и поставь подпись своей рукой.

Очень я обрадовался, что ты сейчас себя хорошо чувствуешь. Надеюсь, что теперь как-нибудь дотянешь до конца учебного года.

Передай сердечный привет Нине Ильин, и Людмиле Алекс., если их увидишь.

Крепко тебя целую

Твой Франц.

 

- 182 -

102. Н.Ф. Депутатовой

 

1 июня 1951

Милая, родная Нина,

Сегодня у нас человек едет в город, и я спешу использовать случай, чтобы послать тебе несколько строк.

23 мая у меня произошло кровоизлияние в левый глаз, довольно сильное, - понятно, на почве высокого кровяного давления. Эта гипертония очень коварная болезнь. Боюсь, что мне надолго не придется читать ни газет, ни книг. Весь глаз красный от крови лопнувшего сосуда, которая пока и не думает рассасываться. Глаз болит и очень чувствительный ко всему. Надеюсь, что он со временем поправится, ибо я не представляю себе возможности долго жить без чтения.

Приезжал на днях к нам представитель Облсобеса. Сказал, что если бы наши не потеряли моих документов о болезни, то меня уже отправили бы в дом для туберкулезников. А наша администрация все уверяла меня, что сдала мои справки в Облсобес для ходатайства перед министерством о путевке; на самом же деле она, как теперь выяснилось, по пьянке все растеряла. Теперь я вторично достал эти справки, и представитель Облсобеса уверяет, что в течение 2-х месяцев он все это дело оформит. Куда меня направит, зависит от того, где будут свободные места (таких домов несколько в РСФСР) - или на Северный Урал, или в Восточную Сибирь. Надо полагать, что в конце июля или в августе меня куда-нибудь отправят. Мне все это в высшей степени безразлично, - единственно только то, что будет перемена впечатлений, а так вообще [2] все дома одинаковы. Надеюсь только, что дорога не будет слишком тяжелой.

Сейчас у меня небольшая передышка в температуре, и пользуюсь этими днями, чтобы подышать свежим воздухом, сожалению стоит холодная сухая погода с очень сильными сибирскими ветрами. Но я прячусь где-нибудь от ветров и сижу по 2-3 часа на воздухе.

Милая, теперь наверно у тебя уже все определилось относительно отпуска. Сообщи мне, как ты будешь окончательно

 

- 183 -

проводить лето, напиши, когда уедешь из Москвы, заблаговременно сообщи свой новый адрес. Когда у тебя закончатся экзамены?

Передай сердечный привет Нине Ильин, и Ник. Кал.

Крепко целую

Франц.


103. Н.Ф. Депутатовой103

 

11 июня 1951

Милая Нина,

Твое письмо от 3/VI авиа-заказное я получил вчера. Хотя мне было чрезвычайно трудно, но я все же переписал все и с письмом возвращаю тебе все. С 4/VI я очень тяжело болею. Припадок с какими-то новыми, неведомыми до сих пор симптомами: обморок за обмороком из-за бездеятельности сердца, и не хватает воздуха (дыхание очень затруднительно). Но я все же собрал последние силы и в постели переписал бумаги. Очень прошу тебя не высылать мне никаких посылок, весь сахар от прошлой посылки еще стоит, и мыши его съедают. Банка меда испортилась. В последней стадии чахотки ведь больные всегда теряют всякий аппетит. Когда я иногда пробую съесть кусочек сахара, у меня сразу же испортится кишечник. Это тоже связано с болезнью. Так что еще раз прошу тебя, не огорчай меня как на новый год и не высылай мне посылки. Я по-прежнему питаюсь молоком, иногда, [2] раз в месяц, покупаю десяток яиц. Все остальное мне противно. Прости, милая, я так устал от переписки, что голова идет кругом.

Сердечный привет Ник. Кал. и Нине Ильин.!

Целую крепко

Франц.

 


103 С. 183. ...я... собрал последние силы и... переписал бумаги. -Имеются в виду письмо Сталину и автобиография Ф.П. Шиллера. Переписка была нужна, в частности, для того, чтобы учесть замечания Н.К. Гудзия, а также проставить новые даты.

- 184 -

104 Н.Ф. Депутатовой104

 

15 июня 1951

Милая, родная Нина,

Уже два дня перестали приступы обморока, и я надеюсь, что теперь у меня будет дней 10 облегчения.

11/VI я отправил тебе авио-заказным письмом переписанные письмо и биографию. То, что Ник. Кал. советовал делать, я все сделал, хотя я сейчас больше, чем когда-либо, уверен в бесполезности всего. Но раз дело было начато, нужно было довести его до конца.

Ты в своем письме вечером 3/VI пишешь, что утром отослала мне письмо. Я его до сих пор не получил. Ты не можешь себе представить, какая тут канитель с почтой. Из Омска до нас письма часто идут до 2-х недель. Кстати: я послал 11/VI свое авиа-письмо (заказное) через нашего возчика город, дал ему деньги и просил, чтоб он сдал его. А он вернулся без денег и квитанции... Так что не уверен, не выбросил ли он просто письмо в уборную и говорит, что сдал его. Во всяком случае, если ты его до сих пор не получила, то ясно, что письмо на почту не попало, и тогда сразу же срочно сообщи мне об этом.

Сейчас у нас стоит жаркая сухая погода, часто с очень сильными бурями. Приблизительно половину дня провожу улице, под деревьями. Понемногу читаю. Кровоизлияние в левый глаз рассасывается, но много мне читать нельзя.

Думаю, что настоящее письмо последнее, которое я могу отправить тебе по московскому адресу. Ты, наверно, в конце июня уедешь куда-нибудь. Сообщи мне заблаговременно скорее, чтобы не было длинного перерыва в переписке.

То, что не надо высылать мне никакой посылки, я те уже написал в письме от 11/VI. Продукты от новогодней посылки почти все пропали; аппетита у меня сейчас так же, и тогда, совершенно нет. Питаюсь исключительно молоком, которому у меня наверно врожденное влечение или, скорее всего, привычка с детства у матери, которая сама не любила мяса и вырастила нас всех на молочном питании.

 


104 С. 184. То, что не надо высылать мне никакой посылки, я тебе уже написал... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 11.6.1951 г. (наст.  изд., с. 183).

- 185 -

Представляю себе, милая, как ты устала к концу года. Скорее вырвись и поезжай куда-нибудь отдохнуть, чтобы набрать опять силы для следующего учебного года. Желаю тебе как можно лучше и приятнее провести отпуск! Сердечный привет Нине Ильин, и Ник. Кал.

Крепко, крепко целую тебя

Твой Франц.


105. Н.Ф. Депутатовой105

 

2 июля 1951

Милая, родная Нина,

Пишу тебе наугад, ибо не знаю, уехала ли ты в Ригу или нет. Но считаю, что с 30/VI ты должна была уехать из Москвы. Во всяком случае, сейчас, по-видимому, бесполезно писать тебе домой.

Милая, письма твои от 3/VI и 10/VI я получил в один день, 17/VI; письмо от 17/VI пришло 28/VI, а деньги (100 р.) от 20/VI пришли 30/VI. Сердечное тебе спасибо, родная, за все! Из всего этого перечня ты можешь заключить, что лучший способ посылать мне письмо - это заказные письма. Они быстрее всех доходят и, кроме того, я просил бы тебя впредь посылать заказные, потому что я в любое время могу быть переведенным в дом туберкулезников, и мне не хотелось бы, чтобы твои письма здесь пропадали без меня.

Денег на молоко мне теперь хватит до начала сентября. Так что я очень прошу тебя не беспокоиться во время отпуска ничего мне не посылать до своего возвращения в Москву к началу учебного года.

Да, милая, не хочу скрывать от тебя, что с моей болезнью очень плохо. Последние 3-4 месяца приступы принимают совершенно иной характер, явно давая понять, что дело идет к концу. Интервал между приступами сократился [2] до 3-4 дней вместо прежнего месяца. Такой высокой температуры как раньше сейчас уже нет, но зато приступы превратились в постоянные. Так с 24/VI у меня каждую ночь 5-6 часов обмороч-

 


105 С. 186. Вот эта сердечная слабость и будет причиной моей смерти. - Из последнего письма Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 16.6.1955 г. (см. наст.  изд., с. 457) следует, что он умирал от кровопотери в результате кровотечения из легких, однако возможно, что непосредственной причиной его смерти явилась острая сердечная недостаточность. См. "Медицинский комментарий" В.Я. Гергерта (наст.  изд., с. 1006).

- 186 -

ного состояния (без сознания) и такая сердечная слабость, что трудно нащупать признаки пульса. Вот эта сердечная слабость и будет причиной моей смерти. Дело в том, что сердечные мышцы от туберкулезной интоксикации (отравления) совершенно перерождаются и разлагаются, а это в большинстве случаев и бывает причиной + [смерти] огромного большинства чахоточных. По крайней мере, смерть у меня будет незаметная: вечером потеряю сознание, а утром больше не проснешься.

Милая, я никогда не имел иллюзий насчет своей болезни. И, откровенно говоря, совершенно спокойно отношусь к предстоящему. Хотелось бы только еще переехать в другой инвалидный дом, ибо в этой хулиганской яме я бы даже не хотел бы умереть. А вообще то, родная Нина, у меня все ясно и спокойно в душе, и смерть для меня будет избавительницей от долголетних страданий и мучений. Поэтому смерть мне совершенно не страшна.

Конечно, единственное мое пожелание, которое у меня еще есть - увидеть перед смертью любимую дочку и тебя - так и останется невыполненным. Но ничего не сделаешь - много я потерял в жизни, придется мириться и с этой мыслью.

Очень прошу тебя, родная милая Ниночка, не печалься в случае чего, отдыхай хорошо и подкрепляй свое здоровье для работы в будущем учебном году. Я был когда-то проездом на рижском взморье, - мне там очень понравилось: северный ландшафт, но удивительно спокойный и хорошо действует на нервы.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


106. Н.Ф. Депутатовой106

 

8 июля 1951

Дорогая, родная Нина,

Письмо твое от 28/VI я получил 5/VII. Спасибо тебе, милая, за все твои труды! Я сам очень рад, что ты, наконец, изба-

 


106 С. 187. Вайвари - ныне в составе г. Юрмала, близ Риги.

Не встретила ты, как в 1947 году, случайно мою дочку? -Летом 1947 г. Н.Ф. Депутатова встретила на Рижском взморье И.В. Шиллер и Ф.Ф. Шиллер, которые тоже ездили туда на отдых.

гамак - подвесное, плетеное в виде сети ложе (от франц. hamac).

..."Язык Гейне", "Язык Генриха Манна", "Язык Бехера"... - Гейне Генрих (1797-1856) - нем. поэт и публицист; Манн Генрих (1871-1950) - нем. писатель; Бехер Иоганнес Роберт (1891-1958) - нем. писатель и гос. деятель.

- 187 -

вилась от этого кошмара с перепиской рукописи. Представляю себе, сколько у тебя было с ней хлопот и возни!

Хорошо, что ты 1/VI уехала на взморье. Не сомневаюсь, что это балтийское меланхолическое спокойствие благоприятно подействует на тебя. Притом Рига сама по себе очень красивый город, а его окрестности еще лучше. Где находится эта станция Вайвари? Недалеко от города? Не есть ли это прежний Веймарн? С кем ты живешь на квартире, хорошая ли хозяйка? Как проводишь день, купаешься ли часто, что читаешь? В самой Риге иногда бываешь или нет? Не встретила ты, как в 1947 году, случайно мою дочку? Вот была бы радость для меня!

У меня, милая, состояние за последние 3-4 месяца значительно ухудшилось. Мне уже трудно ходить: крайняя слабость, полусонное состояние даже днем. Уже два [2] месяца не беру книг в руки. По одному этому признаку можешь судить, каково мое положение.

Когда у меня небольшая температура (а это сейчас бывает уже очень редко, на день-два), мне привязывают гамак к двум березам недалеко от нашего барака, и я лежу в нем по 2-3 часа в день. Очень меня уже беспокоит кашель - не только ночью, но и днем. Количество мокроты также все время увеличивается.

Но все это, милая, в порядке вещей при туберкулезе легких, и я все это воспринимаю так же, как восход и заход солнца, как закономерное и неминуемое явление...

Ты мне не ответила на мой вопрос, не могла ли ты написать диссертацию на тему, скажем: "Язык молодого Гёте", "Язык Гейне", "Язык Генриха Манна", "Язык Бехера" или т.п. мне бы хотелось, чтобы ты защитила диссертацию и, когда будет 55 лет, могла бы получить приличную пенсию. Да и вообще сейчас без ученой степени уже трудно. Может быть, посоветовалась бы с компетентными руководящими лицами по преподаванию иноязыков? Мне очень хотелось бы тебе помочь в работе над такой диссертацией.

 

- 188 -

Напиши мне, когда ты перейдешь на базу Дома ученых (из-за адреса). Что, Нина Ильин. еще в Москве, не уехала в отпуск?

Нина милая, отдыхай спокойно, отвлекись на эти два месяца от всяких хлопот. Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


107. Н.Ф. Депутатовой107

 

16 июля 1951

Милая, родная Нина,

Посылаю тебе уже третье авиа-письмо в Ригу, а ответа пока нет. Как ты доехала, как устроилась там на июль, когда переходишь на тур-базу?

Везли меня 14/VII в город на рентген и на консультацию к врачу-туберкулезнику в обл. тубдиспансере. Результаты плохие (рентгеновские), но не неожиданные для меня, так как эти два года, когда я уехал из больницы, прекрасно улавливал по себе дальнейшее развитие болезни. Верхние половины моих легких полностью разрушены, нижние половины - в очаговых ранах, гноятся. Никакого активного лечения применять уже нельзя, только в общем поддерживать организм. Но сквернее всего дело обстоит с сердцем: оно расширено "до предельных возможностей", левый желудочек (камера) совершенно исчез в расширительных тканях, и сердце таким образом вынуждено работать тремя камерами вместо четырех. Как я и полагал до рентгена, основная опасность состоит в том, что сердце не выдержит высокой температуры во время  приступов и откажется работать.

Эти дни у меня небольшое облегчение, много сижу на свежем воздухе под деревьями, наблюдаю деревенскую идиллию - как роются цыплята, гусята, куры, телята и т.д. Поймали около 20 молодых лисиц, и забавно наблюдать, как они выслеживают мышей и птичек. Впрочем, едят они буквально все, что им бросаешь - хлеб, картошку, кашу и т.д. Сейчас у нас стоит жаркая, настоящая резко континентальная жара, но, к

 


107 С. 188. Посылаю тебе уже третье авиа-письмо в Ригу... -См. письма Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 2.7. и 8.7.1951 г. (№ 105 и 106).

С. 189. ...кровоизлияние в левый глаз рассосалось... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 1.6.1951 г. (наст.  изд., с. 182).

...от министерства собеса... - Имеется в виду Министерство социального обеспечения РСФСР. Министерство имело подразделения на местах - областные, районные и другие отделы соц. обеспечения (облсобесы, райсобесы и т.д.).

- 189 -

счастью, и в дождях нет недостатка, и все растет быстро и прямо на глазах.

Плохо у меня с глазами. После того, как то кровоизлияние [2] в левый глаз рассосалось, я начал опять читать. Но тут сразу произошло второе, еще более сильное кровоизлияние в тот же левый глаз. Теперь на место лопнувшей жилки образовался грубый нарост, который побаливает и не дает мне читать. Следовало бы показаться глазнику, но я не мог больше дня оставаться в городе, а за этот день я с трудом справился с рентгеном.

Пока нет ответа от министерства собеса относительно путевки в дом инвалидов-туберкулезников. Облсобес обещает, что отправит меня, но фактически это возможно только до начала сентября. Когда начнется осенняя пасмурная погода, я уже не буду в состоянии ехать. Вообще же, если к тому времени это дело с переездом не будет оформлено, я уже никуда больше не двинусь с места, так как сердечная слабость все увеличивается и ограничит возможность моего передвижения до уборной и обратно.

Надеюсь, милая, у тебя со здоровьем все в порядке, и ты хорошо отдыхаешь. Я всегда слежу за погодой в Риге (по радио-репродуктору у нас в коридоре). Как хотелось бы хоть на час побыть с тобою на даче в Риге и поговорить с тобой, увидеть тебя! Зачем существует эта преграда пространства? Я никогда не любил этих физиков из-за их непреклонных законов природы. Были бы у меня семимильные сапоги или ковер-самолет, я быстро очутился бы рядом с тобою на твоей рижской даче...

Ну, Нина милая, отдыхай хорошо и поправляйся, как следует, к приезду обратно в Москву. Надеюсь, что на днях будет письмо от тебя.

Целую тебя миллион раз

Твой Франц.

 

- 190 -

108. Н.Ф. Депутатовой108

 

20 июля 1951

Милая, родная Нина,

Получил я оба твои письма от 5 и 11/VII. Хотя первое было простое, а второе "авиа-заказное" - шли они оба одинаково, по 8 дней.

Милая, я очень рад за тебя, что тебе так нравится на Рижском взморье, и что наступила теплая погода для купанья. Выкинь из головы всякие заботы и серьезные мысли и растворись целиком в природе, в ее созерцание и вчувствование. Только тогда у тебя нервы будут отдыхать и укрепляться.

Ты не пишешь, когда перейдешь на турбазу, поэтому я пошлю это письмо еще по старому адресу.

Относительно денег, милая, ты напрасно высылаешь. Когда я поеду в туберкулезный дом инвалидов, меня повезут за счет органов собеса. Относительно же молока - я даже и не знаю, как поступить. Когда я 14/VII был в городе на рентгене, мне из-за крайней слабости сердца запретили пить молоко и резко ограничить прием жидкости в сутки до 1/2 литра всего. Мне надо бы перейти на сухое питание и на фрукты - а это в моих условиях совершеннейшая химера. Во первых тут нужно кушать то, что варят для всех, а из "фруктов" в Сибири растет один картофель. Я пока еще продолжаю пить литр молока в [2] день (кроме молока я ни одной капли жидкости не принимаю), но это возможно, - как я считаю, - пока стоит жаркая погода. С сентября, т.е. с наступлением осенней погоды, мне придется обязательно перейти на 1/2 литра. Ты не можешь себе представить, до чего у меня сердце слабо работает. Обмороки бывают почти каждую ночь.

Нина милая, неужели ты думаешь, что у нас с тобой могут быть различные взгляды в чем бы то ни было? Не думаю. Во всяком случае, во всех мировоззренческих вопросах этого не может быть. А все остальное зависит от условий жизни, в которых живешь и работаешь.

Не знаю, почему Нина Ильин. уже полгода не пишет. Наверно очень занята. А может быть она чем-нибудь обиделась?

 


108 С. 190. химера - здесь (перен.): фантазия, несбыточная мечта.

...из "фруктов" в Сибири растет один картофель. - В то время в южных районах Сибири уже выращивали некоторые фрукты (яблоки и др.).

- 191 -

Следующее письмо я отправлю уже по адресу турбазы. Ну, милая, желаю тебе всегда хорошей погоды и спокойного отдыха! В Москву не возвращайся до конца августа.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


109. Н.Ф. Депутатовой109

 

30 июля 1951

Дорогая, милая Нина,

Пишу тебе по адресу Турбазы, хотя ты мне и не написала, когда переедешь из Вайвари в Булдури. Но я придерживаюсь твоего старого письма, в котором ты писала, что с 28/VII по 24/VIII будешь отдыхать на Турбазе.

После моего письма от 20/VII ничего существенного в ходе моей болезни не случилось. Со скрипом и стонами понемножку влачу свое существование. Сейчас у нас стоит самая страшная жара, началась уборка ржи. Днем просто не знаешь, куда деваться. К сожалению, приходится много пить, а это для меня крайне вредно. Терплю по возможности, но все же вечно потеющий организм требует своей нормы жидкости.

На днях получил очень милое письмо от Нины Ильиничны. 9/VIII поедет в твой дом отдыха на Волге. Я очень рад за нее; представляю себе, как она замучилась за год и по работе и семейными несчастьями. Поедет она вместе с Верой Александровной - с ней ей не будет скучно. Нина Ильин, написала мне очень мило о ее последних встречах [2] с тобой, не может нахвалиться твоей работоспособностью, энергией и жизнерадостностью. Мне было очень приятно читать эти строки о тебе.

О моем переводе в Дом туберкулезников все хлопочут, но когда это практически будет, не могу еще точно сказать. Во всяком случае, не раньше сентября. А после сентября я уже никогда не смогу поехать.

Левый глаз у меня медленно, но все же поправляется. Вчера сюда приезжал глазной врач, который выписал мне новые

 

 


109 С. 191. Булдури - ныне в составе г. Юрмала, близ Риги.

После моего письма от 20/VII... - См. письмо № 108.

...в твой дом отдыха на Волге. - Дом отдыха в Щелыково Костромской обл., где несколько раз отдыхала Н.Ф. Депутатова.

А после сентября я уже никогда не смогу поехать. - Ф.П. Шиллер был переведен в дом инвалидов в Красноярском крае более чем через год, в сентябре 1952 г.

- 192 -

очки (разные стекла). Предупредил меня, чтобы я с своей гипертонией был бы очень осторожен и не перенапрягал бы глаза. Это, милая, по моему еще в большей степени относится и к тебе. Для меня то, при моем состоянии, уже не большая беда лишиться глаза. А для тебя - это все.

Надеюсь, милая, что ты в хорошем здоровье и отдыхаешь хорошо. Очень много не купайся, советуйся с врачом, может быть, тебе вообще нельзя купаться. До 10/VIII я буду тебе писать по адресу Турбазы, а потом уже опять в Москву.

Желаю тебе хорошего настроения и веселого отдыха!

Крепко целую

Франц.


110. Н.Ф. Депутатовой110

 

6 августа 1951

Милая Нина,

Пишу тебе, хотя я почти уверен, что письмо пропадет. Почти месяц не получаю никаких известий от тебя, так что не знаю, где ты в настоящее время находишься. Следую твоим указаниям в старом письме, в котором написано, что с 29/VII по 25/VIII будешь отдыхать на турбазе.

Позавчера получил извещение на 100 рублей денег, отправленных 25/VII из Москвы, и адрес написан твоей рукой. Неужели ты заболела и вынуждена была преждевременно выехать в Москву? Или ты оставила кому-нибудь заполненный твоей рукой переводный бланк? Как-то все это тревожит меня, и я боюсь за твое здоровье.

За это время никаких особых перемен в состоянии моей болезни не произошло. Стараюсь побольше сидеть на свежем воздухе.

Если в ближайшие дни не будет никаких известий от тебя, то следующее письмо отправлю по московскому адресу.

Крепко целую Франц.

 


110 С. 192. Неужели ты... вынуждена была преждевременно выехать в Москву? - В июле 1951 г. Н.Ф. Депутатова временно выезжала из Прибалтики в Москву. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 10.8.1951 г. (наст.  изд., с. 193).

- 193 -

111. Н.Ф. Депутатовой111

 

10 августа 1951

Милая, дорогая Нина,

Надеюсь, что это письмо застанет тебя еще на турбазе. Следующее уже пойдет в Москву.

Милая, получил я, наконец, вчера твое письмо от 30/VII. Я так и думал, что тебе пришлось оборвать свой отпуск и поехать в Москву. Деньги я получил, но препроводительную возчик потерял, так что я только из твоего письма узнал, что ты ездила в Москву.

Знаешь, милая, это известие меня так же близко тронуло, как будто несчастье случилось не с Олей и тобой, а со мною. Представляю себе, как вы бедные - ты, Оля и Ляля - переживали все это! Ты не писала, в какой степени это касалось и тебя, или только Оли. Но, в конце концов, это и безразлично: сегодня Оля, а завтра ты. Удалось вам все наладить или нет?

Относительно моей рукописи я никогда никаких иллюзий не имел. Я с самого начала был уверен, что это одни только faux frais и очень жалею, что доставил тебе и Нине Ильин. столько хлопот и работы. Но я не хотел противоречить совету Ник. Кал. и - главное - хотел иметь уверенность, что мною были использованы все возможности для поддержания своего здоровья. Иначе я мог бы потом упрекать себя, что вот, мол, может быть, все-таки что-нибудь вышло бы и т.д. Пока еще ничего не получил, но знаю вперед, что будет.

Ты хорошо сделала, что после приезда на взморье стряхнула с себя все неприятности и переживания и непосредственно отдыхаешь на природе. В этих случаях единственно только природа дает успокоение и отраду. Желаю тебе, чтобы ты за четыре недели отдыха на турбазе поправила свои нервы и вернулась бы в Москву успокоенной и уравновешенной. [2] По адресу турбазы я отправил тебе два письма - 30/VII и 6/VIII. Настоящее письмо третье и последнее. За последние я по-прежнему много сидел на дворе под березами. Август - последний месяц, когда я могу выходить из дома. Как

 


111 С. 193. ...тебе пришлось оборвать свой отпуск и поехать в Москву. - Н.Ф. Депутатова была отозвана из отпуска и вызвана вместе с сестрой Ольгой Федоровной в МВД. Речь шла, по всей видимости, об их проживании в Москве и Московской обл., что российским немцам в то время было запрещено.

faux frais - накладные расходы (франц.), здесь: лишние затраты, лишние хлопоты.

По адресу турбазы я отправил тебе два письма - 30/VII и 6/V1II. - См. письма № 109 и 110.

- 194 -

только на улице температура будет ниже комнатной, я уже выходить не могу, ибо сейчас же захвачу воспалительный процесс верхней плевры, совершенно обнаженной после разрушения легочной ткани. Так же убийственна для меня и сырая или ветреная погода. Так что, начиная с сентября, мне опять придется восемь месяцев сидеть в комнате и лежать в постели.

Милая, относительно дальнейшей присылки денег условимся таким образом: в августе и сентябре мне ничего не надо. Начиная же с октября, я больше 50 р. в месяц расходовать не буду (45 р. на пол-литра молока в месяц и 5 рубл. на почтовые расходы). Мне сейчас уже трудно выпить целый литр молока, - сердце не перерабатывает столько жидкости. А как только жара пройдет, организму еще меньше жидкости нужно, и мне даже будет трудно выпивать пол-литра молока в день. Этот вопрос ясен и для меня и для тебя, ибо ты понимаешь, что я не могу еще прибавить к своей болезни отеков водянки.

Нина дорогая, я тебя очень, очень люблю, и поэтому очень измучился за эти 4 недели, что не было письма от тебя. Я инстинктом чувствовал, что у тебя неприятности, что страдаешь. Хоть хорошо, что хоть пока все улажено, как ты пишешь. Не хочется думать о том, что это может повториться.

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


112. Н.Ф. Депутатовой

 

24 августа

Милая, родная Нина,

Получил твое письмо от 9/VIII. Очень рад, что немного забыла свои хлопоты и неприятности и отдыхаешь хорошо.

О себе могу сообщить только плохое. Последние две недели страдал опять не по-человечески. После 10/VIII у меня был очередной приступ болезни и вот, когда он шел уже к концу, тут наступила неожиданно после большой жары холодная ветреная погода в заморозками. Бараки наши - как сараи. Meня

 

- 195 -

продуло, как следует, и начался такой приступ (да плюс еще и злокачественная ангина) с температурой свыше 40°, какого у меня уже больше года не было. Температура стояла неделю и измотала меня так, что сейчас мне трудно и ручку держать. Причем никакого аппетита ни к чему. Не знаю, поднимусь ли еще раз с постели. Этим самым и отпадает вопрос о переводе в дом для туберкулезников: в таком состоянии меня нельзя перевозить даже в августе.

Что-то зловещее в моей болезни. Какой-то злобный демон преследует меня все эти годы и прибавляет все новые и новые задания и осложнения. Казалось бы, что все должно иметь свой предел, но страданиям моим нет конца. По-видимому, я вынул при рождении плохой жизненный жребий или, как наши старики говорили, родился под несчастливой планетой. Но так иначе, единственное утешение, что когда-нибудь все же и страданиям придет конец.

Милая, ты в эти дни, наверное, вернулась в Москву. Как я рад, что у тебя есть занятия, которые запол-[2]нят опять твою жизнь до следующего отпуска. Без определенной работы, по-моему, неинтересно и жить. Тем более приятно работать со студентами, с молодежью. Работаешь с ними и как-то чувствуешь, что и сам молодеешь. Для меня раньше самые радостные всегда были первые дни нового учебного года. И это так понятно и естественно.

Пиши мне, как распределятся у тебя в этом году занятия, ты как-то мне писала, что в нынешнем учебном году значительно сократили количество часов. Означает ли это, что у тебя будет меньше работы, или нужно сокращенные часы наверстать чем-то другим?

Пиши также, как твое здоровье после приезда с взморья, не беспокоят ли тебя сейчас гипертония и печень? Как отдохнули Оля с Лялей, и не могут ли они сказать, как поправились Нина Ильин. с Верой Александровной? А тебе, милая, совет, расходовать свое здоровье экономно, слишком спешить, а работать по возможности равномерно.

 

- 196 -

Желаю вам всем много радости и счастья в новом учебном году!

Сердечный привет Нине Ильин.!

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


113. Н.Ф. Депутатовой113

 

3 сентября 1951

Милая, родная Нина,

Оба твои письма от 17 и 23/VIII получил. Очень хорошо, что все это время у вас на турбазе стояла прекрасная погода, и я надеюсь, что несмотря на неприятный перерыв летом в отпуске, ты все же сносно поправилась. Конечно, ты прямо попала в самый водоворот институтской сутолоки в начале учебного года. Напиши мне о своей нагрузке и расписании часов в этом году. Надеюсь, что тебе будет легче, чем в прошлом году.

О себе ничего хорошего сообщить не могу. Высокая температура спала, но вся эта неприятная болезнь горла превратилась в хроническое катаральное воспаление горла и бронхов, которое (как и в прошлом году) будет меня мучить всю зиму до мая будущего года. Этот катар характерен для последней фазы туберкулеза легких моей формы. Все горло красное (как при ангине), чрезвычайно чувствительное, сухое, вызывает бесконечно кашель, выделяет много слизистой мокроты из бронхов, и при малейшей простуде (малейшего сквозняка достаточно) вызывает высокую температуру. С сентября до мая мне придется опять сидеть (или лежать) в наглухо закрытой комнате.

Очень прошу тебя, милая, в дальнейшем не высылать мне ни в коем случае больше 50 руб. в месяц. С 1 октября молоко будет стоить 3 рубля литр; я буду покупать себе 1/2 литра, и больше мне ничего не нужно (я сейчас уже не [2] в состоянии пить литр - из-за сердца). Ты сама суди: для чего мне накапливать лишние деньги, когда у меня положение таково, что в любой день могу умереть?

 


113 С. 196. ...катар... - Имеется в виду катар верхних дыхательных путей, как тогда называли острое респираторное заболевание.

...как при ангине... - Ангина (лат. angina, букв, удушье) - острое инф. заболевание, характеризующееся воспалением главным образом нёбных миндалин.

- 197 -

Сейчас у нас тут стоит бабье лето. Днем солнышко и относительно тепло, но утром и вечером уже холодно, а по ночам заморозки. Сижу днем в комнате на солнышке у окна. Выходить из-за горла уже нельзя. Наблюдаю за гусями, курами, свиньями, телятами, утками, голубями и т.д. Есть щенки и котяга, которые играют перед окном на солнышке. Ты видишь, как я на старости лет сделался по-неволе ценителем деревенской идиллии. Понемногу читаю газеты и журналы. За время высокой температуры глаза мои немного отдохнули, и сейчас, кажется, легче читать. Хорошую книгу тут трудно достать. Я заказал себе другие очки (более сильные); скоро их должны привезти; возможно, что мне с ними легче будет читать.

Прилагаю тебе рентгеноскопию моих легких, сделанную 14/VII в городе. По ней ты сможешь себе составить приблизительное представление о состоянии моей болезни. Вообще врачи-специалисты удивляются, как я живу. (Они, конечно, не знают, какой у меня раньше был крепкий организм).

Ну, милая, теперь тебе, наверно, в вечной спешке будет мало времени для писем. Но все же я просил бы тебя писать хоть несколько слов каждые две недели. Если в более длительный срок нет известий, я очень волнуюсь. Передай сердечный привет Нине Ильиничне! Желаю тебе хорошего здоровья и много успехов в работе в новом учебном году!

Целую тебя крепко

Твой Франц.


114. Н.Ф. Депутатовой114

 

14 сентября 1951

Милая, родная Нина,

Получил твое письмо от 29/VIII. Очень рад, что ты благополучно вернулась в Москву и, несмотря на все, поправилась. Тщательно изучил твою нагрузку на текущий учебный год. Она мало чем отличается от прошлогодней, даже та же самая ловушка, что начиная с ноября у тебя будет меньше часов. Ну,

 


114 С. 198. ...не нравятся мне эти занятия с... аспирантами. -Речь идет о занятиях для подготовки к сдаче кандидатского минимума (по иностранному языку), необходимого при защите кандидатской диссертации.

Прошло десять дней с тех пор, как я отправил тебе последнее письмо. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 3.9.1951 г. (№ 113).

- 198 -

что же делать, - по-видимому, иначе никак нельзя было. Очень уж не нравятся мне эти занятия с прошлогодними аспирантами. Они завалены другими работами и хотели бы, чтоб какой-то дядя сдавал бы за них иноязык. Такие занятия очень неблагодарные, даже с материальной стороны, и я объясняю твое согласие на занятия с ними твоей исключительной добротой и тем, чтобы никогда не можешь кому бы то ни было отказывать в чем-то. Смотри, милая, расходуй свои силы экономно, а то скоро свалишься с ног! Конечно, я бы на твоем месте был бы нагружен еще больше и еще меньше тебя мог бы отказывать людям. Но вообще то все это неразумно и неблагодарно.

Прошло десять дней с тех пор, как я отправил тебе последнее письмо. Все это время бесчеловечно мучил меня катар горла. Ты не можешь себе представить, до чего это мучительно - вечное раздражение в горле, масса мокроты и - особенно по ночам - беспрерывный кашель. Самое скверное то, что в связи с наступлением осенней погоды нечего ждать улучшения. Я до того ослаб и разнервничался, что мне трудно держать ручку и писать. Вчера пришло разрешение переехать в дом туберкулезников. Но об этом до июня будущего года нечего и думать, ибо со своим катаром горла мне нельзя и нос высовывать на улицу до следующего лета.

Скучно стало в моей палате. Парализованные дедушки лежат неподвижно. Я же сижу днем у окна и смотрю на "улицу", [2] т.е. в березовую рощу. Молотьба закончилась, сейчас убирают овощи, - копают картофель. Неизменные мои посетители перед окном - 4 семьи гусей, куры, цыплята, собаки, жирные свиньи и телята. Все они тут живут, как в раю. Березки начинают сбрасывать свои пожелтевшие листья. Трава выцвела, природа готовится к своей длительной зимней спячке. Хорошо бы, если и я мог бы заснуть до весны и ничего не виде из этих снежных буранов и холодов, не пережить этой вечной зимней скуки в 4-х стенах, в окружении живых трупов.

Нина Ильинична прислала мне письмо из дома отдыха. Очень хвалит природу, но очень ругает администрацию дома отдыха. Теперь она, наверно, уже вернулась в Москву.

 

- 199 -

У нас уже три месяца не меняли книги библиотечки-передвижки. Читать совершенно нечего. Глаза, как будто, немного успокоились. Очки мне придется менять, так как купленные в городе оказались непригодными из-за узкой и неуклюжей оправы.

Ну, милая, на сегодня хватит. Хочу еще отправить небольшое письмо Нине Ильиничне.

Целую тебя крепко и нежно

Твой Франц.


115. Н.Ф. Депутатовой115

 

28 сентября 1951

Милая Нина,

Сегодня первый день, когда у меня после 2-х недель несколько понизилась температура. У меня этой осенью, начиная с 15 августа, не жизнь, а сущий ад. Как будто все остатки разрушенных легких взбунтовались и решили перед смертью дать сатанинское мщение. Просто невозможно описать тебе все эти невыносимые страдания, нескончаемую температуру, вечный пот, мучительнейший кашель. До того все это противно, до того надоело, что и ангел взбунтовал бы.

А в это время как на зло стоит совершенно летняя, жаркая погода, до 30° жары. А я не могу и голову поднимать с подушки. Все время только и возишься с кашлем и противной мокротой, которая сейчас уже достигает огромных размеров.

Видишь, милая, я и тебе надоедаю своими жалобами. Ничего не поделаешь: что болит, о том и говорит.

Еще одна мысль меня мучает еще с того дня, как ты мне написала о перерыве своего отпуска. У меня навязчивая мысль, что, [2] может быть, все это оттого, что ты мне пишешь и помогаешь. Если это так, милая, то пиши мне откровенно, и мы посоветуемся с тобой, как и что делать.

Я сейчас ничего не могу ни читать, ни писать, ни радио слушать; совершенно оторван от всего на свете. Конечно, при таких мучениях нечего и думать: хорошо, если хоть иногда,

 


115 С. 199. ...может быть, все это оттого, что ты мне пишешь и помогаешь. - Неожиданный вызов Н.Ф. Депутатовой в МВД летом 1951 г. был связан, видимо, не с ее помощью Ф.П. Шиллеру, а с тем, что после смерти русского мужа она, как немка, лишилась единственного формального основания, гарантировавшего ее дальнейшее проживание в Москве.

- 200 -

как сегодня, выпадет денёк, когда можно голову поднять и немного передохнуть. Ну и болезнь же эта проклятая чахотка!

Надеюсь, что работа в институте у тебя идет нормально, что здоровье пока хорошее. Советовать тебе что-нибудь относительно работы все равно бесполезно, обстоятельства заставляют делать свое.

Очень, очень ослаб и устал. Целую тебя

Франц.


116. Н.Ф. Депутатовой116

 

5 октября 1951

Милая, родная Нина,

Письмо и деньги от 19/IX получил. Сердечно тебя благодарю!

Надеюсь, милая, что знакомый твоего папы теперь благополучно выздоровел и уехал в Киев. Иначе я не представляю себе, как ты могла работать в Институте и ухаживать за больным. Надо же было с человеком случиться в дороге такое несчастье.

Милая, ты не удивляйся и не сердись на меня, что мои письма стали такими короткими и бессодержательными. Болезнь вступила в такую стадию, когда человеку из-за нескончаемых тяжелых страданий все в мире для него пропадает, не интересует, а все его существо сосредотачивается исключительно на болях и мучениях. Я каждую минуту о тебе думаю, но все во мне атрофировано, даже руку не хочется поднять.

Вчера тут выпал первый снег. Сразу же растаял. Но погода уже зимняя, холодная, сырая, с ветрами. Для туберкулезника нельзя хуже и придумать. Может быть, когда установится твердая, сухая зима, [2] мне будет немного легче. Конечно, болезнь уже в такой стадии, что трудно что-нибудь сказать.

От твоего расписания занятий я пришел в ужас. Как бедная, только справляешься с такой работой, да плюс еще домашняя работа. Даже в самые занятые годы у меня не было и половины твоих часов. Но, по-видимому, меньше нельзя бы-

 


116 С. 200. ...все во мне атрофировано... - Атрофия (от греч. atro-pheö - голодаю, чахну) - здесь (перен.): притупление, утрата чувств.

- 201 -

ло брать. Я прямо удивляюсь твоей работоспособности и выносливости. Какая ты все-таки молодчина, Нина! Ты была и останешься до последней минуты идеалом женщины для меня.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


117. Н.Ф. Депутатовой117

 

12 октября 1951

Милая, дорогая Нина,

Сегодня у меня счастливый день: только что уехал спец. сотрудник Омского Обкома партии, который привез мне результат на мое ходатайство - оно удовлетворено.

Решением Министерства Государственной Безопасности СССР от 19 сентября с/г с меня сняли все ограничения;

Рукопись моей книги о Байроне прочитана цензором Николаевым, получила положительный отзыв и может быть напечатана. Никакого специального указания издательствам на этот счет не требуется, так как с автора сняты политические ограничения, и книга может быть напечатана на общих условиях. (Рукопись мне вернули).

Теперь, милая, у меня следующие просьбы к тебе:

1) Свяжись с Ник. Калин., расскажи ему все и спроси, как устроить рукопись и в каком издательстве. Думаю, что лучше всего было бы в Гослитиздате или в Академии Наук. Но лучше, по-моему, в Гослитиздате. Дальше: у тебя имеется два экземпляра рукописи - в порядке ли они, можно ли их сдать оба в издательство с тем, чтоб присланный мне экземпляр оставался бы у меня? Если нет, то я его срочно вышлю вам.

Еще: нужно ли мне написать специальное письмо в издательство с указанием, что я реабилитирован, или достаточно представить только оба экземпляра рукописи? [2]

Милая, ты можешь себе представить, как я взволнован, и поэтому мне трудно собираться с мыслями. Но я думаю, милая, что ты с Ник. Кал. сами сообразите, что после всего этого нужно сделать, чтобы скорее устроить рукопись в изда-

 


117 С. 201. спец. сотрудник Омского Обкома партии - по всей видимости, сотрудник Омского УМГБ.

мое ходатайство - ходатайство на имя Сталина по поводу издания книги о Байроне, а также о реабилитации и снятии "всех ограничений".

Решением Министерства Государственной Безопасности СССР от 19 сентября с/г... - НКВД СССР, осудивший Ф.П. Шиллера в 1938 г., был разделен впоследствии на два ведомства - НКВД/ МВД и НКГБ/МГБ. При этом дела Особого Совещания при НКВД (орган, непосредственно вынесший приговор) были переданы в ведение НКГБ/МГБ. Решение о снятии с Шиллера судимости приняло ОСО при МТБ СССР. МГБ направил выписку из соответствующего протокола ОСО вместе со справкой о снятии судимости в Омский УМГБ 2.10.1951 г., предписав вручить справку Ф.П. Шиллеру под расписку.

...сняли все ограничения... - Фактически, как в дальнейшем убедился Ф.П. Шиллер, с него была снята только судимость.

...я реабилитирован... - Снятие судимости еще не означало реабилитации, т.е. призвания соответствующей процессуальной ошибки. Насколько известно, ни одна из редких реабилитационных акций, имевших место в те годы, не касалась дел, рассмотренных ОСО.

С. 202. Надеюсь, что больной теперь поправился... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 5.10.1951 г. (наст.  изд., с. 200).

С. 203. директору Гослитиздата - А.К. Котову.

...эти сведения нельзя оглашать и передавать всем. - Сведения о решении МГБ.

- 202 -

тельстве. Для меня это крайне важно и в финансовом отношении. Конечно, если бы это было 2-3 года тому назад, то я сейчас же поехал бы работать в каком-нибудь университете. Но мое состояние таково, что мне всю зиму придется сидеть и лежать в 4-х стенах. Если доживу до нового тепла, то увидим, что делать дальше. Но пока мне было бы крайне важно иметь некоторую сумму от гонорара, чтобы коренным образом перестроить свое питание.

2) Мне бы очень хотелось, милая Нина, чтобы ты как-нибудь съездила на Ленинградское шоссе и поставила мою дочку в известность, что она теперь дочь полноправного отца и ей, следовательно, больше нечего думать о том, что ей трудно будет учиться и т.п. Это, конечно, не срочно, но я все же просил бы тебя иметь это в виду. Конечно, ты это сможешь сделать и по телефону. Но тогда ограничивайся только передачей официальностей, а о моей жизни, где и как я живу, ничего не говори И.В. [3]

Но прежде всего позвони Нине Ильиничне и поставь ее в известность обо всем. Очень хотелось бы мне хоть один день быть вместе с Вами в Москве. Но при моей болезни нечего и думать об этом. И тем не менее, милая Нина, я чрезвычайно рад, что мне дали моральное удовлетворение и уважили мое ходатайство.

Письмо твое от 26/IX я получил. Надеюсь, что больной теперь поправился и тебе меньше возни.

Не могу выразить тебе и Нине Ильиничне своей сердечной благодарности за все ваши работы и хлопоты в прошлом году! Хорошо, что это не было напрасно.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко, крепко тебя целую

Франц.

P.S. Если требуются какие-нибудь срочные сведения по устройству рукописи, то телеграфируй мне, это все же быстрее.

14 октября

До сих пор не смог отправить письмо. Только сегодня пойдет подвода в город. Весь вчерашний день и ночь у меня шла

 

- 203 -

кровь из легких. Очень ослаб. Конечно, практически моя [4] реабилитация ничего нового не принесет и ничего не изменит в моей жизни: я уже давно тяжело больной человек больничного типа. Но все же я испытываю большое моральное удовлетворение и особенно рад за мою дочку. Кстати - пожалуй, будет неудобно передавать эти вещи по телефону, и поэтому ты лучше условься встретиться с Ник. Кал. и др. и сообщи им устно. Если ты увидишься с И.В. или с бабушкой, то пусть они не боятся, что я весною приеду к ним и буду предъявлять какие-нибудь квартирные или имущественные требования. После их позорного поведения по отношению ко мне все это исключается. Если я считаю нужным сообщить им о своей реабилитации, то делаю это исключительно ради дочери.

Впрочем, если доживу до лета, поговорим о возможности встречи с тобою и дочерью, которой к тому времени будет 16 лет.

На всякий случай прилагаю письмо к директору Гослитиздата. Если Ник. Кал. еще в отпуску, то посоветуйтесь с Ниной Ильин. и отнесите 2 экз. рукописи с письмом в Гослитиздат. Если Ник. Кал. в Москве, то покажи ему письмо и спроси, так надо писать. Я думаю, он достаточно лично знаком с директором из-ва, чтобы это знать. А может быть, он посоветует другое издательство? Одним словом, вам там лучше об этом знать. Во всяком случае, сейчас самое основное - это устроить рукопись. Ведь мне недолго уже осталось жить, а хотелось бы еще увидеть книгу изданной.

P.S. Если письмо к директору Гослитиздата будете передано принадлежности, то положите его в конверт и напишите на нем, кроме адреса, слово лично, так как все эти сведения нельзя оглашать и передавать всем. Конечно, рукописи и письмо можно передать - если директора трудно поймать, и завед. сектором критики и литературоведения.

 

- 204 -

118. Н.Ф. Депутатовой118

 

18 октября 1951

Милая, родная Нина,

Ты теперь, наверно, получила мое письмо авио-почтой от 12-14 октября. Волнение, вызванное полученным известием, по-видимому, отрицательно повлияло на мою болезнь, и кровотечения из легких очень обессилили меня.

Я просил тебя, чтобы ты, после совета у Ник. Кал., отнесла оба экземпляра рукописи с письмом в Гослитиздат. Это ничего, что последние поправки Нины Ильин. в первом экз. не перенесены на другие. Я их просмотрел: это исключительно стилистические поправки, которые можно перенести и в первой корректуре. Кроме того, у политического и литературного редакторов книги будут свои поправки, и таким образом рукопись вообще еще значительно изменится. Но если твои два экземпляра кроме этого еще чем-нибудь отличаются от первого и поэтому их нельзя сдавать в издательство, тогда придется выслать первый, хотя все это отодвинет дело опять на месяц. Поэтому после получения настоящего письма просьба к тебе, выслать мне телеграмму или авиа-письмо, чтобы я был в курсе дела и больше не волновался.

Одновременно с этим письмом я пишу Ник. Кал. Думаю, что он вернулся из отпуска. Но [2] его отсутствие ни в коем случае не должно повлиять на сдачу рукописи в издательство.

Вторая просьба, милая Нина, к тебе состоит в следующем: когда будешь на Ленинградском шоссе, то попроси, чтобы подыскали две мои рукописи неизданных работ: 1) машинописная рукопись моей книги "Молодая Германия. Литературно-критические очерки" (остался один экземпляр); 2) машинописная рукопись статьи "Реализм Теккерея" (остались 4 экземпляра, из них возьми три). Обе эти рукописи возьми к себе и держи их, пока я их не буду просить. Я напишу кое-кому и надеюсь, что мне удастся часть этих рукописей опубликовать в журналах или сборниках. Думаю, что рукописи эти сохранились на Ленинградском шоссе.

 


118 С. 204. Ты... наверно, получила мое письмо... от 12-14 октября. - См. письмо № 117.

Одновременно... пишу Ник. Кал. - См. письмо Ф П. Шиллера Н.К. Гудзию от 18.10.1951 г. (№ 534).

рукопись... книги "Молодая Германия. Литературно-критические очерки" - "Молодая Германия" - лит. течение 1830-1840-х гг. в Германии (К. Гудков, Л. Винбарг, Г. Лаубе, Т. Мундт), выражавшее стремление к полит, и гражд. свободам, к социально-критич. иск-ву. Рукопись Ф.П. Шиллера была датирована 1938 г.

- 205 -

Милая, родная, ты уж прости, что я опять начинаю нагружать тебя новыми поручениями. Но мне ведь осталось жить очень недолго, и мне хотелось бы после своей реабилитации издать хотя бы 2-3 научные работы, чтобы восстановить честное и всеми уважаемое имя ученого. Это необходимо мне и больше всего для моей любимой дочери, для ее дальней судьбы.

Милая, мне очень, очень грустно. Так много хотелось бы сделать, работать. Ты же ведь знаешь [3] мою прежнюю энергию. За эти прошедшие годы я перевернул бы всю историю мировой литературы. Теперь же эта проклятая болезнь сразила меня еще более жестоко, как пуля разит бойца. Но ведь ничего не поделаешь. Нужно только рационально использовать немногие месяцы, которые остались, чтобы сделать еще что-нибудь полезное для общества и науки. У нас вот-вот должна установиться зима. Может быть, с установлением сухой морозной погоды мне хоть немного лучше будет дышать. Эта чумазая сибирская осень прямо душит меня. Ночью выпал снег, но он опять растаял днем. Много, много, милая, хотелось бы мне говорить с тобою, может быть, это еще сбудется? Хочется верить в это... Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


119. Н.Ф. Депутатовой119

 

19 октября 1951

Милая, родная Нина,

Только что получил твое письмо от 9/Х. Я очень, очень рад, что больной выздоровел и уехал. Когда он пришлет фотографии, я надеюсь, что при распределении их не забудешь и меня. Кроме себя пришли мне также фотографию вашей Ляли и Оли.

Я только вчера написал тебе подробное письмо. Но оно пойдет совместно с этим. Я сегодня еще раз просмотрел руко-

 


119 С. 205. ...рад, что больной выздоровел и уехал. - См. прим. к с. 202.

Я... вчера написал тебе... письмо. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 18.10.1951 г. (№ 118).

С. 205-206. Я... еще раз просмотрел рукопись... - Речь идет о рукописи Ф.П. Шиллера о Байроне, переданной Сталину, которую автору вернули при вручении ему справки о снятии судимости. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 12.10.1951 г. (наст.  изд., с. 201).

- 206 -

пись и все-таки пришел к выводу, что ее надо выслать, чтоб ее представить в издательство. Вдобавок к исправлениям Нины Ильин. я также еще в нескольких местах сделал поправки.

Нина милая, я только очень прошу тебя не задерживать рукопись и сдать ее в издательство. От ее судьбы я так много ожидаю, а сейчас как раз везде утвердили окончательные планы издательств. Если Ник. Кал. в Москве, посоветуйся с ним, и если он знаком с главным редактором или директором издательства, то он мог бы и лично (или по телефону) говорить с ними. Ну, я думаю, вы на месте лучше знаете, как поступать. Я только прошу об одном - поскорее.

Целую тебя крепко

Твой Франц.


120. Н.Ф. Депутатовой120

 

29 октября 1951

Милая, дорогая Нина,

Здоровье мое все время такое плохое и тревожное, что могу тебе написать лишь несколько строк.

Телеграмму твою от 20/Х я получил 22/Х. Но обещанное в ней письмо до сих пор не пришло, несмотря на то, что прошла уже целая неделя.

Я все время страшно тревожусь, что рукопись все еще не сдана в издательство. Если бы мне предстояло жить еще 10 лет, мне все это было бы не так важно. Надеюсь, что ты теперь уже получила мои письма от 18/19/Х и заказную бандероль с рукописью. Переносить поправки с этого экземпляра на второй вам совершенно не нужно, так как для этой работы в издательствах есть специальные сотрудники.

Я очень ослаб, и мне трудно писать. Желаю тебе хорошо отдохнуть на праздниках!

Целую тебя крепко

Твой Франц.

 


120 С. 206. Надеюсь, что ты... получила мои письма от 18/19/Х... -См. письма №118 и 119.

...хорошо отдохнуть на праздниках! - См. прим. к с. 85.

- 207 -

121. Н.Ф. Депутатовой121

 

5 ноября 1951

Милая, родная Нина,

Не успел я и двух дней передохнуть от кровотечений, как 29/Х после обеда на меня напал страшный температурный приступ, который длился 7 суток и привел меня на край могилы. Все время температура стояла свыше 40°, боли совершенно невыносимые, а пот был такой сильный, что до 20 раз в сутки меняли рубашку. Все ночи я был без сознания. Сейчас я еле-еле поднимаю руку и пишу тебе в постели на фанерке. Я просто живой труп.

Твое письмо от 20/Х и телеграмму от 28/Х получил. Прибыли также извещения на деньги 200 р. и 75 р. Сердечное тебе спасибо за все! Особенно я рад и успокоился, что рукопись сдана в издательство. Деньги от Ник. Кал. нужно считать долгом, и если что-нибудь выйдет с изданием рукописи, обязательно нужно эти деньги вернуть.

Милая, то, что ты пишешь о моем приезде в Москву - это сплошная химера. Возможность для этого была бы еще летом, теперь же она окончательно прошла. Ты не можешь себе представить, как ухудшилось мое положение после 15 августа: с тех пор изо дня в день все хуже и хуже. Я просто тяжелый больничный, коечный больной, живой труп. Ведь меня уже нельзя везти в общем вагоне: непрерывный кашель и море мокроты, [2] тут бы все пассажиры стали протестовать. Да и какой смысл в моем передвижении? Скажем, меня положат в Москве в больницу. Ведь в тот же день врачи убедятся в совершенной безнадежности моего положения, и что им тогда остается сделать? Или они переведут меня в отделение умирающих, или они меня выпишут как неизлечимого хроника. И тогда опять нужно хлопотать о доме инвалидов и т.д., то есть добиться того, что у меня уже давно есть. И все это осложнялось бы в Москве еще тем, что я ведь в последнее время в Москве не работал, не пенсионер, а состоящий на государственном иждивении в органах собеса. Нет, милая, уже не стоит

 


121 С. 207. Ты не можешь себе представить, как ухудшилось мое положение после 15 августа... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 24.8.1951 г. (наст.  изд., с. 194-195).

...в общем вагоне... - Здесь: в вагоне общего пользования.

С. 208. ...когда я тогда... - Видимо, "когда я только".

- 208 -

возить живой труп с места на место, а для могилы сибирская земля не тяжелее московской.

Милая, относительно денег ты меня поняла неправильно. Молока тут уже давно нет, с 1 октября все хозяйки мне отказали. Теперь свежее молоко будет только с конца января или с начала февраля. Не знаю, навряд ли я даже доживу до этого. Деньги мне нужны были на другое. Я ровным счетом ничего не могу кушать из нашего общего питания (хлеб, картофель, каша). Наши деревенские мужики тут в восторге от питания [3] и толстеют так, что и двери все узкие. Но ведь они все здоровые как буйволы, а "инвалиды" они потому, что им свыше 80 и 90 лет. Меня же с чахоткой, не покидающего палаты 3/4 года, вечно лежащего в постели с температурой 40, - меня рвота берет, когда я тогда вижу, как другие кушают. Но ведь месяцами на одной только воде никто не может жить. И вот мне приходится покупать хоть чего-нибудь съедобного для меня, - и я покупаю рыбий жир, иногда немного плохого красного портвейна и т.п., а ведь все это дорого. Очень жаль, что я совершенно не могу есть сахара или вообще чего-нибудь сладкого. Этого скорее можно достать.

Нина дорогая, если бы ты видела, какой я слабый, ты бы удивилась, что я столько написал. Передай сердечный привет Ник. Кал. и Нине Ильиничне!

Целую тебя крепко

Твой Франц.


122. Н.Ф. Депутатовой122

 

9 ноября 1951

Милая, дорогая Нина,

Пользуюсь небольшой передышкой в температурном приступе, чтобы ответить на твое страшное письмо от 28/Х.

Нина милая, перед смертью не венчаются и не разводятся. На меня ваше категорическое и устойчивое желание от имени твоего, Ник. Кал. и Нины Ильин. произвело грустное впечаление. Грустное потому, что оно повторяется не первый раз, и

 


122 С. 208. ...ваше категорическое и устойчивое желание... - Речь идет о разводе Ф.П. Шиллера с И.В. Шиллер и его возвращении в Москву (возможно, путем бракосочетания с Н.Ф. Депутатовой).

С. 209. Этот вопрос связан для меня с рядом обстоятельств, изложение которых я не могу доверять бумаге... - Одно из важнейших среди этих обстоятельств - очевидно, фактический запрет на возвращение в Москву, переданный Ф.П. Шиллеру устно при вручении справки о снятии судимости 12.10.1951 г. Впоследствии этот запрет был подтвержден письменно. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 1.2.1952 г. (наст.  изд., с. 235).

Разве она не могла мне дать свидания или переписки с дочерью? - Речь идет о контактах Ф.П. Шиллера с Ф.Ф. Шиллер после его разрыва с семьей в 1948 г.

С. 209-210. хунхузские методы - здесь: бандитские методы. Хунхузы - китайские разбойничьи банды.

С. 210. ...через третьих лиц искать справку о моей смерти, о "заразном характере" моей болезни... - См. письма Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 14.8.1949 г. и 18.9.1950 г. (наст.  изд., с. 58,143-144).

Ник. Кал. я написал письмецо... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.К. Гудзию от 9.11.1951 г. (№ 535).

- 209 -

что лучшие мои друзья исходят только из своего одностороннего понимания этого вопроса и совершенно игнорируют настроения и психологию вечно страдающего, безнадежного и неминуемо обреченного на смерть тяжелого больного. Каждому овощу свое время. Было время, когда этот вопрос мог бы еще иметь актуальность и для меня; при моем теперешнем состоянии он для меня потерял всякое значение. Я еще понимаю, что если бы я мог рассчитывать на поездку в Москву или придать нашим с тобою отношениям более чем платонический характер, тогда я и сам знал бы, что делать, чтобы на наши отношения не легла тень неуместных толков. Но мое состояние таково, что я никогда не смогу поехать в Москву, и все остальное останется мечтой.

Что же касается существа вопроса, то я пришел к выводу, что со всеми вами бесполезно говорить об этом в письмах. Этот вопрос связан для меня с рядом обстоятельств, изложение которых я не могу доверять бумаге, а мог бы вам сказать только с глаза на глаз. Согласись, Нина, что в семейной жизни бывают моменты, которые не каждому доверяешь и в которых надо разобраться. Дальше во всем этом вопросе меня крайне удивляет неискренность другой стороны. Три года И.В. вопила, что развод необходим, иначе девочка не сможет учиться. Ей лично, якобы, развод ни к [2] чему. Так ли это было? Теперь вопрос об учебе девочки отпал. Значит, все же дело было не в девочке? Если это так, и И.В. хотела устроить свою жизнь по-новому, - то неужели она не могла во время отпуска приехать ко мне в те годы (1947-48) на несколько дней, чтобы не по-звериному, а по-человечески обсудить этот вопрос? Разве я не мог поддаваться разумным доводам? Разве онa не могла мне дать свидания или переписки с дочерью? Разве не могла мне из моего имущества выделить небольшую сумму на молоко? Скажи мне, Нина, по совести, разве нельзя было таким образом уладить это дело, как это принято у культурных людей? Зачем меня вместо этого оскорблять моим национальным происхождением, отнять дочку и оставить меня без копейки денег в таком тяжелом состоянии? Зачем эти хун-

 

- 210 -

хузские методы через третьих лиц искать справку о моей смерти, о "заразном характере" моей болезни? Одним словом, Нина, я этим хочу сказать, что мои отношения с И.В. до того осложнились, что теперь могу иметь разговор с ней только в пределах официальных советских законов о браке и семье. Мне развод не нужен. Если он ей нужен, то пусть добивается его по нашим советским законам: если она своим поведением по отношению ко мне заслужила развода, она его получит; если же она его не заслужила, не получит. Я в это дело вмешиваться не буду. Сделать же по вашему желанию "благородный жест" и добровольно премировать человека за то, что она сделала все от нее зависящее, чтобы меня преждевременно свести в могилу, я не могу. Не могу не столько из-за "мести", как ты это называешь (это чувство кровной обиды еще можно было бы преодолеть в себе), а по ряду причин, о которых я выше говорил и о кото-[3]рых я не могу писать в письме.

В замечании о дочери ты, наверно, права. Внутри себя глубоко я давно знаю, что у меня фактически нет дочери и, по-видимому, не будет. Флора всегда будет вспоминать имя отца глазами матери, которая воспитала ее в неприязни к отцу. А я, как настоящий Дон-Кихот, только и думаю о ней. Тут дело не в формальностях, не в фамилии дочери, а в ее душе, украденной ее матерью.

Поверь мне, Нина, нелегко мне было все это опять вспоминать. Надеюсь, что это было в последний раз. Ибо совершенно бесполезно со мною говорить об этом деле в письмах, когда не можешь высказать все. Как-то странно, что И.В. нашла в лучших моих друзьях своих ярых защитников. Как-то все это непонятно, недоговорено до конца, да в письмах это и невозможно. Вот почему я хотел бы раз навсегда поставить точку на этом.

Деньги 275 р. я получил. Сердечное тебе спасибо! Ник. Кал. я написал письмецо о получении денег. Теперь мне никаких денег до нового года посылать не надо. А к новому году

 

- 211 -

может быть, уже выяснится вопрос о судьбе моего Байрона.

Если решение издательства будет положительным, то будут и деньги, и я получу возможность рассчитаться с друзьями. Посылку тоже нет надобности посылать. На деньги я достану здесь самое необходимое.

Прости, Нина, устал. На сегодня хватит. Сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко целую Франц.

Письмо это написано только для тебя.


123. Н.Ф. Депутатовой123

 

16 ноября 1951

Милая Нина, когда я послал тебе письмо от 9/XI, я был в таком волнении, что я уже и не помню, что в нем написано. Во всяком случае, я никого из вас не хотел обидеть, и если в письме имеются какие-нибудь резкости, я прошу прощения. Ты же наверно знаешь, что у тяжелых туберкулезников систематически разрушается центральная нервная система, и поэтому они вечно раздражены и болезненно реагируют на всякую мелочь. Несмотря на напряжение всей силы воли я, к сожалению, не в состоянии уже противостоять этому разрушению, и меня давно уже наблюдается большая раздражительность, которая, понятно, еще усиливается теми условиями, в которых живу. Вопрос же, затронутый в твоем письме, для меня является спичкой в бочке пороха. Поведение этой женщины, особенно в отношении дочери, является самым большим несчастием в моей жизни и принесло мне больше всего вреда и огорчения. Брак всегда является лотереей. Но мало кому пришлось вынуть такой неудачный жребий, как мне.

Нина милая, ты своей телеграммой от 10/XI напомнила не о моем дне рождения. Со своими страданиями я просто забыл о нем. Стало быть, 10/XI мне исполнилось 53 года. Я раньше праздновал 11/XI, но теперь установил, что эта дата неправильная: я родился 29/Х ст. ст. Но ведь в 19 веке разница была не 13 дней, а только 12. Как смешно, что я умру не

 


123 С. 211. ...я послал тебе письмо от 9IXI... - См. письмо № 122.

Поведение этой женщины... - И.В. Шиллер.

...в 19 веке разница была не 13 дней, а только 12. - Имеется в виду разница между юлианским и григорианским календарем ("старым" и "новым" стилем), которая составляла в XX в. 13 дней, а в XIX в. -12.

С. 212. Сегодня же ему отвечу. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.К. Гудзию от 16.11.1951 г. (№ 536).

- 212 -

только от той же формы туберкулеза легких, от которой умер Фридрих Шиллер, но имею с ним и один день рождения -10 ноября.

Ты сообщаешь в своей телеграмме, что высылаешь мне лекарство, наверно ПАСК? Сердечно тебя благодарю, как [2] за поздравление с днем рождения, так и за лекарство! У омских врачей я пока никакого толка добиться не мог, потому что лично не могу поехать зимою, а через других никогда ничего не добьешься. Конечно, помогать-то и ПАСК не поможет, но, может быть, он хоть немного снизит температуру и уменьшит пот, а это было бы для меня большим облегчением.

Милая, ты желаешь мне сил и бодрости. В них у меня недостатка нет. Но когда легкие разрушены, их никакой бодростью не восстановишь. Уже четвертый месяц я прикован к постели. Грудная клетка - сплошной гнойник; мокроты так много, что она меня - особенно ночью - душит. Своим кашлем и мокротой я до того беспокою даже таких невзыскательных в этом отношении людей, как инвалидов, что они запротестовали, и меня теперь перевели одного в маленькую комнатушку. С одной стороны это для меня лучше, спокойнее. Но с другой стороны это означает, что я уже не имею права обращаться в человеческом обществе, а должен быть совершенно изолирован. А ты, Нина, думала еще, что я могу переехать в Москву. Я уже очень, очень больной человек, и мне хотелось бы только еще устроить свою книгу, чтобы она могла выйти из печати. Спасибо тебе, что ты при всей своей занятости отнесла рукопись в издательство. Теперь будем ждать результат.

Кстати, Нина, если ты еще не была на Ленинградском шоссе, то и не стоит поехать. О моей реабилитации они и так узнают, а все остальное бесполезно.

От Ник. Кал. получил очень доброжелательное письмо. Сегодня же ему отвечу.

Нине Ильиничне передай сердечный привет. Что-то мне давно не писала.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.

 

- 213 -

124. Н.Ф. Депутатовой

 

30 ноября 1951

Милая Нина,

Сегодня уже 30/XI, а твое последнее письмо было от 28/Х. Ты наверно опять так запуталась в работе, что писать некогда, повестка на посылочку с лекарством пришла почему-то с большим опозданием только вчера. Теперь надо подождать, кто-нибудь поедет на почту, чтобы ее по доверенности получить. Трудно с почтой в тайге. Так у меня все по старому. Писать каждый раз о мучениях и страданиях надоело. Понятно, что с каждым месяцем болезнь прогрессирует, но это тебе и так ясно. Министерство соц. обесп. РСФСР уведомило меня, что если я весною не поеду в дом инвалидов для больных с открытой формой туберкулеза к Красноярском крае (единственный дом в Сибири), то оно меня больше не в праве содержать в доме инвалидов общего типа. Я им ответил: посмотрим, доживу ли я до весны; если доживу, то пусть меня перевезут в санитарном вагоне, в сопровождении медсестры и вообще по всем правилам, и пусть они больше не пристают с наглыми требованиями "поезжайте скорее, а то путевка пропадет" и т.п., потому что я никуда не поеду, а зимою вообще наглость приставать к  тяжелому больному, как я. Доживем до весны, увидим. По-видимому, рано еще ждать ответ из Гослитиздата. Если тебе раньше сообщат (по телефону) результат, [2] то будь добра и сообщи мне его по телеграфу. Мне что-то непонятно, почему Нина Ильин. совершенно перестала писать. Напиши, как она живет, чем занята в этом году помимо институтской работы. Опять переводами? Я хотел бы обратиться к ней поискать мне небольшую справку в институтской библиотеке, но не решаюсь, потому что не знаю, может быть она чрезвычайно перегружена срочной работой.

Нина дорогая, ты может быть обиделась за мое письмо от 9/XI? Я уже давно забыл об этом деле, иначе я не мог бы жить ни одного дня. Сознание о том, что у меня украли родную доч-

 

- 214 -

ку, меня до того давит, что я спасаюсь исключительно только тем, что стараюсь изолировать эти мысли и не дать им овладевать мною. Не знаю, можешь ли ты понять меня?

Уныло, скучно и однообразно текут зимние короткие дни в Сибири, когда восемь месяцев лежишь или сидишь в постели, один, и смотришь через окошко на снежные пустынные поля и березовую рощу. Когда боли не поглощают всего моего внимания, я предаюсь мечтам о новых литературно-исторических темах, которых так много в голове и которым не суждено быть осуществленными. Но все-таки приятно хотя бы переживать их в мечтах...

Надеюсь, милая, что ты здорова и не сердишься на меня.

Целую тебя крепко

Франц.


125. Н.Ф. Депутатовой125

 

7 декабря 1951

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 20/21 ноября. Очень тебе благодарен, что съездила на Ленинградское шоссе к дочке. Рад, что она тебе понравилась и, судя по твоему описанию, я еще больше рад, что Флорочка такая хорошая. С нетерпением буду ждать от нее письмо. Но я только не совсем уверен в этом, ибо не доверяю И.В. ни на шаг. Прошу тебя написать мне в следующем письме, как она выглядит внешне, выросла ли она за эти два года, что ты ее не видела. Занимают ли они еще те же комнаты или их уплотнили? Жива ли еще бабушка или она умерла?

О моей реабилитации мне прислали официальную справку из Москвы. Но она мне нужна, так как весною для переезда в Красноярский край мне необходимо менять паспорт. Я тут прилагаю для Флорочки данные на бумажке. По ней любое учреждение в Москве может навести в МГБ СССР справку. Но если Флорочке для какой-нибудь цели нужна официальная справка, я ее в любую минуту ей вышлю. В случае моей смер-

 


125 С. 214. ...для переезда в Красноярский край мне необходимо менять паспорт. - Ф.П. Шиллер, как и другие спецпоселенцы по национальному признаку, имел временный паспорт (удостоверение), куда были внесены данные об установленном ему месте жительства.

С. 215. Спасибо моей доброй бывшей слушательнице... - Видимо, речь идет об аспирантке Ф.П. Шиллера по МГПИ Лидии Вениаминовне Каган, с которой он впоследствии состоял в переписке.

С. 216. ИМЭЛ - Институт Маркса-Энгельса-Ленина (Москва).

- 215 -

ти все мои личные бумаги и документы будут отправлены тебе или ей, что одно и то же.

Получил я и посылочку с ПАСК. Спасибо моей доброй бывшей слушательнице, что она подумала обо мне. Я принимаю ПАСК с 1-го числа, - никакой тошноты или расстройства он у меня не вызывает.

Добился я, наконец, через нашу медсестру заочной консультации в Областном тубдиспансере. Я послал им свою рентгеноскопию и просил их сооб-[2]щить, имеет ли смысл в моей неизлечимой стадии принимать ПАСК? Моя рентгеноскопия легких произвела целый переполох в тубдиспансере: как рассказывает мне медсестра, заведующий созвал молодых врачей и практикантов и показал им мою рентеноскопию как редчайший случай, когда человек с такими разрушениями все еще живет. Вопросам - как я живу, чем питаюсь, как выгляжу и т.д. - не было конца. В конце концов, врачи-туберкулезники решили: немедленно предложить мне приобрести за 120 руб. 1 кгр. ПАСК и принимать его: 3 мес. - перерыв - и еще раз 3 месяца. Вылечить или приостановить активный процесс - заявили они - и ПАСК не может. Но он даст мне значительное облегчение, понизит температуру и отравление организма, уменьшит боли, кашель и пот. (Я это давно уже сам сообразил и без них). Теперь только вопрос: как приобрести ПАСК. В Омске он вообще есть, но мало, и трудновато его достать. Сегодня наша медсестра опять едет в город, - я ей дал поручение и деньги, если диспансер может мне достать, то купить ПАСК, чтобы после того, как закончится присланное тобою количество, не было бы перерыва. Если же медсестра не сумеет его достать в Омске, то я ей дал пустой конверт с твоим адресом и просил ее, чтобы она вложила туда рецепт от Тубдиспансера и опустила письмо в почтовый ящик. Может быть, ты сумеешь достать его в Москве. Я был бы чрезвычайно рад, если это новое лекарство хоть частично уменьшило бы температуру, кашель и пот. Это такой бич для больного, что никто не может себе представить этих страданий. [3] Что-то долго нет известий о судьбе моего Байрона. По всей вероятности они послали рукопись на отзыв или обсуж-

 

- 216 -

дение в какой-нибудь институт. Мне бы очень хотелось, чтобы исправления или изменения отдельных мест или формулировок, сокращений и т.д. были бы сделаны без меня в Москве, издательством или ответственным редактором книги, которым я предоставляю самые широкие полномочия в этом вопросе. Ты не можешь себе представить, сколько мытарств для меня отправлять отсюда рукописи. Конечно, если это необходимо, то ничего не сделаешь. Если же потребуется проверка фактических данных или замена переводов, то это могла бы сделать Нина Ильинична. Если рукопись не будет отклонена вообще, а потребуется только доработки или изменений отдельных мест и т.д., то я просил бы послать вторично рукопись мне только в самом крайнем случае, если без меня никак нельзя обойтись.

