На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
Неопубликованные воспоминания о ГУЛАГе :: тексты
Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Сахаровского центра
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]
 
Неопубликованные материалы

 

Путешествие дилетанта, или Как я ездил к Сахарову в Горький. Воспоминания

Помазов Виталий Васильевич

Об авторе: Помазов Виталий Васильевич.

Зимой 1981 года мой знакомый Александр Бабенышев предложил мне принять участие в сборнике, посвященном 60-летию Андрея Дмит­риевича Сахарова. Я с радостью сог­ласился. С помощью друзей прово­дил опросы для социологической анкеты, отобрал несколько своих стихотворений, раздавал желающим юбилейную фотографию А.Д.Сахарова (всего их было распространено около 10 тыс.), помогал в редактиро­вании текстов. Машинописный вари­ант сборника Елена Георгиевна Боннэр в апреле отвезла Сахарову в Горький.

Тогда же у меня возникла мысль: 21 мая, в день 60-летия А. Д. Сахарова, навес­тить его в моем родном городе.

В кругу друзей я шутил, что это я сосватал Сахарова в Горький. В 1977 году после пресс-конференции, устроенной женой арестован­ного руководителя московской хельсинской группы Юрия Орлова, сказал Андрею Дмитриевичу: «…Приез­жайте как-нибудь в Нижний! У вас там столько друзей, которые вас любят. Да и вы в прошлом – нижего­родец!» – «Ну, вряд ли теперь я в Горький выберусь». – «А вы не зарекай­тесь!»

Предварительно надо было решить несколько проблем. Первая: как вырваться с работы. Я работал тогда диспетчером в Серпуховской «Теплосети» и находился под негла­сным надзором КГБ. О каждом моем шаге администрация была обязана сообщать «куда надо», любые поезд­ки, по возможности, пресекать. Да­ же честно заработанные мной за зиму отгулы получить было нелегко. Смешно и умилительно сейчас вспоминать: на одном из совещаний партхозактива выступал представи­ тель местного УКГБ. Рассказывал о «нелегкой службе», о борьбе с вра­жескими разведчиками. Кто-то из зала спросил: «А у нас в Серпухове диссиденты есть?» – «Есть, – с гор­достью ответил чекист, – один, та­кой-то, работает у Евдокимова в «Те­плосети»…

И вот, вырвав подписанное моим непосредственным начальником, старшим диспетчером В. А. Фадее­вым, заявление (Фадееву еще долго потом вспоминали: зачем подписал) и «отоварясь» в столице, еду в Горь­кий. Сразу после высылки Сахаро­ва, один из «голосов», рассказывая о положении А.Д. Сахарова в Горьком; среди прочего сообщил: «Горьковчане относятся к Андрею Дмитриевичу хорошо. Даже продавцы соседнего магазина подкладывают ему лучший кусок мяса». «Вражеский голос» в те вре­мена, говорят, мало слушали. Но в «соседний магазин» после передачи сразу ломанулся народ – видимо, за оставшимся после академика мясом.

Вторая проблема: как попасть в квартиру Сахарова. В первые дни после высылки его еще смогли посетить несколько человек, среди них мои знакомые Таня Батаева, Сергей По­номарев. Они, конечно, потом имели неприятности по работе, но хотя бы видели А. Д. Вольности эти тут же и кончились. Режим содержания академика ужесточили. Перед две­рью поставили тумбочку, усадили милиционера. Всех пришедших отводили в опорный пункт милиции – на­против дома, и, выяснив личность, отправляли восвояси, иногородних высылали из Горького. И еще для меня была очень дели­катная проблема: о посещении и ве­роятном инциденте не должны были знать мои родители, они достаточно за меня поволновались в прошлые годы. Договорился с младшим бра­том: иду к Сахарову, могут задер­жать, выслать, арестовать, если к вечеру следующего дня не объяв­люсь, только тогда скажешь родите­лям и начнешь действовать,

В мае 1981-го к Сахарову из ниже­городцев пропускали только бывшего профессора радиофака университета, «отказника» Марка Ковнера, да озвенелого зэка-двухсрочника Феликса Красавина и их жен. 21 мая, сидя в насквозь прослу­шиваемой ковнеровской квартире, Марк, я и присоединившийся в после­дний момент мой приятель Вадим (Дима) Цветков обсуждали разные варианты посещения Андрея Дмитриевича. Решили так. Берем такси и едем к А. Д. вместе с Марком. Подарки (кни­ги и стихи серпуховских поэтов Н. Дубинкина, М. Гололобова, мои) пусть будут у Ковнера, его пропус­ тят, наверное, без обыска. Нас с Димой, видимо, милиция задержит у знаменитой тумбочки в вестибюле. Но все-таки Андрей Дмитриевич и Елена Георгиевна успеют на шум выйти, и мы свои поз­ дравления прокричим. А может быть, власть и КГБ поумнели, не захотят в такой день скандалить, и мы разопьем с трез­венником А. Д. свою чашку чая.

