На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
9 ИЮЛЯ. ИЗМЕННИКИ - ГЕРОИ ::: Храмцов Ю.А. - Повести лишнего человека ::: Храмцов Юрий Александрович ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Храмцов Юрий Александрович

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Музея
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]
 
Храмцов Ю. А. Повести лишнего человека / предисл. и биогр. справка Н. А. Митрохина ; Информ.-эксперт. группа "Панорама" - М., 1997. - 325, [13] с. : портр.

 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
- 229 -

9 июля. ИЗМЕННИКИ-ГЕРОИ

Через Новороссийск ввозится пшеница, вывозится - лес. Город растянут по Цемесской долине, повернутой к югу, и припадает к Новороссийской бухте. Разросся из турецкой крепости Суджук и стал бы крупным курортом, если бы не два неблагоприятных обстоятельства - цементный завод и порт. Цементная пыль рассеивается по всей округе, портовые причалы и улицы города патрулируют четыре ведомства: пограничники, таможенники, комитетчики и милиция. Все же наплыв советских рядовых отпускников бывает велик в летние месяцы. Тому способствует книжка Л.И.Брежнева "Малая земля".

Вчера ездил в Новороссийск за съестным. Колбасы не купил: обыватели говорят, что отдыхающие всю сожрали. Взял килограмм бутербродного масла. Московские хозяйки еще не знают, что это такое, однако в провинции это пищевое средство распространилось широко. Неизвестно, из чего оно изготовлено, на бирке предостерегающая надпись: "Хранить не больше десяти суток".

Хлеба тоже не удалось взять. Говорят, сломался хлебозавод и так каждое лето. С наездом всякого рода отдыхающих истощаются запланированные городу потребительские продукты, склады закрываются на переучет, предприятия общественного питания останавливаются на ремонт за исключением завода прохладительных  напитков.  Местные  власти  приняли  решение  просить правительство СССР присвоить Новороссийску статус закрытого города.

Черных стержней не нашел. Непонятно, чем пишут городские грамотеи? Отдыхающих много. Их сразу заметишь по белой коже и по открытой одежде, а в Новороссийске и купанья хорошего нету, одна испачканная мазутом коса, да и по ней слоняются типы из перечисленных выше ведомств. Выкинул пять рублей за кеды: они подходят к моему рюкзаку и удобны в дальних походах в теплое время года, хоть на равнине, хоть в горах. В конце июля напишу книжку и поеду купаться в Ейск, как турист-дикарь. Будет у меня отпуск после усиленных занятий изящной словесностью. Азовское море - не то что Черноморский Содом, знаменитый спесивыми брюхатниками и брюхатницами. Азовское море - вполне заурядная лужа, но там меньше грязи на пляжах и вода чище.

При Брежневе новороссийская Малая Земля превратилась во всесоюзную агитплощадку стараньями угодливых советников честолюбивого генсека. Колонны междугородних автобусов, наполненные пионерами и пионервожатыми, каждый день потоком мчатся в Новороссийск по горным дорогам в сопровождении патрульных машин ГАИ. Сейчас имя Брежнева убрано со всех малоземельских памятников, а баржу, из которой Леонид Ильич высадился во главе десантников, сорвали с вечного причала и сдали в Вторчермет, из чего можно сделать предположение, что Малоземельский десант не пережил своего бравого комиссара.

Русь не тщеславна. У нее нет склонности ставить памятники героям на каждом перекрестке, как например, у итальянцев или у греков. Много крупных событий русской истории кануло в забытье: Азовское сиденье в окружении янычаров,  противостояние Скопина-Шуйского шведам,  разрыв зависимых отношений с татаро-монголами, оборона Смоленска, битва у Желтых вод... Никто не знает Дионисия, Мамонова, Сагайдачного. Памятник Минину и Пожарскому поставлен через десять лет после бескорыстного подвига этих двух упрямых русичей.

Большевистские руководители торопятся увековечить себя, недобрая примета: Залп Авроры, Пулеметная тачанка, "Молодая Гвардия", Брестская крепость, Лейтенант Шмидт, "Малая Земля" - все это дутыши с сомнительным происхождением.

Двадцать лет каторжно-трудовых работ получили красноармейцы Брестской крепости за то, что замешкались с обмотками. В полночь 22 июня они услышали грохот кованых сапогов обновленного Вермахта, в который раз уже и не в последний еще двинувшегося в очередной "Дранг нах Остен".