Получил очень милое письмо от Нины Ильиничны. Сегодня же ей отвечаю. Как жаль, что не оценивают ее и ее работу в ИМЭЛ по заслугам! Такого работника, как ее, с ее специфическими знаниями по архиву ИМЭЛ и по иноязыкам - в природе больше не найдешь.

Я так и знал, милая Нина, что ты опять занята сверх всяких человеческих возможностей. Смотри только за сном и питанием, а то гипертония скоро тебя свалит с ног!

Сердечный привет Ник. Калин.!

Целую тебя крепко

Твой Франц.


126. Н.Ф. Депутатовой126

 

17 декабря 1951

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 3/ХII. Боюсь, что ты уже свалилась под тяжестью работы. Ты все же неисправима в этом отношении. Но зачем же еще заниматься и инженером, который сдает кандидатский минимум? Я уже так обрадовался за тебя: Нина Ильин. недавно писала, что ты в этом году значительно лучше выглядишь, чем в прошлом. Но может быть, как-нибудь дотянешь до зимних каникул?

 


126 С. 217. ВТЭК - Врачебно-трудовая экспертная комиссия, создается органами социального обеспечения для экспертизы нетрудоспособности.

...он якобы быстро портится от сырости. - Это утверждение относительно лекарства ПАСК соответствует действительности. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 14.12.1953 г. (наст.  изд., с. 360).

С. 218. ламентации - жалобы (от лат. lamentatio - причитание, нытье).

- 217 -

Паск, который ты мне прислала, на исходе, - еще на дней пять хватит. Ты спрашиваешь, милая, почему я не беру рецепта у омских врачей? Но ведь врачи-то находятся не у нас тут, а в городе. 20 км. от нас. К ним надо ехать на прием, а я ведь с октября до мая не могу и носа высовывать из комнаты, чтобы сразу же не захватить 40° температуры. Восемь месяцев я дальше уборной в самом бараке никуда не могу выходить, правда, два раза в году, осенью и весною, к нам не из города, а района приезжает ВТЭК, но в ней нет ни одного специалиста по туберкулезу. Значит, единственное, что мне остается, пользоваться заочной консультацией омского тубдиспансера, что я и делаю. Недавно наша медсестра (врача у нас нет) пропадала там целую неделю. Но что можно сделать через третьих лиц? Тубдиспансер выписал мне рецепт на 250 гр. ПАСК'а на том основании, что он якобы быстро портится от сырости, с этим рецептом медсестра пошла в городскую аптеку: она приняла рецепт, но обещает достать ПАСК только к 25 декабря. Хорошо, если это так, и они меня не обманут. Причем тут Омске почему-то все по-ино-[2]му предписывается принимать ПАСК. Во-первых, в рецепте (по словам медсестры) написано принимать не 3, а 4 раза в день, причем не до, а после еды. Во-вторых, цена уже не 12 р. за 100 грамм, а 18 р. Но это не важно. Я решил по-прежнему принимать по 3 раза в день и до еды.

У нас появилось уже молоко, так что я принимаю лекарство теперь в молоке. Никаких осложнений или рвоты ПАСК меня не вызывает. О результатах пока говорить преждевременно. Но зная состав лекарства и его действие я не сомневаюсь, что оно даст мне облегчение в виде значительного снижения температуры, а стало быть и уменьшения пота и кашля, значит, я гораздо меньше буду страдать от этих неприятных явлений чахотки. Но сам по себе активный процесс и дальнейшее разрушение легочной ткани будет продолжаться, этому не может помешать и ПАСК. Если бы я его мог иметь, когда туберкулез только что начинался, тогда, конечно, я бы мог вылечиться. В начальной стадии вылечиваются до 85% больных.

 

- 218 -

Ты спрашиваешь, милая, как я себя чувствую. Думаю, что тебе уже давно надоело читать все одни и те же ламентации. Все больше усиливаются физические боли в груди, потому что в процесс разрушения все больше и больше втягивается внутренняя плевра. Когда разрушается легочная ткань, никаких болей нет, т.к. ткань не имеет нервной системы. А вот плевра уже имеет свою очень разветвленную нервную систему и поэтому ее разрушение вызывает сильные физические боли. Дальше - все усиливается выделение мокроты, наверно в связи с все большим расширением процесса и охватом плевры. Но самое главное - температура, и ее я именно и хочу уменьшить ПАСК'ом. Через месяца [3] полтора-два, думаю, будет виден результат.

Беспокоит меня долгое молчание издательства относительно рукописи. Неужели оно собирается ее похоронить и поэтому молчит? Это был бы большой удар для меня, потому что я положил в эту книгу всю свою душу. Если ты читала рукопись, ты должна была это чувствовать.

От Флорочки так и нет никаких признаков жизни, хотя после твоего посещения ее уже прошел целый месяц. По-видимому, тут налицо очередной фокус И.В.

Милая, пока ты получишь настоящее письмо, наступят уже праздники. А непосредственно за ними - и твой день рождения. Чего бы я не дал, чтобы хоть полчаса присутствовать в кругу старых знакомых на праздновании твоего дня рождения! Ничего не поделаешь... Судьба такая. Желаю тебе издалека самые лучшие поздравления с наступающим Новым годом и с днем твоего рождения! Желаю тебе много счастья и хорошего здоровья, много лет жизни, - но все же самое главное - здоровья!

Передай мои сердечные поздравления к Новому году Нине Ильиничне, Ник. Кал., Милице Алекс, и всем знакомым, которые соберутся у тебя в эти радостные дни!

Крепко целую тебя

Твой Франц.

 

- 219 -

127. Н.Ф. Депутатовой127

 

24 декабря 1951

Милая, дорогая Нина,

Сегодня мне привезли 250 гр. ПАСК из города. Принимать мне предписано не 3, а 4 раза в день по 2 гр., так как площадь заражения очень большая. За весь курс лечения мне нужно принимать не обычную дозу в 1 кгр., а 1,5 кгр. Обещают, что будет облегчение в температуре, поте и кашле. Трудно только будет достать эти 1,5 кгр. ПАСК. В городе то есть, то нет. А я уж человек такой, что раз начал что-нибудь, то хочется уж и довести до конца. Если тебе удастся где-нибудь раздобыть ПАСК, то имей это в виду.

Прошло уже два месяца с тех пор, как рукопись сдана в издательство, а ответа никакого нет. По-видимому, рукопись ходит от Понтия до Пилата. Я, конечно, не возражаю, чтобы ее читало побольше людей или обсуждали в институтах или организациях. Но это все-таки надо сделать не в такие большие сроки. Если тебе нетрудно, то я просил бы тебя позвонить после нового года А.И. Пузикову и в вежливой форме осведомиться, в каком положении находится дело с моей рукописью. Если они ее отклонили, то пускай скажут тебе прямо.

Сейчас стоят самые короткие дни и длинные ночи. А чем длиннее ночь, тем хуже для меня. Спать удается мало, а днем мало света, что нельзя читать. Вечером же при керосиновой лампе подавно ничего нельзя читать. Скука тут зимою в лесу, скука отчаянная. Летом, когда тепло, хоть можно выходить и сидеть под березами; зимою же (а для меня зима - 8 месяцев) можно только лежать или сидеть в постели и через окошко смотреть на поля и лес. Животные тоже находятся в помещениях, так что через окошко иногда только увидишь какую-нибудь из многочисленных собак. (Мохнатый пес, мой старый друг, который всегда съедает мою порцию питания, несколько дней тому назад ушел в соседнюю деревню и до сих пор не вернулся). [2]

Единственные мои друзья - это сейчас воробьи и сороки, которых тут легион. Они садятся на раму окошка и удивленно

 


127 С. 219. ...ходит от Понтия до Пилата. - Здесь: ходит по замкнутому кругу. Понтий Пилат - римский правитель в Палестине (26-36 гг. н.э.), по библейскому преданию осудивший Христа.

...позвонить... А.И. Пузикову... - Пузиков Александр Иванович (р. 1911) - литературовед. В 1937 г. окончил МГПИ, где Ф.П. Шиллер заведовал кафедрой. Гл. редактор Гослитиздата (с 1951 г.).

- 220 -

смотрят в мою комнатушку. Народ не любит ни воробьев, ни сорок. Но при более близком знакомстве они вовсе уж не такие плохие птички.

Сейчас опять покупаю ежедневно литр молока и, таким образом, питание мое вступило опять в норму. Желудок у меня только часто капризничает (только не из-за ПАСК), потому что отвык от молока, или, что еще вероятнее, частые расстройства наверно связаны с самой болезнью (инфекция в кишечнике). Если последнее мое предположение верно, то ПАСК должен ее устранить, так как вторичные инфекции гораздо легче вылечиваются, чем первичная. В общем, если еще доживем до лета, то увидим, каков у меня получится результат от ПАСК.

Представляю себе, милая, как ты измучилась на работе. Лишь бы дотянуть тебе до каникул. Что ты уедешь на это время в дом отдыха, это очень хорошо. Дома ты все равно не отдохнула бы. Я бы на твоем месте не захватил бы даже ни одной книги с собой. Отдохни от всего, от книг и от людей!

Передай сердечный привет Нине Ильин. и Ник. Кал.

Еще раз поздравляю тебя с Новым годом и с днем рождения! Желаю тебе хорошего счастья и много радости в новом. 1952-ом году, и на 54-ом году жизни!

Крепко целую

Твой Франц.


128. Н.Ф. Депутатовой128

 

31 декабря 1951

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 9/ХII и посылку от 15/ХII. Сердечное спасибо за все твои заботы обо мне! Нехорошо только, что ты меня никогда не слушаешься, и в доброте своей ты совершенно неисправима. Я ведь только недавно писал, что посылку мне посылать не нужно, особенно же сахара, т.к. даже от маленького куска у меня расстройство. Я даже свои 750 гр., ежемесячную свою норму, раздаю детям наших рабочих. Ты[

 


128 С. 220. Я... только недавно писал, что посылку мне посылать не нужно... - В сохранившихся письмах Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой за 1951 г. последний раз упоминается об этом в письме от 15.6.1951 г. (см. наст.  изд., с. 184).

С. 221. магазин КОГИЗ'а - магазин государственной книготорговой сети.

С. 222. Над своей книгой... - над книгой о Дж. Байроне.

- 221 -

же тратишь деньги на сахар для меня, как будто ты какая-нибудь богачка. Кроме денег на молоко - мне ничего не надо. Если мне раз в году нужны тетради, то я об этом специально буду писать. Еще раз прошу тебя, иметь это впредь в виду и не посылать мне ничего, если я специально об этом не прошу.

На этот раз с посылкой в дороге произошла авария. Для меня остается загадкой, как ты, такая умная и осмотрительная хозяйка, могла поставить в посылку банку с соком (с мандаринами). Ведь почта в дороге бросает ящики куда попало, вверх дном и т.д. Банка не была плотно закрыта, крышка сдвинулась - и когда я ящик открыл, то мне представлялась такая картина: банка была пустая, а все содержимое посылки насквозь мокрое. Два пакета сахара растаяли, остальные два промокли. Сухари и печенье тоже насквозь промокли. Единственное, что не пострадало, это бутылка с портвейном. Но все это ничего - сухари, печенье и сахар можно высушить. Жаль, что сок пропал.

Теперь уже месяц принимаю ПАСК. Запас его мне пока хватит до 20 января. Удастся ли в Омске и дальше достать, неизвестно. Надеюсь, что можно. О каких-нибудь [2] определенных результатах пока говорить преждевременно. Как будто температура и пот немного снизились - но такие облегчения временно бывали зимою и летом и раньше. Безусловно однако, что с тех пор, как принимаю ПАСК, аппетит стал более ровный и несколько улучшился. Во всяком случае, думается, он идет мне на пользу. Я хотел тебя просить вот о чем: если тебе не трудно, зайти по дороге в магазин КОГИЗ'а и спросить в отделе медицины, нет ли брошюры о ПАСК или какой-нибудь новейшей книги о туберкулезе легких, в которой есть уже глава о лечении ПАСК'ом. Эти омские врачи-туберкулезники совершенно неграмотные в отношении ПАСК'а, и мне очень бы хотелось поближе ознакомиться с этим препаратом и его действием.

Что будет весною с моей поездкой в Красноярский край, об этом я не беспокоюсь. Во-первых, надо еще дожить до этого времени, а во-вторых, не все ли равно - Красноярский край,

 

- 222 -

Молотовская область, Башкирия и т.д., где имеются эти дома для туберкулезников-инвалидов. Они все одинаковы, подчиняются одному ведомству, имеют одинаковые правила внутреннего распорядка и т.д. Место же не имеет для меня значения.

Над своей книгой, по-видимому, придется поставить крест, т.к. никакого ответа от издательства нет.

Крест придется поставить и над дочкой, которая даже не считала нужным послать больному отцу несколько строк к новому году. Нет, у нея нет ни капельки ни от моего духа, ни от моего характера. Чтобы в 16 лет не найти способа, независимо от матери, послать отцу письмо - это для меня непостижимо. Не хочу больше слышать обо всем этом. Жалею, что просил тебя тогда заехать к ним.

Передай сердечный привет Нине Ильин. и Ник. Кал.!

Крепко целую

Твой Франц.


129. Н.Ф. Депутатовой

 

7 января 1952

Милая, дорогая Нина,

31-го получил твою поздравительную телеграмму от 28/ХII. Сердечное тебе спасибо, милая, ведь ты одна только не забываешь меня, а то никто, никто, даже родная дочь, не вспоминает одинокого больного страдальца в сибирской тайге в такой момент, как новый год, когда все люди вспоминают знакомых, родных и друзей. Еще раз сердечно благодарю тебя!

Мне только очень неловко, что ты к новому году сделала столько расходов для меня. Извещения на деньги нет еще, но наверно на днях будет. Сухари, печенье и сахар из посылки я высушил и понемногу кушаю. С тех пор, как принимаю ПАСК, аппетит немного выправился, хотя ем в общем крайне мало. Но самое главное - молоко. Я опять покупаю его уже целый месяц; счастье, что оно мне никогда не надоедает. До 1 мая молоко мне обойдется 90 р. в месяц, а с 1 мая - по 60 р. Я так надеялся, что к новому году разрешится вопрос [2] в изда-

 

- 223 -

тельстве относительно моей книги и думал, что у меня будут свои деньги. Мне очень и очень неловко обременять тебя этим несчастным молоком, но пока не вижу никакого другого выхода, так как без него жить мне невозможно.

Твое последнее письмо было от 9/ХII. Бедняжка, ты, понятно, совершенно запуталась и измучилась на работе. Надеюсь, что вот-вот сможешь уехать на отдых. Желаю тебе использовать перерыв на лоне природы и надеюсь, что наберешь силы до следующего, весеннего перерыва (или такого нет?).

Передай сердечный привет Нине Ильин. и Ник. Кал.

Крепко целую

Твой Франц.


130. Н.Ф. Депутатовой130

 

12 января 1952 Милая, дорогая Нина,

У нас всю зиму стоит такой адский мороз, что редко выпадает день, когда ниже 40°. В среднем же уже третий месяц 40-48°, а то бывает и свыше 50°. Даже Омск по сравнению с нашей местностью теперь мне кажется чуть ли не субтропиками...

А эти морозы действуют на меня отвратительно. В комнате все время горит плита, вечный угар, дым, сквозняк. Больше всего мне на нервы действует полная потеря слуха. Еще пол-беды, что мне чрезвычайно затруднительно объясняться с людьми, но и радио я теперь уже не понимаю, - еле, еле слышу как-то шум, как будто на 3 километра. А я очень любил слушать последние известия и классическую музыку. Но ничего не поделаешь. Помочь ничем нельзя, ибо оба уха продырявлены насквозь (от воспаления внутр. среднего уха повреждены барабан. перепонки). Ко всему этому в последнее время у меня появились тревожные сильные сердечные схватки, которые также раздражают нервы. Весь мой организм до того [2] изношен, что не знаешь, какая часть его первая даст осечку, очень возможно, что сердце еще опередит легкие. Во всяком случае, в любую секунду нужно быть готовым ко всему.

 


130 С. 223. ...редко выпадает день, когда ниже 40°. - Здесь: когда меньше 40° мороза.

...полная потеря слуха. - Из дальнейших писем Ф.П. Шиллера видно, что потеря им слуха поначалу не была полной.

...от воспаления внутр. среднего уха повреждены барабан, перепонки... - Среднее ухо - расположено между наруж. и внутр. ухом; снаружи ограничено барабанной перепонкой, через которую звуки передаются во внутр. ухо. Воспаление ср. уха (средний отит) возникает обычно как осложнение при инф. болезнях, воспаление внутр. уха (лабиринтит) - при переходе воспалит, процесса из среднего уха.

С. 224. ...концентрат в виде "адонисида"... - Адонизид - водный раствор концентрата горицвета, применяется при недостаточности сердечной деятельности, неврозах сердца.

...от Лифшица. - Лифшиц Михаил Александрович (1905-1983) -литературовед, философ, деист, член АХ СССР (с 1975 г.). Сотрудник Ф.П. Шиллера по Институту Маркса и Энгельса в Москве, вместе с Шиллером был составителем книги "Маркс и Энгельс об искусстве" (М., 1933), отв. редактор 3-го тома "Истории западно-европейской литературы нового времени" Шиллера.

Аникст Александр Абрамович (1910-1988) - литературовед и театровед, д-р искусствоведения (с 1963 г.), поч. д-р лит-ры Бирмингемского ун-та (с 1974 г.). Аспирант Ф.П. Шиллера на кафедре всеобщей литературы МГПИ, один из редакторов его книги "Фридрих Шиллер. Жизнь и творчество" (М., 1955), автор предисловия к книге своего учителя "Генрих Гейне" (М., 1962).

...выйдет ли второе издание вашего словаря? - См. прим. кс. 74.

- 224 -

Если тебе не трудно, милая, то захвати, когда будешь в аптеке, адонис (или концентрат в виде "адонисида", или же листьев из расчета на 1 литр воды; мне его тут сварят) для сердца. Кроме того, возьми порошок от клопов. Все это стоит копейки, но здесь этого нет. Вложи это в посылочку.

От Нины Ильиничны нет никаких известий; нет их также и от Лифшица. По-видимому, и Аникст ничего не ответил. Я, конечно, заранее знал, что из всего этого ничего не выйдет. Но пускай хоть, как люди отвечают. Впрочем, как хотят. Вообще очень наивно с моей стороны предполагать, кроме как у тебя, еще у кого-то человеческие чувства, или хотя бы соблюдение правил приличия и поведения культурного человека, по отношению ко мне. Бог с ними. И так обойдусь. [3]

По моему расчету у тебя сейчас должны быть зимние экзамены. Наверно, ты очень устала, да и уехать тебе нельзя из-за работы. Напиши мне, выйдет ли второе издание вашего словаря? Напиши, как прошло празднование твоего дня рождения? Очень хотел тебе послать телеграмму, да я отказался от этой мысли из-за экономии денег. Надеюсь, что старые знакомые и друзья были у тебя на вечере, и что все они здоровы и любят тебя по-прежнему.

А я все высчитываю, сколько дней еще остается до мая месяца, когда можно будет выходить из палаты и посидеть на солнышке. Да надо еще прожить эти четыре месяца, а для чахоточного человека они самые тяжелые. Нельзя мне много думать: ведь в сущности "бремя жизни" до того надоело, что часто думаешь, когда же и тебя распрягут? Среди нас, туберкулезников, здесь смертность большая, да иначе и быть не может: сюда попадают уже люди с совершенно безнадежной стадией туберкулеза, и вопрос об очередности расставания с "бременем жизни" - скорее случайный.

Прости, милая, что мое письмо сегодня вышло [4] такое задумчивое и невеселое. Трудно писать весело, когда кругом все болит и ноет...

Но это не значит, что ты должна заразиться этой пасмурной погодой. Наоборот, милая, ты всегда должна быть весе-

 

- 225 -

лая. Пока это письмо дойдет до тебя, настроение у меня будет уже другое, так что ты так и смотри на все, как на временное явление.

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


131. Н.Ф. Депутатовой131

 

14 января 1952

Милая, дорогая Нина,

Вчера только пришло извещение на деньги, которые ты выслала 28/ХII. Почта задержала извещение до тех пор, пока она не закончила своего годового отчета, а это делается тут медленно, по-патриархальному.

Полагаю, что ты сейчас в отпуску и находишься вне Москвы. Твое последнее письмо было от 9/ХII, так что я давно уже лишен сведений о твоем житье-бытье. Но примерно могу себе представить, что ты все это время до того была перегружена работой, что не могла писать. Надеюсь, что ты кое-как дотянула до перерыва, а сейчас набираешь немного новых сил для дальнейшей работы.

А я за это время послал тебе столько писем, что и не знаю, о чем и писать. Положение мое все то же, хотя в отношении аппетита и снижения температуры и пота, несомненно, имеется некоторый прогресс. 250 гр. ПАСК у меня кончаются 20/I. Сумею ли достать новые 250 гр., пока трудно сказать, так как у нас администрация уехала до 20/I и не с кем дать поручение в Тубдиспансер. После 20/I попытаюсь это опять сделать.

Мне было бы очень важно достать какую-ни-[2]будь медицинскую литературу о ПАСК. Я написал тебе в одном из последних писем об этом и просил по пути зайти в книжный магазин и спросить, нет ли какой-нибудь брошюры, статьи о ПАСК, или книги о туберкулезе легких, в которой уже есть о лечении ПАСК'ом. Когда вернешься в город, не забудь справиться об этом в книжном магазине. Для меня в тайге это было бы большим делом, т.к. омские врачи крайне хладно-

 


131 С. 225. Я... в одном из последних писем... просил по пути зайти в книжный магазин... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 31.12.1951 г. (наст.  изд., с. 221).

- 226 -

кровно относятся ко всем этим вопросам и запросам. Я крайне жалею, что не могу лично поехать в город, но хроническое катаральное воспаление горла и бронхов приковывает меня к постели уже 6-ой месяц.

Зима у нас тут пока стоит сиротская, больших морозов еще не было. Но, по-видимому, они еще впереди. Снегу много, и вся березовая роща через окошко выглядит как сплошной дед-мороз. Хочется думать, что во время твоего отпуска будет стоять хорошая погода, и ты вознаградишь себя за переутомление и усталость. Желаю тебе весело и беззаботно провести свой отпуск!

Крепко целую

Твой Франц.

Передай сердечный привет Нине Ильин. и Ник. Кал.


132. Н.Ф. Депутатовой132

 

17 января 1952

Милая, родная Нина,

Вчера я с неожиданной быстротой (на 4-ые сутки) получил твое письмо, опущенное 12/I. По-видимому, оно случайно попало в воздушную почту или на сибирский экспресс.

Письмо твое очень радостное и для меня. Прежде всего, поздравляю тебя с выигрышем! Только никаких денег мне надо, не на что их тут иметь. А к тому времени, когда будут яйца и слив, масло, у меня будут деньги от моей бывш. омской хозяйки за старые вещи. Молоко мне, по-видимому, покупать не нужно будет, так как будут отпускать его в счет денег на питание из подсобного хозяйства.

Очень рад, что Алекс. Абр. оказался приличным человеком и ответил на мое письмо. С нетерпением жду его. Я ведь сразу понял, что Пузиковы хитрят, и что рецензия была нарочно так составлена, а не по существу. Сволочи! Счастье их, что не могу приезжать, хотя бы на две недели, в Москву. Но моем состоянии об этом и думать нечего.

С большим нетерпением буду ждать фотокарточку Флорочки. Интересно, что они не хотели, по-видимому, обращатся к тебе. Тоже всё хитрят. [2]

 


132 С. 226. ...поздравляю тебя с выигрышам! - См. прим. к с. 31.

С. 227. ...с предстоящим 150-летием смерти... - 150 лет со дня смерти Фридриха Шиллера исполнилось в 1955 г.

- 227 -

Вчера получил очень милое и дружеское письмо от М.А. Лифшица. Правда, он не имеет уже никакого отношения ни к издательству, ни к литературе вообще, но все же обещал содействовать, советовать, помогать, чем только сможет в отношении издания Шиллера. Кстати, он просил дать ему рукопись книги о Байроне. Ты пока у А.А.А. не бери экземпляра, а я пошлю в марте вместе с Шиллером и последний машинописный экземпляр Байрона, который ты можешь, если он попросит, передать ему для ознакомления.

Из письма Мих. Ал. я понял, что все-таки нужно попытаться напечатать Шиллера; он думает, что в связи с предстоящим 150-летием смерти это более или менее реально. Теперь, милая, у меня к тебе такой вопрос: скажем, в конце марта я пришлю тебе рукопись Шиллера. Но кто будет ее до переписки на машинке хотя бы бегло читать? Попросить об этом Нину Ильиничну у меня нет смелости, ведь ее хороший знакомый и она прочли и отшлифовали рукопись о Байроне совершенно бесплатно, и обратиться опять с такой же просьбой к ней было бы с моей стороны нахально. Кроме того, Нина Ильин. слишком скрупулезно правит, [3] посвящает этой работе слишком много времени, в то время тут надо бы быстро, в течение скажем не больше месяца, просто как культурный читатель книги прочесть рукопись и сделать во время читки только самые необходимые стилистические поправки. Все остальное уже дело ответ. и литерат. редакторов книги. Надо бы сделать так, чтобы книга была бы поскорее переписана на машинке и могла быть послана куда нужно. Конечно, лучше всего это сделала бы Нина Ильин. Но я не смею просить ее об этом, уж чересчур много она для меня в этом отношении бесплатно работала. Кроме того, я не знаю, какая у нее в этом году внеслужебная нагрузка. Не могла ли, в крайнем случае, Оля прочесть рукопись?

Я все еще тяжело переживаю свою стопроцентную глухоту, которая окончательно наступила в начале месяца. Теперь я совершенно выключен из человеческой среды. Если кому-нибудь что-нибудь нужно от меня, он вынужден написать свою

 

- 228 -

просьбу на бумаге. Тяжело и то, что не могу уже слушать музыку по радио. Остаются только газеты и книги, все остальное мертво для меня. Но я и теперь не унываю и по ночам усердно работаю над Шиллером. Думаю, что закончу рукопись до числа 10 марта. [4]

Милая, родная, спасибо тебе, Оле и всем твоим знакомым, которые вспоминали меня под Новый год. Я глубоко тронут хорошими отношениями людей, которые лично меня даже не видели.

Еще раз, милая, заверяю тебя, что кроме двух посылок к 1/III и 1/V мне в этом году ничего не нужно; денег мне также не надо. Только как это будет опять с деньгами на отпуск? Хватит ли зарплаты за это время? Часть оплаты труда машинистки я беру на себя. Когда моя бывш. хозяйка вышлет мне деньги в апреле-мае, я выделю часть из них для машинистки. Если бы только что-нибудь вышло из всех этих хлопот и трудов!

Восхищаюсь тобою, милая, что так крепко выдерживаешь нечеловеческую нагрузку в этом году. Ты настоящая героиня!

Крепко, крепко целую тебя

Твой Франц.


133. Н.Ф. Депутатовой133

 

18 января 1952

Милая, дорогая Нина,

Вчера получил извещение на посылочку с 423 гр. ПАСК, высланную тобою 7/I. Я никак не ожидал, что у тебя столько энергии, чтобы при всей своей бесчеловечной перегруженности работой выделить время еще и для меня. Не знаю уже, как выразить тебе свою благодарность и признательность за твое ангельское терпение со мною! Таких слов в природе не чтобы передать мои чувства.

Вчера же вернулась наша медсестра из города и привезла мне 250 гр. ПАСК. Достала она их с невероятными трудностями. В аптеках ПАСК сейчас в продаже нет. Пришлось обра-

 


133 С. 229. ...до геркулесовых пределов. - От "до Геркулесовых столбов". Геркулесовы столбы (лат.) или столбы Геракла (греч.) (Геркулес - лат. форма имени Геракл), древнее назв. Гибралтарского пролива. "Дойти до Геркулесовых столбов" (перен.) - дойти до предела.

- 229 -

титься к зав. облздравотделом, который дал распоряжение какой-то больнице отпустить мне эти 250 гр. Таким образом, я теперь обеспечен на январь, февраль и март, вплоть до 1 апреля. Становится очевидным, что ПАСК значительно облегчает мои страдания - ни одного приступа с высокой температурой не было с тех пор, как я его принимаю. Пот почти что исчезает. Аппетит лучше. Все это, понятно, не может помочь устранению активного процесса (боли в груди остаются, кровохарканье и мокрота тоже), но все же - какая это благодать жить без температуры и пота! Пока, конечно, преждевременно сделать выводы - ведь впереди весна - самое ужасное время года для чахоточных. Но и то облегчение, которое ПАСК мне сейчас дает, неоценимо.

У меня так давно не было письма от тебя, что я уж и не знаю, где ты сейчас находишься и когда вернешься с отпуска. У меня сложилось впечатление, [2] что издательство давно уже сообщило тебе свое отрицательное решение относительно книги, но ты почему-то не хочешь мне его сообщить. Напрасно. Я и не такие известия в жизни пережил!

На днях получил очень милое письмо от Нины Ильиничны. Сегодня ей напишу. Как-то жалко, что у такого хорошего и умного человека, как она, жизнь сложилась тоже как-то неудачно, не совсем полноценно. Ведь Нина Ильин. могла бы дать настоящие научные труды, а на самом деле она вынуждена тратить свои силы на вспомогательные и технические работы, которые не ценятся по достоинству. У меня жизнь идет по-прежнему, скучно. Все только смотрю в окошко на воробьев и сорок, на снежные поля и лес. Быстрее бы только май наступил, чтоб я мог выходить и сидеть на солнышке!

Пиши, как ты отдохнула во время отпуска, какова у тебя будет нагрузка во втором полугодии. Хотя ведь у тебя нагрузка все равно будет всегда одна и та же - до геркулесовых пределов. Конечно, и это интересно, но хватит ли надолго сил?

Крепко целую

Твой Франц.

 

- 230 -

134. Н.Ф. Депутатовой134

 

21 января 1952

Милая, дорогая Нина,

Хотя я только два дня назад отправил тебе письмо, но вчера получил твое от 7/I, на которое сразу же и отвечаю.

Судя по твоему письму, у тебя творится что-то кошмарное; ну разве можно всем людям помогать и ухаживать за ними, когда кто-то уезжает к родным, а домашние заболевают и т.д. Конечно, все это очень хорошо и похвально и совсем в духе твоего характера, но ведь надо же знать и меру. Ведь этак ты и не дотянешь до конца зимы, а заболеть при твоем слабом здоровье очень недолго.

Милая, я очень и очень прошу тебя обо мне не заботиться. То, что ты для меня в этом году уже сделала, нельзя ценить на вес золота. Я сам сейчас ни о чем не думаю и не расстраиваюсь ничем. Живу и наслаждаюсь тем, что ПАСК выгоняет постепенно из меня температуру и пот. Ты не можешь себе представить, какое это блаженство после 4-х лет непрерывных нечеловеческих страданий. Конечно, я еще не знаю, что будет в весенние месяцы. Но я почему-то надеюсь, что ПАСК даст мне длительный покой. Значит, пока ничего не надо думать, ни решать и ничего не предпринимать, пока не будет известен результат лечения ПАСК. Курс лечения закончится 1 июня. После этого я думаю поехать в Туб. больницу на неделю, чтобы сделать все необходимые лабораторные анализы, рентген, осмотр и получить авторитетную консультацию (консилиум из врачей специалистов) относительно дальнейшего прогноза, развития болезни. [2] Если после курса ПАСК по-прежнему будет существовать необходимость в моей строгой изоляции, т.е. если будет продолжаться выделение бацилл Коха, тогда я вынужден по закону выехать и жить в доме для туберкулезников. Тогда я поеду в Красноярский край - ведь путевка лежит уже полгода и ждет меня. Климат там не плохой, и вообще мне все равно, где жить, если у меня сохранится открытая форма туберкулеза. Если же не будет выделения ба-

 


134 С. 230. ...два дня назад отправил тебе письмо... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 18.1.1952 г. (№ 133).

консилиум - совещание врачей, обсуждающих диагноз и методы лечения больного (лат. consilium - совещание, обсуждение).

- 231 -

цилл Коха после ПАСК, тогда меня, очевидно, пошлют на лето на туб. курорт, - во всяком случае мне предоставляется возможность хлопотать об этом через органы собеса. Но пока я обо всем этом мало думаю, ибо решающее - это что даст в результате ПАСК и что скажут весенние месяцы.

Второе решающее для меня - судьба моей книги. И именно в двух отношениях: во-первых материально, ибо без средств я беспомощен; во-вторых, и это еще важнее - если под каким-либо предлогом откажутся ее издать, это значит, что в сущности вся моя реабилитация лишь формальность, а по существу мне нечего соваться. А отсюда для меня вытекает многое.

Так что, милая, еще раз прошу тебя не мучить себя никчемными упреками, будто ты недостаточно энергично заботишься обо мне и т.д. Все, что можно было сделать, ты сделала, а теперь необходимо обождать, что время скажет.

Ты так и не написала, когда уедешь в отпуск, когда оттуда вернешься и т.д. Но, по-видимому, пока это письмо дойдет, ты уже приедешь обратно в Москву. Не перегружай себя так бесчеловечно работами!

Крепко целую

Твой Франц.


135. Н.Ф. Депутатовой135

 

24 января 1952

Милая, милая родная Нина,

В эти дни я получил 423 гр. ПАСК, а сегодня прибыли извещение на деньги от 16/I и твое письмо от 14/I.

Нина дорогая, как я рад твоей карточке! Ты на ней как живая. Ведь я тебя не видел целых 14 лет! Ведь это же вечность! Я должен тебе сказать, что ты очень, очень хорошо сохранилась, выглядишь гораздо моложе своих лет, а для меня ты сейчас еще красивее, еще интереснее, чем 14 лет назад. Почему судьба моя такая безжалостная...

Передай и мою глубокую благодарность вдове покойного акад. Лузина за деньги. Мне, конечно, за все это страшно не-

 


135 С. 231. ...глубокую благодарность вдове покойного акад. Лузина за деньги. - H.H. Лузин и В.Н. Депутатов (муж Н.Ф. Депутатовой) являлись близкими знакомыми. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 24.3.1950 г. (наст.  изд., с. 110).

С. 233. Человек не в состоянии заказывать себе родителей до рождения. - Ф.П. Шиллер имеет в виду, что отказ в издании книги связан с его национальностью.

- 232 -

ловко, но что поделаешь? Скажи ей, что ПАСК мне очень помогает. Теперь мне не хватает до полной нормы еще 400 гр. ПАСК. Если ты их сможешь без особого труда достать в аптеках, то лучше всего, если ты их купишь и пришлешь. Если будет только 250 гр., а не 400 гр., тоже не беда, и тогда хватит до конца. Если же тебе трудно их достать, то я постараюсь их достать [2] в Омске, как прошлый раз.

Теперь, милая, я могу уже с уверенностью сказать, что ПАСК дает мне огромное облегчение. Температура снизилась до нормальной, пота и кашля стало гораздо меньше. Аппетит наладился. Чувствую себя хорошо. Правда, мокрота и кровохарканье - по-прежнему, но это только неприятно, но не болит. Я сейчас редко лежу, по несколько часов в день читаю книги, газеты. Хожу иногда в библиотечную комнату слушать радио. Только заметил, что когда там собираются 10-15 человек, мне становится очень трудно дышать, и я вынужден уйти. То же самое не могу дольше 5 минут сидеть в палате, где живет много народа.

На днях у нас был врач из областной ВТЭК. Он крайне был изумлен, что ПАСК дает мне облегчение. Я иронически ему ответил, что мой организм построен вопреки законам медицины. Он на это несколько сконфуженно ответил, что, мол. правда, действие ПАСК всесторонне еще не изучено, но что это очень удивительно, что он оказывается плодотворным в такой крайней стадии туберкулеза. Он посмотрел мою рентгеноскопию и утверждает, что при таких огромных размерах разрушения ткани [3] переход туберкулеза из открытой формы в закрытую анатомически невозможен. Если он прав, то. следовательно, мне придется в июне уехать в Красноярский дом для туберкулезников. Но теперь, когда мне стало легче, мне это не страшно. Он также уверяет меня (т.е. врач), что! то обстоятельство, что я 7 зимних месяцев не могу выходить на улицу, зависит не от моего хронического катарального воспаления горла, а оттого, что бронхи и ткань левого легкого разрушены и поэтому холодный воздух попадает непосредственно из дыхательного горла в пустую левую плевру и вы-

 

- 233 -

зывает воспалительный процесс. Возможно, что он прав. Во всяком случае, я не тронусь с места до тех пор, пока я 1) не закончу полного курса лечения ПАСК'ом, 2) пока не сделаю всех лабораторных исследований, рентгена, и не получу авторской консультации в туберкулезной больнице о моем состоянии и дальнейшем режиме лечения. А пока, до июня месяца, я наслаждаюсь своим существованием без тех ужасных неописуемых страданий, которые я переносил почти четыре года.

Из твоего письма от 14/I я, конечно, вычитал печальную судьбу рукописи моей книги. Чем бы они ни мотивировали отказ ее издать, для меня причины понятны, и они, конечно, [4] ничего общего не имеют с формулировкой их отказа. Ну что делать? Человек не в состоянии заказывать себе родителей до рождения.

Насколько я мог понять тебя, ты проводишь зимние каникулы дома? Я почему-то был уверен, что ты выехала за город. Кажется, ты раньше об этом писала. Но вообще то, теперь каникулы, наверно, уже кончились и ты опять взялась за работу. Милая, как я благодарен тебе за все твои заботы! Ведь без твей помощи, материальной и моральной, я бы давно уже умер. Неужели мы больше не увидимся в жизни? Как-то не хочется этому верить.

Передай сердечный привет Нине Ильин. и Ник. Кал. Крепко, крепко тебя целую Твой Франц.


136. Н.Ф. Депутатовой136

 

25 января 1952

Милая, дорогая Нина,

Только что получил твое письмо от 16/I. Относительно рукописи книги: если издательство не отклоняет ее принципиально, а настаивает только на доработке, то все  же нужно добиться ее издания. Я просил бы тебя передать т. Пузикову или написать ему, что если характер этой пе-

 


136 С. 234. Рецензию т. Николаева... - цензора, читавшего рукопись Ф.П. Шиллера о Дж. Байроне. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 12.10.1951 г. (наст.  изд., с. 201).

...я не знаю адреса издательства. - Речь идет об адресе Гослитиздата. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 14.8.1949 г. (наст.  изд., с. 60).

- 234 -

реработки таков, что ответственный редактор за дополнительное вознаграждение из гонорара не может ее сделать, то я прошу прислать мне экземпляр рукописи (не первый) вместе с рецензией, и так как мне сейчас лучше и я в состоянии работать, то я сделаю все в смысле доработки, что я смогу при скудости имеющихся у меня материалов, справочников и т.д. От вопроса, будет ли издана эта книга или нет, в значительной степени зависит вся дальнейшая судьба моей жизни. Поэтому, милая, прости, что я все наваливаю на тебя эти новые заботы, но я очень прошу тебя довести это дело до благополучного конца, если препятствия к изданию состоят не в принципиальных, а в деловых, научных причинах. Твое предложение о соавторе нереально, потому что [2] во-первых, никто, конечно, не согласится стоять рядом со мною в качестве автора, а, во-вторых, разные точки зрения всегда трудно совмещать. Вот если бы ответ, редактор согласился бы, другое дело. Но во всяком случае, нужно во что бы ни стало добиться издания этой книги. Я буду ее дорабатывать даже в постели. Ох, если бы только моя библиотека была бы тут! (Кстати - о ее продаже: ты случайно не видела, существует ли она вообще еще в природе? Может быть, ее давно уже разбазаривали?).

Рецензию т. Николаева мне не передали. Сотрудник Обкома прочел мне только несколько фраз из нее (она была написана рукой, как я заметил), которые почти буквально совпадают с тем, что читал тебе т. Пузиков. Такая же в общем положительная оценка, а потом сотрудник сказал: есть и замечание о некоторой доработке книги. Вот и все. Может быть, это одна и та же рецензия? Но это, в конце концов, неважно, ибо суть одна и та же.

Вот милая, еще раз прошу тебя наладить это дело. Я бы написал т. Пузикову сам, но во-первых, мне это неудобно, поскольку у меня нет ответа на мое первое письмо. Во-вторых, я не знаю адреса издательства. Скажи ему, если они по совести собираются издать книгу после переработки, то пусть пришлют мне второй экземпляр рукописи с рецензией, если ответ. редактор не берется за это. Ну, а если они решили ее во-

 

- 235 -

обще не издать, то, как говорится, на нет и суда нет. Целую крепко

Твой Франц.


137. Н.Ф. Депутатовой137

 

1 февраля 1952

Милая, дорогая Нина,

В субботу у меня было сильное кровотечение из легких, и до сих пор нахожусь в крайне подавленном состоянии.

Спасибо тебе за письмо от 24/I и за статью о ПАСК. Я его теперь принимаю ровно 2 месяца, и действие его на меня букву в букву совпадает с описанием при применении его при моей форме туберкулеза (фиброзно-кавернозном): он устраняет на время температуру и пот, усиливает аппетит и вообще дает значительное облегчение, но не  вылечивает активного процесса. Ну, и за это спасибо. Это действительно большая благодать, что у меня так уменьшились страдания. Но с другой стороны для меня теперь совершенно ясно, что и ПАСК не в состоянии превратить мой туберкулез из открытой формы в срытую, не может устранить его заразную форму. В связи с этим я окончательно вынужден весною переехать в дом для туберкулезников в Красноярский край. Я к этому готовлюсь (приблизительно в мае). [2]

В субботу, милая, я получил неприятное извещение, связанное с моими родителями. В извещении от 12 октября был один неясный вопрос, относительно которого я послал тогда запрос. Теперь пришел ответ. В нем сообщенное мне 12/Х формально ничем не меняется, но фактически сводится на нет. Как права ты была в своем пессимистическом прогнозе в одном из своих писем до 12/Х! Об этом, Нина, я сообщаю только тебе, и никто, даже Нина Ильин. и Ник. Кал., никогда ничего не должны узнать об этом. Бледный луч надежды, который в последние месяцы иногда возникал во мне, окончательно погас.

28/I я послал А.И. Пузикову письмо, в котором писал: если считает критические замечания в рецензии правильными,

 


137 С. 235. ...я получил неприятное извещение, связанное с моими родителями. - Речь шла о том, что Ф.П. Шиллеру, как немцу по национальности, "не рекомендовано" возвращаться в Москву. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 11.2.1952 г. (наст.  изд., с. 237).

В извещении от 12 октября... - В этот день Ф.П. Шиллеру была вручена справка о снятии судимости. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 12.10.1951 г. (наст.  изд., с. 201).

С. 236. Надо же было сделать такую глупость с родителями...

- См. прим. к с. 233.

...в Звенигороде. - Звенигород - город в Московской обл.

- 236 -

то пусть издательство решает, будет ли оно издавать книгу после ее доработки в указанном рецензентом направлении? Если да, то лучше всего поручить эту работу сведущему отв. редактору книги; если же никто на это не согласится, то пусть высылают мне копию и рукопись (второй экземпляр), и я сам возь-[3]мусь за эту доработку и учту все разумные замечания и предложения рецензента. Если будешь звонить Пузикову, то знай, что он в курсе дела. Если они вынесли свое решение в отрицательном смысле, т.е. не издавать книги, то возьми у них оба экземпляра и пусть они хранятся у тебя. Если же они решили ее издать после доработки рукописи, то попроси Пузикова, чтобы они обязательно выслали копию рецензии, чтоб я мог с ней ознакомиться и решить, смогу ли я в своих таежных условиях переработать книгу. Рукопись они могут послать, когда я им дам ответ на рецензию. У меня есть подозрение, что все эти замечания и предложения являются не принципиальными и ничего общего не имеют с научными доводами. Посмотрим. Во всяком случае, я психологически готовлюсь проглотить и эту горькую пилюлю. Надо же было сделать такую глупость с родителями...

Пиши, милая, как ты отдохнула в Звенигороде. Прости, очень расстроен.

Крепко, крепко целую тебя

Твой Франц.


138. Н.Ф. Депутатовой138

 

11 февраля 1952

Милая, дорогая Нина,

Надеюсь, что ты вернулась 5/II из Звенигорода с новыми силами и с хорошим настроением. За это время мне прислали последние 668 гр. ПАСК. Так что в общей сложности теперь у меня 1,750 гр. этого лекарства, - больше, чем понадобится для полного курса лечения. Сердечное спасибо тебе, милая, за все твои хлопоты и заботы! Все это могла сделать только ты одна, и никто другой на свете. Это действительно истинная дружба!

 


138 С. 237. ...все эти хлопоты и ходатайства, при таких родителях, совершенно бесплодны и безнадежны. - Имеются в виду ходатайства по поводу возвращения Ф.П. Шиллера в Москву, а также к преподавательской работе, которые в тех условиях не могли увенчаться успехом ввиду его национальности.

- 237 -

К сожалению, я всю прошедшую декаду лежал в постели, и еще придется лежать. Два месяца мне было гораздо легче, а вот сейчас опять был приступ. Правда, температура не высокая, до 38°. Но физической боли в груди, пота и кашля опять хоть отбавляй. К тому же все время кровохарканье. Приступ был слабее предыдущих, но все же это неприятно. Тут дает себя, по-видимому, чувствовать приближение весенних месяцев, а, может быть, повлияло и волнение, плохое настроение. В таких болезнях, как при чахотке, все это играет большую роль. Я твердо решил, никогда больше никуда не писать, [2] чтобы не волноваться. За полтора десятка лет я мог в достаточной степени убедиться, что все эти хлопоты и ходатайства, при таких родителях, совершенно бесплодны и безнадежны. (Я еще раз прошу тебя, никому об этом не говорить, ибо официально все осталось, как мне сообщили 12/Х). Я решил успокоиться, ибо это крайне необходимо, если я не хочу иметь второй раз кровоизлияние в мозг и паралич.

С 8/II ты, наверно, опять окунулась в море преподавательской и общественной работы. Во втором полугодии у тебя на самом деле меньше работы, как ты мне написала осенью? Думаю, что тебя все равно чем-нибудь дополнительно нагрузят. Если тебе не трудно, выясни, пожалуйста, у Пузикова окончательную судьбу моей рукописи и, если они ее отклонили, возьми оба экземпляра рукописи к себе. Неприятное сообщение, о котором я тебе писал, не имеет никакого отношения к возможности печатать мои труды; оно относится только к "рекомендации" жить ради родителей в краях, где я сейчас нахожусь). Было бы очень жаль, если они отклонили книгу. Ее издание дало бы моему печальному существованию в туберкулезном доме инвалидов какой-то смысл. Думаю, это тебе самой понятно. Но если ее отклонили, что же поделаешь? Ведь на нет и суда нет...

Передай сердечный привет Нине Ильин. и Ник. Кал.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

 

- 238 -

139. Н.Ф. Депутатовой139

 

18 февраля 1952

Милая, родная Нина,

Получил твое письмо от 3/П. Я очень рад, что тебе понравилось в Звенигороде. Надеюсь, что за твое отсутствие дома ничего такого не случилось, и что ты вернулась благополучно домой с запасом новой энергии на второе полугодие.

Очень благодарен всем университетским товарищам за привет, и за то, что меня еще не забыли. Когда теперь вспоминаешь маленький кружок друзей по университету, удивляешься, до чего все были хорошие товарищи, с золотыми сердцами. Катюша, Нина, Милица, Сима - вот не хватает только еще Нины Алексеевой, которую я особенно уважал за теплоту и истинную человечность.

Продолжаю аккуратно принимать ПАСК. В феврале мне гораздо хуже, чем в декабре и январе. Правда, тех острых болей от отравления туберкулином и связанных с ним страшных мучений, сейчас нет. Они уничтожены (не знаю только, надолго ли - в статье об этом ничего не сказано); но зато сохранились и даже усилились: 1) бесконечная мокрота, иногда с кровохарканьем; ты не можешь себе представить, как много этой мокроты - просто душит меня; [2] 2) сильный кашель и небольшой пот по ночам. Иногда бывает небольшая температура. В связи со всем этим самочувствие в феврале у меня значительно хуже, чем в предыдущие два месяца. Но все же, приобретение ПАСК для меня огромная благодать: исчезли прежние нечеловеческие страдания, а оставшиеся явления, конечно, очень неприятны, особенно для окружающих, но все же не так больны. ПАСК'а после получения твоей последней посылки у меня теперь даже больше, чем потребуется для полного курса лечения. Принимаю я ПАСК с молоком. Ты наверно уже забыла: я с нового года опять покупаю ежедневно литр молока, - от той же коровы, от которой я беру уже третий год. Молоко - мое спасение; без него я всегда голодный я слабый до невозможности.

 


139 С. 238. Катюша, Нина, Милииа, Сима - вот не хватает только еще Нины Алексеевой... - Имеются в виду E.H. Ефимкина-Маджугинская, Н. Головина, М.А. Сергиевская (Дунаева), С.А. Шенков. Н. Алексеева умерла от туберкулеза. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 17.7.1950 г. (наст.  изд., с. 131).

...от отравления туберкулином... - Туберкулин - микобактерии (от греч. mykes - гриб), вызывающие туберкулез.

- 239 -

Весь февраль у нас тут стоят сильные морозы. Они весьма отрицательно влияют на мои хронические катаральные воспалительные процессы в легких, бронхах и горле. И это несмотря на то, что я не выхожу из своей комнатушки. Недаром раньше богатые люди с туберкулезом уезжали на зиму в Италию или на южный берег Крыма или Франции.

Передай сердечный привет Нине Ильин. и Ник. Кал.

Желаю тебе много успехов в работе во втором полугодии!

Крепко, крепко целую тебя

Твой Франц.

 

140. Н.Ф. Депутатовой140

 

25 февраля 1952

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе только несколько строк в постели; у меня все еще 39,6° температуры. 19/II после 2 1/2 месяца с удвоенной силой прорвался сильнейший приступ болезни, с температурой до 41° и с прежними страшными страданиями. Я очень, очень слаб. Значит, ПАСК не мог устранить интоксикации, а только на время задерживает ее. Ничего не поделаешь. Я уже и так привык к крушению всех стремлений. Надо мне только больше ни о чем не думать, ничего не предпринимать и не волноваться. Но вот, напр., я так разволновался из-за этой с позволения сказать "рекомендации" относительно местожительства в связи с родителями? Ведь практически это никакого значения для меня не имеет, поскольку я из-за болезни никогда не смогу переехать отсюда. Принимать все это так близко к сердцу, по-видимому, у меня уже болезненное явление. Напрасно я вообще писал тебе об этом, ибо, повторяю, это никакого практического значения не имеет. А говорить об этом - не только Нине Ильин., Ник. Кал., но даже и И.В. и Флорочке нельзя, : как там может пойти всякая болтовня, которая у людей, не разбирающихся в этих вопросах, может навредить мне в определенных инстанциях. [2]

 


140 Письмо написано карандашом.

С. 239. ...всякая болтовня... людей, не разбирающихся в этих вопросах, может навредить мне в определенных инстанциях. -Ф.П. Шиллер опасался, что слухи о фактическом отказе ему в возвращении в Москву могут повредить изданию его книг.

С. 240. ...ты сообщила мне фамилию рецензента... - Рецензентом книги Ф.П. Шиллера о Дж. Байроне был P.M. Самарин. См. прим. к с. 247.

- 240 -

Письмо Флорочки мне понравилось и подействовало на меня успокаивающе. Как только температура у меня снизится, я напишу ей и вложу письмо в твое. И.В. по-прежнему все хитрит, но все это сшито белыми нитками. Дело, понятно, не в "жуткой женщине", а в том, что И.В. хочет быть цензором моей переписки с дочерью. Она боится, что я буду писать дочери что-нибудь о ней. Бог с ней, пусть пока все идет под ее контролем, я сам то и не собираюсь восстановить дочь против ее матери.

Единственной моей надеждой было бы издание моей книги, после чего можно было бы подумать и о других изданиях. Повторяю, "рекомендация" о местожительстве не имеет никакого отношения к юридической стороне полнейшей моей реабилитации и специально в вопросе об издании моих трудов, что было особенно подчеркнуто в полученном извещении.

Надеюсь, что Пузиков за это время так или иначе решил вопрос о моей рукописи. То, что ты сообщила мне фамилию рецензента, ничего для меня не значит, и я в переписке с издательством не буду его знать.

Очень рад за тебя, что хорошо поправилась во время каникул. Но надолго ли это хватит?

Крепко целую

Твой Франц.


141. Н.Ф. Депутатовой141

 

3 марта 1952

Милая, дорогая Нина,

Письмо твое от 20/II получил. По-видимому, когда ты была в Звенигороде, пропало одно из моих писем, в котором я сообщил, что последнюю партию ПАСК я благополучно получил. Все было в порядке.

От Пузикова я еще ничего не получил. Да и навряд ли вся эта история с рукописью имеет смысл. Совершенно ясно, что вся эта бесконечная затяжка не что иное, как уклонение от принятия ответственного решения, страховка, как бы чего не

 


141 С. 240. По-видимому... пропало одно из моих писем, в котором я сообщил, что последнюю партию ПАСК я благополучно получил.

- См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 11.2.1952 г. (наст. изд., с. 236).

С. 241. Приложенное письмо передай Флорочке. - Письмо не сохранилось.

- 241 -

вышло, одним словом - отвиливание. Убежден, что в этом же духе написана и рецензия - мол, давай предложу доработать, а, в случае чего, можно сказать, что не так доработал и т.п. Я посмотрю рецензию и потом решу, стоит ли вообще еще возиться с этим делом. Паскудники. Температура у меня снизилась, но сохранился отвратительный катар всего дыхательного тракта, с мучительным кашлем и небольшой температурой. Но все же я надеюсь, что несмотря на наступление весенних месяцев, ПАСК все же должен мне дать опять на месяца два облегчение. Грипп у нас уже свирепствует; переболели уже почти все. Боюсь, что он захватит по пути и меня, но я очень остерегаюсь и живу отдельно в комнатушке, куда, правда, солнце никогда не заглядывает.

Искренне меня радует, милая, что у тебя во втором полугодии 2 дня в неделю свободных. Это большое счастье, и я надеюсь, что при условии соблюдения умеренности в домашней работе ты не так устанешь, [2] как в прошлом году. Боюсь одного, что тебя к концу учебного года все равно чем-нибудь да загрузят. Хорошо было бы тебе почаще ходить в театр и на концерты; а то, на самом деле, живешь в Москве и мало что видишь.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне и Ник. Кал. Как Нина Ильин. проводит зиму? Не болеет?

Приложенное письмо передай Флорочке. Скажи ей, что если она уже получила свои фотокарточки, я прошу немедленно мне прислать.

У нас уже третий месяц нет радио. Не знаю, какая погода сейчас в Москве. Наверно дело идет уже к весне, по крайней ере, днем уже тепло? У нас тут все еще стоят настоящие сибирские морозы, которые все время осложняют у меня катаральное воспаление, хотя я уже шестой месяц ни разу не выходил из барака.

Нина милая, если бы тебя не было, я бы наверно давно уже сошел с ума.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

 

- 242 -

142. Н.Ф. Депутатовой142

 

10 марта 1952

Милая, дорогая Нина,

Я себя чувствую плохо и поэтому напишу лишь несколько слов.

Твое письмо от 27/II получил. Не знаю, родная, почему ты не получаешь моих писем. Каким бы больным я ни был, но я пишу тебе каждую неделю по понедельникам, когда отсюда отправляют почту в город. Я послал тебе письма 18/II, 25/II и 3/III (с ответом Флорочке).

Милая, если бы ты знала, как мне надоела моя жизнь! Грудная клетка представляет собой бочку с гноем, и оттуда каждую секунду вырывается гной с мучительнейшим кашлем. Погода тут уже второй месяц стоит отвратительная; дело идет к холодной, сырой сибирской весне с сильными ветрами, и мне от такой весны нечего ждать добра.

Береги свое здоровье, дорогая. Если глаз не лучше, не читай ничего лишнего. Ты не болела еще гриппом? Я болел им всю неделю. Весь дом наш переболел.

Крепко целую

Твой Франц.


143. Н.Ф. Депутатовой

 

17 марта 1952

Милая, родная Нина,

Извещение на деньги, которые ты выслала 27/II, передали мне только вчера. Какая-то пьяница таскала его 10 дней в кармане. У нас тут прямо горе с почтой. Сердечное тебе спасибо за деньги!

Два дня тому назад сильные морозы, которые крепко держались ровно 1 1/2 месяца, прекратились. Стало немного легче на душе и, как будто, жестокий катар всего дыхательного тракта в связи с потеплением начинает смягчаться. После

 


142 Письмо написано карандашом.

С. 242. Я послал тебе письма 18/II, 25/II и 3/III... - См. письма № 139,140,141.

- 243 -

гриппа у меня очень сильная слабость и отсутствие всякого аппетита.

Весна - коварное время для больных людей. Вчера умер у нас один инженер, с которым я три года лежал в одной палате. Жена и два взрослых сына давно уже отказались от него, и он умер, покидаемый всеми. Даже сыновья никогда не писали. Ну что же - всех нас поджидает смерть, одного сегодня, другого завтра. Шиллер в "Мессинской невесте" хорошо говорит об этом:

Вдоль по улицам града,

Привычные к плачу,

Шествует горе.

Тихо обходит дома и чертоги,

В эти сегодня

Двери стукнет,

Завтра в другие,

Только никто от него не уйдет.

Худые вести

Нас настигают.

Раньше ли, позднее,

Но всюду поспеет

Горе, где земнородный живет. [2]

В апреле месяце у нас надо ожидать весеннюю распутицу, ей это в виду, в случае, если будет перерыв в доставке писем от меня.

Мне все как-то не верится, что у тебя во втором полугодии действительно два свободных дня в неделю. Хорошо, если бы ты смогла это выдержать до конца учебного года. Тогда ты не устала бы. Надеюсь, что ваша Ляля поправилась после гриппа, а главное, надеюсь, что ты не заболела гриппом. Ух, это гадкая болезнь! (вообще же все болезни - гадкие, и даже не знаешь, какая из них хуже). Как Нина Ильинична? Она избежала гриппа? У нас радио давно уже нет, и поэтому я не знаю, какая у вас сейчас в Москве погода. Наверно, уже сухо везде, весна? Я с большим нетерпением ожидаю прилета скворцов (через месяц); они очень хлопотливые птицы и

 

- 244 -

всегда вносят большое оживление в наше скучное и бесцельное существование. А там надо будет в конце мая подумать о переезде в Красноярский край.

Всего тебе, милая, хорошего!

Крепко целую

Твой Франц.


144.
Н.Ф. Депутатовой144

 

24 марта 1952

Милая, родная Нина,

Деньги от 27/II я получил. Сердечное тебе спасибо! С 1-го апреля вводится летняя государственная расценка на молоко. Я сговорился с хозяйкой-молочницей, и она согласилась отпустить мне молоко по 2 р. литр не с 1/V, а также с 1/IV. Таким образом, в летние месяцы, т.е. с 1 апреля до 1 октября мне молоко обходится по 60 р. в месяц. В связи с этим, милая Нина, я очень прошу тебя посылать ни в коем случае больше 60 р. в месяц. Хотя ты всегда пишешь, что 100 р. для тебя ничего не значат, но я то знаю, что это не так. Кроме молока мне ведь ничего не надо, а конвертами и марками я обеспечен на несколько месяцев.

Как я надеялся на издание своей книги, чтобы иметь свои средства! Если я сам был бы в Москве, то книга была бы уже в печати, а так они ее молчком похоронили.

Состояние мое, - как ты сама можешь себе представить, в эти гадкие сибирские весенние месяцы отвратительное. Всю неделю дули сильные холодные ветры прямо с Северного ледовитого океана. Они до того продувают наш барак, что все время дрожишь от сырости. Субфебрильная температура, вечный пот и кашель, а хуже всего катар не дают мне покоя ни днем, ни ночью. ПАСК все [2] еще принимаю (до 1 мая), но эффективность незначительная. Единственное, чем он мне помогает, это снижение высокой температуры до субфебрильной.

Пиши, как протекает твоя жизнь во второй половине учебного года. Я уверен, что тебе дали опять какую-нибудь нагруз-

 


144 С. 244. С 1-го апреля вводится летняя государственная расценка на молоко. - В СССР гос. цены на молоко были сезонными и снижались в весенне-летние месяцы.

- 245 -

ку и ты маешься по-прежнему. Как живет Нина Ильинична в этом году? Ник. Кал. наверно по-прежнему все в пути из Москвы в Киев и Ленинград и обратно. Как у Ник. Кал. сложилась семейная жизнь? Ведь та жена, которая у него была в 1938 г., была смертельно больная и, по-видимому, умерла. Он, надо полагать, после ее смерти опять женился?

У меня почему-то подозрение, милая, что ты болеешь гриппом. Смотри, не выходи рано на работу, а то грипп опасен не столько сам по себе, а своими осложнениями после. Тут у нас было несколько таких случаев, что люди серьезно и надолго заболели оттого, что они рано встали после гриппа.

Флорочка еще не передала тебе фотокарточки?

Передай привет Нине Ильиничне и Ник. Кал.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


145. Н.Ф. Депутатовой

 

31 марта 1952

Милая, дорогая Нина,

Сегодня уже 31 марта, а твое последнее письмо было от 27/II. Боюсь, что ты или серьезно заболела или окончательно закружилась в лабиринте новых бесконечных нагрузок в институте.

Весна у нас тут уже выявила свой характер, причем для больного человека очень нехороший: холод, туман, сырость. Нет ни солнца, ни тепла. Весь снег (свыше 1/2 метра) еще лежит. Предсказывают, что первая половина апреля будет теплая, а вторая - холодная. Конечно, ведь это - Сибирь.

Меня по-прежнему мучит катар. Очень много потею по ночам; а пот весьма ослабляет.

Сейчас довольно много читаю, особенно до обеда. Беда только в том, что у меня вышла вся бумага. Когда у тебя будет время, просьба купить мне опять десяток [2] общих тетрадок по 50 листов, как ты всегда покупала, и прислать мне их. Только выбирай такие тетрадки, у которых линии поуже, что-

 

- 246 -

бы экономнее их расходовать. Хотя я и знаю, что все эти мои работы бесполезны, но я не могу жить без работы, ты сама понимаешь, что это невозможно.

Волнуюсь, что ты тяжело заболела. Если сама не можешь писать, то, может быть, ты продиктовала бы несколько строк Ляле.

Надеюсь, что мои опасения не оправданы.

Крепко целую

Твой Франц.


146. Н.Ф. Депутатовой146

 

4 апреля 1952

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 24/III. Хорошо, что мои опасения относительно твоего заболевания не оправдались. То обстоятельство, что ты даже не замечаешь, как быстро время проходит, я считаю хорошим знамением для твоего состояния. Когда человек болен или несчастен, дни и недели ползают как улитки. Для меня, например, день такой длительный, раньше, когда я работал и жил полной жизнью, - целый месяц. К тому же мы всю зиму живем без радио и отрезаны от всего мира.

Чем больше я жажду наступления тепла, тем холоднее становится. Всю неделю стоит мороз в 20°. Солнца нет. Прилетевшая стая скворцов быстро вернулась опять на юг. А седьмой месяц со своим катаром сижу или лежу в своей маленькой душной клетушке и совершенно задыхаюсь. Так хочется хоть на полчаса на свет Божий, на свежий воздух!

Ты спрашиваешь, получил ли я ответ от издательства. Нет, не получил и, по-видимому, [2] никогда и не получу, звонить Пузикову не нужно. Всякая наглость имеет свои пределы. За шесть месяцев они не могли решить, издать ли рукопись или нет. Я лично написал Котову письмо в октябре, а Пузикову - в январе. Любой школьник, который посылает в издательство непотребную рукопись, получает от него ответ через

 


146 С. 246. ...написал Котову... - Котов Анатолий Константинович (1909-1956) - лит. критик, дир. Гослитиздата (с 1948 г.).

- 247 -

2-3 месяца. С мною же они обращаются, как с дохлою собакой, ибо они знают, что я теперь в моем положении - беспомощен. Больше я им писать не буду. Подождем еще некоторое время, и тогда я тебе напишу, чтобы ты пошла к ним и взяла оба экземпляра рукописи.

Что-то Нина Ильинична совершенно забыла обо мне. Или ей уж очень хорошо живется или очень плохо. Скорее последнее. Наверно измучилась и переболела гриппом.

Я очень рад, что ты сумела сохранить свои два свободных дня в неделю. Если сумеешь их сохранить до конца учебного года, то не так устанешь, как в прошлые годы.

Сердечный привет Нине Ильин. и Ник. Кал!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


147. Н.Ф. Депутатовой147

 

8 апреля 1952

Милая, дорогая Нина,

Только что получил письмо от Пузикова и рецензию Самарина. Пузиков отклонил издание рукописи на том основании, что книга написана "недостаточно резко". Рецензия Самарина хотя и выдержана в рамках приличия, но в целом возражения составлены недобросовестно, непринципиально и построены на непонимании предмета, невнимательном отношении к книге или на отвлеченном теоретизировании. Некоторые  частные замечания его можно было бы легко устранить. По-видимому, Пузиков и Самарин - друзья. Но как бы там ни было, отклонение рукописи, понятно, ничего общего с наукой не имеет, а было принято по совершенно другим мотивам, от меня, как ученого, не зависящим.

Таким образом, я окончательно хороню свои последние надежды, которые я в какой-то степени лелеял два года, с момента высылки рукописи тебе в 1950 году. Порвалась последняя связь, которая у меня еще была с жизнью. Все. Нужно окончательно над всем поставить точку. [2]

 


147 С. 247. ...рецензию Самарина. - Самарин Роман Михайлович (р. 1911) - литературовед, зав. кафедрой истории заруб, лит-ры МГУ (с 1947 г.), проф. (с 1948 г.).

С. 248. ...я в последнем письме просил тебя прислать десяток маленьких общих тетрадок. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 31.3.1952 г. (наст.  изд., с. 245).

С осени 1950 г. ...работал над новой монографией... - Судя по его письмам Н.Ф. Депутатовой, Ф.П. Шиллер работал над монографией о Фридрихе Шиллере с весны 1951 г. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 20.4.1951 г. (наст.  изд., с. 176).

- 248 -

Не знаю, почему это Пузиков возвращает мне оба экземпляра рукописи. На что они мне? Неужели ему было лень послать их курьером тебе на квартиру? На что они мне тут? Через 2 месяца мне ехать в Красноярский край, и тогда мне придется бросить их в печку.

Нина милая, я в последнем письме просил тебя прислать десяток маленьких общих тетрадок. Очень прошу тебя - не высылай. Я больше ничего писать не буду. Нет смысла. Бессмысленная работа нервирует меня. Мне необходимо как-то психологически перестроиться, успокоиться, хотя это и будет нелегко. С осени 1950 г. до настоящего времени я все время, когда болезнь отпускала меня на день, научно работал над новой монографией, но теперь я вынужден все это бросить. Все это очень тяжело, но все это можно было предвидеть. Судьба ко мне исключительно жестока и неумолима.

Прости, милая, я сегодня не в состоянии писать о чем-нибудь другом.

Крепко целую

Франц.


148. Н.Ф. Депутатовой148

 

14 апреля 1952

Милая, дорогая Нина,

Получил я извещение на деньги, высланные тобою 28/III. Сердечную благодарность!

Нина милая, теперь, когда у меня в связи с отклонением моей книги отпала навсегда надежда получить свои средства, я больше не могу принимать от тебя помощь в таком большом размере. Я прошу тебя высылать на те месяцы, пока я живу здесь, не больше 50 р. в месяц. Когда же я перееду в Красноярский край, я вообще прекращу пить молоко, ибо нет никакого смысла искусственно задерживать конец такого совершенно бесцельного существования, на которое я теперь обречен.

Уже всю зиму я страдаю поносом и резкими болями в кишечнике. В последние недели эти боли особенно усилились. Я

 


148 С. 249. Я привык уже ко всяким шуткам, но такую не мог придумать и Марк Твэн! - Твен Марк, наст.  имя - Сэмюэл Ленгхорн Клеменс (1835-1910) - амер. писатель. Известен, в частности, своими юмористическими и сатирическими произведениями.

Страшны, о друг мой... - строфа из "Фресковых сонетов Христиану 3.", VII, Г. Гейне (пер. с нем. В. Зоргенфрея).

- 249 -

бросил уже принимать ПАСК. Ничего не помогает. Ничего не могу кушать, и поэтому крайне ослаб. Думаю, что туберкулез перешел и на кишечник.

Можешь себе представить мое удивление, когда мне вчера прислали повестку явиться 22 апреля в Кагановичский районный суд по делу иска И.В.... с меня алиментов!!! Я привык уже ко всяким шуткам, но такую не мог придумать и [2] Марк Твэн! По-видимому, тут какое-то недоразумение: И.В., по-видимому, опять подала на меня в суд по поводу развода, а секретарь суда, выписывая массу повесток, перепутал развод с алиментами. Иначе я не могу себе представить. Правда, И.В. (...) - чем чорт не шутит - могла подумать, что моя книга принята издательством и спешила заручиться частью гонорара. Но я все же не допускаю, чтоб она была так глупа. Нет, нет, я этого не допускаю. Поехать в районный суд я не смогу, пошлю личное объяснение и заявление. Если дело опять касается развода, то придется действовать по всем правилам закона. Мне надоели эти притязания (...). Не мог тогда подумать, когда я жил в Москве, что в этой "ангельской" девушке столько злобы! Поистине я могу повторить слова Гейне:

Страшны, о друг мой, дьявольские рожи,

Но ангельские рожицы страшнее;

Я знал одну, в любовь играл я с нею,

Но коготки почувствовал на коже!..

Весна у нас отвратительная! Ни тепла, ни солнца. Одна только холодная сырость. Все это грустно, а на душе еще грустнее... Не сердись на меня и на мои печальные письма!

Крепко целую

Франц.


149. Н.Ф. Депутатовой149

 

25 апреля 1952

Милая, родная Нина,

Пишу это письмо одной рукой на тумбочке, т.к. лежу тяжело больным в постели. Обострение всего процесса,

 


149 С. 251. Unglücksrabe - неудачница (нем.).

...достать в Малом театре две путевки... - См. прим. к с. 42.

- 250 -

сильнейший катар, нечеловеческий кашель, высокая температура, пот, страшная слабость, масса мокроты, полное отсутствие аппетита, - одним словом, весь список "удовольствий", которые бывают только в последней стадии чахотки. Причем виноват в этом обострении я сам. 20 апреля, на Пасху, у нас стоял первый весенний день: яркое солнце и 19° тепла на нашем крыльце. Все инвалиды сидели на солнышке. Один я сидел в этом отвратительном погребе, где съедают меня мокрицы, плесень и темнота. В моей берлоге было 17° тепла, а на улице 19°. Вот я после 7 месяцев и 10 дней и решил выйти на крыльцо и посидеть 1/2 часа. Я только что окончил письмо Нине Ильиничне, хорошо и тепло оделся и вышел...

