На нашем сайте мы используем cookie для сбора информации технического характера и обрабатываем IP-адрес вашего местоположения. Продолжая использовать этот сайт, вы даете согласие на использование файлов cookies. Здесь вы можете узнать, как мы используем эти данные.
Я согласен
Несчастья следуют одно за другим ::: Рацевич С.В. - Глазами журналиста и актера (Том второй, часть вторая) ::: Рацевич Степан (Стефан) Владимирович ::: Воспоминания о ГУЛАГе :: База данных :: Авторы и тексты

Рацевич Степан (Стефан) Владимирович

Авторы воспоминаний о ГУЛАГе
на сайт Сахаровского центра
[на главную] [список] [неопубликованные] [поиск]

Настоящий материал (информация) произведен и (или) распространен иностранным агентом Сахаровский центр либо касается деятельности иностранного агента Сахаровский центр

 
Рацевич С. В. Глазами журналиста и актера : Из виденного и пережитого. Т. 2. Ч. 2. - Нарва, 2005. – 215 с.

 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
- 114 -

Несчастья следуют одно за другим

 

Каждый вечер, возвращаясь из детского сада, Алексей спрашивал, нет ли писем от мамы, и когда я говорил, что нет, начинал капризничать, а один раз сильно расплакался и стал проситься со мной вместе полететь на самолете в гости к маме.

Приходилось постоянно выдумывать, почему мама не пишет. Большей частью я ссылался на нелетную погоду, тем более что после её отъезда чуть ли не каждый день пуржило, погода совершенно испортилась. Из-за больших снежных заносов на несколько дней прервалось железнодорожное сообщение между Дудинкой и Норильском. А Дудинке прекратилось сообщение автомобильного транспорта.

Перед сном Алексей усердно молился за здоровье мамы. Он имел обыкновение вслух высказывать свои просьбы, умоляя Боженьку вернуть скорее из командировки дорогую мамочку.

 

- 115 -

Прибавилось много новых забот. Ежедневно стирал белье, штопал чулки, латал верхнюю одежду. Я внимательно следил, чтобы Алексей выглядел всегда чистым и опрятным, не хуже других детей.

В детском саду не сразу узнали про арест жены. Воспитательница несколько раз спрашивала, почему за сыном не приходит мать. Уклоняясь от прямого ответа, я ссылался на всякого рода причины. Однажды, когда вечером я пришел за Алексеем, заведующая пригласила меня в свой кабинет

- Я знаю о вашем большом горе, - сочувственно сказала она, - мужайтесь. Быть может все закончится благополучно и вы скоро вновь встретитесь. Кстати, из-за того, что ваша зарплата незначительна, принято решение не брать с вас денег за содержание сына в садике.

Меня глубоко тронуло сочувствие этой пожилой женщины.

Зато разительная перемена произошла в отношении ко мне заведующей Райкультотделом Исполкома Натальей Черных, которая прекрасно меня знала, ибо была участницей драматического коллектива Дома Культуры и даже играла не последние роли в спектаклях. Так в спектакле А.Н. Островского «Не в свои сани не садись» ей была исполнена роль Арины Федотовны. Теперь её словно подменили. Всегда приветливая, интересовавшаяся работой драматического коллектива, внимательная ко всем моим нуждам, не раз обещавшая помочь с предоставлением нашей семье приличной жилплощади, любившая пошутить с Алексеем, Черных, после ареста Раи, старалась меня не замечать, говорила только по делу, причем сухо и официально. Алексея больше не приглашала в свой кабинет, не угощала его конфетами.

Директор ДК, Петухов, мало, чем проявлял свое новое ко мне отношение. Но я все же ощущал новое к себе отношение. Так, например, когда в клубе намечалось какое-нибудь мероприятие, Петухов обычно приглашал меня к себе в кабинет и мы сообща набрасывали план действий. Теперь же он обходился без моей помощи. Даже Тихонравов вдруг перестал бывать в нашем скворечнике, сославшись на большую перегруженность в работе.

