На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
ОТ АВТОРА ::: Янковский В.Ю. - Долгое возвращение ::: Янковский Валерий Юрьевич ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Янковский Валерий Юрьевич

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Сахаровского центра
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]
 
Янковский В. Ю. Долгое возвращение : Автобиографическая повесть. - Ярославль : Верхне-Волж. кн. изд-во, 1991. - 160 с.

Следующий блок >>
 
- 3 -

ОТ АВТОРА

 

Повесть «Долгое возвращение» — жизнь человека, потерявшего и вновь обретшего свою родину — мучительно, через страдания, на грани жизни и смерти.

В 1922 году, с дальневосточной волной эмиграции, я, в числе прочих детей, одиннадцатилетним мальчиком был вывезен родителями в Корею, где семья прожила двадцать четыре года. Сначала в северокорейском городке Сейсин (Чхонджин), а позднее в созданном своими силами имении «Новина», рядом с широкоизвестными горячими источниками Омпо.

Это хозяйство строилось на голом месте долго и настойчиво под руководством отца, человека необыкновенной энергии и предприимчивости. Юрий Михайлович, крупный в прошлом помещик-коннозаводчик и оленевод из-под Владивостока, сын участника Польского восстания 1863 года, сосланного Царским правительством на Дальний Восток. Мать, Маргарита Михайловна, оплот большой дружной семьи, театралка, словесница, сказочница, — дочь владивостокского купца востоковеда М. Г. Шевелева.

Имение-курорт Новина с годами стало весьма популярным среди как российских эмигрантов, осевших в Корее, Маньчжурии и Китае, так и живших там иностранцев: англичан, американцев, французов, немцев, испанцев. Многие из посещавших летом Новину и ее «филиал» на берегу Японского моря—Лукоморье—построили там свои дачи.

Дети Янковских, две сестры и три брата, постоянно во всех делах помогали родителям. Воспитывались по принципу—работе время, потехе час. За два десятилетия Новина превратилась в цветущий оазис. Среди крутых лесистых гор, вдоль прозрачной быстрой реки выросли обсаженные пирамидальными тополями и белой акацией дороги и дорожки, клуб-театр, теннисный и волейбольный корты, фруктовые сады, пасека, вольер для пойманных в лесу и размно-

 

- 4 -

жавшихся пантовых пятнистых оленей, молочная ферма, гараж на два автомобиля. А на холме среди соснового леса—сложенная из речного гранитного валуна часовня-церковь, где венчались, крестили детей, отпевали усопших. Священник отец Иоанн с матушкой жили неподалеку в небольшом домике.

Старшая сестра Муза вскоре уехала в Шанхай, вышла там замуж. Вторая, Виктория, поэтесса, уехала с мужем в столицу Маньчжу-Го Синзин, где он служил управляющим известной на Дальнем Востоке фирмы Бринер. Бежавшая из Владивостока уже в 1925 году на корейской шаланде наша бабушка Ольга Лукинична скончалась в 1933 году и похоронена в русском уголке корейского кладбища в Новине. Там же через три года нашла свой последний покой и наша мама.

А Новина процветала. Летом бурлила приезжими дачниками; купались в реке и на море, совершали экскурсии в горы, играли в теннис и волейбол, городки, горелки, устраивали театральные постановки, танцевали, совершали прогулки верхом и пешком. Мужская половина страстно увлекалась охотой. И не только ради спортивного интереса. Охота на зверя приносила немалый доход. Держали большую свору охотничьих собак, выезжали в тайгу на недели и месяцы, били коз, кабанов, медведей, изюбров, добывали хищников: волков, рысей, барсов, тигров.

Новинцы ежегодно выезжали по делам и просто отдохнуть в Китай, Японию, Маньчжурию. Юго-восточная Маньчжурия с годами стала самым популярным районом охоты.

Иностранного подданства отец не признавал, предложения принять гражданство Японии и Польши отвергал неоднократно. Мы оставались русскими белоэмигрантами, хотя это было невыгодно, ибо абсолютным хозяином Кореи и Маньчжурии — Маньчжу-Го была, конечно, Японская империя.

В 1941 году, после пяти лет вдовства, отец женился во второй раз, и это послужило сигналом раскола в семье. Мы, братья, не пожелали иметь другую мать. Средний брат Арсений с женой отделился первым. Младший, Юрий, был призван на службу в армию Маньчжу-Го. Мне уже давно сильно приглянулась Маньчжурия. Там, в нескольких часах езды от корейской границы, я приобрел порядочный земельный участок в самом центре наших охотничьих угодий и начал создавать самостоятельное хозяйство, назвав его Тигровый хутор. К этому времени я был женат уже во второй раз. Родители жены Ирмы построили в Новине капитальную зимнюю дачу, переселившись туда из Харбина.