А к вечеру у меня уже было 40° температуры и страшный катар всех дыхательных путей. Так и лежу и мучаюсь. Рано я вышел. Но я не уверен, не повторится ли этот приступ, когда я выйду в середине мая? Никуда я, милая, никуда я больше не гожусь! Самое страшное - это жуткая слабость. Перо трудно держать в руке. Это тем более страшно, что мне ведь пред-[2]стоят скоро всякие передвижения. Во вторую половину мая мне обязательно нужно на неделю-две ложиться в Омскую туберк. больницу. Во что бы то ни стало необходимо исследовать, перешел ли туберкулез на кишечник и горло. Все симптомы за зиму показывают, что перешел. Но это окончательно нужно исследовать в лаборатории больницы анализами. Пребывание в больнице, да переезды туда и обратно, непременно еще усилит мою слабость. Как я после этого смогу отправиться в дальнюю Красноярскую тайгу, не представляю себе: живым навряд ли доеду.

Милая! Получил я твое письмо от 13/IV. Я, конечно, так и думал, что все эти разговоры о малой нагрузке - голубые туманы! Ты только держись, осталось еще два месяца. В свое время я был на седьмом небе, когда у меня были нагрузки в 14  институтах, и мне приходилось кушать сухой хлеб в трамвае. Но ведь я тогда был молод и здоров. Ты же уже не такая молодая и совсем не здоровая. Хоть все эти нагрузки и неприятнные, но все же лучше быть работающей машиной, чем выбро-

 

- 251 -

шенной в яму развалиной. Трагедию такой развалины может понять только человек, попавший в самое неприятное из всех состояний в жизни. [3]

Бедная ваша Оля действительно Unglucksrabe. Но может быть и при слиянии институтов что-нибудь для нее найдется. Ты мне никогда не писала, кто ее теперешний муж, чем он занимается, и как Оля с ним живет. Если бы ты смогла устроить летний отпуск так, чтоб достать в Малом театре две путевки для себя и для Оли, то это было бы замечательно. Щелыково я помню по твоим старым письмам.

Меня все больше и больше смущает, что ты высылаешь мне деньги. На май и июнь ты мне пришли еще по 50 р. на молоко, а там дальше, в связи с переездом в Красноярский край, я ликвидирую все эти молочные дела.

Знаешь, Нина, по-моему с Ленинградским шоссе нужно прекратить всякие сношения. Такая переписка с дочерью ничего не дает ни уму, ни сердцу. Все эти холодные, сухие строки (...) не нужны ни отцу, ни дочери. Если Флора не может набраться смелости и вести самостоятельно от матери сердечную переписку с отцом, то я со своей стороны отказываюсь от писанины (...). [4]

Настроение у меня, милая, очень грустное и тревожное. Слабость заела меня. Нет и прежних стимулов для борьбы с болезнью. Уж слишком много за эту зиму у меня было неприятностей. Сейчас мне все стало безразлично.

Устал я, кончаю свое письмо.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


150. Н.Ф. Депутатовой150

 

28 апреля 1952

Милая, родная Нина,

Сегодня только несколько строк.

Получил я твое письмо от 16/IV. Ты, конечно, во всем права. Работать мне необходимо, иначе я не проживу и двух меся-

 


150 С. 252. Я уже почти два года работаю над... книгой о Фридрихе Шиллере... - См. прим. к с. 248.

- 252 -

цев. Такому человеку, как я, немыслимо жить без умственной работы, без какой-либо цели в жизни. Потеряешь эту цель, и жизнь потухает, не только умственно, но и физически. Я это неоднократно испытывал на себе самом.

Конечно, печатать мне ничего не придется. Если бы я жил в Москве, я бы быстро управился с этими вульгаризаторами, вроде Самарина и Пузикова, и издал бы свои работы, непременно добился бы этого. Но так я беспомощен, без личного контакта опрокинуть эти предрассудки невозможно. Я понемногу буду продолжать свою работу - редко, когда выпадает день, в который я могу встать и писать. Но все же буду продолжать эти занятия для себя. Я уже почти два года работаю над такой же книгой о Фридрихе Шиллере, какую я написал о Байроне. [2] Один экземпляр Байрона я тебе вышлю по почте, второй оставлю себе и, если будет время, приспособлю книгу для массового или юного читателя, раз "литературоведы" находят ее недостаточно политически острой и недостаточно "резкой".

Относительно моего вызова в суд по поводу "иска" И.В. теперь все выяснилось. Как я полагал, так оно и есть. Она подала опять в суд на развод. Но ничего из этого у нее не выйдет. Сейчас законодательство настолько строгое в отношении развода, что его можно получить - и то с большим трудом - лишь при условии полного согласия обеих сторон. Раз И.В. с самого начала пошла не по этому, а по звериному пути, то все это для нее лишь лишние и напрасные расходы.

У нас весны так и нет. 20 и 21/IV было два теплых дня, а с тех пор - идет снег, мороз, ветры.

Температура у меня несколько спала, но слабость неописуемая.

Целую тебя крепко, крепко

Франц.

 

- 253 -

151. Н.Ф. Депутатовой151

 

5 мая 1952

Милая, дорогая Нина,

Ну вот прошли и праздники, а весны у нас как не было, так и нет: сегодня, как и в дни 1-2 мая, стоит мороз 8-10° и идет снег. Сыро, холодно и в помещении. Можешь себе представить, как себя чувствует чахоточный человек при подобной сибирской "весне"! Привезли, наконец, после 4-х месяцев, опять радио. Я очень рад, что у вас в Москве такое благословенное тепло!

От Нины Ильиничны получил большое письмо. Я сегодня же ей отвечаю. Я ей написал уже 21/IV относительно адреса нашего старого знакомого - Мих. Александр. Лифшица, который все эти годы руководил изданием серии "Жизнь замечательных людей". Может быть, если они еще не заказали книги-биографии Фридриха Шиллера, они бы согласились с моим предложением написать ее. Конечно, я не питаю больше никаких иллюзий на этот счет, но ведь жить и ничем не заниматься я не могу. Если бы я знал, кто сейчас работает в из-вах "Молодая Гвардия" и Учпедгиза, я бы предложил им сократить и обра-[2]ботать Байрона для юного читателя. Но все это бесплодные мечты, так как такие вещи я мог бы сделать при личных переговорах с людьми, а не тоской в сибирской тайге.

Все время беспокоюсь, милая, что ты опять вот-вот свалишься с ног из-за бесчеловечной перегруженности работой. И Нине Ильиничне живется не сладко, судя по ее письму. Но она хоть избавлена от стряпни и хозяйственных домашних работ, которые ложатся на твои плечи сверх других нагрузок.

В газетах много пишут о новом здании университета на Ленинских горах. Может быть Ваша Ляля тоже переедет со своим факультетом туда и будет роскошно жить в этом дворце?

У вас в институте, наверно, на праздниках было 4 свободных дня. Ты хоть немного отдохнула в эти дни и ходила куда-нибудь в гости или в театр? Или ты опять предалась горестным воспоминаниям?

 


151 С. 253. ...Мих. Александр. Лифшица, который все эти годы руководил изданием серии "Жизнь замечательных людей". -См. прим. кс. 261.

Учпедгиза - Учпедгиз - гос. издательство учебно-педаг. лит-ры (с 1964 г. - изд-во "Просвещение").

...о новом здании университета на Ленинских горах. - Главное ("новое") здание МГУ строилось в 1949-1953 гг.

- 254 -

Температуры у меня в эти дни нет, но бесчеловечно меня мучит катар всех дыхательных путей.

Желаю тебе всего хорошего и доброго здоровья.

Крепко целую

Твой Франц.


152. Н.Ф. Депутатовой152

 

12 мая 1952

Милая, родная Нина,

Получил твое письмо от 2/V и деньги, высланные тобою 30/IV. Сердечное тебе спасибо за все! Одновременно я получил открытку от Нины Ильиничны от 1/V. Не знаю, как бы я мог жить, если бы тебя и Нины Ильин. не было.

В этом году какая-то патологическая весна: стояло опять два дня тепло, а эти дни снова мороз до 6-7° и идет снег. Такая погода хуже чумы для туберкулезника.

Рукопись о Байроне я сейчас еще раз перечитываю. При первом удобном случае пришлю тебе один экземпляр. Пусть он лежит у тебя, может быть, когда-нибудь можно будет ее издать. А если нет, то оставляй себе экземпляр на память обо мне. На возможность ее издания я уже не рассчитываю. Монографию о Шиллере я постараюсь закончить и переписать к новому году, во всяком случае, к весне 1953 года. Я не думаю, что ей больше повезет, чем Байрону. Но я должен чем-нибудь заниматься, и пусть эти рукописи лежат, они не стареют, и если они никогда и не увидят света, то от этого мне тоже не будет хуже в могиле. [2]

Суд не вынес никакого решения по делу о разводе и прекратил его. И.В. хотела получить развод на старых условиях, не упоминая ни одним словом, ни об имуществе, ни о дочке. Так как я возражал как по существу дела, так и по этим двум пунктам, то суд два раза вызывал ее сюда для допроса; но она, понятно, не явилась, и суд прекратил все дело. По всем этим вопросам мне пришлось вести целую переписку с судом, т.к. я тоже не мог лично поехать в районное село.

 


152 С. 254. ...в районное село. - Село Красноярка, где Ф.П. Шиллер жил в 1947/1948 гг.

- 255 -

Сейчас у меня температуры нет, но мучительный катар всех дыхательных путей не покидает меня ни на одну секунду.

При такой весне о переезде в Красноярский край нечего думать раньше конца июня или в июле.

Я считаю, что было бы лучше, если бы ты поехала не одна в Щелыково, а с кем-нибудь из близких знакомых. Если Оля не сможет, то может быть Нина Ильинична или Вера Александровна поехали бы? Хотя ты и быстро ладишь с чужими людьми, но все же там уж такая специфическая среда. Во всяком случае, постарайся провести оба отпускных месяца вне города и в приятной и здоровой обстановке.

Я не знаю, читаешь ли ты филологическую периодическую печать по иноязыкам. Может быть, тебе попадалась там какая-нибудь статья о языке Шиллера или Байрона? Если да, то сообщи мне, где.

Всего хорошего!

Целую тебя крепко

Твой Франц.


153. Н.Ф. Депутатовой153

 

19 мая 1952

Милая, дорогая Нина,

В этом году такая сумасбродная весна, что за всю свою жизнь не помню такой: всю первую половину мая стоял мороз, 13-го шел еще снег, 15-го был + 1°, а вчера уже + 30°. А в это время на расстоянии 200 км. от нас идет снег. Возможно, что через день-два он появится опять и у нас.

Из-за этой мерзкой погоды я вынужден был ровно 9 мес. сидеть безвыходно в стенах узенькой, темной и сырой комнатушки, в которой давно уже появилась плесень. У меня не было сомнения, что эти 9 месяцев должны были страшно влиять ускорение процесса легких, - и так оно и получилось. На их я послал мокроту на анализ в город, - и результаты оказались угнетающие в отношении усиления гноения и бацилл Коха, вообще всех разрушительных процессов. Такие результаты

 


153 С. 256. ...мою трехтомную историю литературы... - "Историю западноевропейской литературы нового времени".

- 256 -

всегда оказывают мне крайне плохую услугу и усиливают и так уже угнетенное другими бытовыми событиями состояние психики. В связи с этим я, пожалуй, и не поеду в туберкулезную больницу. Для меня и без анализов ясно, что продолжающееся уже пятый месяц постоянное расстройство желудка и кишечника имеет своим основанием переход болезни на кишечник. Нет надобности опять себя лишне [2] расстраивать официальным анализом, - тем более, что никакого лечения здесь нет.

В связи с вечным поносом слабость у меня все усиливается. Переезд в Красноярский край поэтому будет не легким, но все же переехать нужно во что бы то ни стало. Уж очень мне здесь все надоело, хотя там, может быть, будет еще хуже. Пиши мне сюда до тех пор, пока я тебе не напишу об отправке. Все это может еще затянуться.

Но в связи с неминуемостью переезда я хочу тебе отправить кое-что. Так как у меня нет упаковочной бумаги, то я пошлю тебе рукопись Байрона и мою трехтомную историю литературы (она для меня лишь балласт в дороге) в посылочном ящике, так что не пугайся, когда в июне получишь посылку от меня.

Вчера я первый раз вышел на веранду. Стояла прямо жара. Сегодня весь день кружится голова, ведь девять месяцев не дышать свежим воздухом дает себя чувствовать. Конечно, я не падаю духом, думаю, что ты знаешь меня в этом отношении. Но все же полная немощь организма все больше влияет и на прежнюю несгибаемую силу духа. Очень хотелось бы мне еще закончить работу о Шиллере, [3] ведь он по духу мне гораздо ближе, нежели Байрон, хотя и последнего сильно люблю.

Только второй день стоит тепло, а уже травка зеленеет и вырастает из земли прямо на глазах. Почки на березах напухают и через несколько дней распустятся. Посевная здесь в полном разгаре, домашние животные и птицы все накинулись на травку. Еще раз я дожил до пробуждения весенней природы и с жадностью наблюдаю за ней.

 

- 257 -

Ты же, бедняжка, вынуждена с утра до вечера возиться с учебниками и преподаванием. Все боюсь, как бы ты не свалилась до окончания учебного года. Но, с другой стороны, как хорошо, что у тебя два месяца отдыха!

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Всего, всего тебе хорошего!

Крепко целую

Твой Франц.


154. Н.Ф. Депутатовой154

 

26 мая 1952

Милая, дорогая Нина,

Извещение на посылочку с тетрадями я давно уже получил; она лежит ровно уже неделю в Пушкине на почте, но я ее никак не могу получить по доверенности, так как люди все забывают, что не относится к ним самим. Беда, что я совершенно беспомощен.

Ты, милая, оказывается, помешалась на сахаре, и опять - как пишешь в извещении - вложила его. Я уже в течение двух лет через каждые десять дней, когда нам выдают по 250 гр. сахару на руки, всегда отдаю его детям и инвалидам. Я даже и одного грамма не могу брать в рот. Вообще ты не можешь себе представить, до какой степени у меня плохо с желудком и кишечником: уже несколько месяцев такой непрерывный понос, что все, что я ни кушаю, через 10 минут уходит из меня. Я уже давно вынужден был целиком отказаться от сахара, мяса, хлеба и т.д., но с 20 мая я должен был отказаться и от молока, которым я питался три года. Организм совершенно перестал принимать молоко, и оно сразу же уходит (даже горячее кипяченое). Вместо прежнего литра молока я сейчас покупаю себе пару яиц в день. Все мое питание за сутки состоит: 1) из 100 гр. сухарей с несколькими ложками супа или чаем без сахара, 2) пары яиц. Можешь [2] себе представить, как я ослаб, а понос не прекращается ни на один день. Я испробовал все средства против поноса, но они не оказывают никакого поло-

 


154 С. 258. Пошехония - нарицательное название провинции, восходящее к "Пошехонской старине" (1887-1889 гг.) М.Е. Салтыкова (Салтыкова-Щедрина).

- 258 -

жительного действия. Для меня совершенно ясно, что туберкулез перешел на органы пищеварения.

Всю неделю стоит теплая сухая погода от + 20 - 30°. С утра до вечера сижу на веранде в садике и дышу свежим воздухом - после 9-месячного перерыва. Я пока еще пьянею от воздуха, до того я слаб. Ходить мне крайне трудно, из-за слабости.

Вчера приезжала сюда сотрудница министерства собеса для ревизии. Она обещала наладить мой перевод в Красноярский край в самое ближайшее время. Никто не знает, что собою представляет этот дом для туберкулезников; сказала (сотрудница) только, что он находится очень далеко от Красноярска, на расстоянии сотен километров в тайге. Приблизительно представляю себе, что это за Пошехония.

И.В. опять опротестовала решение суда, и дело послано на новое рассмотрение. Мне вся эта история надоела как горькая редька, и И.В., по-видимому, решила доконать мои нервы. Я написал в судебную инстанцию, чтобы они меня больше не беспокоили всякими [3] повестками и отношениями; пусть выносят решение по своему усмотрению, без меня. Но если ты мне настоящий друг, то прошу тебя никогда больше не переговаривать с квартирой на Ленинградском шоссе, не давать им никаких справок обо мне, даже после моей смерти. Я никогда в жизни не встречал таких (...). Если она когда-нибудь будет еще раз обращаться к тебе (это может быть только в корыстных целях), то скажи ей, что я строго запретил тебе давать какие-либо сведения обо мне.

Сейчас наступила самая горячая пора для тебя. Я ежедневно думаю о тебе, как ты там мучишься с уроками и стряпней. Часто думаю о том, что во всей своей жизни я не встречал второго такого идеального и чистого человека, как ты...

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Напиши, когда уедешь из Москвы в отпуск - наверно числа 25 июня?

Крепко, крепко тебя целую и обнимаю

Твой Франц.

 

- 259 -

155. Н.Ф. Депутатовой155

 

2 июня 1952

Милая, родная Нина,

Получил я, наконец, посылку. Все было в сохранности и порядке. Спасибо тебе за все!

На днях я отправляю тебе посылкой один экземпляр Байрона и все три тома моей Истории литературы. Тебе на память! Не думаю, чтоб в новом доме инвалидов, куда меня отправляют, у меня была бы возможность работать.

По старому адресу, милая, мне больше не пиши. Путевка, деньги на билет все уже тут. Отправляют меня приблизительно через неделю. Надо предварительно привести в порядок кое-какие документы. Во всяком случае, я постараюсь дать тебе перед отъездом из Омска телеграмму с вокзала. Конечно, исключена возможность некоторой задержки, если с документами будет канитель. Но все же лучше не пиши больше по здешнему адресу.

Дом инвалидов для туберкулезников, куда меня отправляют, находится в городе (или рядом) Тайшет. Красноярского края. Этот город ты можешь найти на карте: он стоит на главной сибирской ж-д. магистрали, на расстоянии [2] 400 км. к югу от Красноярска (см. сперва на линии после Красноярска идет город Канск, а за ним 100 км. гор. Тайшет). Климат почти такой же, как здесь. Не знаю, что хуже, что лучше; но как бы там ни было и независимо от того, что будет дальше, меня здесь больше не оставляют, и я вынужден отправиться. Пока все еще спорят, кому надо дать провожатого для меня, хотели меня одного послать, но я не соглашаюсь. Уж очень я ослаб, а сейчас здесь стоит жара ежедневно в 40°, и дорога будет очень не легкая.

В последнюю неделю я очень много нервничал из-за этой путевки, и все время у меня была высокая температура. Катар всех дыхательных путей у меня настолько острый и злобный, даже в 40° жару малейший сквозняк вызывает обострение высокой температурой, мучительным кашлем и такой

 


155 С. 259. ...в городе... Тайшет. Красноярского края. - Тайшет относится к Иркутской обл.

...сперва на линии после Красноярска идет город Канск, а за ним 100 км. гор. Тайшет... - Канск - город в Красноярском крае. Растояние от Канска до Тайшета - ок. 150 км.

- 260 -

массой гнойной мокроты, что просто неприятно, не говоря уже о боли.

Уже целый месяц я не получаю писем от тебя. [3] Надеюсь, что ты не свалилась под бременем работы и что тебе просто некогда было писать. Хорошо, что это последний месяц работы в этом году!

Перед отъездом отсюда я еще раз напишу тебе. Передай Нине Ильиничне сердечный привет и скажи ей о моем отъезде отсюда. Моя старая Ленинградская (шоссе) квартира никогда не должна узнать, куда я уехал. Я хочу, наконец, иметь покой от этих назойливых бесконечных преследований (...).

Желаю тебе, милая, бодрости как-нибудь выдержать до конца учебного года, а потом хорошо отдохнуть за лето. Мне же пожелай благополучно доехать до последней станции в моей жизни.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


156. Н.Ф. Депутатовой156

 

9 июня 1952

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 25/V. Очень рад за тебя, что последние числа июня у тебя более свободные. Было бы, конечно, хорошо съездить в деревню. Прекрасно, что ты едешь не одна в Щелыково, а с подругами. Какая это у вас Ляля молодчина! Все экзамены сдала на отлично! Она по характеру ласковая девушка? Вот бы мне такую дочку!

С моим переездом на Восток все обстоит по-прежнему. Никто и не спешит с оформлением документов, даже паспорт не обменяли еще. Я отношусь к этому совершенно спокойно - я тоже никуда не спешу. Еще вопрос, не будет ли там хуже, чем здесь. Если хотят меня отправить, то пусть заботятся те, кто этого хочет. А мне все равно, где лежать в постели и под землею. Я только боюсь, что из-за этой канители наша переписка может потерпеть: ты уедешь в начале июля в Щелыко-

 


156 С. 261. ...он весьма интимен с И.В.... - После ареста Ф.П. Шиллера A.A. Аникст продолжал поддерживать контакты с И.В. Шиллер и оказывал ей помощь.

Лифшиц, наверно, уже больше не работает в издательстве. -Речь идет об изд-ве "Молодая гвардия", где с 1938 г. выпускалась серия "Жизнь замечательных людей", главным редактором которой (в 1938-1941 гг.) был М.А. Лифшиц.

- 261 -

во, а я уже забыл адрес туда. Если тебе не трудно, то после получения этого письма сообщи мне на всякий случай телеграммой адрес Щелыково. Особенно хочу тебя просить ни в коем случае не высылать мне в эти летние месяца денег. Я давно уже не могу пить молока из-за постоянного рас-[2]стройства; выпиваю чай, постепенно привыкаю опять к сахару. А весь этот переезд идет за счет органов собеса. На текущие же мелкие расходы у меня деньги на лето еще есть. А после отпуска, т.е. после твоего возвращения из Щелыково, я тебе напишу, если мне понадобятся деньги или если мне опять разрешат пить молоко. Так что, если ты мне до сентября вышлешь деньги, то этим только огорчаешь меня.

A.A. Аникст был самым близким моим учеником. Если он мне написал, то странно, что я не получил его письма: за все пять лет моего пребывания здесь ни одно письмо не пропало. Может быть он перепутал адрес? Я прошу тебя позвонить ему и сказать, что не получил его письма. Передай ему привет. Окажи ему, что я сейчас кочую по туб. больницам и не имею постоянного адреса и если он хочет мне написать, то он может это сделать через тебя. Я не знаю, о чем он хочет писать. О Байроне? Но я не хотел бы, чтоб он узнал мой новый адрес, поскольку он весьма интимен с И.В., а я наконец хочу иметь покой (...).

Передай сердечный привет Нине Ильиничне. Она обещала прислать мне адрес М.А. Лифшица. По-видимому, это дело расстроилось, и она не хочет меня огорчать. Напрасно. На нет и суда нет. Лифшиц, наверно, уже больше не работает в издательстве. Я и не питал надежд на него. Они все одинаковы.

Милая Нина, желаю тебе благополучно закончить учебный год, а затем радостно уехать в Щелыково и набрать новые силы и здоровье!

Крепко целую

Твой Франц.

 

- 262 -

157. Н.Ф. Депутатовой157

 

16 июня 1952

Милая, дорогая Нина,

Действительно, правильна пословица: "На бедного Макара все шишки валятся". Второй день мучаюсь с отравлением желудка. Дело в том, что откуда-то в наш ларек завезли американские консервы, - неизвестно какой давности, - с гавайским ананасом. Я тоже не устоял искушению и купил себе банку. Двоим, - мне и еще одному рабочему, - достались испорченные, и вчера я весь день мучился, пока не выгнали все содержимое желудка и кишечника. Еще больше ослаб. Ну, прямо не везет перед отъездом.

С оформлением моих документов не очень спешат. Все еще не ездили за паспортом. Обещают его оформить 18/VI. Возможно, что к концу недели смогу уехать, а может быть, дело затянется еще и дальше. Но писать сюда уже не стоит.

Очень неприятно, что уже целый месяц стоит очень жаркая сухая погода; не было ни одного дождя.

Деньги, высланные тобою в конце мая, я еще благополучно получил. Сердечно тебя благодарю. Только они были лишние. Еще раз прошу тебя, до сентября месяца никаких денег мне не высылать. О молоке мне и думать нечего, до того упорно у меня держится понос. А так, на мелкие расходы, - иногда на десяток яиц, или, если будут - иногда купить стакан ягод, - у меня денег достаточно до сентября.

Надеюсь, ты мне выслала телеграмму с адресом Щелыково. Забыл его, а письма я, к сожалению, никогда не сохраняю. В моем положении, когда я в любой день могу умереть, это было бы неразумно. Не хочется, чтобы чужие люди потом рылись в письмах. [2]

По-видимому, ты уедешь из Москвы в первых числах июля. Я так и ориентируюсь со своими письмами.

Представляю себе, милая, как ты переутомилась. Все время думаю о тебе, и кроме тебя, у меня нет ни одной родной души на свете. Нина Ильин. очень хорошая, и я ее очень люблю,

 


157 С. 262. ...завезли американские консервы, - неизвестно какой давности... - Скорее всего, консервы были доставлены в СССР в рамках ленд-лиза в годы Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.).

- 263 -

но эти отношения никак не похожи на наши с тобою. Лишь бы уж скорее перебраться на новое место. Может быть, этот дом будет гораздо хуже теперешнего, но раз переезд неизбежен, то хотелось бы скорее иметь его позади, а не впереди. При моем крайне нервном состоянии нехорошо затягивать такие напряженные моменты ожидания.

Нина милая, не забудешь меня за лето? Но такой вопрос ставить глупо. Пока я тут, я буду писать отсюда, а как только будет новый адрес, я тебе его пошлю. Нехорошо только, что у меня так долго, долго, не будет писем от тебя.

Отдохни хорошенько в Щелыково!

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко, крепко целую и обнимаю тебя

Твой Франц.


158. Н.Ф. Депутатовой158

 

23 июня 1952

Милая, дорогая Нина,

Как видишь, я все еще тут. Опять обещают на этой неделе отправить. Но разве можно на этих сволочей надеяться? Оказывается, они меня нагло обманули относительно местонахождения этого нового дома инвалидов. Находится он вовсе не гор. Тайшет, а в каком-то никому неизвестном Нижне-Интинском районе Красноярск. края. Предполагаю, что это где-то далеко в тайге, на сотни км. от жел. дороги. Если это так, дорога не только будет очень трудной, но и крайне опасной для моей жизни. Если бы эта сволочь Пузиков не отклонил рукописи, я бы пошел на крайность и отказался поехать, пусть бы меня исключили из дома инвалидов. Ну, а так я вынужден поехать, ибо деться некуда... А это единственный во всей Сибири дом для туберкулезников. Отсюда тебе все понятно. Выхода нет.

Я все жду телеграмму от тебя с адресом Щелыково. Думаю, что ты в первых числах июля уедешь туда, а у меня нет адреса. Как-то все это нехорошо получилось с нашей перепиской.

 


158 С. 263. Предполагаю, что это где-то далеко в тайге, на сотни км. от жел. дороги. - Ст. Нижний Ингаш Красноярского края расположена на Транссибирской ж.-д. магистрали, ок. 100 км к западу от Тайшета.

- 264 -

Надеюсь, милая, что ты кое-как закончила учебный год и не свалилась окончательно. Хорошо, если тебе удалось съездить на неделю в деревню. В Щелыково ты ни о чем не думай, [2] поменьше читай, а все гуляй по лесу и купайся в реке. Самое главное, успокой свои нервы и основательно понижай кровяное давление.

У меня в отношении болезни все по-прежнему. Расстройства уже превратились в хронические, неизлечимые. Иногда все же достаю себе молоко - одинаково, от него не хуже и не лучше. А полтора месяца я его совсем не пил и за это время потерял 5 кг. весу. Вообще, конечно, дело дрянь.

Куда это Нина Ильинична собирается в этом году? Передай ей сердечный привет.

Постараюсь дать тебе телеграмму с Омского вокзала, если удастся до 1/VII уехать.

Крепко, крепко целую и обнимаю

Твой Франц.


159. Н.Ф. Депутатовой

 

30 июня 1952

Милая, дорогая Нина,

Хотя я и полагаю, что тебя уже нет в Москве, что ты уехала в Щелыково, все же пишу по городскому адресу, так как адреса Щелыково у меня нет.

Дело с моим переездом все на одном месте. Никто не торопится с заготовлением необходимых документов, а мне самому тем более торопиться некуда. Когда скажут, придется ехать, но когда это будет, неизвестно; обещают каждую неделю отправить меня, а пока воз и ныне там.

Погода в этом году поистине патологическая. После месячной 40° жары теперь уже 2 недели стоит холодная погода, да с таким сильным ветром, что мне трудно выходить на воздух. Читать или писать же я в эти летние месяцы не в состоянии во-первых потому, что нужно использовать каждую минуту и подышать свежим воздухом, а, во-вторых, с ожиданием

 

- 265 -

этого проклятого переезда, у меня нервы постоянно в таком взбудораженном состоянии, что я абсолютно не могу сосредоточить свое внимание на чем-нибудь.

Надеюсь, милая, что тебе в Щелыково больше [2] везет с погодой, чем нам тут. Ходи гулять, купайся, питайся хорошо и постарайся всеми силами поправить свое здоровье для будущего учебного года. Не думай ни о чем и меньше всего обо мне. Я человек, уже давным-давно списанный со счета. Если нужно, то кое-как, я полагаю, переберусь и на новое место. Если же нет, то и тогда особой беды не будет.

Надеюсь, милая, что твои квартиранты перешлют тебе мои письма в Щелыково. Если же нет, то прочтешь их в конце августа, после твоего возвращения в Москву. Не писать тебе совершенно - не могу. Как-то все это нескладно вышло.

Желаю тебе, милая, хорошего здоровья и приятного отдыха!

Крепко целую

Франц.


160. Н.Ф. Депутатовой160

 

3 июля 1952

Милая, дорогая Нина,

1 июля я получил твою телеграмму от 27/VI с адресом Щелыково. 30/VI отправил тебе письмо еще в Москву. Оно, по-видимому, тебя уже не застало в городе.

Я все же на том же месте и с нетерпением ожидаю, когда же наконец меня отправят. Но толком никто ничего не знает, так как это связано с довольно значительными расходами для проезда меня и сопровождающего на расстояние 2 тыс. км. Как я могу понять, пока денег нет, и они ожидают, когда Облсобес им отпустит. Это может случиться через два дня, но и через две недели или месяц. Я немало нервничаю из-за этого неопределенного положения. Ни писать, ни читать я в таком возбуждении не в состоянии. Но все же я держу себя в руках, и твердо решил эти три летних месяца (июнь-июль-август) ни-

 


160 С. 265. 30/VI отправил тебе письмо... - См. письмо № 159.

- 266 -

чего не делать и с утра до вечера сидеть в садике или под березками на свежем воздухе. Сидеть я могу только тогда, когда нет ветра, сырости или температуры ниже 18°. После захода солнца хотя бы и 5 минутное пребывание на улице вызывает непременно обострение процесса. Так что, милая, я живу вроде тепличного растения, и малейшее нарушение этого режима теплицы сразу же мстит и приносит мне излишние страдания. Но при всей общей безнадежности моего состояния, все же должен установить, что курс лечения ПАСК'ом значительно уменьшил у меня температуру и, стало быть, все же принес мне некоторое облегчение.

Милая, я буду тебе писать теперь по адресу Щелыкова. [2] Только я не знаю, сколько времени ты там будешь отдыхать. По-видимому, месяц. Во всяком случае, я буду исходить из этого срока, и если нам до этого не удастся установить взаимную переписку, то я буду направлять, начиная с последних дней июля, письма по адресу твой московской квартиры. Тогда они, по крайней мере, не пропадут, хотя и получишь их с опозданием.

Молоко я опять пью. Без него ничего не выходит. Денег у меня хватит до сентября. Расстройство у меня по-прежнему есть, но оно не увеличивается от молока, а какое оно было, так и осталось.

Милая, надеюсь, что тебе попались приятные люди в доме отдыха. Не думай ни о чем, а непосредственно наслаждайся природой. Самое важное, чтобы ты успокоила свои нервы, понизила давление крови и прибавила килограмм 7-8 в весе. Много гуляй, плавай и катайся на лодке. Кататься на лодке всегда было моим любимым спортом. Поменьше читай. Дай своим глазам отдых, они у тебя, по-видимому, и так неважные. Побольше кушай и, главное, не расстраивайся из-за бытовых мелочей. Покупай себе побольше ягод и фруктов. У нас тут в этом году совершенно сухое лето и никаких ягод нет.

Будешь писать Нине Ильин., передай ей сердечный привет. Целую крепко

Франц.

 

- 267 -

161. Н.Ф. Депутатовой161

 

10 июля 1952

Милая, дорогая Нина,

Едва отправил тебе письмо 3/VII, как у меня начался очередной приступ болезни; как обычно - высокая температура, пот, мучительнейший кашель, нервная раздраженность, всеобщая слабость. Особенно меня уже давно беспокоят боли в гортани и временная хрипота. Думаю, что туберкулез перебрался и сюда. Давно надо было поехать к горловику и на рентген, а также обследовать состояние кишечника и почек, - но эта неопределенность относительно моего перевода в другой дом мешает во всем. Никто ничего не знает, куда меня отправят. По-видимому, где-то еще не договорились. Я уже написал тебе, что меня больше всего раздражает это неизвестное положение, нервное ожидание и медлительность и безразличие, с которым все к этому относятся.

Молоко пью опять по-прежнему. И хорошо, что не последовал предписанию врача: я бы за это время исчах окончательно без молока. А расстройства так и остались, но не ухудшились от молока.

Очень печально, что у нас в этом году нет ни одной ягодки: отчаянная засуха и отвратитель-[2]ные жаркие, прямо горячие ветры-суховеи из Туркестана засушили нас. Как плохо, что все лето не могу получать от тебя писем. Я так нервничаю, что не знаю, куда деваться. Если хоть мог бы читать! Но не могу концентрироваться ни на чем. Эти ветры меня доконают, это хуже, чем зимние морозы: постоянные простуды, а отсюда такое обилие гнойной мокроты, что не только делаешься противным окружающим, но и самому себе. Но что делать? В моем безвыходном положении ничего не придумаешь.

Единственной моей радостью является сознание, что ты отдыхаешь в красивом месте на Волге. Воспользуйся всеми дарами природы, чтобы поправить свое здоровье. Это будет

 


161 С. 267. Едва отправил тебе письмо 3/VII... - См. письмо № 160.

...из Туркестана... - Так в XDC - нач. XX вв. называлась территория, населенная тюркскими народностями, от российской Средней Азии на западе до Зап. Китая на востоке.

- 268 -

лучшим подарком для меня, если ты веселой и здоровой вернешься в Москву.

Целую тебя крепко

Франц.


162. Н.Ф. Депутатовой

 

17 июля 1952

Милая, дорогая Нина,

Так и сижу у моря в ожидании погоды. Никто ничего не знает, когда это меня переведут. Это бесконечное "затишье", конечно, не исключает, что завтра могут сообщить "собирайся в путь-дорогу!" Но вообще-то я плюнул на все это дело и крепко выругался, что мне испортили все лето. Выписал себе опять книги из библиотеки и начал читать.

Тут всю весну и лето стояла засуха с жуткими ветрами-суховеями. Сейчас пошли дожди и - как этого и надо было ожидать - почти каждый день. Но погода теплая, и я почти весь день, с утра до вечера, на свежем воздухе. Температура меня опять отпустила - не знаю, насколько. Но пока пользуюсь буквально каждой минутой, чтобы сидеть или гулять в саду или березовой роще. Гулять мне трудновато, из-за слабости: идешь сто шагов, затем отдыхаешь десять минут на пеньке, затем опять сделаешь сто шагов, опять отдыхаешь и т.д. Но все же это лучше, чем только сидеть на скамейке. Молоко пью во всю и, как будто, от него чуть-чуть лучше. Но вообще эти вечные перемены в состоянии организма и в настроении, как известно, являются типичными для хрони-[2]ческого туберкулеза легких.

Жаль, что в этом году нет ни овощей, ни ягод. А фруктов, как известно, тут вообще никогда и не было. Поправилась (после дождей) только картошка, и она, по-видимому, уродится.

Каждый день думаю о тебе, о том, как ты проводишь время в Щелыкове, как поправляешься, как живешь с незнакомой тебе средой из артистического мира и т.д. Надеюсь, что твои

 

- 269 -

знакомые по кафедре также поехали в Щелыково и тебе, следовательно, не будет так скучно. Плохо, что я не знаю, сколько ты будешь отдыхать в Щелыкове. Я буду писать тебе по этому адресу только до конца июля, а потом опять по городскому адресу. Судя по сообщениям радио, у вас на Волге должна быть не плохая погода, а ягоды и грибы, наверное, тоже есть. Кушай, сколько только влезет, и поправляйся к предстоящему новому учебному году!

Целую крепко

Франц.


163. Н.Ф. Депутатовой163

 

24 июля 1952

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе с трудом несколько строк. Вчера у меня внезапно и преждевременно поднялась высокая температура со всеми гадкими при туберкулезе явлениями.

Это письмо последнее, которое я адресую в Щелыково, т.к. не знаю, на какой срок у тебя была путевка. Если на месяц, то он кончается. Следующее мое письмо будет послано в твой городской адрес.

Относительно переезда - все хранят глубокое молчание. Будто вопрос где-то наверху решается. Начинаю вообще сомневаться в переезде.

Всю неделю тут стоит жара 35-40°. Неимоверная засуха в этом году. Буквально дышать нечем.

Прости, мне плохо, и я кончаю. Желаю тебе доброго здоровья и хорошего отдыха!

Нине Ильиничне на днях написал письмо. Она прислала мне искомый адрес. Только сейчас я по нему писать не буду, может быть попозже, если этот человек работает еще в издательстве.

Крепко целую

Франц.

 


163 С. 269. Она прислала мне искомый адрес. - Речь идет об адресе М.А. Лифшица. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 9.6.1952 г. (наст.  изд., с. 261).

- 270 -

164. Н.Ф. Депутатовой164

 

31 июля 1952

Милая, родная Нина,

Ты сделала мне большую радость своим письмом от 18/VII! Пиши и дальше по адресу Пушк. дома инвал., и действительно, не беда, если и пропадет какое-нибудь из писем. А так все лето сидеть без писем от тебя - прямо невыносимо.

Относительно моего отъезда ничего нет нового.

Я очень, очень рад, милая Нина, что у тебя так удачно вышло с домом отдыха. За эти 50 дней ты должна поправиться хорошо. Замечательно, что у вас там много ягод и грибов. У нас тут все лето - настоящая Сахара, и все выгорело. Ни ягод, ни овощей. Хорошо, что пока есть молоко, которым я единственно и питаюсь.

Напрасно, милая, ты выслала деньги. Я ведь специально тебя просил, чтобы ты до своей получки в конце сентября ничего не высылала. До этого у меня хватит денег на молоко, а дальше его также не будет. Коровы здесь с 1 октября уже не доятся. Мне всегда крайне неловко и стыдно, когда кто-нибудь - кроме тебя - дает деньги. Характер такой у меня, ничего не поделаешь. [2]

Всю неделю стояла опять жара 40°. Выходить из комнаты можно только рано утром и поздно вечером. Температурный приступ у меня начинает проходить (надолго ли?), но пот и мучительнейший кашель продолжаются. Аппетита никакого нет. Слабость все увеличивается.

Пиши, какая у тебя будет нагрузка в будущем учебном году. Такая же, как в прошлом? Верю тебе, что сейчас у тебя нет охоты возиться с подготовкой доклада. Я, например, при этой жаре не в состоянии даже читать 3 строки. Надеюсь, что у вас хорошая погода.

Извещение на деньги еще не получено, но на днях, наверно, придет. Если принято, то передай благодарность твоей знакомой за деньги.

 


164 С. 270. Я ведь... тебя просил, чтобы ты до своей получки в конце сентября ничего не высылала. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 16.6.1952 г. (наст.  изд., с. 262).

Верю тебе, что сейчас у тебя нет охоты возиться с подготовкой доклада. - Видимо, речь идет о докладе, упомянутом в письме Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 24.12.1952 г. (см. наст.  изд., с. 300).

- 271 -

Желаю тебе хорошенько поправиться и весело проводить время!

Крепко целую Франц.

 

165. Н.Ф. Депутатовой

 

7 августа 1952

Милая, дорогая Нина,

За прошедшую неделю у меня ничего нового не было. Жизнь идет своим чередом, а у меня всегда все внимание приковано к постоянным болям в груди и горле, вообще ко всем нескончаемым страданиям от туберкулеза. В этом году я особенно много нервничаю из-за этого неизвестного переезда и из-за отвратительного лета: все время стоит совершенно сухая, невыносимо жаркая погода, и все кругом выгорело. Временами мне крайне трудно дышать. От частого суховея из Туркестана я простуживаюсь, и тогда процесс в легких сразу же обостряется со всеми мучительными страданиями. Август - последний месяц, когда я могу выходить из помещения. Начиная с сентября опять придется на 9 месяцев запереться в душной палате.

Извещение на деньги, высланные тобою 18/VII, на днях пришло. Благодарю тебя сердечно!

О переезде пока ничего не слышно.

В своем письме от 18/VII ты ничего не написала, какая у тебя будет нагрузка в будущем учебном году. Такая же как в прошлом? Хорошо, если она будет умеренная. Хорошо было бы также [2] не перегружаться побочными нагрузками. Ведь учебный год продлится опять 10 месяцев, и самое главное зависит от того, насколько рационально ты сумеешь организовать свою работу.

Ты мне не писала, когда и куда поедет Нина Ильин. в отпуск. А, может быть, она уже уехала?

Судя по сообщениям радио, у вас на Волге должна быть хорошая погода. Очень рад, что тебе удалось устроить свой

 

- 272 -

летний отдых так приятно и целесообразно. Поменьше читай и почаще ходи гулять одна, без подруг, чтобы можно было быть полностью самим собою, отдыхать от всего и от всех. Сколько кгр. ты уже прибавила в весе? Кгр. пять? Очень много накапливать в нашем возрасте не нужно. Хотя по твоей конституции не должно быть тенденции к полноте. Самое главное - чтобы организм отдохнул и набрал новые силы. И еще важнее - успокоить нервную систему. У вас там хороший врач в этом году?

Ну, милая Нина, желаю тебе поправиться и как следует отдохнуть! Всего доброго!

Крепко целую

Франц.


166. Н.Ф. Депутатовой166

 

11 августа 1952

Милая, дорогая Нина,

Получил твое второе письмо - от 29/VII. Деньги от 18/VII также получены. Сердечное спасибо!

Меня очень беспокоит печальное известие относительно твоей ноги. Ну надо же иметь такое несчастье и повредить себе во время отпуска ногу! Ведь я уверен, что в связи с этим несчастьем вся твоя поправка пошла на нет. Хорошо еще, если нет полома, но даже и так это очень, очень неприятная история! Хорошо, если ты сможешь к 1/IX пойти в институт, а то придется сидеть дома на бюллетене. Надеюсь, что к тому времени все будет в порядке, но как жаль, что отдых летом не дал тебе того, чего было крайне необходимо - успокоения нервов. Сообщи мне, что показал рентген и что будет дальше с ногой.

Что ты не переписываешься с Ниной Ильин., я, конечно, знал, но я думал, что она сказала тебе в июне м-це что-нибудь о своем отпуске. Я знаком с ней с 1924 г., и отношения наши всегда были и остались ровными и дружественными. Не думаю, чтоб с ее стороны было когда-либо какое-нибудь увлечение: у нее разум всегда господствовал над чувством. Но она

 


166 С. 272. Я знаком с ней с 1924 г. ... - Ф.П. Шиллер познакомился с Н.И. Непомнящей во время совместной работы в Институте Маркса и Энгельса в Москве.

С. 273. ...кроме ментоловой мази... - Ментоловая мазь (ментол, протаргол, вазелин) применяется при воспалительных заболеваниях верхних дыхательных путей.

- 273 -

человек удивительный, верный, правдивый, умный и надежный. Тебя она [2] очень любит; особенно ее восхищает твое удивительное трудолюбие и доброта. Конечно, мне бы очень не хотелось, чтобы ты из-за меня поддерживала связь с ней, если она тебя почему-либо тяготит. Мы обмениваемся с ней изредка письмами, - так - раза два в году. Все, что мне от нее нужно, я могу спросить ее непосредственно.

Состояние мое за все лето очень нервное и раздражительное, - кроме обычных страданий меня в последние 2-3 месяца сильно беспокоит горло. Сухость, хрипота, боли при глотании - все это несомненно указывает на туберкулез гортани. Конечно, если я был бы в Москве, можно было бы лечить гортань. Но тут это безнадежно, и бесполезно даже обращаться: кроме ментоловой мази в Омске ничего нет. Единственная надежда, что может быть сама гортань преодолеет несомненную инфекцию. Ведь всегда так: на бедного Макара все шишки валятся. По-видимому, еще недостаточно было прежних страданий, надо было прибавить еще и горло... А так все по-прежнему. О переезде пока все молчат. Лето у нас тут в буквальном смысле голое. Не знаю только, как буду жить, когда через полтора месяца не будет молока. Надеюсь, милая Нина, что дело с твоей ногой как-нибудь уладится. Было бы прямо страшно, если рентген покажет перелом. Но как бы там ни было, береги свои нервы и терпеливо жди, пока все не зарастет и успокоится.

Я ежедневно сижу на террасе в садике и читаю. Пользусь каждой минутой, чтобы дышать свежим воздухом. Желаю доброго здоровья и скорее вылечить свою ногу!

Крепко, крепко целую

Франц.

P.S. Следующее письмо пошлю уже в Москву.


167. Н.Ф. Депутатовой167

 

18 августа [1952]

Милая, дорогая Нина,

Письмо твое от 5/VIII получил. Очень рад, что нога у тебя улучшается, а то было бы большим горем, если бы оказался

 


167 С. 274. ...центр решил меня перевести в дом инвалидов... в Иркутскую область. - Видимо, речь идет о переводе в г. Тайшет. См. прим. к с. 259.

...помнишь, в прошлом году тебя вызвали со взморья домой? -См. прим. к с. 193.

- 274 -

перелом. Надеюсь, что к твоему возвращению домой она будет в порядке.

Здесь 12/VIII погода после 3-х месячной Сахары молниеносно перешла на Северный полюс: вместо 30-40° жары нахлынули северные холодные ветры с температурой до 0°. В связи с таким ранним наступлением осени у меня моментально получилось обострение процесса с осложнением на горло, с температурой, сильным кашлем и т.д. С 12/VIII лежу в комнате, и навряд ли мне в этом году еще раз удастся увидеть садик и подышать свежим воздухом. Сибирь есть и останется Сибирью.

Относительно моего переезда тут опять оживились: из города привезли известия, что центр решил меня перевести в дом инвалидов уже не в Красноярский край, а в Иркутскую область. Это уже будет 3 тыс. км. отсюда - дорога большая. Будто бы там имеется дом недалеко от жел. дороги. Пока это одни слухи. Когда я получу официальное извещение, мой переезд будет зависеть от состояния погоды и от моего здоровья. Если дом [2] окажется более или менее подходящим, я постараюсь переехать. Иногда сентябрь тут бывает сносный. В общем, когда меня известят, видно будет. Здесь мне тоже ожидать хорошего нечего.

Итак, милая, лето уже прошло. Ты теперь уже вернулась в Москву, и все начинается опять как каждый год. Какое все-таки большое счастье иметь возможность трудиться, заниматься полезным и любимым трудом. Надеюсь, милая, что ты несмотря на ногу все же отдохнула. Почему-то каждое лето тебе что-нибудь да портит отдых, - помнишь, в прошлом году тебя вызвали со взморья домой? Зная твой характер, я убежден, что ты не унываешь и с увлечением примешься за новый учебный год. Лишь бы не было такой большой нагрузки! Постарайся рационально организовать свой рабочий день и экономно тратить свою энергию.

Поздравляю тебя, милая, с началом нового учебного года и желаю тебе ни разу не болеть и закончить его хорошими результатами.

 

- 275 -

В мечтах, милая, я давно уже разуверился. Не сбывается ничего, ... хотя я и помру неисправимым мечтателем. Крепко целую и обнимаю тебя

Твой Франц.


168. Н.Ф. Депутатовой

 

20 августа 1952

Милая, родная Нина,

Пишу только несколько строк.

Сегодня меня отправляют в дом инвалидов в Красноярский край. Насчет Иркутской области - это были ложные слухи.

Погода отвратительная, холодная, дождливая, с сильными ветрами. Не знаю, как доеду. Но откладывать я больше не хочу. Послал бы тебе с вокзала телеграмму, так боюсь, что она может тебя и не застать в Щелыкове, а до твоего приезда в Москву и письмо дойдет.

Теперь не пиши, пока не получишь мой новый адрес.

Самочувствие мое ничего, ибо мне стало все равно. Только страшно устал.

Надеюсь, что ты все же немного поправилась и вернулась домой с новыми силами. Желаю тебе много счастья и удач в новом учебном году.

Итак, милая, до свидания до известий с нового моего жили-

Крепко целую и обнимаю

Твой Франц.


169. Н.Ф. Депутатовой

 

28 августа 1952

Милая, дорогая Нина,

С моим переездом в Красноярский край получился полный конфуз. На назначенный для отъезда день, 20/VIII, представитель Облсобеса хотел мне вручить деньги на билет для меня, и добавил, что денег на билет (туда и обратно) для провожатого не отпустили. Так как я без чужой помощи не могу даже

 

- 276 -

делать ста шагов, не говоря уже проехать 2 тыс. км., то я категорически отказался от поездки и остался на старом месте. Целых три месяца три инстанции спорили о том, кому платить за проезд провожатого, и так и не сговорились. Один же я никогда не соглашусь поехать. Теперь эти три инстанции возобновили свой спор; не знаю, чем он кончится, т.е. ассигнует ли кто-нибудь деньги на провожатого или нет. Если дадут провожатого, я поеду, если же нет, то не поеду. Целую неделю я опять сижу на упакованных вещах и жду ответа. Но все пока молчат. Если вопрос не скоро будет решен, то наступит холодная осенняя сибирская погода, и я опять никуда не поеду. Можешь себе представить, как вся эта неразбериха [2] действует мне на нервы и до чего вся эта бестолковщина меня раздражает.

Надеюсь, милая, что ты благополучно вернулась из Щелыково домой и что нога тебя больше не беспокоит. Уже больше недели у нас не было почты, так что давно нет писем от тебя. С 1/IX ты опять на работе. Хорошо было бы, если ты рационально организовала бы свое расписание занятий и домашних работ и экономно расходовала свои силы. Никаких денег мне пока не высылай, пока я тебе не буду специально писать об этом. Все у меня так неустойчиво, неизвестно, останусь ли тут или нет; если да, то к октябрю не будет молока и тогда надо что-нибудь придумать в отношении питания. Придется перейти на рыбий жир, но неизвестно, можно ли его достать в Омске. Одним словом, еще раз повторяю, не высылай денег, пока не буду писать об этом.

Последние 5-6 месяцев в смысле работы над Шиллером пропали у меня даром, так как в этой нервной обстановке и раздражении не в состоянии работать. Пока еще дышу свежим воздухом.

Крепко тебя целую и обнимаю

Франц.

 

- 277 -

170. Н.Ф. Депутатовой170

 

4 сентября 1952

Милая, дорогая Нина,

Хулиганские попытки Облсобеса отправить меня без соблюдения элементарных условий транспортировки тяжелых больных, как это предусмотрено нашими законами, не прекращаются. 1-го числа меня отправили в город для отъезда. Другая организация согласилась дать провожатого, а Облсобес должен был дать только средства на мой переезд. И что же эти хулиганы сделали? Дали на билет и суточные всего - 200 рублей. Когда провожатый узнал в билетной кассе, то выяснилось, что билет до станции в обшем. бесплацкартном вагоне стоит - 200 р. Можешь себе представить мое раздражение: отправить тяжело больного чахоточного человека на 2000 км. в общем вагоне, где 4 суток пришлось бы не только не спать, но даже не ложиться и дышать махорочный дым. Я бы не выдержал там и 10 минут и задохся бы. Провожатый при таких условиях категорически отказался ехать, т.к. он не может брать на себя ответственность за больного. [2] Я со своей стороны вызвал врача (дежурного) который написал тут же справку, что такого больного вообще по правилам ж.-д. транспорта запрещается перевозить в общем вагоне. В Облсобесе теперь в бешенстве и ругают меня и угрожают, что у них денег нет на более дорогие билеты и что они все равно отправят меня и в холод и держать меня в старом доме инвалидов больше не будут. Я со своей стороны тоже рассвирепел и ругал Облсобес, так что наши отношения - прямо на ножах. Конечно, если бы у меня были другие родители, я бы давным-давно показал некоторым распоясавшимся хулиганам из Облсобеса, где раки зимуют. Но так, в теперешнем моем состоянии, я беспомощен. Не знаю, чем все это дело закончится. Наверно, через неделю они предпримут очередную попытку сплавить меня с рук, но если не будут даны новые условия, то я все равно не поеду, потому что это была бы верная и мучительная смерть. [3]

 


170 Письмо написано карандашом.

С. 277. ...если, бы у меня были другие родители... - т.е. если бы Шиллер не был немцем.

- 278 -

Милая, я приехал из города совершенно разбитым и с температурой. Ведь едешь на допотопных телегах, а дорога такая скверная, что даже костей не чувствуешь своих. А погода уже осенняя, с ветрами, а по утрам и вечерам уже холодно. Все это очень грустно. Нервы мои за последние месяцы до того расшатались, кровяное давление до того повысилось, что можно ожидать всего. И зачем эта болезнь меня так долго мучает и не дает мне вечного покоя? Ну какой же толк в такой беспомощной, безрадостной и мучительной жизни? Но ведь ничего нельзя делать: живым в могилу не пойдешь.

Я очень прошу тебя не опечалиться и не брать этих историй близко к сердцу. Только разнервничаешься и повредишь себе и своему здоровью. Смотри на все это так, что человек давным-давно списан со счета жизни, как бы когда-то упал с борта корабля жизни; давным-давно всеми забыт, но по каким-то непонятным капризам судьбы не сразу утонул, а барахтается где-то [4] беспомощно и безнадежно в бушующем море, -или правильнее будет, в грязной луже, - но все равно скоро пойдет ко дну.

Милая, поставим на этом точку и забудем о хулиганах и тяжелых болезнях... Буду сидеть и ждать дальнейших событий.

Последнее твое письмо от 20/VIII из Щелыково я получил. Хоть рад, что твоя нога более или менее сносная. Пока мне не пиши и особенно денег не высылай. Жди, пока я тебе не напишу, останусь ли здесь на зиму, или все же я уезжаю на приемлемых условиях.

Целую тебя крепко

Франц.

P.S. Поздно вечером. Только что из города приезжал спец. сотрудник одной авторитетной организации, к которой я обратился за помощью после скандала 1/IX, и сообщил мне, что Облсобес заставят купить для меня заранее билет в купэ II класса и что я, стало быть, через несколько дней смогу уехать. Хорошо, если оно так и будет.

 

- 279 -

171. Н.Ф. Депутатовой171

 

11 сентября 1952

Милая, дорогая Нина,

Неделя прошла, а от Облсобеса нет никаких известий. Не знаю, отказались ли они от своих намерений, или они измышляют какие-нибудь новые коварства или авантюры с моей отправкой. На предложенные им условия они не согласились и где-то интригуют. А за это время тут уже установилась полностью осенняя погода - с ветрами и заморозками. У меня всю неделю стояла высокая температура с хрипотой и болями в гортани. Дело с горлом нельзя дольше откладывать: если удастся, то завтра отправлюсь в тубдиспансер на рентгеновское просвечивание горла. Я так ослаб, раздражен и в таком плохом состоянии, что даже не знаю, сумею ли поехать. Ведь уже не лето. Да и остаться тут без молока и в темной сырой комнатушке с плесенью тоже не весело. Затрудняюсь даже сказать, что лучше и что хуже - отправиться ли в Красноярский край в такую позднюю пору, если предложат подходящие условия, или остаться тут. Оба выхода - хуже.

Ты меня прости, милая, что мои письма такие невеселые и нехорошие. Я устал до смерти, до того устал, что и думать о чем-нибудь уже лень, просто хотелось бы заснуть навсегда. Хотя бы эти [2] хулиганы сказали: останетесь опять до весны, ни увезем вас тогда-то. А то ведь никакие нервы не выдерживают этого хамства.

Милая, я понимаю, что все эти дела никак не гармонируют твоей живой работой с живыми людьми. И опять я прошу тебя: не порти себе настроения, так или иначе это дело рассосется.

Крепко целую Франц.

Вечером привезли продукты и с возчиком Облсобес припал мне направление Облздравотдела в городск. туб. больницу. Не знаю, что это означает; по-видимому, какую-нибудь проволочку или подвох. Но мне в больницу необходимо с горлом,

 


171 Приписка к письму сделана карандашом.

С. 279. ...эти дела никак не гармонируют с твоей живой работой с живыми людьми. - Имеется в виду педагогическая работа Н.Ф. Депутатовой.

- 280 -

а поэтому завтра поеду. Из больницы напишу тебе несколько строк. Думаю, что буду лежать не больше недели. Там же и узнаю, в чем состоит новая авантюра Облсобеса.


172. Н.Ф. Депутатовой172

 

13/IX 52

Милая Нина,

Второй день нахожусь в городе. В больнице не оказалось места, а поэтому за два дня в виде исключения сделали мне вне очереди все анализы и проверки. Через два часа пойду на последний прием к врачу в тубдиспансер за окончательными результатами. Главное мое опасение, к счастью, оказалось ложным: в горле хотя и все время острый и злостный катар, но туберкулеза гортани пока нет.

Погода сейчас тут стоит чудесная. Очень возможно, даже вероятно, что меня в ближайшие дни отправят. Конечно, если будут выполнены те условия, которые были поставлены после последней неудачной попытки отправить меня в общем вагоне.

Сегодня вечером поеду обратно в Пушкино.

Надеюсь, что нога теперь у тебя в порядке. Пока лучше не пиши, когда будет что-нибудь более определенное, сообщу.

Целую Франц.


173. Н.Ф. Депутатовой173

 

18 сентября 1952

Милая, дорогая Нина,

13/IX вечером я вернулся из города, а завтра утром, 19/IX, я отправлюсь в Красноярский край. Заключение тубдиспансера для Облсобеса свелось в основном к следующему: изолировать меня как больного с открытой тяжелой формой туберкулеза нужно, но для переезда необходимо создать хотя бы минимальные условия и, прежде всего, взять плацкартное место хотя бы в жестком вагоне (для лежания) и отправить только в теплую погоду. В холод нельзя. И вот Облсобес согласился на

 


172 Написано на почтовой карточке, отправленной из Омска 14.9.1952 г. и доставленной в Москву 18.9.1952 г. На лицевой стороне карточки рукой Ф.П. Шиллера написан адрес: "Москва 2 / Староконюшенный переулок / Дом № 36, кв. 8 / Нине Федоровне / Депутатовой".

173 С. 281. ...в комнатушке с грибками. - С плесенью.

РОЭ - реакция оседания эритроцитов, один из показателей состояния крови.

Тибон - противотуберкулезный препарат, применяемый в основном при внелегочных формах туберкулеза.

- 281 -

плацкарту и срочную мою отправку, пока еще стоит теплая года. Это были минимальные требования врачебной комиссии и я также в конце концов согласился, так как не хочется мне тут зимовать без молока, без врача и в комнатушке с грибками. Не знаю, что и как будет в новом месте, - может быть, хуже, но медлить больше нельзя с отъездом, а оставаться здесь я по положению о домах инвалидов не имею права. Итак, этот вопрос, наконец, решен и завтра отправляюсь. В тубдиспансере сделали мне рентген, все лабораторные исследования и проверки. Процесс по-прежнему очень сильный (РОЭ - 40), но разрушение ткани идет очень медленно. ПАСК значительно замедлил и задержал процесс. Врачи были на редкость внимательны ко мне и дали мне массу советов, как дальше поступать, что и как принимать, режим и т.д. Через несколько месяцев я могу повторить курс с ПАСК, но в значительно меньшей дозе. Пока же мне выписали новое лекарство, которое в последние два-три года применяется против туберкулеза наравне с ПАСК [2] и стрептомицином. Называется оно Тибон - весь курс (4 коробочки разной дозировки) лечения рассчитан на 1 месяц. Сколько оно стоит - не знаю. Как я только приеду на новое место, я вышлю тебе рецепт и прошу тебя, если цена не слишком высокая, купить мне это лекарство и выслать мне его. Я не высылаю рецепта сегодня, потому что хочу сперва узнать мнение нового врача, который будет меня лечить в туберкулезном доме инвалидов. А, может быть, у них даже есть это лекарство. Кроме туберкулеза у меня обнаружили второе заболевание, о котором я давно уже знал или, лучше, предполагал - а именно катаральный ринофарингит, т.е. катаральное (хронич.) воспаление всех органов дыхания от носа до легких включительно. Именно из-за этой болезни я вынужден 9 мес. в году сидеть в комнате и не высовывать носа на улицу, т.к. малейшее охлаждение дыхательных органов сразу же вызывает обострение катара. Здесь, в Сибири, вылечить эту болезнь нельзя, надо бы жить в теплом южном климате. Дали ментол, соду и т.д. для временного облегчения.

 

- 282 -

Вот, милая, вкратце все, что дали обследования. Я немного успокоился, т.к. рад, что туберкулез пока еще изолирован в одних легких и не перешел на другие органы.

6 месяцев, милая, я все нервничал из-за этого переезда и фактически ничего не работал. После приезда на новое место сразу же напишу тебе обо всем, а если в дороге будет возможность, дам тебе телеграмму. Но это трудно будет сделать, т.к. я сам не могу выходить из вагона, погода уже не такая теплая, и, кроме того, мне трудно ходить на вокзал.

Пока, милая, всего хорошего!

Крепко целую

Франц.


174. Н.Ф. Депутатовой174

 

28/IX 52

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе только несколько строк. Я приехал сюда полумертвым 23/IX и все эти дни лежу с высокой температурой.

Весь мой перевод сюда был сплошным обманом. Провожатый формально был, на самом деле его не видел. Все свои вещи таскал сам, от поднятия тяжестей всю дорогу шла кровь из легких. Ехал я 5 суток в общем вагоне; в Омске купили для вида билет, на самом же деле он был фиктивный, для сидения, а не для лежания.

Но еще большим обманом оказался новый дом инвалидов. Это вовсе не дом для туберкулезно больных (из 6 бараков только один с туберкулезниками), а чорт знает, что за конгломерат всех болезней и национальностей. Не могу тебе даже описать, что это за дом. Если бы я это знал, я бы никогда сюда не приехал. Хлопотал бы о другом. А теперь зима на носу - никуда не денешься.

Пушкинский дом, откуда я уехал, был просто первоклассный санаторий по сравнению с этим. Примитивизм отчаянный. Деревенские бараки-дома, внутренних уборных нет, потный  и с высокой температурой приходится бегать на задний двор. Питание - черный хлеб, капуста и картошка. Врача нет. Никакого лечения для туберкулезников нет. Ближайший рентген,

 


174 С. 282. Провожатый формально был, на самом деле его не видел. - Как следует из письма Ф.П. Шиллера A.B. Валевскому от 9.10.1952 г. (см. наст.  изд., с. 799), провожатый доехал с ним лишь до Красноярска.

конгломерат - от лат. conglomeralus (скученный), здесь: механич. соединение чего-либо разнородного.

- 283 -

лаборатории и т.д. в гор. Канске, около 90 км. Одним словом, попал я в беду, из которой я навряд ли вырвусь, ибо пережить зиму в таких условиях трудно.

Нина милая, я посылаю тебе в этом письме рецепты на новое лекарство - Тибон. Купи его, если оно не слишком дорогое, причем смотри, чтобы все 4 коробки были по порядку. Кроме [2] того, милая, я прошу тебя, если средства тебе позволяют, прислать мне жиры, ибо мы их тут почти что не получаем: один кгр. рыбьего жира и один кгр. коровья масла (если нет денег, то одно из них). Кроме того, положи в посылочку обязательно столовую ложку и какой-нибудь жестянный чайничек (маленький) и пачку плохого чая, чтобы я мог заварить себе чай. Вот и все. Ни сахара, ни сладостей, ни печенья не клади, ибо ничего сладкого кушать не могу. Если опять положишь что-нибудь сладкого, только огорчишь меня.

Денег мне пока никаких не посылай. Сколько я ни пытался покупать яйца или молоко, ничего не выходит. Если бы я сам мог ходить 2-3 км. в деревню, то может быть с трудом за большие деньги (тут рядом станция) и достал бы, но на чужих людей надеяться нечего. Так что деньги мне пока не нужны, посылай мне жиры (если можешь достать рыбий жир в банках жестян. было бы лучше для упаковки).

Прости, милая, я уже кончаю. Голова кружится, а температура, зверский кашель и пот не отпускают меня ни на минуту (и не знаю, отпустят ли вообще).

Крепко целую

Франц.

Адрес: Красноярский край, Нижне-Ингашский район, ст. Тинская. Дом инвалидов.

P.S. Почта находится на самой станции.


175. Н.Ф. Депутатовой175

 

6 октября 1952 Милая, дорогая Нина,

Со вчерашнего дня высокая температура у меня несколько спала, а также прекратилось кровохарканье. Но осталась жут-

 

 


175 С. 284. Как я тебе... написал в письме от 28/IX, картина очень невеселая. - См. наст.  изд., с. 282-283.

На наше питание отпускается 5 р. 45 к. в день... - Для сравнения: 1 литр молока в то время стоил в тех местах 4 руб. (см. наст.  изд., с. 426).

С. 285. ...о чем он тогда хотел мне писать? - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 9.6.1952 г. (наст.  изд., с. 261).

- 284 -

кая слабость. Начинаю постепенно привыкать к новой мрачной обстановке. Как я тебе уже написал в письме от 28/IX, картина очень невеселая. Прежде всего жилье: деревенский домик, уборная в 150 метрах от него, печки деревенские, с плитой, на которой весь день что-то варят. В комнате нас 7 человек, почти все днем и ночью курят, воздух отвратительный, а форточки нет. Ее считают тут, в тайге, буржуазным предрассудком. И это считается туберкулезным бараком! В Пушкинском доме няни дежурили круглые сутки, а здесь - только 8 часов днем, т.е. фактически няни нет, т.к. она приносит только питание. Врача нет, есть только молодая неопытная медсестра. Еда состоит в основном из черного хлеба и картошки. На основе этих сведений ты сама сможешь себе представить картину нашего житья. На наше питание отпускается 5 р. 45 к. в день; ты сама суди, что с этой суммой можно сделать. Да еще многое зависит от администрации: а за один только 1952 год сменилось 4 директора! Хотя дом стоит не дальше 1 1/2 км. от станции, но тут настоящая тайга. Одна только природа здесь прекрасная. Летом тут, говорят, очень хорошо. На десятки километров сплошной лес - смешанный, хвойный и лиственный. Очень много ягод и еще больше грибов. Урожай в этом году такой обильный, что не успевают его убрать. Погода сейчас уже холодная, ждем каждый день снег.

Конечно, если бы я знал, что это за дом, я бы сюда не поехал. Таких домов в Омской области целых 5. В Пушкинском доме, который является домом повышенного типа, меня бы больше не оставили из-за моей чахотки, но такой дом, как этот, я мог [2] бы найти и в Омской области. А как-никак, там я уже привык к климату и обстановке. А главное, не надо было проделать такой далекой и трудной дороги! Но теперь ничего нельзя уже сделать. Зима на носу, никуда не денешься. Меня обманули и сказали, что это специальный дом для туберкулезно больных инвалидов, а он оказался домом типа, как все, только чем дальше от центра, тем хуже. Придется приспособиться и к этим примитивным условиям и терять воли к жизни. Что я сейчас и делаю.

 

- 285 -

Нина милая, я хотел тебя спросить вот о чем: нет ли у тебя или у близких твоих знакомых (может быть у Милицы Алекс.?) какого-нибудь старенького одеяла на вате? Дело в том, что тут дают только летние одеяла, не ватные, а холода тут большие. Если такое старое ватное одеяло найдется, зашей его и пришли. Его можно сдать на почту и в Москве. Только об одном прошу тебя: не купи нового и не высылай хорошего одеяла, а только старенькое, т.к. здесь много грязи и я не хотел бы пачкать хорошей вещи, которая в случае моей смерти пропадет и вообще хорошая вещь не гармонировала бы со всей остальной обстановкой. Если нет старенького одеяла, то не высылай другого; как-нибудь обойдусь.

Теперь, когда у меня опять постоянный адрес, пиши мне подробнее обо всем, о чем ты летом не писала. В частности сообщи, получила ли ты в июне м-це рукопись о Байроне? Сообщи также, не позвонил ли A.A. Аникст? Если не позвонил, то может быть, ты позвонила бы ему и спросила, о чем он тогда хотел мне писать? Адрес мой не передавай ему; если он хочет написать, то только через тебя. Скажи ему, что я лежу в туб. больнице и неизвестно, когда выпишут.

Крепко, крепко целую

Франц.

Красноярский край, Нижне-Ингашский район, ст. Тинская, дом инвалидов


176. Н.Ф. Депутатовой

 

13 октября 1952

Милая, дорогая Нина,

Письма отсюда до Москвы, по-видимому, идут больше недели, т.к. на мое письмо от 28/IX еще нет ответа.

Постепенно начинаю привыкать к новому дому инвалидов. Разница между ним и старым так велика, что даже трудно писать. Основная разница не только в помещениях, чистоте, в людях, но особенно в питании. Обычное меню: утром овсяный суп, вечером картофельный суп, в обед на первое щи, на вто-

 

- 286 -

рое - картошка. Да плюс черный хлеб. Кто более здоров и зарабатывает в подсобном хозяйстве, тот живет неплохо. Но нам, тяжелым туберкулезникам, на этом питании жить трудно. Ни жиров, ни рыбы и т.д. нет. Если я мог ходить, я доставал бы себе молоко и яйца в деревне (3 км. от нас) или на базаре на станции по воскресеньям (1/2 км.). Но раз не можешь ходить, то и деньги ни к чему, потому сюда, к нам, редко когда что заносят.

Думал, думал я все эти дни, как бы мне устроиться с работой над книгой о Шиллере, которую во что бы то ни стало нужно закончить и послать тебе к весне. Днем тут в палате, где нас находятся 7 человек, совершенно немыслимо что-нибудь писать: вечно шум, ругань и т.д. Но у нас всю ночь горит керосиновая лампа, и вот я уже 2 ночи приспосабливаюсь и пишу по 2-3 часа, так от 10 - 12 часов ночи. Правда, глаза болят, но делать нечего, я обязательно хочу закончить к весне книгу, если я переживу эту зиму. Нужно постараться включить ее в план какого-нибудь издательства, чтобы она могла выйти к 150-летию со дня смерти, т.е. к маю 1955 г. Хорошо было бы пройти все инстан-[2]ции к концу 1953 г. с таким расчетом, чтобы книга была бы включена в издательский план 1954 г. и лишь в крайнем случае - в план 1955 г. Зимою я напишу тебе по этому поводу письмо М.А. Лифшицу. Как там поживает Николай Кал.? Ты, наверно, не виделась с ним с прошлого года? Надо еще и что-то пробовать с рукописью о Байроне. Подозреваю, что A.A. Аникст и хотел поговорить по этому поводу. Может быть, можно было бы устроить книгу в другом издательстве, или же Аникст мог бы согласовать с этими Пузиковыми вопрос о характере и размерах доработки рукописи. Если Аникст тебе больше не звонил, то позвони ему, если тебе это удобно, и спроси его от моего имени относительно этого вопроса о Байроне. Мне хотелось бы еще что-нибудь напечатать при жизни - это было бы большим подспорьем для меня во всех отношениях. Так что, милая, не обижайся, что я даю тебе все новые поручения. Все это не так

 

- 287 -

спешно и займись или в воскресенье или какой-нибудь свободный день.

Не знаю, получаешь ли ты лично "Литер. газету". В старом доме инвалидов мы ее получали, а здесь нет. Здесь ее выпишут только с нового года. Если ты ее лично получаешь и тебе не будет трудно, посылай мне иногда несколько номеров в окт.-декабре, до нового года. Но это, конечно, не обязательно.

