На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
Знакомые Виктории Борисовны ::: Шатуновская О.Г. - Об ушедшем веке ::: Шатуновская Ольга Григорьевна ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Шатуновская Ольга Григорьевна

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Музея
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]
 
Шатуновская О. Г. Об ушедшем веке. Рассказывает Ольга Шатуновская / сост.: Д. Кутьина, А. Бройдо, А. Кутьин. – La Jolla (Calif.) : DAA Books, 2001. – 470 с. : портр., ил.

 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
- 18 -

Знакомые Виктории Борисовны

 

Зельма Атоновна и Мэри Атоновна были две сестры. Они - мама, Зельма Атоновна, Мария Анисимовна Короно, ходили в Оперный театр, в Драматический русский театр. За углом жили Шильдкрет, она была домашняя хозяйка, очень хорошая рукодельница, крещеная немка. Мэри Атоновна жила в нашем переулке наискосок от нас, а Зельма Атоновна за углом.

Я ее спрашивала: - Зельма Атоновна, почему вы такая румяная?

- А вот я тебя научу, и ты всегда такая румяная будешь, водой сперва горячей, а потом холодной умывайся.

У Зельмы Атоновны все уехали в Германию - сын и две дочери, младшая и старшая, Грета. Учиться, замуж, и все постепенно уехали. Они переписывались с кем-то, ее муж всегда обменивался книгами. Он умер. Началась революция. Прислугу уже не держали, ни она, ни мама. До этого мама только умела спечь торт или пирог, а теперь Зельма Атоновна ей все показывала.

В сорок первом году начали всех немцев высылать, и Зельму Атоновну выслали. Она пришла к маме и принесла все вазы и ящик с серебряными вилками и ножами. Мама вызвалась Мэри Атоновне отдать это все, а Мэри Атоновна замужем за русским, ее не высылают. Мэри Атоновна приехала получать все эти вещи, и мама вынула список, в списке двадцать семь ваз и ящик. И вдруг двадцать восьмая ваза серебряная.

-    Ее в списке нет, это, наверное, ваша.

-     Нет, у меня такой вазы не было.

Но в каких условиях она составляла список, она пропустила.

-    Вы возьмите ее себе в благодарность за то, что вы сохранили.

-    Нет, нет, за такие услуги подарков не берут, - сказала мама.

Дочь Мэри Атоновны Эльза, светлая блондинка с карими глазами, служила в каком-то посольстве, она знала много языков.

Мария Анисимовна Короно потом вышла замуж за Сванидзе, она мать Вано Сванидзе. Ее двоюродный брат, Миша Короно, был ее первый муж. Мать Миши была женщина-врач, тогда назначали, кому надо, железо, мышьяк. Оба ее сына погибли, старший, талантливый человек, умер от чахотки. Мишу убили в мартовских событиях в восемнадцатом году. Вышел на балкон, белые флаги повесить. Остался от него сынишка Толя, вылитый Миша, Мария Анисимовна уехала с ним в Тбилиси к своим родителям. Они делали кефир, имели кефирное заведение.

Короно это евреи, бакинские и тифлисские, тоже испанские. Все блондины, очень красивые. Мария Анисимовна - блондинка с голубыми глазами. Я с ними шла по улице, мама, она и я - не было ни одного человека, чтобы не обернулся.

 

- 19 -

Мария Анисимовна кончала консерваторию в Тбилиси, когда вышла за Мишу Короно замуж. Потом она служила в театре, у нее был прекрасный голос, и она стала примадонной. Александр Сванидзе - на его сестре Като был женат Сталин, от нее сын Яша - приехал, увидел ее, влюбился и увез в Москву.

В тридцать седьмом году Сталин их расстрелял. Толю Короно убили на войне. Вано Сванидзе остался с нянькой. Когда ему исполнилось шестнадцать лет, его взяли в тюрьму, в Казанский психоизолятор, на пять лет. Оттуда в лагерь в Джезказган на медные рудники.

Александр Сванидзе, наверное, кое-что знал о Сталине. Сначала Сталин посадил Авеля Енукидзе. Сванидзе пришел к нему и спросил, как же так, Авель - старый большевик, основатель Бакинской организации, а он себе приписывает?

Ко мне однажды домой, когда я работала, приходил брат Мэри Атоновны. Его тоже посадили, и он в лагере работал врачом.

Сестра Полякова, Евгеня, тоже была мамина большая приятельница, замужем за Гинзбургом, он богатый инженер. Когда второй раз началась революция, в двадцатых годах, они решили уехать. У них было два сына, Марк и Давид, и Марк сказал:

- Я не поеду, если Оля не поедет.

У нас были разные интересы, он интересовался техникой. Мама сказала: - Да Оля с нами и не живет, разве она поедет с вами?

Он сам и не приходил просить, Евгеня за него приходила просить. Они собирались в Египет, на нефтяной завод. У них, наверное, были деньги за границей, ехали те, у кого они были.

После революции отец, Григорий Наумович, заведовал юридическим отделом Бакинского совета. В это время не было никаких дел. Он же уголовные не вел, вел гражданские - между нефтепромышленниками. Он нигде не бывал после революции, сидел, изучал языки: немецкий, еврейский, испанский. Мама говорила, ложись спать, надо отдохнуть. Я отдыхаю.

 

 

 
 
 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Музеем и общественным центром "Мир, прогресс, права человека" имени Андрея Сахарова при поддержке Агентства США по международному развитию (USAID), Фонда Джексона (США), Фонда Сахарова (США). Адрес Музея и центра: 105120, г. Москва, Земляной вал, 57/6.Тел.: (495) 623 4115;факс: (495) 917 2653; e-mail: secretary@sakharov-center.ru  https://www.sakharov-center.ru