Крепость не могла сопротивляться гитлеровцам: это был памятник истории без военного оборудования и снаряжения. По роковой случайности в Брестской

 

- 230 -

крепости был расквартирован красноармейский полк, два года тому назад вместе с братской гитлеровской армией освобождавший Польшу от шляхтичей и польских националистов. Командиры красного полка вначале и не знали, что на них движется враг, и охотно сдались братьям по классу. Попали в гитлеровские лагеря, а после победы те, что выжили и вернулись в СССР, были заключены в сталинские лагеря.

При Хрущеве брестских изменников освободили, тех, что выжили, и возвели в противоположную крайность - в ранг героев, доблестных защитников Родины. Только под душным покрывалом всеобщего ничегоневедения возможны подобные издевательства над простыми людьми.

"Молодая Гвардия". Зеленые мальчишки, наивные романтики и мелкие жулики - где они сейчас? Кто за границей, а некоторые прячутся в Советском Союзе, боясь быть схваченными и посаженными в лагерь. За этих мальчишек, не поймешь героев или изменников, был осужден к двадцати пяти годам концлагерей и тюрем бургомистр Краснодона Стаценко и к пятнадцати годам - начальник краснодонской полиции Орлов.

Послевоенная судьба Орлова замысловата. Он был вытеснен из советской страны вместе с немецкими армиями. Жил в Западной Германии, а потом переехал в США. Там наладил собственное дело, занялся доставкой на дом молочных продуктов. Имел гараж и два ярких красно-желтых грузовика, на которых нанятые им рабочие развозили по утрам сметану, молоко, творог, простоквашу, заказанные с вечера домашними хозяйками.

Мы сидели в 91-й камере 1-го спецкорпуса, Орлов показывал нам цветные фотоснимки своего заокеанского существования: дом в два этажа, легковой автомобиль, жена, сынишка... К несчастью, старший его сын остался в СССР. С помощью всезнающих товарищей с Лубянской площади сын нашел отца. Завязалась переписка. Сын писал старшему Орлову, отец отвечал своему потомку. Выяснилось, что отец живет вполне благополучно, а сын бедствует. В письмах они договорились до того, что отец приедет повидаться и помочь.

Орлов-старший прибыл из Америки на пароходе через Ленинградский порт. Привез кучу вещей и подарков в сундуках. У бесквартирного сына сразу появился собственный дом где-то вблизи Краснодона. В этом доме вместе с сыном пока что жил и отец, обдумывая план, как вывезти из-за океана жену и младшего наследника.

Однажды у их дома остановилась серая "Волга". Приехавшие вежливо предложили Орлову отправиться с ними в область для выполнения мелких формальностей, необходимых для восстановления советского гражданства. Дальше полицейский   начальник   города   Краснодона   -   мелкий   американский предприниматель - передвигался только под конвоем. Оборвались родственные связи, старший сын, секретарь первичной комсомольской организации, уже не мог продолжать общение с отцом - изменником Родины.

В долгих камерных беседах вполголоса Орлов уверял нас, что никакого комсомольского подполья в городе Краснодоне не было. Он взял в тюремной библиотеке книжку Фадеева "Молодая Гвардия", просматривал ее страница за страницей и усмехался про себя. Он не узнавал мест действий героев романа, никогда не слышал многие из приведенных автором фамилий борцов-антифашистов: героический Краснодон спокойно жил до конца войны.

- Это смешная книжка, - заключил Орлов, - у писателя сильное воображение.

Он вспомнил, что в камеру райотдела полиции запирали нескольких парнишек, занимавшихся мелким воровством из немецких военных грузовиков. Их не судили, отправили на работу в Германию по настоянию немецкого коменданта.

Орлов умирал у нас на глазах. Последние дни он часто и надолго задумывался. Уж не мог съесть тюремного пайка, исхудал. Потухли глаза, осунулось пожелтевшее лицо. С подъема разложит свои американские разноцветные фотокарточки по всей постели и сидит над ними целый день. Рассматривает, перекладывает с места на место. Выйдет на прогулку и сразу просится: "Ребята, пойдем в камеру, холодно". "Старый, не выходи, не мешай другим дышать", -упрекали его сокамерники, но выводящий не хотел оставлять старика одного в камере. Общее мнение было: "Скоро американец дуба даст".