Жажду получить от тебя письма. Все это лето было какое-то противное из-за перерыва переписки с тобой. Я ведь живу исключительно думами и мыслями о тебе и только мысленное общение с тобой дает мне силу переносить все эти страшные боли от болезни и другие невзгоды.

Твое расписание занятий я еще получил в Пушкине. Многовато, опять, милая! Но делать, наверно, было нечего, меньше нельзя. Держись крепко и не волнуйся. Как давление крови, как глаза и нога? Крепко целую

Твой Франц.


177. Н.Ф. Депутатовой177

 

28 октября 1952

Милая, дорогая Нина,

25/Х я получил посылку: все было цело, в сохранности. Большое, большое тебе спасибо, милая! Я представляю, сколько хлопот это было для тебя! Теперь я обеспечен всем необходимым до Нового года. Денег мне, пожалуйста, не высылай. На почтовые расходы у меня пока еще есть, а больше здесь ничего и не надо. Моя просьба была бы выслать мне следующую посылку к новому году, ни в коем случае не раньше! В следующем письме я напишу тебе подробно, какие мелочи мне нужны (чернила, бумага и т.п.), особенно же небольшие лекарства, которые тут нельзя достать (от кашля и т.д.). Конечно, милая, ты это делай все в меру, а если ты чересчур перегружена, то я всегда могу обождать. Я думаю так, что до

 


177 С. 288. Сегодня... месяц, что я сообщил тебе свой новый адрес... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 28.9.1952 г. (наст.  изд., с. 283).

Я сегодня отправляю тебе телеграмму... - "Эта и другие телеграммы Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой не сохранились.

- 288 -

весны не надо высылать никаких денег, а приблизительно 2-3 посылки, и все будет хорошо.

Очень, милая, меня беспокоит, что до сих пор совершенно нет писем от тебя. Сегодня ровно месяц, что я сообщил тебе свой новый адрес, а письма нет. Твое последнее письмо было от 30 августа (еще в Пушкине), так что у меня уже 2 месяца нет никаких известий от тебя. Не скрываю, что я из-за этого много нервничаю. По-видимому, ты очень занята и тебе некогда писать. Хорошо, если это так. Ну а я то все беспокоюсь, а, может быть, ты серьезно заболела и лежишь в больнице. Как-то нехорошо получилось, что вот уже полгода я почти что не получаю писем от тебя. Я так сроднился с тобой и живу только мыслью о тебе, так что когда долго нет известий, то становлюсь сам не свой. Но очень возможно, что ты одновременно с посылкой 12/Х отправила и письмо, которое еще не дошло или затерялось. Я сегодня отправляю тебе телеграмму с подтверждением полу-[2]чения посылки, а то пока настоящее письмо дойдет, наверно пройдет не менее двух недель. Сообщаю тебе на всякий случай адрес для телеграмм сюда: Тинская, Красноярской (имеется в виду жел.-дор.), дом инвалидов.

Я тут понемногу  привыкаю к новой обстановке. Ничего не поделаешь. Обманули. Но представь себе, я кушаю черного хлеба больше и охотнее, чем белого в старом доме. А кислая капуста и картошка тоже идут ничего. В связи с тем, что теперь кушаю побольше кислого, у меня исчез хронический недостаток кислотности и я начинаю опять привыкать, - правда, немного, - к сахару. В старом доме я его не мог кушать и он постоянно вызывал расстройство из-за того, что была пониженная кислотность. Был у нас тут недавно врач-туберкулезник. Он все-таки находит, что с моим горлом неблагополучно в смысле туберкулезной инфекции. Прописал тибон, который теперь как раз в посылке и прибыл. Буду принимать весь курс лечения, - поможет ли, не знаю, т.к. тибон в первую очередь против туберкулеза кишечника.

Привыкаю к ночной работе при керосиновой лампе: каждую ночь, когда все спят, работаю приблизительно два часа.

 

- 289 -

Конечно, когда нет температуры. Ох, если бы удалось что-нибудь напечатать! Как только получу что-нибудь положительное от тебя относительно A.A. Аникста, я ему сразу же напишу (через тебя) письмо относительно Байрона.

Милая, ну как ты там живешь с этой нечеловеческой нагрузкой? Иногда жалею тебя, но потом опять думаю - а все-таки лучше так работать, чем не быть в состоянии работать, как вот я. Это в миллион раз хуже. До чего, милая, я страдаю, что я не могу принимать участия в общественно-полезном труде и передавать свои знания другим людям. Я чувствую себя кораблем, выброшенным на берег и разрушаемым там. А как бы такому кораблю хотелось бы плавать по морским просторам... Прости, милая, если я иногда пишу тебе глупости и делаю тебе много хлопот.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


178. Н.Ф. Депутатовой178

 

3 ноября 1952

Милая, родная Нина,

Получил твое обстоятельное письмо от 19/Х. Свалилась гора с плеч! Я боялся, что ты серьезно заболела. Имей в виду, что письма из Москвы сюда идут 9 дней, а посылки - 2 недели.

Меня также беспокоит, почему это проверяют вашу кафедру. Хотя я и не думаю, чтоб для тебя получились непосредственно какие-нибудь неприятные выводы, но для меня давно уже ясно, что хорошо, если тебе удастся удержаться еще год. Надо тебе психологически готовиться к тому, что придется перейти на пенсию и, когда возможно, прирабатывать немного уроками или переводами. Если это случится раньше 1954 года, то все равно ВТЭК тебе даст 2 группу инвалидности, и получишь положенную тебе за выслугу лет пенсию. Надеюсь, что как-нибудь дотянешь до 1954 года.

Посылаю тебе, милая, письмо для Аникста. Зовут его Александр Абрамович, год рожд. около 1910. Фамилия очень

 


178 С. 289. Если это случится раньше 1954 года... - т.е. до достижения Н.Ф. Депутатовой 55 лет - установленного для женщин пенсионного возраста.

Посылаю тебе... письмо для Аникста. - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 3.11.1952 г. (№ 485).

С. 290. ...книги о Шиллере, которую посвящаю тебе... - На титульном листе книги Ф.П. Шиллера "Фридрих Шиллер. Жизнь и творчество" (М., 1955) значится: "Верному другу со школьной скамьи Нине Федоровне Депутатовой, радовавшейся моим успехам в дни счастья и поддерживавшей меня в дни многолетней тяжелой болезни, посвящает эту книгу автор".

...ментол и адреналин с протарголом. - Ментол - антисептическое и местнообезболивающее средство; адреналин - экстракт, применяемый при бронхиальной астме и др.; протаргол - антисептическое и противовоспалительное средство для смазывания слизистых оболочек верхних дыхательных путей.

- 290 -

редкая. Посмотри в книге телефонов Москвы, и если его там нет, то подай заявку в адресный стол (прямо в справочных бюро на улице). Когда узнаешь адрес и телефон, попроси его приехать к себе, передай ему письмо и расскажи ему все. Официально Пузиков книгу не отклонил. Но было бы хорошо, если бы ее можно устроить в другом месте, ибо письмо Пузикова ко мне было фактическим "хитрым" отказом. В общем Аникст лучше знает эти дела и если он согласится взяться за хлопоты, то передай ему рукопись (я тебе на память весною вышлю последний экземпляр вместе с рукописью новой книги о Шиллере, которую посвящаю тебе). Было бы очень хорошо, если бы Аниксту удалось устроить хоть что-нибудь из книги в сборнике или журнале, если целиком ее и ему не удастся устроить.

Милая, высылаю тебе копию своей последней справки из тубдиспансера: там имеется все, что врачу необходимо. Оригинал я не могу достать, он пришит к протоколу ВТЭК, разрешили снять только копию. Но ведь для врача все равно, копия или оригинал. Думаю, что в моей тяжелой и запущенной форме туберкулеза, сопровождаемого еще десятком других хронических заболеваний, и все травы бесполезны, но все же, если денежные средства тебе позволяют, сходи к женщине-врачу и узнай, сможет ли она чем-нибудь помочь или облегчить. Но повторяю, если прием дорого обойдется, то навряд ли стоит сходить.

Прилагаю тут два рецепта - на ментол и адреналин с протарголом. [2] Они вместе стоят всего около 2 рублей, но здесь этих лекарств нет, а горло у меня все больше ухудшается, а ментол и адреналин хоть немного смягчают боли. Пришли эти лекарства вместе с посылкой к новому году, а пока у меня еще есть немного адреналина из Омска.

Относительно посылки к новому году (раньше ни в коем! случае не надо посылать, а также никаких денег). Я имею, конечно, в виду, если с работой у тебя все останется по-прежнему. Тогда я просил бы вложить в посылку: два кгр. ж ров (1 кгр. рыбьего и 1 кгр. топл. масла - можно тоже в бу-

 

- 291 -

тылках, которые обвертывай только бумагой, а не материей - они не разобьются). Жиры - это основное, все остальное не важно. Но если средства тебе позволят, то можешь купить немного балыка (копченой рыбы), или банку "кильки", или коробочку мягкого сыра - если есть. Если в молочных магазинах есть сухое молоко (сгущенного не нужно), то возьми немного. Сахара пока не нужно. Возьми 250 грамм дешевых конфет - я их совсем не кушаю, но когда посылка приходит, то нужно же чем-нибудь угостить товарищей по палате - а их 6 человек. Дыры затыкай газетами, а то можно взять и меньший ящик, если есть.

Кроме того, я просил бы вложить в посылку несколько вещей, которых тут никак не достанешь: флакон чернил, несколько перьев, небольшую записную книжку для ежедневной записи температуры, несколько школьных тетрадей (или одну общую) для бумаги (письма, всякие черновые наброски для о Шиллере), 2 шпульки ниток (белые и черные), отрывной календарь на 1953 год (а то совсем теряешь тут летоисчисление). Вот, кажется, пока и все. Еще повторяю, все это в меру возможности, по твоим средствам. Если вышлешь посылку через месяц, т.е. около 10-14 декабря, то она придет на новый год. Ее хватит мне вполне на 2 месяца, до марта.

Нина милая, ты пишешь о возможной поездке сюда. Для меня это была бы просто невыразимая радость. Но ведь думать надо же не только обо мне, а прежде всего о тебе, и это гораздо важнее. Видишь ли, милая, сюда ехать - ровно 7 суток, да 7 - обратно, да билет в оба конца тысяча рублей. А отпуска у тебя 2 месяца, [3] и с такой поездкой ты не можешь отдохнуть и поправиться. Кроме того ты могла бы тут жить только в соседней деревне (2 км. от нас), а с квартирой и питанием тебе будет неважно (только молоко и яйца). Но самое главное и неприятное для тебя было бы - тут все лето много комаров и мошкары, а ты не привыкла к ним и тебе было бы тяжело с ними. Так что, милая, навряд ли этой приятной мечте суждено осуществиться...

 

- 292 -

Я постепенно привыкаю к примитивной обстановке у нас тут. С 28/Х у нас уже настоящая зима, много снега и 6-8° мороза. Здоровье, конечно, плохое, но как-нибудь пока держусь на ногах. Очень затруднительное дыхание, постоянные боли в области сердца, легких и главное - горла. Постоянно простужен, отовсюду сквозит. Но несмотря на это, по ночам пока пишу 1-2 часа. Лишь бы не было высокой температуры. В течение октября я принял опять 200 гр. ПАСК, который значительно понизил температуру. Сейчас приступил к приему тибона (на 2 месяца, до нового года). Все это немного облегчает, задерживает, но ничего существенного не меняет в ходе болезни, которая в целом, понятно, с каждым месяцем все ухудшается и ухудшается, ибо активный процесс ни на минуту не прекращается.

Ну, милая, на сегодня хватит. Желаю тебе всего хорошего и доброго здоровья!

Крепко целую и обнимаю

Твой Франц.


179. Н.Ф. Депутатовой179

 

10 ноября 1952

Милая, родная Нина,

Сегодня утром мне принесли твою телеграмму, посланную 9/XI в 18 часов. Я очень благодарен тебе, что вспомнила о моем дне рождения. В обстановке, в которой я живу, можно самому забыть о нем. Итак, милая, мне сегодня 54 года! Как безрассудно жизнь у меня проходит! Тянешь, тянешь ее как усталая лошадь в оглоблях и часто думаешь словами Л.Н. Толстого, когда же она придет, эта "распряжка и вывод из оглобель жизни? Но пока еще тянешь эти оглобли, то нужно все же думать о том, чтобы облегчить себе тяжесть и бремя жизни сделать ее хоть чем-нибудь полезной.

Третьего числа я направил тебе письмо к A.A. Аниксту. Если найдешь его адрес, попроси его прочесть рукопись о Байроне, может быть, он что-нибудь найдет, куда ее опреде-

 


179 С. 292. Третьего числа я направил тебе письмо к A.A. Аниксту. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 3.11.1952 г. (наст.  изд., с. 289).

С. 293. Это уже будет моей последней работой. - После этого Ф.П. Шиллер написал еще книгу о Г. Гейне.

С. 294. Она кончает когда - в 1954 или 55 г.? - Племянница Н.Ф. Депутатовой Елена окончила МГУ в 1954 г.

- 293 -

лить. Я же тут решил, несмотря на все противные невозможные условия, во что бы то ни было закончить книгу о Шиллере. Это уже будет моей последней работой. Думаю ее закончить к весне. Пока я держусь на ногах, пишу ежедневно по ночам 2 часа. Но боюсь, что вот-вот опять ляжу. У нас уже почти неделя стоит отчаянный мороз 30-35°. Мне бы нельзя и носа высовывать за дверь, а приходится все время далеко ходить в уборную, да еще дальше в баню. Следующую баню я боюсь как чорта. А в палате тут купаться нельзя, как это было в прежнем доме инвалидов. Боюсь, что эти невозможные примитивные деревенские условия и доконают меня, как тяжелого больного. Думал я о переезде в районную больницу, где имеется туберкулезное отделение. Но там условия не лучше, а еще хуже, и два наших больных, [2] которые недавно туда переехали, уже умерли оба. Так что придется зимовать тут, а весною видно будет, каково будет мое состояние.

Получил я сегодня и письмо от Нины Ильиничны. У нее все по старому; я очень рад, что ей прибавили зарплаты.

Я с нетерпением жду результаты обследования вашей кафедры. Очень надеюсь, что тебе не будет никаких неприятностей. Ты наверно так перегружена работой, что и не спишь и не ешь, как следует. Хоть бы как-нибудь выдержать до зимних каникул.

Милая, я в последнем письме написал тебе, что бы я хотел получить в посылке к новому году. Имей в виду, что если у тебя будет туговато с деньгами, то не трать ничего и не высылай ничего. Кроме того, не трать ничего на посуду для масла. Если не хочешь посылать его в бутылках (а это вполне возможно), то купи не масло, а шпик, который можно обвертывать только толстой бумагой. Но вообще то топленое масло гораздо рациональнее расходовать.

Нина родная, думаю постоянно о тебе. Не знаю, чем бы во всех отношениях я жил, если бы тебя не было! Милая, только береги себя, следи за своей печенью и кровяным давлением. В этом году ты не лечишься у гомеопата? Или давление сейчас у тебя не высокое?

 

- 294 -

Как Оля ваша? устроилась опять на работу или же она теперь на иждивении мужа? Ляля ваша, по-видимому, уже на четвертом курсе? (или на третьем?). Она кончает когда - в 1954 или 55 г.?

Не обязательно, милая, чтоб ты писала мне большие письма. Я знаю и чувствую, какая ты всегда усталая. Пиши мне раз-два в месяц несколько строк, чтобы я не нервничал. А жизнь твою я и так могу себе представить.

Всего хорошего, милая! Крепко, крепко целую

Твой Франц.


180. Н.Ф. Депутатовой

 

17 ноября 1952

Милая, родная Нина,

Пишу тебе лишь несколько строк, так как у меня с 12/XI приступ.

Одеяло получил 12/XI, как раз кстати; в этот день у меня начала повышаться температура, и теперь я могу накрываться, как следует.

Вообще же мне тут плохо в этих ужасно примитивных деревенско-таежных условиях. Постоянный сквозняк в комнатах, т.к. стены не замазаны, вечный угар, уборная в 200 м. в лесу, баня на полкилометра от нас и т.д. - все это создает непрекращающиеся возбудители для постоянной простуды, самого опасного явления для тяжело больных туберкулезников. У меня не только вечный насморк и катар всех дыхательных органов, но теперь я совсем оглох, т.к. здесь уже получил воспаление среднего уха, от которого повреждена окончательно барабан, перепонка правого уха. Левая пропала у меня уже в 1949 году. Что ни месяц, то хуже.

Жиров мне хватает до 1/I. Так что, если ты отправишь посылочку в воскресенье 14/ХII, то она придет как раз к новому году. Если у тебя неважно с деньгами, то сделай посылочку поменьше и кроме кгр. жиров ничего не посылай.

 

- 295 -

Прости, милая, мне нехорошо, и я кончаю.

Целую тебя крепко, крепко!

Твой Франц.


181. Н.Ф. Депутатовой181

 

26 ноября 1952

Милая, родная Нина,

Пишу тебе опять только несколько строк. Приступ у меня этот раз очень продолжительный. Два дня было лучше, и я написал Нине Ильин. письмо, а теперь опять хуже. Это оттого, что бытовые условия тут жуткие - один сквозной ветер в палате - трудно будет эту зиму пережить, сомневаюсь, что выдержу до лета.

Твое письмо от 9/XI получил. То, о чем ты там пишешь, я уже написал тебе 3/XI. Сегодня я приложу письмо к Михаилу Александровичу Лифшицу. Живет он по адресу: Лаврушинский пер., д. № 10, кв. 10. Это - собственно адрес его второй жены - Лидии Рейнгардт, моей бывшей аспирантки, к которой еж переехал. Посмотри в телефонной книге - под Лифшиц или Рейнгардт - и если у него есть телефон, то условься с ним о встрече. Если же телефона нет, то поезжай как-нибудь в свободный день - это ведь не так срочно.

Нина Ильин. написала мне, что ты прямо страшно занята, но все такая же прелесть, как раньше. Я что-то тоже все боюсь, как бы ты не свалилась. Ох, если бы что-нибудь вышло хоть с одной из двух книг! Но ты не думай, что у меня есть какие-то иллюзии - их давным давно нет. Но ведь трудно жить без каких-[2]бы то ни было мыслей, надежд. Я все понимаю и знаю, что А. А. А. тоже не persona grata и что его возможности и влияние очень ограничены. Ну что же делать? Если не суждено, так пусть будет так.

Ты спрашиваешь, может ли Нина Ильин. принять участие в приготовлении посылки? Я это предоставляю тебе, но думаю, раз она теперь получает 2 тыс. руб. в м-ц, то можно и согласиться на участие. Только очень прошу вас, не перебарщи-

 


181 С. 295. ...А.А.А. тоже не persona grata... - Persona grata - желательное лицо (лат.). По свидетельству Ф.Ф. Шиллер, A.A. Аникст подвергался преследованиям в ходе кампании "борьбы с космополитизмом" (кон. 40-х - нач. 50-х гг.).

- 296 -

вайте и посылайте мне только то, о чем я просил и ничего больше.

Прости милая, я очень устал и кончаю на сегодня.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


182. Н.Ф. Депутатовой182

 

8 декабря 1952

Милая, дорогая Нина,

Эта зима для меня здесь очень тяжелая. Уж очень примитивны эти деревенские жилищно-бытовые условия для тяжелого больного. Барак наш - бывший старый амбар, в котором прорубили окна, но так оставили все по-прежнему. Щели не замазаны ни снаружи, ни внутри, а только заделаны мохом. Отсюда страшный сквозняк; весь день топят печку и плиту - и тогда около печки 35° тепла, а у стен около 0°. Отсюда у меня вечная простуда больных легких, обострение процесса, постоянная небольшая температура, обильный пот и, главное, страшный мучительный кашель. Зима у нас холодная, все время температура колеблется от 20 - 50° мороза. При таком морозе приходится ходить в уборную в 200 метрах от барака, и в баню на расстояние около километра. Условия для тяжелого чахоточного человека очень тяжелые, и я мучаюсь бесконечно.

У меня память стала исключительно плохая. Но если не ошибаюсь, то я послал тебе все, о чем ты просила относительно содержания посылки. У меня все так точно рассчитано, что жиров хватит точно до 1 января. Одно время я мог кушать немного сахару, а теперь желудок его опять не переносит. Питание очень однообразное и очень быстро надоедает. Все считаю недели и месяцы, сколько их осталось до наступления тепла, чтобы можно было бы опять выходить на улицу и в сосновый и березовый лес. Говорят, что здесь очень много малины, земляники и всяких других ягод, так что летом инвалиды живут почти исключительно на ягодах, которые они себе собирают [2] тут же рядом в лесу. Черный хлеб, капуста и кар-

 


182 С. 296. ...я послал тебе все... относительно содержания посылки. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 3.11.1952 г. (наст.  изд., с. 290-291).

- 297 -

тошка как ежедневная пища очень стандартны и быстро надоедают.

Люди тут какого-то особого рода, - очень крепкие, но нравы крайне крутые, грубые, совсем не в моем духе. Но ничего не поделаешь. Не хочется больше переехать еще куда-нибудь, да и некуда. Терпи и все. Судьба такая.

А ты, бедная, наверно опять так намучилась работой, что и писать некогда. Твое последнее письмо было от 9/XI. Все боюсь, как бы ты не свалилась от такой перегрузки работой. Нина Ильин. мне тогда писала, что у тебя гораздо больше нагрузки, чем у нее. Я понимаю, что иначе никак нельзя было поступать. Раз ты хочешь сохранить работу еще на два года за собою, то приходится делать все, что на тебя взваливают. Прикрепили тебя к кому-нибудь для подготовки кандидатского минимума? Как ваша Оля? Она сейчас не работает или так дает уроки англ. языка?

Кончаю, устаю сидеть, больше лежу. Желаю тебе всего, всего хорошего, и прежде всего здоровья, чтобы ты опять выдержала до каникул! Ты уже что-нибудь сообразила, как их будешь проводить? Может быть, куда-нибудь поедешь?

Целую крепко, крепко

Твой Франц.

9/ХII. Нина милая, я вчера забыл отдать почтальону письмо, а сегодня он принес мне твое от 29/XI. Пришлось открыть запечатанное письмо перед отправкой, и я повредил конверт немного.

Сочувствую тебе с твоими зубными болями! Хуже нет ничего на свете. Удивляюсь, как ты со всем этим еще справляешься с работой в институте и с домашними работами.

Целую Франц.


183. Н.Ф. Депутатовой183

 

18/ХII 1952

Милая, родная Нина,

Сердечно поздравляю тебя с наступающими праздниками и с Новым годом! Одновременно поздравляю тебя и с днем рож-

 


183 С. 297. ...с наступающими праздниками... - с праздником Рождества (у католиков и лютеран - 25 декабря).

- 298 -

дения, который тоже уже недалек! Итак, ты дожила до 54-х лет и скоро наступит 55-ый! Желаю тебе, родная Нина, чтобы ты встретила Новый год и день рождения в добром здоровье, радостно и в кругу родных и хороших друзей. Когда у тебя соберутся старые друзья, передай им мои лучшие пожелания к новому году, и когда будете выпивать за здоровье знакомых и друзей, не забывайте и меня в далекой сибирской тайге!

У меня с болезнью все по-старому, только с горлом стало лучше. Тибон - лекарство, которое ты мне прислала в посылке в октябре, - хорошо подействовало. Самое страшное для меня - это вечная простуда из-за плохих жилищно-бытовых условий. Воспаление правого уха почти полностью лишило меня остатка слуха (на левом я оглох уже в 1949 году). Кашель, пот и [2] очень много мокроты - это постоянные мучения и никогда не покидают меня. С температурой сейчас несколько лучше, тибон уменьшает ее.

У нас страшно суровая зима, много ветров. С нетерпением жду, когда же опять наступит тепло. Но это еще долго. Самое неприятное, что все время приходится лежать или сидеть в палате с очень нервными и тяжело больными людьми, а отсюда вечная ругань, споры, ссоры и т.д. Я, конечно, никогда ни во что не вмешиваюсь, ни с кем не спорю, а держусь совсем спокойно и выдержанно. Но уж очень мне все это надоело; летом можно уходить на целый день и посидеть где-нибудь на дворе, в лесу или на огороде. Тогда по крайней мере не слышишь весь день этот непрерывный поток нецензурных ругательств и постоянных идиотских драк. Вот эта несносная среда является самым страшным злом в домах инвалидов, и счастлив тот, который от этого избавлен.

Когда у тебя будут зимние каникулы? Вероятно, как обычно, в начале февраля, или начиная [3] с 20 января по 10 февраля? Кажется, так было раньше в вузах. Ты уже придумала, что I будешь делать во время каникул? Поедешь куда-нибудь отдыхать, или поедешь опять гостить в Ленинград или еще куда-нибудь?

 

- 299 -

Ты что-то мало пишешь в этом году о состоянии своего здоровья - как кровяное давление, как печень, как глаза? Не думаю, чтобы здоровье твое в этом году было бы лучше, чем раньше, скорее наверно хуже, но у тебя просто, по-видимому, нет времени сходить к врачу и следить за своим здоровьем. Боюсь, как бы ты не свалилась с ног.

Желаю тебе всего хорошего, милая!

Крепко целую

Твой Франц.


184. Н.Ф. Депутатовой184

 

24 декабря 1952

Милая, дорогая Нина,

Посылку от 13-го, письмо от 14-го и телеграмму от 20/ХII я все получил в один день - 22/ХII. Посылка дошла очень быстро и была в полной сохранности. Сердечное тебе спасибо, милая, за все твои хлопоты и расходы! Теперь я опять обеспечен всем необходимым, а главное - жирами - до 1-го марта.

Относительно "Лит. газеты" не беспокойся. С 1-го января ваш дом ее получит.

Спасибо тебе за передачу письма Мих. Александровичу. Посмотрим, что будет дальше. У меня не осталось уже давным-давно никаких иллюзий. Но заниматься нужно было чем-нибудь, иначе ведь с ума сойдешь. Кроме того, меня так тянуло к этой книге о любимом моем поэте! Работа пока идет вперед, несмотря на мое слабое состояние. Днем по возможности отдыхаю, а поздно вечером, когда в палате все заснули, работаю, если нет температуры - по полтора-два часа. Конечно, условия крайне трудные для умственной работы, но я без нея не могу жить, особенно зимою, когда не могу выходить на свежий воздух. Когда [2] наступит тепло, я весь день буду сидеть опушке соснового леса и подышать свежим воздухом. Но к наступлению тепла я, по-видимому, успею закончить рукопись книги. Думаю, так к началу апреля.

 


184 С. 299. Спасибо тебе за передачу письма Мих. Александровичу. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 26.11.1952 г. (наст.  изд., с. 295).

...о любимом моем поэте... - Фридрихе Шиллере.

С. 300. ...твой словарь будет выпущен вторым изданием. -См. прим, к с. 74.

"Высшая школа" - журнал под таким названием издавался в 1936-1938 гг. С 1940 г. в Москве выходил ежемесячный пед. журнал "Вестник высшей школы".

...о твоем кандидатском минимуме по философии. - Кандидатский минимум - совокупность экзаменов, которые необходимо сдать для допуска к защите кандидатской диссертации. В СССР, наряду с экзаменами по специальности и иностранному языку, в обязательном порядке включал в себя экзамен по "марксистско-ленинской философии".

...работы И.В. Сталина "Вопросы языкознания и марксизм" и "Экономич. проблемы социализма в СССР". - Первая работа называлась "Марксизм и вопросы языкознания". Эти сочинения, изданные в начале 50-х гг., были последними работами Сталина и подлежали в тот период изучению во всех учебных заведениях.

...три главы об истор. и диалект. материализме в "Кратком курсе"... - В гл. 4 книги "История ВКП(б). Краткий курс" (1938 г.) была включена работа И.В. Сталина "О диалектическом и историческом материализме".

...в осенней приемной комиссии... - в приемной комиссии в вузе, где работала Н.Ф. Депутатова.

С. 301. ...много литовцев и западно-украинцев. - Речь идет о спецпоселенцах. В 1-й половине 50-х гг. литовцы и западные украинцы ("оуновцы", от ОУН - Организация украинских националистов) составляли (наряду с российскими немцами, калмыками, другими выходцами из Прибалтики) наиболее многочисленные группы спецпоселенцев в Красноярском крае. Находившиеся в доме инвалидов литовцы (в большинстве своем католики, единоверцы Ф.П. Шиллера) участвовали в его похоронах. На фотографии могилы Шиллера, опубликованной в настоящем издании, видна траурная лента с надписью на литовском языке.

- 300 -

Я очень рад за тебя, милая, если твой словарь будет выпущен вторым изданием. Только напрасно ты принижаешь научный характер своего труда. Составить словарь такая же самостоятельная научная работа, как любая другая, - относится ли она к литературе, точным наукам и т.п.

Я тоже нахожу, что ты напрасно согласилась сделать доклад на такую тему, как "Самостоятельная работа студентов". На эту тему уже в мое время никогда не могли находить докладчиков. Но что тут скажешь нового? На всякий случай просмотри существующий какой-то студенческий журнал и журнал "Высшая школа" (может быть, он теперь называется иначе?). В старое время там иногда печатался материал по твоей теме.

Много я думал о твоем кандидатском минимуме по философии. В нашем возрасте все это трудновато, поскольку память у нас уже не та, как в молодые годы. Но я думаю, что требования [3] к вам, преподавателям иноязыков, будут предъявлять не очень высокие. Самое важное для вас - это работы И.В. Сталина "Вопросы языкознания и марксизм" и "Экономич. проблемы социализма в СССР". Прибавь сюда три главы об истор. и диалект, материализме в "Кратком курсе" и обычную маркс.-ленинскую литературу, которую вы проходите в полит. кружке, - то это и будет все основное. Вас же ведь не будут спрашивать и экзаменовать, как аспирантов по общественным дисциплинам.

Раз ты уже дала согласие на работу в осенней приемной комиссии в августе, то поздно тебе отсоветовать. Но имей в виду, что будущий учебный год тебе будет казаться бесконечным. Нужно тебе сейчас уже, во время зимних каникул, думать об организации своего отпуска в июне-июле. Я был бы бесконечно рад, увидеться с тобою, но, милая, условия быта и жилища тут таковы, что ты со своим больным желудком и печенью не сможешь отдохнуть и поправиться. А так приехать только на несколько дней (сюда и обратно заняло бы 14 дней) не подходит, поскольку это испортило бы тебе весь отпуск. Думаю, что [4] все же лучше всего было бы поехать

 

- 301 -

опять в дом отдыха или на рижское взморье, которое все очень хвалят.

Милая, ты спрашиваешь, какие люди со мною живут в доме инвалидов и как они ко мне относятся. Тут целый конгломерат национальностей, много литовцев и западно-украинцев. Есть немало и местных сибиряков. Между собою они много ругаются, но ко мне все относятся хорошо, потому что и я ко всем людям отношусь хорошо. Тяжело не их отношение ко мне, а постоянно быть свидетелем их споров и дрязг между собою.

Нина милая, еще раз поздравляю тебя с днем рождения и желаю тебе хорошего здоровья и много счастья!

У меня сейчас температура снизилась, горло успокоилось, так что даже никаких лекарств от горла сейчас не принимаю. Наоборот, уши и общая простуда легких (особенно кашель) меня беспокоят постоянно.

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


185. Н.Ф. Депутатовой

 

2 января 1953

Милая, родная Нина,

Письмо от 22/ХII и телеграмму от 30/ХII получил днем 31/ХII. Как видишь, посылка и письма всё пришло во время. Спасибо тебе, родная! Я всю ночь на 1-ое не спал и все время только думал о тебе. Милая, ведь ты одна осталась у меня, все меня забыли, даже родная дочь не хочет меня знать. Письма я получил к Новому году только от тебя. Я мог бы ожидать еще от Нины Ильиничны, но она, по-видимому, не успела написать.

Милая, когда я читал о всех твоих нагрузках на второе полугодие, то просто закружилась голова. Как же ты успеваешь? Это какое-то чудо. Как я боюсь, что ты не выдержишь! Мне очень неловко, что я со своими просьбами еще увеличиваю твою работу и хлопоты. Но, милая, кроме тебя у меня уже никого нет, а жить на том, что тут дают, очень трудно для

 

- 302 -

больного человека. На 1953 год мне надо бы получить еще две посылки - к 1 марту и к 1 маю, а всё лето мне ничего не надо, до октября месяца. Дело в том, что у меня еще остались кое-какие старые тряпки у моей бывшей Омской хозяйки, у которой я жил до поступления в дом инвалидов, [2] и я ей недавно написал, чтобы она их продала на базаре и выслала бы мне к весне деньги. По-моему расчету их должно хватить на молоко на летний сезон. Так, что, милая, как-нибудь сделай мне эти две посылочки до 1/III и 1/V, а там до осени ничего не нужно. И так как ты всегда просишь, чтобы я заранее написал, что мне нужно, то я сообщаю, что мне нужно в посылке к 1/III. 1) кгр. рыбьего жира; 2) кгр. топленого масла (упаковка того и другого - как в посылке к 1/I); 3) кгр. дешевой чайной (мягкой) колбасы на рублей 15. И больше ничего. Чая не нужно, потому что все равно не пью. Сахар свой отдаю. Мыла у меня хватит до осени. Да - если тебе не трудно - наш портной просит вложить две катушки (шпульки) белых ниток, т.к. их тут нет. Кроме того, я вкладываю здесь свой старый рецепт на ТИБОН: его нужно повторить. Был районный туберкулезный врач, который говорит, что та порция, которую я принял, составляет лишь половину нормы, и поэтому нужно принять еще столько же. И так как ТИБОН хорошо действует на горло, на кишечник и вообще на мой организм, то я хотел бы вторую [часть] нормы приурочить к самым опасным для чахоточных весенним месяцам - марту и апрелю. [3] Вообще и ПАСК значительно уменьшает мне кашель и температуру, но тибон действует еще лучше, и поскольку он, кажется, значительно дешевле обходится, чем ПАСК, то будь добра и устрой мне это дело с рецептом на тибон к посылке к 1/III. Если ты ее отошлешь числа 15-20 февраля, будет очень хорошо. Но это только в том случае, если у тебя хватит на все, о чем я прошу, денег. Если их не хватит, то пропусти топленое масло. Если в ящике останется пустое место, то затыкай его стружками, a не рубашками и т.п.; их у меня уже столько набралось, что не знаю, как мне их тебе обратно отправить.

Климат у нас здесь очень суровый: уже третий день стоит 58° мороза. В гор. Красноярске гораздо теплее - всегда на 10-

 

- 303 -

20°. Мы находимся на 370 км. восточнее и входим уже в другой климатический район, который гораздо холоднее. Я с таким нетерпением ожидаю потепления и начала весны, чтобы можно было бы и нам, тяжелым туберкулезным, выходить на солнышко и погреться. А то ведь целых 8 месяцев сидишь или лежишь в палате и греешься у печки. Не знаю, можешь ли ты себе даже вообразить [4] такое тягостное положение для больного человека. У меня много надежды на лето, потому что кругом сплошной сосновый лесной массив. Все лето ничего не буду ни писать, ни читать, а с утра до ночи сидеть под соснами и дышать лесным воздухом. Сейчас мне в палате очень трудно дышать, т.к. дышу только одним (и то больным) правым легким, и кроме того, в палате у нас плохой воздух, вечно угар, дым, сквозняки.

Ну - хватит обо мне.

С восхищением, милая, все думаю о тебе, с каким упорством, силой воли и исключительным трудолюбием ты справляешься с этой нечеловеческой нагрузкой и находишь еще время помогать другим! Оля ваша не смогла устроиться на работу?

Пиши, как ты отпраздновала свой день рождения, кто был из старых знакомых, и как они живут. Как Милица Александровна?

Еще раз, милая, сердечное тебе спасибо за все!

Крепко, крепко тебя целую, милая,

Твой Франц.


186. Н.Ф. Депутатовой186

 

26/1 53

Милая Нина,

У меня уже шестой день обострение процесса легких и поэтому не в состоянии писать. Позвони A.A. и передай ему, что я письмо его и фотокарточку получил. Поблагодари его сердечно за добросовестное и хорошее отношение к рукописи о Байроне. Было бы, конечно, хорошо, если что-нибудь получилось бы. Скажи ему, чтоб он обязательно прислал мне свои

 


186 Написано на почтовой карточке, отправленной из п/о Тины 26.1.1953 г. и доставленной в Москву 3.2.1953 г.

С. 304. ...они меня больше интересуют, чем художественная фотокарточка. - A.A. Аникст занимался художественной фотографией и посылал Ф.П. Шиллеру свои работы.

- 304 -

любительские фотоснимки, они меня больше интересуют, чем художественная фотокарточка.

Когда я на ногах и могу по несколько часов писать, жизнь как-то приятнее проходит. Но нет ничего хуже этой высокой температуры, страшно ослабляющего весь организм пота и мучительнейшего кашля! А тут еще кругом все эти неминуемые в общежитии дрязги и кляузы...

Надеюсь, милая, что ты на ногах и сейчас все-таки немного отдыхаешь.

Целую Франц.


187. Н.Ф. Депутатовой187

 

2 февраля 1953

Милая, дорогая Нина,

Письмо твое от 24/I получил. Оно вызвало у меня тревогу относительно твоего здоровья. Боюсь, что в один прекрасный день свалишься как Хвостов, которого я хорошо знал и очень уважал. Прекрасная была душа!

От Нины Ильиничны в тот же день получил письмо с списком книг о Шиллере. Больше мне ничего не нужно, этого вполне достаточно для моих надобностей. Мне ведь нужно было всего несколько названий книг для библиографии в конце книги. Я сегодня же отвечаю Нине Ильин.

Милая, не надо обращать внимания, если я иногда нервничаю. Удивительно не это, а удивительно то, что я давным-давно не сошел с ума. Бывают дни, когда я не в состоянии справляться с нервами; но ведь пока письмо доходит до вас, такие настроения уже исчезли, появлялись вновь, и опять исчезли. Кроме сердечных схваток меня особенно нервирует состояние полной глухоты, когда ты совершенно изолирован от людей и обречен на общество одних только книг и газет. Но я понимаю, что не только мне тяжело, но тебе [2] и Нине Ильиничне тоже тяжело, и поэтому я не имею права тревожить вас еще и своими горестями, что их хватает и у вас. Я все это отлично понимаю, но иногда не выдерживаешь этого здравого взгляда на вещи и ляпнешь что-нибудь несуразное.

 


187 С. 305. У меня... было в памяти, что ты родилась 1-го января по ст. ст. и поэтому теперь справляешь день рождения 14/1. - Н.Ф. Депутатова родилась 14(26) января 1899 г.

- 305 -

Относительно дня твоего рождения я, стало быть, ошибся. У меня почему-то издавна было в памяти, что ты родилась 1-го января по ст. ст. и поэтому теперь справляешь день рождения 14/I. Очень рад, что ты оказалась на 2 недели моложе, чем я думал. Это, говорят, хорошая примета.

В своей работе над книгой я отстал. Сперва у нас дней 7 не было керосина, и я не мог писать; затем приступ отнял 10 дней. Теперь, когда высокая температура прошла, постараюсь наверстать упущенное. Работа над книгой - единственная моя радость в моем печальном и безнадежном существовании. Я вкладываю в нее всю душу, и если она никогда не будет напечатана, то я люблю ее не меньше, так как она здесь мой единственный друг, который окрашает мою тусклую и никому ненужную жизнь. [3]

Нина родная, неважно, если тебе иногда некогда, и ты не в состоянии регулярно мне писать. Милая, я и так всегда чувствую твою близость и знаю, что ты любишь и не забываешь меня. Гораздо важнее, чтобы ты чувствовала предел своих сил и остановилась во время, не слишком переработалась. Я понимаю, что все это - одни слова, и что конкретная, практическая жизнь толкает тебя на сверхутомление. Но все же, милая, в какой-то степени, все это можно тормозить; я это знаю по своей практике, когда я в свое время одновременно вынужден был работать в 14 учреждениях.

Ну вот - кажется, на сегодня все.

Целую тебя, милая, родная, крепко, крепко!

Твой Франц.


188. Н.Ф. Депутатовой188

 

9 февраля 1953

Милая, дорогая Нина,

Прилагаемое письмо передай Алекс. Абрам. Если тебе некогда, то лучше всего вложить письмо в новый конверт, написать адрес A.A. и опустить его в почт. ящик. Через день оно будет у него в руках.

 


188 С. 305. Прилагаемое письмо передай Алекс. Абрам. - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 9.2.1953 г. (№ 486).

С. 306. ...с последними библиографическими сведениями. - По просьбе Ф.П. Шиллера Н.И. Непомнящая собрала новейшие библиографические данные для его книги о Фридрихе Шиллере.

...как манну небесную... - Манна небесная, согласно Библии, чудотворное появление хлеба с небес (Исх 16).

- 306 -

Получил еще открытку от Нины Ильин. с последними библиографическими сведениями. Нина Ильин. чересчур добросовестна, так что даже стесняюсь просить ее о чем-нибудь. Ведь это ее вторичное хождение в старое здание Ин-та было излишнее, т.к. первый библиогр. список содержит уже больше материала, чем мне понадобится.

Эти дни и ночи усиленно занят книгой, так как самочувствие мое очень плохое и я боюсь свалиться так, что о работе уже и думать не придется. А книгу мне во что бы то ни стало нужно закончить и послать рукопись тебе. Лишь тогда я буду спокоен.

О суровости зимы у нас ты, как москвичка, даже не можешь иметь представления. Все время 40,35, да 45°. Уже пять месяцев дышу одним только больным легким - угар, копоть, махорочный дым и чорт знает еще какие гадости! Я просто [2] задыхаюсь. А если выходишь в холодный коридор, то сразу простуживаешься. Жду как манну небесную весеннее тепло, когда можно опять выходить на солнышко и подышать свежим воздухом. Но доживу ли до этого?

Милая, ты в последнем письме писала, что некоторые умирают на ходу. По-моему, это самое большое счастье, если человек относительно здоров и умирает сразу, без этих многолетних страданий, которые судьба почему-то мне заготовила. По-видимому, так нужно.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


189. Н.Ф. Депутатовой189

 

16 февраля 53

Милая, дорогая Нина,

Всю неделю я по горло погружен в работу над книгой - она подходит к концу. Как она будет закончена, я еще раз внимательно прочту всю рукопись от начала до конца и в начале! марта отправлю ее вместе с экземпляром Байрона в ящике посылкой тебе. Я с нетерпением ожидаю этой отправки, ибо

 


189 С. 307. Жаль, что этого не сделали двадцать лет тому назад! - Не ввели занятий для вузовских преподавателей по сдаче кандидатского минимума.

- 307 -

только тогда я буду спокоен. Ибо в последние два месяца, кроме общих страданий от приступов болезни, меня очень беспокоят частые и очень неприятные сердечные схватки, и я боюсь, что в случае внезапной смерти все мои рукописи тут пропадут.

Так жизнь у меня проходит монотонно и крайне скучно: ведь пятый месяц сижу и лежу в палате, крайне тесной, в которой находятся еще 7 человек. Можешь себе представить, что люди за это время страшно надоели друг другу. Когда кто-нибудь умирает, его место сразу же занимает другой. Если бы я не работал над книгой, я бы данным давно с ума сошел бы. Особенно с тех пор, как я уже не могу слушать радио. [2]

Приблизительно представляю себе твою ежедневную жизнь, твои хлопоты, работу и усталость. Не проходит и часа, чтоб я мысленно не беседовал с тобой, не вспоминал бы тебя. Жизнь у тебя напряженная, но все же интересная и в какой-то степени счастливая. Это я так сужу с моей колокольни, может быть, это и не так.

Как у тебя прошла первая беседа по философии? На какой срок этот кандидатский минимум рассчитан? На год? Жаль, что этого не сделали двадцать лет тому назад! В нашем с тобою возрасте это уже не легко. Тему для кандидатской диссертации ты себе уже выбрала? Написать ее, пожалуй, будет легче, чем сдать кандидатский минимум. Не выбирай себе только методической темы - это будет переливание из пустого в порожное. А впрочем, до этого надо сперва еще дожить.

В ближайшие дни жду от тебя письма.

Пока желаю тебе крепкого здоровья, и чтобы ты до конца учебного года не свалилась с ног!

Крепко целую

Твой Франц.


190. Н.Ф. Депутатовой190

 

Милая Нина,

Телеграмму и посылку получил. Все было в порядке. Спасибо!

 


190 Написано на извещении о получении посылки с уведомлением, отправленном из п/о Тины 26.2.1953 г. и доставленном в Москву 6.3.1953 г.

С. 308. Одновременно с посылкой посылаю письма тебе... -Речь идет о посылке с рукописями книг Ф.П. Шиллера о Фридрихе Шиллере и Дж. Байроне. Упомянутое письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой датировано 27.2.1953 г. (№ 191).

- 308 -

Одновременно с посылкой посылаю письма тебе и Нине Ильиничне относительно рукописи.

Крепко целую

Франц.

26/II 53


191. Н.Ф. Депутатовой191

 

27 февраля 1953

Милая, дорогая Нина,

Телеграмму от 20/II и посылку от 15/II благополучно получил. Все было в полном порядке. Спасибо тебе, милая, за все твои хлопоты! Я представляю себе, как трудно тебе было отправить посылку, когда ты вечно так бесчеловечно много занята работой.

Положение мое с каждым месяцем делается все хуже и хуже. На прошлой неделе к нам приезжал ВТЭК, который установил, что полная потеря слуха, обоняния и вкусовых ощущений является результатом туберкулезной инфекции слизистой оболочки горла, носа, полости рта и проходов ушей. Туберкулеза хряща гортани нет еще, но в остальном уже ничего нельзя делать, - слух и т.д. пропал навеки. - Не менее печально и другое установление: туберкулезная инфекция кожи в двух местах - на груди и на правой руке (ниже локтя). Площадь инфекции пока не очень велика (с двугривенник), но места эти очень болят, как от ожога. Конечно, если бы я эти пять лет, что я болею туберкулезом, имел средства, я никогда не дошел [2] бы до такого состояния, что болезнь съедает меня живым. Если я ежегодно мог бы съездить на туберкулезные курорты, применять дорогие лекарства, ложиться в дорогие клиники и т.п., туберкулез не разошелся бы так привольно. А без средств (я имею в виду большие средства) я совершенно беспомощен и не могу лечиться.

Вчера, милая, я отправил тебе посылку (ящик) с рукописью книги о Шиллере. Пойми, Нина, что это моя последняя попытка достать средства на лечение и на питание. Поэтому рукопись необходимо переписать на машинке так быстро, как

 


191 С. 308. двугривенник - 20-копеечная монета (ок. 2 см в диаметре)

- 309 -

только возможно. Я сегодня же отправляю Нине Ильиничне письмо, в котором предлагаю ей прочесть рукопись только совсем бегло, как культурный человек читает книгу, и делать только самые необходимые стилистические поправки на ходу. Никакой литературной редакции, как Н.И. это обычно делала, этот раз делать не надо; ничего не надо менять в тексте по существу, а все оставить так, как написано (за исключ. стилистических поправок). Когда получишь это письмо, сразу же созвонись с Ниной Ильиничной и договоритесь; если она сможет прочесть рукопись так быстро и поверхностно, как я прошу, [3] и чтобы при этом ни в коем случае не задерживать машинистку, то отдай ей тетради и договорись с машинисткой относительно переписки. Если же Нина Ильин. занята другой работой и не может так быстро просмотреть рукопись, то отдай ее машинистке в работу без всякого просмотра. Попроси в этом случае машинистку, чтобы она заранее просматривала тетрадь и не стеснялась в стилистических поправках. Рукопись всего будет около 450 стр. (титульный лист не переписывай, а сделай от руки). Высчитай, сколько это будет стоить. Мне к 1 маю посылки не надо посылать, вообще до октября никаких денег или посылок не высылай. Ибо мне важнее, чтобы рукопись была переписана. Думаю, что тебе и при этих условиях трудно будет оплатить переписку. Пиши мне откровенно об этом, и тогда я напишу Ник. Кал., чтоб он еще раз пожертвовал на переписку рублей 200.

В посылке (ящике) я посылаю и последний свой экземпляр Байрона. Если он сейчас не понадобится Аниксту, то передай его на ознакомление Лифшицу (можешь через Нину Ильин., если тебе трудно). Причем не обязательно, чтобы Аникст знал о том, что книгу читает Лифшиц, и наоборот. [4]

Прости, милая, я так расстроен результатами осмотра ВТЭК'ом, что не в состоянии писать о чем бы то ни было. Как только увидишься с Ниной Ильин., и согласуешь вопрос с машинисткой, напиши мне подробнее. Как ты думаешь, можно ли переписать рукопись за март, апрель и май? Или это все-таки опять растянется до августа-сентября? Никакого срока я

 

- 310 -

вам не ставлю, ибо это зависит не от меня. Я только полагаюсь на тебя, что ты сама понимаешь срочность работы.

Желаю тебе бодрости и хорошего здоровья!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


192. Н.Ф. Депутатовой192

 

9 марта 1953

Милая, дорогая Нина,

Приложенное письмо вложи в новый конверт и пошли его A.A. Аниксту.

За прошедшую декаду болезнь у меня значительно ухудшилась. Сердечные припадки повторяются так часто, что я боюсь всякого движения и неподвижно все время лежу в постели. Температура, пот и нечеловеческий кашель не покидают меня уже третий месяц. Врач-туберкулезник запретил мне принимать тибон или ПАСК, т.к. оба эти лекарства крайне вредно влияют на сердце. Аппетита совершенно нет, и посылка, которую ты мне прислала, так и стоит нетронутой. Слабость до того сильная, что и поворачиваться с бока на бок трудно. Погода отвратительная: сильные морозы прекратились, и теперь безостановочно дует сильный сырой ветер, который пронизывает весь барак и приносит мне бесконечные страдания и простуды.

Из всего этого ты сможешь себе нарисовать мое положение. Мне больше ничего не хочется, как только спокойно заснуть... А ведь "весна" [2] тут только начинается, и до середины мая нечего и ждать наступления тепла. А эти переходные месяцы тут в Сибири самые мучительные для чахоточных.

Прости, милая, что я вынужден все время писать тебе такие невеселые письма. Но я не умею притворяться и писать другое.

Надеюсь, что ты пока еще держишься на ногах, но закружилась ты, по-видимому, окончательно.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

 


192 Письмо написано в день похорон И.В. Сталина. С. 310. Приложенное письмо... пошли... Аниксту. - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 8.3.1953 г. (№ 487).

...посылка, которую ты мне прислала... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 27.2.1953 г. (наст.  изд., с. 308).

- 311 -

193. Н.Ф. Депутатовой193

 

16 марта 1953

Милая, дорогая Нина,

Получил я твое письмо от 3/III. Читал, читал его и думал: жизнь у тебя совершенно ненормальная, просто нехорошая, страшная! Всякая вещь имеет свои границы, свои возможности. А у тебя все сложилось так, что никаких границ нет, что ты сама уже не своя, а превратилась в придаток к расписаниям, занятиям и т.п. В сущности говоря, никакой жизни у тебя сейчас нет, ты даже не имеешь возможности думать о себе, не говоря уже о других потребностях культурного человека и хотя бы о минимальном отдыхе. Такое ненормальное и одностороннее расходование сил и энергии вынужденно будет отзываться очень нехорошо на общем состоянии организма, а может привести и к полной катастрофе, особенно при твоей гипертонии.

Я пишу тебе об этом не для того, чтобы тебя упрекать. Но все-таки какую-то часть здравого смысла нужно сохранить во всем. Сократи что-нибудь в своей работе, ведь так невозможно дальше жить. И в будущем ни в коем случае не бери на себя больше такой нечеловеческой нагрузки. Я понимаю, что у тебя много обязанностей по отношению к родным. Но ведь если ты окончательно свалишься, то твоим родным будет еще хуже! [2]

Что же касается меня, милая, то мне больше никакой материальной помощи не нужно. Болезнь вступила в такую стадию, когда аппетит уж окончательно исчез. Я не кушаю почти чего, и напрасно я просил тебя прислать последнюю посылку, она мне совершенно не нужна. И впредь мне ни посылок, денег не нужно; немного молока, которое я пью, мне дают за счет суммы на питание.

Вообще состояние мое плохое. Уже полтора месяца - с 24/I и до сих пор - держится температура (раньше она никогда долго не держалась), а пот и кашель совершенно доконали меня. Сейчас у нас мороза нет, но весенние ветры и сы-

 


193 С. 311. ...у тебя много обязанностей по отношению к родным. - Речь идет прежде всего о том, что Н.Ф. Депутатова должна была оказывать материальную помощь жившей с ней племяннице-студентке, мать которой осталась без работы.

...напрасно я просил тебя прислать последнюю посылку... -См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 2.1.1953 г. (наст.  изд., с. 302).

- 312 -

рость для туберкулезника в сто раз хуже мороза. Не знаю, удастся ли побороть еще раз весну или нет. Ведь она только чуть-чуть начинается...

Каждый день думаю о тебе и жалею тебя. Как-то все это нехорошо получилось: ты одна страдаешь за всех. Подумай больше о себе, а не только о других; ведь немножечко эгоизма каждому человеку необходимо для самосохранения. Хотелось бы услышать от тебя, что скоро ты немного разгрузишься, что ты опять веселая и что твое здоровье несмотря ни на что все же сносное.

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


194. Н.Ф. Депутатовой194

 

21 марта 1953

Милая, родная Нина,

Вчера получил твое письмо от 12/III. Спасибо тебе и Нине Ильин. за согласие прочитать и дать в переписку рукопись книги. Было бы хорошо, если бы переписка и сверка закончились до 1 июня, и ты смогла бы перед уходом в отпуск передать один экземпляр Лифшицу. Последний просмотрел бы рукопись за лето, во время отпуска, с точки зрения философа и теоретика искусства. А осенью, после 1 сентября, нужно решить вопрос, в какое издательство книгу направить; очень возможно, что ее никуда и не придется направлять, а просто положить ее в письменный стол у тебя.

Милая, ты пишешь, что ты пессимистка по отношению к возможности издания книг моих. По сравнению со мною, ты еще большая оптимистка. Я пришел к твердому убеждению, что никаких иллюзий на этот счет нельзя иметь. Ничего моих надежд на издание не получится. Я уверен, что Пузиков обязательно зарежет Байрона. А о Шиллере и думать уже нечего. Конечно, переписать рукопись нужно, - но это я прошу сделать не потому, что я на что-то надеюсь, а для того, чтоб потом самому себе не делать упреков, что, мол, может

 


194 С. 313. ...с фатумом. - Фатум (лат. fatum) - у древних римлян олицетворение судьбы.

Ведь не могу же я аннулировать свое рождение... - т.е. изменить свою национальность.

...история вашей Оли в прошлом году. - Сестра Н.Ф. Депутатовой Ольга Федоровна потеряла преподавательскую работу весной 1952 г. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 25.4.1952 г. (наст.  изд., с. 251).

С. 314. В моем адресе излишне указывать район. - По прибытии в Красноярский край Ф.П. Шиллер отправил Н.Ф. Депутатовой свой адрес с указанием района (см. наст.  изд., с. 283,285).

- 313 -

быть, и напечатали и т.п. Изменить что-нибудь в этой трагической ситуации со мною, - я так же беспомощен, как герои античных трагедий в борьбе с фатумом. Ведь не могу же я аннулировать свое рождение...

Боюсь я, родная, что при распределении нагрузок по вашей кафедре на будущий уч. год, с тобою не повторилась бы история вашей Оли в прошлом году. Во всяком случае, тебе необходимо психологически считаться с этой возможностью и приготовиться к внештатной небольшой нагрузке и к переходу на пенсию.

Если ты не хочешь меня огорчать и поставить в неловкое положение, то и не думай прислать мне к 1 маю посылочку. Весь килограмм топленого масла у меня так и стоит нетронутый, и будет стоять и до 1 мая. Я принимаю по чайной ложечке рыбий жир, и из 12 бутылочек выпил до сих пор только ... одну! Никакого аппетита у меня сейчас нет, и не предвидится. А рыбий жир необходимо ликвидировать до 15 мая, ибо летом его пить нельзя. При таком аппетите я обеспечен жирами до самой осени. Кроме того, не только к 1 маю, но сейчас [3] уже на базаре здесь сколько угодно сливочного масла. Поэтому, если бы у меня поправился аппетит, то все равно не имело бы смысла посылать масло из Москвы сюда, когда его сейчас  здесь будет сколько угодно за 40 руб. кгр. Но сейчас, милая, повторяю, посылать мне ничего не нужно, ни посылки, ни денег. В случае, если аппетит у меня хоть немного улучшится, я попрошу у тебя в мае рублей 50 денег. Но не высылай ничего, пока я тебя об этом специально не попрошу.

У нас здесь появляются первые, еще очень слабые признаки наступления весны: морозов нет уже совершенно, днем солнце уже немного греет, крыши капают, во дворе образуются лужи. Ночью, понятно, заморозки. Все время дуют сильные юго-западные (туркестанские) ветры: они для нас, туберкулезников, хуже чумы. Я лежу уже с конца января и не выхожу на улицу совершенно. Раз или два я выходил на минут десять теплое солнышко, но затем крепко раскаялся – обострение процесса легких еще усилилось. Раньше середины мая здесь нельзя больному выходить на свежий воздух.

 

- 314 -

Вопрос с комарами и мошкарой не такой [4] трагический: около бараков, где нет леса, их почти что не бывает; а когда ходят в лес, то надевают накомарник (как у пчеловодов). Я с нетерпением жду момент, когда я смогу выходить из палаты - зимней берлоги - на свежий воздух. Но увы! нужно ждать еще почти два месяца!

Очень жалею, что из твоего плана поехать в Крым ничего не вышло. Может быть, на самом деле, устроиться тебе где-нибудь в доме отдыха под Москвой?

Передай сердечный привет Нине Ильиничне, а также Ник. Кал. и Алекс. Абр., если их увидишь.

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.

P.S. В моем адресе излишне указывать район. Это делается лишь при официальной или ценной переписке.


195. Н.Ф. Депутатовой195

 

30 марта 1953

Милая, дорогая Нина,

Хотя я и чувствую себя очень плохо, но решил тебе все же написать несколько строк.

У нас здесь настала уже распутица, которая продлится целый месяц. Это весеннее время крайне трудное для меня, и я сомневаюсь, удастся ли пережить апрель и май. Сейчас не только общее бесконечное обострение процесса в легких, отсутствие аппетита, расстройство желудка и крайняя слабость беспокоят меня, но самое главное уже третий месяц - сердце. Я каждый вечер ложусь с полной неуверенностью, поднимусь ли утром еще раз, потому что сердечные схватки и боли в сердце все увеличиваются. Все это крайне неблагоприятно действует на нервы.

За прошедшую неделю у меня умерли оба соседа на койках справа и слева от меня. Конечно, я за эти долгие годы болезни в больницах и т.д. видал всякие виды, и тем не менее смерть, особенно предсмертная агония, [2] всегда производит на меня

 


195 С. 315. О том, чтобы ты мне к 1 маю ничего не высылала, я тебе уже написал. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 21.3.1953 г. (наст.  изд., с. 313).

- 315 -

тяжелое впечатление. Одно дело, когда человек умирает дома, в кругу семьи или знакомых, и другое дело, когда он умирает один, в среде совершенно чужих и равнодушных к нему людей. Тут человек умирает, а другие в палате играют, смеются, кричат, и никому нет никакого дела до умирающего. Так же и хоронят. Возможно, что мои взгляды на эти вещи старомодные, сентиментальные, но я, несмотря на долгие годы, не могу так равнодушно относиться к этим вещам и каждый раз расстраиваюсь. А другие смеются. По-видимому, я отстал от жизни.

У вас в Москве наверно уже полная весна. Я всегда очень любил весну в средней полосе. Здесь она другая: нет той мягкости, нет и того тепла, которые характерны для московской весны. Как общий климат крайне суров, так и весна здесь недружная, с перебоями, с возвращением морозов, с сильными ветрами. Если человек здоров, то все это ничего, а человек чахоточный здесь больше всего страдает весною. [3]

Милая, ты сейчас наверно находишься в самом круговороте бесконечных нагрузок и забот. Осталось еще два месяца до твоего отпуска. Ты уж как-нибудь дотяни до 1 июня. Все мои думы всегда только о тебе. Все боюсь, как бы ты не свалилась с ног, как бы с тобой ничего не случилось на службе и т.д.

О том, чтобы ты мне к 1 маю ничего не высылала, я тебе уже написал. Все жиры с последней посылки стоят нетронутыми, и судя по моему состоянию (отсутствие аппетита и расстройство), так и будут стоять. Единственное, что я сейчас кушаю, это - кружка молока, и ее дают нам всем в счет суммы i питание.

Лежу, мучаюсь, и все смотрю в окно, не скоро ли наступит солнце и тепло. Но, увы, хотя ежедневно и тает, но солнца так и нет - все пасмурно, сыро, неприятно.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

 

- 316 -

196. Н.Ф. Депутатовой196

 

2 апреля 1953

Милая, родная Нина,

Только что получил твое печальное письмо от 24/III. Конечно, все это нужно было ожидать, потому что с такой адской нагрузкой не выдержал бы и великан, а ты все же относительно слабая женщина.

Теперь нужно серьезно подумать о дальнейшем. Мне кажется, что самым разумным было бы перейти на пенсию и взять какую-нибудь небольшую нагрузку по какому-нибудь заочному институту. Так работать тебе дальше нельзя ни в коем случае, потому что это было бы похоже на самоубийство. Ведь при твоей болезни многого не требуется, чтобы случилось кровоизлияние в мозг, и хорошо еще, если сразу наступит смерть, а то можно еще годами мучиться в парализованном состоянии, а это в сто раз хуже смерти. К сожалению, я это слишком часто наблюдал у людей и на собственном опыте знаю, как это тяжело. Мне кажется, при твоей постоянной гипертонии сейчас [2] тебе нетрудно получить вторую группу инвалидности и пенсию. Стажа работы у тебя больше, чем для твоего возраста потребуется.

Я понимаю, что все это нелегко, тем более, что Ляля ваша еще не окончила университет. А если у тебя будет паралич - а это неизбежно при дальнейшей такой нагрузке, - то всем твоим родным будет еще гораздо тяжелее, потому что ты тогда не сможешь обходиться без чужой помощи. Поэтому мой дружеский тебе совет - пойти на ВТЭК, получить вторую группу и перейти на пенсию.

Ясно, конечно, что пенсии тебе не хватит. Но лучше продавай последние свои тряпки и все лишние вещи в квартире, без которых ты сможешь обойтись. Самое главное, милая, coхранить в какой-то степени здоровье, а на жизнь, - ее можно вести скромно, - всегда что-нибудь приработаешь.

О какой бы то ни было материальной поддержке для меня больше не надо думать. Болезнь у меня вступила в эту зиму

 


196 С. 316. ...на собственном опыте знаю, как это тяжело. -Ф.П. Шиллер был частично парализован после кровоизлияния в мозг в 1947 г.

С. 317. ...три дня тому назад отправил тебе письмо. -См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 30.3.1953 г. (№ 195).

- 317 -

в такую [3] предсмертную стадию, при которой я и четвертой части не могу кушать, что нам дают. Единственный вопрос, который меня раньше волновал, - а именно вопрос о молоке, - сам собою решился: нам дают ежедневно пол-литра молока, а это больше, чем я могу пить, - из-за слабости сердца. Мне строго запрещено принимать в день больше полулитра жидкости. Все остальное - особенно сахар и другие сладости - я отдаю более здоровым больным-туберкулезникам, у которых аппетит еще сохранился.

Я только три дня тому назад отправил тебе письмо. Состояние мое все время плохое, особенно с сердцем. Схватки не оставляют меня целыми сутками. Сердце у меня от многолетней интоксикации, т.е. отравления ядом туберкулина, увеличено в два раза; уже четвертый год у меня исчезла при деформации мышц одна камера (нижний желудочек), так что смерть у меня, по-видимому, наступит на почве сердечно-сосудистой недостаточности. Но пока я жив и волнуюсь из-за твоей [4] болезни. Не оставляй меня долго без письма и напиши скорее, в каком состоянии находишься сейчас и что собираешься предпринять в ближайшем будущем. Мне кажется, что довести до конца учебный год тебе будет не под силу.

От Нины Ильиничны пока письма нет; но это и не важно. Когда судьба наступает тебе на горло, как мне и тебе с нашими болезнями, то все остальное должно отойти на второй план.

Милая, родная, думаю о тебе каждую минуту. Мысли о тебе только и поддерживают меня в моей "матрацной могиле". Как все-таки судьба жестоко с нами обращается, что мы не получили возможности переговорить друг с другом в последние годы!

Желаю тебе, милая, скорее поправиться и перестроить свою жизнь более рационально. Не падай духом, это самое главное в нашем болезненном состоянии.

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.

 

- 318 -

197. Н.Ф. Депутатовой197

 

7 апреля 1953

Милая Нина,

Телеграмму твою от 3/IV получил. Спасибо тебе и Нине Ильиничне за хлопоты и работу! Ты только ничего не сообщаешь о своей болезни, - из этого я заключаю, что сейчас тебе несколько лучше.

У меня состояние по-прежнему плохое: сильные холодные ветры совершенно доконают меня, отсюда вечные простуды, обострение процесса легких со всеми его тяжелыми последствиями.

Целую

Франц.


198. Н.Ф. Депутатовой198

 

13 апреля 1953

Милая, дорогая Нина,

Состояние мое очень плохое. Смерть скашивает нас, туберкулезников, здесь в марте и апреле так, как жнец убирает летом колосья на ниве. Вчера умер мой новый сосед слева на койке от меня, а сосед на правой койке помрет сегодня или завтра. У меня жизнь также висит на ниточке; у меня нет слов, чтобы передать тебе все мои мучения и страдания.

Получил твое письмо от 30/III. Рад, что тебе немного лучше. Надеюсь, что как-нибудь доживешь до отпуска, а там тебе нужно предпринять решительные шаги для переустройства условий своей жизни.

Получил письмо Флоры. Я не думаю, что после широчайшей амнистии от 27 марта с/г., после которой снимают судимость со всех ранее сидевших, ей понадобится справка о снятии с меня судимости. Но на всякий случай я ее тебе посылаю в данном письме, и пусть она остается пока у тебя: когда находишься на расстоянии пяти минут от могилы, никакие справки уже [2] не нужны. Позвони Флоре и скажи ей, что справка у

 


197 Написано на почтовой карточке, доставленной в Москву 14.4.1953 г. (дата отправки из п/о Тины неразборчива).

198 С. 318. Я не думаю, что после широчайшей амнистии от 27 марта с/г., после которой снимают судимость со всех ранее сидевших, ей понадобится справка о снятии с меня судимости. -Амнистия по случаю смерти И.В. Сталина (ум. 5.3.1953), названная в народе "ворошиловской" (по фамилии вновь назначенного председателя Президиума Верховного Совета СССР К.Е. Ворошилова), полностью освободила только осужденных на срок до 5 лет, тогда как "политические" заключенные имели, как правило, более продолжительные сроки. Насколько помнит Ф.Ф. Шиллер, при поступлении в вуз в 1953 г. она сдавала в приемную комиссию в числе других документов и копию справки о снятии судимости с отца.

С. 319. Оригинал справки... оставь пока у себя... - В настоящее время оригинал справки хранится у Ф.Ф. Шиллер.

- 319 -

тебя, и если ей нужна копия, то ты будь добра и сделай ей копию у нотариуса и передай ее Флоре. Мне только не хотелось бы, чтобы кто-нибудь, кроме тебя и Ленинградск. шоссе 40, видел справку или копию. Скажи Флоре, чтобы она приложила копию к своим документам только в крайнем случае, если на этом будут настаивать. А так она может ее только показать секретарю приемной комиссии. Оригинал справки, как я уже сказал, оставь пока у себя, может быть, справка понадобится еще для чего-нибудь, пока я еще живой.

Ты, милая, извини меня, я бесчеловечно устал и измучен, и мне трудно писать.

Передай сердечный привет Нине Ильин., Алекс. Абрам, и Ник. Кал.! Флоре я писать не в состоянии. Хуже всего, когда я волнуюсь. А Флора не написала мне больше года и собралась лишь тогда, когда ей нужно было. Но я не сержусь, пусть каждый живет так, как ему хочется.

Крепко целую

Франц.


199. Н.Ф. Депутатовой199

 

20/1V 1953

Милая Нина,

Чтобы ты не беспокоилась, сообщаю, что я жив, хотя состояние по-прежнему тяжелое.

Никогда весенние месяцы не были такими тяжелыми для меня, чем в этом году. Это, По-видимому, зависит не только от общего ухудшения болезни, но и от плохих бытовых условий, в которых я сейчас нахожусь.

Надеюсь, что у тебя здоровье улучшилось, и ты сможешь как-нибудь дотянуть до отпуска.

Целую Франц.

 


199 Написано на почтовой карточке, отправленной из п/о Тины 20.4.1953 г. и доставленной в Москву 27.4.1953 г.

- 320 -

200. Н.Ф. Депутатовой

 

27 апреля 1953

Милая, дорогая Нина,

За прошедшую неделю в моем положении ничего не изменилось. Уже два месяца у меня держится температура, а кашель такой звериный, что выворачивает кишки. Аппетита все нет да нет, и я крайне ослаб. Все на свете стало безразлично, и я иногда просыпаюсь и удивляюсь, что все еще жив. Погода самая вредная для туберкулезника: снег растаял уже к 15/IV, но все время - холода, дождь и отвратительный ветер. Не знаю, дотяну ли до тепла?

Милая, ты наверно опять закружилась в водовороте институтской жизни. Что-то уже почти с месяц нет письма от тебя. Но это полбеды, лишь бы ты как-нибудь дотянула до отпуска.

Передай при случае сердечный привет Нине Ильин., Ник. Кал. и Алекс. Абр.!

Прости, мне трудно писать, смертельно слаб.

Крепко целую

Франц.


201. Н.Ф. Депутатовой201

 

5 мая 1953

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 24/IV. Надеюсь, что как-нибудь выдержишь до 28/V, до отъезда в этот загадочный дом отдыха. Телеграмму от 30/IV также получил. Спасибо тебе!

Вчера у нас тут был первый относительно теплый день. Температура у меня снизилась, но нечеловеческий мучительный кашель и изнуряющий пот остались. Состояние мое настолько плачевное, что голову поднять - и то тяжело. Если теперь наладится погода, то надеюсь, что со временем смогу подняться и посидеть на завалинке перед бараком. Март и апрель окончательно отняли у меня все, что еще оставалось.

Аппетит у меня чрезвычайно плохой, и я был бы рад, ее смог бы кушать десятую долю того, что нам дают. Денег ника-

 


201 С. 321. ...копию справки для Флоры... - Копию справки о снятии с Ф.П. Шиллера судимости. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 13.4.1953 г. (наст.  изд., с. 318-319).

...у Московского моря! - Речь идет об Иваньковском водохранилище, расположенном к северу от Москвы.

- 321 -

ких высылать не нужно. Ни к чему они тут. Летом я попрошу приобрести 500 гр. ПАСК, но это ближе к осени, если доживу. Буду дополнительно об этом писать. Если у тебя будет возможность, позвони Ал. Абр. и спроси, утвержден ли уже план Гослитиздата на 1954 год. И как Байрон? Зарезали? Пусть не скрывает, а скажет прямо. Ведь в марте-апреле они должны [2] были утвердить издательский план. Так A.A. по крайней мере мне писал. Если ты еще не успела засвидетельствовать копию справки для Флоры, то прошу тебя позвонить ей и сказать, что справка получена. Мне не хотелось бы, чтобы она во время выпускных экзаменов нервничала. Прости, милая, у меня голова совершенно пустая и такая тяжелая, что трудно писать. Ощущение такое, как будто я был время замурован в толстых каменных стенах: не могу отдышаться, а сердечная и общая слабость так сильна, что трудно ручку держать.