Замысел, как скоро выяснилось, оказался дилетантским. Домашняя заготовка – по-партизански залезть на лоджию первого этажа – была лучше, но ее уже ранее использо­вал Алик Бабенышев, а «два раза одним лезвием не бреются». И вот в полдень ясного солнечного денька мы мчимся по длинному Арзамасскому шоссе (справа – род­ной университет, слева – родная тюрьма) на самый край города. Приемник мурлычет что-то бодрое, мы хорохоримся и посмеиваемся над собой. И таксист (почти на 100% подозреваемый нами чекист) весел… Примерно в ста метрах от дома А. Д. наше такси остановили. Неско­лько сотрудников ГБ в штатском и милиционер, окружив машину, выт­ряхнули нас с Димкой из такси, втол­кнули в оперчекистскую «Волгу» и сжали мертвой хваткой с боков. Операцией руководил, как узна­лось позднее, капитан КГБ Софьин, увы, выпускник нашего историко-фи­лологического факультета. В пылу усердия «волкодавы» ме­ня двинули о дверцу, набив на лбу шишку. Софьин, узнав об этом, заво­лновался и принес извинения. Шиш­ка нарушала стройную красоту и чистоту гуманной акции по обезврежи­ванию смутьянов. «Голоса» из этой ши­шки черт-те что раздуют! Я, правда, никому жаловаться не собирался: подумаешь – синяк, дело житейское, то ли еще с нашим братом делают!

Привезли в Приокское отделение милиции, составили протокол заде­ржания, вытряхнули все из карманов, вытащили шнурки из ботинок, закры­ли в КПЗ.

В камере мы с Димой рассмея­лись: раскатали губу на чай с Нобе­левским лауреатом! Поздравили друг друга с днем рождения А. Д. и сели толковать о нижегородских делах.

Дима был в состоянии эйфории, блаженная улыбка не сходила с его лица. У меня скребло на душе: удас­тся ли скрыть от родителей это оче­редное похождение? Очень уж не хотелось трепать им нервы.

Через час нас вывели из КПЗ, вручили шнурки и изъятые вещи. Од­ на машина увезла Диму, как выясни­лось – домой, другая меня – на Мо­сковский вокзал. В специальном помещении (у КГБ таковое есть при каждом ж/д и авиа­вокзале) продержали до первого мо­сковского поезда. Беседа с Софьиным была краткой.

– Надеюсь, вам ничего не надо объяснять?

– Да уж не трудитесь.

– Вам понятно, почему вас высы­лают?

– Ну, конечно, – за чашку чая.

– Деньги у вас есть?

– По казенной надобности за свой счет не езжу.

– Вот вам билет до Москвы. Мы вас посадим в вагон, там будет ехать наш человек. Не пытайтесь выйти на остановке: вся линейная милиция от Горького до Москвы пре­дупреждена. Вас не выпустят из вагона. И, мой совет, пора вам об­разумиться, уняться...

На первой же остановке, в Дзер­жинске, я попытался выйти. «Нель­зя!» – закричала мне проводница, а милиционер на платформе прегра­дил путь. На станции Ильино все по­вторилось,

Попробовал я и (по классическому примеру Грача-Баумана) выб­раться через окно в туалете – какое, милые, у нас тысячелетье на дворе! – оно было наглухо задраено. Пришлось идти на свое место.

Утром на московском перроне меня никто не сопровождал и не «вел». Через полчаса, в 6 утра, я звонил в двери своим московским дру­зьям Кулаевым.

А еще через час, перекусив, побрившись и взяв денег на дорогу, на Курском вокзале сел во владимирс­кую электричку, чтобы «на переклад­ных» добираться до Нижнего. «Уня­ться» я не хотел. Во-первых, из принципа: я уезжаю из родного города, когда хочу этого сам, а не по жела­нию какого-нибудь дяди. Во-вторых, родители не должны ничего знать и волноваться. И, наконец, на 6 часов вечера на квартире у Димы Цветкова была назначена дружеская пирушка по случаю моего приезда. Не мог же я опоздать!

Увидеться вновь с Андреем Дмитриевичем мне удалось уже после его возвращения в Моск­ву в 1986 году.

 
 
Неопубликованные материалы
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Сахаровским центром.
Тел.: (495) 623 4115;; e-mail: secretary@sakharov-center.ru
Политика конфиденциальности


Данный материал (информация) произведен, распространен и (или) направлен некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента, либо касается деятельности такой организации (п. 6 ст. 2 и п. 1 ст. 24 ФЗ от 12.01.1996 № 7-ФЗ).
 
Государство обязывает нас называться иностранными агентами, но мы уверены, что наша работа по сохранению и развитию наследия академика А.Д.Сахарова ведется на благо нашей страны. Поддержать работу «Сахаровского центра» вы можете здесь.

 

https://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=unpublished&syn=51

На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен