На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
Брошюра и письма ::: Икрамов К.А. - Дело моего отца ::: Икрамов Камил Акмалевич ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Икрамов Камил Акмалевич

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Сахаровского центра
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]
 
Икрамов К. А. Дело моего отца. - М., Советский писатель, 1991. - 304 с.

 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
- 271 -

Брошюра и письма

 

Неужто где-нибудь, кроме нашей страны, есть люди, полагающие, что жертвы палачей, жены и дети убитых и замученных не имеют морального права свидетельствовать о том, что знают? У нас таких «гуманистов» полным-полно.

Как всегда бывает: случайно, но кстати попался «Новый мир», десяток лет назад вышедший, где Лев Гинзбург писал о «потусторонних встречах» с бывшими главарями третьего рейха, об интервью, которые давали ему оставшиеся в живых осужденные Нюрнбергским процессом крупнейшие функционеры и идеологи фашистских зверств, близкие родственники Евы Браун. Хитрили, конечно, от чего-то открещивались, но в главном говорили правду. Однако самое поразительное, что не отказывались, не могли по самой атмосфере страны отказываться от встречи с писателем. С писателем из СССР. И к тому же с евреем.

А наши?

Не страх наказания заставляет их молчать. Им позволяет молчать и поджимать губы уверенность безнаказанности на этом и на том свете. Впрочем, наш путь к разоблачению палачей мы начали с поразительной и непростительной лжи, которой не поверил никто. «Берия — агент иностранных разведок».

Нет, нет, совсем не жажда мести движет мной, даже не за справедливость ради справедливости ратую,— мне страшно! Вижу: не боятся возмездия новые когорты палачей и клеветников, которые прямо от того корня произошли или ходят в названных племянниках у безнаказанных преступников. Они

 

- 272 -

готовы действовать теми же методами, что во времена Ежова и Берии, Абакумова и Рюмина.

А цели? Цели только теперь называются уголовными, хотя чисто уголовными были и цели, которые преследовал Сталин.

Раз уж я упомянул в этой книге Ш. Рашидова, то вынужден буду вернуться к этой поразительной фигуре еще раз. Но не теперь. Чуть позже. Теперь еще о его наставнике — Усма-не Юсупове.

Сегодня у Юсупова защитников и даже апологетов в моей республике куда больше, чем, к примеру, у Жданова в Жданове и Ленинграде. О его личной роли в уничтожении тысяч и тысяч людей не упоминают вовсе, а когда приходится говорить на эту тему, то утверждают, что был Юсупов не лучше и не хуже других, зато построил Большой Ферганский канал и во время войны проявлял чувство интернационализма, помогая эвакуированным. На один иронический абзац в небольшой рецензии на фильм о У. Юсупове я получил довольно много протестующих писем, написанных явно под диктовку и затрагивающих явно не то, что я написал, а то, что подумал. По старым канонам мне клеили ярлыки, предъявлялись весьма страшные политические обвинения: сею вражду между русским и узбекским народами, озлоблен на Советскую власть, злостно на нее клевещу.

Это же срок! Это же моя родная 58-я, пункт 10-й, антисоветская агитация! Какая знаменательная встреча в 1988 году! И ведь подписи под свидетельствами солидные, на приговор тянут. Можно через трибунал, через тройку, а уж ОСО обязательно.

С тем эти письма и писались. Но других больше.