Желаю тебе геройски выдержать на посту до 28 мая, а затем отдохнуть на природе у Московского моря! Сердечный привет Нине Ильин., Ал. Абр. и Ник. Кал.!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


202. Н.Ф. Депутатовой202

 

13 мая 1953

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 4/V и письмо Ал. Абр. от 2/V. Приложенный мой ответ положи в новый конверт и пошли его A.A.

Получил одновременно и подробное письмо от Нины Ильин. Должен сказать, что она в организации просмотра и переписки рукописи проявила большую энергию и инициативу. Она молодчина!

Я ей вчера написал, что когда книга вся будет готова и текст выверен, она оставила себе первый экземпляр для чте-

 


202 С. 321. Приложенный мой ответ... пошли... A.A. - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 13.5.1953 г. (№ 488).

С. 322. Я написал A.A., чтобы, он выслал мне что-нибудь почитать. - Имеются в виду книги Г. Гейне и о его творчестве. См.: наст.  изд., с. 708.

...в Нирване... - Нирвана (сапскр. - угасание) - в буддизме: психол. состояние полноты внутр. бытия, отсутствия желаний, совершенной удовлетворенности и самодостаточности, абсолютной отрешенности от внеш. мира.

С. 323. ...эта справка сейчас уже никому не нужна. - См. прим. кс. 321.

- 322 -

ния летом (ты сможешь с ней сговориться, если тебе ее хочется прочесть, но у тебя навряд ли будет время), второй экз. передала бы Лифшицу для ознакомления летом, как я с ним условился, а третий экз. дала бы тебе для A.A. Аникста. После того, как летом все ознакомятся с работой, поговорим, что делать с ней дальше. По-видимому, ей приготовлена та же печальная участь, что и Байрону, ибо все двери к печатанию таких [2] работ неминуемо ведут в Гослитиздат, где сидят Пузиковы и правят при помощи всяких Самариных.

После того, как 2 месяца жизнь моя ежедневно буквально висела на волоске, в последние дни установились более теплые и тихие дни, и мне сразу сделалось немного лучше. Не понимаю сам, как мой слабый и насквозь пораженный туберкулезом организм еще раз справился со страшным весенним обострением процесса. Здесь никто не думал, что я его переживу. Теперь до осени, по-видимому, не будет таких страшных осложнений. Я написал A.A., чтобы он выслал мне что-нибудь почитать. Хотелось бы заниматься чем-нибудь до последнего дня жизни. Если A.A. передаст 2-3 книги, то не заклеивай оберточной бумаги, чтобы я смог ее использовать для посылки тебе книг обратно заказной бандеролью. Здесь бумаги не найдешь.

Кроме того, милая, я хотел тебя просить: если перед отъездом 28/V в дом отдыха у тебя найдутся 50 рублей, без которых ты сможешь обойтись, то пришли мне. Они [3] мне нужны будут для почтовых расходов по пересылке книг обратно, а также чтобы можно было иногда купить стакан земляники, которые тут появятся с половины июня. Но вышли 50 р. лишь в том случае, если они тебе не так нужны.

Я чувствую по каждому твоему письму, что ты смертельно устала и с невероятными усилиями кое-как справляешься. Все это крайне грустно, и я все время боюсь за тебя, что что-нибудь нехорошее может случиться. Лишь бы скорее уехать в отпуск! А там ты ни о чем не думай и просто растворись в Нирване, в ничегонеделании. Ложись на травку и смотри в небо и ни о чем не думай.

 

- 323 -

Скорее бы тебе исполнился законный возраст для получения пенсии; а до этого срока я все время буду бояться за тебя. Если тебе некогда сходить к нотариусу, то поручи это сделать Флоре или A.A. Вообще же мне кажется, что эта справка сейчас уже никому не нужна.

Целую тебя крепко, крепко, милая, держись и не сваливайся с ног! Твой Франц.


203. Н.Ф. Депутатовой203

 

19 мая 1953

Милая, дорогая Нина,

Надеюсь, что эти строки еще застанут тебя в Москве. Ты мне писала, что путевка у тебя с 28/V. По-видимому, ты уедешь в дом отдыха 27/V. Сообщи мне, писать ли тебе эти 24 дня в дом отдыха или по старому, домашнему адресу? У меня за прошедшую неделю ничего особенного не произошло. Погода - переменная, то теплая, то холодная. В зависимости от нее - и мое самочувствие. Температуры высокой сейчас нет, но слабость по-прежнему ужасная. На березе начинают распускаться листья. А сосна – круглый год зеленая. У нас кругом на много сотен и тысячи километров лес смешанный - хвойно-лиственный. С нетерпением жду, когда будет земляника. Ведь пища до того однообразная и невкусная, а ведь кроме ягод тут ничего нет. Уже 15 лет я не видел ни яблок, [2] ни вишни, ни груш, ни винограда. А это всегда было моим любимым питанием. Ничего не поделаешь - придется удовольствоваться ягодами - земляникой, малиной, клюквой, костянкой, дикой смородиной. Начиная с июня (середины) до самой осени будут ягоды - одни за другими. Моя бывшая омская хозяйка обманула меня - никаких денег за старые вещи не прислала и ничего не пишет. С таким дураком в таких делах, как я, это в порядке вещей. Представляю себе, милая, как ты устала. С рукописью Нина Ильин. одна справится - она сама может раздать экземпляры. Сообщи A.A. ее адрес, он сам сможет поехать к ней за рукописью, когда она будет готова.

 


203 С. 323. костянкой - здесь: костяникой.

- 324 -

Надеюсь, что копию справки ты успела заготовить для Флоры.

Ну, милая, желаю тебе счастливого отдыха и много, много радостей на лоне природы!

Напиши мне, как ты устроилась и как отдыхаешь.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


204. Н.Ф. Депутатовой204

 

2 июня 1953

Милая, дорогая Нина,

Получил я твое письмо от 25/V, а также сто рублей денег и шесть книжек о Гейне (от Ал. Абр.). Спасибо тебе за все!

Только из письма мне что-то не ясно. То что ты дала адрес A.A. - это ничего, рано или поздно это все равно нужно было сделать, раз с ним завязалась такая переписка. А вот относительно денег мне непонятно: это что A.A. сам, от себя что ли, дал эти 100 рублей, чтобы ты их послала мне? Это было бы еще полбеды, хотя мне это откровенно говоря было бы неприятно. Но если эти деньги дала И.В. через жену A.A., то я их не приму, а пошлю их обратно. То же самое относительно какой бы то ни было помощи - я ничего от нее принимать не могу, даже на переписку книги на машинке. Как Нина Ильинична мне написала, она сама расплатится с обеими машинисткам из той суммы денег, которую она выиграла по облигациям.

Что касается справки, то когда ты [2] вернешься в Москву, дай ее Флоре или - если они на даче - Ал. Абр., но только для того, чтобы ее показать (если вообще потребуется) секретарю приемной комиссии, но ни в коем случае ее нельзя оставлять там. Секретарь запишет себе номер и дату справки, этого вполне достаточно. А затем пусть они передают опять тебе, и пусть она пока у тебя и останется, пока не напишу об этом специально. Если ты не хочешь ее держать, верни мне ее осенью заказным письмом. Скажи только Флоре (и A.A.), чтобы ее не потеряли, иначе я останусь ни с чем, документы вторично не выдают и не заверяют.

 


204 С. 324. ...это что A.A. сам... дал эти 100 рублей... - Деньги были высланы A.A. Аникстом. См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 18.6.1953 г. (наст.  изд., с. 709).

- 325 -

С нетерпением жду от тебя письма из этого загадочного дома отдыха. Всю зиму ты писала мне редко и весьма отрывочно и хаотично, и мне хотелось бы получить от тебя опять спокойные и хорошие письма, какие ты писала мне в прошлые годы. Представляю себе, как ты измучилась. Дальше такую жизнь вести нельзя, - как ты только достигла законного возраста, [3] нужно непременно перейти на пенсию. К тому времени и Ляля ваша окончит университет, и тогда тебе будет в материальном отношении немного легче. Мне только не нравится эта осенняя экзаменационная сессия, - боюсь, что она испортит тебе будущий учебный год, что ты начнешь нормальные занятия осенью уже усталой. Но будем надеяться на лучшее.

За эти 2 недели, что я тебе не писал, я опять 7 дней тяжело болел - очередным приступом с высокой температурой и т.д. Погода теперь тут установилась теплая, но комаров страшно много. Все же сижу полдня на дворе (мы живем прямо в лесу), воздух очень хороший от сосны и березы. Но я боюсь, что меня тут не оставят долго: наверно в июле отправят в туберкулезную больницу далеко отсюда, в городе. Конечно, я не возражаю, это необходимо. Нужно исследовать и лечить горло, всю полость рта, сердце, желудок и т.д. - всего не перепишешь, чего у меня болит и требует лечения. Но с другой стороны [4] жалко, если меня летом пошлют; в больнице нужно и летом все время лежать на койке в душной палате. Кроме того, там не будет ягод и молока. Нужно бы осенью поехать в больницу и зимой там лежать и лечиться; но нашему брату не выбирать, а если предложат (это выяснится через 2-3 недели), то придется ехать летом, иначе, в случае отказа, вообще больше не пошлют.

Сейчас провожу день так: полдня сижу под соснами и березами во дворе, несколько часов читаю книги о Гейне и несколько часов отдыхаю на койке. Хорошо, если следующий приступ придет не так скоро, а даст мне недели три передышку. Не можешь себе представить, какое это удовольствие жить 3 недели без высокой температуры!

 

- 326 -

Милая, желаю тебе приятного отдыха! Поправляйся, спи, кушай, понемногу  читай и ни о чем не думай!

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


205. Н.Ф. Депутатовой205

 

12 июня 1953

Милая, дорогая Нина,

Все мои надежды на то, что летом мне будет лучше, оказались тщетными. После трехмесячного весеннего кошмара я лишь десять дней почувствовал себя легче. Я стал уже выходить и часами сидеть под деревьями и читать книги. 4/VI я написал об этом в открытке Ал. Абр. Но уже 5/VI начался такой жестокий приступ (и это несмотря на прекрасную погоду), какого я не помню за все 5 лет своей болезни. Температура доходила до 40,4°, и все ожидали неминуемого конца. Страдания ужасающие. У меня все не так, как у людей. 99% чахоточных умирают совершенно незаметно, просто засыпают и больше не просыпаются. Меня же какой-то злой демон наградил какой-то дьявольской формой туберкулеза, и откуда он ее взял, я не разберу, ибо нигде в больницах и т.д. ее не встречал. Шесть дней я висел между жизнью и смертью, и вот только вчера температура начала падать. Похож я на мертвеца. [2] Сижу я в постели и с трудом пишу тебе эти строки, чтобы они подоспели к твоему приезду в Москву.

Вторые 100 р. я 5/VI получил. Хорошо, если они от Ал. Абр., а не оттуда. Поскольку они посланы через тебя, то я очень прошу тебя позвонить ему и принести ему мою благодарность, ибо 4/VI, когда я послал ему открытку, денег еще не было.

Деньги все пришли очень кстати. При моем несчастном положении я ничего не могу кушать из общей пищи, и целиком вынужден был перейти на свое питание. Покупаю себе молоко, яйца, сметану, творог. Ягод пока нет. К сожалению. Но поскольку мы живем тут на станции, то все это дороже, чем

 


205 С. 326. 4/VI я написал об этом... Ал. Абр. - См. наст.  изд., с. 708.

С. 327. ...из волжского дома отдыха... - Как следует из письма Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 5.5.1953 г. (см. наст.  изд., с. 321), дом отдыха находился у Иваньковского водохранилища, сооруженного на Волге.

- 327 -

где бы то ни было. Но все же эти молочные продукты идут мне хорошо, и я кое-как поддерживаю себя. Болезнь моя в такой крайней стадии, что и погода не помогает, и неминуемо тянет к концу. С другой стороны организм, хотя и насквозь заражен (вплоть до ушей и кожи) и пропитан туберкулезом, но пока все еще немного сопротивляется. [3] О больнице пока ничего не говорят. Твое письмо от 30/V из волжского дома отдыха я получил. Дареному коню, как говорится, в зубы не смотрят. Надеюсь, что ты за эти 24 дня все же немного поправилась. Ты, милая, не обижайся, но если не скоро оставишь эту работу в институте, то или с ума сойдешь или будет паралич - я это чувствую уже всю зиму по твоим письмам. Как хотелось бы, чтобы ты скорее развязалась с этой неспокойной и непосильной работой! Раньше ты была действительно человеком, а теперь тебя превратили в чорт знает в кого! Напиши мне, когда и куда ты едешь на июль месяц? Напиши также, как ты все же прожила эти 3 недели в волжском доме отдыха? Хорошо, что нашелся хоть один человек, с которым можно было поговорить.

Передай привет Нине Ильин., Ал. Абр. и Ник. Кал. О последнем ты что-то долго уже ничего не сообщила. Он здоров?

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


206. Н.Ф. Депутатовой206

 

20 июня 1953

Милая, дорогая Нина,

Ты, наверно, на днях опять уедешь на месяц, и я даже не знаю, куда. Надеюсь, что пребывание в волжском доме отдыха тебе пошло на пользу.

Лето у меня проходит так же печально, как и весна. Приступ следует за приступом, и из 10 дней я вынужден лежать 8 в постели. Причем летом еще хуже лежать, чем зимою; лежишь все время один, все люди в лесу. Из всех 25 человек туберкулезных в нашем доме - я самый слабый.

 


206 С. 328. Просил его прислать еще. - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аликсту от 18.6.1953 г. (наст.  изд., с. 709). Ал. Абр. я вчера написал. - См. письмо № 490.

- 328 -

В часы до обеда, пока температура несколько ниже, я стараюсь читать, чтобы скука не заела. Книги о Гейне я все прочел и вчера отправил их заказной бандеролью Ал. Абр. Просил его прислать еще.

Об отправке меня в больницу пока ничего не известно. Откровенно говоря, это не имеет значения. Если отправят, то я оттуда сюда уже не вернусь: слишком слаб. В конце концов разница между домом инвалидов и плохой больницей небольшая. И здесь и там не умеют облегчить больному страдания.

От Лифшица получил письмо от 7/VI. Рукопись Шиллера он тогда еще не имел. Он два месяца болел стенокардией, сейчас еще не здоров, но обещает твердо прочесть книгу за лето и сделать свои исправления по части философии. Относительно помощи в деле издания у него никаких связей в этом мире нет; придется Ал. Абр. осенью опять отнести рукопись в Гослитиздат, где Пузиков похоронит ее навеки. Ничего не поделаешь; раз я не [2] в состоянии подняться и хотя бы на 2 недели поехать в Москву, то нечего ожидать в смысле издания моих книг.

Погода у нас тут все время сибирская: днем довольно жарко, а вечером и утром холодно. Как раз погода для вечных простуд и осложнений в легочном процессе. Лес, правда, здесь замечательный, - но какой толк для меня, если я почти все время вынужден лежать в душной палате? Появилась первая земляника, еще не совсем спелая. Потом пойдут смородина и малина. Это здесь все растет дико, в лесу, а не так, как у вас, в садах.

Пиши, когда и куда уедешь на июль месяц. Вернешься наверно к 1 августа? Ведь ты должна принимать вступительные экзамены? Хотелось бы, чтобы ты хоть в июле отдохнула, как следует.

Передай Нине Ильиничне сердечный привет. Не знаешь, когда она в этом году уйдет в отпуск и куда именно? Ал. Абр. я вчера написал.

 

- 329 -

Желаю тебе приятно провести свой отпуск в июле и вернуться в Москву с новыми силами, чтобы как-нибудь довести этот последний учебный год до конца!

Крепко целую

Твой Франц.


207. Н.Ф. Депутатовой207

 

29 июня 1953

Милая, дорогая Нина,

Получил твое последнее письмо из дома отдыха от 19/VI (всего я их получил 3). Все же, по-видимому, ты немного отдохнула. Зря ты только пускаешься на такие рискованные предприятия, как прогулка на лодке по большой реке, - причем одна, да и не умеющая плавать. Хорошо, что все так благополучно кончилось. Что ты пишешь об окружении в палатах и т.д., то это по моим понятиям еще высшее изысканное культурное общество по сравнению с той средой, в которой мне приходится все годы жить. Ты даже понятия не имеешь и не можешь иметь об этой среде.

Меня несколько беспокоит дело с перепиской рукописи. Последние письма от Ал. Абр. и Лифшица были от середины (13/VI) июня, а об окончании работы еще не было слыхать. Боюсь, как бы дело опять не затянулось до июля-августа, и этим самым провалится план Ал. Абр. со сдачей рукописи в Гослитиздат до начала там отпусков. Но все же надеюсь, что Нина Ильин. справилась к концу июня и отдала экземпляры рукописи. Напиши мне об этом, а то буду лишне волноваться.

Мое положение все такое же. Чувствую, что улучшения уже не будет, т.к. температура, пот и страшная сердечная слабость не оставляют меня больше ни на один день. Наступила самая последняя стадия болезни, при которой уже не бывает улучшения на 2-3 недели, как это у меня было до марта с/г. По-видимому, тяжелый 3-х месячный весенний приступ до того ослабил организм, что он больше не в состоянии подняться. Придется все время лежать, ибо я с трудом, при помощи пал-

 


207 С. 330. ...к нам прислали несколько человек крайне неприятных туберкулезников... - лиц, освобожденных по амнистии от 27.3.1953 г. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 14.9.1953 г. (наст.  изд., с. 342).

- 330 -

ки, тащусь пока еще до уборной. Много страданий, страшная скука и неприятное окружение, т.к. в последние [2] месяцы к нам прислали несколько человек крайне неприятных туберкулезников, которые пьянствуют, хулиганят и т.п.

Мне хочется чем-нибудь заняться до самых последних дней жизни. Конечно, в таких условиях это почти что невозможно. Но так как летом я лежу почти весь день один в палате, и все уходят в лес, то я решил заняться Гейне. После окончания Байрона и Шиллера мне очень хотелось бы написать еще книгу о Гейне (в февр. 1956 г. 100 лет со дня его смерти), но я, конечно, не успею выполнить эту свою заветную мечту. Несмотря на это, все же буду заниматься этой темой до последней минуты. Ал. Абр. собирает для меня книги и посылает их. В часы, когда нет высокой температуры, я читаю в постели и делаю выписки из книг.

Очень хорошо, что ты поедешь на июль опять в Щелыково. Ты к нему уже привыкла, да и среда там будет совсем другая. Думаю, что отдохнешь за месяц не плохо. Я адрес Щелыково уже забыл, а поэтому буду писать тебе в Москву.

Лето у нас тут тоже суровое: днем иногда бывает жарко, а ночью и по утрам холодно. Особенно же мне мешают ветры. Кроме земляники уже продают красную смородину (лесную). Она - очень кислая, а поэтому я просил добрых людей сварить мне варенье - оно очень хорошее, и я его с удовольствием кушаю, т.к. в желудке вечно не хватает кислот. А сахару у меня много накопилось для варенья. У нас тут прекрасная собака, большая чистокровная немецкая овчарка, которую мы (инвалиды) сами вырастили. Когда я приехал, это был щенок 2-3 недель, а сейчас это очень умная собака. Я весь год давал ей ежедневно кусочек сахару, и она так привыкла ко мне, что считает меня своим хозяином и часто заходит ко мне в палату и ложится около койки, чтобы посмотреть на меня и просить ласки. Она лучше человека.

Желаю тебе, милая, хорошо отдохнуть!

Крепко, крепко целую

Франц.

 

- 331 -

208. Н.Ф. Депутатовой208

 

11 июля 1953

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо из Щелыково от 1/VII. Очень рад, ты приехала на старое знакомое место, где ты должна спокойно и с душой отдыхать. Ты только не пишешь, до какого числа ты там пробудешь. По-видимому, до 28/VII? То, что ты пишешь о своей кафедре, меня несколько успокаивает. Какая бы честолюбивая дама ни была бы новая заведующая, но все же один учебный год как-нибудь протянешь. А можешь перейти на 1/2 ставки плюс пенсию, или же заниматься в заочном институте и т.п. В общем там тебе видно будет.

От Ал. Абр. получил письмо от 29/VI. Флорочка сдала все экзамены на 5 и получила золотую медаль. Очень рад за нее, ей прием обеспечен без вступительных экзаменов. Очень беспокоит, что рукопись Шиллера все еще не закончена. Не знаю, что там опять помешало. Ведь Нина Ильин. сказала, в первых числах июня все будет готово, а теперь опять июль. Хочется верить, что все же рукопись будет готова до июля, чтобы A.A. мог бы ее отдать, кому он там считает нужным. Я в этом деле ничего не знаю, куда ее лучше отдать, не знаю обстоятельств и личных отношений A.A. к издательствам и людям. Но A.A. очень старательный и преданный человек, и поэтому я уверен, что он сделает все для издания рукописи, что при данных обстоятельствах можно сделать. Мое положение прежнее. Нельзя сказать, что за последние две-три недели стало хуже, но и не лучше. В общем можно твердо сказать, что с марта месяца началась последняя стадия болезни, когда приходится все время лежать в постели и приступы становятся непрерывными. [2] К счастью, сейчас температура не очень высокая, но она вместе с тем больше и не оставляет меня, как это было до марта. Хорошо, что имеется небольшой аппетит к молоку, яйцам, ягодам и т.п. Немного поддерживаю себя этим. Но слабость все же постоянно

 


208 С. 332. ...изд. Academia-Гослитиздатом. - "Academia", изд-во в Петрограде/Ленинграде/-Москве в 1922-1938 гг. Слилось с Гослитиздатом.

- 332 -

настолько велика, что дальше десятка шагов при помощи палки ходить уже не могу. Не знаю, насколько протянется эта последняя стадия у меня. У большинства больных здесь, у нас, она тянется от месяца до 3-х. Бывали случаи и до 6-8 месяцев. Поскольку я сейчас самый слабый и плохой из всех инвалидов нашего дома, то навряд ли буду жить больше. Но жизненная энергия и воля к жизни у меня не ослабевает, и я хотел бы до последнего дня жизни работать над книгой о Гейне. Ал. Абр. прислал мне в общей сложности 9 книг биографически-критического характера о Гейне. Я их уже все прочел. Больше мне ничего не нужно из биограф.-крит. литературы о Гейне. Но мне не хватает сочинений самого Гейне на русск. яз. У A.A. нет собр. сочин. Гейне в 12 тт. изд. Academia-Гослитиздатом. 1-3 тт. я успел прочесть еще в Омске. Так что мне крайне нужны 4-12 тт. этого издания Гейне. Не знаю, что A.A. еще найдет и вышлет мне до своего отъезда из Москвы. Я тебе напишу в Москву к твоему приезду туда и попрошу, чтобы ты срочно достала тома Гейне у знакомых или в библиотеках и выслала мне. Я их долго задерживать не буду. Мне хотелось бы использовать каждый час, когда я в постели могу читать я писать, чтобы хотя бы вчерне написать еще книгу о Гейне. Тогда я считал бы свою жизнь все же не потерянной, ибо думаю, что рано или поздно мои три монографии о Шиллере, о Байроне и Гейне все же увидят свет.

Милая, желаю тебе хорошо отдохнуть и весело провести время в знакомом кругу людей!

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.


209. Н.Ф. Депутатовой209

 

18 июля 1953

Милая, дорогая Нина,

Сегодня получил твое второе письмо из Щелыково - 8/VII. Очень рад, что вращаешься в знакомой тебе среде, отдыхаешь по-настоящему. Частое кровоизлияние в левый

 


209 С. 334. Я... ответил... что не возражаю против "официальной переписки" из-за Флорочки. - См. письмо Ф.П. Шиллера И.В. Шиллер от 13.7.1953 г. (наст.  изд., с. 609).

Все деньги... я получил и в свое время тебя об этом известил.

- См. письма Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 2.6.1953 г. И 12.6.1953 г. (наст.  изд., с. 324,326).

- 333 -

глаз - симптом нехороший. Остерегайся по возможности при лампе много читать или поднимать тяжести. Со мною это случалось уже также не раз. Сейчас, когда я все время лежу неподвижно в постели, это явление стало редким.

Мое состояние, милая, прежнее. Не лучше и не хуже. Только вот сердце все больше меня беспокоит. Даже когда я делаю резкие движения в кровати, и то дыхание и пульс иногда останавливаются. Слабость уж слишком велика. При таком состоянии, милая, ты сама понимаешь, что о каком-то переезде ближе к Москве не может быть и речи. Врачи меня признали совершенно "нетранспортабельным" и даже не отправляют меня в туб. больницу, куда надо ехать по жел. дороге несколько станций. Ал. Абр. писал мне о подмосковном туб. санатории, но это совершенно неосуществимо при моем безнадежном и беспомощном состоянии. Придется умереть здесь.

Но, милая, пока я еще живой и могу читать и писать, я хочу работать над книгой о Гейне. И в этом отношении у меня опять большая просьба к тебе: биографич.-критич. лит. о Гейне мне пока хватает, но мне нужны сочинения самого Гейне в 12 томном издании Academia-Гослитиздат. Тт. 1-3 я проработал еще в Омске. Тт. 11-12 (письма) мне на днях прислал Ал. Абр. Значит, мне нужны еще тт. 4-10 этого издания. Когда ты приедешь в Москву, и если Ал. Абр. уже там не будет, то постарайся достать какие-нибудь (все равно какие) из этих тт. 4-10 Гейне. Думаю, что они будут у Ник. Калин., у Лифшица, может быть даже у Нины Ильин. или у кого-нибудь из твоих знакомых преподавателей иноязыков. Если сможешь достать какие-нибудь из этих томов Гейне, то вышли мне их по 2-3 тома заказной бандеролью. В [2] крайнем случае, ты смогла бы 2-3 тома взять в Вашей инстит. библиотеке - я их долго задерживать не буду.

На днях Флора прислала мне первое сердечное письмо. Это письмо уже взрослого человека. Пишет она от имени своего и всей семьи и обещает в дальнейшем писать более часто. Одновременно и И.В. вложила записку, в которой она пишет, что за пять лет ни разу не писала "по обстоятельствам", якобы

 

- 334 -

от нея не "зависевшим". Предлагает возобновить своего рода официальную переписку из-за дочери. Предлагает мне материальную помощь. Я долго колебался, что ответить. Конечно, относительно Флорочки не может быть двух мнений: девочка выросла и сама теперь все понимает. Но, по-видимому, она очень привязана к своей матери. Я поэтому ответил (через адрес Ал. Абр., прямого сообщения я бы пока не хотел), что не возражаю против "официальной переписки" из-за Флорочки. Материальную помощь я отклонил. После всего того, что произошло, мне не хочется ничего от И.В.; раз без нея переписка с дочерью затрудняется, то я согласен поддерживать чисто официальные отношения. Думаю, что я поступил правильно. Напиши ты свое мнение по этому поводу. Между нами говоря, мне думается, что здесь Ал. Абр. и его жена играют роль. Против сближения с Флорочкой я не возражаю, но в остальном я крайне осторожен.

У меня в этом году отвратительное лето: из-за крайней слабости я не могу вставать и гулять в лесу. Все деньги (первые 100 р. и вторые 100 р.) я получил и в свое время тебя об этом известил. С посылкой денег не спеши. Пока у меня еще есть, думаю, что хватит до 1 сентября. С ягодами я вынужден быть осторожен, т.к. желудок и кишечник больные и часто бывают сильные боли и расстройства. Вообще, милая, все у меня болит, весь организм разрушен.

После возвращения будь осторожна с расходом своих сил!

Передай привет Нине Ильин. и Ник. Кал.! Напиши мне, как обстоит дело с перепиской Шиллера? 7/VII у Ал. Абр. еще ничего не было. Об издании Байрона или Шиллера все еще в глубоком тумане...

Крепко, крепко тебя целую, милая твой Франц.


210. Н.Ф. Депутатовой210

 

22 июля 1953

Милая, дорогая Нина,

Когда я тебе 18/VII отправил письмо, то я совершенно забыл написать тебе о ПАСК, относительно которого ты спрашивала в последнем письме.

 


210 С. 334. ...я тебе 18/VII отправил письмо... - См. письмо № 209.

С. 335. ...150 пилюль Тибона... как ты мне прислала последний раз в марте. - Видимо, речь идет о посылке, отправленной и полученной в феврале 1953 г. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 27.2.1953 г. (наст.  изд., с. 308).

Фтивазид - активное химиотерапевтическое средство, действующее на возбудителя туберкулеза.

С. 336. ... если в 4 томе только "Путешествие по Гарцу" и "Легран"... - "Путешествие по Гарцу. 1824" и "Идеи. Le Grand. 1826" - главы из "Путевых картин" Г. Гейне. Т. 4 полн. собр. соч. Гейне (M., Academia, 1935) содержал не только эти, но и остальные главы "Путевых картин".

...насчет переписки Шиллера. - Речь идет о переписке на машинке рукописи о Фридрихе Шиллере.

- 335 -

Дело обстоит таким образом: местный районный врач-туберкулезник, который нас обслуживает, запретил мне принимать ПАСК на том основании, что он вредно отражается на сердце, а последнее у меня крайне плохое. Возможно, что это так, но также возможно, что это не так. Обычно я поступаю обратно тому, что этот врач мне рекомендует, т.к. я ему совершенно не доверяю, он очень недобросовестно относится к нам и в частности ко мне. Кроме того, я нигде не нашел в литературе, чтобы ПАСК вредно влиял на сердце. Было бы хорошо, если бы ты или Нина Ильин. могла бы советоваться с врачом-туберкулезником на этот счет. Но так или иначе, сейчас мне ПАСК присылать не нужно, т.к. я только недавно закончил принимать 400 гр., которые я тут купил. Легче мне от него не стало. Наоборот, на меня лучше всего действует Ти-бон - он дает мне больше всего облегчения. Так что, милая, достань мне в сентябре или октябре опять 150 пилюль Тибона по 0,025, как ты мне прислала последний раз в марте. Это будет дешевле и лучше. Сейчас мне [2] его после ПАСК не нужно, я приму его поздней осенью, т.к. необходим перерыв в приеме лекарств. Ты можешь мне его прислать в посылочке в октябре, - я тогда попрошу тебя прислать мне опять 10 маленьких общих тетрадок и еще кое-каких мелочей, о чем я тебе буду писать. Никаких жиров, ни рыбьего ни другого, в этом году мне посылать не придется, т.к. их сейчас тут хватает полностью, и у меня нет больше к ним аппетита.

Еще, милая, просьба: когда ты или Нина Ильин. будешь консультироваться с врачом относительно ПАСК, то выясни следующее: в последние месяцы пишут о чрезвычайно важном лекарстве против туберкулеза - Фтивазид - спроси, применяется ли он при лечении туберкулеза (хронич. фиброзно-кавернозный в последней стадии) в моем случае, может ли он дать мне облегчение, можно ли его достать, дорогой ли он и т.д. Если он подходит для меня и его можно достать, то Лифшиц уже несколько раз предлагал свои услуги достать мне лекарства. В общем, постарайся, если тебе не трудно, узнать о Фтивазиде и напиши мне об этом.

 

- 336 -

Милая, денег мне не нужно до середины сентября. Если тебе не трудно, то пришли мне 50 рублей, не больше, так в середине сентября. Раньше не нужно. Главное, достань мне Гейне тт. 4-10. Посмотри, если в 4 томе только "Путешествие по Гарцу" и "Легран", тогда 4-го тома не нужно, а только 5-10. Эти два произведения ("Путешествие по Гарцу" и "Легран") у меня тут в отдельных изданиях.

Будь добра и успокой меня насчет переписки Шиллера.

Положение мое - прежнее; лежу, слаб; но не хуже и не лучше.

Передай сердечный привет Нине Ильин.

Крепко, крепко целую

твой Франц.


211. Н.Ф. Депутатовой211

 

30 июля 1953

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе сегодня per avio, чтобы ты напрасно не трудилась в поисках собр. сочин. Гейне: Александр Абрам, перед своим отъездом достал и выслал мне все 12 томов русск. собр. соч. Гейне в издании Academia-Гослита.

Значит, этот вопрос в последних двух моих письмах к тебе полностью отпадает.

Остается только вопрос относительно лекарства и консультации у врача-туберкулезника. Нина Ильин., наверно, уже уехала, и придется тебе в течение августа или сентября сходить к врачу-туберк. Если у тебя сохранилась копия моей справки из Омского тубдиспансера, покажи ее. Спросить нужно: я 2 года хорошо переносил ПАСК и Тибон, сейчас же местный врач не советует больше принимать из-за слабости сердца. Спроси - правильно ли это, что эти лекарства вредно влияют на сердце.

Дальше: не может ли стрептомицин дать мне облегчение в смысле снижения или прекращения температуры? Спроси относительно нового лекарства Фтивазид.

 


211 С. 336. per avio - авиапочтой (от лат. per - посредством, avis -птица).

...в последних двух моих письмах... - Ф.П. Шиллер просил о высылке томов Г. Гейне в трех письмах Н.Ф. Депутатовой - от 11 июля, 18 июля и 22 июля 1953 г. (см. наст.  изд., с. 332,333,336).

...справки из Омского тубдиспансера... - Видимо, речь идет о справке, выданной Ф.П. Шиллеру при выписке из Омской гор. туб. больницы в ноябре 1949 г. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 13.11.1949 г. (наст.  изд., с. 78).

...правильно ли это, что эти лекарства вредно влияют на сердце. - В тогдашних медицинских справочниках о подобном побочном действии лекарств ПАСК и тибон не упоминается.

С. 337. Моск. Городского Педагогич. Института - основан в 1933 г., объединен с МГПИ им. В.И. Ленина (ныне Моск. пед. гос. ун-т) в 1960 г.

...все мои рукописи бросят в печку, как они тогда сделали с двумя моими книгами. - См. прим. к с. 60.

...с моей фамилией ничего нельзя делать. - Речь идет о национальности Ф.П. Шиллера.

...о Серафиме... - См. прим. к с. 26.

...грудной жабы... - то же, что стенокардия.

- 337 -

Я сегодня получил твое письмо от 20/VII из Щелыково. Надеюсь, что ты благополучно дожила до конца месяца и теперь ты уже дома.

Относительно денег: до середины сентября мне ничего не надо высылать. И тогда только 50 р. Алекс. Абр. выслал мне еще раз 100 р., чтобы я мог ему по почте вернуть книги. Немного из этих денег достанется и мне.

Нина Ильинична прислала мне открытку 19/VII. У нее большое горе: внезапно умер ее хороший знакомый, который прочел рукопись Шиллера. Она передала экземпляры рукописи по назначению. [2]

Сегодня же я получил большое письмо от Ал. Абр. перед отъездом, в котором он посылает мне целую папку фотографий Флорочки. Флору на астрономич. отд. МГУ не приняли, пришлось ей поступить на математич. факультет Моск. Городского Педагогич. Института.

Рукопись Шиллера Ал. Абр. сдал в Гослит на рецензировани. У меня нет надежды, чтобы что-нибудь напечатали. Ведь Байрона Пузиков до сих пор не прочел, ссылаясь на занятость, поэтому оттягивает решение (он должен дать решающую рецензию) до бесконечности. То же будет и с Шиллером. Раз меня нет в Москве, то они будут издеваться над мной до позднего дня моей жизни. А потом вообще все мои рукописи бросят в печку, как они тогда сделали с двумя моими книгами. Ал. Абр. делает все возможное и даже невозможное, но, как видно, с моей фамилией ничего нельзя делать. Милая, как это все грустно и отвратительно. Если бы у мене было такой несокрушимой воли к работе и к жизни, я давным-давно наплевал бы на все на свете. Лето у нас исключительно жаркое. Но дожди были, и поэтому урожай опять хороший, а ягод и овощей очень много, состояние мое все одинаковое. Лишь сердечная деятельность все ухудшается, вплоть до обмороков. Но небольшой аппетит пока есть.

То, что ты пишешь о Серафиме - плохо. Второй приступ грудной жабы обычно смертельный.

 

- 338 -

Если ты снимала что-нибудь удачное в Щелыково, пришли мне подарок из произведений твоей новой специальности. Ал. Абр. снимает уже здорово, не отличишь от профессионала.

Желаю тебе много успеха в работе в новом учебном году! Крепко, крепко целую тебя

Твой Франц.


212. Н.Ф. Депутатовой212

 

20 августа 1953

Милая, дорогая Нина,

Сегодня только первый день, что могу поднять голову сидя в постели. Две недели я опять висел между жизнью и смертью. 6/VIII у нас тут наступила уже настоящая осенняя холодная и дождливая погода (как в Москве в начале ноября). И у меня тут же наступило тяжелое обострение процесса легких. Две недели у меня была температура до 40°, почти все ночи я лежал без памяти, да и днем иногда терял сознание. Очень, очень плохо со мною. Я даже не все сообщаю, чтобы тебя лишне не тревожить. Когда наступит конец, тебе об этом сообщат, зачем тебя заранее тревожить? - Вчера температура несколько упала, но боли в груди, пот, кашель, слабость - невероятные. Вся грудная клетка - бочка со сплошным гноем. Теперь тепла тут уже не будет, и осеннее обострение непрерывно будет повторяться... Не знаю, можешь ли ты себе представить, как мне все это надоело!

А пока я еще дышу, так нужно думать о жизни. Я прошу тебя и в сентябре мне никаких денег не высылать, а прислать мне посылочку. Конечно, если у тебя будет время и средства для этого. Я последнее известие от тебя получил - твое письмо из Щелыково от 27/VII. Из этого я заключаю, что ты днем и вечером все время занята вступительными экзаменами и не имеешь возможности писать. Итак, если ты сможешь выкроить в первой половине сентября воскресный день, то приготовь мне (вместо денег) небольшую посылку со следующими вещами: 1) 10 небольших общих тетрадей, как ты мне всегда

 


212 С. 339. ...в Геленджике... - город-курорт в Краснодарском крае.

...приступ после двухнедельного ада даст мне хоть неделю чистилище. - Ад (от греч. hädes - подземное царство), согласно многим религ. учениям, местопребывание душ грешников, обреченных на вечные мучения; чистилище, место, где души грешников очищаются от неискупленных грехов.

- 339 -

посылала. Я хочу делать выписки из книг Гейне, а у меня вся бумага вышла. Скорее всего, что эти тетради мне и не будут нужны, но ты все-таки пришли их мне, мне с ними спокойнее. 2) бутылку виноградного вина (я так ослаб, что трудно ручку держать); 3) полкило шоколадных конфет (я могу кушать сладкое только с шоколадом); 4) немного мягкого сыра, немного балыка (копченой рыбы грамм 300, как в прошлом году) и баночку икры. 5) кусок туалетного мыла; 6) сине-красный карандаш; 7) старый плохой столовый нож, если у тебя есть; 8) какой-нибудь термометр для измерения комнатной температуры (у нас вечный спор с топкой печей); 9) 10 шпулек (катушек) белой нитки № 30 (для нашего портного, который всегда перешивает мне казенные вещи).

Вот и все. Если обойдется дорого, сократи что-нибудь. Возьми не большой ящик, а поменьше размером. Если нужно заткнуть дыры, то положи пачку печенья "Москва", а в остальном заделай все газетой.

Милая, у меня все тело так болит, а на душе так противно, что и не знаю, что еще писать. Нине Ильиничне я написал в начале августа, она вернется в Москву к 20/VIII (значит - сегодня). Аникст сейчас в Геленджике на Черном море и вернется, по-видимому, только к концу сентября. Так что я сейчас ниоткуда ничего не получаю. Да, откровенно говоря, ничему уже и не радуешься. О дочери я тоже больше ничего не получил.

Надеюсь, милая, что ты здорова. Если будет когда-нибудь время, напиши, как у тебя в этом году сложится расписание, ты думаешь организовать свою жизнь в предстоящем учебном году.

О себе ничего отрадного не могу сообщить. Хорошо, если приступ после двухнедельного ада даст мне хоть неделю чистилище. Я уже так скромен в своих желаниях! Передай сердечный привет Нине Ильин. и Ник. Калинниковичу! Не знаешь, когда последний вернется из отпуска?

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

 

- 340 -

P.S. Купи опять 150 таблеток Тибона по 0,025 и вложи их в посылочку.


213. Н.Ф. Депутатовой213

 

27/VIII 1953

Милая Нина,

Письмо твое от 13/VIII и телеграмму от 22/VIII получил. Пишу тебе сегодня только несколько строк, чтобы ты не беспокоилась. Надеюсь, что письмо мое от 20/VIII ты получила.

Первые две - самые злые - недели осеннего обострения легких прошли, но снизилась лишь температура, в остальном приступ продолжается со всеми мучениями и навряд ли скоро прекратится. Положение мое по-прежнему плохое.

Я прошу тебя или Нину Ильин. посоветоваться с врачом-туберкулезником относительно стрептомицина и фтивазида. Денег не высылай, а когда будет возможность, пришли посылочку, как я тебе написал.

Крепко целую

Франц.


214. Н.Ф. Депутатовой214

 

5 сентября 1953

Милая, дорогая Нина,

Получил 75 рублей. Спасибо тебе! Только напрасно выслала эти деньги. Я не знаю, почему мое письмо от 20/VIII посланное воздушной почтой, до 25/VIII все еще не дошло до тебя. Как правило, письма авиа приходят на четвертые сутки.

В этом письме я просил тебя выслать мне посылочку, a не деньги. Не знаю, получила ли ты вообще это письмо 20/VIII, или оно пропало.

Милая, мне все время очень плохо. Приступ, т.е. жестокое осеннее обострение процесса легких, теперь длится уже ровно месяц, без единого дня перерыва, и нет никаких надежд на улучшение. Весеннее обострение длилось 3 1/2 месяца; если

 


213 Написано на почтовой карточке, доставленной в Москву 3.9.1953 г.

С. 340. Надеюсь, что письмо мое от 20/VIII ты получила. -См. письмо № 212.

...прийти посылочку, как я тебе написал. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 20.8.1953 г. (наст.  изд., с. 338-339).

214 С. 340. ...я просил тебя выслать мне посылочку... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 20.8.1953 г. (наст.  изд., с. 338-339).

С. 341. ...одну почти слепую старушку, родом из моего села на Волге. - София Адамовна Шуман, уроженка Мариенталя, перед выселением из Поволжья в 1941 г. проживала в с. Розенгейм. См. письмо Ф.П. Шиллера Я.П. Шиллеру от 12.8.1953 г. (наст.  изд., с. 661).

- 341 -

осеннее так же будет долго длиться, то нет никакого спасения - я настолько слаб, что не долго уж протяну. Причем здесь нет ни врача, нет никакой медицинской помощи, вообще нет ничего, кроме палаты хулиганов, которые как бешеные волки относятся к тяжело больному человеку. Жить уже чрезвы-[2]чайно трудно в таких страшных условиях, но еще ужаснее умереть в такой обстановке. К счастью для меня, летом сюда прислали одну почти слепую старушку, родом из моего села на Волге. Она знает весь наш род и меня помнит по детству. И вот эта старушка ежедневно по 2-3 раза заходит ко мне, помогает, убирает и покупает мне молоко, яйца и т.д. на базаре на станции. Она же и варит мне что-нибудь, если не могу кушать общей пищи.

ПАСК и тибон я больше принимать не могу, сердце не позволяет. Надо бы иметь стрептомицин и фтивазид, но их тут нигде нельзя достать, даже в краевом центре, в Красноярске. Краевая туб. больница получает их в такой дозе, что это – капля в море. Я хотел, чтобы меня как-нибудь положили в эту больницу, но летом там было немного этих лекарств, а сейчас их нет; они ожидают их опять только к концу года.

Может быть, мне написать Лифшицу по поводу этих лекарств, он как-то предлагал свои услуги. Но пока я очень стесняюсь, как-то неудобно просить людей, у которых и так много хлопот и работы.

Судя по твоим письмам, ты опять так же, как и в прошлом году, перегружена работой. Надеюсь, что хоть не так скоро свалишься с ног.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


215. Н.Ф. Депутатовой215

 

14 сентября 1953

Милая, дорогая Нина,

Письмо твое от 30/VIII получил и пришел в ужас от твоей предстоящей нагрузки в институте. Сомневаюсь, чтоб ты вы-

 


215 С. 343. ...юбилейный доклад о Толстом. - Речь идет о докладе по случаю 125-летия со дня рождения Л.Н. Толстого.

- 342 -

держала до нового года. Но выдержать нужно, во что бы то ни стало, ибо это последний год твоей работы с полной штатной нагрузкой. В предстоящем году исполнится твой пенсионный возраст, а Ляля ваша окончит университет, и будет жить самостоятельно. В будущем году ты сможешь жить на пенсии плюс приработок на заочном секторе, уроками и т.п. Но лишь бы благополучно для твоего здоровья прошел бы этот учебный год! Надеемся на лучшее!

Мое состояние в том же положении. Острого припадка сейчас нет, но уже больше месяца длится обострение (осеннее) процесса со средней температурой, очень мучительным кашлем, болями в груди, очень обильным потом и так много мокроты, что она прямо давит меня. Все это ослабляет постоянно организм, тем более, что аппетит плохой.

Так как надежды на окончание обострения процесса нет, и у меня не было другого пути достать стрептомицин, то я все же написал М.А. Лифшицу письмо с просьбой достать и выслать мне это лекарство. Я думаю, что он сам заплатит за стрептомицин, если он его сможет достать. Но так как это лекарство очень дорогое, то я уже написал Нине Ильиничне, чтобы она позвонила Лифшицу и спросила насчет денег. Если нужны деньги, то я очень прошу тебя сходить к Николаю Калин, и просить его от моего имени дать эти деньги. В крайнем случае, позвони A.A. Аниксту, который вернется в Москву 18-20 сентября. Но вообще я для этой цели не хотел бы тревожить Аникста, у которого у самого-то ничего нет (он не имеет регулярной работы) и который мне за лето уже достаточно помог. [2]

В остальном жизнь моя течет по-прежнему. Поскольку нет высокой температуры, понемногу  почитываю Гейне в постели, делаю выписки, а прочитанные книги посылаю обратно. То, что я совершенно глухой, сейчас мне идет на пользу. Если бы я слышал, я не мог бы читать в палате, где всегда стоит шум, галдеж. Среда тут в этом году очень изменилась: после амнистии сюда прислали несколько человек туберкулезников из воров и хулиганов, и они сейчас у нас задают тон.

 

- 343 -

С дочерью своей так и не удается установить сердечную переписку и отношения. Она больше не писала, а вместо нее написала бабушка. Ничего не поделаешь, я, собственно, давно уже помирился с мыслью, что у нас ничего не получится с Флорой. В чем тут дело, я не знаю. Возможно, что они с матерью считают меня виновником, что жизнь у них пошла не так гладко, как им хотелось бы. Возможно, что роль играет и то обстоятельство, что Флора меня не помнит, и я для нее вроде чужой человек. Я никого не обвиняю и не осуждаю, я только устанавливаю факт.

Мне совестно, что заставляю тебя при твоей нечеловеческой перегрузке еще заниматься подготовкой и отправкой посылки. Теперь до Нового года я от тебя ничего принимать не буду: тебе и так тяжело.

Желаю тебе, милая Нина, сохранить свои силы и здоровье и не захворать! А на новый год обязательно поезжай за город, в дом отдыха. Читал в газете, что Николай Калин. сделал официальный юбилейный доклад о Толстом. Очень рад за него! Передай сердечный привет Нине Ильин. и Ник. Калинниковичу!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


216. Н.Ф. Депутатовой216

 

23 сентября 1953

Милая, дорогая Нина,

Телеграмму от 19/IX и посылку от 14/IX получил. Все было в идеальной сохранности, в полном порядке. Спасибо тебе, милая, за все твои хлопоты! Боюсь, что ты на посылке опять совсем истратилась. Теперь до нового года ничего от тебя больше не нужно и ничего не посылай.

Твои слова в телеграмме "хлопочу лекарствах" я понял так, что ты хочешь достать где-то стрептомицин и фтивазид. Не нужно тебе этого делать. Во-первых, эти лекарства дорогие, а во-вторых, если у тебя связей нет в медицинском мире,

 


216 С. 344. Ты наверно получила мое письмо, в котором я пишу, что попросил М.А. Лифшица достать эти лекарства. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 14.9.1953 г. (наст.  изд., с. 342).

- 344 -

ты их все равно не достанешь, а времени на это уйдет много. Ты наверно получила мое письмо, в котором я пишу, что попросил М.А. Лифшица достать эти лекарства. Я думаю, что у него есть кое-какие связи, и если од их не достанет, то я не надеюсь достать их. Во всяком случае, милая, оставь эти хлопоты, они тебе с твоей перегрузкой не по плечу. Ты и так уже больше всех на свете сделала для меня.

О себе ничего утешительного не могу сообщить. Обострение активного процесса все продолжается с одинаковой силой. Температура уже почти 2 месяца стоит 37,8 - 38,0°. Боли, масса мокроты, кашель, бесконечный изнуряющий пот, плохой аппетит, слабость - вот все симптомы, которые не покидают меня ни на минуту. За последние две недели у меня неприятное [2] расстройство желудка и кишечника. Сейчас, с получением вина и лимонов, я надеюсь наладить желудок. Я могу кушать уже очень немногие блюда, а то больше живу одним горячим молоком, которое старушка Шуман мне ежедневно покупает и кипятит. Но во время расстройства даже молоко нельзя пить, приходится довольствоваться чаем.

Первую половину сентября тут стояла очень теплая и сухая погода. С 20/IX наступили осенние ветры, дожди и холода. Снег нужно ожидать около 10-15 октября. Эти два месяца - сентябрь и октябрь - самые скверные для тяжелых туберкулезников.

С 16/IX у нас в доме инвалидов, наконец, есть свой врач, который, как в больнице, ежедневно делает обход по палатам. Конечно, без необходимых нам лекарств он нам тоже много помочь не может; но для частых побочных заболеваний и для общей консультации он все же очень нужен.

С нетерпением, милая, жду письмо от тебя. Все хочется знать, как твое здоровье - ведь ты хотела пойти к врачу и измерить давление крови, - как ты справляешься с нечеловеческой нагрузкой. Всех этих новых заведующих кафедрой и посещающих занятия лаборантов не нужно бояться, а заниматься так, как будто и не замечаешь их присутствия. Я в свое время всегда отделывался шутками от таких неприятных гостей. А чем больше им придаешь значения, тем хуже.

 

- 345 -

Еще раз, милая, спасибо тебе за все! Будь здорова и крепко держись на ногах!

Крепко целую

Твой Франц.


217. Н.Ф. Депутатовой217

 

28 сентября 1953

Милая, дорогая Нина,

Письмо твое от 20/IX получил. С лекарством у тебя очень много хлопот, а ты и так не знаешь, как справиться с работой. Я совершенно запутался, какие мне лекарства лучше. Литературы никакой нет, а местные врачи - в сто раз меньше меня в этом деле понимают. О фтивазиде они даже не слыхали. Я только знаю, что ПАСК и Тибон доконают мое сердце, а если стрептомицин еще хуже для сердца, то я, понятно, не могу его использовать. Если тебе и Лифшицу удалось достать фтивазид, буду принимать его. Вообще один из наших больных, который летом принимал фтивазид в Краевой туберкулезной больнице, очень его хвалит и доволен результатом лечения. Вообще говорят, что это лекарство везде уже есть в больницах и туберкул, санаториях, но почему-то его в аптеках не продают.

Относительно последней посылки все очень хорошо. Нож как раз такой, какой мне нужен, и не нужно прислать другого. У меня до этого был дорогой перочинный нож, но хулиганы украли его из тумбочки, когда я спал, продали его на станции за бутылку водки и пропили. Здесь нельзя иметь хороших вещей. Этот нож уж никто не украдет, потому что больше 3-х рублей за него не дадут. И шоколада мне достаточно, так что, милая, и не думай пока о новой посылке. Ты так замучена работой и заботами, что об этом даже не надо думать. Если я доживу до Нового года, только тогда [2] ты можешь мне прислать посылочку к новому году.

Желудок свой я немного наладил, так что я сейчас кроме молока понемногу  кушаю и другой пищи. Тут одному прислали ящик яблок, и я купил себе: они очень хороши для переме-

 


217 С. 345. Относительно последней посылки... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 23.9.1953 г. (наст.  изд., с. 343).

- 346 -

ны питания. Вино мне тоже хорошо помогает в переваривании пищи в желудке.

А так, в остальном, положение мое прежнее.

Нина Ильинична написала мне перед отправкой в больницу. Бедная, на нее тоже всегда все шишки валятся. Хоть болезнь эта сейчас и не представляет никакой опасности для жизни, но она все же неприятная и очень изнуряет организм. Надеюсь, что теперь ее уже выписали.

То, что ты пишешь о своих нагрузках, наводит ужас на меня. Чудо, если ты выдержишь до Нового года! В крайнем случае, тебе придется в январе перейти на пенсию, если выяснится, что никак нельзя довести занятия до конца учебного года.

Аникст написал мне, что к 20/IX будет в Москве. Но я думаю, что с лекарством вы справитесь и без него. О Флоре я стараюсь больше не думать. Мне необходимо меньше расстраиваться.

Желаю тебе, милая, много бодрости и сил! И спи много, и не расстраивайся!

Крепко, крепко целую

Франц.


218. Н.Ф. Депутатовой218

 

8/Х 1953

Милая Нина,

Сообщаю тебе только, что я еще жив. Болезнь моя все в том же положении, и я хоть рад, что она пока не ухудшается.

По-видимому, ни тебе, ни Лифшицу, ни Аниксту не удалось достать лекарства фтивазид. Ничего не поделаешь: на нет - как говорится - и суда нет.

Надеюсь, что здоровье твое пока сносное, что держишься еще на ногах. Как Нина Ильинична? Она еще не выписалась из больницы?

Будет свободная минута - напиши мне несколько строк.

С наилучшими пожеланиями

Крепко целую

Франц.

 


218 Написано на почтовой карточке, отправленной из п/о Тины 8.10.1953 г. и доставленной в Москву 14.10.1953 г.

- 347 -

219. Н.Ф. Депутатовой

 

20 октября 1953

Милая, дорогая Нина,

Сегодня только первый день, когда я после тяжелого острого приступа могу немного поднять голову в постели. Приступ длился восемь дней - с 10 по 18, температура доходила до 41°. Сейчас весь разбит, слаб, ни о чем не хочется думать.

Вчера пришла твоя телеграмма с извещением, что вам удалось выхлопотать 50 гр. фтивазида. Доза хорошая. Если только не обманут и вышлют. Лекарство до зареза мне нужно.

Вчера из Крайздрава приезжала опытный врач-туберкулезница, которая меня обследовала досконально. Я неоднократно обращался за помощью в Крайздрав, но никогда никакого ответа не получал. Месяц тому назад я отправил резкую жалобу на Крайздрав в Москву, и теперь ему, по-видимому, дали нагоняй. Врач находит, что если 50 гр. лекарства придут, то лучше мне дома, т.е. в доме инвалидов, пройти курс лечения, а не ехать зимой в Красноярск. Дала она нашему врачу все указания по курсу лечения, дала и другие лечебные назначения. Так что буду ждать теперь с нетерпением, когда придет лекарство. Если не придет, буду настаивать на отправке в больницу, потому что такой нечеловеческой температуры и бык, не то что человек, не в состоянии выдержать.

Прости милая, больше я писать не могу. Все тело болит, нет возможности дольше держаться, нужно ложиться. Спасибо всем за заботы о лекарстве!

Крепко целую

Твой Франц.


220. Н.Ф. Депутатовой220

 

27 октября 1953

Милая, дорогая Нина,

Получил вчера твое письмо от 18/Х. Плохо, что лекарство не выдали вам на руки. По-видимому, они его еще не послали, а когда пошлют, то оно может странствовать Бог его знает, сколько времени, ибо врач наш по несколько дней уезжает в

 


220 С. 348. ...письмо A.A. Суркову... - Сурков Алексей Александрович (1899-1983) - поэт, 1-й секр. Союза писателей СССР (1953-1959 гг.), Герой Соц. Труда (1969 г.). Сталинская премия (1946 и 1951 гг.).

предстоящий юбилей Шиллера - 150-летие со дня смерти Фридриха Шиллера (в 1955 г.).

Относительно справки... - Имеется в виду справка о снятии судимости с Ф.П. Шиллера.

Симу очень жаль. - См. прим. к с. 26.

- 348 -

район. А я жду лекарство как манну небесную, ибо хотя острый приступ прошел, но ведь обострение активного процесса все продолжается вот уже восемь месяцев. А для приостановления активного процесса фтивазид не уступает по эффективности стрептомицину.

Но ничего не поделаешь, будем надеяться, что все получится благополучно, и лекарство, в конце концов, попадет мне в руки.

В Союзе писателей я никогда не состоял. Но когда получу лекарство, я, конечно, напишу благодарственное письмо A.A. Суркову, который пошел мне (или, скорее, М.А. Лифшицу) навстречу и написал в министерство здравоохранения.

От A.A. Аникста я уже целый месяц не имею писем. Но то, что он вам сообщил о возможности издания книги о Шиллере, - это он и мне сообщил. Все это еще - музыка будущего. Пока ничего определенного нет, сейчас только рукопись на рецензировании, а после этого еще много этапов до заключения договора... А пока Гослит не заключает договора со мною или доверенным мною лицом, до тех пор все это только слова, которые можно сегодня сказать так, а завтра иначе. Но все же я надеюсь, что предстоящий юбилей Шиллера явится значительным стимулом для издания книги.

Относительно справки: она мне не нужна, пусть она остается там, у Флоры. Только не надо ее терять. [2]

То, что ты каждый раз пишешь о своих нагрузках, наводит ужас на меня. Когда ты, наконец, сможешь перейти на пенсию и из машины превратиться опять в человека! Хорошо, что посещаешь концерты и театр. Да, я теперь уже почти год лишен всякой возможности слушать музыку по радио: слух у меня пропал на все 100%; ощущение такое, как будто электрическую кнопку выключили и наступила полная Нирвана.

Печально, что вокруг тебя так много тяжело больных внезапных смертей. Симу очень жаль. Но все мы под Богом ходим, и сегодня моя, а завтра твоя очередь. Все мы направляемся к одному и тому же номеру в скверной сырой гостинице, куда дверь открывается лопатой; один приходит туда раньше,

 

- 349 -

другой позже, но приходят все, без исключения. Я пишу об этом, милая Нина, потому, чтобы ты излишне не печалилась и не нервничала по поводу приближающейся годовщины кончины Василия. Он давно уже спит спокойно, без забот и печали, и плакать о нем не нужно. Если он мог бы тебе сам об этом сказать, он, прежде всего, запретил бы тебе горевать и расстраиваться.

Желаю тебе, милая, счастливых праздников!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


221. Н.Ф. Депутатовой221

3 ноября 1953

Милая, дорогая Нина,

Вот прошло уже 3 недели с тех пор, как в министерстве здравоохранения сказали, что "на днях" вышлют фтивазид, а до сих пор нет никаких признаков. А ведь посылки от Москвы до нас идут ровно неделю, не больше. Я ежедневно с нетерпением спрашиваю почтальона, нет ли извещения на имя врача нашего, но ответ всегда отрицательный. Я так надеялся на это лекарство, но, по-видимому, это просто чудовищный обман.

Состояние мое, милая, за прошедшую неделю резко ухудшилось: наступило полное расстройство всего питания. Ни желудок, ни кишечник ничего больше не удерживают. Не только молоко, но даже полстакана чая и тот вызывает резкие боли и сразу же уходит. Понос страшный, он не дает мне покоя ни днем, ни ночью. Обычные средства от поноса совершенно не помогают, да это и понятно, потому что это - туберкулезный понос. Все это очень нервирует и ослабляет. Ведь у нас внутренней уборной нет, няни ни о чем не заботятся, и приходится ночью по 2-3 раза в мороз ходить в уборную за оградой, метров сто в лесу. Я бы с удовольствием лег в Красноярскую больницу, где хорошие условия, так они меня не берут, так как на несчастье у меня как раз был в тот день врач из Крайздрава, когда пришла твоя телеграмма с извещением об

 


221 С. 349-350. ...день... когда пришла твоя телеграмма... об отпуске лекарства... - 19 октября. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 20.10.1953 г. (наст.  изд., с. 347).

С. 350. ...в районную больницу... - больницу на ст. Нижний Ингаш.

...о Союзе писателей... - о возможном приеме Ф.П. Шиллера в Союз писателей СССР.

- 350 -

отпуске лекарства, и они теперь говорят, он обеспечен. Поехать же в районную больницу, похожую на курятник, это все равно, что пойти в похоронное бюро, ибо оттуда еще никто живым не вернулся. Но если мое поло-[2]жение и дальше будет так катастрофически ухудшаться, придется все же поехать в этот курятник, ибо у меня нет больше сил таскаться по морозу в эту далекую уборную. У нас тут все устроено так, чтобы тяжело больные люди долго не жили, а скорее очистили место.

Вчера получил твое письмо от 25/Х. Если ты выслала ПАСК, я вынужден отдать его другим бедным больным, которые могут его принимать, но не имеют денег его купить. При моем состоянии желудка, конечно, нечего и думать о ПАСКе. Единственное, что я мог бы принимать, фтивазид, и то министерство меня обмануло и вышлет тогда, когда он мне больше не нужен.

Милая, я думаю, ты поймешь, что в таком нервном и чрезвычайно слабом состоянии меня ничто не интересует, ни рукописи, ни книги. По-видимому, ни Лифшиц, ни Аникст не отдают себе отчета в безнадежности моего состояния, иначе бы они не думали о моем возвращении к жизни, о Союзе писателей и т.п. Я слишком много видал умирающих туберкулезников, чтобы ошибиться в серьезности своего положения. Туберкулезник почти никогда не умирает непосредственно от легких, а от последствий туберкулеза и его перехода на другие органы тела. Туберкулезник живет, пока он еще может кушать, пока желудок и кишечник еще принимают пищу, но если последние отказываются служить, то это вернейший признак наступления конца.

Все это было бы еще ничего, ведь конец все равно должен наступить, но плохо то, что нет нормальных человеческих условий для больных в такой стадии болезни.

Не принимай все это близко к сердцу, все мы под Богом ходим, и когда наступит последний час, никто не знает.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

 

- 351 -

222. Н.Ф. Депутатовой222

 

10 ноября 1953

Милая, дорогая Нина,

Сегодня, вместе с этим письмом, отправляю тебе телеграмму, чтобы вы узнали в министерстве здравоохранения, долго ли они еще думают издеваться над тяжело больным человеком. Если не хотят посылать лекарства, то пусть так и скажут. Ведь я уже целый месяц сижу как на пытках и ежедневно ожидаю его, а все нет ничего. Нет ничего более тяжелого для больного человека, чем обнадежить его чем-то, а потом обмануть.

Милая, я пишу тебе с большим трудом. Уже пятый день у меня опять острый приступ с высокой температурой. Расстройство и полный упадок питания продолжаются. Я очень, очень слаб, но все еще сопротивляюсь отправке в районный курятник, потому что оттуда еще никто живым не вернулся, обычные лекарства не приостанавливают поноса. Тут у нас есть один симпатичный старик-китаец, который самодельным путем из мака изготовляет опий, как они его курят в Китае. Он мне два раза давал пилюлю, и это приостанавливает понос на день, но зато после этого он бушует еще сильнее. Так я и это лекарство оставил. Нет никакого аппетита, глотаю иногда немного чая и горячего молока.

Сегодня, Нина, мой день рождения. Кроме меня и тебя об никто не знает; т.е. на Лениградском шоссе это хорошо знают, но не хотят знать. С тех пор, как Флору 8 июля не приняли в МГУ, она не обмолвилась ни единым словом. Наверно, меня опять сделали козлом отпущения, что жизнь у них проходит не так гладко, как по прямой шоссейной дороге. Бог с ними. На глупых и злых людей мне нет смысла обижаться. Я своевременно, в 20-х числах октября, отправил 8 писем и поздравил всех своих знакомых, в том числе и Флору, с праздником. Но никто не ответил. И так мне и нужно. Я до самой смерти сохраняю глупые иллюзии о дружбе и товариществе, на самом деле я, кроме тебя, никому не нужен. Ну что же - горбатого, как говорят, - только могила исправит.

 


222 С. 351. опий - опиум (от греч. öpion - маковый сок), высохший на воздухе млечный сок мака опийного, или снотворного. В медицине используется преим. как болеутоляющее средство. Сильный наркотик.

...поздравил всех своих знакомых... с праздником. - Речь идет о празднике Октябрьской революции.

С. 352. Я... тебе написал, что посылочку мне нужно послать только к новому году. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 28.9.1953 г. (наст.  изд., с. 345).

- 352 -

Милая, у меня к тебе следующая просьба. Я в свое время [2] тебе написал, что посылочку мне нужно послать только к новому году. Боюсь, что к тому времени она мне больше не нужна. Поэтому я прошу тебя, когда ты получишь зарплату за ноябрь - это, по-видимому, будет в конце ноября или в первых числах декабря, - приготовь мне небольшую посылочку со следующими вещами: 1) две бутылки виноградного вина, 2) 10 шпулек белой нитки № 30 и 3) немного порошка клюквенного киселя, если он вообще есть в магазинах. Ни икры, ни шоколада, ни конфет, ни печенья, ни сыра и т.д. мне ничего не нужно, все это я вынужден отдавать чужим людям, т.к. ничего не могу кушать. Единственное, что мне идет, это виноградное вино, которое укрепляет желудок и кишечник. Ты уж прости, милая, что я все время обращаюсь за помощью к тебе, но ведь ты сама знаешь, кроме тебя у меня нет искреннего и преданного друга.

На этом кончаю, голова идет кругом, да и рука от слабости дрожит. У меня такие боли, что ни о чем не могу думать, да и интереса нет никакого.

Крепко, крепко целую

Франц.


223. Н.Ф. Депутатовой223

 

17 ноября 1953

Милая, дорогая Нина,

Получил обе твои телеграммы от 9 и 12/XI. Прости, что наделал тебе столько хлопот. Вини в этом мое плохое состояние и крайнюю нервозность.

Сегодня, наконец, пришло извещение на фтивазид. Послан он 9/XI спецмагазином медикаментов Мин. здравоохр. Извещение с наложенным платежом на 57 рублей. Я продал сегодня мою единственную вещь, которая принадлежала мне лично, а именно мои валенки, чтобы завтра через почтальона выкупить лекарство. Послано оно не на имя нашего врача, а на мое имя. Вы только не беспокойтесь насчет этих денег; мне

 


223 С. 353. ...перед ПАСК'ом в 1951 г. ... - Ф.П. Шиллер начал принимать ПАСК в декабре 1951 г. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 7.12.1951 г. (наст.  изд., с. 215).

В последнем письме... я... просил тебя, что самое важное - вино... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 10.11.1953 г. (наст.  изд., с. 352).

...Толстой с прошлогоднего календаря... - На 1953 г. выпускались планшеты для крепления настенных календарей с портретом Л.Н. Толстого (в честь его 125-летия).

С. 354. ...пошлю A.A. Суркову благодарственное письмо. -См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 27.10.1953 г. (наст.  изд., с. 348).

- 353 -

собственные валенки больше не нужны, т.к. всю зиму лежу в постели. А чтобы добраться до уборной, так нам дают на это казенные. Так или иначе я бы продал эти валенки, а тут как раз они были кстати для лекарства.

Мое состояние очень, очень плохое. Желудок и кишечник совершенно отказались работать, да при всем все время высокая температура. У меня есть надежда, что, может быть, фтивазид снимет температуру и в какой-то степени восстановит аппетит и работоспособность органов пищеварения. Раньше хотя у меня и не было такого плохого состояния, но перед ПАСК'ом в 1951 г. мое состояние было тоже неважное, и тогда ПАСК значительно восстановил меня. Надеюсь, что фтивазид еще раз поднимет мое общее состояние хотя бы опять на полгода. Завтра я должен его получить на почте, а послезавтра наш врач отнесет его в аптеку, чтобы развешивать на порошки по 0,3 гр., и тогда я начну принимать.

Милая, ты пишешь, что 11/XI послала посылку. Хорошо, если ты положила хоть одну бутылку виноградного вина - все осталь-[2]ное неважно. Теперь, понятно, ты ничего не посылай, ни денег, ни посылки, до нового года. В последнем письме от 10/XI я уже просил тебя, что самое важное - вино, остальное меня мало интересует. В посылочке с вином к новому году ты кроме 10 шпулек белой нитки № 30 постарайся купить попутно какой-нибудь календарь на 1954 год, без портрета, так как Л.Н. Толстой с прошлогоднего календаря еще цел, и новый календарь можно прибить к старому портрету. Конечно, все это только в том случае, если доживу до нового года.

Твоя посылка от 11/XI должна притти 18/XI. Мне очень совестно, что ты опять истратилась. Эти мерзавцы в издательстве тянут и с моим Шиллером такую же резину, как с Байроном, и я не надеюсь, что я при моей жизни получу хоть рубль от них.

Милая, я знаю, что ты все время вертишься, как белка в колесе, и не знаешь, как справляться с работой. А тут и я еще со всеми своими нудными хлопотами и бесконечными просьбами. Ну что делать? Ведь по существу я могу полагаться

 

- 354 -

только на тебя. A.A. Аникст мне писал, что он уже больше месяца болеет, и поэтому молчал.

Завтра я пошлю A.A. Суркову благодарственное письмо.

Передай, милая, Лифшицу, что я лекарство теперь получил.

Привет Нине Ильиничне и другим знакомым!

Крепко, крепко целую

твой Франц.


224. Н.Ф. Депутатовой224

 

23 ноября 1953

Милая, дорогая, родная Нина,

Прежде всего, еще раз сообщаю тебе, что лекарство 18/XI получил и принимаю его вот уже 5-й день. Температура исчезла, пот значительно уменьшился. Думаю, что обострение процесса удастся приостановить и облегчить мое положение хотя бы на месяца три-четыре.

С желудком и кишечником тоже немного лучше. Но я страшно слаб, издерган и мне трудно дышать. Если бы лекарство не пришло, я бы долго не выдержал. Принимать буду его почти два месяца; думаю, что до весны результаты от лекарства скажутся в положительном духе.

Виноват в задержке отправки лекарства спецмагазин на Фрунзенской набережной. Уже 21/Х химико-фармац. отдел мин. здравоохр. выписал накладную для отправки, а магазин отправил лекарство только 9/XI. Предположить, чтобы в магазине временно не было фтивазида, я не могу, т.к. химико-фарм. отдел знает, что у него есть, и если бы не было, то не выписал бы накладной. Скорее всего, что магазин возился до 7/XI другими поручениями на месте и отложил отправку после праздников. Им ведь все равно, умрет за это время больной или нет.

Мне очень неприятно, что ты опять совершенно истратилась на меня. Но зачем надо было опять послать мне 100 рублей? Ведь у меня от продажи валенок осталось еще 75 руб., а до марта-апреля, пока не будет свежих яиц, тут совершенно не

 


224 С. 354. ...еще раз сообщаю тебе, что лекарство 18/XJ получил... - В предыдущем письме от 17.11.1953 г. (см. наст.  изд., с. 352) Ф.П. Шиллер сообщил Н.Ф. Депутатовой лишь о получении извещения на посылку с лекарством.

- 355 -

на что тратить деньги. Здесь только мясо, картофель, капуста и масло на базаре - все это мне не нужно. В магазинах тоже нет ничего подходящего для меня. Так что до самой весны мне никаких денег не нужно. И с посылкой ты тоже перехватила через край. Коробок дорогой икры и шоколада не нужно было покупать. Самое важное - бутылка вина.

Чтобы ты ничего лишнего не купила для маленькой посылочки к Новому году, так я тебе заблаговременно [2] пишу, что нужно купить: 1) одну бутылку вина; 2) отрывной календарь на 1954 год; 3) 10 шпулек белой нитки № 30; 4) немного какао, сухих фруктов (немного) и, если есть, немного порошка для киселя. И больше ничего не покупай. Все это войдет в маленький ящик, как ты сейчас посылала два. Мне всегда очень неловко, когда я думаю, сколько хлопот и средств ты тратишь на меня.