Завершив вчерне постройку своего Тигрового хутора, мы с Ирмой и несколькими единомышленниками в 1944 году перебрались из Кореи в Маньчжурию. Этот и следующий год промелькнули в делах и строительстве. Сразу же, разумеется, начало развиваться

 

- 5 -

фермерское хозяйство, хотя на первых порах охота на ценного зверя стала главным источником дохода большинства переселенцев.

Летом 1945 года мне стало известно, что Ирма ждет ребенка. А в августе разразилась война между СССР и Японией. На четвертый день военных действий я явился в штаб занявшей город Ханко (Янь-цзи) 25-й Красной Армии и был принят на должность переводчика японского и корейского языков. Вскоре туда же прибыл в качестве переводчика и демобилизовавшийся брат Юрий. Второй, Арсений, как оказалось, был принят на ту же работу в Корее в ТОФ — Тихоокеанский Флот.

В сентябре 25-я армия передислоцировалась в Корею, в Пхеньян. И там мы с Юрием прослужили до января 1946 года. Ирма к этому времени перебралась в Новину к своим родителям. Зная, что скоро должен появиться наш первенец, я попросился в отпуск. Меня отпустили, но по дороге, в городе Канко, арестовали, заключили в тюрьму. И только через семнадцать лет, когда мы вновь встретились с братом Юрием, я узнал, что его арестовали в Пхеньяне в тот же день...

Судили меня в октябре 1946 года и приговорили к шести годам исправительно-трудовых лагерей по статье 58-4, за «оказание помощи международной буржуазии». Я искренне недоумевал: за что? И написал прошение о пересмотре дела. Его пересмотрели в январе 47-го в Пхеньяне, но... нашли, что шесть лет мало, дали десять. И отправили в телячьем вагоне, за решетками, этапом во Владивосток. Так, через двадцать пять лет, состоялась моя первая встреча с покинутой в детстве Родиной...

Дальнейшее подробно описано в первой части этой книги. Она заканчивается днем 13 августа 1952 года—днем освобождения из заполярного лагеря в Певеке. Во второй части моего долгого возвращения на родину я описываю трехлетнюю ссылку на прииске «Южный» на Чукотке и, наконец, одиннадцать лет жизни в Магадане: работу в Магаданском лесничестве, женитьбу на Ирине Казимировне Пиотровской, осужденной в 1941 году ученицей девятого класса средней школы за прочтение стихов Есенина «Возвращение на Родину», отдавшей ГУЛАГу 15 лет жизни; ее и мою реабилитацию «за отсутствием состава преступления»...

Выйдя на ограниченную свободу на Крайнем Севере, я, конечно, не имел представления, где все мои родные и знакомые. Постепенно, через управление ГУЛАГа, разыскал в заключении отца, брата, двоюродную сестру. Завязал с ними переписку. И лишь позднее, в Магадане, узнал, что все остальные родные давно живут в Америке. Ирма с сыном Сергеем — в Канаде.

Мы установили письменную связь. Теперь мои жены на «ты», пишут друг другу, порою говорят по телефону. Во Владимире я начал печататься в журналах; за эти годы вышло четыре моих книги.

 

- 6 -

Письменная связь с родными в Америке не прерывалась, меня звали в гости. Но... в течение пятнадцати лет в разрешении на поездку отказывали. Писал Брежневу, писал Косыгину, писал кое-кому из ныне здравствующих, но неизменно получал отказ. Летом 1986 года я написал письмо на имя М. С. Горбачева с просьбой разрешить повидаться на старости лет с родными. И — получил разрешение!

Рассказом об этой поездке, встрече с Ирмой и Сергеем, который через сорок лет впервые назвал меня папой, о вояже в Калифорнию, где живут родственники, о впечатлениях от увиденного и пережитого я и завершаю эту автобиографическую повесть.

 

 
 
Следующий блок >>
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Сахаровским центром.
Тел.: (495) 623 4115;; e-mail: secretary@sakharov-center.ru
Политика конфиденциальности


Региональная общественная организация «Общественная комиссия по сохранению наследия академика Сахарова» (Сахаровский центр) решением Минюста РФ от 25.12.2014 года №1990-р внесена в реестр организаций, выполняющих функцию иностранного агента.
Это решение мы обжалуем в суде.