Сердечный приступ произошел ночью. Мы вся камера проснулись. Попеременно колотили в тяжелую дверь крышкой от бачка: Старый "откидывается".

 

- 231 -

Ночью камеру могут открыть только в присутствии дежурного помощника начальника тюрьмы. Коридорный заглядывал в волчок и требовал:

- Прекратите стучать!

- Старому плохо, вызовите врача!

- Пускай терпит до утра.

- Да он умирает!

- Завтра сактируем.

- Скотина, вызывай врача!

После долгих препирательств на матерном жаргоне и нешуточных угроз перевести всю камеру на карцерный режим, коридорный все же позвонил начальству. Пришел дежурняк-помощник с медсестрой. Женщина зашла к нам, щупала пульс, боязливо озираясь. Мы все стояли молча, полураздетые. Тянуло холодом из коридора, в восемьдесят пятой карцерной скулил идиот Васька-Ишак. Наш старый лежал неподвижно, глаза остеклянели.

- Его надо в санчасть, - сказала сестра, и посмотрела на начальника. Тот махнул рукой разрешительно: - Ладно, несите.

Мы положили старика на одеяло, разостланное на полу, укрыли телогрейками. Взялись вдвоем за углы и по лестницам и коридорам вынесли умирающего на тюремный двор. Мороз в черном небе, снег похрустывает под ботинками. Настойчиво светил нам в глаза прожектор со сторожевой вышки у третьего корпуса. Сестра шла впереди, начальник за нами. Недалеко нести, второй больничный рядом с первым. Занесли старого в пустую камер, положили на сетчатую койку, одели свои телогрейки:

- Держись старина.

Дежурный проводил нас на место. Орлов умер перед рассветом. На утренней проверке к нам в камеру зашел старший смены и собрал в кучку вещички и фотоснимки. "Молодая Гвардия" оказалась роковой для незадачливого "американца".

Стаценко посадили в 1944-м году как врага народа. Во Владимирской тюрьме ГУ НКГБ - КГБ для особо опасных контрреволюционеров старик отсидел пятнадцать лет. Отбывать оставшийся "червонец" старика перевезли в лагерь. Чуть живого, обвисшего от долгого сидения без света и воздуха. По всему телу - гнилые коричневые пятна. В советских тюрьмах окна закрыты железными жалюзями, в камерах круглосуточно электрический свет.

Стаценко знал о "Молодой Гвардии" больше, чем простак Орлов. Он сказал, что хлопцы, попавшие за озорство в интендантских складах в руки местной полиции, были затем переданы в распоряжение Абвера и отправлены в Неметчину. Некоторые из них, в том числе и Олег Кошевой, были завербованы немецкой военной разведкой на обучение в разведывательную школу Абвера - "Цеппелин". Стаценко так же, как и Орлов, утверждал, что организованного подполья молодежи в Краснодоне не было.

Много ли изменщиков с "Малой Земли" попало в руки Смерша? Этот трагический эпизод Мировой войны между гитлеровцами и ленинцами представляется мелким в кровавой буре, поднятой красными претендентами на мировое господство. Об малоземельском десанте скажут свое слово историки. Известно, что главные командиры и политработники во главе с Брежневым благополучно эвакуировались на "Большую Землю" на самолетах. Солдаты сдались: для них иного выхода не нашлось.

В междугородном автобусе Новороссийск - Минеральные Воды наши места оказались рядом. Он кадровый военный - майор. Разговорились от нечего делать: путь далек. Мнение майора, что десант в Новороссийск - преступление генштабистов поразило меня своей широтой, в целом-то несвойственной советским военным среднего ранга. Вполне возможно, что генштабисты ничего не знали о новороссийском десанте, а вот комиссарам в проницательности взгляда не откажешь. Одним махом они попытались очистить Северный Кавказ от своих бывших идейных собратий, облаченных в мышиного цвета мундиры Вермахта, и утереть нос ненавистным командармам Красной Армии. С тех пор комиссарское десантирование в тылы врага продолжается десятки лет на малоземельском полигоне.

 

- 232 -

В то время, как проходила высадка морских пехотинцев на пустынный берег Цемесской бухты, гитлеровцы господствовали на всем Северном Кавказе от Тамани до Грозного. Немцам в то время удалось продвинуться далеко на восток от Краснодара, через который проходили пути сообщения с Новороссийском. Германское командование могло подвезти любые подкрепления, чтобы отстоять Новороссийский порт.