В бандероли — брошюрка, выпущенная срочно, всего за неделю, в октябре 1937-го. Сразу вслед за пленумом. И привести из нее несколько цитат я обязан по многим причинам. Из них пока назову первую: не надо думать, что все шло только сверху, только из Москвы, только от Сталина и Ежова, а внизу были только палачи по должности, клеветники по приказу, лишенные личной инициативы и заинтересованности. Как, к примеру, У Юсупов — наркомпищепром республики до 20 сентября того самого года, а с 20-го — первый секретарь ЦК

Итак:

УСМАН ЮСУПОВ

ДО КОНЦА ИСТРЕБИТЬ КОНТРРЕВОЛЮЦИОННУЮ БАНДУ

Издательство ЦК КП(б) Уз.,

Ташкент — 1937 г

 

- 273 -

Разоблачая контрреволюционную «теорию затухания классовой борьбы», товарищ Сталин неоднократно учил нас, что по мере того, как эксплуататорские классы и их идеологи будут терять свои последние позиции, классовая борьба будет обостряться, все изворотливее и подлее будут форма и методы сопротивления осколков классовых врагов. Однако эти ясные указания товарища Сталина многие наши партийные организации в Узбекистане недооценили, забыли. И это облегчило возможность агентам японо-германской разведки вести свою шпионскую, диверсионную вредительскую работу...

...Увлекшись успехами социалистического строительства, заразившись идиотской болезнью — беспечностью, мы, коммунисты Узбекистана, дали возможность врагам овладеть руководящими постами в партийной организации и правительстве, облегчили врагам вредительскую, шпионскую работу на пользу фашистских разведок.

Только благодаря неусыпной бдительности ЦК ВКП(б), лично товарища Сталина и его непреклонного соратника тов. Ежова узбекскому народу удалось вскрыть и ликвидировать узбекистанскую банду контрреволюционных националистов, троцкистов и бухаринских шпионов.

Разоблаченная банда врагов народа, гнуснейшие контрреволюционные националисты — Икрамов, Файзулла Ходжаев, Исламов, Балтабаев, Каримов, Ширмухамедов, Турсун Ходжаев, Усманов, Тюрябеков, Сорокин, Хасанов, Мирза-Ахмедов и другие... Эту кучку негодяев возглавлял самый подлый из подлых бандитов, самый циничный двурушник и предатель — Акмаль Икрамов.

...Руководимая Икрамовым банда преступников, вступив в сговор с троцкистами и бухаринцами, по прямому заданию фашистских государств вела шпионскую, разведывательную работу, подготовляла отторжение Узбекистана от Советского Союза, восстановление эксплуататорского, помещичье-капи-талистического строя в нашей стране и превращение Узбекистана и других республик Средней Азии в колонию империалистических стран.

...Используя свое положение и занимаемые посты, эти люди организуют пополнение басмаческих отрядов, снабжение их оружием и деньгами, выдают им планы расположения военных сил и намечаемые советскими органами мероприятия, вербуют новых курбашей и т. д.

...Основное внимание сосредоточивается на собирании сил и подготовке кадров. В эти годы Икрамов и Файзулла Ходжа-

 

- 274 -

ев подбирают группу буржуазной националистической молодежи и направляют для обучения в Германию, оплачивая их учебу золотом, принадлежавшим нашему народу. Впоследствии из этих кадров выковались фашистские разведчики.

...Особенно тщательно конспирировались руководители «Милли-истиклял», занимавшие одновременно руководящие посты в ЦК КП(б) Уз. и правительстве Узбекистана.

Характерно, что после разоблачения Бату, Рамзи и других деятелей подпольной националистической партии, занимавших крупные посты в партийных и советских органах, Икрамов, Каримов и другие разоблаченные ныне руководители «Милли-истиклял» принимают все меры к тому, чтобы замазать это дело, заглушить развернувшуюся на основе этого дела критику и самокритику, задержать активизацию партийных масс.

Икрамов и Каримов, для того чтобы притупить бдительность, в своих выступлениях пытаются уверить партийную организацию, что основная нить поймана и главари разоблачены. Одновременно чья-то «неведомая» рука физически уничтожает свидетелей (Сайд Абидов), которые знают и могут рассказать нечто большее.

...Это они в период поворота трудовых масс дехканства на путь коллективизации и ликвидации кулачества как класса подхватили и применили в Узбекистане провокационный лозунг — «немедленной 100-процентной коллективизации». Это они организовали вредительство в области ирригации, животноводства, семенного хозяйства, срывали развитие садоводства и виноградарства, разрушали базу шелководства, тормозили развитие пищевой промышленности, срывали товарооборот и т. п.»