Надо мной сгущались тучи недоверия, меня сторонились, как прокаженного и, вместе с тем, никто, ни одним словом меня не обидел, не растравил кровоточащей раны. Все знали про события в нашей семье, но ни один человек, кроме заведующей Дет садом, не посочувствовал, не поинтересовался, как нам живется, куда отправили жену, пишет ли она.

Вскоре связисты выпустили «Женитьбу» Гоголя. Что можно и нужно было сделать, чтобы спектакль получился красочным, содержательным, ярким по исполнению, я все сделал и, мне кажется, по горячим аплодисментам, публика хорошо приняла спектакль.

 

- 116 -

Тем удивительнее было запоздалое появление спустя две недели статьи (даже не рецензии) в мой адрес, опубликованной в газете «Советский Таймыр».

Анонимный автор (статью поместили без подписи) острие своей критики направил исключительно в адрес режиссера-постановщика, то есть меня. На мою голову, как из рога изобилия, посыпались обвинения, которые должны были меня, как режиссера и руководителя художественной самодеятельности, дискредитировать в глазах дудинской общественности и недвусмысленно давали понять, что мне не место в драматическом коллективе.

Газета сделала вывод, что я не справился с постановкой, не сумел в современном понимании показать на сцене русское классическое произведение, что мне чуждо советское толкование пьесы и так далее и тому подобное. Не хватало только редакционного резюме, что меня следует как можно скорее гнать из театра в три шеи. Завуалированным редакционным выводом не замедлили воспользоваться верхи дудинской администрации во главе с председателем Горисполкома Смородиновым, который на следующий день после появления статьи вызвал меня к себе в кабинет.

- Надеюсь, вы прочитали статью в газете «Советский Таймыр» о постановке пьесы «Женитьба» Гоголя? – держа в руках газеты, спросил Смородинов, - Хотелось бы услышать ваше мнение по этому поводу.

- Статья написана по специальному заданию с целью ошельмовать меня, как режиссера-постановщика. Я убежден, что это типичная критика ради критики. Меня нужно убрать, а как это сделать – проще всего подвести политическую платформу. Сейчас такой подход самый популярный, тем более в отношении нас, бесправных ссыльных. Ведь другого способа избавить от меня не применишь: не пью, веду себя благопристойно, не являюсь нарушителем трудовой дисциплины. С полной ответственностью заявляю, что трактовка спектакля правильная, пьеса поставлена в традициях осуществления русских классических произведений на советской сцене. Отлично понимаю, что вас шокирует руководство драматическим коллективом политическим ссыльным, да вдобавок к тому же у которого жена только что арестована по политической статье. В партийных органах за это видимо вас по головке не погладят…

- Я не видел спектакль, – деланно спокойным тоном заговорил Смородинов, - но статью внимательно прочел и, конечно, сделал соответствующие выводы. Газете не верить я не могу, потому что она орган партийный, в ней работают достойные люди и обвинять их в предвзятости вы не имеете права. Ваши рассуждения пристрастны,

 

- 117 -

малоубедительны, они применимы к продажной буржуазной, но не советской печати. Так как советская власть, которую я здесь представляю, не может безразлично отнестись к выступлению партийного органа, предлагаю вам добровольно написать заявление об уходе из Дома Культуры. Желаете еще что-нибудь добавить к сказанному?

- Нет, не желаю! Оставаться в ДК не намерен и сегодня же подам заявление директору об уходе!

- Вот и хорошо, - каким-то бесцветным голосом произнес Смородинов, указывая мне рукой на дверь.

Вероятно, Смородинов позвонил после нашей встречи Черных, ибо, когда я встретил её, поднимаясь к себе наверх, она, даже не поздоровавшись, попросила меня зайти к ней.

 

 

 
 
 << Предыдущий блок     Следующий блок >>
 
Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы" составлена Сахаровским центром.
Тел.: (495) 623 4115;; e-mail: secretary@sakharov-center.ru
Политика конфиденциальности


 
Государство обязывает нас называться иностранными агентами, но мы уверены, что наша работа по сохранению и развитию наследия академика А.Д.Сахарова ведется на благо нашей страны. Поддержать работу «Сахаровского центра» вы можете здесь.