Сразу после высадки чуть стало рассветать, немцы блокировали десант и стали расстреливать его из орудий с моря и с возвышенностей. Прорваться в город по берегу бухты морским пехотинцам было не под силу - идея о совместных действиях десанта и войск, оборонявших Сухумское шоссе, оказалась высосанной из пальца. Гористое побережие с одной стороны и морская гладь - с другой, какой соединенный маневр можно было произвести в этой узости?

Малочисленные войска, оборонявшие побережье Черного моря к востоку от Новороссийска, не имели силы пробиться на помощь десанту. Они решали трудную стратегическую задачу с теми разнозначными составляющими: препятствовать противнику высадиться на побережье, отражать постоянные попытки немцев продвинуться между горами и морем, оборонять перевалы. Как можно винить в гибели десанта офицеров и солдат стоявших насмерть на Сухумском шоссе? Малая Земля - это памятник солдатам, выброшенным на верную гибель. Сколько таких памятников на советской земле!

Спасск - инвалидная зона Песчлага. Там отбывал заключение седоволосый человек по фамилии Колесников. Запомнился он зэ/кам по белому халату и искусству отрезать, сшивать, вправлять и делать вырезки - хирург-профессор. Издыхающие от ножевых ран после кровавых межусобиц суки и воры под ножом хирурга нарождались сызнова в лагерной больничке.

Угнетало зноем лето 1957 года. Над Карагандинской степью гуляли сухие ветры. После жаркого дня мы - несколько зонников - уединились на лавочке под акацией у стены 12-го корпуса и беседовали в вечерней прохладе. Он был членом государственной   комиссии,   расследовавшей,   по   поручению   советского правительства, преступления в сыром лесу близ Катыни в Смоленской области.

Колесников высказал особое мнение, когда ему предложили подписать акт расследования, вменявший катынские расстрелы в вину гестаповцам, и с высокого поста главного хирурга военного госпиталя был отправлен в Песчлаг по приговору ОСО за измену Родине. Стал главврачом хирургического отделения управленческой лагбольницы.

Возможно, что искусного хирурга удручил резкий поворот судьбы, однако все заключенные были довольны его принципиальностью и охотно у него лечились:

Колесников считал, что полномочная советская комиссия сделала неверное заключение о том, будто польские националисты убиты СС и гестапо. Видимо, он -как хирург - умел различить стиль работы органов госбезопасности Союза социалистических республик от стиля  работы органов госбезопасности социалистической Германии.

Колесникова не освободили в 1956 году, когда по лагерю "шустрила" другая полномочная комиссия, выпускавшая из зон заключенных за военные преступления. Профессора оставили "до особого распоряжения". К нему обращались за медпомощью местные начальники и гулаговские руководители.

Колесников искал собеседников, чтобы рассказать о том, как советская Катынская комиссия пыталась слить кровавый поток, нечаянно вытекший из Катынского леса, с потоками крови, выпущенных из жил народов гитлеровскими оперативниками. На лавочке под акациями Колесников рассказывал подробно о технологии убийств и количестве застреленных. Газовых камер и крематориев не было. Польских патриотов было убито двенадцать тысяч, их убивали из стрелкового оружия в спину и в затылок, докалывали штыками, добивали прикладами. Окрестные жители слышали хлопки наганов и треск автоматных очередей.

Два свидетеля катынских убийств отбыли двадцатипятилетний срок по ст. 58 во Владимирской тюрьме для врагов народа и изменников Родины за преступления НКГБ. Они знали, кто расстреливал поляков, - другой вины у них не было. Фамилия одного Меньшагин. Во "Владимирке" отсидел двадцать пять лет также лесник обхода, в котором производились расстрелы. Как и Колесников, они пытались рассказывать сокамерникам о Катыни.

 

 
 
 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Музеем и общественным центром "Мир, прогресс, права человека" имени Андрея Сахарова при поддержке Агентства США по международному развитию (USAID), Фонда Джексона (США), Фонда Сахарова (США). Адрес Музея и центра: 105120, г. Москва, Земляной вал, 57/6.Тел.: (495) 623 4115;факс: (495) 917 2653; e-mail: secretary@sakharov-center.ru  https://www.sakharov-center.ru