По ходу переписывания цитат брошюры У. Юсупова в эту книгу я выбросил половину того, что ранее наметил. Жаль места, где упоминается моя мать Е. Л. Зелькина, жаль фразеологии времени, которая наиболее ярко выражена в периодах, где факты отсутствуют.

Но основное сказано.

Полагаю, что читателю не придется заглядывать в предыдущие главы моей книги, чтобы понять: текст У. Юсупова — основная шпаргалка, написанная им почти за полгода до процесса, где именно по этой шпаргалке «работал» А. Вышинский. Все, начиная со связи с троцкистами и бухаринцами до дела Рамзи и Бату с убийством Абида Саидова (или Сайда Абидова — какая разница!) — до вредительства в хлопководстве и провокационного лозунга о 100-процентной

 

- 275 -

коллективизации, который в Узбекистане «подхватили».

И невольно вспоминается сказанное У. Юсуповым в 1933 году на станции Урсатьевская. Вот когда Сталин готовил его, а Юсупов готовился к своей роли.

Письмо от незнакомого мне пенсионера, члена партии с 1928 года А. Низамханова. Он был наборщиком, потом на низовой партийной работе, очень тепло пишет об отце, потом продолжает: «Несколько слов об Усмане Юсупове. В 1937-м году в Ташкенте, в театре им. Горького открылся VII съезд Компартии Узбекистана, я был его делегатом. Тайным голосованием следовало избрать членов ЦК. Стали обсуждать кандидатуры для включения в список тайного голосования, в числе других был назван и У. Юсупов. Председательствующий на заседании съезда тов. Ширмухамедов объявил, что Юсупов не собрал нужного количества голосов для включения в список тайного голосования. Тогда поднялся на трибуну А. Икрамов: «Товарищи! Усман Юсупов только что вернулся с учебы в Москве, сейчас работает наркомом пищевой промышленности. Поэтому я настоятельно прошу вас включить его имя в список будущих членов ЦК КП Узбекистана».

Ширмухамедов предложил голосовать еще раз, посчитал поднятые мандаты и объявил, что для включения в список Юсупова голосов явно недостаточно.

А. Икрамов второй раз поднялся с места и подошел к трибуне: «Вы, по всей вероятности, не совсем хорошо меня поняли: тов. У. Юсупов будет работать с нами рука об руку. Поэтому прошу вас, кто относится ко мне с уважением, голосовать за включение У. Юсупова в список тайного голосования».

При третьем голосовании большинством в один голос Юсупов попал в список. А. Низамханов вспоминает, что именно одним голосом и решилось его избрание в члены ЦК. Факт этот мне не был известен, но не сомневаюсь, что отец выполнял прямое указание Сталина.

А. Низамханов присутствовал и на пленуме в сентябре. Рассказывает об этом более подробно, чем другие. Так ему запомнилось, что, несмотря на присутствие А. А. Андреева, выступавшие долгое время не хотели понимать, что от них требуется, в основном занимались самокритикой, ничего плохого в адрес Икрамова сказано не было. Дали слово Загвоздину, руководителю НКВД. Он зачитал явно клеветнические показания незадолго перед тем арестованных ответственных работников. Наступила растерянность. Никто не думал в те годы, что в НКВД работают фашисты и подонки.

 

- 276 -

А. А. Андреев предложил предоставить слово У. Юсупову. Усман начал свою речь со старых клеветнических измышлений. Речь эта была пронизана ложью от начала до конца.

До выступления Загвоздина А. Икрамов сидел в президиуме очень спокойно, а после — он собрал папку, закрыл ее, сложил руки, и было видно, как сразу у него упало настроение... В последнем слове Икрамов сказал: «Товарищи, я только теперь понял, о чем идет речь. Я — сын партии и до конца своей жизни останусь им».