Так ничего нового у меня нет. Нудно и скучно влачить такое несчастное существование. На улице лютая зима, а на душе серая скука. Если бы не ты, я был бы оторван от всего мира. Единственная радость в моей жизни, это получить весточку от тебя.

Твою беспокойную жизнь я могу себе приблизительно представить. Очень жалею, что работа тебя целиком поглощает. Но с другой стороны, это, может быть, и неплохо, меньше будешь думать о других вещах. Лишь бы ты не свалилась до зимних каникул. Ты уже подумала, куда поедешь в дом отдыха?

Передай сердечный привет Нине Ильин. и др. знакомым.

Крепко целую

Твой Франц.


225. Н.Ф. Депутатовой225

 

30 ноября 1953

Милая, дорогая Нина,

Телеграмму и письмо твое от 21/XI получил. Надеюсь, что это время ты получила мои письма и успокоилась. Как я

 


225 С. 355-356. Как я только получил лекарство, я тебе в тот же день отправил письмо... - Речь идет о письме Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 17.11.1953 г. (№223).

С. 356. ...скушал вчера кусочек черного хлеба - а я его пять лет не мог брать в рот! - За неимением лучшего Ф.П. Шиллер ел черный хлеб по прибытии в дом инвалидов на ст. Тинской. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 28.10.1952 г. (наст.  изд., с. 288).

...не нужно мне посылать в начале декабря посылки, как я раньше просил. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 10.11.1953 г. (наст.  изд., с. 352).

Пришли мне ту посылочку к Новому году, о которой я писал... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 23.11.1953 г. (наст.  изд., с. 355).

С. 357. ...твоего и Олина несчастья летом 1951 г. - См. прим. к с. 193.

Против наследственной болезни ничего не поделаешь... - Речь идет о национальности.

Я уже 15 лет нахожусь на положении прокаженного... - со времени ареста в 1938 г.

Деньги, значит, были... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 23.11.1953 г. (наст.  изд., с. 354).

- 356 -

только получил лекарство, я тебе в тот же день отправил письмо воздушной почтой, чтобы тебя успокоить. Надо было сразу же дать тебе телеграмму, но это тут все очень трудно сделать, если сам не можешь сходить на почту.

Фтивазид принимаю уже 12-й день. Действие его - очень хорошее. Я не только после 5 дней избавился от активного процесса с температурой, кашлем, потом, болями в груди и т.д., но постепенно налаживается и желудок, а самое главное - появился хороший аппетит, и я, хотя и очень осторожно, но начинаю кушать. Можешь себе представить, я даже скушал вчера кусочек черного хлеба - а я его пять лет не мог брать в рот! Действие фтивазида несравнимо лучше, чем ПАСК или тибон. Если так будет продолжаться, то я надеюсь, что лекарство это даст мне облегчение на всю зиму (эти лекарства обычно дают его на 3-4 месяца), и лишь весенняя вспышка, наверно, будет опять ужасная.

В связи с облегчением моего положения, милая, не нужно мне посылать в начале декабря посылки, как я раньше просил. Пришли мне ту посылочку к Новому году, о которой я писал тебе в последнем письме. Если ее пошлешь числа 18-20/ХП, то она как раз и придет к Новому году. Вино положи только одну бутылку, сейчас, когда я принимаю это лекарство, мне его так много не нужно, желудок и без него налаживается. Кроме вина, белой нитки, немного какао, сухофруктов и киселя, положи мне еще, если тебе не трудно, следующее: немного пилюль с витамином "С" и маленькую бутылочку "Дентис" (капли от зубной боли, они в аптеке есть); в магазине санитарии и гигиены возьми мне зубную пасту и пасту для бритвы (намыливание). Все это не так необходимо, но если у тебя попутно будет время, то положи и эти мелочи.

Милая, ты себе представить не можешь, как я нервничал в связи с тем, что лекарство опоздало на целый месяц. И опоздало оно только из-за полного равнодушия этих бюрократов к [2] больному человеку: им просто не хотелось до праздника возиться с упаковкой на почте и т.п. А положение мое было таково, что врач наш до прибытия лекарства ежедневно ожи-

 

- 357 -

дал моей смерти, и если бы оно, наконец, не пришло, я бы не пережил декабрь месяц. Я и сейчас еще - скелет, но думаю в течение месяца опять восстановить состояние, которое было у меня хотя бы летом.

Относительно твоего и Олина несчастья летом 1951 г. Я тебе советую забыть обо всем и никуда не обращаться, потому что это совершенно бесполезно. В твоем возрасте и твоем положении все это уже не имеет практического значения. Только излишне будете нервничать. Против наследственной болезни ничего не поделаешь, она очень трагическая, ибо человек до рождения не в состоянии заказывать себе родителей. А родители ведь тоже не виноваты, они унаследовали ее от своих родителей и т.д. Но страдать такой болезнью - очень тяжело. Я уже 15 лет нахожусь на положении прокаженного, которого все избегают и бояться заразиться. Но что делать? Приходится все терпеть. Как только будет первая возможность, советую тебе перейти на пенсию, и тогда ты можешь совсем успокоиться.

Деньги, значит, были от Лидии Каган. Конечно, нельзя сказать, что все это меня радует. Но она еще в бытность аспиранткой у меня всегда была сердечной, кроме того, она из очень добропорядочной семьи. Будет возможность, так передай ей мою благодарность. В таких случаях не столь важны деньги, сколь добрая память хороших людей.

От Нины Ильиничны получил письмо и сразу же ей и ответил.

Итак, милая, надеюсь, что ты теперь успокоилась от всех этих неприятностей с лекарством. Ведь волноваться за всё всегда приходится тебе и мне. Такова, по-видимому, уже наша участь с момента рождения.

Желаю тебе всего хорошего!

Крепко целую

Твой Франц.

 

- 358 -

226. Н.Ф. Депутатовой226

 

7 декабря 1953

Милая, дорогая Нина,

Вот я уже почти три недели принимаю фтивазид. Действие его - хорошее. Температуры с тех пор не было, самочувствие стало гораздо лучше. Аппетит также несколько поправился, сейчас у меня все время стоит средний аппетит, кушаю и кашу, немного картошки. С мясом труднее - сразу портится желудок. Вообще желудок у меня самое слабое место. Больше недели он налаживался, я было уже обрадовался, но три дня тому назад он опять испортился. В такой самой последней стадии туберкулеза, как у меня сейчас, конечно, нельзя требовать от лекарства, чтобы оно много помогало. В общем, фтивазид самое лучшее и единственное лекарство, которое в моем крайнем положении в состоянии облегчить мне временно состояние.

Напиши мне, какое министерство здравоохранения мне его отпустило - РСФСР или СССР? Это на всякий случай, если еще раз придется просить к весне.

Кости у меня понемногу начинают покрываться опять мясом, и в целом я чувствую себя лучше. Думаю, что после Нового года смогу опять читать книги и хоть час в день работать над Гейне. Очень уж хотелось мне еще до смерти хоть вчерне набросать книгу о Гейне для столетней годовщины смерти великого поэта. Правда, условия для работы у меня страшные. Сейчас у нас до 10 утра и после 3 час. дня темно, и палата освещается слабо коптящей керосиновой лампой, прикрепленной к стене. При таком освещении даже трудно различать предметы, не то что читать или писать. Днем же, когда несколько часов светло, в палате стоит такой гам (в палате живут 8 чел.), [2] что совершенно невозможно сконцентрировать свои мысли на чем-нибудь. Байрона и Шиллера я писал по ночам при хорошей керосиновой лампе, когда все спали. Сейчас у меня нет хорошей лампы, но самое главное - я уже не могу вставать и садиться за стол, а вынужден писать в постели, под-

 


226 С. 358. ...хотелось мне... набросать книгу о Гейне для столетней годовщины смерти... - т.е. к 1956 г.

- 359 -

ставляя фанерку. Если мне удастся еще раз пережить весенний кризис, то я всеми силами буду стараться летом написать книгу о Гейне, чтобы она к осени была готова. Ты видишь, я так и остался неисправимым Дон-Кихотом и продолжаю работать на прусского короля, хотя уже две мои книги странствуют годами по издательствам совершенно бесполезно.

Так, милая, у меня никаких новостей нет. Да это и не удивительно: что у меня может быть нового в этой дыре, кроме известий о моем состоянии болезни?

Надеюсь, что ты пока еще держишься на ногах и как-нибудь дотянешь до зимних каникул. Надеюсь также, что этот учебный год - последний для тебя; хорошо было бы, если ты с осени могла перейти на пенсию и работать, если это иногда необходимо, по часовой оплате, внештатно, когда здоровье тебе это позволяет. А еще лучше, если пенсию увеличат и тебе ее на существование, совсем не работать, а лечиться и смотреть за своим здоровьем.

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


227. Н.Ф. Депутатовой

 

14 декабря 1953

Милая, дорогая Нина,

Половину фтивазида я уже принял. Действие его по-прежнему хорошее. Из легкой пищи я сейчас кушаю все: кашу, мясную котлету, картофельное пюре, белый хлеб, молоко т.д. Желудок стал лучше, но необходимо очень строго слеза диэтой. Какая-нибудь грубая пища или хотя бы капля сладкого сразу приводит его в расстройство. Лекарства хватит мне до половины января. Думаю, что послe этого действие фтивазида будет постепенно уменьшаться и через приблизительно 2 месяца совсем прекратится. Так рассказывают мне люди, которые проходили курс лечения в краевой туб. больнице. Здесь нет ни инструкции, ни литературы о фтивазиде, а врачи еще меньше меня знают по этому по-

 

- 360 -

воду. Если тебе нетрудно, как-нибудь спроси знакомого врача-туберкулезника (кажется, у тебя знакомые есть), можно ли фтивазид повторять и через какое время.

ПАСК оказался негодным. Он весь потемнел и сделался чересчур горьким. Наш врач послал его в районную аптеку на анализ. Ответили, что он испорчен или оттого, что он долго где-нибудь стоял без упаковки в стеклян. посуде и в закупоренном виде, или он испортился от сырости в дороге сюда. Пришлось его выбросить. Так как я все равно не могу принимать ПАСК, то это не играет никакой роли.

Какая неразбериха должна существовать в министерстве здравоохранения! Я сужу об этом потому, что нашему директору оттуда на днях прислали повестку, чтобы он уплатил 57 руб. за фтивазид, высланный мне 9/XI. А я ведь сразу же, 17/XI, уплатил на почте эти деньги, на что мне выдали квитанцию. Кроме того, они обязаны в министерстве знать, что посылка с наложенным платежом адресату не выдается, [2] пока он не уплатит деньги. Конечно, второй раз никто не будет платить за фтивазид, но они поставили меня в неловкое положение: выходит, что я частным образом где-то достаю лекарство за счет нашей дирекции. Какой бюрократизм должен быть в аппарате этого министерства, когда правая рука не знает, что делает левая!

От Лидии Каган я получил сердечное письмо. Относительно предлагаемой ей мне помощи я ей написал, что денег мне сюда посылать не нужно. Но если она захочет мне чем-нибудь помочь, то лучше это сделать, если она будет участвовать в посылках, которые ты мне посылаешь.

Милая, я сейчас опять немного ожил. Три месяца я ничего не мог читать. Теперь буду опять читать.

Какова твоя жизнь, я приблизительно могу себе представить. Лишь бы тебе не свалиться с ног до зимних каникул. Ты уже решила, куда ты поедешь на отдых?

От Аникста я целый месяц не получил никаких известий. Так что ничего не знаю, что творится там с моими рукописями.

 

- 361 -

Передай сердечный привет Нине Ильиничне.

Крепко тебя целую

Твой Франц.


228. Н.Ф. Депутатовой228

 

21 декабря 1953

Милая, дорогая Нина,

Старый год приходит к концу. И если поэт и говорит:

Год приходит, год проходит!

Деловито ходит шпулька

На станке, а что он ткет -

Ни единый ткач не знает,

то я все же сердечно поздравляю тебя с Новым годом и желаю тебе много счастья и здоровья в новом, 1954-ом, году! Особенно я желаю тебе в наступающем году, наконец, освободиться от сверхчеловеческой работы и перейти на пенсию. Ты достаточно в своей жизни трудилась, и здоровье твое таково, что тебе нужен покой и спокойная жизнь.

Твое последнее письмо было от 21/XI. Все боюсь, как бы ты не свалилась с ног до наступления зимних каникул! Куда ты решила поехать и когда поедешь? Сообщи мне об этом.

У меня ничего нового нет. Лекарство я беспрерывно принимаю. Состояние мое улучшилось, но желудок то и дело расстраивается. Нужно быть очень осторожным с пищей, а здесь у нас очень трудно диэту соблюдать: кушать нужно то, что дают. Но самое главное - обострения процесса и температуры нет. [2]

В начале января фтивазид у меня кончается. Действие его полностью прекратится, как говорят, через 2-3 месяца. Значит, в марте надо бы его опять достать и не знаю, как это сделать. А чтобы его в марте здесь иметь, нужно хлопотать гораздо раньше, уже в январе-феврале. Посоветуйся с Аникстом по телефону, что делать, чтобы достать это лекарство, и что для этого от меня потребуется. В аптеке Сануправления Кремля и в аптеках военного ведомства его можно достать

 


228 С. 361. Год приходит... - строфа из стихотворения Г. Гейне "Иегуда бен-Галеви" (1851 г., пер. с нем. В. Левика).

В аптеке Сануправления Кремля... - Имеется в виду Лечебно-санитарное управление (Лечсанупр) - специальное подразделение Министерства здравоохранения СССР, обслуживавшее партийно-государственное руководство.

- 362 -

свободно, но для этого нужно иметь связи. Можно сделать и так: если вы тот раз получили фтивазид в министерстве РСФСР, то сейчас можно хлопотать в министерстве СССР (или наоборот).

От Аникста я уже больше месяца ничего не имею, так что мне совершенно неизвестно, что там творится с моими рукописями.

Еще раз, милая, желаю тебе счастливо встретить новый год!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


229. Н.Ф. Депутатовой229

 

30 декабря 1953

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе с большим трудом. Не успел я 21/ХII отослать тебе письмо, как вечером наступил такой сильный приступ болезни, с температурой свыше 40, что я уже несколько лет не пережил такого. Он длился до 28/ХII и вернул меня в то же состояние, в котором я находился до прихода фтивазида. Все улучшение пропало. Полностью отсутствует опять аппетит, желудок ничего не принимает, и слабость прямо ужасная. По-видимому, на эту зиму назначен мой час, и тут уж ничего не поможет. Конечно, если бы я больше месяца не принимал лекарства, то я не пережил бы этого приступа. Но вообще положение мое уже такое плохое, что ожидать еще раз улучшения навряд ли можно. А думать в таком положении о переезде или вообще о перемене бытовых условий жизни - просто грешно. Ведь я совершенно беспомощный как живой труп, на 100% глухой и не могу делать и трех шагов. Я думаю, что ни ты, ни остальные мои знакомые, не можете себе представить, какой я слабый. Кроме того, деньги, о которых ты пишешь, это - журавль в небе. Я не верю, чтобы что-нибудь вышло с Шиллером. Ты забываешь о моей фамилии. До последней секунды моей жизни на меня будут смотреть как на прокаженного, и

 


229 С. 362. Не успел я 21/ХII отослать тебе письмо... - См. письмо №228.

...деньги, о которых ты пишешь... - гонорар за книги о Дж. Байроне и Фридрихе Шиллере.

Ты забываешь о моей фамилии. - Речь идет о национальности.

С. 363. ...случай со старушкой из моего села... - См. прим. кс. 341.

...всех моих земляков... летом 1941 года... выслали в Сибирь. -Немецкое население АССР немцев Поволжья, Саратовской и Сталинградской областей было выселено в Сибирь и Казахстан в сентябре 1941 г.

- 363 -

хоть хорошо, что в могиле мы все равны, и все одинаково будем отдыхать навеки. Не могу тебе сказать, сколько я уже выстрадал.

Милая, твое письмо от 9/ХII я получил только 21/ХII вечером. По-видимому, виновата в этом воздушная почта. Здесь целый месяц стояла сибирская пурга, и не было лётной погоды. Зимою лучше не посылать письма воздушной почтой, на поезде скорее доходят. Извещение на посылку, посланную тобою 21/ХII, пришло 28/ХII. Но так как директор наш увез с собою печать и нечем заверить доверенность, то сомнительно, сумею ли я получить ее с почты до нового года.

Ты уже раза три писала мне, как поразителен этот случай со старушкой из моего села, которую сюда прислали. Конечно, если бы кто-нибудь на Волге послал ее на 7 тысяч километров сюда и в наш дом инвалидов, то это было бы восьмым чудом в мире. Но ты, По-видимому, не знаешь, что всем известно, а именно, что [2] всех моих земляков еще летом 1941 года, без единого исключения, выслали в Сибирь. Старушка эта с семьей своей попала в Красноярский край, недалеко от нашего дома инвалидов. И когда вся родня ее вымерла, а она в прошлом году осталась одна, чахоточная и почти слепая, то Крайсобес послал ее в наш дом инвалидов, да он и не мог ее послать в другой, потому что наш дом - единственный дом для туберкулезно больных инвалидов в Сибири. Так что случай этот - совсем не поразительный, а самый обыкновенный. Я эту старушку совершенно не знал, и лишь после того, как она рассказала мне о своей родне, я припомнил эту семью по детским воспоминаниям. Эта старушка помогала мне летом и осенью, убирала, стирала и иногда варила что-нибудь, но в последние два месяца она сама лежит и не может ходить. Сейчас ко мне ходит другая старушка, но она не хочет брать денег за свой труд, а все просит белые нитки (эти старушки делают из них кружева и продают их на базаре). Их тут никак не достанешь, и вот тебе объяснение, почему я иногда прошу у тебя белых ниток.

 

- 364 -

Вот я уже и устал окончательно. Надеюсь, милая, что тебе все же удастся уехать на две недели в дом отдыха. А до тех пор держись на ногах.

Крепко, крепко целую тебя

Твой Франц.


230. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

5 января 1954

Милая, дорогая Нина,

Твою телеграмму с поздравлениями к Новому году получил. Сердечное спасибо за добрые пожелания!

Посылку все же удалось получить с почты 31/ХII после обеда. Все было в порядке. Только слишком много денег тратишь. Икру совершенно не нужно было присылать, она вызывает у меня понос. Спасибо тебе за все! Теперь не нужно мне ничего посылать, пока я специально об этом не попрошу. Ведь желудок и кишечник у меня такие слабые, что почти ничего не могу опять кушать. А тратить деньги на продукты, которые мне ни к чему, не рационально.

Сейчас принимаю остатки фтивазида. Немного стало лучше, хотя все это крайне относительно, слабость очень большая. Но тем не менее опять по часу в день занимаюсь Гейне. К счастью, дни теперь начинают понемногу  увеличиваться, и через месяц-два уже не будет скучной зимней египетской тьмы. Вы, живущие с электрическим освещением, не можете себе представить убогости этих керосиновых ламп!

Если у тебя даже не было полчаса времени, чтобы мне написать письмецо к Новому году, то я представляю себе, как ты была перегружена [2] в эти предпраздничные дни! Какая все-таки у тебя ужасная жизнь! Без работы жить скучно и невозможно, но и с такой перегрузкой тоже не жизнь. Все надеюсь, что это у тебя последний год.

Когда начнутся зимние вузовские каникулы? По-видимому, 20/1? Уедешь в дом отдыха или нет? На свой день рождения ты вернешься в город, или ты только уедешь после него?

 


[i] С. 364. ...египетской тьмы. - "Египетская тьма" - одна из библейских "казней египетских" (Исх 1021-22).

- 365 -

Я после тяжелого приступа немного успокоился. Нервничать не имеет смысла, но сама эта болезнь страшно разрушает всю нервную систему. От Аникста получил письмо. Все еще находится в неопределенном положении, - как я и ожидал.

Зима у нас до сих пор совершенно сиротская - больше 10° мороза еще не было. Но все время ветры. И сырость в палатах, что особенно неприятно для чахоточных людей, ибо она вызывает вечные простуды.

Милая Нина, желаю тебе скорее отделаться от экзаменов и поехать отдохнуть!

Крепко целую

Твой Франц.


231. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

13 января 1954

Милая, дорогая Нина,

С нетерпением ждал письма от тебя, и вчера его получил. Я так и знал, что ты совершенно выбилась из сил; еще хорошо, что так обошлось, без тяжелого приступа. Надеюсь, что тебе удастся немного отдохнуть за 10 дней в доме отдыха. Не бери только никаких книг, никаких работ с собой.

Для получения второй дозы фтивазида (или хотя бы половинной дозы - 25 гр.) я не рассчитывал на тебя. Это лекарство достают по блату, и я знаю, что у тебя никакого блата, никаких связей в медицинском мире нет. Некоторые покупают фтивазид на "черном рынке", по 300 руб. за 50 гр., но так как я не могу подниматься с постели, то и этот путь для меня закрыт. Я написал тогда одновременно и Ал. Абр. об этом, и если у него тоже нет никаких связей, то делать нечего, на нет и суда нет.

На днях у нас была очередная врачебная комиссия. Результаты моего обследования - плохие. Сердечные схватки, которые были несколько раз у меня, признаны первыми симптомами грудной жабы. Это теперь уже седьмое тяжелое заболевание, которое прибавили к моему общему диагнозу. Но я грудной жабы не боюсь, ибо знаю, что она не успеет как следует

 


[i] С. 365. Я написал... Ал. Абр. об этом... - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 21.12.1953 г. (наст.  изд., с. 735).

С. 366. ...с галетами (без жиров и сахара). - Галеты (от франц. galette) - печенье, заменяющее хлеб и способное долго сохранять свои качества. Ф.П. Шиллер имеет в виду т.н. простые галеты (крекеры).

- 366 -

развернуться до моей смерти. Самое тяжелое заболевание, которое принесет мне смерть, это - туберкулез кишечника. Долгими годами инфекция постепенно разрушала целые участки внутренней слизистой оболочки кишечника, где сейчас образовались язвы. И как только пищевая кашица доходит до этих разрушенных мест и язв, начинаются мучительные боли в животе и неминуемое расстройство. И так как больные кишки почти что больше не всасывают питательных веществ для нового кровообразования, то я все слабею и слабею. Даже [2] такое сильнодействующее средство, как фтивазид, приносит мне лишь кратковременное, относительное облегчение. Вся моя забота сейчас состоит в том, чтобы вызывать поменьше болей в кишечнике. Ем только кисель, пью какао, чай с галетами (без жиров и сахара). Все остальное вызывает боли и понос.

Милая, я знаю, что я не только себе надоел, но и всем своим друзьям, и поэтому было бы лучше всего, если поскорее наступил конец. Уверяю тебя, что в такой жизни нет никакого смысла, если не придавать смысла бесконечным мучениям. Правда, я хотел бы еще раз как-нибудь обмануть предстоящую весну (т.е. весенний кризис), чтобы получить возможность летом закончить книгу о Гейне. Но в конце концов это не обязательно, ибо моя фамилия - это все равно, что чесотка, - и навряд ли когда-нибудь какая-нибудь из моих рукописей увидит свет. Я хотел только, чтобы эти рукописи хранились (тетради) у тебя на память от меня.

Насколько я мог понять из твоего письма от 4/I, ты проведешь свой день рождения в доме отдыха. Итак, и тебе скоро будет 55 лет. Поздравляю тебя, милая, с днем рождения и желаю тебе еще много лет здоровья и счастливой жизни!

Целую тебя крепко, крепко

Твой Франц.

 

- 367 -

232. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

26 января 1954

Дорогая, милая Нина,

Хотя в том, уехала ли ты на 24/I-4/II в дом отдыха, нет уверенности, но я надеюсь, что тебе все же удалось уехать, и вот скоро вернешься обратно в Москву. Поэтому спешу написать несколько строк.

Ничего нового у меня нет. Унылая зимняя погода, вечный буран, хотя и не холодный, но сырой, пронизывающий здание и вызывающий простуду. Дни становятся понемногу длиннее, но пока еще не настолько, чтобы можно было читать или писать. Небо вечно пасмурное, темное, солнца никогда нет, а поэтому и в палате темно и сыро. В общем - обычная зимняя скука. По 16 часов и больше спишь или дремлешь. Но через месяц будет уже светлее.

Лидия Вениамин. прислала мне 17/I посылку. Главное - 2 бутылки Портвейна. Я ее благодарил и написал, чтобы она мне его не присылала до 1 мая. Перед этим я ей напишу, что мнe нужно. А то она прислала мне три коробки дорогой икры, которую я не могу кушать. Мне в основном нужна белая мука, чтобы старухи стряпали мне из нее галеты, вроде сухого столового печенья без жиров и сахара. Это - мое основное питание. Еще кисель и мягкий сыр, какао, чай. Все остальное осложняет боли в кишечнике и вызывает расстройство. Я вынужден постоянно выдерживать строгую диэту, иначе меня домогают невыносимые боли в кишечнике. Когда я получу от тебя какое-нибудь известие, где ты находишься и что ты здорова, я напишу тебе о посылочке, которую я прошу [2] тебя выслать в начале марта. Раньше мне ничего не высылай. Я хотел бы, чтобы твоя посылочка в марте и посылка Лидии Вен. перед 1 мая были бы последние, если к тому времени не выяснится, будут ли у меня свои личные деньги. Если нет, то все равно нужно прекратить эти посылки, с осени перейдешь на пенсию, которой еле хватит на твое существование. А от других людей я ничего не хотел бы боль-

 


[i] С. 367. Ты с осени перейдешь на пенсию... - Н.Ф. Депутатова не вышла на пенсию осенью 1954 г.

- 368 -

ше принимать, ибо людям самим еле хватает на жизнь. Нельзя так много лет надоедать людям, даже самым близким.

Когда ты вернешься из Звенигорода, напиши, как отдохнула, как себя чувствуешь, доведешь ли учебный год до конца, какие виды у тебя с переходом на пенсию. Я считаю, что поскольку ты теперь достигла законного пенсионного возраста, тебе обязательно нужно воспользоваться своим правом на пенсию, ибо в дальнейшем продолжать такой интенсивный и изнуряющий труд, опасно для жизни при гипертонической болезни. Я советовал бы тебе психологически подготовиться к этому шагу, т.е. к переходу на пенсию, - уже сейчас, а летом или осенью оформить это дело. Но ни в каком случае не согласиться опять в мае-июне взять на себя опять полную нагрузку на новый учебный год. Все имеет свои пределы, тем более здоровье, а ты уже давно исчерпала все возможности.

Крепко целую

Твой Франц.


233. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

5 февраля 1954

Милая, дорогая Нина,

Получил оба твои письма от 21/I и 27/I. Очень рад, что тебе удалось все же уехать в Дом отдыха. Только ты ничего не пишешь, что и Лидия Вениаминовна Каган в том же доме, по крайней мере я получил оттуда же из Кораллово, Звенигород, недавно письмо.

С моей болезнью все без перемен. Рад, что хоть не ухудшается. Конечно, фтивазид мне к марту-апрелю очень был бы нужен, но вторично хлопотать в том же месте неудобно и бесполезно.

С изданием моей книги дело обстоит очень неважно, и я думаю, - как, впрочем, всегда [не] думал, - что она когда-нибудь выйдет в свет. Виноват во всем Пузиков, который, как "человек в футляре", хочет себя на 100% застраховать "как бы чего не вышло" и требует гарантий от Союза писателей, на это надеяться нечего.

 


[i] С. 368. "человек в футляре" - герой одноим. рассказа А.П. Чехова (1898 г.).

С. 369. ...10 тетрадок, которые ты прислала мне летом... -Посылка с тетрадями и др. была выслана в сентябре минувшего года. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 23.9.1953 г. (наст.  изд., с. 343).

- 369 -

Мне очень не хотелось бы тебя потревожить опять с посылкой в марте-месяце, но у меня вышла вся бумага, даже не на чем писать письма. Те 10 тетрадок, которые ты прислала мне летом, уже кончились, часть из них пошла на выписки из книг и наброски черновиков, часть - на письма. Поэтому я очень прошу тебя прислать, так в середине марта, опять десять общих тетрадок, как ты их обычно покупала для меня. Если ты сумеешь их отправить бандеролью, то пришли их так, тогда посылки не надо. Если же ты все равно должна из-за них взять ящик, то я прошу тебя послать в последний раз до осени следующие вещи: 1) 2 кгр. самой белой муки для галет; 2) 1 кгр. кисельного порошка; 3) 10 тетрадей общих; 4) 200 гр. какао; 5) 6 штук мягкого сыра, завернутого в серебристую бумагу (как ты раньше посылала); 6) 100 маленьких таблеток витамина "С" (как в круглой коробочке, а не больших с конфетой в квадратных коробках); 7) 10 катушек белых ниток № 20 (если 20 нет, то № 30). Если места хватит, немного сухого столового печенья или кренделей - что имеется - и больше ничего. Вина на этот раз не нужно, у меня есть запас. [2]

Милая, ты может быть удивляешься, что я прошу муки. Но как это ни странно, одно только мучное кушанье, - как галеты, сухое печенье, плюшки, крендели, белая булка и т.п. не вызывает у меня никаких болей в кишечнике, все же остальное совершенно невозможно кушать. Еще мягкий сыр понемногу, да кисель и манная каша. Молоко я уже с полгода не могу брать в рот. Какао же с молоком - ничего. Кофе и чай у нас есть. Даже виноградное вино по столовой ложке не могу больше пить, сразу же появляются боли и расстройство. Пью вино так: по столовой ложке в стакан чая, тогда ничего.

Милая, ты не можешь себе представить, как я здесь скучаю; хоть бы раз встретиться с культурным человеком, поговорить с ним по-человечески. Тут какая-то волчья яма, как шакалы набрасываются друг на друга, а беспомощного слабого больного совсем заклевывают. Ты никогда, даже во сне, не видала таких хулиганов и грубиянов. Я, конечно, не даю себя в обиду, или плачу им тем же. Но для культурного человека такая среда - сплошной кошмар.

 

- 370 -

Надеюсь, милая, что ты немного отдохнула в Звенигороде и как-нибудь дотянешь теперь до лета. Ты ничего не пишешь о своем намерении перейти осенью на пенсию. Ты узнала, каковы сейчас пенсионные законы? Очень хотел бы, чтобы ты перешла на пенсию. Все боюсь, что с гипертонической болезнью может быть несчастный случай с тобой.

Передай привет Нине Ильиничне!

Крепко тебя целую

Твой Франц.

P.S. Если посылочку отправишь числа 7/III, она придет к 15/III. Так было бы хорошо.


234. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

11 февраля 1954

Милая, дорогая Нина,

Получил твою телеграмму от 7/II, а также телеграммы от A.A. Аникста и Пузикова. Мне что-то все еще не верится, что книга будет издана. Ожидаю письма от Гослита и Аникста. которые должны мне более подробно объяснить все подробности.

Тебя же я прошу позвонить Аниксту и узнать, если из-во будет заключать со мной договор, то пришли мне срочно адрес сберкассы и № своей сберкнижки, чтобы я мог написать из-ву после подписания договора послать деньги на твой текущий счет в сберкассе. Потом мы с тобой согласуем, что нужно в первую очередь делать, когда будут у меня свои деньги.

Гораздо важнее чем все деньги на свете для меня получить в марте фтивазид. Дела мои очень неважные уже сейчас, я очень слаб, даже ручку держать в руке трудно, ты это сама можешь заметить по почерку, который ухудшается с каждым письмом. А что будет, когда тут начнет таять! Без фтивазида я бы не пережил осеннего кризиса, и без фтивазида я не переживу и весеннего кризиса. А книгу о Гейне хотелось бы летом еще закончить, а дальше - Dein Wille geschehe, o Herr!

 


[i] С. 370. ...книга будет издана. - Имеется в виду книга о Фридрихе Шиллере.

Dein Wille geschehe, o Herr! - Да будет воля Твоя, о Господи! (нем.), неточная цитата из молитвы "Отче наш" (Мф 610).

- 371 -

Как ты просила в телеграмме, я посылаю тебе в этом письме справку нашего врача. Может быть Лидии Вениаминовне или Лифншцу удастся все же достать лекарство.

Я тебе только недавно писал. Ничего нового у меня с тех пор нет. Все побаливаю и думаю, скорее бы тепло, чтобы я интенсивнее мог работать над Гейне. Как обычно, мне летом немного лучше.

Будет свободный час, пиши о себе.

Крепко целую

Твой Франц.


235. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

16 февраля 1954

Милая, дорогая Нина,

Хотя я тебе только 11/II послал письмо со справкой, но за эти дни я получил твои письма от 3/II и 7/II и вынужден быстро на них ответить, чтобы ты или Ал. Абр. не предпринимали никаких шагов, могущих оказаться медвежьей услугой для меня.

Ты пишешь, что хотите хлопотать при помощи высоких людей о том, чтобы меня на самолете перевезти ближе к вам. И вот я должен вас заранее предупредить, что эта идея совершенно нереальная, и если вы в этом отношении что-нибудь предпримете, то скомпрометируете и меня и себя. Вы, по-видимому, не верите моим словам, что я очень тяжелый больной, с семью заболеваниями, который живет как живой труп вроде оранжерейного растения, которое от легкого дуновения ветра зачахнет. Все наши больные, которых за год куда-нибудь отсюда вывозили (в больницу или домой), умерли в дороге или скоро после прибытия на место. Я в таком состоянии, что тревожить меня ни в коем случае уже нельзя, иначе конец наступит непременно. Я прошу вас поверить мне, что я на месте могу правильнее судить о своем состоянии и о том, что мне лучше, чем вы в Москве. Неужели ты думаешь, что я могу со своей гипертонической болезнью и параличом летать на самоле-

 


[i] С. 371. ...я тебе... 11/11 послал письмо... - См. письмо № 234.

С. 372. ...отчасти язык еще парализован... - Последствия кровоизлияния в мозг, перенесенного Ф.П. Шиллером в 1947 г.

...санаторий "Лебяжий"... - Лебяжье - курорт близ г. Рубцовска (Алтайский край) с санаторием для больных активными формами туберкулеза легких.

...выселенные сюда... с Волги: родной брат с семьей, семья умершего брата... - Брат Ф.П. Шиллера Яков с семьей и семья его брата Петра были выселены в Алтайский край из с. Мариенталь (АССР немцев Поволжья).

Брат мой мог бы приехать за мной, и он неоднократно предлагал свои услуги. - См. письмо Ф.П. Шиллера Я.П. Шиллеру от 13.6.1953 г. (наст.  изд., с. 655).

- 372 -

те? Ведь это же верная смерть, не говоря уже о том, что я по слабости своей вообще не транспортабельный.

Кроме того, что мне даст туб. санаторий? Он рассчитан на относительно здоровых людей, которые приезжают на 2-3 месяца по путевкам лечиться. Что им делать со мною? Ведь у них нет условий для таких слабых больных, как я. Дальше: в туб. санатории главное - обильное и жирное питание. А я ничего из этого питания кушать не могу, для меня нужно иметь особую диэту. Не думаю, чтоб администрация туб. санатория меня долго держала бы, даже если бы я живым добрался до него. Все это меня только нервирует. Ведь я с людьми не могу разговаривать - отчасти язык еще парализован, а слух пропал на все 100%. В этих условиях, я повторяю, [2] меня нужно оставить на месте, где я кое-как наладил свой быт и старушки стряпают то, что я могу еще кушать. Поэтому я убедительно прошу вас, тебя и Ал. Абр., не расстраивать меня больше этими планами, которые совершенно фантастичны, в чем вы сами убедились бы, если бы меня увидели. Я прошу вас присылать мне то, о чем я прошу, - как фтивазид и, если дело с книгой действительно дойдет до заключения договора, несколько продуктовых посылок; об этом я тебе специально напишу, когда будет подписан договор и выданы деньги.

Состояние мое очень плохое и, откровенно говоря, материальная сторона издания книги меня не интересует. Она могла бы иметь еще значение 2-3 года назад, а сейчас нужно трезво смотреть на вещи и не предаваться дон-кихотству.

Кроме всего прочего, если у меня была бы еще малейшая возможность переехать в туб. санаторий, я переехал бы в санаторий "Лебяжий" в Алтайском крае, где недалеко от него живут все мои близкие родственники, выселенные сюда в 1941 г. с Волги: родной брат с семьей, семья умершего брата и еще семей десять всяких теток, дядей, племянников и т.д. Брат мой мог бы приехать за мной, и он неоднократно предлагал свои услуги. Но я не рискую даже на такое небольшое расстояние, ибо уверен, что не переживу дороги. Кроме того я уверен, что если бы даже достали мне путевку в этот туб. санаторий, меня бы там по слабости не приняли или после окончания

 

- 373 -

путевки выгнали. А таскаться по захолустным больницам я не в состоянии. Одним словом, у меня окончательное решение никуда отсюда не переезжать. Хватит на мою долю страданий и мучений!

Милая, ты не обижайся на мое письмо, я ведь знаю, что вами руководят самые искренние дружеские чувства ко мне. Но вы слишком оторваны от реальной жизни и не можете понимать того, что для меня здесь совершенно ясно. Прошу передать это и Ал. Абр.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


236. Н.Ф. Депутатовой

 

22 февраля 1954

Милая, дорогая Нина,

Если еще не поздно, то прошу тебя купить в аптеке флакон ментолового масла (не мазь, а масло жидкое) и положить его в посылочку.

Мне очень плохо. Горло, бронхи и легкие превратились в сплошную открытую рану. Несказуемо страдаю. Это обострение хронического воспалительного процесса всех дыхательных путей, который меня постоянно мучает, но сейчас обострение стало невыносимым. Круглые сутки непрерывно кашляю, мокрота меня душит, так много ее. Причем она очень нехорошая, смешанная с кровью, ржавого цвета. Ментоловое масло мне хоть даст небольшое облегчение в горле. А тут в аптеках есть только мазь, а масло, которое через нос капают в горло, отсутствует.

В остальном, милая, у меня все по-старому. Одна скука, мучения. Поверь мне, что ничего меня больше не интересует. От вечных болей и мук вырабатывается, в качестве противоядия, какая-то отвратительная апатия ко всему. По-видимому, это естественно. И еще большая раздражительность, т.к. болезнь все больше разрушает центральную нервную систему. Ну, хватит тебе надоедать нескончаемыми жалобами.

Крепко целую

твой Франц.

 

- 374 -

237. Н.Ф. Депутатовой237

 

2 марта 1954

Милая Нина,

Пишу только несколько слов, потому что писать мне очень трудно.

Ночью на 25 февраля у меня был тяжелый припадок грудной жабы. Припадок длился несколько часов. Состояние мое очень плохое. Шестой день уже живу исключительно на уколах. Кровообращение никак не налаживается, полная аритмия. Голова страшно болит, все хочется пить да пить. Ты сама понимаешь, что в таком состоянии ни о чем не хочу думать. Меня даже мало интересует, что вот уже целый месяц прошел, что Гослит якобы принял книгу, а договора так и нет. Бог с ним - и с договором и с бессовестными людьми из Гослита.

Последнее твое письмо было от 7/II. Надеюсь, что ты здорова и пока справляешься с работой. Всего хорошего!

Крепко целую

Франц.


238. Н.Ф. Депутатовой238

 

9 марта 1954

Милая, дорогая Нина,

Работа сердца понемногу выравнивается после приступа, хотя состояние мое все время тревожное и тяжелое. Получил посылку, все было в полной сохранности. Сердечное спасибо тебе за все хлопоты! Получил также вашу совместную телеграмму о том, что фтивазид получен. Сегодня пришло письмо от Лидии Вен., в котором она пишет, что купила еще и 0,5 кгр. ПАСК и все вместе высылает. ПАСК - это уже лишняя трата денег, я его принимать не могу. Самое большое зло у меня сейчас - сердце и непрерывный кашель днем и ночью, он меня страшно ослабляет, не дает спать и так на нервы действует, что с ума сходишь. Не знаю, даст ли фтивазид что-нибудь в

 


237 Письмо написано карандашом.

С. 374. аритмия - здесь: аритмия сердца, нарушение частоты или последовательности сердечных сокращений.

238 С. 375. Я с этой книгой очень подружился за год... - Судя по письмам Ф.П. Шиллера, он начал работу над книгой о Г. Гейне в июне 1953 г. См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 22.6.1953 г. (наст.  изд., с. 710).

Новый закон о пенсии еще не вышел? - Закон о государственных пенсиях был принят Верховным Советом СССР 14.7.1956 г.

- 375 -

этом случае? Тут никто ничего не понимает и приходится все делать на свой страх и риск.

Сегодня получил письмо от Ал. Абр. Пишет, что дело с книгой подвигается. Но до тех пор, пока не будет заключен договор с издательством, никакой уверенности нет.

От Нины Ильиничны также получил недавно письмо. Много хворает. Прислала мне выписки, которые я просил.

В феврале написала мне и Флора. Сдала все экзамены на 5, очень довольна своим институтом и избранной специальностью.

Так что видишь, люди меня все-таки не забывают. Даже мои родные из Алтайского края мне от поры до времени пишут, и все эти письма составляют мою [2] жизнь. Без этой переписки я даже не знаю, как бы выдержал эту нудную и скучную жизнь в доме инвалидов. Редко выдается день, когда я могу час-два поработать над Гейне. Я с этой книгой очень подружился за год, и было бы жаль, если б мне не удалось ее закончить. Вообще же наша жизнь в нашей палате у всех висит на ниточке, которая в любой день может оборваться. В феврале умерло 2 больных, которые были еще куда здоровее меня.

Как это ты живешь со своей страшной нагрузкой? До конца учебного года осталось еще много. Лишь бы ты выдержала до конца. Как Ваша Ляля? Всё уже сдала? А относительно распределения, наверно, еще рано спрашивать.

Тяжело больные люди все эгоисты, и я тоже эгоист и поэтому мне иногда неловко, что так часто обращаюсь к тебе за помощью.

Новый закон о пенсии еще не вышел? Всё думаю, что будет после окончания этого учебного года. Думаю, что взять опять полную штатную нагрузку невозможно. Если книга моя будет издана, то я могу тебе предложить часть гонорара, от которого ты не можешь отказаться.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

 

 

- 376 -

239. Н.Ф. Депутатовой239

 

18 марта 1954

Милая, дорогая Нина,

Только что получил твое письмо от 10/III. Боже, до чего ты измучена! Это прямо чувствуется в каждом слове письма.

Посылку твою я своевременно получил и известил тебя об этом. 10/III я получил посылку от Лидии Вен. Большое счастье, что она достала фтивазид: я его уже принимаю, без него было бы мало шансов, чтобы я пережил весну. Два человека туберкулезника уже умерли в марте. Март, апрель, май - самое страшное время для чахоточных.

Мне было очень неприятно, что Лидия Вен. купила и прислала опять 0,5 кгр. ПАСК, который я из-за сердца не могу принимать.

Нина милая, я не хотел тебе писать об одной вещи, но все же придется это сделать, ибо я чувствую по твоему письму, что ты (а может быть и Ал. Абр.) обиделись на меня, что я отказываюсь переехать в Москву. Конечно, я нахожусь по состоянию здоровья давно уже в таком положении, что врачи ни в коем случае не рекомендуют, куда бы то ни было переехать. Все попытки других тяжелых больных постоянно кончались катастрофой. Но, милая, для меня это хотя и важная причина, но не главная: я бы даже полумертвым согласился приехать к вам, но ... это от меня не зависит. Ты наверно уже забыла, о каких "рекомендациях" я тебе писал два года тому назад относительно моего местожительства. Положение это до сих пор не изменилось. До сих пор остается в силе указ военного времени о переселении [2] людей моей национальности. Одним словом, меня у вас не пропишут, это определенно. Это я пишу только для тебя. И вот я и боялся, что Ал. Абр. начнет там хлопотать, а потом все это пришлось бы прекратить, и всё это могло бы иметь нехорошие последствия для меня и моей книги. Конечно, мое положение, как и положение всех моих переселенных на Алтай родных, не связано с какими бы то ни было ограничениями: и члены партии, и комсомольцы моей на-

 


239 С. 376. Посылку твою я... получил и известил тебя об этом. -См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 9.3.1954 г. (наст.  изд., с. 374).

...о каких "рекомендациях" я тебе писал два года тому назад... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 11.2.1952 г. (наст.  изд., с. 237).

...остается в силе указ военного времени о переселении людей моей национальности. - Имеется в виду Указ Президиума Верховного Совета СССР от 28.8.1941 г. № 21-160 "О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья", на основании которого были депортированы в Сибирь и Казахстан немецкие жители АССР немцев Поволжья, Саратовской и Сталинградской областей, в т.ч. близкие Ф.П. Шиллера. Остальные нормативные акты военных лет о депортации немецкого населения СССР (включая постановление Государственного Комитета Обороны от 6.9.1941 г. № 636 о выселении немцев из Москвы, Московской и Ростовской областей) не подлежали опубликованию и не могли быть известны Ф.П. Шиллеру. Все эти акты оставались в силе в марте 1954 г., т.к. продолжал действовать Указ Президиума ВС СССР от 26.11.1948 г. "Об уголовной ответственности за побеги из мест обязательного и постоянного поселения лиц, выселенных в отдаленные районы Советского Союза в период Отечественной войны", согласно которому депортированные Сталиным народы объявлялись переселенными "навечно, без права возврата их к прежним местам жительства". Но и после отмены указа 1948 года (Указом Президиума ВС СССР от 13.7.1954 г.) запрет на возвращение российских немцев в прежние места проживания сохранялся (отменен Указом Президиума ВС СССР от 3.11.1972 г. № 3521-VIII "О снятии ограничений в выборе места жительства, предусмотренного в прошлом для отдельных категорий граждан").

...мое положение, как и положение всех моих переселенных на Алтай родных, не связано с какими бы то ни было ограничениями... - Это утверждение совершенно не соответствует действительности: не только в тот период, но и десятилетия спустя права репрессированных народов ущемлялись в очень многих областях (разного рода запреты и ограничения на поступление в вузы, трудоустройство, особенно на "режимных" предприятиях, занятие руководящих постов, прием в партию и т.д.).

С. 377. ...если бы люди, подобно Пузикову, узнали об этом... -Руководящие работники высшего звена (в т.ч., очевидно, и А.И. Пузиков, занимавший высокий пост гл. редактора Гослитиздата) не могли не знать об официальных ограничениях, установленных для представителей репрессированных народов.

Если бы не он, книга никогда не была бы принята. - При всем своем содействии публикации книг Ф.П. Шиллера A.A. Аникст, не занимая официальных постов, сам по себе едва ли мог сыграть решающую роль в этом отношении.

...я составлю свое завещание (неофициальное)... - Как следует из письма Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 17.7.1954 г. (наст.  изд., с. 400), это "неофициальное завещание" и было заверено им в Красноярске 13.7.1954 г. Текст см.: наст.  изд., с. 811-812.

С. 378. ...сочувствую твоему и Олину горю относительно распределения Ляли. - В конечном итоге Елена, племянница Н.Ф. Депутатовой, была оставлена в аспирантуре в Москве.

...молодежь, приехавшая сюда для освоения целинных земель... - Процесс освоения целинных и залежных земель в СССР, начавшийся в 1954 г., охватил, наряду с Казахстаном, и некоторые районы юга Западной Сибири.

- 377 -

циональности все находятся в таком же положении, как и я, работают везде, печатаются, избираются, занимают здесь большие ответственные посты, а если бы поехали к вам, не прописали бы. Так вот, если бы люди, подобно Пузикову, узнали бы об этом, он опять насторожился бы и мог бы все расстроить, хотя никаких оснований он на это не имел бы - но иди и докажи, что ты не верблюд. Вот, милая, всё, чтобы ты понимала, почему я всегда волнуюсь, когда вы пишете о хлопотах относительно моего приезда. Еще раз говорю, я пишу об этом только тебе, и никому, ни Ал. Абр., ни Флоре ничего об этом говорить не нужно. Тебе же пишу потому, что никаких тайн не хочу скрывать от тебя.

Сегодня я получил телеграмму от Ал. Абр., что договор выслан мне на подпись. После того, как я прочел все твои доводы относительно гонорара, я пришел к следующему выводу, - надеюсь, что ты согласишься со мною: доверенность на получение гонорара (всей суммы в различные сроки) я составлю на имя Ал. Абр. по двум соображениям. 1) То обстоятельство, [3] что книга после всех мучений все же, наконец, принята, является исключительно заслугой Ал. Абр. Если бы не он, книга никогда не была бы принята. Поэтому ему удобнее всего получить по доверенности и деньги, тем более что он в издательстве свой человек, нигде не служит, свободный писатель, и ему легче возиться с этими делами, чем тебе. 2) Он человек моложе нас с тобой, здоровый и проживет, надеюсь, еще долго. Поэтому у него отпадает опасение насчет судьбы денег после смерти.

После того, как я верну договор, я составлю свое завещание (неофициальное) в двух экземплярах (1 - у Ал. Абр., 1 - у тебя), в котором я подробно напишу, как распределить деньги после моей смерти.

Дальше: когда я пошлю Ал. Абр. один экз. договора и доверенность на получение гонорара, я условлюсь с ним на следующем: как он только получит аванс (25% гонорара), он переведет на твой текущий счет сумму в 5-10 тысяч, чтобы ты могла мне ежемесячно высылать определенную, небольшую

 

- 378 -

сумму и готовить от поры до времени продуктовые посылки для меня. Ал. Абр. не хочет? и не будет иметь ничего общего с расходованием денег на меня; это целиком и полностью будет входить в твою функцию, - да иначе я и не представляю себе свою жизнь. Я до того привык к твоим заботам обо мне, что без этого и жить не мог бы.

Нина милая, не знаю, одобряешь ли мой план, но думаю. [4] что так удобнее всего. Деньги (основная сумма) будут храниться на текущем счету у Ал. Абр., который будет переводить необходимые суммы в твое распоряжение для материальных забот обо мне. Напиши мне, согласна ли ты так или нет?

Милая, ты удивляешься, что я все еще могу работать над Гейне. Здесь над этим удивляются еще больше. Но ты же ведь знаешь, милая, что я фанатик науки. Несмотря на постоянные боли, я ежедневно выкраиваю по час-два и со стиснутыми зубами пишу, пишу, пока не темнеет в глазах. Пишу, сидя в постели. Ведь ты знаешь, сколько полезных книг я мог бы дать, если бы со мною не случилось этого несчастья. И так как голова у меня работает сейчас яснее, чем когда-то ни было, то нужно использовать каждый час остающейся еще жизни для работы, для компенсации бессмысленно потерянного.

Очень сочувствую твоему и Олину горю относительно распределения Ляли. Но ведь сейчас дальность расстояния не играет большой роли. Комсомольская молодежь, приехавшая сюда для освоения целинных земель, чувствует себя превосходно. Самое главное - если работа интересует.

Хорошо, что кровоизлияние в глаз у тебя благополучно прошло. Ох, как я хотел бы, чтобы ты ушла на пенсию! Думаю, что все же это нужно сделать после окончания учебного года.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

P.S. Только что принесли мне твою телеграмму от 17/III.

 

- 379 -

240. Н.Ф. Депутатовой240

 

26 марта 1954

Милая, дорогая Нина,

Письмо твое от 16/III получил. По-видимому, одно письмо мое - от 8 или 9/III не дошло до тебя. В нем я известил тебя о получении посылки от 23/II.

Вчера вернул Гослиту подписанный мною договор. Они начали оформление его - с меня! Пока он теперь пройдет все внутренние инстанции Гослита - пройдет еще не меньше месяца. Хорошо, если аванс 25% будет выписан к 1 мая.

Милая, я тебе в последнем письме подробно написал относительно этих денег. Сегодня я посылаю Ал. Абрам, доверенность на получение их. Одновременно пишу ему инструкцию, как и что с ними делать. 25% гонорара составляет около 18 тыс., после вычетов - около 15 тыс. Из этих 15 тыс. Ал. Абр. переведет на твой текущий счет 5 тыс. для меня - этой суммы мне хватит до 1 января. Дальше: в счет погашения моих долгов у Нины Ильин. и у тебя Ал. Абрам, передаст тебе 2 тыс. и Нине Ильин. - 2 тыс. Эти долги я считаю те деньги, которые ты и Нина Ильин. истратили на подготовку, читку и переписку на машинке рукописей книг о Байроне и Шиллере. Остальные 6 тыс. я прошу оставить на тек. счету Ал. Абр. Летом нужно передать Флоре определенную сумму, если она захочет куда-нибудь поехать, или, возможно, ей нужно что-нибудь купить.

Из своей суммы в 5 тыс. я прошу тебя ежемесячно высылать мне 300 рублей. Мне хочется питаться по преимуществу сырыми яйцами, а они здесь всегда дорогие, потому что живем на станции. Кроме того, летом будут ягоды и другие продукты, которые я могу кушать. На остальные деньги я прошу тебя от эры до времени посылать мне продуктовые посылки, как до сих пор. Что посылать - я буду тебе писать. Никаких других вещей - ни белья, ни постельных принадлежностей мне не нужно.

 


240 С. 379. Невидимому, одно письмо мое - от 8 или 9/111 не дошло до тебя. - Письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 9.3.1954 г., о котором идет речь, дошло до адресата (см. наст.  изд., письмо № 238).

...я тебе в последнем письме подробно написал относительно этих денег. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 18.3.1954 г. (наст.  изд., с. 377-378).

...пишу ему инструкцию, как и что с ними делать. - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 26.3.1954 г. (наст.  изд., с. 745-746).

- 380 -

Посылаю тебе свое завещание, второй экземпляр - Ал. Абрамовичу. Я прошу вас обоих, пока я жив никому ничего о его содержании не говорить. При составлении содержания завещания я имел в виду, что возможно удастся напечатать, кроме Шиллера, еще одну или две книги, когда меня уже определенно не будет в живых. [2]

Получил вчера письмо от Лидии Вен. Она хочет еще раз послать мне продуктовую посылочку в конце марта, хотя я и просил ее этого не делать. Если она все же пришлет мне эту посылочку, тогда я прошу тебя послать мне в счет моих денег посылку числа 20 апреля, чтобы она пришла к 1 мая. Положи в нее как обычно: бутылку белого виногр. вина, 200 гр. какао. 2 кгр. киселя, 1 кгр. мягкого сыра, немного шоколада и. сколько еще войдет до нормированного веса - сухарей, сухого печенья или кренделей. Муки больше посылать не нужно. С ней здесь столько хлопот, что я и не рад. Эти старушки очень капризны, часто бастуют и не хотят стряпать ни за деньги, ни за нитки. Они боятся нашего туберкулезного корпуса, боятся заразиться и, кроме того, у нас часто умирают. Витамина "С" мне хватит еще на долго.

21/III умер мой сосед в палате, славный старик, который очень ко мне был привязан. Фтивазид пришел очень кстати, обострение процесса было уже в полном разгаре. Сейчас я принимаю лекарство. Кашель прекратился, аппетит стал лучше.

Весна у нас началась. Для нас, туберкулезников, это тяжелая пора. Трудно дышать.

Милая, все боюсь, не случится ли чего-нибудь с тобой при такой невероятной перегрузке. Нервничаю каждый раз, когда вспоминаю, как ты мучишься в институте и дома. Как бы я хотел, чтобы скорее вышел новый закон о пенсии! А может быть и без него ты смогла бы перейти на пенсию? Ведь доработать сколько-нибудь ты всегда могла бы.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

 

- 381 -

241. Н.Ф. Депутатовой241

 

2 апреля 1954

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 23/III. Рад, что ты пока держишься на ногах. Может быть, как-нибудь доведешь учебный год до конца.

Надеюсь, что за это время ты получила мое письмо от 26/III. Хочется думать, что теперь больше не будет препятствий со стороны Гослита, и к 1 мая аванс будет выписан. Я сам жду и не дождусь момента, когда у меня будут свои личные деньги. После того, как A.A. переведет тебе 5 тыс. для моего питания, никаких посылок или денег ни от кого, в том числе и от Лидии Вен., не буду принимать. Это вполне естественно. На Лидию Вен. обижаться не нужно. Она человек очень добрый, но с некоторыми странностями, которые ей во время прохождения аспирантуры у меня доставляли немало неприятностей. Я неоднократно помогал ей тогда налаживать конфликтные дела, и она сейчас, по-видимому, хочет мне это как-то вознаградить. Но как я сказал, когда у меня [появятся] деньги, ты будешь единственная, которая будет заботиться обо мне.

Фтивазида я принял 15 гр., и все пока прошло. Делаю перерыв на полмесяца, а там дальше видно будет. Но беда моя в том, что как только заглушишь одну болезнь, сразу же вылезают новых две. Так и теперь. Не знаю, куда деваться от гипертонии (давление 220). Голова вечно болит, шум в ушах, кровотечения из носа, какой-то звон в голове, отсутствие сна, небольшое кровоизлияние в левый глаз. Здесь плохо с лекарствами. Когда ты будешь отправлять посылочку числа 20/IV, то будь добра и положи или 40 порошков папаверина, или сальсолина или чего-нибудь другого, что ты принимаешь от гипертонии. Очень неприятно, что уже 4 дня не могу читать, ни писать, до того болит голова. Если будет второй инсульт, то дело безнадежное. Тут на днях умер человек от второго инсульта.

 


241 С. 381. Надеюсь, что... ты получила мое письмо от 26/111. -См. письмо № 240.

С. 382. После того, что с тобой произошло летом 1951 года... - См. прим. к с. 193.

hat man solchen Leuten den Pass weggenommen und sie nicht mehr zurückfahren lassen - у таких людей отняли паспорт и больше не разрешили им поехать назад (нем.).

Николаю Калин. ... я должен 500 рублей. - См. письма Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 23.10.1950 г. и 5.11.1951 г. (наст.  изд., с. 150,207).

...как сложится судьба вашей Ляли. - Речь идет о распределении Елены, племянницы Н.Ф. Депутатовой, после окончания МГУ. См. прим. к с. 378.

Флора... прислала мне старые мои рукописи о Гейне... - Имеются в виду главы из рукописи о "Молодой Германии". См. письмо Ф.П. Шиллера И.В. Шиллер от 6.2.1954 г. (наст.  изд., с. 619).

- 382 -

Милая, ты пишешь относительно возможности приезда [2] ко мне летом этого года. Все это было бы несложно, и я еще в прошлом году строил всякие планы на этот счет. Но здесь есть один большой вопрос. После того, что с тобой произошло летом 1951 года, я не рискую тебя пригласить. Дело в том, что при мне hat man solchen Leuten den Pass weggenommen und sie nicht mehr zurückfahren lassen. Как страшно скучаю все эти годы по тебе, и мне хотелось бы до смерти видеться с тобою и говорить обо многом, но, милая, мне не хочется, чтобы с тобой случилась какая-нибудь неприятность; лучше я буду терпеть до конца.

Нина Ильинична этой зимой не балует меня письмами. Не знаю, что с ней случилось. По-видимому, часто болеет. Если тебе не трудно, позвони ей или ее родным и попроси от моего имени, чтобы она мне написала.

Николаю Калин., как ты помнишь, я должен 500 рублей. Но я даже не знаю, стоит ли напомнить такому человеку, который так много зарабатывает об этом пустяке. Напиши мне свое мнение. Если находишь, что деньги эти нужно вернуть, то я после того, как они у меня будут, напишу A.A. об этом.

Так, милая, у меня все по-прежнему. Весна у нас началась, но она пока очень недружная, снег по большей части еще лежит. Ветры все время очень нехорошие, холодные. А это для туберкулезных людей плохо, они очень чувствительны к ним, даже если никогда не выходят из палаты.

С интересом буду ждать новости, как сложится судьба вашей Ляли. Бедная Оля и ты наверно больше волнуетесь, чем она. Флора молодец, прислала мне старые мои рукописи о Гейне, которые я просил ее разыскать, пишет мне письма. Все контрольные работы сдает на отлично, одна в группе.

Всего тебе наилучшего!

Крепко целую

твой Франц.

 

- 383 -

242. Н.Ф. Депутатовой242

 

9 апреля 1954

Милая, дорогая Нина,

Пишу только несколько строк. Уже шестой день у меня кровяное давление 250. Я своей головы уже не чувствую, мысли путаются, иногда теряю сознание. Принимаю папаверин, диуретин, кибазол, но ничего не помогает. Изо дня в день ожидаю инсульт, т.е. свою гибель. До сих пор хоть голова у меня была светлая, теперь уже ничего не осталось, и умереть не жалко.

Я ни о чем не могу думать, ибо в голове уже две недели такой шум и трезвон, что можно с ума сойти. Такого жестокого приступа гипертонии у меня никогда не было, даже в 1947 г. перед первым инсультом.

Передай привет всем друзьям

Крепко целую

Твой Франц.


243. Н.Ф. Депутатовой243

 

14 апреля 1954

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе несколько строк тайком от врача, которая мне категорически запретила читать и писать. Приступ гипертонии продолжается с той же силой. В течение 10 дней было давление, теперь оно снизилось до 220, но временами поднимается до 250. В левом глазу - значительное кровоизлияние, он постоянно у меня завязан, возможно, что он гм пропадет. В правом глазу пока небольшие кровоизлияния. Но самая большая опасность, если будет второй инсульт: второе кровоизлияние в мозг как общее правило - смертельное.

Все это, милая, очень грустно. Даже если со временем кровяное давление и снизится, мне никогда уже не разрешат умственно работать. Врач утащила все мои рукописи и куда-то спрятала, отказывается мне их вернуть.

 


242 С. 383. диуретин - препарат, обладающий сосудорасширяющим действием.

кибазол (cibazol) - то же, что норсульфазол, препарат, применяемый при пневмонии и других инфекционных заболеваниях.

243 С. 384. Я сегодня напишу Ал. Абр., чтобы он с доверенностью пошел в издательство... - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 14.4.1954 г. (наст.  изд., с. 747).

...посылочку, о которой я просил тебя в одном из писем. -См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 26.3.1954 г. (наст.  изд., с. 380).

Wünsche Dir fröhliche Ostern! - Желаю тебе веселой Пасхи! (нем.).

- 384 -

Только что мне принесли 100 рублей, которые ты выслала мне 6/IV. Это уже в счет моих денег. Договор уже оформили чрезвычайно быстро, подписали все уже 30 марта. Я сегодня напишу Ал. Абр., чтобы он с доверенностью пошел в издательство, может быть там уже выписали аванс.

Важнее денег, милая, мне продуктовая посылка. Лидия Вен. тоже болеет гипертонией и задержала посылочку. Очень прошу тебя вышли мне числа 21-24/IV посылочку, о которой я просил тебя в одном из писем. Самое главное, чтобы у меня были кисель и какао и немного кондитерских изделий.

Весна у нас здесь противная. Холод, снег, ветер. Не тает. В сто раз хуже зимы.

Wünsche Dir fröhliche Ostern!

С наилучшими пожеланиями

Крепко целую твой Франц.

P.S. Глаз очень болит, прости, что мало написал.


244. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

21 апреля 1954

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 10/IV, а также коробочку с лекарствами. Большое тебе спасибо за твои заботы, тем более, что ты тоже болеешь.

С гипертоническим приступом у меня все еще плохо. Три недели было давление 250/150, на днях оно упало до 180, сейчас опять 230. Сильное кровоизлияние в левый глаз, по-видимому, совсем погубило глаз, пока я все еще почти ничего не вижу. Вытягивают кровь оттуда. Не знаю, чем кончится. Может быть, придется лечь в больницу. Правый глаз поправляется, но напор на глаза и виски все время очень сильный. Вообще это самый тяжелый приступ гипертонии, который когда-либо был у меня. Боли ужасные, уже почти месяц. Буду принимать теперь двойную дозу папаверина и люминал, это, наверно, даст мне некоторое облегчение.

Назло, как будто, в этом году очень нехорошая весна. Затяжная, холодная, постоянные ветры, без солнца и тепла. Ат-

 


[i] С. 384. Сильное кровоизлияние в левый глаз, по-видимому, совсем погубило глаз... - Это опасение Ф.П. Шиллера не подтвердилось.

люминал - препарат, обладающий успокаивающим, снотворным и противосудорожным действием.

С. 385. ...мы ведь живем на Средне-Сибирском плоскогорье, 2 км. над уровнем моря... - Максимальная высота Средне-Сибирского плоскогорья - 1,7 км. Высота местности, где находился Ф.П. Шиллер, не превышает 500 м над уровнем моря.

- 385 -

мосферное давление (мы ведь живем на Средне-Сибирском плоскогорье, 2 км. над уровнем моря) совершенно ненормальное, воздух разреженный, и это обстоятельство пагубно влияет на гипертонию.

Очень неприятно мне, что уже целый месяц не могу ни читать, ни писать. Отстаю с Гейне. К счастью, я его закончил вчерне до начала приступа, и теперь не будет больше умственной работы, а только шлифовка и переписка механическая. Если только приступ скоро пойдет на убыль, чтобы я мог бы хоть час в день работать (одним глазом!) над книгой. Придется это делать тайком от врача, которая все время ругает меня.

Ал. Абр. должен был получить деньги 20/IV. Надеюсь, что он передал тебе и Нине Ильиничне по 2 тыс. Как это могло тебе притти в голову, что я хочу тебе вернуть деньги, которые ты истратила на меня в течение последних 5 лет? Эти деньги возвращать невозможно, это было бы нелепо. Я просто хочу, [2] чтобы ты летом где-нибудь спокойно отдохнула.

Напрасно ты так серьезно принимаешь к сердцу эти неприятности на кафедре. Если по конкурсу тебя не пропустят, не нужно расстраиваться. Ляля Ваша в будущем году будет уже зарабатывать, я тоже отпадаю, остается только забота о себе. Перейдешь на пенсию и понемногу будешь прирабатывать - много ли тебе одной нужно?

Милая, прости, глаз очень болит, и я кончаю.

Желаю тебе встретить светлый праздник первого мая счастливо и в добром здоровье!

Крепко целую

Твой Франц.


245. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

28 апреля 1954

Милая, дорогая Нина,

Хотя мне и трудно, но пишу тебе несколько строк.

Письмо твое от 19/IV и телеграмму от 24/IV получил. Пиявки мне не помогут, т.к. у меня не красная, а белая гипертония.

 


[i] С. 385. Пиявки - кровососы, слюнные железы которых выделяют гирудин, препятствующий свертыванию крови. Применяются в медицине.

С. 387. Я тебе писал недавно, почему все это бесполезно и принесло бы только неприятности. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 18.3.1954 г. (наст.  изд., с. 376-377).

...деньги от книги... - Речь идет об авансе за книгу о Фридрихе Шиллере.

- 386 -

Наш врач хотел меня в первых числах мая отправить в Красноярск на консультацию к врачам-специалистам. Но поскольку у меня на днях опять началось обострение процесса легких, такую дальнюю дорогу (370 км.) пришлось отклонить. Придется опять недели 2-3 принимать фтивазид. Все это очень осложняет положение, т.к. фтивазид нельзя принимать с лекарствами-наркотиками от гипертонии.

Вчера меня возили на страшной телеге (сейчас здесь распутица) в ближайшую больницу (3 км. от нас), чтобы измерить опять кров, давление и консультироваться с врачами. Давление у меня сейчас стабилизовалось на 180/110. Не ахти как много. Но все дело в том, что у меня болезнь мозговых сосудов (после инсульта 1947 г.) и очень сильный склероз. Сосуды мозга повреждены (от инсульта никогда не заживают) и крайне ослаблены и поэтому так бешено реагируют даже на среднее давление.

Шум, звон и адские головные боли продолжаются, несмотря на снижение давления. Врачи больницы рекомендуют делать внутривенное вливание двух лекарств для укрепления мозговых сосудов. Если наш врач достанет здесь в аптеках эти лекарства, она сама сделает эти вливания. Если нет, то мне придется ложиться на недели 3-4 в районную больницу (25 км., одна станция дальше от нас). Если и эти вливания не принесут мне успокоения, тогда по мнению врачей придется поехать в краевую клинику в Красноярск, сделать рентгеновский снимок и комплексное обследование всей нервной и сердечно-сосудистой системы.

Если меня отправят в райбольницу, я дам тебе об этом телеграмму. [2]

Я, конечно, предвидел, что эта капризная и тяжелая, холодная весна принесет мне немало осложнений, но о голове я меньше всего думал. Гипертония дремала у меня последние два года, а сейчас проснулась и свирепствует так, как будто старается наверстать все упущенное.

Мне это все крайне неприятно не только из-за невыносимых, вечно сверлящих в мозгу болей, но и особенно потому,

 

- 387 -

что книга о Гейне лежит вчерне законченной и я не могу ее переписать вчистую. Не знаю, послать ли Нине Ильин. черновой экземпляр или нет.

Я ничего не понял в том, что ты написала в последнем письме о каком-то намерении Ал. Абр. и о том совете, который он спрашивал у тебя. Мне Ал. Абр. ничего до сих пор не написал. Во всяком случае, без моего согласия я прошу ничего не предпринимать в смысле каких-то ходатайств. Я тебе писал недавно, почему все это бесполезно и принесло бы только неприятности.

Посылочку от Лидии Вен. получил. Благодари ее от моего имени, мне сейчас трудно писать. Если Ал. Абр. передал тебе деньги от книги, то присылать мне должна только ты.

Милая, ты понимаешь, что мне сейчас не хочется думать ни о чем. А поэтому кончаю.

Крепко целую

Твой Франц.


246. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

4 мая 1954

Милая, дорогая Нина,

Письмо, телеграмму и деньги получил. Пишу только несколько слов, т.к. состояние головы и глаз все ухудшается. Мне уже крайне трудно писать даже несколько строк.

В ближайшие дни, как у меня температура только пройдет (она уже снижается), меня отправят в райбольницу с. Нижний Ингаш. Хотят сделать 20 уколов для укрепления мозговых сосудов. Дело у меня, по-видимому, не столько в гипертонии, которая сейчас стабилизовалась на 180, а в заболевании кровеносных сосудов мозга - осложнение после инсульта? Боли в голове страшные, не перестают ни днем, ни ночью. Все свои рукописи по Гейне я отправляю перед отъездом Ильиничне. Вся книга вчерне готова; надеюсь, что Нина Ильин. как-нибудь разберется в них. Ликвидирую здесь в доме инвалидов все, ибо весьма сомнительно, вернусь ли живым

 


[i] С. 387. Дело... не столько в гипертонии, которая сейчас стабилизовалась на 180... - Имеется в виду стабилизация кровяного давления.

С. 388. Эти две тыс. твои... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 26.3.1954 г. (наст.  изд., с. 379).

- 388 -

сюда. Когда начинают таскать тебя по больницам, то это здесь обычно последний этап.

Прошу тебя пока по адресу дома инвалидов не писать. Сообщи об этом всем знакомым.

Посылки или деньги тоже не высылай, пока я тебя телеграфно об этом не попрошу.

Не огорчайся, милая, из-за этой возни у вас на кафедре. Перейдешь на пенсию и будешь прирабатывать. Ляля так или иначе будет самостоятельной, аспирантской стипендии ей хватит. Эти две тыс. твои, когда ты их возьмешь - дело твое.

Целую крепко

Твой Франц.


247. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

10 мая 1954

Милая, дорогая Нина,

Состояние мое все ухудшается, и я должен быть постоянно готов ко всему. Сейчас ликвидирую все свои бумаги, чтобы они после моей смерти не попали в руки чужих людей. На днях послал всю рукопись законченной книги о Гейне (8 тетрадей) Нине Ильиничне. Она ее просмотрит и организует переписку на машинке. Ты, пожалуйста, иногда интересуйся ходом работы, Нина Ильинична иногда любит работать с ленцой. Надо сделать так, чтобы осенью книга была полностью переписана, вычитана и передана Ал. Абр. для из-ва. Если меня к тому времени не будет в живых, то рассчитаться с Ниной Ильиничной и машинисткой придется тебе. Не скупись, т.к. рукопись в черновике, и Нине Ильин. предстоит большая работа с ней.