По-разному люди запоминали текст. Некоторые утверждают, что отец трижды или четырежды повторил эти слова...

Но вернемся к письму Низамханова, написанному летом 1988 года, почти одновременно с письмом русского коммуниста Петра Андреева. Разврат, коррупция, моральное разложение, подкуп высоких покровителей в Москве берут начало с 1937-го, когда на смену одним пришли совсем другие. Начав с клеветы и подлости, они культивировали это в себе, требовали от подчиненных.

...Третьим в проскрипционном списке Усман Юсупов назвал Акбара Исламова, своего товарища, наркома финансов республики. Жена Исламова, грузинка, Кетеван Давы-довна, после освобождения из тюрьмы вместе с сыном Тему-ром уехала в Тбилиси.

После посмертной реабилитации Акбара Исламова в 1957 году мать с сыном решились в Узбекистане устроить поминки. Ехали через Москву, поездом, и рядом в мягком вагоне оказался У. Юсупов, снятый со всех высоких постов директор совхоза. Несмотря на сопротивление матери, Темур отправился в соседний вагон, чтоб узнать время гибели отца и то, где он был похоронен, чтоб сделать ему могилу, как честному гражданину.

«Если бы ты знал,— пишет мне Темур,— как он искренне убеждал меня, что не причастен к расстрелам. Я сказал ему, что, поскольку эти люди не были ни в чем виноваты, можно было их сместить с партийной и руководящей работы, но не убивать. На это он ответил, что эти люди были очень популярны, уважаемы и любимы народом, и если бы им не сфабриковали таких тяжких обвинений, то народ бы не поверил, а они нам мешали и надо было их убирать...»

А вот письмо от сына Бату из Ташкента, хирурга, доктора медицинских наук Эркли Ходиева. Я читал его с чувством стыда за себя и вдруг вспомнил, что среди лекарств, которыми пичкал меня тогда дедушка Лев Захарович, большую дозу составлял бром. А Эркли брома никто не давал. Он рас-

 

- 277 -

сказывает, что к ним в третий класс школы им. Шумилова вошла учительница Мунавар Ахмеджановна, преподававшая узбекский язык, и сказала: «Дети, в нашем правительстве — враги народа.— И начала перечислять:— А. Икрамов, Ф. Ходжаев, Манжара... Вот и у нас есть Эрик, он хороший мальчик, но его папа тоже хотел, чтобы вернулись буржуи, капиталисты, баи и басмачи».

Эркли вспоминает, что сидел на третьей парте в среднем ряду, но не помнит, как вырвал из парты доску, кинулся к Мунавар Ахмеджановне и изо всей силы ударил ее этой доской. Учительница упала, Эркли убежал, а ночью хотел поджечь школу. Облил кирпичные ступени керосином, поджег, но... сгорел только керосин. Потом были у сына Бату скитания, беспризорность, потом он стал студентом и встретил Мунавар Ахмеджановну на одной из главных улиц Ташкента, около кондитерской. Он узнал ее по огромному шраму на лбу справа.

Добрый человек Эркли, детский хирург... А мне горько, что со мной такого взрыва не было.

Бедная Мунавар Ахмеджановна! Конечно, ты пострадала зря. Но так будет всегда, если главные виновники остаются безнаказанными.

 

 
 
 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Сахаровским центром.
Тел.: (495) 623 4115;; e-mail: secretary@sakharov-center.ru
Политика конфиденциальности


Данный материал (информация) произведен, распространен и (или) направлен некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента, либо касается деятельности такой организации (п. 6 ст. 2 и п. 1 ст. 24 ФЗ от 12.01.1996 № 7-ФЗ).
 
Государство обязывает нас называться иностранными агентами, но мы уверены, что наша работа по сохранению и развитию наследия академика А.Д.Сахарова ведется на благо нашей страны. Поддержать работу «Сахаровского центра» вы можете здесь.