У меня заболевание всей сердечно-сосудистой системы на почве острого артериосклероза. От таких заболеваний не выздоравливают. Каждый день хотят меня отправлять в райбольницу, но температура от обострения легких все еще держится средняя; фтивазид уже мало помогает. Хотели бы отправить в Красноярскую больницу, но при моей слабости больше не пускают на поезд. На днях хотели отправить такого же больного, не пустили. Да больницы тут мало чем и могут помочь.

 


[i] С. 388. ...на почве острою артериосклероза. - Артериосклероз - устар. назв. разл. хронич. заболеваний артерий, сопровождающихся уплотнением их стенки.

С. 389. ...я... еще раз перед смертью решил сфотографироваться... - Этот снимок, оказавшийся последней прижизненной фотографией Ф.П. Шиллера, был помещен на его могильном кресте. Публикуется в начале настоящей книги.

Вельзевул - в Новом завете имя главы демонов.

...пришли мне... посылку приблизительно такого же содержания. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 26.3.1954 г. (наст.  изд., с. 380).

- 389 -

27 марта, в день окончания монографии о Гейне, у нас в палате был фотограф для снятия покойника. И я также еще раз перед смертью решил сфотографироваться, ибо уже ничем не отличаюсь от покойника - живой труп. Результат я здесь прилагаю для тебя как последнюю память от меня. При чем это было еще до мозгового припадка и кровоизлияния в глаза. Сейчас я просто скелет.

Флоре я не послал фотокарточки, т.к. она не любит, когда я пишу о своих болезнях. Дай Бог, чтоб ее жизненный путь был усеян лишь одними розами!

Мелкие кровоизлияния в глаза все еще продолжаются. Но самое [2] главное - это голова. Вечный шум, звон, свист - как будто там устроился какой-то Вельзевул со своим адом.

Посылку получил. Все было в идеальном порядке. Если я не скоро помру и не буду лежать в больнице, то я дам тебе своевременно телеграмму, и ты пришли мне в самом конце мая или в начале июня опять 300 р. денег и посылку приблизительно такого же содержания. Только прибавь опять 10 шпулек (катушек) белых ниток № 20. Сейчас снега нет, и одна старушка опять варит мне какао и кисель на улице, где она себе построила что-то вроде плиты. В корпус наш они боятся ходить, потому [что] здесь заразные больные.

Милая, я очень устал, и мне уже крайне трудно писать.

Целую тебя крепко

Твой Франц.


248. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

14 мая 1954

Милая Нина,

Температура у меня прекратилась. Сразу же я перестал принимать фтивазид, потому что вредно влияет мне на сердце. Кровяное давление стабилизовалось на 180. Кровоизлияние в глаза прекратилось. Правый глаз начинает очищаться, левый все еще под вопросом. Шум, гам и боли в голове продолжаются, только давление на глаза уменьшилось.

 


[i] С. 390. маразм - истощение организма с постепенным угасанием всех жизненных процессов (от греч. marasmös - истощение, угасание).

...относительно общей доверенности... - Доверенность на три года A.A. Аниксту на управление и распоряжение всем имуществом Ф.П. Шиллера была оформлена последним в Красноярске 13 июля 1954 г. Текст см.: наст.  изд., с. 813-814.

...помнишь, ты присылала мне его в 1950 г.? ... - Судя по письмам Ф.П. Шиллера, присылка миоля относится к 1949 г. В письмах за 1950 г. упоминании на этот счет нет. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 18.5.1949 г. (наст.  изд., с. 40).

- 390 -

Вчера возили меня на станцию и хотели отправить в районную больницу. Но так как я ходить уже не могу, то меня не приняли на поезд. Перевезли обратно в палату. Не знаю, от волнений ли, или от тряски на допотопной телеге, но еще в дороге сюда открылось у меня кровотечение из легких. Лопнул небольшой сосуд. Судя по прежним случаям, кровь должна прекратиться через дня два-три. Как я часто уже писал тебе и Ал. Абрам., и как я всегда говорю нашей администрации, нельзя трогать тяжело больного человека с места, если он уже живой труп. Кроме ухудшения от этого ничего не выходит.

Так как у меня сейчас общий маразм организма, и я несказуемо слаб, то пишу сегодня только тебе. Я прошу тебя позвонить и передать: 1) Ал. Абрам., чтобы он мне написал, в каком положении находится рукопись книги о Шиллере, какие имеются вопросы и затруднения. Скажи ему, чтобы он не беспокоился относительно общей доверенности: когда она нужна будет, она будет. [2]

2) Нине Ильин., чтоб она мне написала, получила ли она все три бандероли с рукописями о Гейне, ознакомилась ли она с ними и сумеет ли работать с моими черновыми рукописями. 3) Лидии Вен. - поблагодари за письмо и консультацию, магнезия здесь есть.

Не могу, милая, писать, ты не можешь себе представить, какой я слабый.

Деньги 300 р. вышли числа 25-28/V. Посылку вышли не позднее 30/V. Я сейчас живу исключительно за свой счет. От дома инвалидов имею только койку и кипяток.

В посылку вложи: 1) одну бутылку белого портвейна; 2) 10 штук сырков; 3) 10 пачек киселя; 4) 200 гр. какао; 5) шоколада (приблизит, как прошлый раз); 6) 10 катушек белых ниток № 20; 7) сухого печения (одна или две коробки - в зависимости от общего веса). 8) В аптеке купи мне: а) 100 пилюль витамина "С" в маленькой круглой коробочке; б) 100 гр. "Миоль" для укрепления сосудов мозга (он продается без рецепта, в флаконах по 50 гр. - помнишь, ты присылала мне его в 1950 г.?).

 

- 391 -

Прости, милая, очень устал. Передай сердечный привет всем друзьям!

Крепко целую

Твой Франц.


249. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

19 мая 1954

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе сегодня несколько строк, потому что в составе содержания посылки нужно сделать некоторые изменения. В связи со своим гипертоническим приступом я просмотрел свои старые записи по гипертонии и обнаружил, что мне опять придется перестроить свое скромное питание. Оказывается - яйца кушать нельзя, а я ими главным образом и питался. Дальше: какао и шоколада тоже кушать нельзя, а я ежедневно только и делал, что пил какао. Все это очень неприятно, но придется отказаться от какао, шоколада и яиц (разрешается только 1 в день). Нужно будет побольше покупать молока, творога и сметаны. Я прошу тебя, не клади в посылку ни какао, ни шоколада. Последний замени фруктовыми конфетами. Если еще не поздно, купи в аптеке опять немного папаверина и люминала, - тот уже весь кончился. Диуретина и сальсолидина не нужно, они еще все лежат у меня. Пришли также немного ваты.

Все это я пишу тебе, если ты еще не отослала посылки.

В моем состоянии никаких перемен за последние 5 дней, т.е. с последнего письма, не произошло. Ни к лучшему, ни к худшему. Давление по-прежнему 180. Шум и звон, боли в голове сохраняются. И это самое неприятное. С глазами немного лучше. Правым я опять прилично вижу. Слабость страшная. [2]

На зло в этом году такая ненормальная - даже для Сибири - и противная весна, что старики такой не помнят. Холода, ветры с севера, нет совершенно солнца. 16 и 17/V шел густой снег, выпало около 15 см. и лежал два дня. Все это вдобавок действует еще на нервы.

 


[i] С. 391. ...в составе содержания посылки нужно сделать некоторые изменения. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 14.5.1954 г. (наст.  изд., с. 390).

...с последнего письма... - См. письмо № 248.

- 392 -

Прости, что опять наделал тебе хлопот с посылкой. Уж очень много забот я наваливаю на тебя.

Надеюсь, что пока еще держишься на ногах. Ведь скоро конец занятиям и начнутся экзамены.

Привет всем друзьям!

Крепко целую

Твой Франц.


250. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

26 мая 1954

Милая, дорогая Нина,

Заболевание мозговых сосудов и вообще всей сердечно-сосудистой системы усиливается. Бился целую неделю и хотел здесь, в районной аптеке, достать глюкозу и магнезию для вливаний, но ничего не добился. Два раза посылал на свои средства специально человека в район, но и он ничего не мог достать. 24/V я дал тебе телеграмму с просьбой вложить эти лекарства в посылку. И вот, наконец, сегодня один из наших больных, самая отчаянная голова, ездил по своим делам в район и привез мне эти лекарства. И опять беда: наш врач, настоящая сволочь, из 10 дней 9 живет у своих родителей в гор. Канске, опять уехала и неизвестно, когда приедет. Здесь настоящая Пошехония, и каждый делает, что ему нравится. Не знаю, сколько опять придется ждать врача, чтобы начать вливания. Может быть, они дадут мне некоторое облегчение; этот адский оркестр в голове, который не умолкает ни днем, ни ночью, сводит меня с ума.

Милая, мне трудно писать и еще труднее думать о чем-либо. Чахотка теперь мне кажется райской болезнью по сравнению с головными болями. Теперь только я по-настоящему ощущаю, что наступили последние сумерки жизни. Ничего уже не радует, [2] все твое несчастное существование сводится к ощущению страшных болей в мозгу. Когда я еще мог читать и писать, жизнь имела какой-то смысл, была какая-то радость. Сейчас все атрофировано.

 


[i] С. 392. ...глюкозу и магнезию для вливаний... - Глюкоза применяется для разведения сердечных средств (в данном случае магнезии) при введении их в вену.

...посылал... человека в район... - на ст. Нижний Ингаш.

- 393 -

С нетерпением жду письма от Нины Ильин. и Ал. Абрам, относительно работы над рукописями о Гейне и Шиллере.

У тебя сейчас самая горячая пора с экзаменами. Ты мне еще не писала, когда и где будешь проводить свой летний отпуск.

Прости, смертельно устал от этих нескольких строк. Передай привет Нине Ильин., Ал. Абр., Лидии Вен.!

Крепко целую

Твой Франц.


251. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

29 мая 1954

Милая, дорогая Нина,

Получил я вчера твое письмо от 23/V. Пишу тебе сразу же, потому что меня очень волнует вопрос о рукописи Гейне. Страшно жаль, что Нина Ильин. опять заболела. Я прошу тебя, срочно выясни, долго ли она будет находиться в больнице или ее скоро выпишут. Дело в том, что если Нина Ильинична сама в ближайшие дни не сможет приступить к просмотру рукописи, то, как это мне не жаль, придется передать рукопись Ал. Абрам., если он, конечно, согласится на это. Позвони и выясни, когда Нина Ильин. сможет практически приступить к просмотру, и сразу же сообщи мне обо всем телеграммой. Откладывать этого дела никак нельзя, ибо, если рукопись к осени не будет переписана на машинке, книга в план издательства не попадет, и она тогда пропала, т.к. юбилейная дата не будет использована для ее издания.

Адрес для телеграмм для меня: Тины. Красноярского дом инвалидов Шиллеру. Больше ничего не нужно. Тинская называется ж-д. станция, но она частных телеграмм не принимает. Тины - так называется наше село около станции, с почт, отделением и телеграфом. Здание почты стоит в 20 шагах от станции, но это два ведомства - гражданское и жел. дорожное. Вообще, официальный мой адрес Тины, но [2] ст. Тинская более известна, и поэтому все пишут адрес на обыкновенных пись-

 


[i] С. 393. юбилейная дата - 100-летие со дня смерти Г. Гейне в 1956 г.

С. 394. ...когда я послал телеграмму... - Телеграмма была послана 24.5.1954 г. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 26.5.1954 г. (наст.  изд., с. 392).

- 394 -

мах и т.п. на имя станции, хотя фактически вся почта поступает не на ж-д. станцию, а в почтов. отделение Тины.

27 мая наша злая врачиха вернулась из Канска и приступила к вливаниям глюкозы и магнезии. Сегодня мне сделают третий укол. Пока, конечно, трудно сказать, будет ли мне от этого облегчение. Пока все по старому, оркестр по-прежнему шумит в голове, боли такие же. Вся беда у меня не столько в кров. давлении, сколько в нарушении равновесия и ритма работы всей сердечно-сосудистой системы. Да плюс всеобщее истощение и слабость организма, который уже никак не может сопротивляться.

Прости, что наделал тебе лишних хлопот с покупкой глюкозы и магнезии; они теперь мне пока не нужны, но в тот момент, когда я послал телеграмму, здесь не было никаких надежд достать их.

Надеюсь, милая, что июнь у тебя будет легче, чем был и. Буду очень рад, если перейдешь на пенсию. Тебе же ведь ной не так много нужно. А так ты и не питаешься, как человек, и систематически разрушаешь последние силы.

Напиши мне, где ты будешь отдыхать в июле и августе. В зависимости от этого придется условиться относительно присылки мне суммы денег и посылки в конце июня.

Ал. Абрам, прислал мне 27/V телеграмму, что работает над рукописью. Письма еще нет.

Передай сердечный привет Нине Ильиничне и мои пожелания, чтобы скорее выписалась и приступила к просмотру Гейне. Привет Ал. Абрам, и Лидии Вен.!

Крепко целую тебя

Франц.


252. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

8 июня 1954

Милая, дорогая Нина,

Деньги, посылку, письмо от 27/V и телеграмму от 5/VI все лучил. Сердечное спасибо!

 


[i] С. 395. ...хочу пройти весь курс лечения миолем, как в 1950 г. -См. прим. к с. 390.

дибазол - лекарство, применяемое для лечения нервных заболеваний, при гипертонии, стенокардии, спазмах кровеносных сосудов и др.

Я очень рад, что именно она работает над моей последней книгой. - На титульном листе книги Ф.П. Шиллера "Генрих Гейне", изданной в 1962 г., значится: "Эту книгу посвящаю Нине Ильиничне Непомнящей - верному другу и неустанной помощнице в моей научно-литературной работе в течение тридцати лет".

- 395 -

Так как мне уже очень трудно писать, то буду кратким. Следующую посылку и деньги 300 р. вышли мне из Москвы числа 20-25/VI. Посылочку на этот раз сделай поменьше и оцени ее не свыше 100 р. на ящике. Вложи в нее: 1) 10 сырков; 2) 10 пачек киселя (если есть, желе не нужно, оно здесь есть в магазинах, только без холодильника летом готовить его нет возможности); 3) 1 кгр. колбасы (не очень твердая, но и не очень мягкая, которая летом быстро портится, - без жировых кусков); 4) банка варенья (лучше всего вишневое, если нет, другое); 5) мармелада или фрукт, "пата"; 6) немного сухарей или кренделей (печенья не нужно, высланное мне надолго хватит); 6) 10 катушек белых ниток № 20; 7) из лекарств -только 300 гр. "Миоль" (6 флаконов по 50 гр.), хочу пройти весь курс лечения миолем, как в 1950 г.

Милая, из присланных лекарств мне мало что пригодилось. Порошки (диуретин, папаверин, люминал и дибазол) - я принял 4 порошка, и стало гораздо хуже - очень раздражают больную голову. Из глюкозы и магнезии я сделал уже 12 уколов, но никаких признаков улучшения или облегчения нет. У меня, по-видимому, дело не столько в гипертонии, сколько в общем хроническом заболевании мозговых сосудов. Положение мое все время очень тяжелое, и страдаю я ужасно.

Хорошо, что ты телеграммой успокоила меня отно-[2]сительно здоровья Нины Ильиничны. Я очень рад, что именно она работает над моей последней книгой. Я ей сегодня же напишу, она прислала мне открыточку от 2/VI.

Ты пишешь, что хотела бы мне высылать больше 300 р. в месяц. Но, милая, в этом нет никакой надобности, потому что тратить их совершенно не на что. Ведь тут же ничего нет на рынке, кроме яиц и молочных продуктов. Яйца мне противопоказаны, к сожалению. А молока я могу с трудом пить не больше пол-литра в день. Старушка покупает еще творог и сметану для меня, и то только по воскресным дням, когда есть базар. Вот и обчелся - не на что тратить деньги. Следующие 300 р. я буду считать за июль. Ты еще не сообщила, где будешь проводить отпуск. Если вне Москвы, то в

 

- 396 -

конце июля никакой посылки на август посылать не нужно, а деньги - 300 р. - захвати с собой, куда поедешь отдыхать, и пришли мне их оттуда в конце июля.

Милая, я уже очень, очень слаб, и мне писать трудно. После 23/VI сразу же сообщи мне результат конкурса на вашей кафедре, - т.е. сообщи о своей судьбе. Хотелось бы, чтобы ты перешла на пенсию.

Рад, что в июне у тебя меньше работы.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

P.S. Нина, милая, не нужно мне посылать стоимости вещей, которые ты для меня покупаешь. Я о деньгах совершенно не думаю и ты не должна отчитываться.


253. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

15 июня 1954

Милая, дорогая Нина,

Вчера получил твою телеграмму от 13/VI. Надеюсь, что ты теперь получила мое письмо от 8/VI, в котором я тебе писал относительно денег на июль и о посылке. Если возможно, высылай деньги и посылку не позднее 25/VI. Плохо, что я до сих пор не знаю, где ты будешь проводить свой летний отдых. Сообщи мне об этом подробнее.

У меня состояние все то же, не хуже и не лучше. Все 20 вливаний магнезии и глюкозы теперь мне сделали, но никакого облегчения нет. Я послал Лидии Вен. письмо с просьбой о консультации у врача-специалиста по гипертонии. Скажи ей, что это теперь излишне, т.к. специалист по гипертонии из Красноярска, который случайно был у нас в районе, подтвердил мне мнение и диагноз местных врачей, что вся суть у меня в крайне предельном развитии склероза, который от центральных сосудов мозга распространился на слуховой и зрительный аппарат (отсюда шум и звон в ушах и кровоизлияния в глаза). О каком-либо значительном улучшении не может быть и речи, лечение ограничивается общим лечением скле-

 


[i] Постскриптум написан на подклеенной к письму странице.

С. 396. ...письмо... в котором я тебе писал относительно денег на июль и о посылке. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 8.6.1954 г. (наст.  изд., с. 395-396).

С. 397. ...я ему послал 3 письма... - См. письма Ф.П. Шиллера А.А.Аниксту от 22 апреля, 29 апреля и 10 мая 1954 г. (№ 510, 511, 512).

...иодгиперсол... - Иод-гиперсол - препарат, применяемый для лечения атеросклероза.

- 397 -

роза. О чтении и умственной работе думать уже нечего. Опасность инсульта велика: он может быть в любое время. Я хоть рад, что до наступления мозговой катастрофы успел еще закончить книгу о Гейне. Нина милая, я очень [2] прошу тебя съездить до твоего отъезда из Москвы на квартиру к Нине Ильиничне и узнать, как идет работа, начала ли машинистка уже переписывать или нет. Вся моя жизнь теперь в рукописях трех книг (Байрон, Шиллер, Гейне) и мне очень хотелось бы успокоиться, что над ними работают, что надежда на издание их не рухнула.

Что случилось с Александром Абрам., моему уму непостижимо. Его последнее письмо было от 22 апреля. 1 июня он должен был вернуть Гослиту отредактированную рукопись Шиллера, и я до сих [пор] не знаю, как идет работа над книгой, сдана ли она в Гослит и т.д. Могу объяснить себе двухмесячное молчание Ал. Абр. (хотя я ему послал 3 письма) только тем, что он или серьезно заболел и не успел закончить редактирование к сроку, или с книгой случилось какое-нибудь несчастье в Гослите. Все это меня крайне волнует.

Когда получишь это письмо, судьба твоя на кафедре уже будет решена. Надеюсь, что ты не слишком волнуешься - пусть будет так, куда кривая вывезет.

Сердечный привет Нине Ильин., Ал. Абр. и Лидии Вен.!

Крепко целую

Твой Франц.

P.S. Милая Нина,

Только что вспомнил, - а память у меня уже очень плохая, - что врач приписал мне лекарство иодгиперсол для лечения моего страшного склероза. Иодгиперсол продается во флаконах, порошкообразная масса. Если ты посылочку еще не отправила, то купи мне немного - я не знаю этого лекарства и поэтому не могу сказать, сколько именно - и пришли мне его.

 

- 398 -

254. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

22 июня 1954

Милая, дорогая Нина,

Письмо твое от 11/VI получил. Надеюсь, что письма мои от 8 и 15/VI за это время дошли до тебя.

Меня очень беспокоит упорное молчание Ал. Абр. в течение 2-х месяцев. Последнее его письмо было от 22 апреля. И сколько я ему ни пишу, ответа нет. Я совершенно не понимаю, что могло с ним случиться. Может быть он в отъезде? Или тяжело болен? Сегодня я ему дал телеграмму. Если и на нее не будет ответа, тогда я ничего больше не понимаю.

Ты пишешь в письме от 11/VI, что 4/VII собираешься на трехнедельную прогулку по пяти рекам на пароходе. Это было бы замечательно. Но в августе месяце тебе тоже придется куда-нибудь съездить, в зависимости от обстоятельств и настроения. В худшем случае устройся на этот месяц на даче под Москвой.

Если тебе действительно удастся уехать 4/VII на пароходе, то настоящее письмо мое последнее до твоего возвращения в конце июля. Я очень прошу тебя, милая Нина, выяснить до своего отъезда, как идет работа над Гейне у Нины Ильиничны, а, во-вторых, выяснить, почему Ал. Абр. мне больше не пишет. Может быть, он на что-нибудь обиделся, а может [2] быть у него есть какие-нибудь специальные причины не писать. А может быть и так, что он послал мне простое письмо, и оно пропало. Хотя это был бы у меня первый случай за десять лет.

Милая, не хочу тебе докучать хныканьем и оханьем о своих семи болезнях. Состояние такое же, каким оно было. Самое неприятное из всего - непрерывный шум и звон в ушах и невозможность читать даже газеты. Но ничего не поделаешь. По-видимому, болезнь пока стабилизовалась на этой новой, ухудшенной стадии развития.

От Лидии Вен. получил подробное письмо с консультацией у крупного специалиста. Передай ей мою благодарность. Так как я много писать не в состоянии, то я напишу ей в первых числах июля, когда тебя не будет в Москве.

 


[i] С. 398. ...письма мои от 8 и 15/VI... - См. письма № 252 и 253.

Сегодня я ему дал телеграмму. - Телеграмма не сохранилась.

- 399 -

Не огорчайся, милая, из-за результатов конкурса на Вашей кафедре, - какими бы они ни оказались.

Желаю тебе хорошо отдохнуть во время поездки по пяти рекам с Вашей Лялей! Передай сердечный привет Нине Ильин., Ал. Абр. и Лидии Вен.!

Крепко, крепко целую тебя

Твой Франц.


255. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

28 июня 1954

Милая, дорогая Нина,

Получил твою телеграмму от 25/VI. Особенно меня порадовали известия, что Нина Ильинична так успешно работает над Гейне. По-видимому, при таких темпах в октябре книга вся будет переписана и вычитана.

Я не знаю, милая, застанет ли это письмо тебя еще дома, или ты уехала уже по "пяти рекам". Очень хотелось бы узнать результаты конкурса на Вашей кафедре. 25/VI, когда ты составила текст телеграммы, вопрос, наверно, еще не был решен.

Пиши мне изредка и с парохода. У меня ведь с тех пор, как  не могу больше читать и писать, такая безрадостная и скучная жизнь, что только и живу надеждами на письма от друзей. Ал. Абр., наконец, прислал мне после 2-х месячного молчания, письмо, датированное 20/VI. Он очень хороший человек, еще с молодости отличался ленью, особенно писать письма. Он верный человек, и я целиком полагаюсь на него. Но было бы лучше, если бы чаще писал - ведь 2 месяца при моем тяжелом состоянии - это целая вечность.

О своей болезни, милая, могу только сказать, что все лекарства и вливания не приносят мне [2] существенного облегчения. Придется терпеть и ждать, когда, наконец, закончится последняя фаза этой тяжелой болезни, т.е. когда наступит инсульт. Но гадать вперед не нужно, ибо все мы под Богом ходим, и когда наступит конец, никому из смертных неизвестно.

 


[i] Н.Ф. Депутатовой, 28.6.1954 г.

- 400 -

Жду здесь с нетерпением, когда появятся первые ягоды. Смородина и земляника уже отцвели и сейчас набирают зеленую ягоду. Малина цветет. В этом году всё на 2-3 недели цветет позднее, чем при нормальной весне.

Если тебе удалось достать билеты на пароход с Лялей, думаю, что вам прогулка по рекам очень понравится. Будет много ягод, молока, яиц и т.п. Берега очень живописные. Я в молодости очень любил плавать по Волге на больших пассажирских пароходах.

Сообщи, где ты думаешь провести август м-ц. Желаю тебе приятного и счастливого плавания по "пяти рекам"!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


256. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

17 июля 1954

Милая, дорогая Нина,

На обратном пути из Красноярска, где я был с 8 - 15/VII, я в санитарной машине насквозь простудился и теперь лежу с тяжелым обострением процесса легких, с высокой температурой. Как я попал в Красноярск и о результатах этой поездки спроси у Ал. Абр., которому я послал письмо оттуда.

Я с этим путешествием истратился догола. Поэтому ты на этот раз мне посылки не посылай, а только пятьсот рублей денег. С посылками сейчас трудно, у меня никакого аппетита нет, и долго не будет, и последняя твоя посылка еще почти вся цела. Больше 500 денег не высылай. Мне наверно осенью потребуется крупная сумма на покупку стрептомицина, и вообще следующей выплаты нечего ожидать раньше весны 1955 г. Работа над книгой идет медленно, и, по-видимому, Гослит пока не очень торопится, потому что у них вечно не хватает бумаги.

Самое главное, чего я добился в Красноярске, это -1) общая доверенность на 3 года на имя Ал. Абр., и 2) официально в нотариальной конторе оформил завещание, которое я весной послал вам. Дали только один экз., который я послал Ал.

 


[i] Письмо написано карандашом.

С. 400. ...спроси у Ал. Абр., которому я послал письмо оттуда. - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 13.7.1954 г. (№ 516).

...последняя твоя посылка... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 8.6.1954 г. (наст.  изд., с. 394).

- 401 -

Абр. на хранение. Ты и он оба по-прежнему назначены исполнителями завещания.

От A.A. Суркова получил очень милое и ободряю-[2]щее письмо. Он обещает мне помочь, если будут затруднения с изданием монографии о Гейне.

Милая, надеюсь, что ты хорошо отдохнула на пароходе по пяти рекам. Для меня же эта поездка в Красноярск была очень тяжелая, и я дал себе слово, никогда уже до конца не покидать своей постели. Ты понятия не имеешь, как это было утомительно, и вот результат - температура 40 и обострение процесса.

Когда Лидия Вениаминовна и ты вернетесь в конце августа, я пошлю вам все мои медицинские справки из Красноярска, и вы там после консультации с соответствующими специалистами решите, что дальше делать.

В конце августа, в сент. и окт., я прошу тебя высылать мне посылки с яблоками (вообще с фруктами, которые здесь ведь не растут).

Письмо твое (перед отъездом из Москвы) получил. Надеюсь, что и в августе будешь иногда присылать. До востребования я тебе писать не мог из-за поездки в Красноярск.

Я очень, очень плохой, милая, и кончаю.

Крепко тебя целую

Твой Франц.


257. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

26 июля 1954

Милая Нина,

Не знаю, застанет ли тебя это письмо еще в Москве, или ты уехала уже на Зап. Украину. Мне очень плохо. Тяжелое обострение легких с высокой температурой длится вот уже 11 дней, ни фтивазид, ни другие лекарства никакого облегчения не дают. Все слабею и слабею. Съездил я в Красноярск на свою голову. Я переоценил свои силы, не нужно, конечно, было ехать. Но случай был такой поразительный, что не устоял.

 


[i] С. 401. ...случай был такой поразительный, что не устоял. -Ф.П. Шиллеру удалось добраться до Красноярска на попутной санитарной машине. См. письмо Ф.П. Шиллера П.А. Нагорновой от 26.7.1954 г. (наст.  изд., с. 629).

С. 402. Надеюсь, что ты получила мое письмо... и выслала 500 руб. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 17.7.1954 г. (наст.  изд., с. 400).

- 402 -

Не знаю, милая, что будет дальше. Долго я такого обострения не выдержу. Аппетита никакого нет, организм сейчас расходует последние силы.

Надеюсь, что ты получила мое письмо от 17/VII и выслала 500 руб. Посылки сейчас никакой не нужно.

Милая, не могу больше писать. Голова идет кругом, слабость страшная.

Крепко целую

Твой Франц.

Пиши с Зап. Украины.


258. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

14 августа 1954

Милая, дорогая Нина,

Не знаю, где ты сейчас путешествуешь, - наверно где-нибудь в Закарпатье. После 27/VII я никаких вестей от тебя не получил. Послал тебе до востребования письмо в Ужгород.

Рассчитываю, что ты вернешься к 23/VIII в Москву, а потому спешу тебе написать, чтобы ты до начала занятий в институте справилась бы с посылкой и т.д. Как только приедешь домой, я прошу тебя выслать мне 300 руб. денег и небольшую посылку с яблоками, если они уже есть. Кроме яблок положи в нее: 1) 4 флакона иодгиперзола, порошки по рецепту доктора Померанцева, 2) 10 катушек белых ниток № 20 или 30 и 3) - одну коробку мармелада и одну коробку фруктового пата. И больше ничего. Посылку из-за яблок придется на почте, по-видимому, продырявить, чтобы они в дороге не сгнили.

Когда Нина Ильинична вернется из Болшево, поговори с ней относительно платы за работу над Гейне (я тебе писал уже об этом в письме в Ужгород). Уплати ей сейчас одну тысячу рублей, а остальные, скажи ей, будет уплачены при следующей получке гонорара.

Я забыл тебе написать до отпуска, чтобы ты обязательно  взяла те 2 тыс. рублей и не тратила их на меня. Из 10 тыс. руб., стало быть, ушли уже: 2 тыс. Нине Ильин. весною, 2 тыс.

 


[i] С. 402. Послал тебе до востребования письмо в Ужгород. -Ужгород - центр Закарпатской обл. на Украине. Письмо не сохранилось, т.к. не дошло до адресата и вернулось к отправителю. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 9.10.1954 г. (наст.  изд., с. 414).

Я забыл тебе написать... чтобы ты... взяла те 2 тыс. рублей. , - См. прим. к с. 388.

С. 403. ...я, после приезда Ал. Абр. ...попрошу его, чтобы он перевел тебе еще деньги. - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 20.10.1954 г. (наст.  изд., с. 774).

...по Галиции... - Галиция - истор. название части зап.-укр. и польск. земель.

- 403 -

тебе, 1 тыс. - машинистке и 1 тыс. Нине Ильин. за Гейне, расходов на меня от этой суммы осталось, таким образом, тыс. руб. Ты за апрель-авг. истратила на меня, по моему приблизительному расчету, [2] около 2000-2500 рублей. Напиши мне об этом, и когда деньги приближаются к концу, я, после приезда Ал. Абр. в Москву, попрошу его, чтобы он перевел тебе еще деньги. Придется мне хозяйничать поскромнее, иначе я не дотяну до весны, до следующей уплаты гонорара, лекарства мне здесь обходятся дорого, особенно стрептомицин. Кроме того, если ты беспомощный больной человек, приходится дорого платить за каждую услугу. Со 2 августа мне делают вливание стрептомицина, и сейчас обострение процесса легких прекратилось. Вернулся опять и небольшой аппетит. На базаре мне покупают ягоды, молоко, игу, творог, яйца.

С легкими, таким образом, сейчас опять спокойнее, но с головой все так же. Неприятный шум в ушах продолжается уже 5 месяцев, напор на глаза также продолжается, так что по-прежнему не могу ни читать, ни писать. По-видимому, это и останется до конца.

Надеюсь, милая, что путешествие по Галиции тебе понравилось, и что вернулась оттуда отдохнувшей и с запасом свежих сил. Теперь опять начнется старая кутерьма с занятиями, надеюсь также, что поездка была для тебя не скучная, а компания собралась веселая и хорошая. От всего сердца желаю тебе, чтобы ты поправила хоть немного свое состояние и теперь сможешь опять поработать до Нового года. Посылаю тебе здесь 2 справки из Красноярска о моем состоянии, а также справку нашего врача для фтивазида, если Лидия Вен. может его опять достать. Когда Лидия Вен. приедет, поговори с ней и передай ей справки, если она согласится что-нибудь сделать с консультацией. Крепко, крепко тебя целую Франц.

 

- 404 -

259. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

21 августа 1954

Милая, дорогая Нина,

Письмо твое от 5 авг. из гуцульской деревни я получил. Очень рад, что путешествие получилось удачное, и ты довольна поездкой. В ближайшие дни ты, наверно, вернешься в Москву. Надеюсь, что все обошлось благополучно, и ты хоть немного отдохнула перед новым учебным годом.

14/VIII я отправил тебе заказное письмо со всеми медицинскими справками. Когда Лидия Вен. приедет, созвонись с ней и передай ей те справки, по которым она согласна консультироваться. Мне особенно важна консультация у невропатолога, так как мозговая болезнь у меня становится все хуже, а новые симптомы все тревожнее.

Тяжелое обострение процесса легких мне удалось с трудом ликвидировать при помощи стрептомицина. Приступ (от Красноярска) был одним из самых тяжелых за время моей болезни. Достаточно сказать, что я за месяц обострения потер в весе 9 килограмм. Я и так в последние годы был похож скелет, а теперь, после потери девяти килогр., можешь представить, как я выгляжу. К счастью вернулся средний аппетит, и я сейчас [2] стараюсь хоть немного восстановить силы до наступления обязательного осеннего сезонного обострения процесса.

Поговори с Ниной Ильиничной после ее возвращения Болшево. Нужно сделать так, чтобы два экз. рукописи Гей можно было сразу передать Ал. Абр. после его возвращения из Геленджика. Все это дело с Гейне слишком поздно начали с издательствами, и дальше его оттягивать нельзя. Ведь если прозевать 100 летний юбилей, то книга никогда не увидит свет. В этом и часть моей вины, что я весной не послал заявки на книгу в какое-нибудь издательство. Ведь издат. план на будущий год везде уже составлен. Поговори с Ниной Ильин. и относительно вознаграждения за работу, как я об этом писал тебе в прежних письмах.

 


[i] С. 404. ...из гуцульской деревни... - Гуцулы - этногр. группа украинцев, живущих в Зап. Украине.

14/VIII  я отправил тебе... письмо... - См. письмо № 258.

Поговори с Ниной Ильин, и относительно вознаграждения за работу, как я об этом писал тебе в прежних письмах. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 14.8.1954 г. (наст.  изд., с. 402).

- 405 -

Погода у нас все лето дождливая. Урожай очень хороший, трудно его убрать из-за дождя. Я иногда немного посиживаю в садике во дворе под деревьями в тени, потому что каждый луч солнца гибельный для моей головы. Живу скучно, почто нельзя ни читать, ни писать. От Ал. Абр. я еще не письма из Геленджика. Он хотел уехать из Москвы 5/VIII, не знаю, удалось ли ему уехать или нет.

Крепко тебя целую

Твой Франц.


260. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

27 августа 1954

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 22/VIII. Очень удивлен, что ты не получила моего письма в Ужгороде. Я его отправил 2 авг. воздушной почтой по адресу: Ужгород, главн. почтамт, до востребования. Не понимаю, почему оно не дошло. С другой стороны пишешь, что послала мне 2 письма. Я же получил только одно, от 4-5/VIII из гуцульской деревни. Поскольку мое письмо в Ужгород пропало, то нужно повторить то, что я тебе написал в нем относительно оплаты труда Нины Ильиничны за Гейне. Нина Ильинична вернется в Москву из Болшево 5 сентября. Поговори с ней о плате за работу в таком духе: я лично понятия не имею, как такого рода работы сейчас оплачиваются. Но думаю, что, принимая во внимание черновую запись карандашом и быстроту, с которой Нина Ильин. сделала мне эту исключительно дружескую услугу, ей меньше трех тысяч рублей нельзя предложить. Посоветуйся с ней. Если 3 тыс. мало, нужно прибавить еще. Но скажи Нине Ильин., что сейчас денег у меня в обрез, и поэтому я могу сейчас дать ей только одну тыс. рублей, а остальные деньги, когда будет следующий гонорар от издательства. Думаю, что ты уладишь для меня этот несколько щекотливый вопрос.

Нина Ильинична до отпуска сделала проверку половины копией после переписки на машинке. После ее [2] возвра-

 


[i] С. 406. Я послал тебе письма 14 и 21/VIII. - См. письма № 258 и 259.

- 406 -

щения в Москву она сделает остальное. Ал. Абр. вернется в Москву около 20-25 сент. Надо бы к тому времени закончить всю работу и сразу после приезда Ал. Абрам, передать ее ему для издательства. Ал. Абрам, я прошу передать: 1) два экз. проверенной после машинки рукописи; 2) три тетради с выписками из книг под № 74, 75 и 76; 3) две главы (старой машинописи 1938 г.), взятые мною из неопубликованной книги о "Молодой Германии". - Восемь (№№ I-VIII) тетрадей черновой (карандашной) рукописи о Гейне и третий экз. переписанный на машинке я прошу тебя сохранить у себя так же, как ты хранишь рукописи (тетради) о Байроне и Шиллере.

Я послал тебе письма 14 и 21/VIII. Надеюсь, что они дошли. Нового у меня за это время ничего не произошло. Состояние мое - прежнее.

Ты теперь уже приступила к работе в институте. Напиши мне, какое в этом году у тебя расписание занятий, каково положение на кафедре и т.д. Как сложилась судьба вашей Ляли - приняли ее в аспирантуру или нет. Как чувствует себя Оля после поездки на пароходе - она наверно повторила твой рейс?

Желаю тебе много сил для работы в новом учебном году?

Крепко целую

Твой Франц.


261. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

7 сентября 1954

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе только несколько строк, чтобы не было бол того перерыва между письмами. Ничего нового у меня нет, состояние мое прежнее, ни хуже, ни лучше.

Погода у нас уже полностью осенняя. Ночью, утром и вечером - холодная, днем иногда еще бывают дни, когда могу выходить в садик и посидеть час. Но одеваться нужно уже по зимнему. В сущности, здесь в Сибири лето длится только месяца - июль и август.

Деньги, которые ты выслала мне 25/VIII, я получи 31/VIII. Но посылочки до сих пор нет. Подозреваю, что с по-

 


[i] Н.Ф. Депутатовой, 7.9.1954 г.

- 407 -

сылкой яблок тебе встретились непредвиденные затруднения. Наверно требуется особая упаковка, выезд за город для сдачи и т.д. Если это так, то я прошу тебя больше фруктов не посылать, а готовить посылки обычного содержания, которые можно сдавать в самом городе. Немыслимо, чтобы ты при своей чрезмерной перегрузке работой занималась еще и этими делами. После получения посылки я тебе сразу же напишу, что можно послать в следующий раз. [2]

Жду от тебя письмо с описанием твоих занятий в этом году (расписание и т.д.). Хорошо, если тебе удастся выкроить хоть один свободный день в неделю. Ал. Абрам, сообщил мне, что он вернется в Москву между 26 и 28/IX. Надеюсь, что к тому времени Нина Ильин. справится с читкой машинописной копии рукописи.

Желаю тебе много сил для работы в наступившем учебном году!

Крепко целую

Твой Франц.


262. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

16 сентября 1954

Милая, дорогая Нина,

Только сегодня мне принесли извещение на посылку. Завтра ее получу.

Долгое отсутствие посылки и каких-либо известий от тебя свело меня в последние 10 дней буквально с ума. Ты 25/VIII на бланке денежного перевода написала, что посылку отправишь в "ближайшие дни". Я полагал, что отправишь ее числа 29-31/VIII. И вот за все время нашей 6-летней переписки не было ни одного случая, чтобы письмо, денежный перевод или посылка шли сюда больше 7 дней. И когда после этого срока от тебя ничего не было, ни письма, пи посылки, то я должен был предположить, что ты уже не имела возможности отправить посылку и не могла мне уже и сообщить об этом. Я должен был думать, что ты внезапно умерла или лежишь в бессозна-

 


[i] Н.Ф. Депутатовой, 16.9.1954 г.

- 408 -

тельном положении в больнице. Ибо если бы ты просто заболела, то известила бы меня о невозможности отправки посылки. Мой больной мозг дошел до галлюцинации и 14/IX я уже не выдержал и отправил Лидии Вен. телеграмму, чтоб она сообщила, что случилось с тобой. Отправить телеграмму тебе я считал бесполезным, т.к. полагал, что или умерла или без сознания.

Очень рад, что все эти несчастные предположения мои оказались бредом разгоряченного и больного мозга, и что ты здорова и здравствуешь. Я просил бы тебя впредь, когда у тебя не будет возможности писать письмо, пользоваться простой открыткой и известить меня двумя словами, что здорова. Ты не представляешь себе, до чего у меня мозговая болезнь тяжелая и как нервно я воспринимаю то, что для здорового человека - пустяк. [2]

Милая, я очень прошу тебя в дальнейшем яблок не посылать, ибо для этого тебе необходимо выехать за город. Кроме того, сейчас тут на базаре появились привозные издалека яблоки, а также арбузы. В связи с этим я прошу тебя в сентябре мне никакой посылки не высылать, а только 300 р. денег (отошли их числа 24-26/IX). Посылку же (без фруктов) я прошу] тебя послать во II половине октября (15-20 числа), чтобы она подоспела к Октябрьским праздникам. Что вложить в посылку, об этом я тебе на днях подробно напишу - нужна колбаса и - это всегда имей в виду - может быть к тому времени I опять появится в магазинах у вас кисель. В общем, я тебе об этом подробно напишу. Кроме того, если Лидия Вен. к тому времени сможет достать фтивазид, его тоже можно послать в этой же посылке.

Так, милая, у меня никаких новостей нет. Состояние мое - прежнее, пока не хуже и не лучше. Голова меня очень мучает.

Осень у нас в этом году исключительно холодная и дождливая. 14/IX уже выпал снег, который опять растаял. Выходить в садик мне уже нельзя. Устроился опять на 8 мес. в постели. Плохо, что музыку не могу слышать по радио, что могу читать и разговаривать с людьми. Слух у меня в связи мозговой болезнью окончательно пропал на все 100%.

 

- 409 -

Прошу тебя, как Ал. Абр. числа 25-28/IX вернется в Москву, передать ему рукопись Гейне, как я об этом тебе написал.

Жду от тебя расписание занятий.

Крепко тебя целую

Твой Франц.


263. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

20 сентября 1954

Милая, дорогая Нина,

17/IX я получил твою телеграмму, а также посылку, высланную тобою 31/VIII. Все было в полном порядке.

Как я тебе уже написал в письме от 16/IX, больше вообще не надо мне посылать фруктов, т.к. здесь на базаре в этом году много яблок и арбузов. Следующую посылку я прошу тебя послать числа 20 октября, чтобы она подоспела к Октябрьским праздникам. Вложить в посылку я прошу: 1) 1 кгр. колбасы (лучше всего "чайной"); 2) 1 кгр. сыра (или сырки, завернутые); 3) Копченой рыбы - грамм 300; 4) 1 банка консервов - компота "Груша" (как ты мне прислала весною); 5) Лимонов - 3-4 штуки; 6) Кондитерские изделия (немного маленьких кренделей или сухарей; печенья не надо). Кроме того, из аптеки: витамин "С" (все равно) и зубные капли. Еще вложи: пачку писчей бумаги (для писем) и, когда будешь на почте, захвати штук 20 чистых бланков для телеграмм. Здесь их никогда не бывает.

Прилагаю здесь также рецепт на очки для одного молодого энергичного человека из нашего корпуса, который мне часто помогает в доставке медикаментов и т.п. Он до того близорук, что не видит почти собственного носа. Очки минус 8 очень сильные и редкие, и поэтому их в Красноярске нет. Попробуй их достать в Москве в магазине санитарии и гигиены (они стоят около 45 рубл.) и если найдешь их, вложи их также в посылку. Кроме того, если Лидия Вен. к тому времени сможет достать фтивазид, то вложи его также.

 


[i] С. 409. Как я тебе уже написал... больше вообще не надо мне посылать фруктов... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 16.9.1954 г. (наст.  изд., с. 408).

витамин "С" (аскорбиновая кислота) - препарат, применяемый при кровотечениях, интоксикациях и др.

...одного молодого энергичного человека... - Имеется в виду Александр Яковлевич Неб. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 14.3.1955 г. (наст.  изд., с. 443).

- 410 -

Ты, таким образом, видишь, что посылка будет большая и сложная. Я пишу тебе поэтому за месяц вперед, чтобы ты могла не спеша подготавливать ее постепенно. Еще надо бы достать кисель, ибо после того, как тут не [2] будет ни молочных продуктов, ни помидор, ни яблок - кисель будет моим основным питанием в течение 4-5 месяцев. Я поэтому посоветовал бы тебе сговориться с Лидией Вен., если тебе одной будет трудно, постепенно накапливать дома кисель, когда он будет в магазинах, и послать мне приблизительно в ноябре специальную посылку по преимуществу с киселем. Октябрьскую посылку я предоставляю тебе урегулировать, чтобы она не превышала установленного веса - уменьшить одно, выпустить другое и т.п. по твоему усмотрению.

Так, милая, у меня ничего нового нет. Жду обещанного тобою письма. Должен тебе признаться, что болезнь мозга быстро прогрессирует. Я чувствую каждую неделю, как голова становится все хуже. Завтра меня в последний раз до наступления зимы отвезут на консультацию к врачам в местную. Тинскую больницу. Это - скорее для формы, ибо ничего нового они мне сказать не могут. Жду результаты консультации от Лидии Вениам.

Но все это - конечно, скорее для самоуспокоения. Ибо я слишком хорошо сам знаю серьезность положения с головой. Ничего не поделаешь.

Крепко, крепко тебя целую

Франц.


264. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

27 сентября 1954

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 15/IX. Очень хорошо, что все мои мрачные опасения оказались неправильными, и ты пока еще хорошо держишься на ногах.

Спасибо тебе, что уладила денежный вопрос с Ниной Ильиничной. Сообщи мне, сколько машинописных страниц в рукописи о Гейне - хочется знать объем книги.

 


[i] С. 410. ...все мои мрачные опасения оказались неправильными... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 16.9.1954 г. (наст.  изд., с. 407-408).

С. 411. ...с Г.М. Фридлендером... - Фридлендер Георгий Михайлович (1915-1995) - литературовед, акад. РАН (с 1991 г.; акад. АН СССР с 1990 г.). Гос. премия СССР (1983 г.).

в/в - внутривенно.

Не слыхала ли ты, что существует глюкоза в порошках? -Глюкоза в порошках используется, обычно в смеси с аскорбиновой кислотой.

С. 412. ...сообщи мне отчество жены Ал. Абрам. - Жену A.A. Аникста звали Евгенией Федоровной.

- 411 -

Позвони Ал. Абрам, и сообщи ему следующее: Мих. Алекс, написал мне, что недавно был в Ленинграде и разговаривал с Г.М. Фридлендером, которому Гослит хотел послать Шиллера на вторую рецензию. Мих. Алекс, считает, что более умного, объективного и бесстрастного рецензента нельзя найти. Но беда в том, что Гослит, который хотел еще в сентябре получить рукопись обратно, ее до сих пор даже не послал рецензенту. Можно себе представить, когда при таких темпах Гослита книга выйдет из печати!

Меня очень порадовало твое сообщение, что ты пристрастилась к фотографированию. Для умственного работника это очень хорошо и отвлекает усталый мозг от обычной работы.

Мое состояние, милая, с каждой неделей все ухудшается. 21/IX меня возили в Тинскую больницу на консультацию. По дороге меня продул холодный ветер, и 22/IX уже началось обострение процесса легких. Но поскольку я только на днях закончил вливание стрептомицина, то обострение [2] пока не очень сильное. Но гораздо хуже с заболеванием (деформацией) сосудов мозга на почве сильно развитого склероза (так врачи сейчас диагностируют мою болезнь). За последнюю неделю положение ухудшилось настолько, что я совершенно уже не могу лежать, а все время вынужден днем и ночью сидеть в постели, т.к. в вертикальном положении голова меньше болит. Как только склоняю голову на подушку, сразу же получается сильный прилив крови в больные, деформированные сосуды мозга и вызывает нестерпимые боли. Сижу круглые сутки в постели, обложенный со всех сторон подушками, и в таком же состоянии стараюсь выкраивать 2-3 часа сна.

Следовало бы вливать в/в глюкозу, но мои вены уже настолько деформированы склерозными узлами, что меня только мучают, но вливать не удается. Не слыхала ли ты, что существует глюкоза в порошках? Может быть, их можно было бы достать и прислать мне? Кстати, если тебе не трудно, заходи где-нибудь по пути в книжный магазин КОГИЗ'а и спроси в медицинском отделе, нет ли у них брошюрки или чего-нибудь в этом роде о склерозе и его лечении?

 

- 412 -

(Если не забудешь, то сообщи мне отчество жены Ал. Абрам. Помню, что ее зовут Евгенией, а отчества не помню.)

Милая, мне уже очень трудно писать, и я устал. Головные боли не дают мне ни минуты покоя.

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.

Нина милая, я вовсе не хочу, чтобы ты при твоей нечеловеческой перегрузке мне часто писала. Единственная моя просьба - если нет возможности писать, опустить открытку с 2-3 словами.


265. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

2 октября 1954

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 24/IX. Пишу тебе несколько строк, потому что состояние мое плохое.

С 28/IX у нас здесь лютая зима: глубокий снег, мороз 10-15°, сильнейший ветер, который пронизывает не только барак, но и нас самих до мозга костей. Все больные в бараке лежат с осенним обострением процесса легких, и я в их числе. Уже 10 дней у меня высокая температура, пот, мучительный кашель, полное отсутствие аппетита, много мокроты и т.д. Зима здесь в этом году наступила на целый месяц раньше обычного, и я поэтому с фтивазидом просчитался: я думал, что он мне нужен будет к концу октября, как во все прошедшие годы, а он теперь нужен был бы к концу сентября. ЗОЯХ я отправил письмо Лидии Вен. относительно фтивазида: если она его достала, то прошу его выслать или в общей продуктовой посылке, или отдельно, как вам удобно. Вчера я получил от Лидии Вен. телеграмму, в которой она сообщает, что на днях собирается выслать фтивазид. Так что я надеюсь, что она его за эти дни достала.

Немного огорчило меня твое сообщение, что ты не хочешь меня послушать и все же выслать яблоки через Тамбов. Вчера здесь на станцию привезли новую партию яблок по 16 р. кгр.

 


[i] С. 412. ...нужен будет к концу октября, как во все прошедшие годы... - Ф.П. Шиллер начал принимать фтивазид только в ноябре 1953 г. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 23.11.1953 г. (наст.  изд., с. 354).

...ты не хочешь меня послушать и все же выслать яблоки... -См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 20.9.1954 г. (наст.  изд., с. 409).

С. 413. Я писал тебе, что... положить в посылку. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 20.9.1954 г. (наст.  изд., с. 409).

- 413 -

Я послал человека купить 2 кгр., но каково было мое разочарование, когда я увидел, что они все поморожены и когда их приносят в тепло, они сразу портятся. Было бы [2] досадно, если бы ты действительно послала через Тамбов посылку с яблоками, которые по дороге сюда поморозились бы и испортились. Свои 2 кгр. мне пришлось выбросить.

Лидия Вен. прислала мне дельные врачебные советы, но сейчас их провести в жизнь нет возможности, 1) потому, что и в левую вену теперь нельзя уже делать вливания, а 2) и потому, что шум в ушах и др. симптомы отступили на третий план,  на первом и втором плане - обострение процесса и нестерпимые боли в сосудах мозга. Я больше не могу лежать, а вынужден круглые сутки сидеть в постели, потому что как только склоняю голову на подушку, то сразу получается сильный прилив крови в больные, деформированные от склерозных узлов, мозговые сосуды, - а это вызывает нестерпимые боли в голове. Сижу круглые сутки в постели и страдаю. Нужно терпеть и выжидать, что принесут с собой следующие дни и недели.

Посылки сейчас задерживаются часто из-за перевозки срочных грузов, связанных с уборочной кампанией. Я писал тебе, что приблизительно положить в посылку. Колбаса не обязательна, если нет подходящей, не присылай. Я ее и так раз в году кушаю. Главное - кисель, сыр, фруктовые конфеты, кондитерские изделия. Ты сама можешь сообразить, что положить, и, во всяком случае, всегда - чем больше киселя, тем лучше, потому что это единственное, что я кушаю с аппетитом.

Надеюсь, что Ал. Абрам, в эти дни приехал и принял от тебя рукопись книги о Гейне. Напиши мне об этом, ибо сам он пишет мне крайне редко.

Прости, что я все пишу только о себе - но головные боли не дают о чем-либо думать.

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.

 

- 414 -

266. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

9 октября 1954

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе только несколько строк, чтоб ты не беспокоилась и знала, что я еще жив. 300 рублей я получил уже 2/Х, а телеграмма твоя и Лидии Вен. также пришла своевременно.

Положение мое все время очень тяжелое, и поверь мне. писать эти строки мне крайне трудно. Уже 18 суток длится осенний приступ процесса легких, он один из самых гадких: раньше температура длилась не больше 6-8 дней, а теперь уже - 18, и нет пока никаких видов на улучшение. Я настолько ослаб, что похож уже даже не на скелет, а на тень человека, и неспособен самостоятельно вставать. К тому же эта адская болезнь мозговых сосудов, которая не дает покоя ни днем, ни ночью. Стрептомицин не помогает ликвидировать приступ; вся моя надежда опять на фтивазид. Если он только во время придет!

Когда я теперь вспоминаю свое прошлогоднее состояние, без головной болезни, когда я мог еще по 2-3 часа читать и писать, то мне кажется, что это было сказочное, прямо райское счастье, которое уже больше никогда не вернется.

Имей в виду, что посылки из Москвы сюда идут [2] не 7 дней, как раньше, а до месяца и даже больше. Чем это объяснить, никто толком не знает. Ведь посылки должны итги в одном вагоне (почтовом) с письмами - а почему такая огромная разница - неизвестно.

Письмо, которое я тебе послал 3 августа в Ужгород "до востребования", пришло обратно с отметкой главного почтамта: "возвращается за истечением срока хранения".

От Ал. Абрам, я получил телеграмму, что он вернулся в Москву только 6/Х. Если бы мы это знали раньше, то незачем было торопить Нину Ильиничну.

Надеюсь, что ты ему передала экземпляры рукописи "Гейне".

Прости милая, мне так плохо, что на этом кончаю.

 


[i] Н.Ф. Депутатовой, 9.10.1954 г.

- 415 -

Сердечный привет Лидии Вен. и Нине Ильин.!

Крепко целую

Твой Франц.


267. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

15 окт. 1954

Милая, дорогая Нина,

Вчера пришли обе посылки: от 3/Х от тебя с фтивазидом и которая из Тамбова от 4/Х с яблоками. Пришли они удивительно быстро, я до 20/Х их не ждал. К счастью для яблок здесь у нас уже 5-ый день нулевая температура и они от мороза не пострадали. Яблоки не твердые и не кислые, хорошие. Содержание твоей московской посылки тоже удачное.

К сожалению, состояние мое все время тяжелое. Высокая температура длилась 22 дня и только вчера прекратилась. Она меня совсем разрушила. Теперь остались побочные явления обострения (отсутствие аппетита, страшный кашель и т.п.). пробую их ликвидировать приемом 10 гр. фтивазида. Много его принимать нельзя, реакция организма притупляется. Но самые тяжелые страдания - от склероза мозговых сосудов. Я не в состоянии описать тебе, как это мучительно, без конца, днем и ночью. Ведь это не легкие, не желудок, а - мозг. Письмо Лидии Вен. от 5/Х получил. Благо-[2]дари ее и за фтивазид и извини меня, что я сейчас не в состоянии писать - напишу несколько позднее.

В дальнейших посылках главное внимание нужно уделить киселю, если он есть. В начале ноября здесь на базаре кончается все: молоко, яйца, свежие овощи - всего этого не будет. А питаться мне, пока я жив, чем-нибудь нужно. Самое хорошее зимние месяцы - декабрь, январь, февраль - был бы кисель, к марту опять будет молоко.

Я прошу тебя выслать мне числа 24/Х еще раз 300 рублей. зимние месяцы высылай мне только 200 р. Думаю, что ты два месяца превысила расходы на меня в 500 рубл. Но можно наверстать в следующие месяцы. Числа 24/Х же,

 


[i] С. 416. Надеюсь, что тебе удалось достать очки. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 20.9.1954 г. (наст.  изд., с. 409).

- 416 -

если тебе не трудно, вышли мне небольшую посылочку (если можно уже с киселем), может быть, она успеет к 6/XI или хотя бы к 10/XI, моему дню рождения. Ты сама уже знаешь, что нужно вложить. В аптеке достань мне опять витамин "С" (в такой упаковке мне нужны 3 коробочки в м-ц) [3] и люминал. Здесь очень трудно достать люминал, а мне он крайне нужен, чтобы хоть на 2 часа заснуть за ночь.

Надеюсь, что тебе удалось достать очки. Вложи их тоже в посылочку.

В общем, я прошу тебя расходовать на меня максимум 500 р. в м-ц (в среднем). Когда я напишу Ал. Абрам., я попрошу его, чтобы он передал тебе 2 тыс. рублей, и это должно хватить до 1 мая, если я доживу.

Не сердись, милая, что я в своих письмах ограничиваюсь самым необходимым. Уверяю тебя, что эти адские головные боли целиком поглощают все мое существование и я не способен о чем-либо думать. Только и думаешь, как бы заснуть на час.

Надеюсь, что с работой и со здоровьем у тебя пока еще сносно.

Передай привет знакомым.

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


268. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

22 октября 1954

Милая, дорогая Нина,

Получил твое письмо от 15/Х. То, что теперь в Москве больше не будут принимать продуктовых посылок, очень осложняет твою работу. Хорошо, если Ваша Ляля тебе будет помогать в этом деле.

Я написал Ал. Абрам., чтобы он передал тебе две тыс. рублей на дальнейшее мое содержание. Начиная с ноября месяца. И я прошу тебя впредь до весны высылать мне ежемесячно не 300, а только 200 рублей и одну продуктовую посылку в месяц

 


[i] С. 416. Я написал Ал. Абрам., чтобы он передал тебе две тыс. рублей... - См. прим. к с. 403.

С. 417. Я ему написал, что если у него нет времени сходить в из-во... - См письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 20.10.1954 г. (наст.  изд., с. 774).

тайфун - тропич. циклон штормовой и ураганной силы (от кит. тай фын - большой ветер).

- 417 -

на рублей 150-200. С деньгами мне придется очень и очень экономить, т.к. я по всем манерам работы Гослита заключаю, что книга не только не выйдет к юбилею (май), но вероятно вообще в 1955 году не увидит света. В таком случае нечего ожидать скорой выплаты второй доли гонорара.

Очень меня огорчило и расстроило сообщение Ал. Абрам., что рукопись книги о Гейне опять откладывается. Я столько уже волновался из-за того, что весною или летом не дали заявки на книгу в издательства, а теперь уже готовая рукопись все лежит без движения. Я бы не мог с таким хладнокровием и спокойствием от-[2]носиться к давно готовой рукописи, как это делает Ал. Абрам, (это только между нами П. Я ему написал, что если у него нет времени сходить в из-во и предложить от моего имени рукопись, то пусть сообщает мне об этом, и я тогда сам отсюда напишу в из-во. Может быть, он на это обидится, но я больше не могу ждать, иначе наверняка погублю свою книгу. Несчастье мое, что меня нет в Москве. Тогда эти дела шли бы быстрее. А так приходится мириться со всем. (Ты только об этом ничего не говори Ал. Абрам.)

Состояние мое все по-прежнему плохое. Уже неделю принимаю фтивазид, а результатов пока не видать. В этом отчасти повинна и отвратительная погода с холодными ветрами. Они продувают помещение, и я вечно простужен. Придется, по-видимому, принять гр. 25 фтивазида. Мучительный кашель, страшная слабость сердца и дыхания и отсутствие аппетита все удерживаются. Хорошо, что пришли Тамбовские яблоки, я всю неделю ими исключительно и питался.

Склероз мозговых сосудов с одинаковой [3] силой свирепствует и не дает мне покоя ни днем, ни ночью. Особенно болят сосуды зрительной и слуховой систем. Я сейчас уже не в состоянии даже бегло просматривать газеты, а постоянный шум и звон в ушах похожи на тайфун. Исстрадавшийся весь организм старается приспосабливаться к этим ужасным болям, но все это очень мучительно.

Очень меня огорчило твое сообщение о перегрузке работой в институте. Ведь это же ужасно! Как бы тебе опять как-

 

- 418 -

нибудь дотянуть до нового года! Если Ваша Ляля будет утверждена в аспирантуре, может быть, она смогла бы разгрузить тебя немножко в домашней работе? Или современная молодежь не интересуется стряпней и т.п.?

Передай сердечный привет Нине Ильин. и Лидии Вен.!

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


269. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

28 октября 1954

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе несколько строк, чтобы сообщить, что с легкими у меня в последние дни наступило некоторое облегчение. Возобновился опять средний аппетит, а это самое главное. Остался еще мучительный кашель, поэтому продолжаю еще принимать фтивазид.

Тут у нас давно уже зима. Коровы больше не дают молока, и это очень печально, потому что я девять месяцев сидел исключительно на молочном питании. Теперь придется два-три месяца как-нибудь перебиваться другой пищей. Плохо, что нет киселя. Желе тут в магазинах есть сколько угодно, но это не то. Тамбовские яблоки тоже идут к концу. Это была очень удачная посылка, в ней было 90 штук хороших яблок среднего размера. Правда, я много их раздавал другим больным, но и мне вдоволь хватило на 2 недели. Теперь последние начинают уже гнить, и надо их кончать. Надеюсь, что ты поблагодарила эту добрую тамбовскую женщину, которая взяла на себя труд купить яблоки и отправить их по почте. Мне было неудобно написать чужой женщине. [2]

Это меня все время расстраивает, что рукопись о Гейне лежит без движения. Неужели Ал. Абр. до сих пор не взял ее у Нины Ильиничны? От последней, а также от Лидии Вениаминовны получил письма. Ответил им уже.

Так жизнь идет у меня очень скучная и в непрерывных страданиях. Мозговая болезнь в прежнем состоянии. Плохо

 


[i] С. 419. Енисейск - город в Красноярском крае.

- 419 -

еще и то, что у нас здесь врачей нет: наша врачиха уехала в декретный отпуск и больше не вернулась - устроилась на работе в гор. Канске. Другие два врача из Тинской больницы также летом уехали в отпуск в гор. Енисейск и больше не вернулись, устроились там. Никто не хочет работать в деревне. На всю окрестность теперь у нас осталась одна женщина-врач, да ее никогда и не увидишь, т.к. на ее попечении больница и амбулатория, которые всегда переполнены.

Насколько у меня жизнь скучна, настолько она у тебя перегружена работой и заботами. Все время боюсь, как бы ты не слегла опять в больницу. Ведь до зимних каникул еще далеко. Есть только надежда на "авось", [3] что, может быть, все-таки опять все пойдет благополучно. Надеюсь, что Лялю вашу за это время утвердили в аспирантуре. Это было бы очень хорошо, она опять на три года - а то и на четыре - жила бы с тобой, если она за это время не выйдет замуж.

Приближаются Октябрьские торжества. Желаю тебе, милая, встретить их в добром здравии и радостно провести их в кругу хороших друзей и знакомых!

Крепко целую

Твой Франц.


270. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

3 ноября 1954

Милая, дорогая Нина,

У меня опять 39° температура и адские головные боли, поэму письмо будет сумбурное.

Письмо от 24/Х, деньги и посылка - все пришло в один день - 1 ноября. Посылки опять идут наравне с письмами, и временная задержка, по-видимому, объясняется уборочной ланией. В посылке все было в полном порядке, содержание хорошо подобрано, так что и впредь я предоставляю тебе, ты хочешь посылать. Если кисель будут принимать в самой Москве, то я прошу выслать мне в ноябре - числа 20-25 - небольшую посылку только с киселем - пачек 25 или 30.

 


[i] С. 420. Жена Мих, Алекс. - Лидия Рейнгардт, бывшая аспирантка Ф.П. Шиллера.

В таком духе я и ответил Ал. Абр. - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 2.11.1954 г. (наст.  изд., с. 776).

С. 421. ...не надо было сказать Ал. Абр. о моих ограничениях по национальному признаку, о которых я тебе в свое время писал. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 18.3.1954 г. (наст.  изд., с. 376-377).

- 420 -

Тогда в ноябре не нужно посылать другой посылки, а только кисель, да может вложить еще флакон тройного одеколона и витамин "С" - несколько коробок в последней упаковке. Тогда не нужно выехать за город.

Состояние мое опять ухудшилось. В конце октября казалось, что после 2-х недельного приема фтивазида обострение улеглось, и 30/Х я прекратил прием лекарства. Но вот 1/ХI произошла такая сильная вспышка, что уже 2 года такой не было, с высокой температурой и отравлением всего организма [2] ядом туберкулина. Это очень мучительное явление, особенно болят ноги. Возобновил опять прием фтивазида в большей дозе - 0,3. По-видимому, более меньшие дозы, как я принимал, уже не действует. Болезнь сосудов мозга свирепствует во всю. Целыми ночами не могу заснуть, а боли ужасные. Жена Мих. Алекс, сходила к известному врачу-гомеопату, который специально лечит головные боли. Он прописал мне 4 лекарства, чтобы пройти курс лечения, принимать их нужно одновременно. Лекарства уже у меня, и я бы сразу приступил бы к приему, но тут эта неожиданная туберкулезная вспышка отодвинула прием на дней 10, пока не ликвидирую обострение Одновременно с фтивазидом нельзя принимать другие лекарства. У меня есть слабая надежда, что может быть это гомеопатическое средство немного облегчит мои мозговые страдания. Если лекарство поможет, жена Мих. Ал. еще вышлет. Одновременно она просила меня выслать небольшую историю болезни, и она хочет консультироваться с каким-нибудь крупным невропатологом. Как только мне будет немного легче, я вышлю ей такое описание.

Ты сама, милая, можешь себе представить, как плохо со мной. А тут еще Алекс. Абрам, в каждом письме пишет, чтобы я разрешил ему [3] хлопотать о моем возвращении в Москву. Но куда мне, такому слабому и беспомощному, совершенно глухому человеку еще двинуться? Я уже не в состоянии сходить два шага в уборную. Никуда я до своей смерти уже не сдвинусь с моей койки, и над этим вопросом нужно навсегда поставить точку. В таком духе я и ответил Ал. Абр.

 

- 421 -

Кстати – милая, не надо было сказать Ал. Абр. О моих ограничениях по национальному признаку, о которых я тебе в свое время писал. Я специально просил тебя об этом. Боюсь, как бы это дело не просачивалось наружу, и если оно дойдет до издательств, мне принесет непоправимый вред.

С изданием Гейне дело обстоит очень плохо, т.е. шансы на издание равны нулю. Как я и предполагал, издательства заключили уже уйму договоров на книги о Гейне к юбилею. Жаль, что это так вышло, книга у меня вышла хорошая и досадно, что она не будет напечатана.

Письмо твое от 24/Х произвело на меня ужасное впечатление. Ведь учебный год недавно только начался, а силы твои уже иссякли. Особенно нехорошо, что ноги отекают. Советую тебе подольше оставаться на бюллетене. Как это тебе опять довести этот тяжелый год до конца? [4]

Надеюсь, что за это время утвердили вашу Лялю в аспирантуре. Она, по-видимому, хорошая и способная девушка. Давным-давно я уже хотел тебя спросить: ты ведь летом много фотографировала и, наверно, не один раз снимала Лялю и себя. Будь добра и пришли мне снимок. Все мои друзья в Москве страшно скупы на фотоснимки - и ни ты, ни Ал. Абр., ни Нина Ильин. не хотите мне посылать фотоснимки. А ведь хотелось бы иногда посмотреть на своих друзей, ведь уже 16 лет я всех вас не видал.

Ну, милая, на этом кончаю. Не могу больше держать голову и ручку.

Крепко тебя целую

Твой Франц.


271. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

10 ноября 1954

Милая, дорогая Нина,

Письмо от 28/Х и телеграмму от 6/XI получил. Спасибо тебе за поздравления! К сожалению, сегодняшний день моего 56-летия проходит в еще больших страданиях; хотя туберку-

 


[i] С. 422. ...ты одно из моих писем - от 15/Х - не получила. -Письмо дошло до адресата (см. наст.  изд., письмо № 267).

С. 422-423. Ал. Абр. мне написал, что он передал тебе все 4 тыс. ... - Имеется в виду часть аванса за книгу о Фридрихе Шиллере, предназначенная на нужды автора. Первоначально Ф.П. Шиллер полагал, что эта сумма будет составлять 5 тыс. руб. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 26.3.1954 г. (наст.  изд., с. 379).

С. 423. Относительно посылочки... сделай так, как я написал тебе в последнем письме... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 3.11.1954 г. (наст.  изд., с. 419-420).

сердечная несостоятельность I и II ст. - Здесь: сердечная недостаточность 1-й и 2-й стадий. На 1-й стадии снижается работоспособность, при значит, физич. нагрузке наблюдаются одышка и сердцебиение. На 2-й стадии они появляются при незначит. физич. нагрузке и полном покое, наблюдается отечность, трудоспособность полностью нарушается.

- 422 -

лезную вспышку и удалось ликвидировать фтивазидом, но сохранился мучительнейший кашель, и к нему и к головным болям присоединились 2-й день отвратительные зубные боли - гнилые корни на одной стороне от простуды болят невыносимо. По-видимому, мне не суждено даже в день рождения немного отдохнуть.

Констатирую, что ты одно из моих писем - от 15/Х - не получила. Странно, ибо это первый случай за многие годы.

Состояние мое все время плохое. Сильно сдает весь организм, в особенности сердце. Все эти анти-туберкулезные лекарства еще больше доконают его. Слабость ужасная. Хотели меня отправить в больницу, но я ни за что не соглашусь ехать зимою в Красноярск в больницу. Двух наших больных недавно туда отправили - они были куда еще крепче меня - и оба они [2] через несколько дней умерли в больнице - по дороге простудились. Я 11/XI кончаю принимать фтивазид, потом делаю перерыв на 3 дня, a 15/XI начну принимать гомеопатические лекарства, от головы, которые мне прислала жена Лифшица. Может быть, они дадут мне немного облегчения. Жене Мих. Ал. я, кроме того, послал подробную историю своей головной болезни, чтобы она могла консультироваться с хорошим невропатологом. Она меня об этом просила.

Числа 25/XI я прошу тебя выслать 200 руб., но не 300. Сейчас здесь купить совершенно нечего, и пока не будет ни молока, ни яиц, так и 200 руб. много для меня, т.к. они расходятся по-пустому - по старушкам и няням и больным по баракам. Вообще в моем положении - находиться среди 25 тяжелых больных, из которых никто ниоткуда ничего не получает - получать посылки и деньги не легко, ибо каждый больной смотрит тебе в рот, когда что-нибудь кушаешь, и поэтому приходится многое раздавать. С деньгами мне нужно быть очень экономным, и несмотря на все уверения Ал. Абр., что Шиллер выйдет [3] летом, я в это дело не верю. Брать же деньги взаимообразно я никогда не буду, ибо все дело с издательством построено на песке. И вообще я в жизни никогда не брал в долг, а перед смертью тем паче не буду. Ал. Абр. мне написал,

 

- 423 -

Что он передал тебе все 4 тыс., и их должно хватить надолго,  осени, если выплаты гонорара за это время не будет. Относительно посылочки на ноябрь сделай так, как я писал тебе в последнем письме: отправь ее из города с селем (25-30 пачек, если есть), флакон одеколона, 10 катушек белых ниток № 20 или 30 (старушка опять бунтует) и немного витамин "С" в любой упаковке. Если возможно, пришли люминал - спать без него трудно, а тут его крайне поймать.

Очень меня всё время расстраивает, что Гейне не будет издан. Это все равно, что потерять любимого ребенка.

Кончаю, милая. Зубы мучают меня по всем правилам. Хочу только еще сказать, хотя может быть этого и не следовало, что письмо твое от 28/Х меня очень рас-[4]строило. Ведь если у тебя сейчас уже сердечная несостоятельность I и II ст. и порою отекают ноги, то это очень плохие симптомы, и тебе, собственно, следовало бы немедленно бросать работу. Но я понимаю, что тебе, во что бы то ни стало, хочется довести учебный год до конца. Хорошо, если это удастся. Но все твое состояние внушает мне постоянную тревогу и опасения. Как мне хотелось бы, что с нового года будет издан новый закон о пенсиях. Но мне думается, с утверждением вашей Лены в аспирантуре ты смогла бы перейти на пенсию на старых основаниях. Вся эта нечеловеческая перегрузка, которую Нина Ильин. так часто ругает ("черный невольник" она говорит о тебе), не внушает ничего хорошего. Передай сердечный привет Ал. Абр., Лидии Вен. и Нине Ильиничне от меня!

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


272. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

17 ноября 1954

Милая, дорогая Нина,

10 числа я утром послал тебе письмо, а вечером почтальон нес мне твое письмо от 3/XI с фотокарточками. Спасибо

 


[i] С. 424. ...отметили ее юбилей... - 60-летие Н.И. Непомнящей.

ИМЭЛС'у - Институту Маркса-Энгельса-Ленина-Сталина (Москва).

...в издательстве "Сов. писатель" по поводу Гейне... - "Советский писатель" - изд-во Союза писателей СССР. Книга Ф.П. Шиллера о Г. Гейне в конечном итоге вышла в свет в Гослитиздате.

- 424 -

тебе за внимание, за поздравления и карточки! На том снимке, где ты сидишь, очень хорошо заметно, какая ты бесчеловечно усталая. Надеюсь, что ты на бюллетене немного отдохнула.

Сегодня я получил очки и брошюру. Больной очень благодарит за очки. Брошюру об артериосклерозе я так потихоньку, по странице-две в день, прочту, ибо мои сведения об этой мучительной болезни крайне скудные.

В моем состоянии за прошедшую неделю ничего нового не произошло. Вчера начал принимать гомеопатические лекарства.

Вчера получил письмо от Нины Ильиничны. Очень рад за нее, что ее сослуживцы по архиву отметили ее юбилей и подарили ей телевизор. Нина Ильинична всегда была такая скромная сотрудница, а принесла ИМЭЛС'у огромную пользу. Тем более [2] отрадно слышать, что ее ценят как человека и работницу. Кстати - из письма я узнал по твоей подписи, что ты была 8/XI у Нины Ильиничны с Верой Александровной в гостях. Жаль, что я не мог быть с вами в компании, столько хороших людей мало встречаешь вместе.

Ты, наверно, уже отослала 200 р. денег и ноябрьскую посылочку. Если с киселем не вышло в Москве, то составь небольшую посылочку по твоему усмотрению.

От Ал. Абр. я еще ничего не получил, кроме поздравительной телеграммы к празднику. Был ли он на приеме в издательстве "Сов. писатель" по поводу Гейне, я так и не знаю. Было бы хорошо, если бы он сообщил мне о результате беседы, - положительном или отрицательном, - каковым он ни был. Эта история с Гейне висит мне тяжелым грузом на шее. но, по-видимому, шансов на издание нет.

Я не сомневался, что ваша Елена - прекрасная девушка. Но не советую тебе и Оле торопить ее с замужеством. Ведь счастливый [3] брак, - как я мог тысячекратно убедиться за эти 16 лет скитаний - существует сегодня только в романах и сказках, в реальной же жизни он такое же редкое явление, как белая ворона. А ознакомиться с относительными радостями совместной жизни лучше, если девушка уже более самостоя-

 

- 425 -

тельная и будет относиться к ним больше под углом зрения рассудка, чем чувства. Ваша Елена найдет себе дорогу в жизни, у нея будет и своя семья, но пока она учится в аспирантуре, торопить ее с этим не нужно. Лучше, если все это выйдет естественным образом.

От Флоры я получаю редко письма, не больше одного в 2-3 месяца. Письма по-прежнему короткие и довольно сухие. Она до сих пор ребенок и никакой самостоятельности у нея нет; она просто - придаток к своей матери. Понятно, до тех пор, пока она находится в таком положении, никаких действительно сердечных отношений между нами не будет. Она, впрочем, очень сильно выросла и окрепла за последний год, сверх меры увлекается по-прежнему математикой [4] и довольна своими занятиями в институте. По учебе она на первом месте на курсе.

Ты, по-видимому, опять ходишь на работу по 10-12 часов в день. Как хорошо было бы, если ты вытянула этот учебный год до конца. Но если станет плохо, то нужно все бросать и перейти на пенсию даже в течение учебного года. Я думаю, ты сама это понимаешь и чувствуешь, когда не будет больше мочи тянуть лямку.

Желаю тебе много бодрости и сил!

Крепко целую

Твой Франц.


273. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

24 ноября 1954

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе очередное письмо, потому что я давно уже регулярно пишу тебе каждую неделю, чтобы ты не беспокоилась.

Прошедшая неделя прошла без существенных перемен в моем состоянии. Кашель немного уменьшился, аппетит нормальный. Зима стоит морозная, и я даже носа не показываю на улицу, иначе опять начнется обострение. Но, конечно, тя-

 


[i] С. 426. Брошюра, которую ты мне прислала... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 17.11.1954 г. (наст.  изд., с. 424).

...с Корневым... - директором изд-ва "Советский писатель". См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 29.4.1954 г. (наст.  изд., с. 753).

- 426 -

жело 8 месяцев лежать и дышать этим испорченным воздухом в палате.

Гомеопатические лекарства принимаю с неделю, но пока еще никаких признаков улучшения нет. По-видимому, мозговая моя болезнь совершенно безнадежна. Брошюра, которую ты мне прислала, меня разочаровала. Она повествует лишь о лабораторно-клинических "новых" исследованиях в области склероза и ни слова не говорит о лечении болезни.

Не знаю, каким образом ты отправила на этот раз посылку. Если один только [2] кисель, то к новому году я прошу, если это тебе по силе, опять приблизительно такую же посылку, какую ты прислала к Октябрьским праздникам. Послать ее надо не позднее 20/ХII, чтобы она подоспела к Новому году, а если можно, то еще лучше отправить ее числа 17-18/ХII. Хорошо было бы в нее положить: 1)1 кгр. колбасы (любая - она зимою не испортится; если, конечно, можно достать); 2) пачек 8 киселя (если сейчас тебе не удалось отправить один только кисель); 3) плавленый сыр (другой тут есть); 4) бутылочку (250 гр.) коньяка; 5) банку абрикосов или груш в компоте (они очень хорошие); 6) по коробке мармеладу и пастилы; 7) сухарики или крендельки. (Если колбасы нет, то вложи опять гр. 300 рыбы, как тот раз). Немного витамина "С" в любой упаковке. Ты сама знаешь, если чего-нибудь из перечисленного нет, то организуй посылочку по твоему усмотрению.

На днях у меня был наш рабочий, у которого я все лето брал молоко. Он сказал мне, что корова его отелится в конце декабря. Так [3] что к Новому году у меня будет уже свежее молоко. Оно здесь дорогое - 4 руб. литр. Рабочий мне также сказал, что куры его также начнут нести в январе. В связи с этим пусть будет опять по-твоему, и в дальнейшем высылай мне опять ежемесячно по 300 руб. Бог с ними, с деньгами!

Ал. Абрам, почему-то не сообщает о результате своей беседы с Корневым по поводу Гейне. Что результат этот отрицательный, это, несомненно, иначе он сразу же сообщил бы мне. Но пусть хоть пишет, почему они отказались от Гейне.

А ты, милая, опять по-прежнему вертишься как белка в колесе! Лишь бы как-нибудь выдержать до зимних каникул! А

 

- 427 -

там сможешь опять на 2 недели поехать в какой-нибудь дом отдыха.

Сердечный привет Ал. Абрам., Нине Ильин. и Лидии Вен.! Последним двум я на днях послал письма.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


274. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

2 декабря 1954

Милая, дорогая Нина,

Вчера получил 200 рублей денег от 23/XI. Сегодня или завтра, по-видимому, придет извещение на посылку. Я тебе в последнем письме написал, чтобы ты в дальнейшем опять высылала ежемесячно по 300 рублей, т.к. к концу декабря у одного из наших рабочих уже будет молоко.

Состояние мое за прошедшую неделю опять ухудшилось. Дело в том, что у нас тут весь ноябрь и сейчас стоит очень сильный мороз (от 30 - 40°), а администрация нашего дома совершенно не приготовила летом сухих дров на зиму. Сейчас режут сырые дрова, которые в маленьких печках не горят. А барак наш страшно примитивный, прямо допотопный, и мороз и ветер продувают его насквозь, а мы сидим в палатах и замерзаем. Я простудил весь дыхательный путь от горла до легких, и поэтому меня днем и ночью мучит страшный непрерывный кашель. К счастью, пока температуры нет. [2]

Со склерозом сосудов мозга у меня тоже очень скверно. Гомеопатические средства я вот принимаю уже третью неделю, а результата пока никакого нет. Когда мне очень плохо, я принимаю порошок доктора Померанцева, который дает мне временно, на часа 2-3, некоторое облегчение. Посылаю тебе рецепт обратно и прошу прислать мне в декабрьской посылке опять 40 порошков. Рецепт оставь у себя, потому что здесь никогда все четыре состава лекарства в аптеках не достанешь.

Живу скучно и мучительно. Хотя прямо над моей головой висит радио, я ни одного звука не слышу, даже не знаю, когда

 


[i] С. 427. Я тебе в последнем письме написал, чтобы ты... высылала ежемесячно по 300 рублей... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 24.11.1954 г. (наст.  изд., с. 426).

...все четыре состава лекарства... - диуретин, папаверин, люминал и дибазол. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 8.6.1954 г. (наст.  изд., с. 395).

С. 428. Я тебе в последнем письме написал относительно... состава декабрьской посылки... - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 24.11.1954 г. (наст.  изд., с. 426).

- 428 -

оно включено или нет. Московскую "Правду" я ежедневно бегло просматриваю, но уже через 2-3 минуты чтения у меня усиливаются головные боли. Когда пишу эти кратенькие письма, боли тоже сразу же увеличиваются. Прямо одно горе, и эта мозговая болезнь еще в сто раз хуже легочной. [3]

Я тебе в последнем письме написал относительно приблизительного состава декабрьской посылки к Новому году. Но ты не придерживайся этого списка строго, а что есть, то и положи. Если колбасы нет, то долго не ищи, а положи грамм 300 рыбы. Если 250 гр. коньяку нет, то положи бутылку Портвейна (Кагор). Ты сама на месте сможешь все сообразить, и я всегда доволен твоим любовным подбором вещей.

За весь ноябрь я почти ни от кого не получал писем. По-видимому, не только ты, но и Ал. Абрам, и Лидия Вен. с головой ушли в работу и им некогда писать. Это только у меня все время свободное. Передай им обоим, а также Нине Ильин. сердечный привет. Что-то я долго ничего не слыхал о Николае Калинниковиче. Он здоров? К Новому году мне нужно написать ему письмо.

Желаю тебе много сил и бодрости, чтобы выдержать на работе до зимних каникул!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


275. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

8 декабря 1954

Милая Нина,

Со мною случилась ужасная катастрофа. Вечером 2/ХII температура поднялась до 40° и стояла 5 суток. При помощи фтивазида я ее подавил, но она может подняться опять через день-два, потому что воспалительный очаг в легких бушует во всю. Голова у меня в связи с этой температурой, как адская машина. Гомеопатические средства никакого результата не дали.

Самое тяжелое то, что с моим организмом от этого приступа случился полный маразм. Ноги не действуют, слабость

 


[i] Письмо написано карандашом.

С. 429. Мой молодой земляк с Волги... - См. прим. к с. 409.

- 429 -

неописуемая, полностью отсутствует аппетит. Все это - результат наших собачьих условий. Больше месяца стоял 40° мороз, и туберкулезные больные переохладили свои разрушенные легкие при почти нулевой температуре в палатах. Четыре человека в нашем корпусе уже умерли. У меня положение таково, что если в ближайшие дни не наступит резкого сдвига к улучшению, то при таком общем маразме организм может выдержать максимум две недели.

Я сделал все распоряжения в случае неизбежного. Убрал все бумаги. Мой молодой земляк с Волги - Александр - в тот же день отправит тебе, Ал. Абр. и Флоре телеграфное извещение. Так что, пока вы не получили такой телеграммы, считайте меня в живых. [2]

Я прошу тебя, позвони Ал. Абр., Лидии Вен. и бабушке на Ленингр. шоссе, чтобы они не ждали от меня писем. Мне сейчас не до писем.

Телеграмму твою от 2/ХII получил. Посылка от 26/XI пришла вчера. Все было в сохранности. Кисель не нужно теперь высылать до тех пор, пока я об этом не напишу.

Если ты к 15/ХII не получишь телеграммы относительно меня, то я прошу тебя отправить числа 17-19/ХII 300 рублей денег, иначе я их не получу из-за годового отчета на почте. То же самое с посылкой. Ее нужно отправить не позже 19/ХII, иначе она не дойдет до 31/ХII. Если ты еще не купила бутылочки коньяку, то купи бутылку портвейна. Коньяк слишком крепкий. В остальном ты сама сообрази и не перегружай себя и посылку.

Фтивазид у меня почти кончается. Осталось грамм 8. В январе нужно бы опять достать (если доживу), да не знаю еще, как достать справку, ибо врача у нас уже больше полгода нет.

Не могу больше писать. Не волнуйся из-за всей этой истории, когда-нибудь она должна была настать.

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.

P.S. Если ты сама не хочешь позвонить на Ленингр. шоссе Флоре или бабушке, то передай об этом Аникстам, пусть они это сделают.

 

- 430 -

276. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

13 декабря 1954

Милая Нина,

От кошмарного приступа мозговой болезни получился частичный инсульт, в результате которого сперва отнялась одна нога, а затем и вторая. На другие части тела паралич пока не распространяется. Но это сегодня. А что будет завтра, трудно сказать, ибо кошмарные головные боли все продолжаются.

Лежу теперь тихо, как бревно, спокойно и примирение. Ничто меня больше не нервирует, никакие рукописи и издательские дела. Ощущаю одни только боли и страдания, и на этом у меня все исчерпывается.

От Ал. Абрам, пришло письмо. Ты передай ему, что у меня сейчас в связи с параличом полный сумбур в голове и ничего не соображаю. Ответить сейчас не в состоянии.

Я страшно слаб еще от туберкулезного приступа, а теперь еще и этот кошмар. Передай привет Ал. Абр., Лидии Вен. и Нине Ильин.

Крепко тебя целую

Франц.


277. Н.Ф. Депутатовой[ii]

 

20 декабря 1954

Милая Нина,

Кошмарное состояние с головой все продолжается. Паралич дальше ног не идет, но головные боли все время адские. Не знаю, как дальше жить с такими мучениями.

От Лидии Вен. получил телеграмму. Передай ей сердечную благодарность и скажи, что стрептомицина здесь сколько угодно, но что главное сейчас не легкие, а голова. Если она сможет достать, не спеша, фтивазид к 20/I, то положи его в очередную продуктовую посылочку, если к тому времени я буду в живых. Здесь один больной недавно получил 50 гр. фтивазида и он обещал мне дать взаимообразно в январе, если понадобится.

 


[i] Письмо написано карандашом.

[ii] Письмо написано карандашом.

- 431 -

Милая, это первый раз, что я не могу поздравить своих друзей и знакомых с Новым годом. Прошу тебя, сделай это, как сможешь. Поверь мне, мне очень трудно писать и эти строки. Не знаю, как долго это все продлится. Хотелось бы, чтобы наступило или некоторое улучшение, или конец.

Поздравляю тебя, милая, а также Ал. Абр., Нину Ильин., Лидию Вен. и Флору с Новым годом и желаю вам всем, чтобы жизнь у вас прошла более гладко, чем у меня!

Крепко целую

Твой Франц.


278. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

28 декабря 1954

Милая Нина,

Писать мне эти записки становится все труднее. Ограничиваюсь самым необходимым.

Состояние мое все такое же тяжелое. Купил себе 10 гр. стрептомицина за 100 р. и сейчас принимаю фтивазид и стрептомицин одновременно. Но ведь самое главное - скотские условия, в которых мне волей неволей приходится жить. Я за последние 2 года подавал 5 заявлений в высшие инстанции, чтобы мне разрешили отсюда уехать - и 5 раз получил отказ. Этим летом всех распустили по домам, кроме нас. Не знаю, откуда у тебя столько наивности утверждать, что мне будет теперь легче!

Здешние условия - мороз в комнате и вечный угар от допотопных печей - доконали меня окончательно, и легкие, и голову. Сколько же лет может выдерживать человек? Ведь это же уже целая человеческая жизнь, что меня докапают из-за родителей.

Телеграмму твою и 300 рублей денег получил. Посылки пока еще нет. Директор с улыбкой показал мне вашу телеграмму к нему. Не нужно этого делать! Откуда он возьмет врача [2] невропатолога, когда его 400 км. в окрестности нет. А кто его из Красноярска будет посылать в какой-то дом инвалидов? Чистейшая утопия! Здешний врач-терапевт из сосед-

 


[i] Письмо написано карандашом.

С. 431. Этим летом всех распустили по домам, кроме нас. -Процесс ликвидации системы спецпоселения, начавшийся после выхода Постановления Совета Министров СССР от 5.7.1954 г. № 1439-689 "О снятии некоторых ограничений в правовом положении спецпоселенцев", а также Указа Президиума Верховного Совета СССР от 13.7.1954 г. (см. прим. к с. 376), поначалу коснулся российских немцев лишь в незначительной степени.

...меня доконают из-за родителей. - Речь идет о национальности Ф.П. Шиллера.

С. 432. ...у него фамилия на -ов. - Имеется в виду, что освобожденный не был немцем.

- 432 -

ней Тинской больницы уже 8 месяцев отказывается ехать к нам, и никто ей ничего не делает. Здесь каждый умирает на свой фасон.

В январе - числа 20 - пошли опять, если я еще буду в живых, 300 р. денег и небольшую продуктовую посылочку. Киселя пока не надо. Он надоедает. Сухофруктов наверно нет? Положи опять 10 катушек белых ниток № 10 (если нет, то № 20). Сейчас, после паралича, у старушки и молодого земляка еще в 10 раз больше хлопот со мною, чем раньше. Боже мой, когда же это все закончится? На днях один московск. профессор уехал домой, к семье. Какое счастье! Но у него фамилия на –ов. Мне же теперь уже нечего и думать, а только о конце. Так и придется сложить свои кости на этой чужой, неприветливой стороне.

Передай привет всем друзьям!

Крепко целую

Франц.

О содержании этого письма - другим ни слова!

Самое главное в посылочке - сухари и мягкий сыр. Вина, конечно, никакого не нужно. Ты сама знаешь.


279. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

31 декабря 1954

Милая Нина,

Письмо твое пришло, но посылка так и не пришла к Новому году.

Не хочу в каждом письме повторяться относительно своего состояния. Жизнь у меня висит на ниточке и может оборваться каждый день. И я об этом не жалею.

Ноги у меня отнялись от паралича седалищного нерва. Паралич не полный, и в обеих ногах сохранилась чувствительность. Но я не придаю этому параличу особого значения. Я ведь и до этого все время лежал в постели. Только больше хлопот теперь с моим личным обслуживанием. От такого паралича не умирают.

 


[i] Письмо написано карандашом.

- 433 -

Мне никакого врача не нужно, и я очень прошу вас всех не ходатайствовать в Красноярске или где бы ни было оказать мне помощь. Неужели ты не понимаешь, что здесь ничего не будут делать для совершенно беспомощного, бесправного и беспаспортного существа, которое к тому же находится еще в доме инвалидов. Все ваши ходатайст-[2]ва бесполезны и только раздражают меня. Особенно оставьте Ал. Абр. в покое с этим делом, он человек очень занятый и нехорошо оторвать его на бесполезные дела.

Судьба моя предрешена рождением от таких родителей и не нужно вмешиваться.

Крепко тебя целую

Франц.


280. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

8 января 1955

Милая Нина,

До сих пор посылка не пришла. Это тем более досадно, что появился небольшой аппетит, а кушать совершенно нечего. Всю зиму здесь в магазинах нет ничего съестного, одни голые стены. За весь год грамма белого хлеба не могу достать. Только у частных хозяек достаю молоко и свежие яйца - молоко по 4 р., а яйца по 15 р.

Милая, я бы охотно избавил Вашу бедную Елену от ежемесячной поездки за город с посылкой. Но что делать, когда здесь ничего нет съестного для меня. Если будешь собирать опять посылочку к 20/I, то сама сообрази в зависимости от продуктов, которые есть. Мне хотелось бы побольше сухарей, мягкого сыра, килогр. банки с абрикосами или грушами, немного колбасы, - все равно какой. Остальное ты сама сообрази. Да 10 катушек ниток.

Состояние у меня все такое же, особенно с мозговой болезнью. Температура снизилась, но во мне ничего жизненного не осталось. Да и воли к жизни больше нет, как раньше. Какой-то отвратительный маразм во всем организме. Но я в эти

 


[i] Письмо написано карандашом.

С. 433. ...избавил... Елену от ежемесячной поездки за город с посылкой. - См. прим. к с. 18.

С. 434. ...написал коротенькие записки... Алекс. Абр. -См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 7.1.1955 г. (№ 524).

Старушка возится весь день, а мой молодой земляк в трудных случаях помогает. - Имеются в виду С.А. Шуман и А.Я. Неб.

- 434 -

дни собрался духом и написал коротенькие записки Лидии Вен., [2] Нине Ильин. и Алекс. Абр.

Со мною теперь очень много возни по уходу. И так как корпусную няню видишь раз в неделю, то я на второй день утонул бы в грязи, если не нанял себе индивидуальной обслуги. Старушка возится весь день, а мой молодой земляк в трудных случаях помогает.

Зима у нас отвратительная, уже третий месяц t 40-50 и нет никаких видов на потепление. Из-за мороза приходится много топить эти допотопные печки, и этот угар от них усиливает мои головные боли.

Прости, милая Нина, что я пишу только о себе. Уж очень трудны эти последние месяцы жизни. И если бы были еще нормальные условия для такого тяжелого больного. Сегодня привезут врача-терапевта из Тинской больницы - но что толка в этом? Ведь он условия улучшить не может.

А ты, бедная, наверно совершенно вымоталась на работе. Ты решила уже, куда ехать на зимние каникулы? (Если у Вашей Елены сейчас экзамены, то не посылай ее с посылкой).

Крепко целую Твой Франц.


281. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

14 января 1955

Милая, дорогая Нина,

Вчера, 13/I, посылка, наконец, пришла. Все было в полном порядке. Я очень обрадовался обилию сухарей, датскому сыру и абрикосам. Эти вещи я буду кушать с удовольствием. Колбасы я попробовал не более 20 гр. и сразу расстроил себе желудок. Я совершенно отвык от мяса, и в дальнейшем не нужно ее посылать. То же с сиропом. Я боюсь его пить из-за расстройства. Посылай мне лучше витамины по-прежнему, в таблетках.

Получил твое письмо от 4/I. Очень рад, если тебе удастся уехать на отдых в дом ТАСС. О себе, милая, не могу сообщить ничего отрадного. Все в таком же состоянии, лишь температу-

 


[i] Письмо написано карандашом.

С. 434. ТАСС - Телеграфное агентство Советского Союза (центр, информац. орган сов. гос-ва в 1925-1991 гг.).

- 435 -

ры стало меньше. Уже очень тяжело стало дышать, мозговая болезнь свирепствует так же. У нас уже 2 1/2 месяца мороз свыше 40°. Страшная зима!

Сердечное спасибо тебе и вашей Елене за все хлопоты по отправке посылок! Передай привет всем друзьям!

Крепко тебя целую

Твой Франц.


282. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

21 января 1955

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе только несколько строк, чтобы ты знала, что я еще жив. Сейчас тебя, по-видимому, нет в Москве, и я очень рад, если тебе удалось устроиться в доме отдыха на две недели.

Мое состояние медленно, но все время идет на ухудшение. Температура опять повысилась, кашель совершенно невыносимый, аппетит опять хуже стал. Это какое то неприятное агонизирующее состояние.

Ал. Абрам., по-видимому, так занят, что за 2 месяца не мог найти 10 минут и написать несколько строк. Но, конечно, это не беда, как раньше, ибо дела меня сейчас интересуют очень мало, скорее совсем не интересуют. Но все же, если было бы что-нибудь приятное в деле издания моих работ, это меня обрадовало бы.

Милая, желаю тебе хорошо отдохнуть и вернуться к работе со свежими силами!

Крепко целую

Твой Франц.


283. Н.Ф. Депутатовой[ii]

 

28 января 1955

Милая Нина,

Состояние мое настолько быстро ухудшается, что конец вот-вот должен наступить. 23/I температура опять повысилась

 


[i] Н.Ф. Депутатовой, 21.1.1955 г.

[ii] С. 436. ...прошу тебя... послать мне... триста рублей денег на похороны. - См. письмо С.А. Шуман Ф.Ф. Шиллер от 26.6.1955 г. (наст.  изд., с. 815).

- 436 -

до 40° и стоит до сих пор, несмотря на то, что принимаю 1 гр. фтивазида в день. Кашель непрерывный день и ночь, сна совершенно нет, дышать стало очень трудно, и если я еще в такой агонии протяну до марта, то весенний кризис сразу же скосит меня. Организм совершенно уже не может бороться с интоксикацией (отравлением) крови от легких.

Милая, я далек от паники, но страдания ужасные. Особенно по ночам. Пока я еще могу писать, нужно все наладить для "конца". Я прошу тебя, как ты только вернешься из отпуска, послать мне совершенно независимо от других денег триста рублей денег на похороны. Я их положу в кассу директора, и он эти деньги после моей смерти передаст моим землякам с Волги (их тут 4), которые меня похоронят, как полагается у нас. Могилу нужно огородить, чтобы скот все лето не топтал и гадил на нее.

Из посылок я прошу тебя организовать еще одну так до 20-25 февраля (если доживу). Положи в нее меньше. Ни колбасы, ни рыбы, ни сиропа и т.д. ничего не надо. Положи только: 10 пачек киселя, немного мягкого сыра, банку с грушами или абрикосами (печенки консер. не нужно!), [2] пастилу, немного кренделей (сухарей не нужно), и 10 катушек белых ниток № 10 или 20. Вот и все. Имей в виду, милая, что я почти ничего не кушаю, меньше цыпленка. Живу только глотками молока.

В марте месяце, даже если и доживу, посылки посылать не нужно.

Милая, я очень, очень слаб, и кончаю. Почему-то Ал. Абр. совсем мне не пишет, хотя он и знает, что я так слаб. Даже A.A. Сурков при всей своей занятости прислал мне очень трогательное и сердечное письмо. А Ал. Абр., по-видимому, совершенно забыл обо мне. Ведь за 2 месяца можно сто раз умирать. Но Бог с ним! Раз люди не чувствуют этой потребности писать умирающему человеку, то и не надо.

Передай сердечный привет всем друзьям!

Крепко тебя целую

Твой Франц.

 

- 437 -

284. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

3 февраля 1955

Милая Нина,

Пишу тебе опять только несколько строк, потому что состояние мое ужасное.

Милая, ты меня прости, что из-за этих адских болей я совершенно забыл поздравить тебя с днем рождения. Но с этой проклятой мозговой болезнью я все забываю, память дряхлеет.

Вчера получил 300 рублей, которые ты выслала 23/I. Я теперь только из твоей записки и из письма Нины Ильиничны узнал, что ты серьезно болела гриппозным воспалением легких. Надеюсь, что опасность миновала. По-видимому, какое-то письмо от тебя с извещением о болезни не дошло до меня.

Упорное молчание Ал. Абр. (последнее его письмо от ноября прошлого года) я больше не понимаю. Я прошу тебя позвонить ему и сообщить мне: 1) в каком положении находится рукопись книги о Шиллере? Она по издат. плану должна была итти в декабре в набор. Пошла ли она хоть в феврале? 2) Что сделал Иващенко (из Ин-та мировой лит. им. Горького) с рукописью книги о Гейне?

Сообщи мне эти сведения, и тогда Ал. Абр. может не писать, раз ему не хочется. Или может быть, он тяжело болен?

Такие страшные мучения, что не могу больше писать. Крепко целую Твой Франц. Привет всем друзьям!


285. Н.Ф. Депутатовой[ii]

 

9 февраля 1955

Милая, дорогая Нина,

Твое письмо от 22/I я получил с опозданием на 6 дней. Не знаю, что это творится в этом году на почте по нашей линии. Зато деньги 300 р., которые ты послала 2/II, я получил уже вчера. Трудно сказать, милая, скоро ли они понадобятся или нет. Во всяком случае, состояние мое развивается все время

 


[i] С. 437. ...Иващенко (из Ин-та мировой лит. им. Горького)... -Иващенко Александр Федорович (1908-1961) - литературовед, аспирант Ф.П. Шиллера по МГПИ. Ин-т мировой лит-ры им. А.М. Горького - научно-исслед. учреждение в Москве (с 1932 г.).

[ii] С. 437. ...300 р. ...получил уже вчера. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 28.1.1955 г. (наст.  изд., с. 436).

С. 438. ...с 24 - 7/II... - 24 января - 7 февраля, время ежегодных зимних студенческих каникул.

кодеин - лекарство, принимаемое от кашля, а также как болеутоляющее.

...в декабре она по издат. плану должна была пойти в набор... -Книга Ф.П. Шиллера "Фридрих Шиллер. Жизнь и творчество" была сдана в набор 10 июня 1955 г.

Хорошо, если книга выйдет в 1956 году. - Книга была подписана в печать 29 октября 1955 г.

- 438 -

вниз, а не вверх. Ко всем мучениям теперь еще добавилось и хронич. расстройство кишечника, как оно мучило меня год тому назад. Весь год было ничего, а на днях расстройство опять началось.

Очень жаль, что с 24 - 7/II никуда не смогла поехать. Здоровье твое уже не годится для такой тяжелой работы. Трудно тебе будет довести учебный год до конца.

Как я тебе уже написал, если ты сможешь (или Елена) отправить мне числа 25 февраля посылочку, то я прошу положить: 1)2 банки абрикос, 2) мягкого сыра, 3) сушки, 4) 10 катушек ниток № 10 или 20; 5) 10 пачек киселя (обязательно, если есть, а то с расстройством он мне очень нужен). 6) коробку пастилы и мармелада. И все. Из лекарств я прошу вложить: люминал (в таблетках), кодеин [2] от кашля (в таблетках) (или что-нибудь другое сильное от кашля - он меня совершенно замучил). Небольшой флакон валериановых капель.

Вот и все. В марте посылки не нужно посылать.

От Ал. Абрам, (ты, наверное, устыдила его) я получил телеграмму, что он "готовит книгу к набору"! Боже мой! Ведь он уже ровно год готовит ее к набору, в декабре она по издат. плану должна была пойти в набор, - а сейчас февраль - и она все еще не готова! Не хочу, да мне и нельзя, волноваться. Но ведь это все оттого, что меня нет в Москве! Хорошо, если книга выйдет в 1956 году. Я здесь беспомощен и ничем помочь не могу. А поэтому мне приходится просто молчать.

Ты видишь, что я наловчился писать чернилами и лежа, опираясь локтями на табуретку.

Милая, каждый час, особенно в эти страшные бессонные мучительные ночи я думаю о тебе и разговариваю с тобой (про себя). Ты единственный человек, на которого я могу полностью положиться, которому могу доверять.

Передай привет всем друзьям!

Крепко целую Твой Франц.

 

- 439 -

286. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

15 февраля 1955

Милая, родная Нина,

10/II пришло твое письмо от 3/II, а также посылка от 1/II. В посылке так все было в порядке, содержание подобрано удачно. Только одна банка с абрикосами оказалась испорченной. Каким-то образом в нее проник воздух, и произошло полное окисление. Сухарики в следующей посылке я прошу заменить сушками, т.к. сухарики сладкие и не годятся для расстроенного желудка. Посылочку я просил бы отправить числа 25-28/II, а следующую (если доживу) только числа 8-10 апреля, может быть, она проскочила бы до образования пробки из праздничных посылок.

Не хочется тебе, милая, в каждом письме повторять одни и те же описания моих страданий. Достаточно сказать, что никакого облегчения нет, да его больше и не будет до конца. Зима у нас в этом году страшная: четвертый месяц все 40-45°, а если день-два бывает 28-32°, то говорят, что сегодня "тепло". Все это влияет на мое состояние, ибо зима здесь в этом году такая же, как на Колыме.

От Александра Абрамовича я никакого письма не получил. Это он уже 3 месяца не пишет ни слова. Я на днях написал его жене, чтобы она мне от [2] поры до времени сообщала в двух строках о судьбе моих рукописей. Откуда у тебя, милая, всегда такой наивный оптимизм, что "Шиллер" выйдет этой весной. Я был бы очень счастлив, если он вышел бы в свет весной 1956 г.

Все думаю о тебе, как ты такая слабая ходишь на работу, и, наверное, скоро опять свалишься. Как-нибудь опять бы дотянуть до конца этого учебного года!

Передай сердечный привет всем друзьям!

Крепко тебя целую

Твой Франц.

 


[i] С. 439. ...зима здесь в этом году такая же, как на Колыме. -Единственное упоминание Ф.П. Шиллера о Колыме в его письмах Н.Ф. Депутатовой.

...написал его жене, чтобы она мне... сообщала... о судьбе моих рукописей. - См. письмо Ф.П. Шиллера Е.Ф. Аникст от 4.2.1955 г. (наст.  изд., с. 779).

- 440 -

287. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

22 февраля 1955

Милая Нина,

Состояние мое с каждым днем все ухудшается. Сердце совершенно отказывается работать. На ногах - уже большая отечность, которая поднимается все выше. У меня все время полудремотное, полуобморочное состояние. Ежедневно делают мне два укола камфары - но ты сама знаешь, на уколах долго не проживешь. Никакого лекарства, ни фтивазида, ни стрептомицина я уже принимать не могу из-за сердца. А средняя температура все стоит и тоже губит сердце. Да - раньше всего, все же, сдало свои позиции сердце.

Ал. Абр., наконец, уже после того, как жена его получила письмо от меня, написал мне. В работе над "Шиллером" был 11/2 месячный перерыв из-за отпуска издательского редактора. С Гейне ничего не сделано, и он находится в таком же положении, как в ноябре.

Прости, милая, мне очень плохо, и я кончаю. Передай сердечный привет Нине Ильин., Лидии Вен. и всем друзьям!

Крепко тебя целую

Твой Франц.


288. Н.Ф. Депутатовой[ii]

 

28 февраля 1955

Милая Нина,

24/И меня перевели в "палату для умирающих". Здесь нас всего 4 человека, а теперь даже только 3, так как один уже умер вчера. Удивительно, сколько "стадий" и "ступеней" человек должен пройти, пока он, наконец, получит вечную квартиру в земле. Этим и плохи эти больницы и дома инвалидов, что непременно тебя без конца сортируют и передвигают с места на место. Нет все же ничего лучшего, если человек умирает у себя дома, среди своих родных. Но я достиг теперь последней "стадии", и следующее перемещение будет уже на кладбище.

 


[i] Н.Ф. Депутатовой, 22.2.1955 г.

[ii] Н.Ф. Депутатовой, 28.2.1955 г.

- 441 -

Ты не думай, милая, что я очень депрессирован или печален. Я такой же спокойный, каким был всю жизнь, и с полным пониманием и достоинством встречаю предстоящее. Было бы неразумно печалиться по поводу неизбежного и неумолимого. Трудно гадать, когда это наступит, но сердце и дыханье у меня очень плохие. Жаль только, что такая затяжная и мучительная болезнь. Уж слишком много приходится страдать. Но, по-видимому, такова уж моя судьба.

Передай привет всем друзьям!

Крепко, крепко тебя целую

Твой Франц.


289. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

7 марта 1955

Милая Нина,

Получил вчера 300 рублей. Сто я отдал старушке за уход (за месяц), сто передал медсестре на покупку 10 гр. стрептомицина и сто оставил на молоко (1/2 литра в день) и яйца (1 в день). Так что деньги сразу же по получению исчезают.

Состояние мое очень тяжелое, особенно по ночам. Каждую ночь буквально приходится отвоевать жизнь. Утром, когда люди приходят, их первый вопрос: он еще жив? Опять повысилась температура, а фтивазид уже ровным счетом ничего не помогает. Нужно осторожно опять пользоваться стрептомицином. Все пришло в непригодность; одно заболевание лечишь, другое ухудшается. Особенно страшное из всех мучений - недостаток воздуха при дыхании, как будто тебя вечно душат. Да еще и кашель непрерывный. Не знаю, что будет дальше в связи с первыми проявлениями весны, когда все заболевания еще больше будут обостряться.

Так, милая, я живу, хотя это и нельзя называть уже жизнью, а агонией смерти. Ты не думай, что я обижен на Ал. Абр., хотя я на его месте [2] не мог бы откладывать три месяца ответ на письмо умирающего человека. Но, конечно, у каждого человека свои понятия и правила на этот счет, и я ни-

 


[i] С. 441. ...агонией смерти. - Агония (от греч. agönia - борьба) -конечные моменты жизни, предшествующие клинич. смерти.

С. 442. nach seiner Fasson - по-своему, на свой манер (нем.).

...сибирские ветры задерживают самолеты... - Имеется в виду, что снежные бураны, вызываемые ветрами, создают нелетную погоду.

- 442 -

чего не говорю. Пусть каждый живет nach seiner Fasson. Так, напр., Флора мне совсем уже не пишет, и она тоже считает, что это хорошо. И пусть будет так. Сейчас, по-видимому, отношения детей к родителям совсем другие, какими они были у нашего поколения. Но я не хочу вникать в эти тонкости, и раз уважение к родителям принято считать устаревшим, или быть может даже реакционным понятием, то лучше и не переписываться.

Но все эти мои настроения не нужно принимать так трагически, ибо я человек уже не совсем нормальный и очень, может быть, обижаюсь там, где этого и не следует делать. Моя нервная система до того расшаталась, что мне трудно судить объективно.

Надеюсь, что ты еще держишься на ногах.

Твое письмо от 21/II получил. Получил также с огромным опозданием письмо авио от Лидии Вениаминовны. Ты передай ей, чтобы она не посылала сюда письма воздушной почтой, ибо сибирские ветры задерживают самолеты и письма приходят в два раза позже, чем поездом.

Привет всем друзьям!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

P.S. Только что получил новое письмо от Лидии Вен., причем очень быстро, т.к. оно попало в лётную погоду.


290. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

14 марта 1955

Милая, дорогая Нина,

Получил вчера твое письмо от 4/III. Посылка пока еще не пришла.

9/III Лидия Вен. прислала мне телеграмму, что Гейне принят Институтом им. Горького. Это - большая радость в моей безрадостной страдальческой жизни. Я пережил много горя из-за бездушного отношения к этой книге, которая последнее мое литературное детище, причем одна из лучших моих работ.

 


[i] С. 443. ...с пенициллином... - Пенициллин, высокоэффективный антибиотик, применяемый для лечения инфекционных заболеваний.

Я... спрашивал тебя... написать мне, сколько машинописных страниц получилось после переписки рукописи о Гейне. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 27.9.1954 г. (наст.  изд., с. 410).

- 443 -

Хочется думать, что книга хотя бы с большим опозданием, но все же будет издана.

О своем состоянии, милая, могу сообщить лишь плохое, а потому буду кратким. Уже 8-ой день делают мне по 2 укола в день (стрептомицин с пенициллином), а температура все еще держится. Ведь сейчас начинается весна, и поэтому все болезни обостряются. Лежу в своей новой палате с самыми слабыми больными, страдаю и стараюсь переносить все эти мучения без лишних жалоб.

Мой молодой жизнерадостный земляк Александр Яковлевич Неб уже 2 месяца находится в Красноярске в туберкул, больнице. Ему не хочется всю жизнь провести в доме инвалидов и поэтому доби-[2]вается, чтобы ему удалили правое (больное) легкое и он мог бы опять поступить на работу. Если хирург согласится сделать ему эту опасную операцию, то Александр будет лежать год в больнице, и я его больше не увижу. Если же хирург не согласится, то он скоро вернется сюда. Ухаживает за мной старушка из моих земляков. Она работает очень хорошо, но капризна. Я плачу ей сто руб. в месяц.

Очень хорошо, что ты позвонила Ник. Калин. Очень жаль, что его жену постигло такое несчастье. Буду ждать письмо от него. Он очень хороший человек, я его люблю, и он хорошо ко мне относится.

Я уже несколько раз спрашивал тебя и Нину Ильин., написать мне, сколько машинописных страниц получилось после переписки рукописи о Гейне. Мне хотелось бы узнать объем книги. Если ты помнишь, то сообщи мне.

Восхищаюсь твоей выдержкой в работе! Хорошо, если удастся дотянуть учебный год!

Передай сердечный привет Ал. Абрам., Нине Ильин. и Лидии Вен. Последней я на днях написал.

Бесчеловечно устал, а поэтому кончаю.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

 

- 444 -

291. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

19 марта 1955

Милая, дорогая Нина,

Посылка пришла 15/III. Все было в сохранности. Следующую посылку - к 1 мая - я просил бы отправить не позднее 10/IV. Содержание посылки подбирай то же самое - 1) 10 пачек киселя, 2) 10 сырков, 3) 1 банку абрикос (или лучше груш, если есть), 4) бутылку винограда, вина "Кагор" к 1 мая, 5) 10 катушек белых ниток, 6) немного сухарей и побольше сушек. Из аптеки положи коробку витамина "С" в таблетках. Да - как обычно коробку пастилы и мармелада. Думаю, если посылку отправить до 10/IV, она успеет еще проскочить до образования в Москве пробки перед праздником.

От Алекс. Абрам, получил подробное письмо. Надеется, что Гослит успеет выпустить "Шиллера" в свет к юбилею 9 мая. Это было бы сверх всех ожиданий!

Лидия Вен. прислала мне 14/III телеграмму, чтобы я принимал один только пенициллин. Позвони ей и скажи, что я пробовал уже на все лады: сперва один только фтивазид, потом один стрептомицин, потом один пенициллин, потом стрептомицин и пенициллин вместе. Но температура все удерживалась, потому что организм слишком слаб и не может уже сопротивляться. В последние десять дней [2] я по совету врача из Тинской больницы принимал все три лекарства вместе. Но сердце дольше не выдержало и вчера пришлось все прекратить. Температура несколько снизилась, сейчас она средняя. Кишечник удалось при помощи фтивазида привести опять в порядок. Все же главное - сердце (отеки) и мозговая болезнь. У нас пока еще зима, но весна уже чувствуется в ежегодных сильных ветрах. Трудно сказать, как будут развиваться дальнейшие обострения болезней, но я всеми силами буду стараться "обмануть" весну, чтобы дожить до выхода в свет "Шиллера".

Думаю о тебе ежечасно, особенно много по бессонным ночам. Как ты там еще держишься на ногах при такой нагрузке?

 


[i] С. 444. ...перед праздником. - Речь идет о празднике 1 мая.

- 445 -

Все думаю - как бы тебе опять без катастрофы довести этот учебный год до конца!

Так, милая, у меня никаких новостей нет. Передай сердечный привет Нине Ильин., Ал., Абрам, и Лидии Вен.!

Крепко, крепко целую тебя

Твой Франц.


292. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

26 марта 1955

Милая, дорогая Нина,

Пишу тебе сегодня несколько строк только потому, чтобы ты не беспокоилась, что я еще жив. За эту неделю ничего нового не произошло, ничего не изменилось в моем состоянии, если не считать, что головные боли по мере подъема солнца в орбите все больше усиливаются. Сейчас я буквально сижу всю ночь в постели и при помощи люминала сплю 2-3 часа си-. От этого я страшно устаю, т.к. организм как следует никогда не отдыхает.

Начал опять принимать иодгиперзол, т.к. гипертонические лекарства и новый препарат "Man" мне никакого облегчения не дали. Если не поздно, то купи в аптеке четыре флакончика иодгиперзол и положи их в посылочку.

Не знаю, какая весна в этом году в Москве, но здесь была ужасная зима, а весна [не] предвещает ничего хорошего. Всё сильные сибирские ветры, тепла еще очень мало. Но с крыш - я могу наблюдать через окно - все же уже капает и образуются лужи. Вчера я видел через [2] окно, как на дерево перед ним прилетел дятел и целый час стучал клювом, искал червей. Не знаю, нашел он что-нибудь или нет. Он прилетел раньше срока, ибо дятлы здесь не зимуют. Из других птиц пока здесь только сороки и воробьи. Последние дерутся перед домом так, что перья так и летают.

Мое существование, милая, ты сама знаешь, сейчас очень мое и мучительное. Единственное, что меня радует, когда получаю письмо от вас, и особенно с извещением о продвижении книг.

 


[i] С. 445. ...по мере подъема солнца в орбите... - т.е. с наступлением весны.

"Man" - МАП (мышечно-адениловый препарат), применяется при стенокардии, спазмах периферических сосудов и др.

- 446 -

Милая, ты в последнее время мало пишешь о состоянии своего здоровья, хотя я и сам могу догадаться, что оно слабое. Держись как-нибудь до конца учебного года!

Передай сердечный привет Нине Ильин., Алекс. Абрам, и Лидии Вен.! От последней я на днях получил письмо. Напишу ей через несколько дней, сейчас головные боли не дают писать.

Крепко, крепко тебя целую

Франц.


293. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

2 апреля 1955

Милая, дорогая Нина,

Мне стало опять значительно хуже; пишу только несколько строк.

28/III тут начал таять снег, а 30/III у меня температура поднялась до 39,7. На уровне 39 она держится и сейчас. Применяю стрептомицин и фтивазид, но эффективность их очень снижена из-за частого применения.

С головой что-то творится ужасное. Часто теряю сознание. Боли невыносимые.

Письмо твое от 23/III получил. Надеюсь, что ты теперь поправилась после гриппа.

Лидии Вен. так и не удалось написать. Извини меня перед ней, уж слишком трудно мне писать.

От Нины Ильин. еще ничего не получил. Хочется думать, что с ее здоровьем лучше.

Прости, милая, при такой температуре голова адски болит.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

Привет Нине Ильин., Ал. Абр. и Лидии Вен.!

 


[i] Н.Ф. Депутатовой, 2.4.1955 г.

- 447 -

294. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

9 апреля 1955

Милая, дорогая Нина,

У нас наступили опять холода и ветры, и весна задерживается. Половина снега растаяла, половина еще лежит. Эти вечные перемены в температуре воздуха и давлении барометра всегда очень тяжело отражаются на обострении процесса легких, особенно же на заболевании мозга. Эти дни я часто теряю сознание, а головные боли - невыносимые.

Сегодня перестал принимать фтивазид и стрептомицин; сердце больше не разрешает продолжать. Температура сохраняется средняя - 37,7-38°.

Ты пишешь мне относительно биомицина. Здесь его не знают, врача у нас сейчас никакого нет. Но если биомицин вводят внутривенно, то он для меня бесполезен, ибо такие вливания через вены отказываются мне здесь делать.

Получил твое письмо от 28/III. Оно меня очень огорчило. Ну что это у тебя за перспектива жизни, если тебе придется еще 2. года тянуть эту лямку? Ведь это ужасно, ты этой тяжести не выдержишь. И ты сама это прекрасно сознаёшь.

Кроме тебя мне сейчас никто не пишет. Я не [2] понимаю, в чем причина задержки утверждения Гейне дирекцией Ин-та им. Горького. Все молчат, стало быть, вопрос на мертвой точке. Если ты сможешь что-нибудь выяснить у Лидии Вен. или Ал. Абрам., напиши мне, в чем тут дело.

Деньги - 300 рубл. и не больше - вышли мне числа 20/IV.

Милая, Флора как-то писала мне, что она хочет поехать к тебе, чтобы ты ее сфотографировала и послала мне карточку. Вообще, как она мне писала, она хотела бы ближе с тобой познакомиться. Была она у тебя или нет? Я был бы очень рад такому сближению.

Ты меня, милая, прости, что я пишу только о себе. Но сейчас все мировые вопросы у меня сходятся на адских головных болях.

Передай сердечный привет Нине Ильин., Лидии Вен. и Ал. Абрам.!

 


[i] С. 447. биомицин - антибиотик, применяемый для лечения пневмонии и др.

Была она у тебя или нет? - Флора к Н.Ф. Депутатовой не пришла. См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 30.4.1955 г. (наст.  изд., с. 451).

С. 448. Завтра наша Пасха. Но ты ее, наверно, справляешь по старому стилю... - Представители западных христианских конфессий, в т.ч. католики и лютеране, к которым принадлежали родители Ф.П. Шиллера и Н.Ф. Депутатовой, отмечают церковные праздники по григорианскому календарю, большинство православных - по юлианскому ("старому") календарю

- 448 -

Крепко, крепко тебя целую Франц.

P.S. Завтра наша Пасха. Но ты ее, наверно, справляешь по старому стилю, т.е. 17 апреля.


295. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

15 апреля 1955

Милая, дорогая Нина,

Посылка, которую ты послала через вашу молочницу, прибыла уже 12/IV. Все было в полной сохранности. Но, по-видимому, не всё вошло в ящик, т.к. киселя и ниток не оказалось. Думается, что все это дело с посылками временно необходимо прекратить, т.к. тебе и Лене к концу года невозможно (конечно - учебного года) заниматься такими тяжелыми операциями, как поездкой за город и т.п. Мое предложение - организуй к числу 15 мая еще одну посылочку небольшую с отправкой из города, т.е. без продуктов, и вложи в нее: 15 пачек киселя, 20 катушек белых ниток № 10 или 20,4 флакона иодгиперзол. 40 порошков доктора Померанцева (Diuretin, Papaverin, Luminal и Cobisol), 10 штук (по 6 таблеток) кодеина с содой (от кашля) и 6 штук (по 6 таблеток) люминала 0,1. Если есть, коробочка таблеток витамина "С" в драже. Вот, кажется, и все. И на этом прекратим. В июле и августе ты будешь в отпуску и, стало быть, о посылках и речи быть не может, а осенью - нужно мне еще дожить до осени, и тогда видно будет. [2]

О своем состоянии, милая, я писать сегодня ничего не буду. ибо ничего существенного за прошедшую неделю не произошло. Пока все одинаково. В нашей слабой палате нас осталось только двое - один на днях умер. Остались я и старик-бурят-монгол, буддист. Он такой смиренный и, хотя страшно страдает, никогда не стонет и не кричит. Прямо святой человек. По сравнению с ним я прямо плакса, ибо мне часто уже не хватает воли безмолвно переносить эти адские головные боли.

Весна у нас затормозилась: наступили опять крепкие морозы, выпал снег. Ведь это - Сибирь!

 


[i] С. 448. Cobisol - видимо, cibazol (норсульфазол). В письме Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 8.6.1954 г. (наст.  изд., с. 395) в составе порошков вместо этого компонента указан дибазол.

...старик-бурят-монгол, буддист, - До 1958 г., когда Бурятия называлась Бурят-Монгольской АССР, бурят обычно называли бурят-монголами. Верующие буряты в основном исповедуют буддизм.

- 449 -

Хочется думать, милая, что здоровье твое после перенесения гриппа немного поправилось, и ты теперь как-нибудь доведешь учебный год до конца.

Передай сердечный привет Нине Ильин., Ал. Абрам, и Лидии Вен.! От последней вчера получил письмо от 6/IV. На днях ей напишу.

Крепко, крепко тебя целую

Франц.


296. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

21 апреля 1955

Милая, дорогая Нина,

Посылочка, посланная из Москвы 1/IV, пришла 18/IV. Как я тебе уже написал в последнем письме, до осени я просил бы еще раз выслать такую же посылочку из Москвы, без продуктов. Пошли ее числа 15-20 мая и вложи в нее: 15 пачек киселя, 10 катушек белых ниток № 10 или 20, 40 порошков доктора Померанцева, 10 штук кодеина с содой (по 6 таблеток) и 5 шт. люминала (по 6 табл.). Витамина "С" и Иодгиперзол мне теперь хватит. Кодеина от кашля нигде здесь нет, даже в Красноярске. И на этой посылочке мы закончим до осени, до яблок. В июле и августе тут будут ягоды, тогда киселя не нужно.

Вчера получил телеграмму от Лидии Вен., что она выслала биомицин. Здесь как раз был врач районный туберкулезник, и она понятия не имеет, что делать с биомицином и впервые услышала это название. И в Красноярске, откуда она только вернулась с курсов, тоже не знают биомицина. Поэтому надо бы мне прислать подробное описание, как и сколько принимать.

Как мне писала Лидия Вен., Гослит собирался только [2] числа 10/IV сдать рукопись "Шиллера" в набор. Было бы наивно думать, что книга выйдет к юбилею 9 мая. Скорее всего, рукопись и сейчас не сдана и маринуется без конца. С Гейне вообще всё висит в воздухе. Эти печальные дела, наверно, являются причиной, почему Ал. Абр. не пишет.

 


[i] С. 449. Как я тебе уже написал в последнем письме... -См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 15.4.1955 г. (наст.  изд., с. 448).

С. 450. ...я ему завтра напишу, чтобы, он... затребовал от Гослигпа вторую часть гонорара. - См. письмо Ф.П. Шиллера A.A. Аниксту от 21.4.1955 г. (наст.  изд., с. 784).

- 450 -

Но я ему завтра напишу, чтобы он к концу мая затребовал от Гослита вторую часть гонорара. Я не виноват, что они работать не умеют. Мне же эти деньги нужны: 1) чтобы уплатить Нине Ильин. долг за Гейне (2 тыс. руб.) и тебе 1 тыс. рубл.; 2) необходимо Флоре дать 2 тыс. на каникулы, чтобы она могла поехать в этом году на юг. И, наконец, 3) - у меня деньги на исходе, и я не могу жить здесь без собственных средств. Надеюсь, что Ал. Абрам, удастся получить эти деньги.

В моем состоянии за прошедшую неделю ничего нового не произошло. Воюю с болезнями, как Дон-Кихот с ветрян. мельницами.

Надеюсь, милая, что ты еще на ногах. Какие планы у тебя на лето?

Поздравляю тебя сердечно со светлым праздником 1 мая и желаю много сил и бодрости!

Крепко целую Франц.


297. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

30 апреля 1955

Милая, дорогая Нина,

Деньги от 18/IV и письмо твое от 20/IV я получил. Т.к. я по слабости сейчас не могу писать Лидии Вен., то передай ей, что ее телеграмму от 18/IV и посылочку с биомицином я получил 27/IV. Поблагодари ее за хлопоты и заботы. В коробочке лежала подробнейшая инструкция о биомицине, как принимать, хранить и т.д. Смущает меня только, что в длинном перечислении всех заболеваний, при которых биомицин применяется, отсутствует туберкулез. Но, по-видимому, Лидия Вен. советовалась по этому поводу с врачом-туберкулезником, иначе она навряд ли приобрела это лекарство. Оно во многом напоминает фтивазид. Я начал его сразу же принимать по 4 таблетки в день. Сегодня 4-ый день, но пока, по-видимому, еще рано ждать результат. Температура у меня все время 37,7-38,0. Она держится уже 8 месяцев на этом уровне, и привела меня букваль-

 


[i] С. 451. Я, конечно, никогда и не поверил, что издательство выпустит книгу к юбилею. - Имеется в виду 9 мая 1955 г. - день 100-летия со дня смерти Фридриха Шиллера.

из-во Ак. Наук - Существует с 1727 г., в наст.  время всерос. объединение "Наука" РАН. См. прим. к с. 424.

...сколько денег осталось от 4 тысяч? - См. прим. к с. 422-423.

- 451 -

но на край могилы. Я до того худой, что кажется, и кости уже уменьшаются. Слабость общая и сердечная в частности до того велика, что трудно тебе передать. Да тут еще и эта проклятая мозговая болезнь, которая мучает меня днем и ночью. Милая, я не хочу [2] подробнее останавливаться на моем плачевном состоянии, но с каждой неделей я все больше слабею и слабею. Ноги стали лучше, я уже могу двигать ими, но к чему ноги в таком ужасно слабом состоянии?

Хотелось бы дожить до выхода в свет книги о Шиллере. Но, увы, издательство сорвало все сроки. Ал. Абрам, опять целых два месяца не писал, - а это всегда означает, что дела обстоят плохо. Я, конечно, никогда и не поверил, что издательство выпустит книгу к юбилею. Было бы хорошо, если она вообще вышла хоть в конце 1955 года. Гейне, по-видимому, будут мариновать еще чище, и книга, конечно, не выйдет в 1956-ом, юбилейном году, даже навряд ли в 1957 г., ибо из-во Ак. Наук считает литературоведческие работы пятым колесом в телеге.

Очень жалею, что Флора не пришла к тебе.

Напиши мне, какие у тебя планы на каникулы. Хорошо было бы один месяц отдохнуть где-нибудь в доме отдыха, а второй - кататься на речном пароходе. Надеюсь, милая, что ты еще на ногах.

Передай сердечный привет Нине Ильин., Лидии Вен. и Ал. Абрам.!

Крепко, крепко целую

Франц.

P.S. Если тебе не трудно, сообщи, сколько денег осталось от 4 тысяч?


298. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

7 мая 1955

Милая Нина,

Мне очень плохо, поэтому пишу только несколько слов. Закончил первые 10 дней приема биомицина (40 табл.). К сожалению, никакого результата он не дал. Очень ярко про-

 


[i] С. 452. поздравит, телеграммы - поздравления к празднику 1 мая.

- 452 -

явились отрицательные последствия согл. инструкции (тошнота, ухудшение аппетита, расстройство кишечника), но температура как стояла 37,7-38,0, так и сохранилась.

С каждым днем ухудшается и мозговая болезнь. Не сплю по несколько суток подряд, а боли временами настолько сильные, что лишаюсь сознания.

Весна у нас очень холодная, но и от солнца мне никакой радости нет и не будет, ибо если выпадает какой-нибудь теплый солнечный день, то с головой совершенно невозможно.

Четыре поздравит, телеграммы - от тебя, Нины Ильин., Лидии Вен. и Ал. Абрам, я своевременно получил. Так как сейчас писать не в состоянии, то поблагодари друзей, когда будет случай.

С наилучшими пожеланиями

Крепко целую

Твой Франц.


299. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

14 мая 1955

Милая, дорогая Нина,

С 10 мая у нас внезапно установилась теплая летняя погода (+ 25 в тени). Конечно, сразу открыли настежь все окна, сквозняк меня продул и с 11/V у меня опять высокая температура до 39,5. Принимаю фтивазид, т.к. это наиболее безобидное для организма лекарство.

Алекс. Абрам, деньги от издательства, наверно, уже получил или скоро их получит. Он передаст тебе 8 тысяч. Из них я прошу тебя отдать Нине Ильиничне долг за Гейне 2 тысячи, а одну тысячу ты должна взять себе, т.к. ты в прошлом году вернула 1 тыс. Остальные 5 тыс. будешь расходовать на меня из расчета 500 р. в месяц.

Очень плохо у меня сейчас с головой. Сосуды мозга болят невыносимо, днем, но особенно по ночам. Прилив крови в голову очень сильный. Но беда в том, что в здешних допотопных условиях ничего нельзя делать. Даже пиявок нигде нет - ни в

 


[i] Н.Ф. Депутатовой, 14.5.1955 г.

- 453 -

местной, ни в районной больнице! На днях один знакомый ездил в Красноярск и я дал ему поручение привезти во что бы то ни стало хоть пару пиявок. Но оказалось - что во всем Красно-[2]ярске не было пиявок, и только на днях краевая аптека ожидает партию. Но их сразу разберут на расхват, и потом опять их не будет. Ох, и несчастье эти страшно примитивные условия для тяжелого больного!

Твое последнее письмо было от 20/IV. Ты ничего не пишешь о том, как думаешь в этом году провести каникулы. С нетерпением жду твоих сообщений по этому поводу.

Я очень слаб, и поэтому кончаю.

Передай сердечный привет Нине Ильин., Лидии Вен. и Ал. Абрам.!

Крепко, крепко тебя целую

Франц.


300. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

21 мая 1955

Милая Нина,

Боюсь, что наступает то неприятное, беспомощное время, когда я не смогу тебе уже писать еженедельно коротенькое письмо. Шесть дней подряд я не мог поднять ни голову, ни руку.

Получил твое письмо от 8/V. План твоего летнего отдыха хорош, если ты сможешь его выполнить.

Получил и 300 р., которые ты так рано, 8/V, послала. Из твоего письма я заключаю, что ни ты, ни Лидия Вен., ни Ал. Абр. - никто не имеет представления о моем действительном состоянии. Неужели никто из вас никогда не видал тяжелого туберкулезника незадолго до смерти? Это - скелет, с постоянной высокой температурой (за 2-3 недели до + [смерти] она падает до 35°), без аппетита, раздраженный, до невозможности слабый. Я буквально кушаю в день: несколько ложек киселя, несколько глотков молока и 1 сушку. Все это я пишу тебе из-за того, что ты все время навязываешь мне больше де-

 


[i] Н.Ф. Депутатовой, 21.5.1955 г.

- 454 -

нег. Из 300 р., которые ты мне ежемесячно посылаешь, на меня идут не более 30 р. - все остальное - другим людям. Из содержания посылок я кушаю не больше 5% - все остальное идет другим людям. Конечно, тратить можно денег без конца - но к чему это? Если после моей смерти останется несколько тысяч, так ведь у меня же есть наследники, и зачем все разбазаривать по чужим людям? Вот почему я прошу тратить на меня 500 р. в месяц и не больше. На июнь посылки не нужно посылать, и поэтому я прошу тебя выслать мне числа 10/VI 500 рублей. [2] У меня есть немного долгов (я послал человека в Красноярск за пиявками на мой счет, но без толка - их там не оказалось). Что послать в июле - об этом буду писать позднее, если доживу.

Вчера у нас был врач из Тинской больницы. Путем выслушивания и выстукивания она установила несколько новых обширных очагов распада легочной ткани. Отсюда - моя температура уже 9-ый месяц, отсюда и увеличение количества мокроты в 5 раз. Мокрота давит меня. Я рассказал ей все, что я за эти месяцы принимал - одинарно и комбинированно - фтивазид, пенициллин, стрептомицин и биомицин - и что все без результатов. Она ответила, что другого лечения в таких случаях, и она не знает, и если ничего не помогло, что это лишь доказывает, что это самая последняя стадия, когда организм уже совершенно неспособен реагировать на эти лекарства. Она советует сделать то, что я уже и делал до нее - предоставить все самому себе, ибо эти лекарства окончательно испортили мне сердце и кишечник. Таково, милая, мое состояние, и все остальное вы можете себе сами представить. Извини меня перед Лидией Вен., что я не пишу, уж очень мне трудно писать.

Передай привет всем друзьям!

Здесь, как и следовало ожидать, установилась опять холодная сибирская погода, а ветры продувают все до мозга костей.

Спи каждый день понемногу, чтобы ты могла довести учебный год до конца! В деревне, наверно, будет очень хорошо!

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

 

- 455 -

301. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

28 мая 1955

Милая Нина,

С трудом пишу тебе эти строки.

Всю прошедшую неделю меня мучает резкое обострение туберкулеза кишечника. Ничего нельзя кушать - даже молоко или кисель, - страшные боли в животе, понос, но уходит один только гной от язв в кишках. Все слабею и слабею, и стал я похож на скелет в анатомических музеях.

В нашу слабую палату положили еще одного монгола из племени хакасов, - так что я теперь окружен одними только монголами. Новый - без ног, и наша палата потеряла уже вид палаты, а стала скорее похожа на что-нибудь другое.

Весна тут хотя и ранняя, но холодная, с сильными ветрами. Конечно, все это меня мало касается, ибо я все время сижу в постели.

Ты спрашиваешь, написал ли мне Николай Калин.? Приблизительно в марте месяце он прислал мне хорошее письмо, и я ему тотчас же ответил. С тех [2] пор я не получал ничего.

Занятия у вас в институте наверно кончаются, и идет подготовка к экзаменам. Рад, что ты все же выдержала учебный год до конца. Как у тебя будет с нагрузкой на будущий год? Тебе дадут опять полную штатную единицу?

Пиши, как здоровье Нины Ильиничны и Лидии Вен. Они что-то обе давно не писали. Передай им сердечный привет, а также Ал. Абрам.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.


302. Н.Ф. Депутатовой[ii]

 

2 июня 1955 Милая Нина,

Бандероль с лекарствами и письмо твое от 18/V получил. Ты поднимаешь опять старый вопрос о ходатайстве и приезде. Последний отказ я получил в июле 1954 г. и тогда же за-

 


[i] С. 455. ...из племени хакасов... - Хакасы (устар. назв. - абаканские или минусинские татары) - народ в Вост. Сибири.

...я ему тотчас же ответил. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.К. Гудзию от 21.3.1955 г. (№ 538).

[ii] С. 456. ...заявил учреждению... - Видимо, МВД.

...в этом году действуют совершенно иные инструкции, и никто, конечно, тебя здесь не тревожил бы. - См. письмо Ф.П. Шиллера Н.Ф. Депутатовой от 2.4.1954 г. (наст.  изд., с. 382).

Брату своему Якову... я написал, чтобы он приехал... - В письмах Ф.П. Шиллера брату Якову, опубликованных в настоящем издании, об этом не говорится. По утверждению В.Д. Шмунка, Я.П. Шиллер был единственным близким Ф.П. Шиллеру человеком, присутствовавшим на его похоронах.

- 456 -

явил учреждению, что больше ни одной буквы писать не буду. Я ходатайствовал до тех пор, пока это имело смысл, т.е. пока я был еще на ногах. Сейчас это потеряло всякий смысл, т.к. я умираю. Никогда не нужно терять чувства реальности. Если я не помру в июне, то в июле или августе. Во всяком случае, дальше осени я не проживу. Туберкулез кишечника доводит меня до конца. Ничего не могу кушать.

Относительно возможности твоей поездки ко мне, так в этом году действуют совершенно иные инструкции, и никто, конечно, тебя здесь не тревожил бы. Мне совсем не жалко этих денег на поездку, но тут нужно взвесить другой вопрос: 1) Эта поездка в 2 недели расстроит весь твой летний отдых и тебе осенью трудно будет приступить к работе; 2) ты со мной не сможешь разговаривать, потому что я на 100% глухой; 3) когда ты через 4-5 дней пребывания здесь опять уедешь, то мне I будет еще тяжелее, чем если бы ты совсем и не приезжала. [2 Подумай обо всем этом и сама реши, стоит тебе приехать или нет. Я это предоставляю твоему решению.

Брату своему Якову в Алтайском крае я написал, чтобы приехал, если хочет меня еще раз видеть перед смертью. Если колхоз отпустит его на 2 недели, он приедет, и тогда нужно будет ему выслать 400 руб. денег на билеты сюда и обратно, об этом напишу тебе, когда получу окончательный ответ брата.

Состояние мое ухудшается с каждым днем; я превратился в желтую беспомощную мумию. Все эти прошедшие годы можно было еще бороться за жизнь, а сейчас это совершенно возможно, потому что организм стал мертвым и не реагирует ни на какие лекарства.

Я совершенно готов к прощанию с жизнью, хотелось только, чтобы не было так много мучений.

Друзей информируй о моем безнадежном состоянии, писать письма мне уже очень трудно.

Крепко, крепко целую

Твой Франц.

 

- 457 -

303. Н.Ф. Депутатовой[i]

 

16 июня 1955

Милая Нина,

Состояние мое безнадежное, и это письмо является последним. Я его с трудом пишу.

Умираю я от последствий тяжелого кровотечения из легких. Ушло больше половины состава крови, нужно было сразу же сделать переливание крови; но в наших допотопных хулиганских условиях не то что переливания крови, но и насморка не могут лечить. От большой кровопотери целые участки мозга остались без питания, в том числе и центры сна. Десятые сутки не могу ни секунды спать, это страшно ослабляет организм, т.к. он не отдыхает. Эти боли кошмарные, инфернальные, и я провожу свои последние дни в страшных страданиях.

Получил твое письмо от 6/VI, а также извещение на глюкозу. Едва ли я доживу до 1 июля, т.е. до возможности твоего приезда. Но если все же дотяну, то 1) выбрось совершенно из головы мысль о полете на самолете. Ты ведь сама знаешь, что у тебя гипертония и поэтому запрещено летать. Хочешь как покойный Владимир Макс, приехать в Красноярск и тут же помереть. 2) Самолетом ты выиграешь в лучшем случае пол-сутки времени, но ограничиваешь себя багажом и неприятной пересадкой в Красноярске на поезд, где летом чорт знает что творится. 3) Ехать нужно на одном из дальневосточных поездов (скорых), [2] они идут из Москвы до Тинской 4 сутки, очень комфортабельные. Лучше всего ехать на поезде Москва-Иркутск, потому что он здесь у нас кончается и поэтому свободнее других. Он идет через день. За 4-5 дней возьми себе билет на городской станции. Это будет лучше всего. Ты должна знать, что должна жить тут на свои продукты, т.к. кроме молока и яиц тут ничего нет. Захвати немного муки и всякого Gebäck. К тому времени здесь будут и ягоды. Вопрос только в том, доживу ли я до июля. Александр лежит больной в больнице, и тебя некому будет встречать. Наш дом инвалидов (каждый человек его знает) находится на расстоянии 1 км. к югу от

 


[i] С. 457. Владимир Макс. - Видимо, речь идет о Владимире Максимовиче Фриче (см. прим. к с. 3).

...он здесь у нас кончается... - Имеется в виду, что маршрут поезда Москва-Иркутск заканчивается гораздо ближе к ст. Тин екая, чем маршруты дальневосточных поездов.

Gebäck - печенье (нем.).

Александр лежит больной... - См. прим. к с. 409.

С. 458. веронал - успокаивающее и снотворное средство.

- 458 -

станции, нужно пройти весь небольшой поселок станции, и в конце будет наш дом инвалидов. Мой барак первый по левой стороне. Но если будет возможность, я организую и твою встречу. Свободная комната тут в поселке у знакомой семьи есть, где ты можешь жить.

Из моих земляков сейчас здесь только полуслепая женщина София Шуман, которая ведет мне все хозяйство и ухаживает за мной. Еще счастье, что она здесь, она очень верный и приличный человек, иначе обращались бы со мною как с собакой.

Милая, как будто и все. Мне очень трудно писать. Да - сразу же позвони Алекс. Абр. и скажи ему, что если он еще не передал Флоре 2 тыс. руб. на каникулы, чтобы он сразу же ее вызвал [3] и вручил ей эти деньги. Они ей - оказывается, - давно нужны, но она стеснялась об этом говорить Ал. Абр. Странная у меня дочь - всех людей боится, в том числе и меня.

От Лидии Вен. сегодня получил телеграмму. Она думает, что при моей бессоннице помогают обычные снотворные средства, как люминал, веронал и т.п. Нет, их хоть килограммами принимай, они никакого действия не оказывают, потому что причина бессонницы - органическая.

Милая, кончаю. Если больше не увидимся, то разреши мне перед смертью поблагодарить тебя и всех наших друзей за то доброе, что они мне сделали. Желаю вам всем много счастья в дальнейшей жизни!

Крепко, крепко целую и обнимаю

Твой Франц.

Да, кстати, ты тут известна всем как моя двоюродная сестра. Эту роль тебе придется здесь играть. Иначе будет конфуз.

 

 
 
Следующий блок >>
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Музеем и общественным центром "Мир, прогресс, права человека" имени Андрея Сахарова при поддержке Агентства США по международному развитию (USAID), Фонда Джексона (США), Фонда Сахарова (США). Адрес Музея и центра: 105120, г. Москва, Земляной вал, 57/6.Тел.: (495) 623 4115;факс: (495) 917 2653; e-mail: secretary@sakharov-center.ru  https://www.sakharov-center.ru

https://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=page&num=5304

На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен